Внешнеполитический аспект революций в арабском мире (на материалах Египта, Сирии и Бахрейна)

МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение

высшего профессионального образования

«КУБАНСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ»

(ФГБОУ ВПО «КубГУ»)

Факультет управления и психологии

Кафедра политологии и политического управления


ДИПЛОМНАЯ РАБОТА

Внешнеполитический аспект революций в арабском мире (на материалах Египта, Сирии и Бахрейна)


Работу выполнилa

студентка 4 курса Политологии ГанзоригЖаргалмаа

Научный руководитель

д.и.н., д.п.н., профессор Баранов А.В.


Краснодар 2014

Содержание


Введение

. Теоретико-методологические основы анализа внешнеполитических аспектов революций

.1 Революция как политический процесс: сущность и типология

.2 Внешнеполитические акторы современных революций: виды, ресурсы влияния, стратегии

. Сравнительный анализ участия внешнеполитических акторов в арабских революциях 2011-2013 гг.

.1 Роль США в революциях 2011-2013 гг.

(сравнительный анализ)

.2 Внешняя политика Израиля в отношении революционных процессов (на примере Египта, Сирии и Бахрейна)

.3 Внешнеполитическое участие стран исламского мира в революциях 2011-2013 гг.

Заключение

Список использованной литературы


Введение


Актуальность исследования. Демократические процессы в современном мире разноплановы и противоречивы, демократизация нередко делается ресурсом внешней политики государств, поводом для вмешательства во внутренние дела суверенных стран, средством геополитической экспансии. В связи с этим, актуальность темы исследования обусловлена тем, собственно сегодня конфликт, но не порядок продолжает определять мировую динамику. При всем этом непосредственно данная константа международного политического процесса самым сильным образом затрагивает воздействия институтов глобального управления и представителей общественности ведущих стран мира, входящих во взаимоотношении ключевых акторов мировой политики, образующих глобальное сообщество риска.

Настойчивое стремление Соединенных Штатов монополизировать роль военно-политической державы мирового размера под знаменем борьбы с международным терроризмом, урегулировать собственные экономические вопросы с помощью внешней экспансии, военных действий за пределом страны рассчитывает серьёзную угрозу суверенитету иных государств, с особой актуальностью устанавливая перед ними как приоритетную задачу защиты политической независимости.

Научная значимость данного исследования обусловлено рядами событиями последнего времени на Ближнем Востоке: сирийский кризис, гражданское противостояние в Египте, революция в Бахрейне, которые в свою очередь показали, что попытки вмешательства извне в процессы внутреннего становления дают деструктивный характер. События в данных странах представили возможность увидеть нам, что контроль над ними подвергают рассмотрению крупнейшими мировыми акторами - Соединенные Штаты Америки, Европейский Союз, Российская Федерация, а также и Китай. Властные структуры, зачастую не правильно отзываются на такого рода действия, припаздывая с корректировкой политической ситуации, не пытаясь к созданию, так скажем, свежих моделей политического действия, которые соответствовали бы вызовам времени.

Это обусловливает потребность исследования первопричин, движущих сил, установок и последствий революций, происходящих в повестках дня.

Степень научной разработанности проблемы. Предпринятое исследование темы, указывает, собственно при веском размере изданий государственных деятелей, военных специалистов, российских и зарубежных исследователей комплексный системный анализ динамики становления проблемы революций в данных регионах еще не стал объектом изучения ни в российской, ни в зарубежной историографии. Наряду с этим в историографии собраны научные познания по разным аспектам исследуемой проблемы. Большую роль играют сборники, выпущенные Институтом исследования Ближнего Востока Российской академии естественных наук: «Ближний Восток: проблемы региональной безопасности», «Арабский Восток: ислам и реформы», «Национализм и фундаментализм на Ближнем Востоке», «Политическая элита Ближнего Востока», «Ближний Восток и современность», «Мусульмане на Западе»; «Востоковедный сборник», сборник статей «Армия и власть на Ближнем Востоке». Важный вклад в исследование терроризма на Ближнем Востоке в российской науке внесли труды политика, академика РАН, востоковеда Е.М. Примакова. Сущность его взглядов на терроризм и исламский экстремизм состоит в первую очередь в том, что терроризм утрачивает взаимосвязь с государственными структурами (как в Иране, Ливии, Ливане, Египте, Сирии, так и Бахрейне) и вмещается в сферу методов религиозных, сепаратистских и политических движений; также, он распространяется далеко за национальные рамки, функционируя на международной арене; кроме этого, серьёзную опасность под терроризмом можно полагать последствие действительного или же возможного выхода к средству массового поражения, возросших экономических и информационных способностей экстремистских групп.

Объект исследования. Объектом исследования избран процесс революций в Египте, Сирии и Бахрейне.

Предмет исследования. Предметом исследования является особенности влияния внешнеполитических аспектов нареволюцийЕгипта, Сирии и Бахрейна.

Цель и задачи исследования. Целью данного исследования является определение характера влияния внешнеполитических аспектов на революций Египта, Сирии и Бахрейна.

Задачи исследования:

)анализировать теоретико-методологические основы внешнеполитических аспектов революций;

)выявить механизмы, модели и технологии революций;

)осуществить методологический и сравнительный анализ участия внешнеполитических акторов в арабских революциях 2011-2013 гг.;

)проанализировать кто является главным исполнителем происходящих событий;

)определить какие истинные цели преследуют данные революции.

Научная новизна исследования. Осуществленная работа является одним из первых научных исследований, в котором изучается назначенная тема в качестве сравнительного анализа вопроса. Следует отметить, что комплексного системного анализа развития этого процесса ещё не проводилось.

Методология и принципы исследования. Методологической основой изучения послужили системный подход, с применением методов интегративного политического, исторического, сравнительного анализа; принципы объективности и политического реализма.

Особенно важно было раскрыть и всесторонне учесть различные обстоятельства, которые можно полагать предпосылкой революции.

Научной основой работы являются принципы исторической науки такие как историзм, объективность, многосторонность изучения, правдивость, позволяющие увидеть исторические события в их настоящем развитии и взаимосвязи, проводящий многосторонний анализ и отметку исторических фактов. Данный принцип позволяет изучить общественные явления в их динамике, развитии и изменении, что особо важно и необходимо при исследовании революции как политического процесса.

Методы исследования. В исследовании применяются такие методы, как анализ и синтез, классификации и систематизации, сравнительный анализ ситуаций, контент-анализ ресурсов. Используются инструменты институционального и геополитического подходов.

Источниковая база исследования. При подготовке научной работы были освоены и применены материалы работы как российских, так и зарубежных исследователей в области международных отношений и геополитики, материалы научных форумов (конференций, круглых столов).Были использованы материалы различных СМИ как печатных, так и электронных. При написании научной работы был усвоен большой материал, включающийся в российских и зарубежных научных и периодических публикациях, таких как «Азия и Африка сегодня», «Независимый Военный Обозреватель», «Независимая газета», «Дипломатический ежегодник», «Восток», «Восточая коллекция», «Вестник МГИМО-Университета», «Социум и власть», «Ежегодник ИМИ», «Вестник МГУ. Серия Востоковедение», «Полис». «TheObserver», «Time».

Практическая значимость темы исследования. Результаты исследования соответствует - «Сущность и содержание внешнеполитической деятельности субъектов международных отношений. Внешнеполитические доктрины и внешнеполитическая стратегия субъектов международных отношений, глобального и региональногоразвития».

Структура работы. Структура работы включает в себя: введение, две главы, заключение, список источников и литературы. В первой части своей работы буду исследовать теоретико-методологические основы анализа внешнеполитических аспектов революции. Вторая часть состоит из сравнительного анализа участия внешнеполитических акторовв арабских революциях 2011-2013 гг. Общий объем работы 33 листов.

1. Теоретико-методологические основы анализа внешнеполитических аспектов революций


.1 Революция как политический процесс: сущность и типология


На первый взгляд, теория революции наилучшим образом должна быть разработана в рамках марксизма, так как для него революция - одна из базовых категорий. В марксистской литературе весьма подробно и в большинстве случаев достаточно объективно проанализирован опыт многих буржуазных и социалистических революций.

Марксистский подход позволяет определить причины, характер, движущие силы, особенности и последствия любой революции. Так, основной причиной всякой революции считается конфликт между производительными силами и производственными отношениями. Однако обращение к другим параметрам революции порождает больше вопросов, чем однозначных ответов. Возьмем характер революции. Мы знаем социалистические и буржуазные революции, но не можем далее продолжить этот смысловой ряд, так как при всем желании не обнаружим политических революций, сопровождавших крушение рабовладения, азиатского способа производства и тем более первобытного строя. В буржуазной революции это буржуазия и пролетариат, то есть классы, соответствующие капиталистической формации, зародившейся в недрах феодализма. По аналогии, например, в гипотетической «феодальной революции» движущими силами должны выступать феодалы и крестьяне. Рабовладельческий Рим уничтожили варвары (отдаленные потомки которых действительно стали феодалами и крепостными крестьянами). Однако революционерами их пока никто не называл.

