Анализ сценариев мировых политических процессов, связанных с соперничеством циркумполярных государств за ресурсы Арктики

Введение


Последнее десятилетие XX - начало XXI вв. - это качественно новый период мировых политических процессов, обусловленный крахом биполярной системы миропорядка, появлением новых центров силы, усилением глобальных тенденций развития человечества (процессы интеграции и демократизации; повсеместное внедрение информационно-коммуникационных технологий и т.д.). Очевидна также эскалация общепланетарных угроз и вызовов, что еще раз подтвердила авария на японской АЭС в Фукусиме весной 2011 года. Один из планетарных вызовов - ограниченность природных ресурсов, в том числе углеводородных, пресной воды, земель сельскохозяйственного назначения и других условий жизнедеятельности человечества. Ситуация усугубляется ростом мировой экономики и народонаселения Земли и, как следствие, расширенным потреблением энергоресурсов, обострением борьбы за их источники. По прогнозам аналитиков, в ближайшие десятилетия углеводородная энергетика будет по-прежнему доминировать среди других традиционных энергоносителей [1, с.164]. Поэтому развитие мировой экономики самым тесным образом коррелирует со способами обеспечения энергетической безопасности, которая, как правило, осуществляется различными методами, в том числе политическими. Политизация энергетической сферы - это реальность, не требующая особых доказательств. Надежное и стабильное обеспечение энергоресурсами является важнейшим внутри- и внешнеполитическим приоритетом большинства стран мира, что оказывает сильное влияние на мировые политические процессы.

Проблема энергетической безопасности актуализируется прогрессирующим исчерпанием давно эксплуатируемых месторождений нефти и газа. Несмотря на разброс оценок со стороны мирового экспертного сообщества по срокам их исчерпания, тем не менее, признается необходимость разведки и разработки новых богатых районов залежи углеводородов. Наиболее перспективным районом признается Арктика, которая наряду с Мировым океаном, Антарктикой и космосом, является пространством глобальной значимости. В пользу этого варианта международные аналитики приводят ряд аргументов: доступность в ближайшие годы энергоресурсов Арктики вследствие глобального потепления; новые возможности арктического судоходства; безопасность Арктического региона по сравнению, например, с Ближним Востоком, где конфликты носят хронический характер и, следовательно, потенциально угрожают срывом транспортировки углеводородного сырья в развитые страны.

Разработка природных ресурсов Арктики, по мнению экспертов, может кардинально изменить региональную и глобальную геополитику. Доказывается, что геополитическими и геоэкономическими бенефициариями будут преимущественно циркумполярные государства: Россия, США, Канада, Норвегия и Дания/Гренландия. В частности, Российская Федерация может значительно усилить свои геополитические позиции, обрести статус мощной морской державы с чрезвычайно широким выходом в Мировой океан, в том числе для осуществления необходимых операций ее военно-морского флота, а также для судоходства судов гражданского назначения. В тоже время есть серьезные основания полагать, что арктическая политика России вызовет сильное противодействие других циркумполярных государств. Существующая между ними напряженность по поводу разграничения обширных морских пространств в бассейне Северного Ледовитого океана и прилегающих к нему морях, сегодня испытывает эскалацию. В спешном порядке США, Канада, Норвегия, Дания/Гренландия и Евросоюз сформулировали в официальных документах стратегию действий в Арктическом регионе. В известных политических, военных и деловых кругах Запада, включая НАТО, вынашиваются планы изменения статуса некоторых морских пространств Арктики, находящихся под юрисдикцией России в соответствии с ее внутренним законодательством и международным морским правом. Поэтому перед Россией стоит важнейшая задача упрочения своего суверенитета в арктическом регионе, защиты своих национальных интересов в различных сферах. Растущее геополитическое соперничество циркумполярных государств не оставляют сомнений в том, что Арктике суждено стать в XXI веке серьезным узлом международных противоречий.

Цель и задачи диссертационной работы. Основная цель настоящего исследования заключается в анализе сценариев мировых политических процессов, связанных с соперничеством циркумполярных государств за ресурсы Арктики. Для достижения этой цели ставятся следующие задачи:

проанализировать основные теоретические парадигмы мировых политических процессов;

рассмотреть современную концепцию глобального потепления и его влияния на мировые политические процессы и мировую политику;

проследить динамику климатических изменений в Арктике в свете возможностей освоения его углеводородных ресурсов, которые могут в ближайшем будущем занять ведущее место в обеспечении энергетической безопасности человечества;

в контексте климатических изменений в Арктике доказать экономическую эффективность использования Северного Ледовитого океана в качестве важнейшей мировой транспортной коммуникации;

охарактеризовать международно-правовой статус и режим Арктики, выявить основные противоречия между циркумполярными государствами по поводу статуса отдельных морских пространств, особенно внешних границ континентальных шельфов;

провести сравнительный анализ стратегий циркумполярных государств и Европейского союза в Арктике; выявить их геополитические, геостратегические и геоэкономические приоритеты, а также существующий и возможный международный конфликтный потенциал;

обосновать тезис о важности отстаивания Российской Федерацией своих разнообразных интересов в Арктике, упрочения своего геополитического и геостратегического положения, защиты арктических границ, что может придать ей статус мощной морской державы;

рассмотреть действующие региональные механизмы сотрудничества циркумполярных государств по актуальным проблема Арктики, выявить потенциал его расширения и углубления;

рассмотреть альтернативный (конфликтный) вариант освоения углеводородных, биологических ресурсов Арктики, как фактора, влияющего на мировые политические процессы; проанализировать угрозы и последствия милитаризации региона, особенно в свете новейшей стратегии НАТО, претендующей на глобальную ответственность за вопросы безопасности.

Научная новизна полученных результатов заключается, прежде всего, в постановке проблемы, которая, по нашему мнению, займет выдающееся место в мировой политике XXI века. Эта научная гипотеза потребовала всестороннего обоснования. Актуализация научной темы связана с резко обострившимся соперничеством приарктических государств за крупные и еще неосвоенные углеводородные/биологические ресурсы и транспортные возможности Арктики. В этом плане в настоящей диссертации, одной из первых подобного рода, тщательно изучен целый комплекс проблем арктического региона в XXI веке: природно-климатические, экологические, энергетические, транспортные, геостратегические, геополитические. Ряд поставленных в диссертации научных проблем рассмотрен с точки зрения основных теоретических парадигм мировых политических процессов. В научный оборот предметов "мировая политика" и "международные отношения" введен крупный массив официальных документов, исследовательских материалов из различных отраслей науки. Важный аспект научной новизны настоящей работы заключается в попытке анализа возможных сценариев освоения Арктики.

Практическая значимость полученных результатов. Основные результаты настоящего исследования представляют большой интерес, прежде всего, для российских политиков и бизнес-сообществ федерального и регионального уровня, занимающихся проблемами национальной безопасности РФ, развития энергетического сектора страны, обеспечения ее приоритетного места на мировых рынках углеводородов в ближайшие десятилетия. Вместе с тем, учитывая динамику интеграционных процессов в формате Таможенного союза (Россия, Белоруссия, Казахстан), а также перспективу его расширения за счет других постсоветских государств, включая Кыргызстан, результаты исследования весьма полезны также для политической и деловой элиты названных государств. Известно, в энергетическом плане наша республика полностью зависит от энергопоставок из других постсоветских государств. Поэтому разработка ресурсов Арктики принесет ощутимую пользу и для Кыргызстана. Важное значение имеют договорные обязательства Кыргызстана в рамках ОДКБ.

Представляется, что материалы диссертации ценны также с точки зрения понимания арктических амбиций циркумполярных государств, а также третьих стран (Китай. Индия и Япония), проявляющих заинтересованность в доступе к энергетическим и другим ресурсам арктического региона. Полученные нами научные результаты, особенно при анализе конфликтов интересов приарктических государств, помогут более взвешенно подходить к реализации стратегии РФ в Арктике, при выборе политико-дипломатической тактики в отстаивании своих геополитических, геостратегических и иных интересов.

Практическое значение результаты диссертации имеют также для преподавания университетских курсов по международным отношениям и мировой политике. Целесообразно ввести на соответствующих факультетах и кафедрах спецкурсы "Арктика: ареал геополитических, геостратегических и геоэкономических интересов циркумполярных государств". Тем самым студенты, аспиранты и преподаватели получат возможность существенно расширить свои знания и представления о наиболее актуальных проблемах.

Основные положения диссертации, выносимые на защиту:

. Базовые парадигмы теорий мировой политики и международных отношений имеют существенное значение при анализе взаимоотношений циркумполярных государств в Арктическом регионе. Различная интерпретация теоретическими школами роли государств, силового фактора, международного сотрудничества и т.д. в международной политике служат основой осмысления современных взаимоотношений приарктических государств, возможных сценариев их развития в связи с актуализацией в мировой политике XXI века проблемы энергетической безопасности, а также защиты суверенных прав государств на определенные морские пространства.

. Основным вектором современных глобальных климатических изменений является потепление, что подтверждается многочисленным эмпирическим материалом. Концепт потепления независимо от его причин (антропогенных или природно-циклических) оказывает серьезное влияние на векторы развития человечества, мировую политику и международные отношения, в том числе актуализирует проблему энергетической безопасности, введение энергосберегающих технологий, обостряет соперничество государств и крупных компаний за новые источники энергии, вносит серьезные коррективы в мировую геополитическую ситуацию.

. Потепление в Арктике, что также многократно подтверждено результатами научных исследований, открывает возможность разведки и эксплуатации огромных запасов углеводородов, использования Северного Ледовитого океана в качестве важнейшей мировой транспортной коммуникации, которая может дать значительный экономический эффект для судоходства, связывающего наиболее развитые районы мира: Европу, США, Японию и др. страны.

. Международно-правовой статус и режим арктических вод в целом определен в соответствии в международным морским правом, что имеет важное значение для урегулирования спорных вопросов по поводу конкретных морских пространств. Тем не менее, отношения между приарктическими государствами осложнены целым рядом нерешенных вопросов, касающихся зон рыболовства (США и РФ), внешних границ континентального шельфа (РФ и Канада. РФ и США, РФ и Канада), правового статуса отдельных морских пространств (статуса Северного морского пути, принадлежащего РФ; Северо-Западного прохода, являющегося предметом спора между Канадой и США) и т.д.

. Потепление в Арктике спровоцировало гонку циркумполярных государств за доступ к ее энергетическим ресурсам и новым транспортным возможностям. Таким образом, соперничество государств в данном регионе имеет несколько измерений: геополитическое, геостратегическое и геоэкономическое. Российская Федерация, США, Канада, Норвегия и Дания/Гренландия сформулировали в последние годы национальные стратегии по защите своих интересов в Арктике. Анализ этих стратегий доказывает, что все вышеназванные государств считают ее реализацию одной из наиболее приоритетных областей своей внешнеполитической деятельности.

. В целях реализации своих национальных интересов в Арктике, изложенных в "Основных направлениях", Российская Федерация предпринимает необходимые меры (правовые, научно-исследовательские, технические, военные, административные и т.д.), которые в случае успеха изменят ее геостратегическое и геополитическое положение, обеспечат широкий доступ в Мировой океан, обеспечат разведку и эксплуатацию углеводородных и иных ресурсов Арктики.

. Сегодня в арктическом регионе в формате различных международных организаций (Арктического Совета, Совета Баренцева/евроатлантического региона и т.д.) осуществляется эффективное сотрудничество. Благодаря этому сотрудничеству реализован ряд международных проектов в области экологи, здравоохранения, устойчивого развития, культуры и т.д. Фактом является во многом еще не реализованный потенциал международного сотрудничества, в частности, по политическим вопросам. Существующие в настоящее время международные площадки и нормы международного права могут сыграть позитивную роль в освоении природных ресурсов Арктики, обеспечить неконфликтное решение спорных вопросов.

. Амбиции приарктических государств, стратегия НАТО, направленная на усиление своей глобальной ответственности в сфере безопасности, не исключают другого сценария освоения Арктики: гонки вооружений, милитаризации региона, свертывания международного сотрудничества, усиление военно-политического противостояния между Российской Федерацией и Северо-Атлантическим альянсом, "второго издания" холодной войны.

Личный вклад соискателя. Диссертационная работа представляет собой самостоятельное исследование.

Апробация результатов исследования. Основные положения и результаты диссертации были изложены на ряде республиканских научно-теоретических конференциях.

Основное содержание и выводы диссертации изложены в 30 научных публикациях, включая монографию "Арктика в мировой политике XXI века" (Бишкек, 2011). Все статьи вышли в рецензируемых периодических изданиях Кыргызсской Республики и Российской Федерации, а также при чтении лекции в Кыргызском национальном университете.

Настоящая работа выполнена и прошла успешное обсуждение на заседаниях следующих кафедр: кафедры политологии, рекламы, связи с общественностью, государственного и муниципального управления Института гуманитарных знаний Кыргызского государственного университета им. И. Арабаева, кафедры политико-правовых дисциплин Бишкекского государственного университета им. К. Карасаева, кафедры политологии Института государственного управления и политологии Кыргызского национального университета им. Ж. Баласагына.

Структура диссертации. Диссертационная работа состоит из введения, четырех глав, заключения и библиографического списка. Общий объем диссертации - 313 страниц.


Глава I. Обзор литературы


.1 Степень разработанности проблемы и источниковедческая база исследования


Академический интерес к Арктике на протяжении XX века испытывал значительные колебания в зависимости от военно-стратегических, экономических и др. запросов циркумполярных государств. Но в целом научные исследования Крайнего Севера проводились регулярно. СССР, например, уделял огромное внимание изучению военно-стратегических, социально-экономических и транспортных аспектов использования северных районов, в том числе Северного морского пути. Настоящий бум арктических исследований в России и странах Запада приходится на последнее десятилетие. Спектр традиционных научных исследований региона (климатология, метеорология, гляциология, биология морей, океанография и т.д.) значительно расширился за счет работ политологов, специалистов в области международного морского права и мировой политики.

Принципиальное значение для нас имеют работы российских, отечественных и зарубежных ученых по глобальным климатическим изменениям. Важность данной проблемы определяется тем, что разведку и эксплуатацию углеводородного сырья Арктики и новые возможности для мирового судоходства политики и научный мир самым тесным образом коррелируют с таянием ледового покрытия в СЛО и прилегающих к нему морях. Российские исследования представлены работами Т. Авдеевой, С. Агибалова, А. Кокорина, Э. Позднякова и др. [2;3;4]. Важные результаты получены российскими учеными в ходе научных исследований в Международный полярный год [5].

Свой вклад в изучение процессов глобального потепления внесли также ученые Кыргызстана Э. Абайханова, К. Боконмбаев, В. Касымова, Ш, Ильясов, Е. Родина, О. Подрезов и др. [6]. Что же касается арктической проблематики, то в данных работах она практически не исследована, что позволяет нам восполнить этот легко объяснимый пробел

Среди западных публикаций назовем работы О. Иоханссена, М. Бенгтсина, Л. Петерссена, К. Хандельмана, Т. Остеркампа, М. Бриффа, С. Швейнгрубера, некоторые из которых непосредственно затрагивают проблемы климатических изменений в Арктике [7; 8; 9; 10].

В целом вышеназванные ученые согласны с концепцией глобальных климатических изменений, в том числе в арктическом регионе. Необходимо отметить, что близкие научные результаты получены также в результате реализации международных исследовательских проектов. Научные исследования характеризуют динамику климатических изменений (в том числе по данным палеоклиматологии) в арктическом регионе, анализируют возможные (с большой долей вероятности!) последствия глобального потепления, в том числе в Арктике, дают рекомендации по борьбе с климатическими изменениями и адаптации к ним. Но во всех вышеназванных- работах отсутствует анализ политологического измерения климатических изменений, в том числе применительно к Арктике. Поэтому мы использовали выводы экологов, климатологов и других специалистов по климатических изменениям в качестве основы для анализа сценариев развития мировых политических процессов в контексте соперничества ведущих стран мира за ресурсы Арктического региона.

Самое серьезное внимание нами уделено анализу международного морского права и национального законодательства циркумполярных государств по морским вопросам. Таким образом мы попытались выделить узловые проблемы правового регулирования морских пространств. Одна из них - статус отдельных водных пространств Арктики, включая внешние границы континентального шельфа Российской Федерации и других арктических государств.. Из российских исследований назовем работы И.Н. Барцица, К.А. Бекяшева, Г.К. Войтоловского, А.Н. Вылегжанина, А.И. Губанова, Ю.Б. Казмина, В.С. Канышева, А.Р. Сергунина, В.А. Константинова, Г.М. Мелкова и др. [11;12;13;14;15;16;17;18;19]. Данные публикации отражают палитру мнений по некоторым аспектам арктической политики РФ (например, о целесообразности российской заявки на расширение внешней границы континентального шельфа, поданной в соответствующую Комиссию ООН). Можно согласиться с Г.М. Мелковым, который коррелирует разногласия в академическом мире по данному поводу с интересами отдельных групп российской политической элиты. В то же время появление публикаций обнаруживает положительные тенденции: во-первых, возможность публичных дискуссий по актуальным проблемам мировой политики; во-вторых, привлечение ученых к разработке государственной стратегии РФ в сфере морской политики.

Различные правовые проблемы Арктики анализируются в работах западных ученых Д. Фаранда, Т. Фогнера, Дж. Голдсмита, С. Кескитало, Э. Моленаара и др. [20; 21;22; 23].

Проблемы и перспективы дальнейшего экономического освоения арктического региона России исследованы в работах А.Н. Андреевой, В.А. Соколовой, М. М. Арефьева, В.К. Цветкова, К.Л. Воронова, В.Н. Лексина, А.Н. Швецова, Ю.Н. Швембергера, Л.Н. Ильина, Е.М. Махлина и др. [24; 25; 26; 27]. Общий тон публикаций - недостаточное внимание к Арктике со стороны государства, слабый потенциал реализации богатейших возможностей региона, в том числе эксплуатации Северного морского пути в качестве мировой морской коммуникации.

Основным сюжетом работ Ю.Н. Боровского, К. Денчева, В. Златева, Д.А. Ергина, В.Б. Кондратьева, И.И. Мазура, А.И. Медведева, В. Писарева, И.А. Сафранчука, Н.М. Байкова, Г.А. Безмельницына, Р.Н. Гринкевича, А.И. Уткина и др. [28; 29; 30; 31] являются проблемы глобальной энергетической безопасности, в том числе Российской Федерации. Из зарубежных ученых, разрабатывающих проблемы энергетической безопасности в современном мире, назовем Ф. Хилла, Дж. Калицки, Д. Голдвейна, Дж. Модальски, У. Томпсона и др.[32; 33]. Квалифицированный анализ поставленной проблемы в названных работах российских и зарубежных ученых оставил, тем не менее, без внимания возможности Арктики в ресурсном обеспечении человечества, а также возможные варианты развития ситуации в регионе.

Различным аспектам национальной и военной безопасности России посвящены работы С.А. Антошкина, А.Д. Богатурова, А. Сафронова, К. Воронова, В. Канышева, А. Сергунина, Ч. Германовича, В. Зиланова, Ю.А. Тихомирова и др. [34; 35; 36; 37].

Вопросы европейской безопасности, современных политических процессов системы исследованы такими российскими учеными, как Н.К. Арбатова, Э.Я. Баталов, А.В. Бузгалин, К. Гаджиев, Н.А. Калинина, М.М. Лебедева и др.[38; 39; 40; 41; 42].

Современная политическая система мира и тенденции ее развития являются также приоритетной темой исследований Х. Булла, Б. Бузана, Дж. Кэнтона, Г. Киллби, Дж. Рурка и др. [43; 44; 45; 46; 47].

Источниковедческая база исследования. В процессе работы над диссертацией нами использован обширный массив официальных документов. Прежде всего, это документы универсальных и региональных международных организаций: ООН, Международной морской организации, Совета Баренцева/Евроарктического региона, Арктического Совета, "Северного измерения" Европейского союза, "Большой восьмерки". Учитывая жесткую корреляцию деятельности приарктических государств в Арктике, в том числе по урегулированию спорных вопросов, с процессом глобального потепления, нами были проанализированы соответствующие документы ООН и региональных международных организаций [48].

Фундаментальное значение для диссертационного исследования имеют Конвенции и Соглашения ООН по международному морскому праву, другие международно-правовые акты в морской сфере [49; 50; 51; 52]. Анализ этих документов позволил выявить особенности правового статуса и режима использования различных водных пространств Мирового океана, в том числе Арктики (внутренние воды, территориальное море, континентальный шельф, исключительная экономическая зона и т.д.), выяснить международные механизмы разрешения спорных вопросов, определить приоритеты по защите морской среды и прочее. Важные решения и рекомендации, касающиеся различных аспектов судоходства в Арктике, содержатся в документах Международной морской организации [53].

В учредительных документах, декларациях, политических заявлениях Совета Баренцева/Евроарктического региона, Арктического Совета и "Северного измерения" Европейского союза изложена принципиальная позиция по многим проблемам арктического региона [54; 55; 56; 57; 58; 59; 60; 61]. Крупное аналитическое значение придается материалам научно-исследовательских проектов, проведенных под эгидой региональных организаций. Исследованы проблемы сохранения и защиты арктического биоразнообразия [62; 63], возможностей судоходства и т.д. [64; 65].

Большой вклад в изучение Арктики внесли международные конференции, в том числе по итогам Международного Полярного Года [66].

Отдельный блок документов включает исторические материалы, внутреннее законодательство, национальные стратегии циркумполярных государств в Арктическом регионе и т.д. Самое серьезное внимание мы уделили контент-анализу документов досоветского и советского периодов, определивших географические границы арктических территорий (так называемый секторальный принцип), статуса Северного Морского пути, правилам его использования [67; 68; 69; 70]. Постсоветская Россия в целях защиты своих суверенных прав и реализации государственной политики в морской сфере, в том числе в Арктическом регионе, приняла ряд нормативно-правовых актов и доктрин [71; 72; 73]. Анализ новейшей стратегии Российской Федерации в Арктике осуществлен на основе документа, подписанного Президентом Д. Медведевым в сентябре 2008 года [74]. В диссертации широко использованы материалы современных российских научных исследований в Арктическом регионе [75; 76;77].

Правительственные документы приарктических государств - США, Канады, Норвегии и Дании/Гренландии представлены, прежде всего, национальными стратегиями в Арктическом регионе [78;79; 80; 81]. Текстуальный анализ документов позволил выявить государственные приоритеты в Арктике, формы и методы реализации арктической политики. Стратегия западных стран в Арктике не оставляет сомнений в том, что регион превращается в важнейшую проблему мировой политики и международных отношений XXI века. Использованы также страновые документы, регулирующие различные проблемы в Арктическом регионе, Например, нормативные акты Канады о территориальном море, исключительной экономической зоне, судоходстве и т.д. [82; 83; 84; 85]. Исследовательский интерес с точки зрения претензий третьих стран на участие в арктических делах вызывает соответствующая стратегия Финляндии [86].

Нами использованы также официальные документы Европейского союза, сформулировавшего в последние годы морскую политику и отчетливо позиционирующего свою заинтересованность в Арктике [87; 88; 89]. Понять мотивацию Евросоюза в разработке арктической политики помогают, в частности, документы Сообщества по проблемам энергетической безопасности [90]. Это обстоятельство, по нашему мнению, также является бесспорным аргументом в пользу гипотезы о важной роли Арктики в мировой политике XXI века.


.2 Теоретическая база мировых политических процессов и методология исследования


Реализм и неореализм: концептуальные подходы к мировым политическим процессам. Хорошо известно, что задача науки заключается в познании объективной реальности. Процесс познания включает в себя различные этапы, в том числе наблюдение, эксперимент, фиксацию событий или явлений, анализ, обобщение полученных результатов и т.д. Но высший уровень развития науки состоит в разработке теории, которая не только позволяет давать объективную оценку происходящего, но и прогнозировать дальнейшее развитие. Научная теория, как подчеркивал А.И. Ракитов, представляет собой совокупность истинных высказываний, связанных между собой логическими отношениями выводимости и выражающих знания о законах соответствующей онтологической системы (объекты знания) [91, с. 116]. Научная теория призвана выявить наиболее существенные свойства объекта, их взаимосвязи и зависимости, законы его развития, которые неизменно проявляются в определенных условиях, что позволяет, следовательно, объяснять различные процессы, события и явления, а также предвидеть будущее развитие. Высшей всеобщностью объективные законы обладают в естественных науках (физика, химия, биология и т.д.). По утверждению специалистов в области науковедения, в этом случае следует говорить о сильной версии науки. Что же касается социальных наук, то они характеризуются как слабая версия науки. В общественной жизни в силу уникальности составляющих ее элементов (пространственно-временной континуум, неповторимость индивидуальных свойств субъектов деятельности и прочее) говорить о законах в строгом смысле этого слова невозможно. Социальные науки - это прежде всего эмпирический уровень постижения действительности. Поэтому применительно к ним уместнее пользоваться понятием "закономерности" общественных процессов, например, в международных отношениях и мировой политике. Человеческая история в каждый момент поливариантна, лишена "железной предопределенности". Даже синхронные события в различных районах мира, как правило, имеют различную направленность, несхожие векторы своего развития. Сегодня постепенно все больше утверждается новое понимание исторического процесса - как стохастического, непредсказуемого, непредугаданного, непредопределенного [92, с. 23].

Разумеется, что вышесказанное ни в коем случае не означает бесплодности и ненужности теорий мировых политических процессов отношений и мировой политики. Тем более что в этой области существуют давние научные традиции и школы, которые наработали значительный исследовательский капитал по различным проблемам международной политики. Само собой разумеется, что единой теории мировых политических процессов и мировой политики нет и не может быть. Позиция исследователя политических процессов обусловлена различными обстоятельствами, включая культурно-мировоззренческие и религиозные факторы, принадлежность к той или иной научной школе, исследовательские традиции в стране, основные направления научных исследований и прочее. Поэтому теория мировой политики представлена различными школами и подходами. Базовыми ее теориями являются политический реализм (современная версия - неореализм) и либерализм (неолиберализм).

Идейные истоки политического реализма следует искать в работах Фукидида, Н. Макиавелли, Т. Гоббса, Э. де Виттеля и др. Считать этих мыслителей родоначальниками школы реализма (классическая традиция) позволяет сходство основных представлений о причинах межгосударственных войн и конфликтов, о человеческой природе, о значении военного могущества, о морали и прочее. Относительно систематизированные представления о международных отношениях и международной политике формируются в работах деятелей Возрождения. Наиболее ярко они представлены в "Государе" и "Истории Флоренции" Н. Макиавелли. Его творчество пронизано здравым смыслом, реализмом высочайшей пробы. "Политическая теория Макиавелли создавалась при сравнении им итальянской обстановки с общеевропейской, когда проходил процесс становления централизованных национальных государств абсолютистского-монархического типа во Франции, Англии, Испании, в отличие от Италии, раздробленной на отдельные сеньории регионально-абсолютистского характере <…> обращение к реальному человеку было залогом его реалистической теории государства" [93, с. 96].

Человек рассматривается Макиавелли в качестве социального явления, как единица, - неизмеримо меньшее, чем целое - государство. Макиавелли не строит иллюзий насчет человеческого материала: "люди неблагодарны, изменчивы, лицемерны, трусливы перед опасностью, жадны до наживы" [94, с. 284]. Но человек может улучшаться под воздействием благоприятных условий вплоть до достижения высокого уровня храбрости и героизма [95, с. 372]. Идеал государя в понимании Н. Макиавелли - хитрый, изворотливый, беспринципный, вероломный правитель. Не случайно флорентийцу импонировал сын папы Александра VI Чезаре Борджиа, добивающийся своих целей коварством и хитростью [96, с. 4-17].

Свойства человека Макиавелли экстраполировал на государства. Поэтому флорентиец считал войну неизбежным явлением, обусловленным природой человека, его склонностью к применению силы и испорченностью общественных нравов. Государства в своей внешней политике должно руководствоваться соображениями интереса и выгод. Реальным фактором политики Макиавелли признавал только силу. Принимая решение о начале войны, государства не должны связывать себя никакими обязательствами морального или политического свойства (уже в XVI веке началась критика Макиавелли за разъединение политики и морали. В числе последующих критиков вступали, например, Жан Боден и Джамбаттиста Вико. - Р.А.). Для Н. Макиавелли война - это инструмент завоевания и сохранения государством своей свободы. Макиавеллевский культ военной силы прекрасно иллюстрирует пассаж из шестой книги "Истории Флоренции": "Цель всех тех, кто когда-либо начинал войну, всегда состояла в том - и это вполне разумно, - чтобы обогатиться самим и сделать врага беднее. Ни для чего иного победа не нужна, приобретений же хотят для того, чтобы увеличить свою мощь и ослабить противника" [97].