Определенную информацию к размышлению может дать обращение к семантике и истории термина. Впервые латинское слово «revolutio» (движение, обращение, круговращение) употребляется в позднеантичных христианских текстах для обозначения странствий души. Здесь присутствует момент качественного перехода от «бытия» к «инобытию». В средневековой астрологии им стали обозначать круговое движение небесной сферы вокруг Земли.

Как из религии и астрологии этот термин перекочевал в политику, сейчас понять трудно. В XIV в. в Италии так стали называть «дворцовые» перевороты и городские восстания.

Итак, первоначальные смыслы термина: перевоплощение, обращение, круговорот, переворот, бунт. Теперь обратимся к первым буржуазным революциям. Голландские бюргеры и гёзы XVI в., судя по всему, себя революционерами не называли, как и участники Английской революции XVII в. Но в 1688-1689 гг. государственный переворот, приведший к свержению Якова II Стюарта и воцарению Вильгельма III Оранского, был назван «Славной революцией». Хотя здесь слово «революция» связано с буржуазными преобразованиями, но на первом месте стоит момент реставрации, возврата к прошлым, справедливым временам Кромвеля, а не рождения чего-то качественно нового. Приставка ре- подчеркивает это возвратное движение. И в дальнейшем в идеологии, символике многих революций присутствует ориентация на возрождение идеалов прошлого. Так, среди утопических идей Французской революции был возврат от монархии к республиканскому Риму. Русские революционеры нередко сравнивали себя с якобинцами.

В более или менее близком к современному пониманию термин «революция» как смена общественного строя начинает употребляться в эпоху Просвещения (конец XVII - XVIII в.). Причем французские просветители, рассуждая о будущих качественных преобразованиях в стране, нередко употребляли термин «революция» во множественном числе: «революции». Закрепление понятия «революция» в политическом и философском языке происходит в период Великой французской революции.

Вышеизложенные рассуждения приводят к следующим выводам.

. На сегодняшний день в социальной теории нет научно выверенного и методологически продуктивного определения революции. На уровне теоретического и обыденного сознания политическая революция может пониматься как относительно быстрый (как правило, опирающийся на насилие или угрозу насилия) переход государственной власти к новым социальным группам (слоям, классам) при активном участии широких слоев населения, в результате которого происходят качественные, масштабные изменения во всех сферах общественной жизни.

. И несколько слов о перспективах теории революции. В рамках формационной парадигмы можно выделить два типа революций - буржуазные и социалистические, или пролетарские. К. Маркс теоретически допустил вариант социалистической крестьянской революции. Этот смысловой ряд, как в марксистской, так и в современной позитивистской традиции иногда дополняют и другими типами или видами революций: буржуазно-демократическими, народно-демократическими, народными, антиимпериалистическими (национально-освободительными, антиколониальными). Все эти варианты связаны с переходом от традиционного общества к индустриальному или с основательной перестройкой последнего. Отсюда вывод: революция может рассматриваться как форсированный переход к индустриальному обществу или его новой модели, или, проще, как вариант форсированной модернизации. Соответственно, отметим перспективность разработки теории революции в рамках концепции модернизации.

В революции главный момент - смена власти. Причем далеко не всегда существует корреляция между новой властью, провозглашенными ею целями, ее социально-классовым составом и интересами классов, от имени которых она выступает. Так, конкретно-исторический анализ может вывести и на уровень философских обобщений. А они важны не менее чем эмпирические исследования. Переход к постиндустриальному обществу (так же как и к индустриальному) связан с революцией. Правда, не политической, а научно-технической. Однако нет никакой гарантии, что она потребует меньше жертв, чем имевшие место в истории политические революции. Именно благодаря НТР современная цивилизация стоит перед альтернативой: смерть (быстрая - от ядерной войны или медленная - от экологического и нравственного кризиса) или качественное обновление общества. Поэтому работы в области теории революции представляются не только занимательными, но и практически актуальными.

Что касается значимой особенностью революций современного общества, то это использование современных сетевых технологий, связанных с новыми возможностями применения социальных сетей и блогов (Twitter, Facebook). Подобные оценки революционных событий, исключительно как спланированных и организованных извне, заявляются многими российскими и зарубежными специалистами: С. Кургиняном, А. Вассерманом, А. Филатовым, П. Быковым и так далее. С. Кургинян открыто сообщает о «Большой игре Америки».

Однако А. М. Васильев, директор Института Африки РАН, отвергает внешний фактор у подобных революций, отыскивая причины среди экономических или демографических факторов. Он ставит вопрос о демографическом пике, впоследствии чего сегодня в арабских странах большую часть населения составляет молодежь в возрасте от 18 до 33 лет, которая легко присоединяется в любые протестные акты, в том числе направленных против функционирующей власти. В этом, по его мнению, и заключается революционные условия, а не в экономической составляющей и уровне жизни, которые при анализе совершенно не играют катастрофической роли для стандартов жизни данного региона. Тем самым он в известной мерке подвергает сомнению основания арабских революций, связанные с социальным неравенством, бедностью и усталостью населения от несменяемых политических режимов.

Революция зарождается тогда, когда общество переживает серьезный кризис, в первую очередь кризис идеологии и государственно-правовой системы. В подобном обществе возникают различные оппозиционные группы, такие как политические, социальные, национальные, религиозные, для которых являются сомнительной легитимность существующей власти. Оно вырастает именно в переходные этапы и периоды жизни общества, когда в нем создается определенная эмоциональная атмосфера, а неустойчивость является основой социальных связей и отношений. Это становится хорошей почвой для выращивания насилия и враждебности в обществе и приводит к тому, что та или иная экономическая, этническая, социальная, религиозная или иная группа пытается навязать свою власть обществу, употребляя при этом в силу инструмента реализации своих стремлений на насилие.

Проблема революции приобретает особенную актуальность в период общественных конфликтов, являющихся провокатором революционного настроения. Таким образом, основанием возникновения конфликтных обстановок становится переходной этап, изменение социально-политического, а также экономического строения жизни общества. Конфликтные противоречия отличаются длительностью, степенью остроты противоречий и методами их блокирования.

Наиболее значительными причинами, пробуждающими данные противоречия являются тяжелые экономические кризисы, которые формируют условия общественного противостояния, сформировывают общее условия массового сознания, для которого присуща неадекватность видения настоящей действительности, расположение неуверенности, не оправданных ожиданий, общественного страха, ожесточенности и враждебности характеров. В данных ситуациях с легкостью принимаются экстремистские призывы к общественным акциям протеста. Бедность, безработица, безысходность общества, крайние различия населения по уровню доходов, нерешительность властных структур, ее неспособность обеспечить безопасность граждан и его имущества приводят к тому, что культ насилия принимается стремительным темпом, и экстремизм в этих условиях является неотделимостью общественного сознания. Утрата людьми уверенности в своем сегодняшнем и завтрашнем, разрушение всех ценностей имевшегося стабильного общества, господствующая везде атмосфера насилия и жестокости, культивируемая СМИ, создают чрезвычайно благоприятные условия для роста кризиса.

Подводя итоги, можно сделать вывод, если остановиться на вопросе о непосредственных причинах обращения к революционной деятельности, то это:

причины психопатологического характера. Среди ученых-психологов ведутся споры относительно того, кто превалирует среди повстанцев - нормальные люди или люди с психическими отклонениями. Большинство исследователей склоняются все же к первому;

следствия самоутверждения, молодежной романтики и героики, придания своей деятельности особой важности, преодоления отчуждения, обезличивания, стандартизации;

корыстные следствия, которые могут вытеснять идеологические или же увиваться с ними. Кроме того, кого-то зачастую нанимают для совершения подобных родов актов.

1.2 Внешнеполитические акторы современных революций: виды, ресурсы влияния, стратегии


Модели управления международными конфликтами революции в современном виде и любые их разновидности - это технологии информационно-психологического управления международными конфликтами рассчитывающие в том числе, их искусственную инициацию. Именно в такие этнополитические конфликты ушли общества в прежде стабильных и политически предсказуемых государствах после внешней инициации технологий и «управляемого хаоса».

Ныне управлять специально инициированными политическими конфликтами намного выгоднее, чем стремиться договориться с лидерами государств, ощущающих за собой реальную силу и основывающихся на поддержку армии и основной массы местного населения. На самом деле, современные международные конфликты, несмотря на их ощутимую уникальность, неповторимость и непредсказуемость, имеют большое сходство и формируются в общем по одним и тем же закономерностям, что позволяет прогнозировать их дальнейшее развитие и рассмотреть эти конфликты как объект внешнего управления, сформулировать их обобщенные и статистические характеристики. Современными конфликтами можно и нужно управлять, исходя из общих для всех них закономерностей возникновения, эволюции и разрешения. Представления о международных конфликтах как о сугубо персональных и непрогнозируемых явлениях ведут к запоздалому и неэффективному реагированию по факту, к практике политических импровизаций.

В современной конфликтогенности приёмы информационно-психологического влияния употребляются в рамках четырех господствующих культурно-цивилизационных моделей: англосаксонской, восточноазиатской, ближневосточной (исламской) и романогерманской (западноевропейской), каждая из которых стремится преобразовать политические системы участников проблем в соответствии с собственной картиной мира. Нужно подчеркнуть, что все четыре модели в наши дни эффективно функционируют в сферах международных конфликтов, не входя в противоречие между собой и часто взаимно дополняют друг друга. Их эффективность в мирном урегулировании конфликтов позволяет анализировать эти модели как действительную альтернативу силовому умиротворению, деятельно продвигаемому сегодняшний день в сферу международных отношений западной политики. Применяемые в данных моделях информационно-психологические приёмы обладают всеми свойствами промышленных технологий: своей универсальностью, т.е. применимостью к различным типам конфликтов, многократной тиражируемостью и непредвиденностью конечного результата. В свою очередь, существуют существенные отличия между технологиями и отдельными приемами, методами и способами психологического воздействия на конфликтные ситуации: технологии - это готовый набор инструментов управления конфликтами, основанный на знании и использовании в контуре управления общих закономерностях их зарождения, эволюции и разрешения, в то время как индивидуальный подход к каждому новому конфликту требует всякий раз искать новые инструменты воздействия, к томуже в основном эмпирическим путем и с заметным опозданием.

Англосаксонская модель изучает разрешение конфликтов в глубокой, принудительной трансформации политических систем враждующих сторон, точнее своего оппонента, который должен принять политические и демократические институты англосаксонской цивилизации. Как принято англосаксы употребляют методы как силового давления, так и методы несилового воздействия, такие как мягкая сила, психологическая борьба. Англо-саксонская модель берёт основу за протестантском мировоззрении и этике, полезности конечного следствия.

Восточноазиатская модель отталкивается из целевой разрешения конфликта в постепенном, длительном внедрении политических систем и ценностей двух сторон, оппонентов в собственную систему политических отношений, понемногу распуская в своей системе национальную идентичность политических систем наиболее слабых участников. Не секрет незаметный уход целых народов, неких этнических групп в Китае в результате продолжительной ассимиляции.

Ближневосточная или исламская модель предпочитает процесс разрешения конфликтов в затягивании, проекции исторически сформировавшихся исламских традиционных устройств урегулирования социально-политических взаимоотношений на зонысферы конфликтов, в том числе за счет расширения масштаба исламского мира и распространения воздействия исламского миропонимания. Разделение мира по религиозному превосходству возрождает дух религиозных войн, джихада, который включает в себя и мирные средства разрешения международных конфликтов, и вооруженную борьбу за вероисповедание. В шиитской области ислама, царствующей в Иране, отсутствуют лозунги к джихаду против неверующих, также, руководители этой страны предполагают о межцивилизационном диалоге, выдвигают поиск взаимопонимания и взаимоуважения между христианскими и мусульманскими населениями не путем взаимного отрицания ценностных предписаний, а путем обменивании цивилизованных и технологических превосходств.

Романо-германская модель, основанная на своей культурной, политической этические нормы, по мнению некоторых авторов, осложнена стереотипами, комплексом установленных нравственных представлений, не всегда сходящихся с представлениями других культур. Таким образом, данная модель трактует, что процесс урегулирования конфликта охватывает видоизменение взглядов его участников, главным образом смещением устоявшихся в этой культуре властвующих моральных норм и ценностей. Эта модель психологического воздействия на конфликты не ставит задачу путем прямого вмешательства изменить политические системы его участников, а стремится управлять сознанием политических элит, стоящих у власти в государствах-участниках конфликта, а также сознанием различных слоев местного населения и международной общественности, побуждая их воспринимать конфликт в соответствии с предлагаемым им образом конфликта, т. е. смотреть на конфликт глазами европейского сообщества.

Англосаксонская модель реализуется в политике в виде проводимых Соединенные Штаты Америки и их союзниками психологических операций, в которых использование прямой вооруженной силы рассматривается в качестве обслуживания по отношению к технологиям информационно-психологического управления массовым и индивидуальным сознанием населения как непосредственно в зонах международных конфликтов, так и вне их. Модель такой операции состоит из следующей последовательности фаз: политической стратификации общества, политической поляризации стратов, проверяемой поведенческой реакции и психологической коррекции политического поведения групп населения и целевых аудиторий, основанной на принципе обратной связи. Применение психологических техник становится особенно опасным в условиях этнополитических конфликтов: многие разновидности массовых психологических состояний, сформировавшихся в течение исторического периода развития национального самосознания, включая состояния смежные и агрессивные, уже заложены в этнической памяти и, почти в неизменном виде, не отдавая себе отчета (т. е. на уровне коллективного подсознания) передаются из поколения в поколение. Их не нужно специально формировать под конкретную психологическую операцию. Исторические устройства инициации этих состояний, не раз срабатывающие в исторической практике межнациональных конфликтов, также знакомы. Для того чтобы перевести население какого-либо этнического анклава из психологического состояния мирного добрососедства в состояние агрессии, достаточно лишь адаптировать формат психологического импульса, инициирующего психологический механизм переключения состояний, характерных для данного этноса, к современным условиям.

Технологии политических переворотов и «управляемого хаоса» имеют бесспорное сходство с «цветными революциями», употребляя все тот же арсенал психологических и организационных приемов, шаблонов и схем, но принимая при этом акцент на методы, способные расщепить сплоченность традиционных восточных обществ на мелкие фрагменты, с тем чтобы вынудить отдельных личностей из состава родовых и племенных кланов, дезориентировать их в политической ситуации с помощью технологий управления массовым сознанием и создать из этих дезориентированных граждан главный инструмент любой «цветной революции» - политическую толпу. Методы и технологии, позволяющие расщепить сплоченные традиционные общества на отдельные отрывки, погружая общество в состояние гниения и политический хаос, подчиняющийся своим законам, носят название технологий «управляемого хаоса». Одним из авторов популярной на Западе «теории управляемого хаоса» является американский стратег, дипломат и политолог Стивен Манн. Суть выставляемой им концепции следующая. Цель любой особой психологической операции - снабдить добровольную подчиняемость представляющего интерес человека с тем, чтобы позднее свободно и без каких-либо ограничений использовать его в своих целях - в качестве неодушевленного инструмента, ресурса, расходного материала. Этот результат сравнительно несложно обеспечить в западных либеральных обществах, где каждый гражданин - индивидуалист, в жизни преследует лишь личные цели и, хотя и пользуется в некоторой мере помощью и защитой государства, в основном борется и выживает в одиночку. Такого индивидуума несложно психологически сламывать и перепрограммировать под любой шаблон политического поведения, включая так называемый демократический, поскольку ни одна даже самая сильная личность не в состоянии выстоять перед напором системы и применяемыми ею технологиями психологического убеждения и принуждения. Вот почему в западном среде так известны и результативны многочисленные техники скрытого манипулирования, промывки мозгов, рефлексия управления, а секты сравнительно просто вербуют и обрабатывают сторонников. Ведь для того чтобы заполучить себе сторонника, необходимо всего лишь взломать его личные защитные барьеры, которые обеспечила ему природа при рождении для защиты психики от внешних негативных воздействий, и заменить его систему ценностей своей. В традиционных обществах с коллективнойсубъектностью все по-другому. Там отдельная личность, интегрированная в общество, клан, род или племя, защищена этим обществом от любого внешнего негативного психологического воздействия, даже самого мощного. В противодействии негативному влиянию или любой формы информационной агрессии любой член этого окружений может рассчитывать и основываться на ресурсы всего общества в целом и на помощь любого из его членов, поэтому его не так просто сломить. Для этого необходимо разрушить внешнюю границу обороны - саму традиционную структуру построения общества - и погрузить общество в политический хаос, который лишает любого попавшего в его воронку человека коллективной помощи, превращая его в индивидуалиста, озабоченного только вопросами своего собственного выживания. Рецепт погружения обществ в хаос несложен: это - политический переворот или вооруженный мятеж, сопутствующийся мощной информационно-пропагандистской компанией по дискредитации традиционных ценностей. Такой процесс приведет к стремительной атомизации закрытого традиционного общества с коллективной субъектностью в основе своего устройства, что в итоге откроет его, перемешает. В результате разрушения традиционного уклада и девальвации ценностей возникнет идеологический вакуум, который сразу же должен быть наполнен намеренно разработанной режиссерами революций идеологией. Замена ценностей в условиях хаоса произойдет незаметно: любая личность, вырванная из своего традиционного уклада и потерявшая поддержку своего рода или клана, будет хвататься за любую идеологическую концепцию, ручающуюся ей выживание. Происходящая смена системы ценностей в обществе снабжает добровольнуюподчиняемость всех его членов и превращает общество в податливый инструмент реализации внешнеполитических интересов другого государства. Хаос становится управляемым.