Значительный вклад в осмысление международных отношений с точки зрения реализма внес английский мыслитель XVII века Томас Гоббс. Знаменитая максима Т. Гоббса об эгоистической природе людей, их неистребимом стремлении к власти и доминированию базируется на учении естественного права. Общественные отношения между людьми в силу неравенства их возможностей, соперничества, взаимного недоверия, укладываются в прокрустово ложе знаменитой гоббсовской формулы: "война всех против всех", ибо по своей природе "человек человеку - волк" [98, с. 319]. Это естественное состояние человека вне общества. Но оно имеет потенциал самоуничтожения. Единственная альтернатива ему - заключение общественного договора, итогом чего и явилось рождение государства. В понимании Гоббса, государство - это мифическое чудовище Левиафан: его душа - власть, его члены - правители, его кровь - деньги. Ему участники договора добровольно делегируют свое право на свободу, ограничивают себя законом и обязываются соблюдать его. Гоббс писал: "...многие естественные лица из стремления к самосохранению и под действием взаимного страха объединились в одно гражданское лицо, которое мы назвали государством. При этом те, кто подчинился другому из страха, подчиняются либо тому, кого они страшатся, либо кому-то другому, кому они доверяют, с тем, чтобы тот защитил их" [99, с. 332]. Основной миссией государства является недопущение конфликтов внутри общества и обеспечение его внешней безопасности. Для Гоббса одно связано с другим: "Напрасно заботятся о внутреннем мире те, кто не может обезопасить себя от внешних врагов, равно как не могут обезопасить себя от внешних врагов те, чьи силы не объединены" [99, с. 336]. Причины внешних конфликтов и угроз являются следствием той же самой человеческой природы, то есть государства стремятся не столько к сотрудничеству, сколько к соперничеству, господству. Регулятором межгосударственных отношений является могущество, сила, а сами государства напоминают гладиаторов, которые держат наготове оружие и настороженно следят за поведением друг друга.

Идеи реализма развивали мыслители последующих веков, включая Б. Спинозу, Д. Юма, Г. Гегеля, знаменитого немецкого военного теоретика К. Клаузевица. Г. Гегель, в частности, отрицал роль права в предотвращении международных конфликтов. По его мнению, право только вызывает разногласия между государствами, так как "допускает столько толкований, что при самом точном определении всех возможных аспектов отношений всегда еще остается неисчислимое множество таких, по поводу которых могут вспыхнуть ссоры" [100, с. 137]. Роль регулятора международных отношений Г. Гегель отводил силе. Моральные установки для философа не имеют никакого значения: главное - благо государство. Международное сотрудничество рассматривалось со скептической точки зрения. Более того, по мнению Гегеля, мирные периоды жизни только содействуют отрицательным явлениям социальных отношений.

К. Клаузевицу принадлежит знаменитая фраза "Война является лишь орудием политики, ее инструментом". П.А. Цыганков отмечал, что следуя в русле классической традиции и формирование теории политического реализма, К. Клаузевиц полагал, что в основе политики лежит постоянство человеческой природы, и поэтому она может быть осмыслена в рациональных терминах и спланирована на основе определенных законов. Международные отношения определены тремя факторами: во-первых, природные факторы, включающие в себя естественное насилие, ненависть и вражду; во-вторых, это человеческая воля, свобода которой чрезвычайно важна и в то же время ограничена рамками естественных законов и игры случая; в-третьих, политика, как выражение рационального подхода к двум первым элементам [101, с. 101].

Теория политического реализма возникла в первой половине XX века на волне критики утопических и моралистических представлений в политике, выражавшихся в игнорировании силовых отношений в международных делах (идеи В. Вильсона, пакт Бриана-Келлога и т.д. - Р.А.). Виднейшие представители реализма - Г. Моргентау, Дж. Кеннан, К. Томпсон, Р. Страус-Хюпе, У.Липпман, Р. Арон, У. Ростоу и др. Лидерами теории политического реализма считается Г. Моргентау, возглавлявший в Чикагском университете Центр по изучению внешней и военной политики, и Р. Арон.

Реалисты исходили из тезиса, что политика управляется объективными законами, истоки которых следует искать в неизменной и несовершенной человеческой природе [102, с. 197]. Концептуальный фундамент этого теоретического направления основывается на следующих положениях. Во-первых, в качестве основной "единицы" анализа выступает суверенное государство. Эти "единицы" вступают в международные отношения в силу свой легитимности, обладания ресурсами, необходимых для заключения договоров, объявления войны и других акций, что составляет суть международной политики. Таким образом, согласно теории реализма, международная политика - это борьба за власть, причем независимо от конечных целей государств. Г. Моргентау ранжирует государства в зависимости от их размера и потенциала. Но международные отношения в первую очередь сводятся к взаимодействию крупных государств. Впрочем, состав участников международных отношений может меняться в силу их динамики. Международный порядок и стабильность являются производными от намерений и усилий крупных государств.

Во-вторых, реалисты рассматривают международные отношения в анархичном ключе. Утверждается, что все "единицы" международной политики действуют исключительно в собственных национальных интересах. "Национальный интерес" - главная категория теоретических построений реалистов - оправдывал применение любых действий в целях благополучия государств [103, с. 47].

В-третьих, ввиду эгоизма государств - участников международных отношений - международная политика представляет собой конфликтное поле. Детерминантом такой ситуации выступают противоречия государственных интересов. Война представляет собой наиболее острую форму развития конфликтов. Но, по мнению реалистов, война не исчерпывает собой межгосударственные отношения: есть место также для сотрудничества, которое тем не менее носит вынужденный характер. В качестве одного из каналов сотрудничества государства Г. Моргентау отмечал принятие норм, регулирующих политическую ситуацию в мире, которые концентрируют в себе исторический опыт. Поэтому развязывание войны означает неудачу нормативного политического регулирования [104, с. 561-564]. В целях обеспечения безопасности и обороны государства прибегают чаще всего к такому виду сотрудничества, как создание военных и военно-политических союзов.

В-четвертых, базовая функция государства в международной сфере, по мнению реалистов, заключается в обеспечении собственной безопасности. Гарантом безопасности выступает власть, олицетворяемая военным и экономическим потенциалом, способностью воздействия на другие субъекты международных отношений и прочее. Анализируя проблему власти, Г. Моргентау исходит из ее дихотомии: она одновременно является целью государства и средством ее достижения. Власть государства, как ее понимает Моргентау, тесным образом связана с военной силой, мощью государства. Такой тезис для реалистов - это своего рода клише, имеющее не только теоретическое, но и практическое значение Военная сила в любой своей форме выполняет важнейшую функцию обеспечения политического могущества государства.

Главный вопрос для реалистов заключался в следующем: поддается ли трансформации международная политика? По мнению Моргентау, это можно осуществить только путем искусной манипуляции теми силами, которые влияют и будут влиять на политику [102, с. 197]. А такими силами по-прежнему признавались исключительно государства как главные акторы международной политики. Поэтому трансформация могла только смягчить последствия анархии в международных отношениях, например, содействовать из стабильности и безопасности, но в корне изменить их характер была не в состоянии.

Реалистическая теория международных отношений была влиятельной в 40-70-е гг. XIX века, то есть охватывала годы второй мировой войны и "холодной войны". Не трудно понять, что доминантой исследований были проблемы безопасности, борьбы с агрессией, гонки вооружений, в том числе ядерных. В послевоенное время в рамках реализма сформировалась так называемая Realpolitik, основной тезис которой заключался в необходимости готовиться к войне в целях сохранения мира. Среди приверженцев Realpolitik выделялся Г. Киссинджер. Основные идеи школы реалистов были приняты на вооружение правящими кругами многих западных стран, оказывали сильное влияние на внешнеполитический курс. Ярким примером может служить деятельность Дж. Кеннана, который работая в предвоенные годы в посольстве США в СССР был убежденным противником поиска каких-либо компромиссов с советским правительством и считал малоперспективным возможность развития взаимовыгодного сотрудничества между СССР и США [105, с. 163]. В послевоенное время Дж. Кеннан прославился как автор так называемой "длинной телеграммы", изменившей взгляд Вашингтона на мир [103, с. 402]. В документе с философских и концептуальных позиций осмысливалась внешняя политика Сталина. Эти идеи были положены в основу американской политики "сдерживания" СССР [106].

Следует отметить, что концепции реалистов всегда были востребованы правящими кругами США. В свое время Г. Моргентау отмечал, что взаимодействие и взаимопроникновение академической и политической элит привело к возникновению "академическо-политического комплекса", в котором университеты стали гигантскими станциями обслуживания запросов правящих кругов, причем в этой функции превратились в неотъемлемую и незаменимую часть системы [107, с. 42]. Явным подтверждением сказанному является тот факт, что даже в "антиинтеллектуальную эпоху Никсона" обладателями ученой степени Гарвардского университета были госсекретарь, министр обороны, заместитель госсекретаря, посол в Индии, главком союзных сил в Европе, помощник президента по военным вопросам [108, с. 603].

Теоретические представления реалистов, несмотря на свою авторитетность, как отмечают аналитики, имели серьезные недостатки. В частности, гипертрофированные представления о роли силы в международной политике, недооценка некоторых факторов мирового политического процесса. Как неоднократно отмечала российская исследовательница М. Лебедева, развитие в 50-60-е гг. XIX века международной торговли, сотрудничества государств по актуальным вопросам международной политики, интенсивные процессы интеграции плохо укладывались в рамки классического реализма. Ревизия воззрений реалистов связана с научной школой неореализма (структурный реализм), зародившейся в конце 70-х гг. прошлого века.

Становление этой школы связано с выходом в свет в 1979 г. исследования американского ученого К. Уолтца "Теория международных отношений" [109]. К. Уолтц и другие ученые, работавшие в рамках неореалистской парадигмы - Р. Гилпин, Дж. Грико, Б. Бузан и т.д., не отказываясь от важнейших научных находок реалистов, внесли "свежую струю" в анализ и понимание международной политики. Неореалисты стремились в отличие от реалистов разработать системную теорию международной политики. Используя положения критической философии, К. Уолтц попытался придать своей теории статус строго научного знания, наподобие того, что имели естественные науки. Критическая философия исходила из трех критериев. Во-первых, утверждалось, что истинность гипотезы доказывается не широтой эмпирической базы, а ее способность выдержать проверку опытом. В качестве второго критерия предлагалась "дедуктивная систематизированность" теоретических предположений, предполагающая, что из каждого положения теории выводится максимум следствий. Тем самым теории становится более строгой, согласованной и способной развиваться по пути самокритики. Третий критерий - это так называемый "методологический индивидуализм", т.е. "общественное целое" должно объясняться через взаимодействие его элементарных субъектов. Именно такое взаимодействие и порождает структурные отношения и институты в виде рынка, государства, международной системы и т.д. [109, с. 147] Теоретические в строгом смысле слова новации К. Уолтца, несомненно, заслуживают одобрения. Но все-таки следует иметь в виду, что с точки зрения традиционной исторической науки тезис об общих законах более, чем спорный. Поэтому любые попытки построить общую теорию в гуманитарных науках обязательно будут сталкиваться с большими трудностями.

Рассмотрим основополагающие идеи неореалистов. Представители данной научной школы восприняли идеи реалистов о роли государства в международной политике. Но неореалисты сделали шаг вперед: они ввели в научный обиход исследование тех структур, которые образуют суверенные государства, например, различных межгосударственных союзов и межправительственных организаций [42, с. 100]. Их роль и влияние в международных отношениях и мировой политике возрастают с каждым днем, что нельзя игнорировать без ущерба объективности соответствующих научных исследований. Неореалисты остались верны и некоторым другим фундаментальным научным категориям реалистов - "сила", "баланс сил" и т.д., но внесли при этом свои коррективы в их понимание. В частности, категория "силы" рассматривается не только в смысле военного превосходства одного государства над другими. Баланс сил, как утверждал К. Уолтц, сохраняет свое значение на международной арене, а его важнейшим инструментом признается ядерное оружие.

Методологические новации неореалистов позволили им исследовать международную политику в ее целостности, а не фрагментарно, когда из поля зрения ученого выпадали существенные элементы мировой политической системы. Исследования неореалистов международной политики и основных ее сюжетов того времени - международных конфликтов и вопросов безопасности - осуществлялись на основе трех принципов структуры международных отношений. Согласно структурной триаде К. Уолтца, это, во-первых, учет природы самого человека, его физиологических и моральных качеств (эгоистическая природа, агрессивные импульсы, недостатки интеллекта и т.д.); во-вторых, учет внутренней природы и атрибутов государства (авторитарный или демократический характер правления, рыночная или планово-распределительная экономика и т.д.); в-третьих, причины системного характера [101, с. 129] Таким образом, предлагался трехуровневый анализ международной политики: уровень индивида (individual level of analysis), уровень отдельного государства (state level of analysis), глобальный уровень (global level of analysis). Сравнивая исследовательскую методологию и объекты изучения реалистов и неореалистов, становится очевидным, что, если первые ограничивались вторым уровнем исследования международной политики, то неореалисты значительно расширили поле исследований.

Во многих случаях методология неореалистов оказывалась достаточно плодотворной. Российский политолог С.А. Ланцов частным подтверждением этого вывода считает исследования проблемы войны и мира. Неореалисты признают, что истоки стремления к вооруженному насилию можно найти и на уровне исследования человеческой природы, что позволяет использовать выводы фрейдистских, неофрейдистских и иных социально-психологических, а также биологических концепций, так или иначе объясняющих склонность людей к насилию. Однако основным и тем более единственным объяснением причин вооруженных конфликтов эти концепции быть не могут [110, с. 100].

Что же касается анализа международной политики на уровне государства, то неореалисты придерживаются в основном положений своих предшественников. Доказывается, что международную политику государства осуществляют, руководствуясь национальными интересами. Ввиду, например, существенной угрозы своей национальной безопасности, государство может прибегнуть к силовому варианту. Большой вклад неореалисты внесли в понимание логики возникновения и эволюции гонки вооружений, проблемы особенно актуальной для XX века. "Спусковым крючком" гонки вооружений, как утверждают неореалисты, могут быть различные обстоятельства. Например, преувеличенное представление о военном потенциале и намерениях соперничающего государства, его меры по наращиванию вооружений. Стремясь минимизировать военную угрозу со стороны данного государства, другие государства также усиливают свои вооруженные силы. Гонку вооружений может спровоцировать разработка новых видов вооружения одним из участников международной политики. Среди возможных факторов крупных вооруженных международных конфликтов называются также внутренние политические конфликты, союзнические обязательства государств, идеологические соображения [111, с. 6-21]. Период "холодной войны" полон примеров идеологических причин международных вооруженных конфликтов. Напомним: США под флагом борьбы с мировым коммунизмом неоднократно предпринимали вооруженные акции против различных государств. Свои идеи пролетарского интернационализма, активной поддержки национально-освободительных движений в странах Азии, Африки, Ближнего Востока с помощью прямого военного участия пытался осуществить СССР. С.А. Ланцов справедливо подчеркивал, что любая мессианская идеология способна легитимировать вооруженное насилие целью глобального распространения своих базовых ценностей [110, с. 91-92].

С точки зрения понимания причин международных войн заслуживает внимания анализ неореалистами международной политической системы (третий уровень анализа). Источник войн в этом формате - дисгармония между системой международных институтов и меняющимся балансом сил. Некое государство пытается интегрироваться в существующую международную политическую систему, где все "места уже заняты". Оспаривание доминирующего положения сильных держав может привести к войне и переформированию международной политической системы. Анализ структур мировой системы, проведенный К. Уолтцем, показал, что из трех типов (монополярный, биполярный и многополярный) он отдавал предпочтение второму типу. "Многополюсный мир, - писал Уолтц, - был очень стабильным, но одновременно, к несчастью, и слишком предрасположенным к войне" [112, с. 321]. Но в целом единодушия среди неореалистов по поводу преимуществ 'биполярной системы нет. Например, С. Браун наиболее устойчивой системой, способной предотвращать международные конфликты, считал однополярную.

Неореалисты уделяют серьезное внимание проблеме понимания и прогнозирования международной политики. Согласно К. Уолтцу, решение этих задач коррелирует с так называемыми условиями принуждения и ограничений. Уолтц причисляет к условиям принуждения, во-первых, анархию международных отношений; во-вторых, распределение возможностей субъектов (государств); в-третьих, различия внутриполитических режимов между субъектами международной политики. Таким образом, неореалисты, признавая анархичность международных отношений, отрицают какие-либо позитивные изменения в этом плане. Очевидно, что в интерпретации неореалистов такой подход не оставляет больших надежд на реформирование международной системы в либеральном духе.

Анализируя международную систему, неореалисты по сути дела выводят "за скобки" небольшие и даже средние государства. Главные фигуранты для неореалистов - крупные государства, отношения между которыми находятся в "естественном состоянии", то есть состоянии анархии, вражды, подозрений. Но отношения между крупными державами и небольшими государствами не являются исключительно анархическими и определяются позицией первых. Такой подход неореалистов, в частности, Б. Бузана довольно успешно применяется при анализе проблем региональной безопасности. Субглобальную методологию исследований международной политики Б. Бузан использовал при анализе ситуации в Южной Азии, на постсоветском пространстве, в огромном регионе Ближнего и Среднего Востока. По мнению ученого, основная задача, к решению которой стремятся субглобальные обществ - проблема сосуществования и ограниченного сотрудничества. В интерпретации Б. Бузана, даже Запад представляет собой гетерогенное образование, включающее в себя целый ряд самостоятельных "кооперационных проектов" (НАФТА, МЕРКОСУР, ЕС). Тем не менее, Запад выполняет ведущую роль в процессах глобализации, транслируя собственные ценности на другие общества. Б. Бузан предупреждает Запад о необходимости поддержания консолидации западного сообщества. В противном случае оно может превратиться в угрозу для современного мира [44].

Неореалисты внесли крупный вклад в разработку многих проблем теории и практики международной политики, в том числе роли и значения ядерных вооружений, этнических конфликтов в современном мире и т.д. Вместе с тем необходимо отметить и существенные недостатки концепции неореалистов. По мнению теоретиков международных отношений, в числе недостатков - канонизация идеи "естественного состояния", баланса сил как способа стабилизации международной системы, статичности международных отношений. П. Цыганков подчеркивал, что в некоторых случаях неореалисты усилили недостатки реализма. Даже после окончания холодной войны для неореалистов единственным признаком взаимозависимости остается наличие ядерного оружия. Многочисленные возражения вызывает неореалистическая интерпретация национальной безопасности как постоянной возможности войны между великими державами и обусловленное этими обстоятельствами стремление к поддержанию баланса сил на международной арене [101, с. 132].

Либеральная и неолиберальная парадигмы мировых политических процессов. Разработка базовых идей либерализма началась еще в эпоху Возрождения в форме гуманистического и пацифистского толкования европейского единства. Либеральные представления о характере и природе международной политики являются антитезой доктрине реалистов. Вопреки последней, либералы настаивают на возможности не силового регулирования международных отношений. Предпочтение отдается моральным и договорно-правовым методам разрешения международных споров, регулирования межгосударственных отношений. Сторонники моральной доктрины декларируют, что совесть и разум должны присутствовать в межгосударственных отношениях и оказывать сдерживающее влияние на национальный эгоизм. По мнению Т. Джефферсона, наличествует одна и та же система этики для людей и государств: быть благодарными, быть верными всем принятым на себя обязательствам при любых обстоятельствах, быть открытыми и великодушными, что в конечном счете и в равной степени послужат интересам и тех и других [113, с. 43].

Зарождение либеральных идей связано в первую очередь с именем выдающегося голландского мыслителя и гуманиста XV-XVI вв. Э. Роттердамского - этого "первого европейца" в полном смысле этого слова [114, с. 51]. В ряде своих трактатов, в частности, трактате "Жалоба мира, отовсюду изгнанного и повсюду сокрушенного", Эразм выступает за ограничение силовых методов в международных отношениях. Он предлагал регулировать их на основе социальных норм, которые бы учитывали интересы народа. Население же, утверждал Эразм, всегда стремится к миру. Поэтому монарх будет пытаться проводить миролюбивую внешнюю политику. Подлинным культом, политическим идеалом и высшей ценностью для Эразма является мир. Одним из способов сохранения мира, предотвращения войн Эразм считал отсутствие территориальных претензий между государствами. "Границы государств, - подчеркивал Эразм, - должны быть устойчивыми, потому что их изменения ведут к войне" [115, с. 55]. Исходя из этой максимы, Эразм предлагал ограничивать права правителей на распоряжение подвластными им землям. Вместе с тем пацифистские представления Эразма знали одно исключение: правомерность оборонительных войн. Важной политической идеей Эразма является поощрение межгосударственного сотрудничества, в том числе путем поощрения и развития торговли.

Заметное место в истории либеральных идей занимает творчество Гуго Гроция. В капитальном труде "О праве войны и мира" голландский юрист-международник тщательно разработал многие проблемы международных отношений своего времени, включая выполнение государствами своих международно-правовых обязательств, правовое регулирование применения силы, природу военных действий (справедливые и несправедливые войны) и т.д. Гроций верит в добрую природу человека, в справедливость, в приверженность его к праву: "...право есть то, что не противоречит справедливости. И противоречит же справедливости то, что противно природе существ, обдающих разумом" [116, с. 316]. Пафос учения Г. Гроция заключается в осуждении захватнических войн, стремлении внедрить в международную практику начала права, справедливости, гуманизма. Обратная сторона воззрений Г. Гроция - пропаганда мира, борьба за его сохранение. Для достижение этих целей необходимо прежде всего международное сотрудничество и взаимопомощь. Гроций предлагал учредить постоянный орган для разрешения споров между государствами, который бы обладал эффективными средствами принуждения.

Либеральные взгляды на природу международных отношений отчетливо прослеживаются в работах французов Э. Крюсе (XVII в.) и Ш. де Сен-Пьера (XVII-XVIII вв.). В истории европейской идеи и политических учений Э. Крюсе зарекомендовал себя в качестве автора уникального проекта европейского единства и страстного поборника всеобщего мира и свободной торговли [114, с. 52-53]. Уникальным для того времени явилось предложение Крюсе о создании межгосударственной ассамблеи, которая бы объединила европейские христианские государства, включая православную Московию, так и нехристианские страны и регионы - Персию, Индию, Китай, Японию и Северную Африку.

Философ и аббат Ш. де Сен-Пьер также проявил себе как последовательный сторонник установления в Европе прочного мира, основные принципы которого были изложены в одноименном трактате. Сен-Пьер подробно излагал факторы достижения своего политического идеала. Это опыт политического и гражданского единения в период Римской империи, законы, определяющие взаимные обязанности государей и подданных, христианская религия, наличие путей сообщения в Европе, книгопечатание, общность наук, знаний и т.д. Заслуживают внимание идеи Сен-Пьера о балансе сил как условия мира и роли дипломатии в процессе установления баланса сил. В работах Сен-Пьера поражает стремление принести практическую пользу в сфере вешней политики. Им, в частности, был подробно разработан договор о будущей европейской конфедерации.

В XVIII веке идею вечного мира разрабатывали Ж.Ж. Руссо, И. Гердер, И. Фихте, Ф. Фон Гентц и другие мыслители. Особо следует отметить глубокую разработку идеи "вечного мира" И. Кант. Этой проблеме посвящен его знаменитый трактат "К вечному миру". Состояние войны философ объясняет несоблюдением моральных правил; сама война чужда природе человека. Отсюда вытекает позитивный взгляд на проблему установления международного мира. По Канту, главным инструментом достижения искомого состояния международной политики является право и мораль. Эту мысль прекрасно иллюстрируют такие кантовские слова: "... политика только тогда достигнет, хоть и медленно, ступени, где она будет непременно блистать, когда встанет на колени перед правом" [117, с. 302]. Философ выражал уверенность в реальности установления международного мира. Поэтому свой трактат Кант облек в форму международного договора. В заключительной части трактата Кант писал: "Если осуществление публичного права, хотя бы только в бесконечном приближении, является долгом и вместе с тем обоснованной надеждой, то вечный мир, который последует за мирными договорами <…> есть не бессодержательная идея, но задача, которая постепенно разрешается и...все ближе и ближе подходит к своему финалу" [115, с. 192].

В начале XХ века либеральные воззрения испытали своего рода ренессанс в идеях президента США Вудро Вильсона, которые были полной противоположностью представлениям о международной политике и роли США в ней Т. Рузвельта - своего предшественника на посту президента страны. Т. Рузвельт ставил во главу угла силовое решение проблем международных отношений. Для него международная жизнь означала борьбу, и теория Дарвина о выживании наиболее приспособленных представлялась лучшим руководством по истории, чем свод моральных правил, которыми должна руководствоваться личность [103, с. 30]. В одном из своих писем Т. Рузвельт утверждал: "Праведность, сопровождаемая видением молочных рек и кисельных берегов, но не подкрепляемая силой, столь же зловредна и опасна, и даже более злокозненна, чем сила, отъединенная от праведного дела" [103, с. 30-31].

Вильсон же утверждал о большом значении в политике моральных факторов. Опорой международного порядка должны были стать всеобщность права, а не равновесие сил, доверие наций друг к другу, а не национальное самоутверждение любой ценой. Вильсонианство наиболее ярко проявилось в программе создания Лиги Наций. В своем выступлении на мирной конференции 14 февраля 1919 г. В. Вильсон заявил: "Посредством данного инструмента (Устава Лиги наций) мы ставим себя в зависимость в первую очередь и главнейшим образом от одной великой силы, а именно, от моральной силы мирового общественного мнения - от очищающего, и разъясняющего, и принуждающего воздействия гласности <…> силы тьмы должны погибнуть под всепроникающим светом единодушного осуждения их в мировом масштабе" [118, с. 175]. Что же касается роли США в современном ему мире, то Вильсон выдвинул идею американского мессианства. Ее суть заключалась в том, что США должны были стать для всего мира маяком свободы.

В межвоенный период теория либерализма испытала спад, связанный с нарастанием в Европе напряженности и угрозы агрессии со стороны Германии и Италии. Годы "холодной войны" также значительно девальвировали идеи либералов и усилили позиции реалистов, что, в частности, выразилось в реанимации идей силовой политики, национального интереса и т.д. Тем не менее либеральные идеи не исчезли с научной и политической арены. После второй мировой войны на либеральных позициях стояли Дж. Даллес, Т. Мюррей, Р. Кларк. Л. Сон, З. Бжезинский, Дж. Картер, Дж. Буш и др.

Либералы коренным образом расходятся с реалистами по целому ряду ключевых понятий научных теорий мировой политики. Либералы, например, в отличие от реалистов отрицают агрессивность человека. Напротив, человек стремится к сотрудничеству, взаимодействию с себе подобными. Человек склонен к моральным оценкам и поступкам, выступает в пользу справедливости. Поэтому важнейшими ценностями в рамках либеральной парадигмы признаются консолидация человечества, его солидарность, развитие международной торговли, поощрение антивоенных движений и т.д.

Важными участниками международной политики, наряду с государствами, либералы признают международные правительственные и неправительственные организации, общественные объединения, частные предприятия и прочее. Российский исследователь Э.Г. Соловьев справедливо отмечал, что гипотетически можно представить себе систему международных отношений без государства вообще. Однако реалистичней признать возрастание возможностей правительственных транснациональных акторов и индивидов - о том свидетельствуют размах деятельности ТНК, воздействие на мировую политику неправительственных организаций и неожиданная эффективность криминальных и террористических сетей [119, с. 145]. Участие различных акторов усложняет международную политику, но вместе с тем создает новые возможности для позитивного решения международных проблем. Международная политика предстает как поле конфликтов, согласования и компромиссов различных акторов, в результате чего устанавливаются международная стабильность и безопасность. Либералы выступают за развитие международных организаций, демократизацию международных отношений, применение и совершенствование норм международного права. По мнению либералов, важнейшим инструментом предотвращения международных конфликтов и войн является демократизация международной политики. Вот что говорил по этому поводу Б. Клинтон: "В новую эпоху опасностей и возможностей нашей всепоглощающей целью должно стать расширение и усиление мирового сообщества стран демократического характера, опирающихся на рыночную экономику. Во время "холодной войны" мы стремились уменьшить угрозу выживания свободных институтов. Теперь мы стремимся расширить круг наций, которые живут при наличии свободных институтов, ибо нашей мечтой является тот день, когда мнения и энергия каждого человека на свете найдут полное самовыражение в мире бурно расцветающих демократических стран, сотрудничающих друг с другом и живущих в мире" [120]. Даже приверженец Realpolitik Г. Киссинджер подчеркивал, что общеамериканская мудрость гласит, что демократические страны друг против друга войны не ведут [103, с. 19].

Либералы являются приверженцами идеи мирного урегулирования международных конфликтов. В этом плане большое значение придается системе коллективной безопасности, которая должна базироваться на добровольном разоружении, отказе от войны как средства разрешения международных противоречий. В своих прогностических построениях либералы теоретически преодолевают анархию международных отношений, результатом чего может быть учреждение мирового правительства.

Появление неолиберальной традиции в научных исследованиях международной политики связывается с именами Р. Кеохейна и Дж. Ная. В 1971 г. в свет вышло их исследование "Транснациональные отношения и мировая политика". Питательной средой неолиберальной парадигмы явились "тектонические" сдвиги на мировой арене: появление новых государств, демократизация мира, усиление процессов региональной экономической интеграции, взаимозависимость государств в различных сферах, активное участие в мировых делах негосударственных акторов и т.д. П.А. Цыганков писал: "Р. Кеохейн, Дж.Най, Дж. Грум, Й. Фергюсон и др., продолжая традиции теории интеграции (Дэвид Митрани) и взаимозависимости (Эрнст Хаас, Дэвид Моурс), выдвинули общую идею, согласно которой политический реализм и свойственная ему этатистская парадигма не соответствуют характеру и основным тенденциям международных отношений и поэтому должны быть отброшены. Международные отношения выходят далеко за рамки межгосударственных взаимодействий, основанных на национальных интересах и силовом противоборстве" [101, с. 120].

Новые реалии международных отношений и мировой политики неолибералы описывают прежде всего с помощью категории "транснациональный" - ключевой для всех исследований в неолиберальной парадигме. Терминологическая революция коснулась, таким образом, важнейшего понятия, используемого прежде специалистами-международниками: "международные отношения", уступившим место понятию "транснациональный". В данном случае понимается взаимодействие акторов мировой политики без участия государств. Эти акторы включают межправительственные универсальные (ООН), региональные (например, ОБСЕ, Арктический Совет, Меркосур и т.д.) и специализированные организации (ВТО, ИКАО и др.). Важными акторами являются также неправительственные организации в сфере защиты прав человека (в частности, Human Rights Watch, Amnesty International), экологии (Green Peace) и прочие, а также транснациональные корпорации (в частности, Exxon, Total, Mobil Oil, Shevron) и внутригосударственные регионы различных стран (например, Бавария и Гамбург в ФРГ и т.д.). Пополнение рядов акторов мировой политики приводит к обесцениванию категорий "сила", "военное могущество" и в целом роли государства в международном общении. Невозможно оспорить точку зрения многих российских и зарубежных аналитиков о том, что некоторые вызовы безопасности (экологические, техногенные, демографические, распад государств, голод, интернационализация мафиозных структур, расползание оружия массового уничтожения, терроризм и др.) не могут быть решены в рамках традиционного силового воздействия <…> надвигающийся "моральный кризис" вызывает необходимость установить рамки применения силы и найти принципиально иные средства решения мировых проблем [113, с. 40]. Вот как характеризовал новые мировые реалии Най-младший: "Военная сила - главный инструмент могущества согласно традиционной точке зрения на мировую политику. Она остается последней формой осуществления власти в межгосударственной системе, где каждое государство отвечает за себя и над ними нет высшего правительства. Но в наш век ядерного оружия и подъема национализма среди населения слабых стран военная сила стала для современных великих держав средством, использование которого обходится дороже, чем в прошлые века. Более важными стали другие инструменты - такие как средства коммуникации, организационные и институциональные возможности, а также умение манипулировать асимметричной взаимозависимостью" [121, с. 76].

Приоритетное значение на международной арене неолибералы отдают культурным, религиозным, деловым и иным отношениям негосударственных акторов. Именно от них во многом зависит вектор развития транснационального сообщества. Своими возможностями негосударственные структуры обязаны, во-первых, самим государствам, которые делегируют им определенные полномочия, во-вторых, они сами приобретают новые функции, например, роль координатора деятельности разных акторов на мировой арене.

Р. Кеохейн и Дж. Най тщательно исследовали проблему комплексной взаимозависимости в мировой политике. Подчеркивалось наличие многочисленных каналов связи между акторами взаимодействия, в том числе между политическими элитами, неправительственными структурами и т.д. Такому развитию способствовало, во-первых, развитие транспорта и массовых коммуникаций, прогрессирующее значение международной торговли, которая вытесняла мировое производство. Благодаря этому усилилось влияние транснациональных акторов, в том числе транснациональных корпораций, деятельность которых все больше освобождалась от контроля со стороны государств. Во-вторых, процессы урбанизации, модернизации и развития коммуникаций в странах "третьего мира". Эти процессы, по мнению, Р. Кеохейна и Дж. Ная, стимулируют национально-освободительные движения и становятся помехой для осуществления каких-либо силовых действий со стороны развитых государств. Итог такого развития - перераспределение власти в международной политике в пользу, в частности, транснациональных корпораций. В-третьих, неолибералы подчеркивают большую роль в перераспределении властных полномочий в мировой политике благодаря развитию технологий. Но на этот раз бенефициариями изменений выступают слаборазвитые государства, которые могут усилить свой военный потенциал. Вследствие чего возможность и выгоды развитых государств на военные акции против "международных смутьянов" значительно уменьшается. Наконец неолибералы в подтверждение теории комплексной взаимозависимости ссылаются на появление глобальных проблем (экологических, энергетических, миграционных и т.д.), которые, по их справедливому утверждению, требуют коллективных действий, сотрудничества всех государств, независимо от их размера, уровня социально-экономического развития и прочего. По мнению, ряда теоретиков международных отношений и мировой политики, такой неолиберальный концепт является реминисценцией либеральных предложений, касающихся необходимости создания супранациональных органов управления и даже так называемого мирового правительства.

Теория комплексной взаимозависимости Р. Кеохейна и Дж. Ная предлагает кооперативный вариант обеспечения безопасности, понимаемой в самом широком смысле (военная, экологическая, энергетическая и т.д.). Впервые научный мир заговорил о кооперативной безопасности в начале 90-х гг. прошлого века. По сути дела, она опирается на либерально-идеалистические представления и допускает две интерпретации: "гроцианскую" и "кантианскую". Первая исходит из признания роли международных институтов и правовых норм. Вторая - из признания универсальной роли моральных предписаний, уважения прав личности.

Неомарксизм. В 70-е гг. прошлого века в странах Запада оформилась школа неомарксистов, популярная в среде левых интеллектуалов, недовольных практикой реального социализма и ситуацией в капиталистическом мире. Они опирались на работы философов "франкфуртской школы" (50-70-е гг. прошлого века): Т. Адорно, Г, Маркузе, Ю. Хабермаса, Э. Фромма и др., а также на движение так называемых "новых левых", которые дали довольно плодотворную критику социализма, особенно его советской разновидности. В частности, Э. Фромм писал: "Новая волна марксистского гуманизма вспыхнула в англоязычных странах в связи с публикацией английского перевода "Экономико-философских рукописей" [122, с. 410]. В США самые крупные работы с анализом понятия марксова гуманизма принадлежат Герберту Маркузе и Рае Дунаевской. Работы философов "франкфуртской школы" и стали идейной основой неомарксизма. Неомарксисты обращались к различным проблемам, в том числе к вопросам мировой политики. По сути дела, школа неомарксистов - это левая парадигма теории мировой политики. Каких-либо прочных связей с официальной доктриной марксизма-ленинизма, практиковавшегося в ряде стран мира (СССР, ГДР, Польша, Чехословакия, Венгрия и др.), неомарксизм не имел. Официальная коммунистическая идеология и неомарксизм существовали как бы в параллельных мирах. Не отказываясь от некоторых фундаментальных идей марксистской идеологии, левые интеллектуалы выступали за новую интерпретацию марксистского теоретического наследия. В принципе претензии на обновление какой-либо идеологии, ее базовых канонов не новы. В истории основных политико-идеологических течений, независимо от их положений, канонов, догм, со временем обязательно появлялись какие-либо отклонения, новые интерпретации. Это касается светских, религиозных, прогрессистских, упаднических и др. идей. Неомарксисты унаследовали от классического марксизма-ленинизма представления об экономическом детерминизме развития человеческого общества, резких контрастах в социально-экономическом статусе общественных классов и социальных слоев, об эксплуатации людей, о неравенстве, непримиримых классовых противоречия. Марксистов и неомарксистов объединяет также одинаковая трактовка международной среды как конфликтной, а ее основные проблемы как проблемы преодоления угнетенными международными классами эксплуатации и господства со стороны правящих классов. Наконец обе школы убеждены в позитивном результате международных отношений и более убедительны в критике существующего положения, чем в выработке путей выхода из него [101, с. 154].

Неомарксизм представлен прежде всего именами И. Валлерстайна, С. Амина, М. Рогальски, Р. Кукса, Й. Галтунга и др. Основной понятийный аппарат неомарксистов включает такие термины, как "мир-система", "мир-экономика", "эксплуатация". Поэтому в соответствии с экономическим детерминизмом, неомарксисты объясняют развитие международной политики экономическими факторами и взаимодействием больших социальных групп-классов. Один из основных концептов неомарксистов - мир-системная теория, особенно в изложении И. Валлерстайна - исходит из признания дихотомии мира. Во-первых, это сообщество различных государств и классов. Само появление государств было обусловлено необходимостью перехода к мировой экономической системе (мир-экономике) и торжества над мир-империями прошлого. В-вторых, современный мир - это мир-экономика, который представлен капитализмом. Пройдя длинный путь своего развития (с начала XVI века), капитализм приобрел довлеющее значение в современном мире. Итогом развития капитализма стала дифференциация стран по экономическому признаку на центр (ядро), полупериферию и периферию. В мир-системе Россия со времен Петра I и Екатерины II занимала полупериферийное положение. России (СССР), несмотря на многочисленные преобразования, так и не удалось войти в состав ядра. С другой стороны страна смогла избежать участи других стран, которые превратились в колониальный придаток западных стран. Россия заняла уникальное место в мир-системе только благодаря своей геополитической мощи и военной силе.

Во второй половине XX веке центр (ядро) микросистемы находился на Западе; социалистические страны занимали полупериферию, а страны третьего мира - периферию. Центр представлен наиболее развитыми в экономическом и других отношениях государствами. Своими успехами, как утверждают неомарксисты, центр обязан эксплуатации дешевых человеческих, природных и др. ресурсов периферии и полупериферии [123, с. 71]. По мере развития мир-системы неравенство центра (ядра) и периферии углубляется. В этих условиях периферия не сможет сократить существующий разрыв [124, с. 84]. Чтобы выбраться из тяжелого положения, периферия и полупериферия сопротивляются центру различным способом (Октябрьскую революцию 1917 г. в России И. Валлерстайн воспринимал как наиболее драматическое национально-освободительное восстание на периферии и полупериферии.- Р.А.).

Мир-система подвижна, претерпевает серьезные изменения. В этом плане И. Валлерстайн выделял три этапа: 1945-1970 гг. - период, по мнению И. Валлерстайна, безусловного лидерства США; 1970-2000 гг. - период, когда США стали сдавать свои позиции лидера; 2001-2025 гг. - период, в течение которого США попытаются восстановить свое былое величие, посредством ведения более независимой и агрессивной политики.

На первом этапе мир-системных изменений происходило регулирование отношений США и СССР на основе Ялтинских соглашений и разделения сфер политического, экономического и военного влияния, соперничества в области вооружений, в том числе ядерных. Европа после второй мировой войны разделилась на два лагеря, условная граница между которым пролегала приблизительно по Эльбе в Германии и ниже к югу, к Средиземному морю. В Юго-Восточной Азии сложилась схожая ситуация: река Ялу разделила Корею на две противоположные части. В результате СССР получил контроль над территориями, оккупированными Советской Армией (которые составляли приблизительно треть всего мира), а США управляли оставшимися территориями [123, с. 68]. И. Валлерстайн подчеркивал, что в разрешении всех многочисленных конфликтов того периода США и СССР в рамках доктрины "равновесие сил устрашения" неизменно отказывались от применения ядерного оружия. В целом отношения между социалистическими и капиталистическими странами практически были сведены к нолю. Вместе с тем в этот период нарастали новые явления в международной политике и экономике, в том числе появление "азиатских тигров", народные движения в странах третьего мира. Итогом чего стало, как подчеркивал И. Валлерстайн, более активное участие в процессе принятия решений в мир-системе не западных стран (Бандунгская конференция 1955 г.). США получили тем самым весьма ощутимые удары. Тем не менее в 1945-1970 гг. Америка была гегемоном. Это позволило ей сформировать миропорядок, при котором капиталистические страны смогли обеспечить себе квазимонопольное положение в ведущих отраслях мирового хозяйства, извлекая колоссальные прибыли [125, с. 43]. Но ситуация начала быстро меняться.

Анализирую мир-системные изменения на втором этапе, И. Валлерстайн прежде всего рассматривал ситуацию в 70-90-х гг., сложившуюся на Западе, в коммунистическом лагере и странах третьего мира. Эти регионы были, по мнению социолога, охвачены мировой революцией (мир-системная революция 1968 г.). Ее симптомы - студенческие волнения в странах Запада, неприятие курса "старых левых" партий (коммунистических в странах социализма; социал-демократических в ряде стран Запада; национально-освободительные движения в большинстве стран третьего мира) [125, с. 72]. Кризис мир-системы постепенно нарастал и в конце 80-х - начале 90-х гг. привел к серьезным геополитическим изменениям. Для микроэкономики 1990-е гг. стали временем установления глобального неолиберального порядка. П.А. Цыганков отмечал: "Мир-экономика характеризовалась всемирной организацией производства, ростом значения транснациональных монополий в мировом хозяйстве, интернационализации капиталов и рынков продуктов при одновременной сегментации рынка труда, стандартизации моделей потребления, уменьшением возможностей государственного вмешательства в сферу финансов и связанная с этим глобальная тенденция "финансизации" (высокие процентные ставки, "плавающие" обменные курсы, свобода спекулятивных трансфертов) и повсеместная приватизация [101, с. 151].

Неолиберальное контрнаступление возглавили правые правительства США и Великобритании (Рейган и Тэтчер), а также два межправительственных финансовых агентств - МВФ и Всемирный банк. Девизом того времени был лозунг Маргарет Тэтчер, использовавшийся десятилетием раньше: "Альтернативы нет" [123, с. 77]. Неолиберальная политология исходила, во-первых, из требования невмешательства правительств в деятельность крупных промышленных предприятий. В приложении к политике такие требования означали, прежде всего, что правительства, все правительства, должны разрешить крупным корпорациям свободно пересекать любую границу с их товарами и их капиталами. Во-вторых. Всем правительствам предлагалось отказаться от какой-либо роли как собственников-совладельцев производственных предприятий, приватизируя все, чем они владеют. В-третьих, все правительства должны были минимизировать, если не ликвидировать, любые формы трансфертных выплат в рамках социальной поддержки своего населения [126, с. 91].

В политическом плане торжество неолиберальных идей проявилось в глобальной приватизации (в странах Юга, в социалистическом блоке и сильных странах Запада), основательной дискредитации социалистических и кейнсианских идей, падении коммунистических режимов в странах Центральной и Восточной Европы, а также в СССР. Но политический успех, по замечанию неомарксистов, не сопровождался успехом экономическим. И. Валлерстайн отмечал тяжкие последствия политики неолиберализма в социально-экономической сфере: быстрое расслоение общества, рост безработицы, усиление неравенства между членами международной системы [124, с. 84-89]. Такая ситуация способствовала снижению популярности неолиберальных идей в мире и приходу к власти в ряде стран мира левых партий и движений.

Изменения затронули расстановку сил в самом ядре. И. Валлерстайн писал, что в 1970-2000 гг. США стала сдавать позиции лидера. "На фоне военного поражения во Вьетнаме и внутреннего политического кризиса США столкнулись с более серьезной геополитической проблемой - потерей экономического преимущества над своими основными союзниками, странами Западной Европы и Японией... последующие тридцать лет все американские президенты (от Никсона до Клинтона, включая Рейгана) ставили своей целью смягчение последствий утраты Соединенными Штатами гегемонии" [123, с. 74]. Последние годы второго этапа мир-системных изменений прошли под лозунгом антиглобалистов - "Возможен другой мир".

Третий этап трансформации мир-системы 2001-2025 гг. начался с постепенного усиления идей неоконсерватизма, прежде всего в США. Неоконсерваторы обрушились с критикой внешней политики США, проводимой ее руководителями в последние 30 лет. Обвинения сводились к тезису о ее мягкотелости, нерешительности. Поэтому неоконсерваторы добивались повышения эффективности внешнеполитического курса США, его ужесточения.

Президент Дж. Буш, во всяком случае, до сентябрьских событий 2001 г. не разделял идеи неоконсерваторов. Террористический акт резко изменил мнение президента США: он стал неоконсерватором. Под флагом глобальной борьбы с международным терроризмом решено было нанести сильный военный удар по Ираку. В качестве предлога избрали непроверенные данные о наличии у Саддама Хусейна ядерного оружия. Сегодня в результате многочисленных исследований доказана надуманность этих обвинений. Но в то время американцам и некоторым их союзникам этот шаг казался необходимым и оправданным. И. Валлерстайн писал, что агрессия в отношении Ирака должна была "...устрашить три основные группы государств, мешающих восстановлению американской гегемонии: стран Западной Европы, претендующих на геополитическую автономию; стран, представляющих потенциальную ядерную угрозу США (в особенности для Северной Кореи и Ирана); арабских государств, которые умышленно затягивали разрешение палестино-израильского конфликта и не спешили с разрешением "долговременного поселения" израильтян на палестинской территории. Неоконсерваторы считали, что быстрое и решительное решение поставленной задачи позволит им обезвредить всех противников установления гегемонии США и начнется "новый век Америки" [123, с. 79].

Но результат действий оказался диаметрально противоположным ожидаемым. Успех американцев в Ираке был более, чем сомнительным; страны Западной Европы, особенно Германия и Франция, проявили политическую независимость; арабские и мусульманские страны не были склонны следовать планам США на Ближнем Востоке в большей степени, чем ранее; ослабли геополитические позиции Америки в странах Юга; ВТО оказалось неспособным навязывать странам мира неолиберальный курс, чего так добивались США. Проявились и другие отрицательные последствия навязывания неолиберальной идеологии. Общим итогом неолиберальной политики Дж. Буша было падение мирового авторитета США и разделение геополитических сил в микросистеме [123, с. 81].

Сложились несколько центров силы: США, Великобритания, страны Западной Европы, Россия, Китай, Япония, Индия, Иран и в меньшей степени Бразилия. По мнению неомарксистов, сегодня нет сильной международной коалиции, способной самостоятельно решать важнейшие проблемы современности. Поэтому ближайшие 50 лет важнейшей чертой мировой политики будет борьба за первенство между тремя ведущими регионами в которых осуществляется накопление капитала (США, Западная Европа, и Япония/Юго-Восточная Азия) [127, с. 102].

Кроме того, ведется геополитическая борьба между Севером и Югом, что является отражением поляризующейся структуры капиталистической мироэкономики [128, с. 27-35]. В настоящее время, по мнению неомарксистов, миро-система, а, следовательно, миро-экономика испытывают структурный кризис. По поводу будущего современной мир-системы неомарксисты не стоят больших иллюзий. И. Валлерстайн пишет, что она не выживет. Возникнет новая система международной политики и экономики и она не будет капиталистической. Но предсказать, какой новый строй придет ей на смену, И. Валлерстайн не берется. По его мнению, выбор будет результатом бесконечного множества отдельных действий. Возможно новая система будет хуже капиталистической или намного лучше (относительно демократичной и относительно эгалитарной) [126, с. 94]. Некоторые неомарксисты высказываются в более оптимистической манере. Например, С. Амин, уповая на интеграционные процессы в латинской Америке, Африке, арабского мира и в Юго-Восточной Азии, могут обусловить в перспективе длительный переход от мирового капитализма к мировому социализму, проходящему ряд этапов [129, с. 46].

Завершая анализ неомарксистской концепции международной политики, следует отметить, что в настоящее время она рассматривается в качестве маргинальной.

Постмодернизм. Появление постмодернистской парадигмы международной политики западные и российские исследователи относят к 80- гг. прошлого века. С философской точки зрения постмодернизм склонен к иррационализму, скептицизму относительно адекватного познания объективной реальности. В этом плане утверждается, что различные интерпретации реальности - это чистой воды субъективизм, поскольку нет истины, которую следовало бы искать или отстаивать. Сам термин "постмодернизм" вошел в научное употребление благодаря французскому философу Франсуа Лиотару. Гносеологический скептицизм постмодернисты (Ф. Лиотар, М. Фуко, Дж. дер Дериан, Р. Уокер и др.) придерживаются не только в отношении естественных наук, но и общественных дисциплин, включая мировую политику и международные отношения. Как подчеркивал М. Фуко, общественные дисциплины отражают не объективную реальность, но глубинные структуры человеческого мышления. Знание, по его мнению, порождает власть. Но в свою очередь власть способствует накоплению знаний. Таким образом, постмодернист выступает в пользу тесной связи двух понятий: "знание" и "власть". Власть оказывает сильное влияние на знание, которое, следовательно, не является истиной, так как является продуктом определенных исторических обстоятельств. Общественные науки, в том числе международная политика, не являются индифферентными по отношению к тем или иным ценностям. Поэтому постмодернисты полагают, что наука, как особая сфер деятельности человека, является не только инструментом познания, но и частью общественной практики, порождающей новые формы мышления и жизни [130, с. 98]. В частности, постмодернисты доказывают, что холодная война явилась итогом реализации концепции политического реализма с ее доминирующей идеей силового решения мировой политики и международных отношений.

Постмодернистские идеи появились как реакция на неолиберализм и неореализм, а также под определенным влиянием неомарксизма. Классические теории не могли удовлетворительно объяснить многие международные процессы, характерные для предыдущего десятилетия: нефтяной кризис 1970-х гг. и деятельность стран-экспортеров нефти, валютные потрясения, расширение пропасти между богатым "Севером" и бедным "Югом" [132, с. 43]. Постмодернистская парадигма возникла в определенный период, причем период, не случайно совпадающий с закатом советской системы и генезисом эпохи неолиберального "конца истории", переходящего в "столкновение цивилизаций" [133, с. 3]. Постмодернисты пытались разработать альтернативную парадигму вышеназванным теоретическим школам и подходам. Правда, постмодернисты менее склонны критиковать либеральную и марксистскую парадигмы международной политики по сравнению с реализмом и неореализмом. В частности, постмодернисты разделяют мнение неолибералов о снижении роли национальных государств в мировой политике с одновременным процессом усиления роли негосударственных акторов. Постмодернисты акцентируют свое внимание на исчезновении самого принципа территориальной политической власти. Поэтому в научном обиходе постмодернистов появились концепции "смерть географии", "сжатие времени-пространства", "эмансипация территориальности" [130, с. 98]. По мнению постмодернистов, территориальный принцип организации власти и управления оправдан лишь в случае этнокультурной гомогенности населения страны. Но учитывая происходящие повсюду в мире процессы гетерогенности, принцип территориальности становится анахронизмом. Следовательно, институт государства признается постмодернистами своего рода "фикцией". Доказывается, что понятие "государство", которое используется исследователями для обозначения группы людей, часто приводит к заблуждению. Например, в концепции реалистов СССР рассматривался в качестве целостного участника международных отношений. На деле же, как подчеркивают постмодернисты, это не так. Именно поэтому реалисты и были озадачены распадом Советского Союза.

Постмодернисты подчеркивают возрастающее транснациональное, трансграничное значение деятельности различных общностей: экономических, политических, религиозных, культурных, профессиональных и прочих [133, с. 7]. То есть внетерриториальные, внегосударственные процессы занимают все больше место в мире. Постмодернисты, таким образом, подчеркивают очевидный современный политический процесс, отмеченный многими видными политологами мира - эрозию государственности, размывание суверенитета государств, перераспределение государственный полномочий и функций между различными структурами, в том числе путем передачи их части наднациональным структурам. Эту идеологему постмодернистов можно проиллюстрировать деятельностью таких наднациональных структур, как Европейский союз и - буквально в последние месяцы - деятельностью наднационального Таможенного комитета Таможенного союза между Россией, Белоруссией и Казахстаном.

Основываясь на процессах эрозии государственной власти и принципа территориальной организации управления, постмодернисты утверждают о развитии сетевого принципа организации хозяйственной, экономической, культурной и социальной жизни населения. Место политической лояльности государству (гражданство, права и обязанности) занимают другие факторы интеграции определенных слоев населения, например, религия. Современный мир уже дает примеры таких процессов [134; 135]. Не секрет, что во многих странах мира сегодня очень актуальна проблема конфликта идентичностей - политической и этнорелигиозной, этнокультурной. В последние десятилетия идентификация базируется преимущественно не на государственной основе (т.е. приверженность человека к тому или иному государству; лояльность к государству своего гражданства), но, главным образом, на этнической, религиозной. Таким образом, сегодня происходит эрозия института гражданства, ослабление уз, связывающих государство и гражданина. Важная причина такой трансформации - массовый приток в принимающие страны мигрантов, предпочитающих идентифицировать себя скорее со страной выезда, чем со страной приема. Таким образом, растет число стран, которые становятся гетерогенными в этническом плане. Такая ситуация не может не порождать сложные проблемы, в том числе в сфере межнациональных, межэтнических отношений. Примеров тому множество. В частности, руководители Германии и Великобритании официально признали банкротство политики мультикультурализма, которая проводилась в этих странах в течение нескольких десятилетий.

Постмодернисты, как свидетельствует анализ их базовых концепций, выступают как критики гомогенности, однородности и поддерживают плюрализм, разнообразие. Этот принцип постмодернисты применяют также к сфере мировой политики и международных отношений. В частности, Дж. дер Дериан опровергает роль дипломатии как инструмента ведения переговоров, посредничества и т.д. По его мнению, это очередной миф, призванный замаскировать подлинное - лицемерное - лицо внешней политики западных стран. На самом деле дипломатия развитых стран преследует их исключительно корыстные, эгоистические интересы [136, с. 71]. Доказывается, что западные страны во главе с США делят внешний мир на "своих" и "чужих". По сути дела, фактом становится все большее разделение мира на две системы, из которых одна признается цивилизованным сообществом, а вторая определяется как его враги. Тем самым создается критерий деления общества на "цивилизованное" и "нецивилизованное", - резюмируют постмодернисты [133, с. 14]. К нецивилизованному обществу относятся различные террористические группировки и целый ряд государств, например, Афганистан, Ирак, Северная Корея и т.д. С точки зрения Запада в будущем вполне возможно появление новых "нецивилизованных" обществ. Поскольку даже небольшие "чужие" государства несут угрозу благополучию и безопасности Запада, то последний, по утверждению постмодернистов, пытается перетянуть "чужих" на свою сторону. Итогом такой политики является агрессивность западных стран, попытки унификации внешнего мира, исходя из собственных представлений и ценностей.

Сильной критике постмодернисты подвергают идеи нового мирового порядка, основанного на доминировании западных стран в международной политике. В данном случае имеется в виду так называемый "культурный империализм". Его признаки постмодернисты, например, Р. Уокер, находят даже в международном праве и концепции прав и свобод человека. Рассматривая актуальную для науки мировой политики и международных отношений проблему создания "мирового правительства", постмодернисты выражают крайний скептицизм, поскольку, мол, это означало бы навязывание всему мировому сообществу воли западных стран. Альтернативой проектам учреждения мирового правительства постмодернисты считают разрушение иерархической целостности мира за счет усиления влияния и роли различных маргинальных групп и акторов [133, с. 14]. Подытоживая краткий анализ постмодернистских взглядов на международную политику, можно констатировать их значительное влияние на понимание проблем безопасности в современном мире, когда в расчет берутся не только военно-политические, но также экономические, экологические, социальные, культурные и информационные аспекты. Методологическая основа диссертации. При работе над диссертацией применялись различные методы исследования, в том числе общенаучные, характерные для политологии, мировой политике и истории международных отношений. Использовался структурно-функциональный метод, который базируется на изучении целого через свойства и взаимодействие отдельных элементов, фокусируя внимание на роли государств, политических элит, бюрократий и других субъектов политики. Критический метод оказался эффективным при анализе правил и процедур принятия решений органами государственной власти и управления. В частности, этот метод применялся нами в контексте исследования отношения политической элиты России к разработке и принятию стратегии РФ в Арктике. На уровне политических масс изучалось восприятие населением страны позиции США, других западных стран, а также НАТО в сфере международных отношений и мировой политики. Нами широко использовался историко-хронологический и компаративистский методы. Среди количественных методов мы уделили особое внимание контент-анализу и ивент-анализу. Первый из них применялся при работе с текстами официальных документов приарктических государств, Евросоюза и НАТО. Ивент-анализ оказался плодотворным при рассмотрении отношений РФ с Северо-Атлантическим альянсом. При исследовании международной политики в Арктике, в частности, по поводу территориальных споров мы использовали также анализ конкретной ситуации.