Теория хаоса прилагается к динамическим системам с очень большим количеством подвижных компонентов и представляет собой новое нелинейное планирование событий в сложных системах. Сам Манн определяет эту концепцию как подлинную революцию, которая вырабатывает новые подходы к военной стратегии, а ее влияние может изменить как характер войны, так и стандарты стратегического мышления. Структура и стабильность находятся внутри самой видимой хаотичности и в нелинейных процессах. Ключевую роль здесь имеют исходные параметры, ибо, по мнению разработчика концепции, подобные хаотические системы представляют острую зависимость от начальных обстановок.

В соответствии с этой теорией для обеспечения добровольной подчиняемости стран Ближнего Востока интересам внешнего государства объединяющие их население кланы и общины должны перемешаться, т. е. нынешнее, традиционное социальное устройство, которое на Ближнем Востоке существует до сих пор, должно быть разрушено и перемешано. Именно это и происходит сейчас в государствах, ставших жертвами новой революционной волны.

2. Сравнительный анализ участия внешнеполитических акторов в арабских революциях 2011-2013 гг.

арабский революция внешнеполитический актор

2.1 Роль США в революциях 2011-2013 гг. (сравнительный анализ)


События, произошедшие на Ближнем Востоке и получившие название «арабской весны», в очередной раз ярко выявили одну из важнейших проблем современной политической науки - в каком соотношении среди причин революций определяются внутренние факторы и внешнее влияние. Полемика по данному вопросу ведется уже давно, с XIX в., но особенно она стала актуальной в эпоху крушения социалистической мировой системы и резкого ускорения процессов глобализации. Дилемма выглядит следующим образом: либо революции происходят благодаря внутренним особенностям длительного развития той или иной страны, либо наиболее уязвимые точки опоры того или иного государства искусственно усугубляют внешние акторы, исходя из своих геополитических и геоэкономических интересов.

Существуют споры по определению «арабской весны» - куда ее отнести: либо к четвертой волне демократизации, либо она - запоздалый этап третьей волны в странах «третьего мира» (где несколькими годами ранее прогремели «цветные революции»), обусловленный значительным отставанием социально-экономического и политического развития.

В процессе борьбы в XXI в. между великими державами за мировое и региональное господство довольно быстро наряду с традиционными методами воздействия нагосударств-соперников (военной и дипломатической) были созданы системы, выполняющие экономическое давление, и схемы, направленные на дестабилизацию внутреннего положения этих государств. При этом, чтобы четко и ясно представлять закономерности всемирно исторического процесса за последних лет, необходимо понимать главные цели и задачи тех, кто стремится навязать всем странам и народам мира так называемый «новый мировой порядок», который также известен как «глобализация». Глобализация предполагает разрушение традиционного общества как такового вследствие его стремления к независимости и самостоятельности.

Однако методы экономического и политического давления, по сути своей, растянуты на довольно долгий временной промежуток. Поэтому всегда присутствовало стремление более быстро добиваться своих целей либо путем военного вмешательства, либо путем «экспорта» революций. Характерно высказывание одного из апологетов доминирования США в мире Дж.Ф. Кеннана, который несколько лет тому назад советовал американскому правительству «прекратить разговоры о смутных и нереальных целях вроде прав человека, повышения жизненного уровня и демократизации» и «действовать с помощью непосредственно силовых концепций, не стесняя себя идеалистическими лозунгами».

В плане политики борьбы с терроризмом в странах Запада можно отметить резкую тенденцию к присутствию двойных стандартов в области соблюдения прав человека. В Штаты эта тенденция обнаруживается в стремлении вывести захваченных террористов из сферы действия национального и международного права. Все попытки Б. Обамы устранить данную ситуацию ни к чему не привели, и он во многом вернулся к политике времен Дж. Буша. В Европе, несмотря на безусловно политкорректную политику ЕС, подчиняющую борьбу с терроризмом национальному и международному праву, двойные стандарты выражаются в сотрудничестве с США в организации тайных тюрем, в политике отдельных национальных государств по отношению к мигрантам и национальным меньшинствам.

Сегодня мир находится на этапе перехода от однополярного мира к многополярному - этот переход будет очень непростым. США будут стремиться сохранить свою роль, потому что в обозримой будущем они будут превосходить другие страны по многим параметрам - по военному, информационному, научно-техническому потенциалу. Да и американская экономика остается пока первой в мире: ВВП Соединенных Штатов составляет 15,65 трлн долл. (2012), тогда как у Китая - 8,227 триллиона USD (2012 г.). Так что США еще долго будет лидирующим государством, но ее лидерство будет подвергнуть эрозии. В силу этого мы и находимся на переходном этапе.

Конечно, еще будут ситуации, когда возникнет ощущение, что США удачно подтверждают свою гегемонию, но американцы уже показали неспособность справиться с крупнейшими мировыми кризисами, например, с северокорейской ядерной программой. Одно-единственное, что они могут предлагать в качестве ответа на возможную иранскую ядерную программу - это военный сценарий, поскольку иным путем не способны решить этот вопрос, однако и этот путь не гарантирует успеха. Более того, и в части мягкой силыСоединенные Штаты теряют все больше и больше - они потеряли ореол державы, которое борется за идеалы демократии, свободы, прав человека.

Ведь совершенно верно, что в Сирии речь идет не о борьбе за демократию и права человека - уже и так ясно, что за вооруженной оппозицией и боевиками стоят силы, связанные с международным терроризмом, включая Аль-Каиду и организации, которые организуют взрывы в Ираке, Триполи, Бенгази и ведут войну в Мали. Сегодня они идут на Дамаск с лозунгом «алавитов в могилы, христиан - в Бейрут!».

Тем не менее, Соединенные Штаты, Великобритания и Франция делают однозначный выбор в пользу поддержки боевиков. Из этого я делаю вывод, что речь идет не о свободе, не о демократии, не о процветании Сирии, а об операции по свержению законного режима в Сирии и поддержке радикального суннитского движения. Вольная эта поддержка или невольная - это меня совершенно не волнует, де-факто это осознанная поддержка радикальных суннитов, которых, видимо, США надеются контролировать.

Я думаю, что это политика не просто ошибочная, но и вредная для самих США. Свержение режимов, основанное на убежденности, что любой режим, который придет на смену, будет лучше, уже привело к ухудшению обстановки. И в Сирии все приведет к прямо противоположным результатам.

Тесное и длительное сотрудничество связывает Египет и США. Для американцев Египет является важным стратегическим центром. Каир сотрудничал с Вашингтоном по вопросу арабо-израильского мирного процесса (Египет стал особенно близким партнером США, заключив в 1979 г. египетско-израильское мирное соглашение).

Сейчас, в условиях гражданской войны в Сирии, США, выступающим за уход Башара Асада, важно сохранить военное сотрудничество с Египтом, в частности для того, чтобы иметь возможность перебросить свой флот из Персидского залива в Средиземное море через Суэцкий канал.

С января 2011 г. в арабских странах прошла серия народных протестов, так называемая Арабская весна, которая затронула чуть ли ни весь Ближний Восток. Народные волнения прошли и в Египте, где был свергнут тридцатилетний режим правления Хосни Мубарака. Президентом страны стал представитель исламистской партии «Братья-мусульмане» Мухаммад Мурси.

Однако уже в первую годовщину принятия президентской присяги М. Мурси в Египте вновь начались массовые протесты с требованиями отставки президента. Несколько дней спустя М. Мурси был арестован, а присягу о временном исполнении президентских обязанностей принял Адли Мансур, представляющий интересы военной верхушки Египта.

В условиях социального напряжения, связанного с серьезными проблемами в социально-экономической и политической сферах, в области безопасности, от нового руководства требуются безошибочные решения.

Основная причина недовольства протестующих египтян - безработица. Египет - самая населенная арабская страна. Безработица, только по официальным данным, составляла в 2012 г. 12,5%.На общемировом фоне этот показатель нельзя назвать запредельным, но основную массу протестующих оставляет молодежь (в основномбезработная), легко мобилизуемая для участия в конфликтах. Египет стоит на грани экономического коллапса. Бюджетный дефицит достиг в 2012 г. 10,4% ВВП, государственный долг - 90% ВВП. Приток иностранных инвестиций был в 2012 г. Отрицательным. Значительно пострадал сектор туризма, оставляющий в настоящее время 7% ВВП страны.