Глава 2. Глобальное потепление и его последствия: арктическое измерение


.1 Основные концепции климатических изменений в XXI веке


Общепризнанно, что XXI несет человечеству многочисленные угрозы и вызовы, генезис многих из которых восходит к прошлому веку. Эти вызовы и угрозы не частного порядка, но носят общемировой характер. В этом проявляется глобальная зависимость различных процессов: политических, экономических, финансовых, этнокультурных, этнорелигиозных и других. Оптимистическое видение судеб мира и международных отношений, высказываемое некоторыми видными политологами, например, Ф. Фукуямой, возлагавшего огромные надежды на установление прочного мира и преодоление межгосударственных конфликтов в условиях всеобщей демократизации государств, откровенно говоря, не состоялось. Увеличение численности демократических государств в различных регионах мира, так называемая "третья волна" демократизации не привели к кардинальному преобразованию мировой политики и международных отношений [137]. Напротив, различные теории демократического мира принесли больше вопросов, чем ответов. Например, почему возникли так называемые имитационные демократии, гибридные режимы, служащие прикрытием не демократических механизмов реализации власти. Многие западные и российские ученые довольно скептически относятся к установлению кантовского "вечного мира" в современных условиях. Н. Аснер писал: "Можно без колебаний утверждать о снижении межгосударственных войн между развитыми странами ... но признание этой очевидной тенденции не должно сопровождаться потерей бдительности, поскольку в этом случае можно поддаться двум соблазнам, во-первых, соблазну генерализации указанной тенденции, ее экстраполяции на всю планету или же на все формы насилия, во-вторых, объяснению на основе одного-единственного фактора, в качестве которого выступала бы демократия" [138, с. 15]. Конечно, подлинно демократическое устройство государств, наличие сильных демократических институтов в стране придают внутренней и внешней политике довольно стабильный вектор развития, позволяют с высокой долей вероятности прогнозировать свое будущее. Демократические государства менее склонны прибегать к силовым методам решения актуальных проблем международных отношений и мировой политики.

Современные глобальные проблемы существуют не изолированно, не в вакууме, но в тесном сцеплении друг с другом, что мультиплицирует их негативное влияние на жизнедеятельность отдельных государств и мирового сообщества в целом. Происходит, если уместно данное выражение, наложение одной угрозы на другую, их переплетение. Несмотря на специфику отдельно взятых глобальных угроз и вызовов, всем им присущи некоторые общие черты. Российская исследовательница М.М. Максимова отмечает следующие признаки глобальных проблем:

- все они имеют поистине планетарный, общемировой характер, затрагивают интересы всех государств;

угрожают человечеству серьезным регрессом в дальнейшем развитии производительных сил, в условиях самой жизни;

нуждаются в неотложных решениях и действиях по преодолению и предотвращению опасных последствий и угроз жизнеобеспечению и безопасности граждан; - требуют коллективных усилий и действий со стороны всех государств, всего мирового сообщества [139, с. 224].

В числе серьезнейших вызовов и угроз человечеству в XXI веке - экологические проблемы, проявляющиеся в различной форме, включая общую деградацию окружающей среды, сведение лесов (особенно в Бразилии и Российской Федерации), опустынивание ряда регионов (например, Аральского ареала), загрязнение мирового океана, острейший дефицит чистой питьевой воды, промышленные выбросы в атмосферу опасных для людей, фауны и флоры химических и биологических ингредиентов и т.д. Сегодня эти проблемы общепризнанны, равно как и их основные детерминанты - быстрый рост народонаселения земного шара и интенсивная хозяйственная деятельность людей [140; 141]. Рост народонаселения мира в предыдущие столетия и десятилетия отличался высокой динамикой. Различные прогнозы численности населения (методология Лутца и Щербова, модель С.П. Капицы, эксперты ООН, Всемирного банка)) показывают, что пик темпов роста относится ко второй половине XX века и может быть определен как демографическая революция [142, с. 449]. По расчетам экспертов (средний вариант), ожидаемая численность населения составит в 2050 г. - 9,4 млрд., в 2100 г. - 10,4 млрд., а в 2150 г. - 10,8 млрд. человек [143].

Примечательно, что даже региональные экологические проблемы быстро переходят в категорию "глобальных" угроз и вызовов, что отражает объективные связи явлений и процессов. Глобализация подрывает основы "островного сознания". При всем желании в современном мире нельзя надолго, а тем более навсегда, изолироваться от глобальных проблем. Если мир взаимозависим, он и взаимно уязвим [144, с. 35].

Эта посылка со всей очевидностью проявляется в сфере экологии, одна из основных проблем которой заключается в глобальном потеплении. Эта проблема приобрела научную и политическую актуальность, когда в 1987 г. был подписан Монреальский протокол о снижении выбросов, разрушающих озоновый слой. Этот договор потребовал от промышленно развитых стран прекращения в 1996 г. производства и импорта хлорфторуглеродных соединений. Для того чтобы ускорить действие этого жесткого договора, подписавшие его стран поступились суверенитетом [145, с. 91]. Проблема климатических изменений обострялась с каждым годом. Во второй половине 2000-х острота обсуждения проблемы в мировой политике достигла своего апогея. Авторитетные аналитические центры признают изменения климата угрозой международной безопасности номер один, превышающей даже угрозу терроризма. В 2007 г. Совет Безопасности ООН впервые посвящает изменению климата специальное заседание, Генеральный секретарь Пак Ги Мун вводит в практику проведение ежегодных саммитов ООН по климату, а МГЭИК (Международная группа экспертов по изменению климата) и видный американский политик-эколог А. Гор удостаиваются Нобелевской премии мира [146, с. 63].

Согласно оценкам МГЭИК, за истекшее столетие средняя температура приземного слоя воздуха для Земли в целом возросла на 0,2-0,6 градусов по Цельсию, количество атмосферных осадков увеличилось на 5-10% в большинстве районов средних и высоких широт северного полушария. Эта же группа сделала предварительные расчеты, по которым к 2050 г. средние температуры на нашей планете могут повыситься на 0,8-2,0 градуса по Цельсию. Такие прогнозы строятся на основе многочисленных наблюдений и достоверных фактов: уменьшение снежного покрова и таяние ледников в Альпах, в Центральной Азии, Гренландии, на Калиманджаро и других регионах мира. Резко изменяется погодно-климатическая картина во многих странах. Те из них, где привычным являются сравнительно низкие температуры, испытывают волны жары. Страны с плюсовыми показателями погоды испытывают наступление холода (например, некоторые страны Европы). Беспрецедентно жарким выдалось лето 2010 г. в Российской Федерации. Длительная жара накрыла центральные и южные области страны: Московскую, Нижегородскую, Ярославскую, Пензенскую, Владимирскую, Тверскую, Липецкую, Волгоградскую и др. Для некоторых регионов ситуация усугублялась сильными пожарами лесов и торфяников. По данным специалистов Росгидромета, в европейской части РФ была зафиксирована самая высокая температура не только за весь период наблюдений, но и за последние несколько сотен лет - около 40 градусов по Цельсию. Погодная аномалия сопровождалась ростом смертей (по Москве практически в два раза), огромным материальным ущербом: погибло много скота, полностью или частично сгорели сотни жилых и хозяйственных построек, выгорел почти 1 миллион гектар лесов.

Считается, что глобальное потепление спровоцировано так называемым "парниковым эффектом", т.е. ситуацией, когда вокруг Земного шара образовалась газовая пленка, которая пропускает тепло Солнца и в тоже время препятствует улетучиванию тепла, образуемого на Земном шаре в результате антропогенного воздействия. Ученые Кыргызстана вывели своеобразную формулу "вины". В соответствии с ней, в процессе загрязнения атмосферы повинен всякий:

кто пользуется электричеством, произведенным в результате сжигания угля, газа, нефти или биомассы;

чей дом обогревается от центральной отопительной системы котельных, сжигающих газ или нефть;

сжигающий дерево или уголь для приготовления пищи или обогрева;

у кого в холодильниках или кондиционерах используется хлорфторуглероды (ХФУ);

кто водит машину;

кто выращивает скот или потребляет мясо домашних животных, выращивает или потребляет рис, тот, кто использует синтетические удобрения для выращивания сельскохозяйственных культур.

Таким образом, среди основных "загрязнителей" атмосферы - химические, машиностроительные, мусоросжигающие предприятия, энергетический сектор (тепловые электростанции, АЭС и др.), транспортные средства, бытовая деятельность людей. Например, в Европе главным "загрязнителем воздуха" является морской транспорт. Его доля в эмиссии углекислого газа в 2000 г. составила 157 миллионов тонн, что превысило выбросы всего наземного транспорта и всей авиации стран ЕС [147].

Сегодня концентрация углекислого и других газов с аналогичным "парниковым эффектом" достигла 435 частиц на миллион СО? - эквивалента по сравнению с 280 частицами до начала индустриализации в девятнадцатом веке [148, с. 31]. Динамика процесса очевидна даже в небольшом временном промежутке. В 2004 году, например, суммарные выбросы СО? во всем мире возросли до нового уровня почти в 27,5 млрд. тонн (4,4 т. СО? на душу населения), что было почти в 5 раз больше, чем в 1950 г. Концентрация углекислого газа увеличивается более чем на 2 промилле в год [145, с. 91]. Наглядное представление о выбросах СО? за 2004 г. по группам стран дает следующая таблица.


Таблица 1. - Выбросы СО? за 2004 г. по группам стран

Группы странОбщий объем выбросов (в млн. т.)Темпы роста в 1990-2004 гг. (в %)Доля в мировом объеме (в %)*Доля в мировом населении (в %)Выбросы на душу населения, т. СО?Страны ОЭСР133191946,018,011,5США60462520,94,520,6Япония1257174,32,09,9Германия808-182,61,39,8Восточ. Европа и СНГ31682411,06,97,9Россия1524-235,32,210,6Развивающиеся страны123038042,079,02,4Восточная Азия66829623,030,93,5Китай500710917,320,03,8Южная Азия1955977,024,01,3Индия1342974,617,11,2Латинская Америка1423315,08,02,6Арабские страны1348315,05,04,5Субсахарская Африка663452,011,01,0Наименее развитые страны146971,011,00,2Весь мир2898328100,0100,04,5

Анализ данных свидетельствует, что основным "загрязнителем" являются США. Вторую позицию занимал Китай, третью - Россия, четвертую - Япония. Замыкает пятерку стран-загрязнителей Германия. В целом, на их долю приходилось чуть более 50% от общемировых выбросов. Что же касается объемов выбросов на душу населения (в тоннах), то и здесь лидировали США. Россия, Германия и Япония по этому показателю уступали США примерно в два раза. Сегодня главной страной-загрязнителем является Китай.

Примечательно, что даже периферийные в экономическом отношении страны также вносят свою - пусть даже небольшую! - лепту в процессы глобального потепления. К неутешительному выводу, например, пришла группа ученых Кыргызстана, изучающих проблему в рамках Проекта Глобального экологического фонда и Программы развития ООН "Помощь Кыргызской Республике в подготовке первого национального сообщения в ответ на обязательства перед рамочной конвенцией ООН об изменении климата" и проекта Глобального экологического фонда "Управление водными ресурсами и окружающей средой в бассейне Аральского моря". Компонент В "Формирование общественного мнения по охране и рациональному использованию водных ресурсов", Международного фонда спасения Арала. Проанализировав проблему эмиссии парниковых газов в Кыргызстане, ученые в качестве экспертной предварительной оценки пришли к выводу о том, что к 2100 году повышение на всей территории республики среднегодовой температуры составит в пределах 2,5-3,0 градусов по Цельсию и увеличение годовой суммы осадков будет на 10-15% больше по сравнению с их нормами для 1961-1990 годы.

Глобальное потепление угрожает человечеству резким изменением привычной природно-географической и социально-экономической среды: таянием льдов, гибелью целых экосистем, затоплением прибрежных территорий стран [149, с. 33], находящихся ниже уровня моря, сокращением земель сельскохозяйственного назначения, дефицитом продовольствия, ростом числа стихийных катаклизмов, ростом неорганизованной миграции, усилением международной напряженности и т.д. Уже сейчас Всемирная организация здравоохранения констатирует, что глобальное потепление ведет к гибели почти 150 тысяч человек ежегодно, особенно проживающих в отсталых регионах тропической зоны. В XX веке в катастрофах, вызванных природными катаклизмами (цунами, холода, засухи, лесные пожары и прочее), погибло около 10 миллионов человек. Доказана тенденция нарастания природных катастроф: если в 50-е гг. произошло 20 крупномасштабных стихийных бедствий, в 70-е гг. - 47, то в 90-е гг. уже - 86 [150, с. 3].

Одно из прогнозируемых последствий глобального потепления - огромный дефицит поливной и питьевой воды. Сегодня в мире насчитывается 880 миллионов людей, не имеющих доступа к воде приемлемого качества, и большинство из них (84%) проживают в сельской местности. Число людей во всем мире, страдающих от нехватки пресной воды, к 2080 г. может составить около 1,8 млрд. человек. Глобальное потепление может вызвать вымирание более половины существующих на Земле биологических видов в ближайшие 50 лет. Более 700 видов европейской фауны и флоры находятся под угрозой исчезновения; такая же судьба ожидает примерно 43% популяции европейских птиц; происходит серьезная фрагментация ландшафтов [76, с.41].

Интенсивно тает снежный покров и ледяные поля Антарктики, Арктики и Гренландии. За последние 35-40 лет снежный покров Земли сократился на 10%. По последним данным, некоторые шельфовые ледники Западной Антарктиды истончаются ежегодно на несколько метров. Площадь Гренландии, на которой каждое лето тает ледниковый щит, за последние 25 лет увеличилась в полтора раза. Последствия этого процесса российский ученый Ю. Шишков описывает следующим образом: "Сокращение ледяных полей опасно вдвойне. Во-первых, уменьшается способность Земли отражать тепловое излучение Солнца. В результате нарушается существующий тысячелетиями баланс между притекающим на нашу планету солнечным теплом и той его частью, которая отсылается обратно в космос. При прочих равных условиях это означает нарастающий перегрев земной суши и Мирового океана. Во-вторых, таяние ледовых щитов Земли ускоряет повышение уровня воды в Мировом океане. Помимо термического фактора, его объем увеличивается еще за счет тающих ледников. По некоторым оценкам специалистов НАСА, без учета притока воды за счет гренландского ледяного щита в концу нынешнего века уровень Мирового океана поднимется на 5 метров. А если щит растает полностью, то к этому добавится еще 2 метра" [150, с.3].

Последствия потепления климата настолько серьезны и глобальны, что могут повлечь смену всей парадигмы взаимодействия природы и человека, а потому не поддаются измерению в привычных для нас экономических категориях [2, с. 89]. В частности, Европейская комиссия, анализируя проблему климатических изменений, пришла к выводу о сильном их влиянии на Европу, в том числе угрозе затопления портов, прибрежных предприятий, крупном ущербе туризму, особенно средиземноморского. Прогнозируется также серьезный ущерб фауне и флоре, ряду важных отраслей хозяйства стран Евросоюза (морское и прибрежное рыболовство, перерабатывающая промышленность, сельское хозяйство и т.д.) [151]. Согласно расчетам, климатические изменения окажут непосредственное негативное воздействие на важнейший сектор Евросоюза - энергетику, а именно: спрос на электроэнергию и ее предложение. Подсчитано, что таяние ледников и изменение режима осадков потребуют увеличения производства гидроэнергии в северных районах Евросоюза на 5 и более процентов, в то время как в южных районах производство сократится на 25%. Что касается спроса на электроэнергию, то летом он резко возрастет. Только публичные расходы Евросоюза по защите побережья против риска эрозии и наводнения в 2006 г. превысили 3 млрд. евро по сравнению с 2,5 млрд. евро в 1986 году [152].

В зоне рисков, связанных с глобальным потеплением, окажется и Россия. По имеющимся данным, некоторые территории страны окажутся в зоне затопления. Серьезные проблемы возникнут в районах вечной мерзлоты (огромные просторы Сибири и Северной Канады). Первые признаки этого процесса уже обнаружены. Строительство жилья, промышленных предприятий, объектов культурного и образовательного назначения в районах "вечной мерзлоты" велось по особым технологиям с учетом характера грунта. В результате потепления этот грунт превратится в плавуны, что неизбежно приведет к разрушению построек, зданий, крупному материальному ущербу, необходимости переселения массы людей.

Такова цена прошлых и настоящих побед человека над природой. В XIX веке Ф. Энгельс предупреждал: "Не будем, однако, слишком обольщаться нашими победами над природой. За каждую такую победу она нам мстит. Каждая из этих побед имеет, правда, в первую очередь те последствия, на которые мы рассчитывали, но во вторую и третью очередь совсем другие, непредвиденные последствия, которые очень часто уничтожают значение первых". Сегодня мы можем только признать прозорливость выдающегося немецкого мыслителя и попытаться хоть в какой-то мере смягчить губительные последствия человеческого влияния на природу.

Драматические предсказания в формате концепций глобального потепления также имеют свою предысторию. XX век, как отмечала Г.С. Мамбеталиева, уже сталкивался с мрачными рассуждениями о будущем человечества [247, с. 97]. Президент Римского клуба (неформальной, независимой, неправительственной организации) Аурелио Печчеи в вышедшей в 1969 году книге "Перед бездной" предупреждал о том, что макропроблемы все больше угрожают человечеству и, следовательно, для его выживания и сохранения необходимо объединить усилия и целью исследования и совместного планирования будущего. А. Печчеи доказывал, что человечество состоит из взаимосвязанных между собой элементов и в условиях глобализации наибольшее значение приобретают те, которые зависят от человека. Для понимания проблемы предлагалось лечение шоком. Такое лечение может быть осуществлено на основе количественных аргументов, которые воспринимаются людьми более доходчиво, чем рассуждения качественного характера. Поэтому была сделана ставка на математическую модель, которая учитывала бы взаимосвязь таких переменных, как население, капиталовложения, использование не возобновляемых природных ресурсов, загрязнение окружающей среды, производство продовольствия [153].

В 1971 году, взяв за основу идеи А. Печчеи, футурологи Донелла и Деннис Медоузы, Йорген Рэндерс и Уильям Беренс III опубликовали книгу "Пределы роста", которая была итогом компьютерного исследования [154]. В ней утверждается: при существующем росте населения и промышленного производства спустя несколько десятилетий обязательно истощатся минеральные ресурсы, произойдет катастрофическое загрязнение окружающей среды, падение сельскохозяйственного производства, массовый голод и глобальная катастрофа, крушение существующей цивилизации и, как максимум, гибель человечества. Этот вывод, при различных допущениях, перепроверяли на компьютерах несколько раз, но неизменно приходили к одному и тому же выводу: при существующих тенденциях человечеству не пережить XXI век. Пессимизмом проникнуты и многие новейшие прогнозы. Сошлемся на доклады Национального разведывательного совета США, составленные на основе консультаций с независимыми экспертами всего мира. Эти доклады готовятся ко времени инаугурации очередного американского президента. Такой доклад готовился в 2004 г. для Дж. Буша. К моменту вступления в должность президента Б. Обамы аналогичный доклад был подготовлен и для него. В центре внимания американских футурологов - сценарии развития мира вплоть до 2025 года. Один из сценариев ("Октябрьские сюрпризы") построен на анализе важных климатических изменений и их последствий. Изменениям климата сопутствуют глобальное уменьшение объемов питьевой воды, сокращение доступной населению пищи. В сценарии описываются события, происходящие в США, но затрагивающие интересы многих других развитых и развивающихся стран. Этот сценарий реализуется, если: 1) нации примут на вооружение лозунг "экономический рост любой ценой"; 2) будут игнорироваться проблемы безопасности окружающей среды и ее деградации; 3) правительства потеряют свою легитимность из-за неэффективности своих методов борьбы с экологическими катастрофами; 4) несмотря на значительный технологический прогресс, не будут найдены средства борьбы с негативным эффектом изменения климата; 5) сугубо национальные решения экологических проблем будут носить краткосрочный и неадекватный характер [155, с. 11].

Квинтэссенция рассуждений американских сценаристов заключается в признании, во-первых, важности экологических проблем для будущего человечества, во-вторых, констатируется, что экологическая система опирающаяся исключительно на экономические стимулы и мотивацию технологически несостоятельна и неэффективна. Заслуживает внимание и пассаж о возможности утери государствами своей легитимности. Наконец, если судить от обратного, признается необходимость консолидированных действия и акций государств мира.

Анализируя проблему глобального потепления и его катастрофических последствий для мировой экономики и для будущего человечества в целом, следует отметить существование и альтернативной точки зрения на причины глобальных климатических изменений. Доказывается, что они суть не что иное, как "игра" природы, т.е. объективные глобальные процессы. При этом не исключается ни воздействие природных циклов в уровне солнечной радиации, ни эффект долгосрочной флуктуации океанских течений и вулканического пепла при крупных извержениях [156, с. 17-18]. Один из упорных критиков теории антропогенного фактора глобального потепления климата - Бьерн Ломберг, директор Датского института по оценке окружающей среды. Сильные сомнения по поводу корреляции между эмиссией парниковых газов и глобальным потеплением одно время выражал бывший премьер-министр Дании Андерс Фог Расмуссен (ныне - Генеральный секретарь НАТО). Но к 2008 г. А. Расмуссен изменил свою точку зрения и применил свои дипломатические способности в интересах проведения международной Конференции по климатическим изменениям в Копенгагене [8, с. 73].

Ученые различных стран в целом являются приверженцами антропогенного фактора климатических изменений. Знаменательны результаты опроса, проведенного в 2008 г. среди ученых в области естественных наук, в основном из США и Канады. На два вопроса: считаете ли Вы, что идет глобальное потепление? и признаете ли Вы деятельность человека значительным фактором в росте температуры? - "да" ответили примерно 90% и 82%. Кроме того, доля положительных ответов сильно зависела от области естественных наук и от того, публикуются ли сейчас работы данного ученого в научной печати. Для всех климатологов, как и для всех активно работающих ученых, она составила 88-90%, для профессионалов в области изменения климата, публикующихся в научной печати - 97,4%. Это резко контрастирует с результатами опроса Института Гэллапа: только 58% жителей США согласились с тем, что в происходящих климатических изменениях большую роль играет человеческая деятельность [3, с. 116]..

Российские ученые в своем капитальном труде сформулировали ситуацию следующим образом: "крайне маловероятно (< 5%), что изменения климата, наблюдавшиеся за последние 50 лет происходили без внешнего воздействия; с высокой степенью вероятностью (> 90%) можно утверждать, что наблюдаемое увеличение концентраций антропогенных парниковых газов обусловливает большую часть глобального потепления, начиная с середины XX века" [157]. К близким выводам пришла Межправительственная группа по изменению климата (МГЭИК) в своем четвертом докладе (2007 г.) В нем, во-первых, сформулирован вывод о неоспоримости и необратимости климатических изменений в мире. Во-вторых, ответственность за эти процессы возлагается на человеческое общество. С научной точки зрения важно, что выводы доклада обладают более высокой степенью достоверности по сравнению с предыдущими докладами.

Впервые проблема парникового эффекта обсуждалась на международном уровне в 1988 году в рамках международной конференции по проблемам климатических изменений в Торонто. По результатам обсуждения проблемы были предложены рекомендации по уменьшению выбросов газов в атмосферу. Это явление связывается с деятельностью промышленных предприятий, техногенной деятельность человека. Главный источник выбросов - масштабное использование человеком углеводородов как источника энергии. Увеличение эмиссии двуокиси углерода (основного компонента парниковых газов) стало заметным с началом промышленной революции в Европе, ознаменовавшимся переходом к широкому использованию каменного угля, а затем, с конца XIX -начала XX вв., все большего включения в энергетический баланс мировой экономики нефти и природного газа. С середины XIX века увеличение масштабов эмиссии двуокиси углерода строго коррелирует с ростом ВВП на душу населения. Сегодня углеводородное сырье составляет подавляющую часть энергетического баланса государств мира. Потребление нефти к 2025 г. увеличится не менее чем на 50%, природного газа - на 70%, а каменного угля - почти на 60%. Углеводородам не сможет составить конкуренцию даже ядерная энергетика [155]. Следовательно, возрастают выбросы двуокиси углерода. Так, Китай в период с 1990 по 2004 гг. увеличил выбросы на 110%, Индонезия - нa 105%, Индия - на 90%, Бразилия - на 59,8%. В перспективе для некоторых развивающихся стран, в частности, Китая прогнозируется еще более интенсивные выбросы парниковых газов. По некоторым оценкам, прирост выбросов здесь за 2020-2030 гг. может примерно сравняться с общим приростом выбросов всеми промышленно развитыми странами. Главная причина прироста эмиссий в Китае - бурое развитие промышленности, строительство новых энергоемких индустриальных объектов, работающих главным образом на угле и нефти, увеличение энергопотребления в домашних хозяйствах и спроса на автомобили на фоне растущего благосостояния [2, с. 90].

Ожидается прирост эмиссий в России. Сокращение объемов промышленного производства в стране в 90-е гг. прошлого века, повлекшее отрицательную динамику эмиссии парниковых газов, сменяется промышленным ростом, увеличением потребления углеводородного топлива. Считается, что к 2013 - 2014 гг. Россия достигнет уровня эмиссии, зафиксированного в докризисный 1990 г., а к 2020 г. - превысит его на 14%.

Казалось бы, что проблему можно решить за счет использования возобновляемых источников энергии (энергии ветра, приливов, солнца и т.д.) и поиска новых источников. Но как свидетельствуют факты, такие работы ведутся в настоящее время преимущественно в научных лабораториях и на экспериментальном уровне и вряд ли в ближайшее время оспорят лидерство традиционных источников энергии.

Выход из катастрофической ситуации с глобальным потеплением многим ученым видится в переходе промышленных предприятий и транспорта на низко-углеродные виды топлива и повсеместного внедрения энергосберегающих технологий [158]. Насколько можно судить по многочисленным заявлениям политиков и руководителей ведущих стран мира, уже реализуются различные энергосберегающие проекты, в том числе на промышленных предприятиях и в быту. Например, с приходом к власти в США Б. Обамы Белый Дом разработал пакет мер, включающий сохранение климата, повышение энергетической эффективности, развитие возобновляемой энергетики. Эти шаги рассматриваются в качестве усилий для достижения национальной безопасности и снижения рисков, связанных с зависимостью от импорта нефти и негативных последствий глобальных климатических изменений. Среди мер - инвестиции в развитие чистой энергетики, ужесточение стандартов потребления топлива автомобильным транспортом, ужесточение стандартов энергоэффективности бытовых электроприборов, введение торговли квотами на выбросы двуокиси углерода внутри страны и на уровне отдельных штатов [76, с. 39].

Доказано, что успешное внедрение новых технологий дает весьма ощутимый эффект. Яркий пример тому - Дания, которая сегодня является признанным лидером в сфере энергосбережения. Еще в 1973 г. брендом страны стала "Современная энергетика". Датчане намного раньше других осознали тесную связь между энергетикой и окружающей средой. Реорганизация энергетической политики Дании основывалась на принятии целого ряда стратегических решений на фоне растущих цен на энергоресурсы и геостратегической неопределенности относительно будущих их поставок. Датчане сделали ставку на создание и эксплуатацию ветряных двигателей. Принимались и другие меры, в том числе в области автомобильного и железнодорожного транспорта. Такая политика принесла беспрецедентно хорошие результаты. С 1980 по 2006 гг. объем промышленного производства Дании возрос на 75%, а внутреннее потребление энергии осталось почти на прежнем уровне [159, с. 5].

Разумеется, что энергосберегающая политика потребует огромных материальных и финансовых затрат. По этому поводу есть заслуживающие доверия оценки со стороны Международного энергетического агентства. Подсчитано: чтобы ограничить потепление околоземной атмосферы не более чем на +2? по Цельсию по сравнению с 1750 г. человечеству придется в течение 20 лет (с 2010 по 2030 гг.) ежегодно тратить 450 млрд. долларов. Секретариат Рамочной Конвенции по изменению климата оценивает только дополнительные расходы для решения проблемы в 2,1% мирового валового продукта [160, с.147]. Представляется, что в этом отношении необходима интернационализация экологических издержек и использования экономических средств [161, с. 5].