С приходом к власти военных политический раскол проявился с новой силой, когда сторонники свергнутого президента М. Мурси стали проводить ответные протесты вроде акции «марш миллионов».

Сложная социально-экономическая и политическая обстановка в Египте, близкая к хаосу, а также недостаток внутренних ресурсов создали ситуацию, когда стабильность в стране во многом зависит от успеха внешней политики. В конструировании внешнеполитического курса Египта в постмубараковский период прослеживаются два вектора, между которыми египетское руководство балансирует. С одной стороны, Египет лоялен странам Персидского залива и США (и Израилю как союзнику Вашингтона). С другой - Египет развивает сотрудничество с ЕС, Россией и Ираном.

Важность США для Египта подтверждается его проамериканской позицией по сирийскому кризису, а также ближневосточному урегулированию: египетская администрация подтвердила приверженность мирному договору с Израилем, в котором заинтересован Вашингтон.Важным элементом американо-египетского сотрудничества является ежегодная финансовая помощь США. На 2013 г. запланированная помощь США Египту составляет примерно 1,6 млрд дол. В настоящее время в связи с нестабильностью в Египте Вашингтон принял решение о замораживании помощи Каиру, которое Египет назвал «ошибочным».

Американо-египетские отношения осложняются тем, что не все египетское общество поддерживает тесные контакты Каира с Вашингтоном. В частности после свержения режима Х. Мубарака протестующие требовали освободиться от экономической и политической зависимости от США.

Рейтинг мировых экспортеров вполне предсказуем и базируется на данных за 2005-2012 гг., имеющихся сведений о заключенных контрактах на ближайшую будущее и замечаемых тенденциях.

Первое место по экспорту оружий в регион Ближнего Востока в ближайшие 3-4 года, как и за предыдущие восемь лет, займут Америка. Штаты в качестве монополиста на рынке вооружений Ближнего Востока закрепится. Если рассматривать географию американского экспорта ВиВТ в основные регионы мира, то Ближний Восток уже не одно десятилетие занимает ведущие места. Если в 2004-2011 гг. поставки оружия в этот регион составили около 50 млрд долл., то с 2012 г. доля стран Ближнего Востока резко возрастает и до 2016 г. составит порядка 72 млрд долл. Большая часть крупных контрактов была заключена после проехавшейся по странам Северной Африки и Ближнего Востока арабской весны. Подходящим фоном для новых заказов на американские вооружения является также продолжающаяся гражданская война в Сирии.

Второе место займет Великобритания с долевым объемом от всего экспорта не менее 9%. Третье место займет Франция с долевым объемом от всего экспорта около 6% (5,7-5,9%).

В целом страны Ближнего Востока продолжат вооружаться значительными темпами, и за четыре предстоящих года суммарный рост военных закупок увеличится почти в два раза. Из этого следует, что военный потенциал стран Ближнего Востока продолжит ускоренный рост, в связи с чем нельзя исключить возрастание конфликтности в регионе.

В Сирии - не спонтанное вырождение событий, а результат продолжительной работы, проведенной в основном вне государства. Впрочем, это же можно сказать и об антиправительственных выступлениях в других арабских странах региона. А фундамент для проявления недовольства и протеста есть везде и всегда.

«Пламя революции» охватило государства Ближнего Востока по очереди, строго в определенном порядке, что также наводит на мысли: к примеру, в природе лесной или степной пожар распространяется круговой волной, захватывая все прилегающие территории, если, конечно, его никто специально не направляет в нужную сторону. Здесь же налицо явная избирательность: Египет-Сирия-Бахрейн, имеющие сходные социальные проблемы и отличающиеся консерватизмом политических режимов.

Но организация восстания практически невозможна без скрупулёзной предварительной подготовки, наборы боевиков и объединения их в боевые группировки, отчетливой системы противопоставления, материального обеспечения и, самое основное, расходования в зоне будущего конфликта существенных финансовых средств, назначенных для подпитки революционной борьбы. Последние невозможно доставить в зону конфликта моментально, и уж тем более, если бунт начался. Без внешней финансовой помощи ни одна из нынешних революций не имеет ни шанса против легитимной власти. На языке специалистов по психологическим операциям и технологов цветных революций это явление называется контролируемой цепной реакцией и является обязательным элементом любой современной технологии цветных революций. В этой технологии любые промежуточные результаты революционного подъема народных масс в одной стране становятся инициирующим поводом, бросающей революции или вооруженного мятежа в последующей стране из заранее запланированного зарубежными революционерами списка. При этом очередность следования загорающихся стран в контролируемой цепной реакции жёстко соблюдается: ведь инициирующий импульс пробуждает не гражданскую позицию общества, усмиренную очередным авторитарным режимом, а домашние заготовки политтехнологов, готовивших эту революцию в течение продолжительного времени и вводивших соответствующую идеологию в массовое сознание населения. А для каждой конкретной страны эти заготовки - свои.

Выдает в этих процессах технологию не только порядок, в котором вспыхивают страны, но и высокая скорость распространения такой цепной реакции: это возможно только при высокой степени внешней координации происходящих событий. Только в этом случае они в своей массе перестают быть отдельными случайными фрагментами мозаичной картины и приобретают характер сценария, в котором все эпизоды взаимосвязаны в рамках одного плана, имеющего вполне конкретные цели, задачи и последовательность их осуществления.

В революциях Египта, Сирии и Бахрейна наблюдается еще один ключевой элемент технологии «цветных революций»: это - механизм обратной связи, обязательно присутствующий в любой специальной операции. Суть его такова: первоначальный сценарий революции обкатывается на примере одной страны, затем корректируется (с помощью механизма обратной связи) и в виде очередной итерации запускается в отношении следующей по списку страны. Затем процедура коррекции повторяется снова. При этом соблюдение очередности в применении технологий революций к избранным странам обязательно: такой прием позволяет вовремя учитывать и исправлять ошибки в исходном сценарии, оперативно адаптировать его под тонкую специфику региона, которая проявляется, как правило, уже в процессе реализации исходного замысла. В этом - гибкость современных технологий «цветных революций» и одновременно, их главный демаскирующий признак.

Что касается относительно Украины, об украинских бандеровцах, то очень тяжело вообразить, что эти группировки приобрели, как заявляют, форму на рынке, оружия где-то там же. Это как несомненно сформированные, подготовленные, профессиональные бойцы. Так Запад вовсе и не скрывает своей открытой военно-политической поддержки так называемым демократическим оппозиционным партиям и манифестантам, использующих так называемые мирные методы протеста.

Если же анализировать заявления ряда западных политических деятелей, то мы часто слышим о том, что Соединенные Штаты и его партнеры в ЕС намеривают того, чтобы нынешнее политическое противостояние на востоке Украины было урегулировано политическим, демократическим и, в первую очередь, мирным путём. Но тем не менее, де факто никто из здравомыслящих людей не отрицает того, что на самом деле, запад самым бесцеремонным образом вмешивается во внутренние дела Украины и намеренно провоцируют дестабилизацию обстановки в регионе. Это и лишний раз доказывает о двойном стандарте западной политической идеологии.

И, наконец, в революциях в странах один факт: неестественное отсутствие обязательного компонента всякой революции - революционной идеологии. Между тем настоящие революционеры - идеалисты: в основе их революционной борьбы лежат либо высокие идеалы (свобода, равенство, братство, справедливость), либо идеи национально-освободительных движений. Ничего подобного в арабских революциях нет: есть разнохарактерное протестное движение, которое стремительно обращается в политическую толпу, главная цель которой - свержение действующей легитимной власти в лице ее конкретных представителей. При этом революционная толпа не выдвигает никакой альтернативы политической программы: народный гнев имеет сугубо персонифицированный характер и ничего не имеет против самой политической системы. Цель такой революции сводится к тому, чтобы на обстоятельно подогретой волне народного гнева к власти пришли новые лица, которые, вероятно, ничем не лучше предшествующих, но обладают романтическим ореолом революционеров. Эти люди могут не иметь ни ведомого прошедшего, ни заслуг перед государством и вообще выскочить из политического хаоса в самый конечный момент. Для любых мировых лидеров, интересы которых лежат в данном регионе, этот момент является самым наилучшим для приведения к власти своих ставленников.

В этой связи нужно подчеркнуть, что Сирия, будучи союзником Ирана, который соответствующе рассматривается Соединенные Штаты Америки и Израилем в качестве враждебного государства, и поддерживая палестинские группировки, противостоящие Израилю, является довольно деятельным участником глобальной политики. Соответственно, располагаются внешние силы, которые стремятся влиять на внутрисирийский кризис для достижения своих целей.

В общем, если под итожить, то внешняя политика США и его западных партнёров проявилась слабо и безответственно как по отношению к по по украинскому кризису, так и в невозможности разрешить сирийский кризис. Присоединение Крыма к РФ привело к значительному обострению взаимоотношений России и Запада. Для президента Соединенных Штатов Барака Обамы украинское противостояние стало, вероятно, самым немаловажным внешнеполитическим тестом за последние годы его правления. По оценкам многих полит аналитиков, и этот проект с Украиной президент Обама провалил. Слабая игра на мировой арене Америки, так скажем, в украинской партии во многом может предначертать исход президентских выборов в 2016 году. Нужно подчеркнуть, что международная политика Обамы к данным конфликтам значительно подвёл доверие американских граждан к своему президенту. По данным независимого опроса канадского университета Виннипег от 2 апреля 2014 года, 61% опрошенных американцев не одобряют и только 37% положительно оценивают международную деятельность Обамы, что в свою очередь, является одним из не лучших показателей за весь его президентский срок. Вероятно, после них американскую внешнюю политику, да и западную ждут серьезные перемены.

2.2 Внешняя политика Израиля в отношении революционных процессов (на примере Египта, Сирии и Бахрейна)


Однако процесс политизации радикального ислама коснулся не только стран, прямо или косвенно задетых «арабской весной». Этот процесс приобрел глобальный, если не сказать, планетарный характер. По данным израильских аналитиков и экспертов, для которых этот вопрос имеет первостепенное значение, инфраструктура исламского экстремизма сейчас представлена в 62 странах, тогда как десятилетие назад в орбиту ее влияния было втянуто не более 40 стран. Заместитель министра иностранных дел Израиля Д. Аялон, выступая в Брюсселе на конференции Евросоюза, выразил опасения, что Ближний Восток после революций могут захватить исламисты.

Что затрагивает политики ведущих западных держав в отношении Сирии, то, вероятно, что политика Запада, устремленная фактически на дестабилизацию арабского мира, формирование здесь устойчивого хаоса и внутреннего противоборства, в какой-то степени может быть выгодна странам Запада в плане облегчения им выхода к арабским нефтегазовым ресурсам и Израилю - в плане ликвидации возможных военных противников, тем не менее, ведет к увеличению радикального исламизма.

Следовательно, нужно обнаружить возможных участник военного конфликта, вернее государства, обладающие общую с Сирией границу.

Израиль - имеет высоким наступательной возможностью, позвояющим снабдить успешные боевые действия против сирийской армии на ее же территории. Но его участие в операции против Сирии кажется маловероятным, так как израильский фактор всегда выступал связывающим стимулом для всего арабского мира. Открытое вторжение Цахала на территорию Сирии с большой степенью возможности приведет к острому росту антиизраильских и антиамериканских выступлений во всем арабском мире. Израиль, скорее всего, ограничивается агентурным обеспечением действий коалиционных сил в случае их создания и сирийской оппозиции. Авиация Израиля может быть эффективно использована для уничтожения пусковых установок тактических и оперативно-тактических ракет, а также запасов химического оружия, имеющегося на вооружении ВС Сирии.

Ядерный потенциал Ирана является также проблемой номер 1 для Израиля - главного стратегического союзника США в регионе. Открывая первое заседание только что сформированного нового правительства, премьер-министр Б. Нетаньяху заявил: «Сейчас наши враги объединяются не только с целью создания ядерного оружия, направленного против нас, а также с целью оснащения оружием массового поражения, что происходит в нашем регионе. В то время когда они объединяют свои силы, нам необходимо объединить свои, чтобы избавить себя от данной опасности». Б. Нетаньяху не стал раскрывать, что он подразумевает под силами, готовыми объединиться для противостояния вызовам со стороны Ирана. Однако израильский министр иностранных дел А. Либерман дал по этому поводу достаточно четкие разъяснения. В своем выступлении на ежегодном форуме, проводимым американским Центром Сабана по изучению ближневосточной политики, он, в частности, указал: «Если вы пообщаетесь с правителями стран Персидского залива, они не будут обсуждать с вами палестинскую проблему - они будут говорить об иранской проблеме, которую считают наиболее угрожающей и опасной.

Что же до иранской ядерной программы, то тут следует уяснить один факт - появление у Ирана ядерного потенциала повлечет за собой безумную гонку ядерных вооружений на всем Ближнем Востоке. Утечка ядерной технологии в руки террористов станет вполне реальной опасностью. Защищенный «ядерным зонтиком», иранский режим будет еще более непредсказуем и агрессивен, и не только по отношению к Израилю. У меня нет никаких сомнений в том, что администрация США прекрасно понимает эту опасность и готова сделать все, чтобы этого не случилось».

Таким образом, на фоне «иранского синдрома» идет формирование нового политического альянса. Причем наиболее экстравагантный участник этого политического союза - Израиль - уже дал отчетливо понять, что он готов сосуществовать с исламскими режимами и оказывать им содействие в борьбе против шиитской экспансии, если те будут проявлять лояльность по отношению к еврейскому государству. «В этом - общий интерес Израиля и всего региона. Вы - наш самый большой сосед, и я надеюсь, что мы сможем и далее развивать хорошие добрососедские отношения». В официальной речи на сессии СБ ООН, посвященной проблемам защиты мирного населения в ходе вооруженного конфликта, посол Израиля в ООН РонПросор ясно дал понять, что израильское правительство официально требует положить конец преступлениям Асада и требует ускорить проведение операции по введению иностранного контингента войск для «осуществления конкретных и решительных действий».

Подтверждением того, что «арабская весна» была операцией, которая тщательно планировалась американской администрацией, является секретный документ, опубликованный в экспертном материале Б. Рубина, ведущего аналитика Центра изучения международных проблем Глория при Междисциплинарном центре в Герцлии (Израиль). Б. Рубин отмечает, что советники по внешней политике подготовили в августе 2010 г. по распоряжению президента Б. Обамы документ в отношении ряда арабских стран, включая Египет, который предусматривал реализацию под эгидой США и в интересах США сценариев устранения при содействии религиозных оппозиционеров авторитарных режимов в странах, которые относятся к числу американских союзников.

Основываясь на этом документе, Б. Рубин до-казывает, что перераспределение власти в Египте в пользу «Братьев-мусульман» было частью стратегического плана американской администрации, разработанного еще до начала «арабской весны», то есть до событий 17 декабря 2010 г., когда начались массовые демонстрации протеста против тридцатилетнего правления президента Туниса Бен-Али.

Изложенное выше позволяет сделать однозначный вывод: пока радикальные исламисты и их спонсоры ведут совместными усилиями борьбу против режимов, которые относятся к числу неу- годных США, Израиль, как их основной стратегический союзник в регионе, естественно, будет поддерживать программу уничтожения своих противников руками тех, кто им противостоит, в соответствии с принципом «Inimicus, inimica - Amicusmeus» («Враг моего врага - мой друг»).

2.3 Внешнеполитическое участие стран исламского мира в революциях 2011-2013 гг.


Региональные союзники США на Ближнем Востоке, и прежде всего Саудовская Аравия, Катар, уже давно финансируют и вооружают исламистские партии и группировки в целях усиления позиций консервативного ислама в арабском мире и противодействия шиитской (иранской) экспансии.

Нефтедобывающие соседи Египта с момента начала «Арабской весны» предоставили Египту немалую финансовую помощь. Среди основных египетских спонсоров - монархии Саудовская Аравия и Катар.

Свое первое зарубежное турне М. Мурси начал с посещения Саудовской Аравии в июле 2012 г. с целью получить финансовую поддержку. Министр иностранных дел Египта Мухаммад КямилАмр выразил надежду, что после визита Мурси привлечение иностранных инвестиций в экономику Египта выйдет на качественно новый уровень.

Однако политика «Братьев-мусульман» во многом не устраивала Саудовское королевство. Во-первых, в вопросе их понимания государства как светского института. Во-вторых, из-за налаживания Египтом отношений с политическим противником аравийских монархий - Ираном.

С другой стороны, КСА и Катар были заинтересованы в сотрудничестве с Египтом. Оба государства активизировали свою внешнюю политику с начала арабской весны, и оказание поддержки Египту стало вопросом внешнеполитического престижа. Кроме того, Египет занял в отношении сирийского кризиса позицию, лояльную монархиям Персидского залива, как и США, осудив администрацию БашараАсада и отозвав посла из Дамаска.