Решению проблемы глобального потепления посвящен ряд международных документов и международных форумов. Большая заслуга в актуализации проблемы глобального потепления принадлежит экологам мира. Российские ученые С. Агибалов и А. Кокорин справедливо отмечают, что научных знаний об антропогенном воздействии на климат 20 лет назад было гораздо меньше, но экологи сумели запустить на мировом уровне процесс ограничения эмиссии парниковых газов [3, с. 115]. Свидетельством тому, в частности, явилась Конференция ООН по окружающей среде и развитию в 1992 году в Рио-де-Жанейро, принявшая Рамочную конвенцию ООН об изменении климата (преамбула и 27 принципов). Конференция призвала развитые страны оказать помощь развивающимся странам в решении неотложных задач защиты окружающей среды. Конференция инициировала подготовку форума по вопросам охраны окружающей среды в Киото в 1997 году. Промежуточное подведение итогов соответствующей деятельности, проведенное в 1995 году в Берлине, идентифицировало ряд трудностей в реализации целей Рамочной конвенции ООН, в том числе в отношении сроков ее исполнения.

Киотская конференция выявила диаметрально противоположные позиции государств. Для развитых государств сомнений не было: именно развивающиеся государства станут основными источниками загрязнения атмосферы. Развивающиеся страны предлагали иную версию причин и другое решение проблемы: не распространять на них ограничения на выброс вредных веществ в атмосферу. Таким образом они надеялись развивать свой промышленный потенциал. Развивающиеся страны добились своего: они, согласно Протоколу, не подпадают под обязательные сокращения. Между тем, все оценки говорили о том, что производство и потребление энергии в развивающемся мире будут расти. При этом наибольший прирост эмиссий, ввиду бурного развития промышленности, строительства новых энергоемких производств, употребляющих главным образом нефть и уголь, ожидался в Китае.

Общий итог дискуссий на конференции, казалось бы, говорил сам за себя: Киотский протокол одобрили 160 государств (другое дело, что не все они подписали и ратифицировали протокол). Документ обязывал страны сократить объемы выбросов в атмосферу. Так, Япония и Канада обязывались в 2008-2012 гг. сократить выбросы парниковых газов на 6% по сравнению с 1990 г., США - на 7%, государства-члены Евросоюза, Восточной Европы и Прибалтики - в среднем на 8%, Российская Федерация и Украина должны были сохранить выбросы на уровне 1990 года [3, с. 118]. Каждой стране устанавливалась квота выбросов парниковых газов. На этой почве появилась возможность продавать не выбранную квоту другим государствам, что отвечало их промышленным и экономическим интересам. Сложился международный рынок квот. Видимо, к 2012 году годовой оборот на рынке эмиссий может достичь 7 млрд. долларов с перспективой роста до 30 млрд. при цене кредита примерно 7 долларов за одну метрическую тонну СО?. Многие страны используют предоставленную возможность продажи своей национальной квоты. В частности, Украина продала права на выброс 30 млн. тонн СО? Японии. Большим потенциалом продажи квот обладает Россия.

Внимательного изучения заслуживает опыт Евросоюза по выполнению решений Киотского протокола. Например, в декабре 2008 г. Европейский парламент принял пакет мер по энергетике и противодействию климатическим изменениям. Он включает: 1) систему торговли квотами на выбросы двуокиси углерода; 2) оборудование электростанций средствами удержания выбрасываемых парниковых газов и создание подземных хранилищ для абсорбированных; 3) увеличение доли возобновляемых источников энергии; 4) снижение выбросов автомобильным транспортом; 5) снижение выбросов при сжигания топлива. К началу 2009 г. ЕС утвердил новые амбициозные цели по снижению выбросов парниковых газов до 2020 г. Для всех стран Евросоюза принят план 20-20-20, т.е. 20-процентное сокращение выбросов двуокиси углерода, 20-процентное повышение энергоэффективности и 20-процентное увеличение доли возобновляемых источников энергии. Начиная с 2012 г. в качестве меры "углеродного протекционизма" в Евросоюзе могут вступить в силу новые правила денежного сбора с авиационных перевозчиков за выбросы в атмосферу продуктов сжигания топлива. Компании, чьи самолеты взлетают или приземляются в аэропортах Евросоюза, будут обязаны покупать право на эмиссию. Подсчитано, что авиакомпаниям такое решение может обойтись в 10-45 млрд. евро (в зависимости от наличия в авиапарке современных и экологически безопасных типов самолетов) [76, с. 41].

США отрицательно отнеслись к Киотскому протоколу и отказались ограничить выбросы, поскольку это могло повлечь за собой негативные последствия для экономического роста страны. Американцы подсчитали, что выполнение ограничений приведет к сокращению ВВП страны на 106 млрд. долларов, что составляет примерно 1% ее ВВП [162]. Заместитель госсекретаря США П. Добрянски даже назвал Киотский протокол "смирительной рубашкой" для экономического развития страны [163]. Тем не менее, в президентство Обамы США приняты важные решения по ограничению эмиссии парниковых газов. Например, в январе 2009 г. Б. Обама объявил о новом национальном стандарте по выбросам автотранспортом, который должен привести в соответствие со строгим лимитом эмиссии парниковых газов в Калифорнии и в некоторых других штатах федеральные требования по экономии топлива [164]. В июне 2009 г. в США был принят закон, устанавливающий лимиты общей эмиссии парниковых газов. Основная цель закона заключается в сокращении выбросов парниковых газов к 2020 г. в США на 17% по сравнению с 2005 г. и на 80% к середине нынешнего года. Программа начнет работать с 2012 г. Стоимость разрешения на выброс одной тонны двуокиси углерода составит 13 долларов. По мнению американских аналитиков, принятие нормативного акта стало крупной победой президента Б. Обамы.

В общем выполнение целей Протокола может обойтись развитым странам в 0,1-2% их совокупного ВВП. Но большинство государств мира считает сокращение объемов эмиссии "парниковых газов" важной задачей.

Киотский протокол отнюдь не поставил последней точки в решении проблемы. Например, конференция в польской Познани в 2008 г. приняла важные решения, которые, казалось бы, расчищали путь к эффективному решению проблемы эмиссии СО?. Во-первых, в Познани была подтверждена готовность к снижению парниковых газов к середине XXI века на 50%. Во-вторых, развивающиеся страны, добиваясь значительного сокращению эмиссии со стороны развитых государств, сами обязывались предпринять аналогичные шаги. В-третьих, было достигнута договоренность о снижении выбросов развивающимися странами под наблюдением международных органов по мониторингу выполнения планов и проверки результатов. В этой связи ожидался положительный результат от предстоящей в декабре 2009 г. в Копенгагене конференции.

Форум собрал 115 глав государств и правительств, в том числе президента России Д. Медведева. На конференции присутствовали также представители различных секторов гражданского общества. Главный вопрос конференции - достижение соглашения по посткиотскому сокращению эмиссии СО?. Опуская ненужные для нашего исследования подробности, отметим, что в результате работы конференции был принят малозначительный документ, который, по сути дела, свидетельствовал о ее провале, поскольку он явился не полноценным юридически обязывающим документом по вопросу эмиссии парниковых газов, а скорее ни к чему не обязывающим государства политической декларацией. Хотя организаторы конференции рассчитывали на трехчастное соглашение: 1). политическую структурную часть (более серьезные обязательства развитых государств по резкому сокращению выбросов, которые бы дополнялись согласием развивающихся стран существенно расширить национальные меры по смягчению последствий изменения климата), 2). пакет финансовых мер; 3). перечень практических шагов, одобренные всеми регионами, по сокращению выбросов.

Основным виновником неудачи конференции в Копенгагене признаются Китай и поддерживающая его Индия. Свою часть вины несут и богатые страны Персидского залива, которым уже пора "начинать платить", а не прикрываться статусом развивающихся стран, и страны Боливарианской революции [3, с. 120]. Они решительно отказались принять на себя международные обязательства по снижению выбросов. Такая жесткая позиция, по мнению многих ученых и специалистов из различных стран мира, является деструктивной. Аргументы азиатских держав сводились к повторению тезиса прошлых годов об преобладающей доли развитых государств в процессах глобального потепления. Замалчивалась бесспорная тенденция: высока динамика эмиссии парниковых газов именно странами "третьего мира". На Китай, например, в период с 1971 по 2007 г. пришлось 12% общих выбросов всех развивающихся государств.

Вкратце общие результаты конференции суммируются следующим образом: 1) понимая важность проблемы климатических изменений, страны, тем не менее, не готовы ради нее поставить а карту свои экономические интересы; 2) Киотский режим отжил свое. Поэтому необходимо выработать новое международное соглашение по климату; 3) международные переговоры по климату сегодня отягощены политическими спекуляциями являются одной из ветвей переговорного процесса о балансе сил в мировой экономической системе; 4) ООН сталкивается с растущими трудностями достижения консенсуса по климатической проблематике [146, с. 74-75].

ноября 2010 г. в Канкуне (Мексика) состоялась конференция стран-участниц Рамочной конвенции ООН по климатическим изменениям. На конференции были приняты решения, касающиеся разделенной и дифференцированной ответственности развивающихся и развитых государств по сокращению выбросов в атмосферу парниковых газов, а также мер по защите лесов планеты. В целях финансирования проектов в странах, наиболее других подверженных воздействию климатических изменений был утвержден проект создания "Зеленого фонда". Была достигнута также договоренность о механизмах передачи экологически чистых технологий развивающимся странам и продолжении активных переговоров по новому соглашению, которое бы заменило истекающий в 2012 г. Киотский протокол. По мнению участников конференции, ее решения создают базу для последующих мер мирового сообщества, которые будут обсуждаться в ЮАР. Разумеется, что международное сообщество будет искать возможность оптимального решения проблемы эмиссии двуокиси углерода и других парниковых газов. Сложность ее решения, как нам представляется, заключается в том, что сегодня и, видимо, в ближайшие годы интересы экономического роста государств будут превалировать над экологическими соображениями.

Для нашего исследования концепция глобального потепления привлекательна, прежде всего, с точки зрения ее научной состоятельности, подкрепленной огромным эмпирическим материалом, накопленным учеными различных стран мира, и фактом серьезного влияния процессов потепления на мировую политику, различные сферы жизнедеятельности государств и мирового сообщества в целом. Это влияние, безусловно, возрастает с каждым днем. Один из важнейших регионов глобального потепления - обширные водные и наземные пространства Арктики. Учитывая ее современное геополитическое, военное и экономическое значение для приарктических государств, необходимо исследовать проблему климатических изменений в данном регионе, что позволит оценить их с точки зрения последствий на взаимоотношения приарктических государств, в частности, и мировую политику в целом, включая проблему ресурсного (прежде всего, углеводородного) обеспечения мировой экономики.


2.2 Арктический регион в условиях глобального потепления


Арктика - северная полярная область Земного шара - включает Северный Ледовитый океан, прилегающие части Атлантического и Тихого океанов, а также находящиеся в океанах острова и окраины евроазиатского и североамериканского материков. Группы островов разделяют Северный Ледовитый океан на семь морей: Гренландское, Баренцево, Карское, Лаптевых, Восточно-Сибирское, Чукотское и Бофорта. Частью океана являются также проливы вдоль северных канадских островов. Северный Ледовитый океан сливается с Атлантикой на востоке и западе Гренландии. Берингов пролив соединяет Северный Ледовитый океан с Тихим океаном. Средние глубины Северного Ледовитого океана составляют чуть более 1200 метров, а наибольшие, расположенные севернее норвежских островов Свальбарда (Медвежий, Шпицберген и др.) чуть больше 5 тысяч метров.

Границы Арктики определяют, исходя из различных критериев. Для астрономов решающее значение имеет так называемый арктический круг, т. е. воображаемая линия, проходящая через северные регионы Канады, Аляски, России и Скандинавии. Все точки на этой линии расположены на 66?33? северной широты [166, с. 23]. От северного географического полюса точки арктического круга находятся на расстоянии 2613 километров.

По мнению других ученых, Арктика представляет собой регион, очерченный линией, проходящей через все северные земли со средней летней температурой +50?по Фаренгейту или +10? по Цельсию. Эту линию называют пятидесятиградусной летней изотермой [166, с. 23]. Она берет начало южнее Гренландии, затем идет через Лабрадор, Гудзонов залив, бухту Ливерпуль в море Бофорта, Аляску, сворачивает резко на юг в Берингово море к Алеутским островам. Дальнейший ее путь лежит на север в Анадырский залив, расположенный в Сибири. Затем изотерма идет по арктическим районам Сибири. В западной части России изотерма устремляется на север и пересекает северное побережье Норвегии. Наконец она поворачивает на юг, обходит южное побережье Исландии.

Близко к летней изотерме расположена tree line - линия, за исключением морских пространств, почти повторяющая конфигурацию летней изотермы, но севернее которой не произрастают деревья [165, с. 636]. Таким образом, пятидесятиградусная изотерма и линия произрастания деревьев имеют важное географическое значение.

Климатические условия Арктики, включая прилегающие к Северному полюсу районы, отличаются низкими температурами: средняя зимняя составляет около -34?по Цельсию. Наиболее сильные холода обычны для сибирской части Арктики (район Верхоянска). Здесь январская температура опускается до -40?С, а иногда даже до -70?С. В других районах Сибири, субарктических районах Азии, в Канаде и центральной Аляске средняя зимняя температура составляет около -30?С. Наиболее мягкий климат наблюдается в прибрежных районах Атлантического и Тихого океанов, где средняя январская температура составляет всего -1?. Летние же температуры поднимаются до +7?. Самые теплые июльские температуры отмечаются во внутренних районах Сибири, Аляски и Канады: около +16?по Цельсию. Рекордная летняя температура в этих регионах - свыше +30?[166]. Зимние штормы обычны для двух районов Арктики: во-первых, от Восточной Сибири до Аляскинского залива, во-вторых, для Центральной Канады, части Северного Ледовитого океана, северной части северной Атлантики и северной Европы. Направление движения штормов - с северо-запада на юго-восток. Количество выпадающих годовых осадков, включая тающий снег, во многих арктических районах составляет от 15 до 25 сантиметров, т.е. меньше чем в засушливых районах мира.

Значительные по площади пространства Арктики, особенно азиатской части России, Канады, Дании (Гренландия) и США (Аляска) занимают так называемые зоны "вечной мерзлоты". На долю России приходится 44% площадей "вечной мерзлоты", что вдвое больше по сравнению с Канадой. По научной классификации к зонам "вечной мерзлоты" относятся почвы, которые остаются замороженными в течение двух и более лет. Такие почвы могут включать скалы, песок или землю. Как правило, эти почвы скованы окружающим их льдом в прочную массу. Сухое промерзание почвы происходит на скалистой или гравийной основе, где мало льда. Кроме того, вечная мерзлота может быть постоянной либо непостоянной (прерывающейся). Первая формируется при ежегодной температуре воздуха ниже 8?по Цельсию. Вторая представляет собой сочетание не замерзших почв со значительными замерзшими территориями. Глубина промерзания достигает до 1500 метров, например, на территориях Канады и России, расположенных в арктическом круге. Научно доказано, что вечномерзлотные породы являются реликтом ледниковой эпохи.

Сплошная вечная мерзлота развита в северной части Большеземельской тундры, на Полярном Урале, в тундре Западной Сибири, в северной части Средне-Сибирского плоскогорья, на всем Таймырском полуострове, на островах архипелага Северной Земли, на Новосибирских островах, на Яно-Индигирской и Колымской приморской равнине и дельте р. Лены, н Лено-Вилюйской аллювиальной равнине, на Лено-Алданском плато и в обширной области хребтов Верхоянского, Черского, Колымского (Гыдан), Анадырского, а также Юкагирского плоскогорья и других внутренних межхребтовых нагорьях, на Анадырской равнине. Кроме того, островная мерзлота встречается на Кольском полуострове, в Канинско-Печорском районе, в таежной зоне Западной Сибири, в южной части Средне-Сибирского плоскогорья, на Дальнем Востоке, в северной части острова Сахалин, вдоль побережья Охотского моря и на Камчатке [167, с. 48].

На северо-американском континенте граница вечной мерзлоты проходит вдоль побережья Тихого океана, немного его не достигая, далее проходит по западному склону Кордильер, пересекает их близ 53? северной широты, затем резко поворачивает на север вплоть до 57? северной широты. Далее граница вечной мерзлоты идет на юго-восток, к южному берегу Гудзонова залива и, оставляя к северу полуостров Лабрадор, заканчиваются у берега Атлантического океана. К области вечной мерзлоты относится также Гренландия.

Фауна Арктики и субарктики представлена прежде всего северными оленями и карибу, огромные стада которых пасутся на местных пастбищах. Здесь водятся также лисы, медведи, зайцы, белка, лемминги, полевые мыши (полевка). Популяция леммингов и полевки каждые 3-4 года резко увеличивается, что оказывает влияние ни жизнедеятельность других животных, а также местных народов. В частности, на миграцию стад карибу и, следовательно, на пропитание эскимосов (инуитов). Арктические птицы живут либо на воде, либо вблизи нее. Семейство птиц представлено полярными утками и совами, гагарками, воронами, песочниками, буревестниками, чайками, тупиками, крачками, голубями и т.д. Животный мир Северного Ледовитого океана включает китов, тюленей, белых медведей, различные виды рыб и планктонов.

Флора региона включает преимущественно тундровую растительность, которая характеризуется безлесьем, развитием мохового и лишайникового покровов, многолетних трав, кустарников (ива полярная, береза карликовая, кедровый стланик и др.) и кустарничков.

Известно, что большая часть Северного Ледовитого океана в течение многих месяцев покрыта льдами. Морские льды являются характерной чертой морских пространств Арктики. Они отражают значительную часть солнечной радиации и препятствуют потери океанскими водами тепла и влаги в зимнее время. Хотя морская Арктика занимает небольшую часть нашей планеты, позитивная обратная связь между Северным Ледовитым океаном и климатической системой обладает потенциалом глобального влияния [168, с. 33]. Арктические льды преимущественно пакового происхождения (замерзшая морская вода) и в меньшей степени - ледникового происхождения (замерзшая пресная вода, попадающая в океан). Паковые льды образуются зимой, когда температура падает. Морские воды образуют лед при температуре -2 градуса по Цельсию, в отличие от пресной воды, замерзающей при температуре 0 градусов по Цельсию. К марту паковые льды покрывают весь океан, за исключением пространства вдоль побережья Норвегии и западной части России до Белого моря. Последнему обстоятельству благоприятствуют воды Гольфстрима. К концу лета большая часть прибрежных вод России и материковой Америки освобождается ото льда. Ледовое покрытие Арктического бассейна снижается примерно с 15 млн. кв. километров в марте до примерно 7 млн. кв. километров в сентябре ввиду таяния первогоднего льда в летнее время.

Информация о толщине северных льдов недостаточна. В различных районах Арктики для соответствующих измерений пользуются разнообразные способы. В Северном Ледовитом океане, например, периодические измерения ведутся с 1958 г. с помощью сонаров атомных подводных лодок, самолетов, дрейфующих буев и т.д. В море Бофорта и проливе Фрама необходимые данные получают на постоянной основе с помощью стационарных сонаров. Толщина пакового льда, как правило, составляет около 2-3 метров [169, с. 48]. Максимальная (вблизи берегов северной Канады и Гренландии) - около 6 метров. На полюсе паковые льды образуют круг, покрывающий около 70% Северного Ледовитого океана [168, с. 33]. Эта ледяная масса под влиянием полярного восточного ветра и океанских течений движется по часовой стрелке. Летом окраина постоянных полярных льдов, толщина которых порой достигает 50 метров, часто раскалывается на отдельные секции. Площадь ледников Гренландии составляет более 1.740.500 квадратных километров, а толщина льда (он лежит на грунте) в центре - около 3 тыс. метров. Ледяной щит Гренландия содержит примерно 2,85 млн. куб. километров пресной воды. Вблизи побережья от ледников Гренландии откалываются огромные массы льда, образуя айсберги, которые иногда попадают в Северную Атлантику. Здесь, встречаясь с теплыми водами Гольфстрима, они тают.

Полярный регион - это наиболее важный регион планеты в смысле воздействия на глобальные климатические изменения и одновременно сам испытывающий их влияние [185, с. 643]. Северный Ледовитый океан и его моря имеют глобальное значение из-за своих глобальных океанических и воздушных потоков, а также благодаря своему биологическому разнообразию, являющегося частью глобального биологического разнообразия. Борьба с климатическими изменениями в арктическом регионе, говорится в одном документе Евросоюза, является важной частью предотвращения глобальных климатических изменений [158]. Будучи наименьшим океаном мира, Северный Ледовитый океан играет решающую роль в движении морских вод через взаимодействие и обмен с Атлантическим и Тихим океанами [169, с. 74]. По сравнению со Средиземным морем, например, водный обмен Арктики в 5,6 раза больше. Поэтому Международная гидрографическая организация и Международная морская организация признают Северный Ледовитый океан одним из 5 главных компонентов Мирового океана, площадь которого составляет почти 71% поверхности Земли [170, с.20]. Глобальные климатические процессы в арктическом регионе проявляют себя очень отчетливо. Установлено, что в среднем потепление климата в Арктике происходит в 2-3 раза быстрее по сравнению с другими районами Земного шара. За последние 50 лет температура в регионе повысилась на 3 градуса по Цельсию, а паковый арктический лед сократился на 15-20% [171, с. 20].

Исследования американцев по климатическим изменениям в Арктике за последние 65 миллионов лет показали, что масштабы и скорость летнего таяния ледового покрова в Северном Ледовитом океане в последние десятилетия намного выше по сравнению с тем, что было несколько тысячелетий тому назад. Современный уровень антропогенного влияния на потепление сравним с пиком естественного уровня потепления, зафиксированного на основе реконструкции климата прошлого. В одном международном исследовании отмечалось, что, несмотря на трудности оценки температурных изменений в некоторых районах Арктики, практически в течение всего XX века наблюдалось повышение температуры. Единственное исключение - значительное похолодание - было зафиксировано с 1946 по 1966 гг. Но даже в те годы обширные районы (южная Канада и юг Евразии) испытали значительное повышение температуры. С 1966 по 2003 гг. фактически во всех частях Арктики температура повышалась на 1-2 градуса по Цельсию в северной Евразии и на северо-западе Северной Америки. Среднее повышение температуры в Арктике с 1966 по 2003 гг. составило 0,4 градуса по Цельсию, т.е. примерно в четыре раза выше по сравнению со средними показателями в XX веке [168].

Начиная с 1978 г. спутниковые измерения ледового покрытия Северного Ледовитого океана фиксируют усиление потепления в летние месяцы, которое даже превышает все предшествующие предсказания. В декабре 2010 г. на конференции в Мексике по вопросам глобального потепления посол Дании представил секретариату конференции совместное заявление арктических государств, где констатировалось более быстрое уменьшение ледового покрытия Арктики в летнее время по сравнению с предыдущими оценками и выводами за последние 5 лет [171]. Обратимся к некоторым данным арктических наблюдений. В сентябре 2007 г. ледовое покрытие в летние месяцы достигло минимума - 4.24 миллионов квадратных километров по сравнению с почти 8 миллионами в начале 80-х гг. прошлого века. Таяние ледников особенно сильно заметно в южной части Северного Ледовитого океана ниже 80-й параллели (море Бофорта и Восточно-Сибирское море). В 2008 г. летнее таяние было меньше, чем в предыдущем году. Площадь ледяного покрова составила примерно 4.67 миллионов квадратных километров. Тем не менее, это второй рекорд потепления в Северном Ледовитом океане [8, с. 22]. Общая толщина ледяного покрова Арктики в период с 2003 по 2008 гг. ежегодно уменьшалась на 18 сантиметров, а в целом за эти годы - примерно на 72 сантиметра [172].

Другой пример интенсивных климатических изменений в Северном Ледовитом океане - открытие Северного морского пути для международного судоходства в 2005 и 2008 гг. Северо-Западный проход также впервые за свою историю освободился ото льдов в 2007 и 2008 гг. Датское судно "Peter Faber", следуя из Японии к Ньюфаундленду, прошло этот путь на 15 дней быстрее по сравнению с маршрутом через Панамский канал. В свете отмеченных климатических изменений в бассейне Северного Ледовитого океана, некоторыми российскими и зарубежными учеными делается предположение о том, что в промежуток от 5 до 40 лет Северный Ледовитый океан может полностью освободиться ото льдов, по крайней мере, в течение двух летних месяцев. На министерской сессии Арктического Совета в норвежском городе Тромсе представитель РФ заместитель министра иностранных дел В.Титов демонстрировал карты: на одной - вид Арктики лет двадцать назад, когда из-за льдов большая часть региона была непригодна для мореплавания, на другой - прогноз ученых по Арктике на конец столетий: она в основном состоит из "чистой воды". На этой сессии был сделан важный вывод о потенциально неизбежном антропогенным влиянии на уникальную природу Арктики, что является следствием глобальной эмиссии радиоуглеродов и других парниковых газов. В силу этого факта, участники министерской сессии признали настоятельную необходимость эффективного глобального ответа на вызовы климатическим изменениям и подтвердили приверженность всех арктических государств активно способствовать достижению адекватного согласованного решения [173, с.3].

Кстати говоря, международное сообщество анализирует не только уже привычные, так сказать ординарные факторы климатических изменений, но в буквальном смысле "держит руку" на пульсе происходящих в Арктике процессов. Например, известное извержение вулкана в Исландии стало предметом обсуждений и дискуссий на заседании старших должностных лиц Арктического Совета в апреле 2010 г. В целях изучения проблемы из числа сотрудников Полярного института Норвегии и исландских экспертов была создана небольшая рабочая группа, которая в своем кратком отчете определила значение извержения как нового фактора, оказывающего влияния на климат, окружающую среду и авиационное сообщение в Арктике [174, с. 20].

Мы умышленно приводим данные из различных источников, чтобы избежать возможных возражений со стороны некоторых ученых и специалистов. Сравнительный анализ данных свидетельствует об их совпадении и в отношении тенденций климатических изменений в Арктике, и относительно числовых показателей. Таким образом появляется возможность на основе объективных показателей температурных изменений в арктическом регионе спрогнозировать динамику перемен. Представляет интерес модели будущего развития Арктики. Их сегодня более десяти. Эти модели отражают широкий спектр исследовательских подходов. Усилившаяся концентрация парниковых газов в атмосфере, вероятно, окажет сильное воздействие на арктический климат, подчеркивается в одном научном исследовании. Причем воздействие более мощное, чем на другие регионы мира. Для предсказания будущих климатических изменений, в частности, используется модель в формате "атмосфера-земля-океан". Учитывая изменения концентрации парниковых газов, являющихся результатом температурных, временных и других факторов, можно составить прогноз. Дальнейшую эмиссию парниковых газов и аэрозолей можно оценить на основе предположений о будущих демографических, социально-экономических и технологических перемен. Согласно сценариям Международной панели по климатическим изменениям, глобальное значение изменений температуры в середине XXI века увеличится на 1,4 градуса по Цельсию по сравнению с текущими показателями. К концу века повышение составит от 2,5 до 3,5 градусов по Цельсию. Для Арктики прогнозируются большие величины: для районов севернее 60 градуса широты в середине текущего века потепление, видимо, составит 2,5 градуса. К концу века температура в Арктике возрастет, по разным сценариям, от 5 до 7 градусов [149]. Для центральной Арктики показатель температуры возрастет более чем на 5 градусов по Цельсию; для Скандинавии и восточной Гренландии - на 3 градуса; для Исландии - примерно на 2 градуса; для Канадского архипелага и российской Арктики - вплоть до 7 градусов.

Но уже сегодня можно предвидеть некоторые последствия глобального потепления в Арктике. Они, по общему мнению российских и западных аналитиков, многообразны. Потепление климата препятствует замерзанию почвы - этому непременному фактору сохранения зон вечной мерзлоты. Американские ученые Н. Романовски и Х. Хуббертен еще в 2000 г. отмечали, что за последние 20 лет температура зон вечной мерзлоты в разрезе "север-юг" Аляски на глубинах 15-20 метров возросла на 0,6-1,5 градусов по Цельсию [175]. В правительственном документе Финляндии подчеркивается, что, согласно самому худшему сценарию, таяние зон вечной мерзлоты высвободит огромное количество метана, который попадет в атмосферу и приведет к значительному росту глобальных температур. Соответственно, различные меры по предупреждение потепления в Арктическом регионе будут непосредственным фактором предотвращения глобальных климатических изменений [86, с. 14].