После отстранения М. Мурси от власти отношения между Египтом и Саудовской Аравией улучшились. Руководство КСА направило одобрительное послание в адрес новых властей Египта, заявив, что «вооруженные силы Египта вывели страну из подземелья». В июле 2013 г. КСА, Катар и ОАЭ предложили Египту помощь на общую сумму в 12 млрд дол., из который он почти сразу получил порядка 5 млрд дол. Согласно комментарию министра экономического планирования Ашрафа Аль-Араби «арабская помощь позволит Египту хорошо пережить переходный период».

Заключение


Сейчас по многим арабским государствам прокатилась волна народных выступлений, которые либо привели к смене государственного руководства как в Египте, либо серьезно обострили внутриполитическую ситуацию как в Сирии и Бахрейне. Большинство экспертов в России и за рубежом сходятся во мнении, что феномен «арабской революции» или так называемой «арабской весны» имеет одну общую закономерность: во всех странах Ближнего Востока, охваченных массовыми протестными выступлениями, наблюдается укрепление позиций и рост популярности исламистских политических партий, организаций и групп. Основное содержание дипломной работы было сконцентрировано на анализе не только религиозных, политических, социально-экономических и иных аспектов современной идеологии и практики радикального ислама, но и участие внешнеполитических акторов в арабских революциях 2011-2013 гг., носящих угрозы и вызовы в современном мире.

Нынешняя ситуация объективно способствовала формированию в регионах нового политического альянса. Сейчас ближневосточная политика американской администрации нацелена на продвижение фронта радикального ислама, что соответствует стратегическим интересам региональных партнеров США, включая нефтедобывающие арабские страны Персидского залива, Турцию и даже Израиль.

Как видно из трёхлетнего противоборства сторон в Сирии и вокруг нее, страна разломана, рассечена на массу социальных слоев, а также по национально-религиозным и территориальным сегментам. Причем внешний фактор в лице мировых держав и линии заинтересованных международных организаций приобрел право на вмешательство в её внутренние дела. Воспользовавшись сформировавшейся трагической обстановкой в Сирии, иностранные идеологи высказывают о продолжении плохой участи этой страны и на перспективу. Так, мировые СМИ и политологи-эксперты утверждают, что Сирии грозит вернее судьба Афганистана - затяжная гражданская война на истощение и продолжительный глубокий раскол общества по религиозным, социальным, этническим и территориальным сферам. Причем говорится, что это - тупик. Поэтому и советы извне вытекают безнадежные, т.е. избежать тупика можно лишь двумя способами: либо скорой и максимально жесткой ликвидацией восстания (на что у режима, по всей вероятности, мало сил и политической воли), либо отставкой Башара Асада и проведением глубоких реформ (на что у правящих кругов государства нет желания).

На мой же взгляд, противодействие терроризму должно рассматриваться всеми цивилизованными странами в качестве одной из основных общегосударственных задач. Тут хотелось бы отметить тот факт, что любое военное вмешательство в дела Сирии не допустимо. Свержение действующего правительства Сирии приведет к приходу к власти исламистов и росту репрессий, насилия и нестабильности, тем более когда в стране и так уже политическая нестабильность, экономический спад. Кроме того, это будет крайне опасным прецедентом для всех стран региона. Видимо, урегулировать конфликт в Сирии может только правительство этой страны совместно с обществом, однако чем дольше будут длиться боевые действия, тем туманнее становится эта перспектива. К сожалению, возможности международного сообщества в данном случае довольно ограниченны, но оно должно всячески способствовать этому. Запад должен прекратить политику двойных стандартов по отношению к сторонам конфликта; прекратить любую поддержку повстанцев; и, хотя репрессивные методы Сирийских властей вызывают беспокойство, предоставить им возможность навести порядок в стране. В конечном счете, репрессии законных властей лучше, чем такие же репрессии боевиков - радикальных исламистов.

Геополитическое положение Украины на карте Европы дало ей как ряд преимуществ, так и серьезные проблемы, которые она пытается решить и использовать в своих интересах. Перед страной, ее властью стал тяжелый выбор: определения собственного места в Европе и мире, выбор евразийского движения или западноевропейских традиций. Выход из тяжелой внутреннеполитической ситуация в стране, поднятие экономики зависят от внешнеполитического курса государства и выбора модели его дальнейшего развития.

Большим успехом российской внешней политики, на мой взгляд, является как раз решимость твердо стоять на своей позиции по Сирии и Украины, не давая санкции Совета Безопасности ООН на любое внешнее вмешательство и, тем более, на военную интервенцию. Здесь важно последовательная поддержка Китая. В Москве и Пекине понимают, что присоединение Крыма, а также решение вопросы о Сирии, решает вопрос не только о будущем данных регионов, но и то, каким будет миропорядок в ближайшие 10-15 лет.

Я считаю, что американцы вместе с французами и британцами проводят максимально идеологизированную политику, которая не учитывает местные реалии. Важно помнить и соответствовать международному праву, предусматривающую территориальную целостность и право народа на самоопределение. Важно также учесть, что как и в Сирии, так и на Украине речь вовсе не идет о демократических принципах, о свободе и равенстве, как таковой политической модели, а речь идет о грубом, силовом захвате власти.

Египетское общество переживает сложный период нестабильности и неопределенности, в который оно погрузилось после событий «Арабской весны» 2011 г., когда был свергнут режим Хосни Мубарака. В июле 2013 г. произошел новый переворот. Президент Мурси, представлявший «Братьев-мусульман», был арестован. Власть временно перешла к военным. Предстоят новые выборы в парламент. Предварительные выводы, которые можно сделать на сей счет, сводятся к следующему. Вожделенную демократию не водворили в Египте ни «Братья-мусульмане», ни военные.

Острые социальные проблемы, связанные с недовольством египтян политическим и экономическим положением страны, а также сферой внутренней безопасности, требуют незамедлительного решения. Из-за нехватки собственных ресурсов залогом успеха новой администрации АРЕ стало грамотное построение внешней политики, в которой прослеживаются две противоречивые тенденции, между которыми ему приходится балансировать. С одной стороны, Египту необходимо найти внешний источник финансирования, и это требует проведения мягкого внешнеполитического курса. С другой стороны, непрекращающиеся волнения обязывали египетскую администрацию формировать более жесткий внешнеполитический образ Египта, свободного от внешних влияний.

Таким образом, сотрудничество с США и странами Персидского залива выгодно Египту с точки зрения финансовой поддержки. Найти столь крупные альтернативные источники финансирования для Египта не представляется возможным. Будет логично, если Каир продолжит проведение политики, лояльной по отношению к этим странам. Однако возможность попасть в политическую и экономическую зависимость от США и нефтедобывающих арабских соседей, выжидательный характер политики США по отношению к Египту, социальные настроения внутри египетского общества дают основания предположить, что Каир будет развивать альтернативные векторы внешней политики. ЕС и Россия выгодны Египту с точки зрения дивесификации направлений экономического сотрудничества, а Иран мог бы стать политическим козырем Египта в его отношениях с США и странами Персидского залива.заявление премьер-министра Египта Хазима Аль-Баблауи, сделанное в конце августа 2013 г., точно характеризует многовекторную направленность внешней политики Египта: «Не стоит забывать, что Египет жил и при военной поддержке России, и преуспел в этом. Нынешняя ситуация - еще не конец света. Мы можем жить в разных условиях».

Хочу отметить, что предпринимаемые США и их региональными партнерами шаги по устранению Б. Асада - очередной жертвы «арабской весны» - не только усугубят и без того крайне нестабильную ситуацию вокруг Сирии, но и создадут реальную перспективу продвижения радикального ислама в направлении границ Российской Федерации.

В последние несколько месяцев раз за разом появляются условия, которые невозможно разъяснить той логикой развития системы международных отношений, которая доступна нам и вписывается в современную глобальную политическую и экономическую реальность. Сейчас нам просто необходимо знать, что вядру этих метаний находятся не гуманитарные суждения, не стремление к новому мировому порядку, более честному и справедливому, а более значительные, вероятно, тектонические процессы перераспределения глобальных капитала, ресурсов и влияния.

Успешность российской внешнеполитической контуры - тема для горячих дискуссий как внутри страны, так и за ее пределами. Это направление реализуется в условиях обширного спектра международных вызовов и проблем - от сирийской обстановки до эрозии глобального строя, реакция на которые требует обдуманного, твердого и деятельного подхода. Вместе с тем выдвигаемые Россией на мировой арене инициативы нуждаются в постоянном и глубоком осмыслении на предмет их эффективности и целесообразности в долгосрочной перспективе.

Таким образом, в случае падения правящего режима в Сирии здесь, весьма вероятно, что в Сирии возможна активизация исламистского экстремизма. Причем она может быть направлена в том числе и против России. Тут достаточно вспомнить чеченский урок для России и становится понятным, почему внешняя политика РФ направлена на поддержку Сирии, а именно Башара Асада. Ведь он единственный лидер в арабском мире, который разделяет ту идеологию Путина, что политика и религия - вещи несовместимы. Как только религия вмешивается в политические дела, возрождается радикальные идеологии.

Еще одним результатом возможного крушения нынешнего сирийского режима станет потеря Россией своего, пожалуй, единственного союзника на Ближнем Востоке вместе с военно-морской базой в Тартусе и выдавливание отсюда российского бизнеса, как это происходит в Ираке. Возможно, в настоящее время политика в отношении Сирии не является приоритетной для России. Так как ситуация на Украине спровоцированный западом немало важный аспект внешней деятельности страны. Однако внешняя политика великой державы, каковой Россия является хотя бы по размерам ее территории, обладанию ядерным оружием и постоянным членством в СБ ООН, должна основываться на продолжительных интересах. Сирия, занимая стратегически существенное положение в регионе и являясь возможным проводником экономических и военно-политических интересов России на Ближнем и Среднем Востоке и в бассейне Средиземноморья, должна занимать довольно значительное место в российской внешней политике.

Следующий важный пункт для России - газ. А почему газ? Ведь Россия занимает 1 место в мире по добыче и экспорту сырой нефти и природного газа. А кому Россия продаёт? Европу. Если ты сильная страна, то должна быть самостоятельная. А у Европы есть одна слабая точка - у них нет месторождения нефти и газа. Да, бесспорно, у них есть новейшие техника и технологии, но без вышесказанных страна нуль. Так как Сирия является неким проектом построения газопроводной пути от Катара в Европу для ЕС, России важно не потерять своего клиента и поддержать свой статус первенства по добычу газа.

Очевидно, сегодня Россия пытается привлекать европейских и американских партнеров к формированию новых правил игры в ситуациях нового мирового порядка в системе международных отношений. В прочем, чтобы появились новые понятные и прозрачные для всех правила игры, следование которым обеспечивало бы взаимное сдерживание сверхдержав, в интересах, как стран СНГ, так и других государств, не владеющих достаточной силой для обеспечения своего суверенитета и вынужденных отыскивать покровителя среди мировых держав. Вопрос же заключается в том, что нынешнее состояние двух полярного мира переходит к многополярному, где поднимается мощь России, ЕС находится в упадке и США пытается удержаться позицию монополя.

Россия показало всему миру свою компетентность в вопросе о Сирии, вступая в ВТО вместе с Китаем, т.е. со стороны России - военная сила, с Китая - экономическая мощь, а вместе они далеко опережают США вместе с ЕС. Россия также доказала, что она может сконцентрировать свою внешнюю силу одновременно в двух горячих точках мировой событии - это сирийский кризис с одной стороны, украинское противостояние с другой. Тем самым показал, что Россия будет готов и к третьей игре, с провоцируемых США.

Это дает нам рассчитывать, что даже после урегулирования украинского кризиса нестабильность на мировой арене не только не пропадет, но кое-какое время будет нарастать. Возможно, вопросы будут не столь актуальными, как вокруг Украины и Сирии, а участие в них мировых держав будет не столь заметным, но их количество в различных местах мира в ближайшее время будет возрастать.

Собственно именно это - высокаяконфликтогенность международной обстановки, окончательно вскрытая украинским кризисом и отсутствие действительных механизмов преодоления противоречий и становится главным вопросом для всего мира.

Интересы монархий Персидского залива

Среди государств Персидского залива в регионе традиционно будут выделяться вышедшие на авансцену в результате «Арабской весны» Саудовская Аравия и Катар. При этом саудиты, обеспокоенные наметившимся потеплением в отношениях США и Ирана будут более активны: среди основных целей КСА останутся поддержка суннитских группировок в Сирии, Ираке и Ливане, а также укрепление своего влияния в Египте. Наметившийся раскол правящей элиты Королевства в 2014 г. не приведет к серьезным последствиям, однако этот фактор способен повлиять на его региональную политику. В свою очередь, Катар также продолжит играть ведущую роль в региональных делах, в большей степени сосредоточившись на дипломатических и финансовых рычагах влияния и уделив внимание некоторым вопросам, не являющимся приоритетными для саудитов, среди которых ситуация в Дарфуре, Ливии и в рамках Ближневосточного урегулирования.

Ситуация на Бахрейне сохранит свое региональное значение ввиду возможного обострения здесь суннистко-шиитского противостояния. В то же время у суннисткого руководства страны при поддержке соседей из Саудовской Аравии имеется достаточный потенциал для подавления недовольства шиитов.

Список использованной литературы


1.Богатуров А.Д., Косолапое П.А. Нелиберальные демократии и либеральная идеология. // Международные процессы. 2006. № 2

2.Лопатин В. Проблемы реализации Палермской Конвенции ООН (2000г.) против транснациональной организованной преступности в России и СНГ. // Международная конференция: "Мировое сообщество против глобализации преступности и терроризма. М.:- Международные отношения. 2002. С. 207.

.Вахрушев В.А. Исторические аспекты терроризма / В.А. Вахрушев // Вестник академии военных наук. - 2011. - № 2. - С. 187-196.

.Примаков Е.М. Мир без России? К чему ведет политическая близорукость. М. // «Российская газета», 2009.

.С. Кургинян Актуальный архив.Теория и практика политических игр // М. 2010.

.А.М. Васильев. Цунами революций. // Азия и Африка Сегодня. № 3. 2011.

.Политическая аналитика // URL: -..%22http://www.politicalmind.ru/minsos-1195-4.html%2018.06.13"http://www.politicalmind.ru/minsos-HYPERLINK "13%22http://www.politicalmind.ru/minsos-1195-4.html%2018.06.13"1195HYPERLINK "13%22http://www.politicalmind.ru/minsos-1195-4.html%2018.06.13"-HYPERLINK "13%22http://www.politicalmind.ru/minsos-1195-4.html%2018.06.13"4HYPERLINK "13%22http://www.politicalmind.ru/minsos-1195-4.html%2018.06.13".html HYPERLINK "13%22http://www.politicalmind.ru/minsos-1195-4.html%2018.06.13"18HYPERLINK "13%22http://www.politicalmind.ru/minsos-1195-4.html%2018.06.13".HYPERLINK "13%22http://www.politicalmind.ru/minsos-1195-4.html%2018.06.13"06HYPERLINK "13%22http://www.politicalmind.ru/minsos-1195-4.html%2018.06.13".HYPERLINK "13%22http://www.politicalmind.ru/minsos-1195-4.html%2018.06.13"13.

.Безносов Д.С., Почебут Л.Г. Психологические аспекты экстремизма и терроризма // Вестник Санкт-Петербургского университета. - Cерия 10. 2010. - № 1. - С. 287-299.

.Пригожин И., Стенгерс И. Прядок из хаоса. Новый диалог человека с природой. // М: Эдиториал УРСС, 2000.

.М. Хатами: межцивилизационный диалог и мусульманское сообщество / И.А. Мелихов // Дипломатический вестник. - 2001.- № 9. - С. 63-66.

.Манойло А. Технологии управления политическими конфликтами в революциях на Ближнем Востоке и в Северной Африке // Политэкс. 2012. Т. 8, № 1. С. 131-154.

.ИНДЕКС ISI ЗА СЕНТЯБРЬ-НОЯБРЬ 2013.

.А.Гушер: Современный мир - вызовы и угрозы безопасному развитию стран и народов. // Новое Восточное Обозрение. 2012.

.Долгов Б.В. Кризис в Сирии: внутренние и внешние факторы // Восточная аналитика. - 2011. № 2. - С.181-187.

.Программа лекции Сирийский кризис: причины и перспективы терроризма // URL: http://HYPERLINK "http://www.nov.docdat.com/docs/index-10871.html"wwwHYPERLINK "http://www.nov.docdat.com/docs/index-10871.html".nov.docdat.com/docs/index-HYPERLINK "http://www.nov.docdat.com/docs/index-10871.html"10871HYPERLINK "http://www.nov.docdat.com/docs/index-10871.html".html (09.06.2013).

.Валовой внутренний продукт и валовая добавленная стоимость по видам экономической деятельности // Росстат

.Mann S.R. Chaos Theory and Strategic Thought. Parameters Autumn, 1992, 54-68 (пер. нарус. см. http://spkurdyumov.narod.ru/mann.htm)

.In Michigan, Obama presses his case for higher minimum wage, asks businesses, lawmakers to act // URL: http://www.winnipegfreepress.com/ (04.2.2014).


Теги: Внешнеполитический аспект революций в арабском мире (на материалах Египта, Сирии и Бахрейна)  Диплом  Политология
Просмотров: 20703
Найти в Wikkipedia статьи с фразой: Внешнеполитический аспект революций в арабском мире (на материалах Египта, Сирии и Бахрейна)
Назад