В российской Арктике, по научным данным, глубина сезонного таяния в среднем увеличивается на 15-20%, а на арктическом побережье и в некоторых районах Западной Сибири - на 50% [176, с. 57]. Следовательно, площадь арктической зоны вечной мерзлоты интенсивно сокращается. По расчетам российских климатологов, на Северо-Востоке страны (Якутия и Чукотка) она отступит на север примерно на 150-200 километров. Кроме того, зоны вечной мерзлоты очень уязвимы вследствие человеческой деятельности. Общие нарушения мерзлотного режима почв специалисты в значительной степени связывают с повреждением или уничтожением растительного покрова и гумусного слоя (особенно мохово-торфяного горизонта), которые являются теплозащитой льдонасыщенных горизонтов почвы и закрепителем поверхности от водной эрозии. Если после ходьбы людей мохово-торфяной покров обычно быстро восстанавливается, то разъезды гусеничного транспорта могут привести к непоправимым последствиям. При 8-15 кратном движении гусеничного транспорта тундровый покров разрушается. Не случайно в тундровой зоне Аляски проведение всяких строительных работ в летний период запрещена. Канадские ученые дают следующую классификацию нарушения почвенно-растительного слоя:

) единичное или многократное прохождение человека;

) удаление деревьев вручную;

) единичный или многократный проезд транспорта;

) лесной пожар;

) полное повреждение дерново-растительного слоя;

) мелкая вскрышка пород с помощью бульдозера;

) глубокая вскрышка.

Существуют и другие причины нарушения мерзлотных условий, например, увеличение снегоотложений в черте застройки [176, с.111-112].

В последние годы в зонах вечной мерзлоты приарктических государств наблюдаются сильные изменения. В Якутии, например, появились проблемы с устойчивостью жилого фонда, промышленных предприятий, городской и транспортной инфраструктуры. Поскольку зимой увеличивается снежный покров, промерзший грунт становится все более неустойчивым.

Важный аспект климатических изменений в Арктике - их влияние на арктическое побережье, которое является чрезвычайно чувствительной и важной зоной взаимодействия между сушей и океаном, областью, которая обеспечивает важные услуги, поддерживает традиционный образ жизни коренных народов. Это зона увеличивающихся инфраструктурных инвестиций и обостряющихся проблем безопасности, область, где, как ожидается, потепление климата вызовет ландшафтные изменения [177, с. 12]. Еще в 80-е гг. советские ученые установили, что термальная эрозия арктического побережья возрастает примерно до 10 метров в год. К неутешительному выводу относительно состояния арктического побережья пришли участники исследовательского проекта, инициированного в 2007 г. Норвежским институтом исследования атмосферы, Международным Арктическим комитетом научных исследований, проекта по изучению взаимодействия "земли - океана" в прибрежной зоне, Международной ассоциацией изучения вечной мерзлоты.

Климатические изменения оказывают воздействие на малочисленные коренные народы Арктики и других жителей региона - факт, который признается в резолюции Программы ООН по окружающей среде и многочисленными научными исследованиями [178, с.3]. Жизнь аборигенов Арктики - эскимосов Аляски, Гренландии, России и Канады (в последней их официально именуют инуитами), чукчей, коряков, камчадалов, якутов, тунгусов, самоедов (ненцы), зырян и др. самым тесным образом связана с природой, животным миром, экологией региона. Несмотря на различное происхождение арктических народов, их объединяет образ жизни, способ хозяйствования (разведение оленей, охота на морских животных, рыболовство и прочее). Глобальное потепление может двояко сказаться на жизнедеятельности арктических народов [178, с. 9]. Например, потепление в Гренландии благоприятно скажется на сельском хозяйстве, особенно в южной части острова, добыче минеральных ресурсов, сокращении логистических проблем доступности и транспорта. Вместе с тем пострадает традиционная охота не только из-за уничтожения добычи (тюленей, моржей и полярных медведей), но также из-за исчезновения прочного и стабильного льда, с которого ведется охота. В научной литературе приводится пример с инуитами, добывающими себе пропитание либо с лодок, либо со льда. Поэтому нарушения экосистемы, такие как разливы нефти, шумы двигателей судов могут повлиять на животных, а, следовательно, на благополучие инуитов. Несмотря на выгоды обеспечения местных сообществ широкой номенклатурой товаров, подчеркивается в одном научном исследовании, судоходство является причиной беспокойства для инуитов. Морские суда могут распугивать млекопитающих, взламывают лед, препятствуя передвижения людей по льду на снегоходах, оказывают влияние на дикую жизнь в бухтах и других местах [166, с. 117].

Современное рыболовство, вероятно, выиграет из-за повышения температуры океана, когда косяки трески, палтуса и других видов рыб направятся в воды Гренландии. Но добыча креветки, что составляет главную отрасль гренландской экономики, скорее всего пострадает. В целом рыболовство будет перемещаться в северные районы, в воды, окружающие Свальбард [180].

Другой возможный результат арктического потепления - миграция морских животных. Это может привести к нарушению сложившейся в Арктике цепочке питания, расбалансирует ее. Поэтому необходимо сокращение природных и антропогенных рисков на социально-экономическое развитие в результате глобальных климатических изменений. Важность решения этих проблем обсуждалось 25-26 апреля 2007 г. на 2-м заседании членов комиссии в рамках проекта "Поддержка национальной программы действий по защите морского среды Российской Федерации в Арктике". В частности, в Арктической зоне Российской Федерации предлагалось в период 2008-2012 гг. и вплоть до 2020 г. осуществить ряд мер, включая расширение фундаментальных и прикладных исследований в Арктике по проблемам эрозии берегов рек, озер и морей, технологическую и методологическую поддержку снижения рисков и угроз природным экосистемам, управление природными катастрофами и техническими авариями, снижение рисков и угроз экономическим инфраструктурам из-за климатических изменений, проведение профилактических мер по защите населения российского Крайнего Севера от технических аварий вследствие климатических изменений, развитие системы тренингов и обучения по профилактике и нейтрализации экологических угроз в контексте изменения климата и т.д. [181, с. 90] Силами исполнительных органов власти, добывающих кампаний и коренных малочисленных народов российской Арктики предусматривается принятие мер по рациональному природопользованию в рамках традиционных форм хозяйствования аборигенов России. Такие меры включают, в частности, совершенствование правовой базы, внедрение механизмов интегрированного управления экосистемами в районах проживания народов Севера.

Хотя бы вкратце (подробный анализ этой проблемы будет дан в следующем разделе) отметим огромный углеводородный и транспортный потенциал Арктики, который становится доступным, прежде всего, для приарктических государств в связи с климатическими изменениями в регионе.

Активная работа по определению текущих и будущих климатических изменений в полярных районах в последние годы стало приоритетным направлением полярной науки России, флагманом которой является Государственный научный центр "Арктический и антарктический научно-исследовательский институт". Глобальные изменения климата, как показывают его многолетние научные исследования, наиболее заметно проявляются в полярных областях, особенно в Арктике. Собранные в прошлые годы и полученные в последнее время данные составляют уникальный информационный ресурс, на основе которого решаются задачи об изменчивости климата и оценки их воздействий на различные виды деятельности в Арктике. Несомненно, что работы в этом направлении в ближайшие десятилетия будут активно развиваться. Одно из направлений деятельности института - изучение влияния человеческого фактора на уязвимые полярные районы.

Проблемами климатических изменения и их влияния на жизнь в Арктике занимаются ученые других приарктических государств. В частности, норвежские исследователи Севера пришли к следующим выводам:

) Норвежская Арктика становится теплее, но с местными особенностями;

) механическое взаимодействие усиливает глобальное изменение климата;

) климатические изменения делают Арктику более уязвимой для загрязнения и ультрафиолетового излучения;

) толщина морского льда уменьшается, что несет угрозу животным видам, жизнедеятельность которых зависит от льдов;

) Северный Ледовитый океан становится теплее, что приводит к серьезным изменениям экосистемы;

) несоленые воды становятся уязвимыми к климатическим изменениям;

) инфраструктура северных районов подвергается риску;

) необходимость адаптации местных сообществ к новым условиям жизни [182].

К аналогичным выводам по принципиальным вопросам климатических изменений в различных районах Арктики, занимающей доминирующую нишу в мировой экологической системе и обладающей крайне уязвимой, хрупкой природной средой, пришли ученые США, Канады, Норвегии, Дании, Финляндии и т.д. По утверждению российских и западных аналитиков, климатические изменения в регионе являются долговременным трендом, который приведет и уже приводит к многообразным последствиям, в том числе негативным для его фауны, флоры, образа жизни малочисленных коренных народов Севера приарктических государств, производственной и иной инфраструктуры, особенно в зонах вечной мерзлоты. Достигнутый в мировом научном сообществе консенсус по принципиальным вопросам глобального потепления в арктическом регионе и его многообразных последствий - это только первый, хотя и очень важный, шаг в следующем направлении: с учетом признания неизбежности процесса потепления разработать и реализовать стратегию адаптации к новым условиям хозяйствования, защиты и сохранения окружающей среды. В то же время признаются новые возможности для мировой углеводородной энергетики и трансарктических морских коммуникаций, что радикальным образом изменяет современные приоритеты мировой политики и международных отношений.


2.3 Энергетический и транспортный потенциал Арктики в условиях потепления


Сегодня важнейшей проблемой мировой политики и международных отношений являются вопросы национальной, региональной и глобальной безопасности, понимаемые в смысле обеспечения военно-политической, социально-экономической, продовольственной и иных форм стабильности. Ранжирование вопросов безопасности зависит от многих условий и факторов внутренней и внешней политики. В течение нескольких веков вплоть до 70-х гг. прошлого века основной сферой безопасности государства считалась обеспечение его территориальной целостности, суверенитета, недопущение военной агрессии со стороны других государств, т.е. то, что принято называть высокой политикой. Руководствуясь принципом raison d?etat - этим политико-идеологическим изобретением кардинала Ришелье - государства использовали любые средства, чтобы обеспечить свои национальные интересы, не считаясь ни с какими моральными предписаниями и ценностями [103, с. 45-50]. Экономическая сфера (политика низкого уровня) играла подчиненную роль по отношению к вопросам военной безопасности. Доходы, получаемые за счет экономической и торговой деятельности, шли на укрепление военного потенциала государств, удовлетворения их растущих военных потребностей. Такой подход был выпукло представлен в теории и практике меркантилизма, зародившихся в XVI-XVIII вв. Большие успехи в реализации политики меркантилизма в свое время демонстрировала Великобритания. Сегодня теория меркантилизма развивается в форме неомеркантилизма, который также признает решающую роль государства в политико-экономическом развитии страны.

Многие страны добивались признанных успехов в деле укрепления своей безопасности в классическом ее понимании. Например, в 70-е гг. прошлого века Советский Союз ценою неимоверных усилий, колоссальных трудовых, материальных и финансовых затрат сравнялся с США по стратегическому ядерному потенциалу, добился так называемого паритета ядерных вооружений. Такая политика (в ее пользу многими российскими экспертами приводятся достаточно веские аргументы) обескровила гражданские сектора производства, препятствовала удовлетворительному решению насущных вопросов социально-экономического развития страны, привела к тотальному дефициту продовольственных и сельскохозяйственных товаров. В конечном счете, в конце 80-х гг. сложившаяся ситуация привела к массовому разочарованию населения в социалистических идеалах, в проводимой КПСС политике, что было важнейшим фактором политического и экономического банкротства СССР.

Предпочтение, отдаваемое вопросам военной безопасности, полностью соответствовало концепциям и установкам теоретических школ реализма и неореализма международных отношений, признающих сферу экономики политикой низкого уровня. Разумеется, что связь экономики с политикой всегда была фактом государственной и международной жизни, но значение экономики сильно недооценивалось. Энергетический кризис 70-х гг., вьетнамская война США, которую Г. Киссинджер назвал "прямым путем в трясину" [103, с. 560] и другие международные события сильно девальвировали роль военной мощи, военного могущества в современном мире. Лучшему осознанию возникшей проблемы, пониманию соотношения политики и экономики, их взаимодействия способствовали работы западных ученых, появившиеся еще в 70-е гг. прошлого века, например, работа С. Стрэнджа [183]. Оказалось, что во многих случаях военный потенциал не может быть весомым аргументом при решении актуальных вопросов внутренней и внешней политики государства. Напротив, ряд стран, не обладающих военной мощью, например, Япония и Сингапур демонстрируют выдающиеся экономические успехи. В пользу приоритетов экономического развития в современную эпоху свидетельствуют рейтинги правительств, прежде всего, в ведущих странах мира. Наибольшей популярностью в них пользуются правительства, которые проводят эффективный экономический курс, решают назревшие социально-экономические (занятость, пенсионное обеспечение и прочее), образовательные и другие задачи. По данным социологов, население западных стран в основной своей массе аполитично, мало или почти не интересуется вопросами высокой политики.

Современная мировая ситуация демонстрирует явный тренд в мировой политике и международных отношениях: снижение роли обеспечения военной безопасности в пользу экономической безопасности, самым тесным образом связанной с энергетикой. К. Денчев относит зарождение проблемы энергетической безопасности ко времени начала Первой мировой войны, когда Первый лорд Адмиралтейства У. Черчилль принял решение: заменить уголь нефтью в качестве топлива для кораблей британских ВМС. Он намеревался это сделать, чтобы Британский флот превосходил по быстроходности немецкий. Но данная замена также означала, что отныне Королевские ВМС должны были полагаться не на уголь из месторождений в Уэльсе, а на ненадежные поставки из Персии. Таким образом, экономическая безопасность превратилась в вопрос государственной стратегии. Со времени принятия У. Черчиллем этого решения тема энергетической безопасности вновь и вновь возникала в качестве важнейшей проблемы, и сегодня она постоянно находится в центре [29, с. 42].

Такому видению становления и эволюции проблемы энергетической безопасности трудно возразить. Проблема энергетических ресурсов была и остается одним из основных элементов, оказывающих многовекторное влияние на международные отношения и мировую политику. Но страны-экспортеры и страны-импортеры вкладывают различный смысл в понятие "энергетическая безопасность". Для первых - это устойчивость спроса и долгосрочная стабильность цен. Так, один из руководителей "Газпрома" А. Медведев отмечал, что основу экспортной стратегии российской корпорации составляют единый экспортный канал и система долгосрочных контрактов на поставку газа, который экспортируется в 22 страны Центральной и Западной Европы. Подавляющая часть реализуемого в европейских странах газа поставляется по контрактам сроком до 25 лет, заключенным в значительном большинстве случаев на базе межправительственных соглашений [30, с. 110].

Для стран-импортеров - это бесперебойные и устойчивые поставки энергоресурсов для нужд своей экономики. Подобная стратегия использует различные методы и способы, в частности, допуск к распределительным сетям, установление максимально возможного контроля над углеводородными ресурсами стран-экспортеров. Российский ученый-экономист В.Б. Кондратьев подчеркивал, что технологически развитые страны стараются получить доступ к российским энергетическим ресурсам, скептически относясь к мерам России по обеспечению своего энергетического суверенитета. Одновременно они затрудняют доступ российским компаниям и суверенным инвестиционным фондам к собственным наукоемким активам [184, с. 16].

Но обе стороны сходятся в одном: энергетическая безопасность не должна препятствовать долгосрочному экономическому росту. Конечно, между странами-экспортерами и странами-импортерами в свою очередь идет сильная конкуренция. Мировая политика и международные отношения являют множество примеров явного и скрытого соперничества ведущих стран мира за контроль над энергоресурсами. В академической западной и российской литературе подробно описаны наиболее драматические сюжеты эскалации межгосударственной напряженности по поводу углеродного сырья, главным образом, нефти [185; 186].

Контент-анализ многих универсальных, региональных и страновых документов последних десятилетий подтверждает названную нами смену парадигм. В этом смысле сошлемся на анализ повестки дня "Большой восьмерки" за более чем тридцатилетний период, проведенный послом России по особым поручениям МИД России Ю. Исаковым, "С самого начала существования "группы семи", а затем "группы восьми", - пишет он, -проблемы энергетики находились в центре ее внимания, Более того, нефтяной и последовавший за ним экономический кризис середины 1970-х г. в решающей степени обусловили создание этого механизма. К этому периоду становится очевидной уязвимость экономик ведущих капиталистических стран от энергопоставок, прежде всего из Ближневосточного региона, и осознание взаимозависимости основных звеньев мирового хозяйства" [187, с. 34].

Подавляющее число современных государств на официальном уровне выразили свою обеспокоенность по поводу надежного энергообеспечения. Этим вопросам посвящено множество документов Евросоюза, например, Европейская энергетическая хартия 1991 г. и Лиссабонский договор к Энергетической хартии 1994 г. В 2006 г. Еврокомиссия выпустила "Зеленую книгу", посвященную проблемам энергетики [90]. Лиссабонский договор 2007 г. о реформе Европейского союза впервые включил в учредительные документы организации специальный раздел, посвященный компетенции Союза в области энергетической политики. Прекрасно иллюстрирует жизненную необходимость Евросоюза в энергетических источниках проект "Северный поток", у истоков которого стояли Россия и Германия. Не скрывает своей заинтересованности в энергетической безопасности НАТО. В очередной раз эту позицию продемонстрировали главы государств и правительств стран альянса на своем саммите в ноябре 2010 г. в Лиссабоне. После 2005 г. США приняли несколько законодательных актов, в частности "Закон об энергетической независимости и безопасности" [188]. Соответствующая стратегия принята в Российской Федерации [189]. В марте 2006 г. энергетическую стратегию страны на период до 2020 г. обнародовало китайское правительство.

Для обеспечения своей энергетической безопасности государства используют политические, дипломатические и иные средства. Больше того: не исключается и применение военных методов. Например, многие аналитики полагают, что и иракская кампания США, начатая в марте 2003 г., была связана с желанием Вашингтона закрепиться в зоне месторождений нефти с учетом неблагоприятной перспективы в обеспечении мира этим видом топлива. Контроль над Ираком, обладающим третьими по величине нефтяными запасами в мире, негласно считался центральным элементом американской энергетической стратегии, разработанной вице-президентом Р. Чейни и его сподвижниками по республиканской партии [28, с. 21].

Крупные страны оказывают сильнейшую поддержку своим корпорациям, действующим на мировом нефтегазовом рынке (Royal Dutch/Shell. British Petroleum. Exxon Mobil, Total S.A. и др.), добиваются увеличения их экспортного потенциала и доли в зарубежных энергетических проектах. Крупнейшая в мире газовая компания - российский "Газпром", на долю которого приходится около четверти мирового экспорта этого товара, участвует во многих зарубежных проектах, в том числе в странах Центральной Азии, Евросоюза, на Украине, в Белоруссии и т.д. [30, с. 109-124]. Прекрасно известно, какую огромную поддержку, том числе политическую, оказывают Президент и премьер-министр России "Газпрому" и другим крупнейшим компаниям страны. Ряд развивающихся стран, например, Нигерия, занимающая пятое место среди нефтеэкспортеров в мире и выдвигающаяся на передовые позиции по экспорту сжиженного природного газа, поощряет западные нефтегазовые компании к активным действиям. Так, в 2005 г. нигерийцы объявили о своем намерении выставить на торги 63 лицензии на разведку и освоение новых нефтяных и газовых месторождений - 12 глубоководных, 12 в дельте реки Нигер и 39 на суше [185, с. 12].

Проблемы энергетической безопасности, включая вопросы поиска и разработки новых месторождений, улучшения инвестиционного климата в энергетической отрасли, энергосбережения, диверсификации видов энергии и маршрутов бесперебойной поставки углеводородов в страны-потребители, обеспечения физической безопасности газо- и нефтепроводов в странах транзита и прочее, вне всякого сомнения, будут на всем протяжении XXI века одними из самой актуальных в мировой политике и международных отношениях. Закономерно, что на саммите "большой восьмерки", состоявшимся под председательством России в Санкт-Петербурге летом 2006 г., в итоговом заявлении по энергетической безопасности было уделено огромное внимание выработке единых подходов по ее обеспечению. В плане действия, принятом участниками саммита, отмечалась необходимость коллективных акций стран мира по следующим направлениям. Во-первых, повышение прозрачности, предсказуемости и стабильности глобальных энергетических рынков. Во-вторых, улучшение инвестиционного климата в энергетическом секторе, требующем огромных инвестиций для удовлетворения будущего спроса. В-третьих, повышение энергетической эффективности, энергосбережения, а также диверсификации видов энергии. Среди ключевых направлений диверсификации было названо развитие альтернативных (например, водородных), ядерных и возобновляемых источников энергии. В-четвертых, обеспечение физической безопасности жизненно важной энергетической инфраструктуры. В-пятых, сокращение масштабов энергетической бедности и решение проблем изменения климата и устойчивого развития [190].

Основными странами - поставщиками углеводородного сырья на мировые рынки последние десятилетия являются страны Персидского Залива, Иран, Россия, Венесуэла и др. В них сложилась развитая производственная инфраструктура, накоплен огромный опыт ее эксплуатации. Основные районы добычи углеводородов, удовлетворяющие национальные потребности и обеспечивающие мировую экономику, эксплуатируются очень интенсивно. Наиболее богатые разведанные месторождения газа приходятся на следующие страны (от мировых запасов): Россия - 26,3%, Иран - 15,5%, Катар - 14%, Саудовская Аравия - 3,9%, США - 3,7%, ОАЭ 3,3%. По разведанным запасам нефти лидирует Саудовская Аравия -21,9%, Иран - 11,4%, ОАЭ - 8,1%, Россия и Венесуэла по 6,6% и США - 2,5% [191]. Разведанных мировых запасов нефти достаточно для осуществления добычи на текущем уровне в течение 42 лет [192, с. 101]. Правда, есть более оптимистические и пессимистические утверждения и прогнозы. Но в любом случае природные углеводороды являются не возобновляемыми. Поэтому позже или раньше они будут полностью исчерпаны. Но в ближайшие десятилетия углеводородное сырье останется безальтернативным источником энергии. Нижеприведенная таблица наглядно подтверждает этот прогноз.


Таблица 2. - Динамика и структура мирового потребления первичных энергоресурсов (ПЭР), млн. тонн условного топлива (в скобках - % к итогу).

Годы19902000201020202030Потребление ПЭР, всего1232213950169702009522980в том числе: -нефть4760 (38,6)5470 (39,2)6385(37,6)7210 (35,9)7785(34,0)- газ2666(21,6)33769(24,2)4287(25,3)5430(27,0)6615(28,9)- уголь3240(26,3)3070(22,0)3690(21,7)4395(21,9)5060(22,1)Атомная энергия713(5,8)911(6,5)978(5,8)1150(5,7)1185(5,2)Гидроэнергия и др. возобновляемые источники энергии 973(7,7) 1123(8,1) 16309(9,6) 1910(9,5) 2245(9,8)

Анализ приведенных данных свидетельствует, что вплоть до 2030 г. потребление ПЭР по сравнению с 1990 г. возрастет примерно на 90%; по сравнению с 2010 г. - примерно на 30%. Первенство среди ПЭР сохранится за нефтью; вторую позицию будет занимать газ; третью - уголь, занимавший в 1990-2000 гг. вторую позицию. Однако доля нефти в структуре потребления ПЭР снизится с 39,2 до примерно 34,0%, газа вырастет с 24,2 до 28,9%, а угля - сохранится прежней. Большая часть прирастающего объема потребления нефти будет расходоваться на нужды транспорта, так как здесь не ожидается появления крупных альтернативных источников топлива. Однако ведущиеся разработки, связанные с переработкой газа и угля в жидкое топливо, а также производство этанола и биодизельного топлива из зерновых культур могут в какой-то мере удовлетворить некоторые потребности в жидком топливе. Из общего объема его потребления примерно 50% будет расходоваться на транспорте и около 30% - в промышленности (в основном химической и нефтехимической отрасли). Остальное будет направлено на нужды коммерческого и жилого секторов, а также на выработку электроэнергии.

Следовательно, в ближайшие десятилетия в структуре потребления первичных энергетических ресурсов будут по-прежнему доминировать энергоносители органического происхождения. Их доля в мировом энергопотреблении останется примерно на одном уровне 85,4% в 2000 г. и 85% к 2030 г. при соответствующем незначительном увеличении доли энергии АЭС, ГЭС и других возобновляемых источников энергии - с 14,6 до 15,0% [193, с. 29]. Это обстоятельство понимают все политики мира. В американской энергетической хартии откровенно говорится, что до тех пор, пока альтернативные источники не смогут играть важную роль в экономике страны, США должны удовлетворять энергетические потребности за счет ресурсов, доступных сегодня, т.е. традиционных источников [194].

Последние 15 лет прирост запасов нефти в мире не компенсирует ее добычу, а абсолютный объем мирового потребления жидких углеводородов продолжает увеличиваться примерно на 1-2,5% ежегодно. Между тем, условия разведки и добычи жидких углеводородов в странах-производителях усложняются и, естественно, раскручивают ценовую спираль. Дефицит - это не единственная причина аномального роста мировых цен. В импортеров есть еще одна (старая) проблема - существенный рост себестоимости нефтегазовой добычи. Наиболее доступные и экономически рентабельные месторождения приближаются к истощению. Разведываются и разрабатываются новые участки. Но отдача на них - из-за географических и геологических условий, качества содержащихся углеводородов - значительно ниже. Последнее обстоятельство, по мнению академика РАН Н. Симония, имеет экономико-технологическое измерение: не дефицит нефти вообще, а именно легкой, экологически более чистой нефти, под которую были выстроены нефтеперерабатывающие заводы во многих развитых государствах. Общее количество добываемой нефти с 2000 г. выросло, а производство легкой малосернистой нефти упало на 2 млн. б/д. Возникла нехватка нефтеперерабатывающих заводов, способных принимать тяжелую сернистую нефть [185, с. 15].

В итоге, капитальные затраты на освоение новых месторождений на порядок выше аналогичных показателей на старых [28, с. 20]. Например, разработка нефти и газа в России все дальше продвигается на Крайний Север, что требует новых капиталовложений в производственную, дорожно-транспортную, жилищную и другую инфраструктуру, удорожает себестоимость и цену на энергоносители. Аналогичные проблемы существуют и в других странах-производителях углеводородов, например, в Норвегии и Канаде. В заявлении "большой восьмерки" в Глениглсе (Шотландия, 2005 г.) по мировой экономике и ситуации на нефтяном рынке в качестве основных проблем констатировались усилившиеся глобальные дисбалансы и сохранение высоких и неустойчивых цен на нефть. Признавалось, что для коррекции сложившейся ситуации необходимы значительные инвестиции в кратко-, средне- и долгосрочной перспективе в разведку, добычу нефти и энергетическую инфраструктуру [187, с. 43].

Истощение запасов углеводородов, таким образом, оказывает сильное влияние на межгосударственные отношения, разработку внешнеполитической и внешнеэкономической стратегии. Скажем, истощение запасов нефти в Северном море, разработку которых в течение нескольких десятилетий ведет Норвегия, вынудило правительство страны заявить о своих интересах в Арктическом регионе и решить, в частности, вопрос о делимитации морских границ в Баренцевом море с целью обеспечения своей будущей энергетической безопасности.

Между тем, как уже отмечалось выше, человечество имеет неразведанные источники углеводородов. В частности, увеличиваются объемы разведочных работ в странах Западной Африки (Ангола, Камерун, Чад, Конго, Экваториальная Гвинея, Габон и др.) и некоторых других регионах мира. Н. Симония писал, что все крупные нефтегазовые ТНК начали буквально "прочесывать" африканский континент, заглядывая в такие уголки, которые прежде считались нерентабельными с точки зрения торговлю нефтью "на вывоз". Американская "Эссо" - дочерняя компания "Эксон-Мобил" забралась даже в Чад. Эта компания создала там консорциум с участием малайзийской "Петронас Каритали" и американской "Шаврон Тексако" [185, с. 12]. Но следует учитывать, что стоимость транспортировки углеводородов, особенно из отдаленных регионов, во-первых, резко возрастает, во-вторых, добыча энергоносителей во многих странах связана со значительными рисками, в том числе из-за недостаточного финансирования. Такая ситуация не нравится развитому миру, поскольку существует угроза острого углеводородного дефицита в мире. По имеющимся оценкам, мир сегодня отстает от объема капиталовложений (20 трлн. долларов), необходимых для адекватного уровня нефтяного снабжения в течение ближайшей четверти лет [28, с. 20].

Страны-экспортеры и страны-импортеры углеводородов предпочитают стабильные маршруты поставок, то есть такие районы, где расстояние от месторождения к потребителю минимальное (сегодня некоторые маршруты насчитывают тысячи километров), где к минимуму сведены риски, связанные с социально-экономической и политической нестабильностью. Только таким образом экспортеры и импортеры углеводородного сырья могут обеспечить свою энергетическую безопасность. На роль такого региона вполне может претендовать арктический регион. По мнению российского геофизика Л.И. Лобковского, изложенного на круглом столе в Институте океанологии им. П.П. Ширшова РАН РФ, Арктика - это практически последний нефтегазовый ресурс человечества. И это первое, что привлекает внимание всех глобальных игроков к этому региону. Причем игроков не только из приарктических стран; туда направляют свои взгляды и Европа, и Германия, и Китай, и даже Индия. В Индии есть колоссальной силы нефтегазовая компания ONGC (Oil and Natural Gaz Corporation Ltd.), которая вкладывает серьезные деньги в арктические проекты [195]. Другой пример: в октябре 2008 г. российские пограничники задержали в Беринговом море незаконно находящееся в территориальных водах РФ китайское судно "Бин Хай", обнаружив на его борту оборудование для комплексного исследования континентального шельфа. Судно принадлежало китайской компании, специализирующейся на шельфовой нефтедобыче. Кроме того, в 2004 г. Пекин открыл свою научную лабораторию на Шпицбергене, а китайский ледокол "Снежный дракон" уже трижды (1999, 2003, 2008 гг.) совершал походы в Северный Ледовитый океан для изучения морской экологии, геологических и биологических особенностей Арктики, а также "арктического влияния на климат Китая" [196, с. 13].

Таяние полярных льдов, беспрецедентные возможности арктического судоходства, на наш взгляд, в ближайшее время превратят Арктику в важнейшую ресурсную базу мировой экономики. Этому способствует несколько обстоятельств. В случае цивилизованного решения приарктическими государствами спорных вопросов на поводу внешних границ континентальных шельфов в Арктическом бассейне решающее значение приобретет сотрудничество государств. Каких-либо внешних угроз региону со стороны третьих сил в обозримом будущем не видно. Приарктические государства обладают достаточной экономической и военной мощью, чтобы не допустить дестабилизации ситуации в регионе. К тому же маршруты доставки арктической нефти и газа намного короче ныне существующих, что повлияет на конечную цену сырья. В случае разработки нефтегазовых месторождений в Арктике, европейские и азиатские страны (например, Япония) смогут получать углеводороды по самым оптимальным маршрутам. Наконец решающий фактор в пользу разработки арктических месторождений - их богатство. Более 50% неразведанных месторождений нефти, по имеющимся оценкам, находятся в арктической части Аляски, в северной части моря Бофорта, в офшорной зоне западной и восточной части Гренландии. Более 70% неразведанных запасов газа находятся в трех районах: в Западно-Сибирском бассейне (полуостров Ямал и офшорная зона Карского моря), в восточной части Баренцева моря (Штокманское месторождение) и в арктической части Аляски. По оценкам специалистов, запасов Арктики хватит на несколько десятилетий эксплуатации.

Это обстоятельство безоговорочно признается большинством западных и российских ученых и специалистов. Но здесь встает серьезная проблема, без решения которой невозможна разработка углеводородного сырья Арктики: развитие мировых морских коммуникаций, в том числе трансарктических. Группа европейских исследователей, диагностировавшая правовые аспекты арктического судоходства, отметила, что в результате таяния льдов Северного Ледовитого океана центральный арктический океанический путь может стать либо важнейшей морской трассой, либо будет использоваться вместе с Северо-Западным проходом и российским Северным морским путем [89, с. 5]. Появляется возможность интенсивного арктического судоходства различного предназначения, включая:1) морские суда специального назначения (крупные круизные суда, отплывающие из южных портов на западное побережье Гренландии в летнее время; нефтеналивные танкеры, перевозящие углеводороды из портов северной Норвегии и северо-западной части России на мировые рынки; ледоколы европейских стран, плавающие в летнее время в центральную часть Северного Ледовитого океана в исследовательских целях); 2) внутриарктическое мореплавание, например, между канадским портом Черчилл и Мурманском; 3) трансарктическое судоходство, т.е. через Северный Ледовитый океан от Тихого океана в Атлантический или в обратном направлении; 4) каботаж, т.е. морские перевозки в прибрежных водах между портами России, например, между Дудинкой на реке Енисей и Мурманском [166, с. 16].

В целях разработки и эксплуатации новых углеводородных месторождений в каждом регионе Арктики потребуется проведение крупных морских операций. Разумеется, уже действующие в Арктике предприятия, например, крупнейшая в мире шахта по добыче цинка (Red Dog в арктической зоне Аляски) и крупнейшая шахта по добыче никеля (в Норильске), по-прежнему будут зависеть от морских транспортных систем, действующих в сезонном режиме (на Аляске) или круглый год (Норильск).

Международные научные исследования потенциала морских коммуникаций и морских операций в Арктическом бассейне выявили множество проблем. В 2009 г. рабочая группа Арктического Совета по защите морской среды Арктики представила по этому поводу многостраничный отчет, где содержится подробный анализ всех аспектов арктического судоходства: географии морской части Арктики, климатических изменений, состояния морских льдов, управления судоходством, морской инфраструктуры, человеческого измерения и т.д.[166, с. 103]. Достоинством данного исследования является заметно выраженный прикладной характер, в том числе по отдельным регионам Арктики на ближайшую перспективу (2020 г.). В канадской части Арктики возможности судоходства, например, суммируются следующим образом: движение сухогрузов и танкеров будет стимулироваться разработкой ресурсов, необходимостью обеспечения населения и поставок оборудования для реализации энергетических проектов; относительно круизных судов прогнозируется умеренный, но в значительной степени непредсказуемый рост; относительно передвижения контейнеровозов и транзитного судоходства не предвидится значительной активности. Сделан подробный анализ и по другим регионам Арктики.

Еще дальше в будущее заглянули группы международных экспертов, представивших сценарий вероятного судоходства в Арктике до 2050 г. По их мнению, основными факторами неопределенности, которые повлияют на его будущее, станут, в частности, стабильность правового режима региона; радикальные изменения динамики глобальной торговли; темпы климатических изменений; безопасность других морских маршрутов (например, Суэцкого и Панамского каналов); мировые цены на нефть; крупные морские аварии в Арктике; глобальное соглашение по правилам и стандартам конструкции судов; участие Китая, Японии и Кореи в арктическом судоходства в качеств морских государств; эскалация разногласий по поводу морских пространств; переход к ядерной энергетике и пр. [166, с. 102].

Тщательно проанализированы экологические аспекты судоходства в арктических водах, в том числе выбросы с морского транспорта различных загрязнителей в Северный Ледовитый океан: нефтяных отходов, балластных, трюмных и сточные вод, кухонных отбросов и прочее. В фокусе исследования - потенциальное влияние международного судоходства на климат и загрязнение воздуха. Доказывается, что морские суда оказывают значительное влияние на глобальные климатические изменения и здоровье людей через эмиссию двуокиси углерода, метана, аэрозолей, окиси азота, окиси серы и т.д. Основываясь на данных, предоставленных государствами-членами Арктического Совета, оценивались объемы эмиссии с морских судов в Арктике. Причем эмиссия рассчитывалась для каждого класса судов по данным, доступным в 2004 г. В тот год морские суда различного назначения прошли в Арктике около 14,2 млн. километров (приблизительно 7,7 млн. морских миль). Общий объем эмиссии составил примерно 1% от общемировой эмиссии двуокиси углерода морским транспортом. Несмотря на небольшой процент выбросов в арктическом регионе, ученые, тем не менее, констатировали серьезный ущерб экологии Арктики, учитывая ее уязвимый характер. Наглядное представление об источниках загрязнения в арктических водах, связанного с деятельностью различных морских судов, дает следующая таблица [166, с. 142]:


Таблица 3. - Основные источники загрязнения в арктических водах

Класс суднаПодкласс суднаСпецифические источники загрязнения, связанные с определенным типом суднаГосударственные суда и ледоколыкорабли Береговой охраны; исследовательские, частные и государственные ледоколы; другие исследовательские судааварии/случаи загрязнения; чрезвычайный сброс нефти/топлива; радиоактивное загрязнение атомными ледоколами; влияние ледокольной деятельности контейнеровозыГрузовой транспортТранзит опасных грузов; опасность столкновения кораблей конвоя; грунтовые опасности (в не отмеченных на картах водах); отсутствие опыта судоходства в морских льдах.Грузовые суда общего назначенияСуда, обеспечивающие местные сообщества необходимыми товарами; разгрузка и погрузка товаровТранзит опасных грузов; случайный сброс груза; загрязненный грузГрузовые судаЛесовозы; торговые суда; перевозчики автомобилей; рудовозыРадиационное загрязнение от грузов; транзит опасных грузов; сброс металлических загрязнителей и т.д.танкерыНефтеналивные суда; газовозы; танкеры, перевозящие химические вещества.Загрязнение жидким азотом; транзит химических и опасных веществ; вытекание нефти при ее перевозкеПассажирские судаКруизные суда; океанские лайнеры; паромы.Крупные сбросы загрязненной воды; кухонные отбросы; нарушение дикой жизни из-за человеческой деятельности буксиры/баржиГрузовые судаОпасные инциденты; транзит опасных грузов; разлив нефти при ее перевозке; сильные выбросы загрязнителей атмосферыРыболовецкие судаМалые рыболовецкие суда и лодки; суда для добычи китов Высокий риск возгорания; попадание патогенов и других загрязнителей в результате сбросов рыбных отходов; сбросы пластика; ущерб от придонного траления и т.д. Суда для разведки/эксплуатации нефти и газа;Суда для сейсмической разведки; гидрографические суда; суда для бурения нефтяных скважин; суда с портативной нефтяной платформой и т.д.Опасные грузы; взрывы; акустическое воздействие от сейсмической деятельности; нефтяное загрязнение; загрязнение от химических веществ; опасность возгоранияСравнительный анализ свидетельствует о том, что морские суда любого типа несут реальную опасность загрязнения окружающей среды Арктики. Эта опасность возрастает по мере усиления морской активности в регионе, что вызвано необходимостью разработки углеводородных и других месторождений и новыми возможностями арктического судоходства.

Для развития арктического судоходства трудно переоценить роль факторов его безопасности. Известно, что значительная часть основных морских коммуникаций в Арктике не имеет адекватных гидрографических данных, и следовательно, морских карт, что обеспечило бы безопасность арктического судоходства. Это особенно относится к Канадскому архипелагу, морю Бофорта и, возможно, к другим районам Арктики. Остро ощущается потребность расширения морских путей в качестве альтернативных маршрутов на случай сложной ледовой обстановки, необходимости укрытия судов в чрезвычайных условиях и поддержки доступа к природным ресурсам. Существуют и другие проблемы обеспечения безопасности арктического судоходства. В частности, нехватка экипажей с богатым опытом плавания в арктических водах, хотя потребность в них постоянно возрастает. Кроме того, есть серьезные ограничения на радио- и спутниковую связь для передачи необходимых сообщений ввиду отсутствия полного спутникового покрытия Арктики; крайне скудная сеть метеорологических и океанографических наблюдений, что имеет большое значение для прогнозирования погоды и т.д.[166, с. 190]. Препятствием арктическому судоходства могут быть также расхождения стандартов, принятых в различных странах, ограничивающих судоводителей от плавания судов ледового класса между регионами [156, с. 30]. По словам представителя финской судостроительной компания "Aker Arctic Technology" Микко Ниини, важнейшим условием интенсивного судоходства в Арктике является наличие судов специальной постройки, эксплуатация которых будет безопасной и экономически выгодной [197, с. 14]. Сегодня судов такого класса немного. В научном исследовании рабочей группы Министерства иностранных дел Исландии подчеркиваются существенные различия между торговыми судами ледового класса и ледоколами, охарактеризованы их плюсы и минусы. Первые могут выдерживать высокую степень абразивных контактов со льдами, но нуждаются в ледокольной поддержке при плавании через мощные ледовые поля. Ледоколы преодолевают такие льды, но имеют ряд отрицательных характеристик при плавании в чистой воде: низкую скорость движения и высокий расход топлива. Компания "Aker Arctic Technology" разработала новый тип судна, сочетающего характеристики грузовых судов ледокольного типа и ледоколов. В Арктике уже эксплуатируется несколько судов нового класса. В частности, российская компания "Норильский Никель" имеет контейнеровоз грузоподъемностью 14,5 тысяч тонн [156, с. 31].

Заслуживают внимания вероятностные статистические выкладки по объемам арктического судоходства, приведенные на состоявшейся в 2007 г. в Исландии международной конференции по вопросам арктического мореплавания. В 2015 г. ожидаемые перевозки нефти из Мурманской области в США через исландские воды составят примерно 50 млн. тонн, которые будут доставляться танкерами дедвейтом в 100, 160 и 280 тыс. тонн. Ожидается, что в течение 2015 г. в Арктике состоится 500 проходов полностью груженных танкеров [197]. Имеются соответствующие расчеты по Северному Морскому Пути. Предполагается, что к 2020 г. ежегодные перевозки углеводородов составят примерно 40 млн. тонн нефти и газа, что может содействовать повышению экономической эффективности грузовых перевозок по СМП. К тому же новые арктические морские технологии помогут решить ряд проблем, касающихся экономической стороны перевозок. Cтоимость морских перевозок будет ниже по сравнению с транспортировкой нефти и газа по трубопроводам [166, с. 123].

Важность разработки и эксплуатации арктических месторождений углеводородного сырья, развития арктического судоходства возрастает с каждым днем. Она является производной от постоянного роста потребления энергоресурсов. Экспоненциальный рост потребления в свою очередь обусловлен неизменными законами развития социума. На всем протяжении человеческой истории люди постоянно искали и использовали новые источники энергии. Причем объемы потребляемой энергии постоянно возрастали. Эта тенденция действует в настоящее время. Одна из причин растущего потребления энергоресурсов - бурное развитие мировой экономики, современных средств морского, наземного и воздушного транспорта. Гигантами потребления энергоресурсов становятся те страны, которые еще недавно числились в аутсайдерах мировой экономики: Китай. Индия Бразилия и некоторые другие. Согласно прогнозу ИМЭМО РАН, в 2020 г. удельный вес Азии в мировом ВВП достигнет 43%, причем доля Китая по реальной покупательной способности в мировом ВВП поднимется до 23%, Индии - до 8,4%, тогда как удельный вес США снизится до 18%, а Германии - до 2,9% [198, с. 67].

В 2008 г. потребление первичных энергоносителей странами, не входящими в ОЭСР, впервые превысило соответствующий показатель стран ОЭСР и достигло 51,2% мирового коммерческого потребления энергоресурсов. Предпосылки к этому формировались уже давно: начиная с 2000 г. вклад указанных стран в увеличение потребления энергоносителей превышал долю стран-членов ОЭСР. В 2008 г. страны, не входящие в ОЭСР впервые потребили больше природного газа, чем участники этой организации. Кроме того, по объему производства электроэнергии Китай обогнал Евросоюз [192, с. 95]. В 2020 г., по прогнозу лауреата Нобелевской премии Р. Манделла, свыше половины спроса на энергоресурсы на планете придется на Северо-Восточную Азию, а в Международном энергетическом агентстве полагают, что Китай и Индия внесут 45% в рост мирового потребления первичной энергии до 2030 г. Представляется обоснованным тезис А.И. Уткина о том, что основная угроза в настоящее время исходит не от слаборазвитых стран, но от среднего класса в связи с ростом потребления [155]. Действительно, потребление в ряде развивающихся странах растет беспрецедентными темпами. Быстро увеличивается парк автомобилей в Индии и Китае, увеличивается потребление продуктов питания в результате роста доходов больших групп населения, что возможно только при расширенном производстве энергии. Такая ситуация волей-неволей вынуждает правительства многих стран мира искать новые источники обеспечения своей энергетической безопасности, диверсифицировать их любым возможным способом. Одним из таких источников являются огромные углеводородные месторождения арктического региона.

Таким образом, мировая политика, прежде всего, в лице главных акторов - национальных государств - демонстрирует явный отход от традиционной интерпретации национальной безопасности как обеспечения всеми доступными способами своего суверенитета, территориальной целостности, недопущения военной агрессии со стороны внешних сил. Конечно, проблема военной безопасности еще долгое время будет находиться в повестки дня. Но диверсификация угроз и вызовов в современном мире вынуждает государства к новому видению и ранжированию вопросов безопасности. Среди них энергетика занимает приоритетное место. Практические все государства мира в той или иной мере обеспокоены этой проблемой. Предлагаются различные варианты ее решения, в том числе применение энергосберегающих технологий, разработка возобновляемых источников энергии и прочее. Один из путей решения - разведка и эксплуатация новых месторождений углеводородов. Наиболее перспективным районом в этом смысле является Арктика.

Лучшим подтверждением наступающей "арктической эры" в ресурсном обеспечении мировой экономики являются разгоревшиеся в последние годы политические страсти и споры по поводу правового статуса тех или иных морских пространств Арктики, особенно внешних границ континентального шельфа. В арктических странах расширяется спектр научных исследований в области климатологии, геологии, океанологии, гидрографии, права, современных технологий в морском транспорте, защиты окружающей среды и традиционного образа жизни малочисленных коренных народов Арктики и т.д. За всем этим стоят базовые национальные интересы государств, обусловленные, прежде всего, стремлением обеспечить в ближайшем будущем энергетическую безопасность. На официальном уровне в арктических государствах сформулирована стратегия в Арктическом регионе, которая не оставляет сомнения в том, что эти государства полны решимости добиваться ее реализации. Проблему обостряют также страны, которые никогда не проявляли интереса к Крайнему Северу нашей планеты.


Глава 3. Арктика: ареал геополитических и геоэкономических интересов приполярных государств


.1 Международно-правовой статус и режим Арктики


Государственная территория представляет собой определенную часть земного шара, включая сушу, ее недра, воды и воздушное пространство, своей конфигурацией повторяющего наземные и водные границы государства. Территория является неотъемлемым признаком государства, государственности. Государственная территория - это физическое, географическое пространство, где осуществляется социально-экономическая, производственная, культурная жизнедеятельность населения и выполняют свои разнообразные функции публичные институты. Пространство было и остается важнейшим ресурсом государства, его системообразующей характеристикой [199, с. 32]. Как известно, территориальные вопросы на всем протяжении человеческой истории занимали первостепенное значение в международных отношениях, а сегодня и в мировой политике. Прежде всего не утихали разногласия и споры по поводу суверенной территории государств, так как она определяет пределы его юрисдикции над населением, проживающего на данной территории, включая уголовную, гражданскую, административную, над разнообразными ресурсами и т.д. Зачастую территориальные вопросы становились источниками вооруженных конфликтов и ожесточенных войн, а претензии на чужие земли были весомым аргументом в различных геополитических концепциях и построениях. Нацистская Германия обосновывала свои агрессивные замыслы в отношении территорий соседних стран (Чехословакии, Польши, СССР и др.), исходя из ложной геополитической концепции "Lebensraum", т.е. нехватки, ограниченности "жизненного пространства" Германии, что, по утверждению верхушки "Третьего Рейха" не позволяло развиваться немецкой нации.

Сегодня в некоторых регионах мира, по-прежнему, остро стоит проблема принадлежности определенной территории, возникают конфликты по территориальным проблемам, заявляются "великодержавные" претензии. Так, летом 2009 г. Албания приняла "Платформу естественной Албании", в которой определены новые границы албанской нации. Албания претендует на изменение границ Балканского региона, присоединение южных районов Сербии, земель Македонии и т.д. [200, с. 50] Среди хрестоматийных примеров территориальных разногласий и конфликтов - Нагорный Карабах, Приднестровье, палестинские земли в составе Израиля. К сожалению, само международное право содержит коллизионные нормы, касающиеся территорий. С одной стороны, ряд документов содержит нормы, признающие целостность государственной территории, нерушимость государственных границ [201], с другой - признается право наций на самоопределение. Таким образом, для многих политиков появляется возможность придерживаться "двойных стандартов" в этом вопросе и, в зависимости от политической конъюнктуры, придерживаться той или иной позиции по территориальному вопросу. И все же особенность правового регулирования наземных территорий заключается в том, что "ничейных" земель практически нет: все территории находятся под юрисдикцией того или иного государства либо юрисдикция оспаривается.

Гораздо сложнее правовые системы, регулирующие водные пространства планеты. Исторически они также сопровождались конфликтами, претензиями на исключительное пользование морями и океана в силу своего военно-морского могущества, например, Великобритании. В течение XIX и XX вв. удалось урегулировать многие вопросы, касающиеся правового режима отдельных водных пространств. Парижские мирные договоры 1814 и 1856 гг. установили свободу международного судоходства соответственно по Рейну и Дунаю для торговых судов всех стран. Берлинская конференция 1884-1885 гг. ввела режим свободы плавания по рекам Конго и Нигера. Режим черноморских проливов (Босфор и Дарданеллы) регулируется положениями Конвенцией, заключенной в 1936 г. в Монтре (Швейцария).

Сложную проблему регулирования международно-правового статуса наземных и морских пространств представляет Арктика. Ее статус оформлялся в течение нескольких столетий и был напрямую связан с деятельностью землепроходцев и мореплавателей по открытию новых земель, освоением наземных и морских путей сообщения, добычи минеральных и живых ресурсов региона. Российский исследователь М.Е. Волосов подчеркивал, что процесс изучения, хозяйственного и иного освоения данного региона имел своими естественным результатом фактическое завладение такими пространствами, что выразилось в юридическом оформлении (курсив наш - Р.А.) принадлежности соответствующей территории конкретному государству. И далее: "Правовой титул соответствующих территорий базировался главным образом на издаваемых приарктическими странами законах и подзаконных нормативных актах [14, с. 467]. Ряд вопросов правового статуса арктических пространств оформлялся двусторонними соглашениями приполярных государств. В частности, так образом регулировалось использование природных ресурсов, их защита и прочее.

Первые попытки регулирование правового режима Арктики относятся к началу XX в. Тогда появилась концепция так называемых арктических секторов, т.е. частей Арктики, которые должны были перейти под суверенитет приполярных государств. Основанием сектора называлась арктическая прибрежная линия государства, а боковыми сторонами - линии, соединяющие конечные точки линии побережья с полюсом [202, с. 411]. Но данная концепция не была принята международной практикой. Наибольшую активность по урегулированию правового статуса Арктики проявили приарктические государства. В 1904 г. и позже Канада требовала определить статус региона. В 1925 г. канадские власти приняли знаменитый Акт о Северо-западных территориях. Кроме того, в приложении к нему вводился разрешительный порядок посещения иностранными учеными и исследователями арктических районов страны, что свидетельствовало о распространении суверенных прав страны на данные районы. Кроме того, Канада в течение многих лет стремилась сбалансировать интересы развития своих арктических районов с защитой окружающей среды. В этих целях страна выработала уникальную схему регулирования морской безопасности и защиты окружающей среды в своих арктических водах [166, с. 116]. Апогеем такой стратегии стало принятие в начале 70-х гг. прошлого века законa, устанавливающего всеобщую обязанность предотвращения загрязнения моря в арктических районах страны [203].

С Канадой соперничала дореволюционная Россия. 20 сентября 1916 г. Российский МИД обратился к правительствам союзных и дружественных государств с нотой, излагавшей итоги гидрографической экспедиции Б.А. Вилькицкого и распространившей суверенитет России на открытые экспедицией земли, в том числе на о. Врангеля и прилегающие к нему острова. Позже, уже в советское время, последовала целая серия претензий в отношении Арктики. Так, 4 ноября 1924 г. Народный комиссариат по иностранным делам СССР особым меморандумом в адрес правительств всех государств повторил нотификацию 1916 года [204, с. 80]. 15 апреля 1926 г. Президиум ЦИК СССР принял Постановление "Об объявлении территорией Союза ССР земель и островов, расположенных в Северном Ледовитом океане" [205, с. 203]. В соответствии с документом, под суверенитет страны переходили все земли и острова, которые располагалась в предела, очерченных меридианами 32?04?35" восточной долготы и 168?49?30" западной долготы, и находившиеся к северу от побережья СССР до Северного полюса. Причем под юрисдикцию СССР должны были перейти и те земли и острова, которые могли быть открыты в будущем в указанном секторе Арктики. В последующие десятилетия (1935 г., 1947 г. и 1979 г.) вносились коррективы в первоначально заявленные координаты. Принадлежность морских пространств вышеназванным Постановлением не определялось. Следовательно, и принадлежность морских пространств России в пределах указанного сектора никем в мире не признавалась. Об этом, как подчеркивает представитель России в Комиссии ООН по границам континентального шельфа Ю. Казмин, свидетельствовал ход переговоров о разграничении морских пространств в Баренцевом море, проводимых между СССР (позже Россией) и Норвегией с начала 1970-х гг. [17, с. 20].

Сегодня нет международно-правового акта, устанавливающего секторальную систему в Арктике, как нет и особого договора, определяющего правовой режим региона. Поэтому правовой режим Арктики определяется в соответствии с положениями Конвенции ООН по морскому праву 1982 года [206]. Таким образом, одни арктические пространства входят в государственную территорию (внутренние воды и территориальное море), статус других регулируется статьями, относящимися к исключительной экономической зоне, континентальному шельфу, прилегающей зоне и открытому морю. То есть они не являются государственной территорией. В целях нашего исследования целесообразно остановиться на некоторых вопросах международного морского права, касающихся классификации морских пространств.

Внутренние воды. В соответствии со статьей 8-й Конвенцией 1982 г., внутренними водами прибрежных государств являются воды портов, заливов, бухт, лиманов, губ, воды, расположенные в сторону берега от исходных линий территориального моря, а также так называемые исторические воды (ширина их входа превышает 24 морских мили, например, залива Петра Великого на Дальнем Востоке Российской Федерации). Конвенция дает дефиницию понятий "внутренние воды". Например, залив представляет собой хорошо очерченное углубление берега, вдающееся в сушу в такой мере - в соотношении к ширине входа в него, - что содержит замкнутые сушей воды и образует нечто большее, чем простую извилину берега. Кроме того, в статье 8-й Конвенции перечисляются критерии определения площади залива и другие так сказать технико-правовые подробности. Важнейший признак внутренних вод прибрежных государств - их принадлежность к его территории, его суверенным правам. Следовательно, именно прибрежное государство определяет правовой статус внутренних вод. Иностранные суда, находящиеся во внутренних водах, обязаны соблюдать правила и положения различных видов контроля, включая иммиграционный, таможенный, санитарный и так далее. Рыбопромысловая деятельность иностранных судов допускается только при наличии разрешения прибрежного государства. Иностранные суда во внутренних водах подлежат также уголовной, гражданской и административной юрисдикции прибрежного государства. Но соответствующая правоприменительная практика прибрежного государства, например, уголовной юрисдикции в отношении преступления, совершенного на борту судна под иностранным флагом, находящегося во внутренних водах, придерживается определенных исключений. То касается, иностранных военных кораблей, то они во внутренних водах пользуются экстерриториальности, т.е. на них не распространяется правила о таможенном досмотре и прочее. Кроме того, во внутренних водах прибрежных государствах не действует право мирного прохода.

Под категорию внутренних вод Российской Федерации в Арктике подпадают, в частности, Белое море (по линии выдающихся в море мысов: Канин Нос и Святой Нос, расстояние между которыми составляет 82 мили), Чесская, Печерская и Байдарацкая губы, Обь-Енисейский залив и другие [68].

К внутренним водам Норвегии относятся прибрежные пространства северных и северо-западных районов побережья страны, которые ограничены со стороны открытого моря исходными линиями, протяженность которых в силу чрезвычайной извилистости береговой линии иногда составляет 44 морских мили. В пределах этих вод проходит норвежская национальная судоходная трасса Индерлее. Несмотря на то обстоятельство, что их ширина превышает конвенционные 24 мили, тем не менее, учитывая факт обустройства этой трассы исключительно силами норвежцев и молчаливое согласие других государств, Международный суд ООН в 1951 г. признал правомерность распространения на эти воды суверенитета Норвегии.

Историческими водами признаны также морские внутренние воды Канады в Арктике, за которыми в 1985 г. в административном порядке был закреплен суверенитет страны. Канадцы заявили о своих суверенных правах контролировать в этих водах любую морскую деятельность, включая судоходство в проливах (Ланкастер, Мак-Клур и др.) так называемого Северо-Западного прохода, соединяющего Атлантический и Тихий океаны, охрану окружающей природы и природных ресурсов [27, с.2]. К историческим водам Канады относится также Гудзонов залив. Историческими водами США объявлены заливы Гесаликский, Делавэр, Монтерей и др.

Международно-правовая правомерность установления статуса исторических вод Российской Федерации, Норвегии и Канады в арктическом регионе закреплена, в частности, в статьей 8-й Конвенции ООН по морскому праву 1982 г., согласно которой при установлении отдельных исходных линий могут приниматься в расчет особые экономические интересы данного района, реальность и значение которых ясно доказаны их длительным осуществлением [208, с. 325].

Внутренние морские воды приарктических государств выполняют важную роль в морском судоходстве и находятся под их суверенитетом. Прежде всего это относится к некоторым проливам Северного Ледовитого океана. Например, к проливам в прибрежной зоне Норвегии и районе морской трассы Индерлее, а также проливам, образующих Северо-Западный проход. Но здесь введены особые правила плавания иностранных судов. Норвежские власти разрешают в своих проливах плавание иностранных судов, в том числе военных. Во внутренних морских водах Канады плавание иностранных судов возможно только при условии выполнения ими канадских предписаний по недопущению загрязнения моря с судов.

В свою очередь проливы Северного Ледовитого океана, прилежащие к территориям РФ, находятся вне действия положений Конвенции ООН по морскому праву 1982 г., регулирующими транзитный или свободный проход. То есть эти проливы не являются проливами, которые используются для международного судоходства. Немаловажное правовое обстоятельство заключается также в том, что проливы российской Арктики часто проходят через внутренние воды или территориальное море России. В силу вышесказанного, de jure и de facto иностранные суда не вправе бесконтрольно пользоваться этими проливами, что и было установлено Постановлением Совета Министров СССР от 27 апреля 1965 г. Проход иностранных судов через все проливы, соединяющих моря Карское, Лаптевых, Баренцево, Восточно-Сибирское и Чукотское допускается только по разрешению [156, с. 10]. Одновременно за водами проливов Карские ворота, Югорский Шар, Маточкин Шар, Вилькицкого, Шокальского и Красной Армии признавался статус территориальных, а за проливами Дмитрия Лаптева и Санникова - статус исторических.

Большое значение в контексте правового статуса Арктики имеет режим использования Северного Морского пути, который проходит частично во внутренних водах, территориальном море и исключительной экономической зоне Российской Федерации. "Северный Морской Путь представляет собой расположенную во внутренних морских водах, территориальном море (территориальных водах) или экономической зоне СССР, прилегающих к северному побережью СССР, его национальную транспортную коммуникацию, включающую пригодные к ледовой проводке судов трассы, крайние пункты которых ограничены за западе Западными входами в новоземельские проливы и меридианом, проходящими на север от мыса Желания, и на востоке в Беринговом проливе параллелью 66?северной широты и меридианом 168?58? 37 секунд западной долготы" [202].

Особенность этого морского пути заключается в том, что в зависимости от ледовой обстановки и климатических условий его трасса меняется: даже в течение одной навигации она может перемещаться либо в высокоширотные области Арктики (севернее архипелагов Новая Земля и Северная Земля), либо максимально приближаться к евразийскому побережью. Для установленного властями страны правового статуса Северного морского пути не имеет значения даже то обстоятельство, что отдельные его участки (высокоширотные) могут пролегать в водах Северного Ледовитого океана, подпадающих под статус "открытого моря" в соответствии с Конвенцией ООН по морскому праву 1982 г. Российские специалисты по морскому праву справедливо указывают, что иностранные суда могут находиться в открытых водах (в правовом смысле. - Р.А.) Северного Ледовитого океана только при условии предварительного или последующего пересечения российских внутренних или иных вод, а также предоставления ледокольно-лоцманской проводки и ледовой разведки [14, с. 472].

Все вопросы, касающиеся судоходства по Северному морскому пути, находятся в компетенции Администрации Северного морского пути, созданной в 1971 г. при Министерстве морского флота СССР, а ныне - при Федеральном агентстве морского и речного транспорта Министерства транспорта Российской Федерации. В "Правилах плавания по трассам Северного морского пути" прежде всего декларируется принцип не дискриминации судоходства всех стран в целях обеспечения мореплавания, предотвращения, сокращения и сохранения под контролем загрязнения морской среды с судов, так как загрязнение моря или северного побережья страны могут нанести тяжелый вред экологическому равновесию, причинить ущерб интересам и благосостоянию народов Крайнего Севера. Проводка судна по СМП возможна только с разрешения Администрации СМП, которая рассматривает соответствующую заявку от судовладельца или капитана судна. При этом к капитану предъявляется требование наличия опыта вождения во льдах. В противном случае или по просьбе капитана на судно направляется лоцман. "Правила плавания" предусматривают обязательное финансовое обеспечение гражданской ответственности владельца судна за ущерб от загрязнения морской среды и северного побережья страны. В определенных случаях, например, возникновение неблагоприятных ледовых, навигационных и т.д. условий, создающих опасность для судна или в случаях загрязнения морской среды или побережья страны, представитель Администрации или других государственных органов имеют право осуществлять контрольный осмотр судна во время его плавания по СМП.

В "Правилах плавания" регламентируются также другие важные вопросы, в том числе сроки навигации, маршруты плавания, виды проводки по СМП, случаи обязательной ледокольно-лоцманской проводки судов (в проливах Вилькицкого, Шокальского, Дмитрия Лаптева и Санникова), обстоятельства приостановки плавания на отдельных участках СМП, вывода судов с трассы и т.д. [156, с. 15]

Вне всякого сомнения, что статус СМП как национальной транспортной коммуникации, находящейся под полным суверенитетом России, отвечает ее национальным интересам, в том числе задаче обеспечения военной безопасности страны. В целях совершенствования нормативно-правового регулирования плавания по трассам Северного морского пути и его функционирования в 2009 г. в Министерство транспорта Российской Федерации был направлен на согласование законопроект "О Северном морском пути" [210].

Территориальное море. Важнейшей частью суверенного пространства прибрежных государств является территориальное море, воздушное пространство над территориальным морем, а также его дно и недра. Территориальное море представляет собой морской пояс, прилегающий к берегу или внутренним морским (и/или архипелажным) водам, на который распространяется суверенитет прибрежного государства. Но суверенитет над территориальным морем, как гласит пункт 3 статьи 2 Раздела I, осуществляется с соблюдением Конвенции 1982 г. и других норм международного права. Важным представляется вопрос о ширине территориального моря, поскольку его решение связано с отрицанием притязаний отдельных государств, особенно в прошлом (например, Великобритании) на огромные морские пространства. В тоже время ширина территориального моря - это вопрос национальной безопасности, охраны своей суверенной территории. Учитывая эти обстоятельства, современное морское право предоставляет каждому прибрежному государству право самостоятельно определять ширину территориального моря, но в пределах, не превышающих двенадцать морских миль, отмеряемых от исходных линий, установленных в Конвенции 1982 г. Предусмотрено, что отсчет ширины производится различным способом: от линии наибольшего отлива вдоль берега, указанной на официально признанных прибрежных государством морских границ картах крупного масштаба и т.д. Большинство стран мира, в том числе Российская Федерация, Канада, Дания, США имеют 12-мильную ширину территориального моря, а Норвегия - менее 12 морских миль. Внешней границей территориального моря является линия, каждая точка которой находится от ближайшей точки исходной линии на расстоянии, равном ширине территориального моря. В соответствии со ст. 11 Конвенции, при определении границ территориального моря наиболее выдающиеся в море постоянные портовые сооружения, которые являются составной частью системы данного порта, рассматриваются как часть берега. Рейды, т.е. места для погрузки, разгрузки и якорной стоянки судов также включаются в состав территориального моря [211]. Прибрежные государства публикуют и сдают на хранение Генеральному секретарю ООН копии каждой морской карты с указанием исходных линий для измерения ширины территориального моря или границы для их установления и делимитационные линии. В качестве альтернативы может быть перечень географических координат с указанием основных исходных геодезических данных.

Всякая деятельность иностранцев в территориальном море прибрежного государства допускается только с его разрешения. В этой связи упомянем ст. 20 Федерального закона "О внутренних морских водах, территориальном море и прилежащей зоне Российской Федерации" 1998 г., которая устанавливает, что иностранные граждане, лица без гражданства, иностранные юридические лица и иностранные организации, не имеющие статуса юридического лица, могут проводить исследования, разведку и разработку (добычу) водных биоресурсов территориального моря в порядке, предусмотренным законодательством РФ и международными договорами РФ, подлежащими ратификации.

Пользование иностранцами природными ресурсами территориального моря России основывается на платности, ответственности в случае нарушения условий хозяйственной деятельности, возмещении причиненного природной среде, природным ресурсам ущерба и т.д.

Важнейшее изъятие из суверенитета прибрежных государств над своим территориальным морем заключается в признании за судами всех стран мира права на мирных проход, т.е. плавания через территориальное море с целью:

а) пересечь это море, не заходя во внутренние воды или не становясь на рейде у портового сооружения за пределами внутренних вод;) пройти во внутренние воды или выйти из них или стать на таком рейде или у такого портового сооружения.

Конвенция ООН по морском праву приводит дефиницию понятия "мирный проход". В соответствии с дефиницией, проход является мирным при условии, что он не нарушает мир, добрый порядок или безопасность прибрежного государства. И, напротив, если иностранное судно угрожает силой или ее применения против суверенитета, территориальное целостности или политической независимости, совершает маневры или учения с оружием любого вида, совершает любой акт по сбору информации в ущерб обороне или безопасности прибрежного государства, нарушение таможенных, санитарных, иммиграционных и фискального законодательства и другие действия, то такой проход признается нарушающим мир, добрый порядок или безопасность прибрежного государства. Кроме того, прибрежное государство самостоятельно определяет (в случае необходимости) морские коридоры и схемы разделения движения в территориальном море, а также другие вопросы, касающиеся обязанностей иностранных судов. Излагая условиях применения уголовной и гражданской юрисдикции в отношении иностранных судов, Конвенция четко разделяет с одной стороны военные корабли и государственные суда, используемые к некоммерческих целях, с другой - коммерческие и государственные суда, используемые в коммерческих целях. Первые безусловно освобождаются от юрисдикции прибрежного государства (в крайнем случае к ним будет предъявлено требование покинуть территориальное море). В отношении вторых уголовная или гражданская юрисдикция применяется при определенных условиях.

Прилежащая зона. Конвенция ООН по морскому праву 1982 г. определяет ее как зону, прилежащую к территориальному морю прибрежного государства, где оно может осуществлять контроль в целях недопущения нарушений таможенных, фискальных, иммиграционных или санитарных законов и правил в пределах своей территории или территориального моря, а также для наказания за нарушения вышеупомянутых законов и правил, совершенное в пределах его территории или территориального моря. Ширина прилежащей зоны составляет не более 24 морских миль от исходных линий, от которых отмеряется ширина территориального моря. Все приарктические государства установили в соответствии с международным правом ширину своей прилежащей зоны.

Континентальный шельф. В соответствии с международным морским правом, континентальный шельф прибрежного государства включает в себя морское дно и недра подводных районов, простирающихся за пределы его территориального моря на всем протяжении естественного продолжения его сухопутной территории до внешней границы подводной окраины материка или на расстояние 200 морских миль от исходных линий, от которых отмеряется ширина территориального моря, когда внешняя граница подводной окраины материка не простирается на такое расстояние. Подводная окраина материка включает находящееся под водой продолжение континентального массива прибрежного государства и состоит из поверхности и недр шельфа, склона и подъема. Она не включает дна океана на больших глубинах, в том числе его океанические хребты или его недра. В соответствии с решениями Международного Суда ООН, Наиболее фундаментальная из всех правовых норм, относящихся к континентальному шельфу, состоит в том, что права прибрежного государства на континентальный шельф, составляющей естественное продолжение его сухопутной территории в море и под ним существует ipso facto и ab initio в силу его суверенитета над этой территорией [15, с. 35].

Учитывая природные богатства континентального шельфа, чрезвычайно важным представляется определение его внешней границы. В соответствии с международным морским правом, фиксированные точки, составляющие линию внешних границ континентального шельфа, должны находиться не далее 350 морских миль от исходных линий, от которых отмеряется ширина территориального моря, или не далее 100 морских миль от 2500-метровой изобаты (т.е. линии соединяющую глубины в 2500 метров). Но в любом случае, подчеркиваем, внешняя границы континентального шельфа не может простираться за пределы 350 миль от исходных линий, от которых отмеряется ширина территориального моря. Для решения этого вопроса предусмотрена специальная международная процедура. Прибрежное государство, претендующее на установление внешней границы шельфа за пределами 200 миль, направляет в Комиссию ООН по границам континентального шельфа свою заявку. Комиссия в свою очередь выносит рекомендации прибрежному государству относительно внешней границы его шельфа. Установленные таким образом внешние границы шельфа приобретают международно-правовую силу.

Россия в 1995 г. приняла специальный федеральный закон, определяющий понятие "континентальный шельф Российской Федерации", его внешнюю границу и другие вопросы [212].

Суверенные права прибрежных государств в отношении континентального шельфа распространяются только на разведку и разработку его природных ресурсов. Исключительность этих прав прибрежного государства проявляются в том, что, если оно не занято разведкой или разработку богатств шельфа, никто не может делать этого без определенно выраженного согласия прибрежного тосударства (ст. 77 Конвенции 1982 г.). В Конвенции приводится определение таких важных понятий, как "природные ресурсы" и "сидячие виды живых организмов". Впрочем, суверенные права прибрежного государства на континентальный шельф не влияют на статус покрывающих его вод и, соответственно, воздушного пространства над ними, т.е. на них распространяются принципы и правила открытого моря.

В соответствии с международным морским правом, прибрежное государство за пользование природными ресурсами континентального шельфа за пределами 200 морских миль производит отчисления или взносы натурой. Подробно регламентирует порядок, сроки и размер таких выплат или отчислений статья 82 Конвенции.

Исключительная экономическая зона. К ней морское право относит находящийся за пределами территориального моря и прилегающий к нему район, где прибрежное государство осуществляет свои суверенные права на разведку, разработку и сохранение живых и минеральных ресурсов. Не менее важное значение придается осуществлению юрисдикции прибрежного государства в отношении создания и использования искусственных островов, установок и сооружений, морских исследований и охраны морской среды. Правовой институт исключительной экономической зоны (ИЭЗ) прибрежного государства появился в результате работы Третьей конференции ООН по морскому праву (1973-1982 гг.). Сегодня этот институт является составной частью современного морского права. По утверждению специалистов в этой области международного права, институт исключительной экономической зоны явился компромиссом между притязаниями прибрежных государств на максимальное расширение суверенитета на открытое море и стремлением все-таки сохранить обширные морские пространства со статусом открытого моря. В соответствии с Конвенцией 1982 г., ширина исключительной экономической зоны не должна превышать 200 морских миль (исчисляемых от исходных линий, от которых отмеряется ширина территориального моря). ИЭЗ можно относить к району открытого моря с особым правовым режимом. Суверенные права прибрежного государства ее затрагивают право любых государств на свободу судоходства, полетов, прокладки трубопроводов, кабелей и т.д. К суверенным правам прибрежного государства в ИЭЗ относятся право на разведку, разработку и сохранение живых и неживых природных ресурсов в водах, покрывающих морское дно, на морском дне ив его недрах, а также в целях управления этими ресурсами и в отношении других видов деятельности по экономической разведке и разработке ИЭЗ, таких, как производство энергии путем использования воды, течений и ветра. В силу своих суверенных прав именно прибрежное государство регулирует вопросы рыболовства, в том числе иностранных судов. Морское право регулирует также вопросы соблюдения иностранными судами правил прибрежного государства, осуществления в необходимых случаях досмотра, инспекции, ареста иностранных рыболовных судов и открывать судебное разбирательство отношении них.

Открытое море. Принципы равноправного пользования морским пространствами, находящимися вне юрисдикции какого-либо государства, являются общим достоянием человечества. Зарождение отдельных элементов свободы моря можно проследить еще в римскую эпоху. Российский правовед В.И. Вешняков отмечал в свое время, что по международному праву рыболовство в открытом море признается свободным. Этот принцип свободы морских промыслов существовал еще в римском праве, на основании которого, в силу естественного права, воздух, проточные воды, море и берега его считались общим достоянием всех [213, с. 501].

Принципы открытого моря завоевывали международное признание в течение нескольких веков, насыщенных борьбой с притязаниями отдельных морских стран (Венеция, Генуя, Испания, Англия и другие) на те или иные морские пространства. Научное обоснование принципа открытого моря связано с именем выдающегося голландского правоведа Гуго Гроция, перу которого принадлежит выдающийся трактат "Mare liberum" (с лат. - Свободное море). Вторая половина XVIII века стала для международного права знаковой: принцип свободы открытого моря уже никем не оспаривался.

Принцип свободы открытого моря закреплен в Конвенциях 1958 и 1982 гг. Последний международно-правовой акт расширил понятие свободы открытого моря, что было связано с развитием экономики, международных связей, мореплавания и т.д. Статья 86 Конвенции 1982 г. дает следующее определение открытого моря: "все части моря, которые не входят ни в исключительную экономическую зону, ни в территориальном море или внутренние воды какого-либо государства, ни в архипелажные воды государства-архипелага". На эти морские пространства не вправе претендовать ни одно государство. Открытое море открыто для всех государств, как прибрежных, так и не имеющих выхода к морю, например, Кыргызской Республики. Свобода открытого моря для этих государств означает:

) свободу судоходства;

) свободу полетов;

) свободу прокладывать подводные кабели и трубопроводы;

) свободу возводить искусственные острова и другие установки (с некоторые ограничениями);

) свободу рыболовства (с соблюдением определенных правил);

) свободу научных исследований (с соблюдением определенных условий).

Конвенция регулирует вопросы национальной принадлежности судов, их статуса (судно должно плавать под флагом только одного государства и, за исключением определенных случаев, подчиняется в открытом море его исключительной юрисдикции), обязанности государства флага в административных, социальных и технических вопросах и контроль над своим судами. Как правила, вопросы уголовной юрисдикции и административной ответственности членов экипажа возникает в случае столкновения судов или какого-нибудь навигационного происшествия в открытом море. При таких инцидентах преследование виновного может быть возложено только перед властями государства флага или государством, гражданином которого это лицо является. Арест или задержание судна при морских инцидентах также возможны только по распоряжению государства флага. Что же касается военных кораблей, то они пользуются в открытом море полным иммунитетом от юрисдикции какого бы то ни было государства, кроме государства флага.

Международное морское право предусматривает ряд исключений из юрисдикции государства флага. Это - право военного корабля останавливать и осматривать торговые суда других государств, подозреваемые в повреждении кабеля, занятии пиратством, работорговлей [214, с. 117], для проверки флага (в определенных случаях), при отсутствии у судна национальности, занятии несанкционированным вещанием (звуковые радио- или телевизионных программ с судна или установки в открытом море, предназначенные для приема населением, за исключением, однако, передачи сигналов бедствия), а также по просьбе государства флага в отношении его судна, подозреваемого в незаконной торговле наркотиками или психотропными веществами. Важное изъятие из юрисдикции государства флага - так называемое преследование по "горячим следам", т.е. преследование иностранного судна в случае нарушения им законов или правил прибрежного государства во внутренних водах, территориальном море и т.д., например, правил, регулирующих охрану морской среды и прочее. Конвенция подробно регламентирует различные аспекты преследования, в том числе начало и условия окончания преследования, средства преследования (военные корабли, военные летательные аппараты и прочее).

Кроме того, международное морское право регламентирует вопросы обеспечения безопасности мореплавания, которое становится все более интенсивным [166, с. 93]*. В частности, установлены требования, касающиеся конструкции судна, его пригодности к плаванию, комплектования экипажа, предупреждения столкновений судов в море и т.д. В качестве примера можно привести Соглашение и Протокол к нему между США и СССР по предотвращению инцидентов в открытом море [208, с. 532-536]. В 1993 г. было подписано Соглашение между Российской Федерацией и Японией о предотвращении инцидентов в море за пределами территориальных вод и в воздушном пространстве над ним. Международная морская организация приняла несколько документов, регулирующих различные вопросы судоходства в Арктических водах. Например, в 2002 г. она разработала Руководство по плаванию в покрытых льдами водах Арктики, которое носит рекомендательный характер. Руководство предусматривает наиболее важные стандарты для судов, действующих в арктических водах, включая конструкцию судов, их оборудование, вопросы безопасности работы членов экипажа и т.д. Предполагается, что в будущем появится юридически обязывающий документ.

Важное требование морского права - обязанность капитана любого судна, плавающего под флагом какого-либо государства, оказывать помощь любому обнаруженному в море лицу, которому угрожает гибель, терпящим бедствие на море, после столкновения оказать помощь другому судно, его экипажу и пассажирам. Общепризнанно, что доступность спасательных услуг жизненно важна для судоходства в Арктических водах. Еще в 1989 г. была принята международная конвенция по вопросам спасения на море, которая установила общие правовые принципы спасательных операций. Все арктические государства являются участниками этой конвенции. Россия, в частности, имеет флот полярных судов, обеспечивающих предоставление спасательных услуг [166, с. 69].

Северный Ледовитый океан имеет обширные морские пространства со статусом открытого моря. Таким образом, эти части океана открыты для мореплавания судов приарктических и третьих стран, реализации других свобод, предусмотренных современным международным правом. Конечно, в настоящее время, в условиях сложной ледовой обстановки, воспользоваться этими свободами могут только государства, располагающие мощными ледокольными судами. Нереальным в силу отсутствия необходимых технологий представляется в настоящее время также разработка богатых океанических месторождений углеводородов путем, например, создания и эксплуатации буровых плавучих платформ.

Огромное внимание международное право уделяет экологическим проблемам Мирового океана, который играет, среди прочего, главную роль в регулировании климата и погоды либо непосредственно, перенося тепло (например, течение Гольфстрим), либо косвенно, поглощая углекислый газ. Кроме того, Мировой океан обеспечивает человечество огромными минеральными, растительными и животными ресурсами. В силу чего их сохранение и приумножение являются насущной задачей государств мира, развития и совершенствования международно-правовых норм, регулирующих данные проблемы. Предмет особой заботы мирового сообщества предотвращение загрязнения Арктического бассейна. К настоящему времени существует множество правовых актов, регулирующих данную проблему. Так, в 1989 г. США и СССР подписали Соглашение о сотрудничестве в борьбе с загрязнениями в Беринговом и Чукотском морях в чрезвычайных ситуациях. В документе регулируются вопросы проведения совместных операций по борьбе с загрязнениями, уведомления об инцидентах, способных привести к масштабному разливу нефти или иных вредных веществ, информационного обмена, научно-технического сотрудничества и прочее. В качестве последнего примера сотрудничества приарктических государств по защите природной среды Арктики служит совместная разработка Американским бюро по судоходству и Морским Регистром плавания России правил морских перевозок сжиженного природного газа [166, с. 59].

Таким образом, современное морское право на цивилизованной основ позволяет решать актуальные проблемысудоходства, рыболовства, охраны природных ресурсов и прочее. Тем не менее, по общему мнению, правовую систему, основанную на Конвенции ООН по морскому праву 1982 г., необходимо развивать в соответствии с новыми вызовами. Например, положения Конвенции, регулирующие судоходство в международных проливах, затрудняют прибрежным государствам осуществлять юрисдикцию над транзитными судами в этой зоне, несмотря на тот факт, что любой случай загрязнения в зоне представляет для прибрежных государств огромные риски. Это с трудом сочетается с обязательствами прибрежных государств, установленных Конвенцией, по защите своих вод от загрязнений [152] Кроме того, есть необходимость прояснить отношения между Конвенцией ООН по морскому праву и Конвенцией о биологическом разнообразии.

Сегодня в Арктике есть и другие международно-правовые проблемы. Ждет своего решения ряд вопросов по поводу статуса тех или иных частей Арктического региона. Один из них - делимитация морских пространств между РФ и США. В 70-е - 80-е гг. прошлого века США и СССР приняли ряд нормативных актов по сохранению рыбных запасов. 13 апреля 1976 г. США приняли документ, вводивший с 1 января 1977 г. 200-мильную рыбоохранную зону. В свою очередь, 10 декабря 1976 г. Президиум Верховного Совета СССР своим Указом "О временных мерах по сохранению живых ресурсов и регулированию рыболовства в морских районах, прилегающих в побережью СССР" [216, с. 728], также установил 200-мильную зону. Открытие для подписания Конвенции ООН по морскому праву 1982 г. привело к тому, что США и СССР соответственно 10 марта 1983 г. [83] и 28 февраля 1984 г. [217, ст. 548-1] приняли новые документы, учредившие исключительную экономическую зону шириной 200 морских миль. Таким образом, сложилась ситуация, когда в некоторых районах Берингова моря 200-мильные зоны США и СССР перекрывали друг друга. Возникла необходимость разграничения морских пространств между этими государствами. Не останавливаясь на дипломатических подробностях переговорного процесса между странами, отметим главное: 1 июня 1990 г. между СССР и США было подписано Соглашение (соглашение Бейкера - Шеварднадзе) о разграничении морских пространств. За счет уступок со стороны СССР США получили богатые минтаем и лососевыми рыбами морские пространства. Итог Соглашения: России ежегодно теряет от 13 до 150 тыс. тон промысла рыбы в водах, отошедших к США [218, с. 76].

В настоящее время Соглашение применяется обеими сторонами в Чукотском море и северной части Берингова моря. Другое дело, что существует очень важная юридическая деталь: Соглашение не было ратифицировано ни СССР, ни Российской Федерацией, хотя, согласно ст. 7, оно подлежит ратификации и вступает в силу в день обмена ратификационными грамотами [219, с. 35]. Поэтому по взаимной договоренности Соглашение применяется временно до вступления его в силу, начиная с 15 июня 1990 г. Анализ выгод и упущений для РФ в контексте данного Соглашения, проведенный российскими специалистами в области международного права, позволяет констатировать необходимость пересмотра Соглашения. По этой проблеме и по поводу делимитации границ континентального шельфа в Беринговом море и части Северного Ледовитого океана предлагаются конкретные юридические процедуры и решения в соответствии с международным правом [16, с. 102-106].

Существуют разногласия между Канадой и Данией по поводу обладания островами Ханса, по применению статьей Договора о Шпицбергене. Претензии по поводу нарушения Норвегией Договора о Шпицбергене предъявляет Россия (ранее - СССР). Норвежские власти нарушают положения Договора, в соответствии с которыми СССР и его правопреемник - Россия праве осуществлять здесь экономическую деятельность. Подтверждение тому - конфликты по поводу российского присутствия на Шпицбергене. Отрицательно, например, норвежцы отнеслись к планам России построить завод по переработке рыбы. В последние годы норвежский губернатор Шпицбергена ввел ряд ограничительных мер, включая запрет доступа российских ученых и туристов в природоохранные зоны, необходимость предварительного запроса на посадку российских вертолетов, обязательная регистрация всех научных проектов в специальной базе данных и прочее. Много препятствий создается рыболовецкой деятельности россиян вокруг Шпицбергена. После введения 200-мильной экономической зоны вокруг архипелага участились аресты российских траулеров с применением сил норвежского ВМФ. Поскольку Россия не признает указанное решение Норвегии и считает данный регион открытым для международной хозяйственной деятельности, с 2004 г. российский Северный флот начал регулярное патрулирование района вокруг Шпицбергена, что вызывает особо негативную реакцию со стороны норвежских экспертов [18, с. 55].

Крайне злободневными для международных отношений в Арктике остаются проблемы установления внешних границ континентального шельфа за пределами 200-мильной зоны, установленной Конвенцией ООН 1982 года [89, с.5]. Этот процесс является заключительным этапом установления прибрежными государствами внешних границ морских районов, попадающих под национальную юрисдикцию в соответствии с вышеназванной Конвенцией [17, с. 12]. Вплоть до недавнего времени дожидался своего урегулирования давнишний советско-норвежский спор о морских границах в Баренцевом море и прилегающих районах Северного Ледовитого океана [220, с. 14-32]. Только 15 сентября 2010 г. после 40-летних переговоров Договор был подписан [221]. Договор создает благоприятные правовые условия для освоения нефтегазовых ресурсов арктического континентального шельфа, возможности кооперации по разведке и добыче углеводородов в бывшем спорном районе. Кроме того договор предусматривает двустороннее сотрудничество в области рыболовства, что объективно сужает вероятность конфликтных ситуаций в этой сфере. Продолжится работа Смешанной российско-норвежской комиссии по рыболовству, в рамках которой согласовываются объемы общего допустимого улова, квоты вылова рыбы [222].

Значение этой договоренности, по-нашему мнению, выходит далеко за рамки двусторонних российско-норвежских отношений. Мы убеждены, что это хорошее послание всем приарктическим государствам, которые имеют какие-либо территориальные или иные претензии в Арктическом бассейне.


.2 Стратегия Российской Федерации в Арктике


Первое десятилетие XXI века высветило новую острую проблему международных отношений и мировой политики - Арктику, точнее сказать, целый комплекс проблем, связанных с глобальным потеплением в этом регионе, который в прежние годы благополучно пребывал на периферии международного внимания. В мировых академических и политических кругах широко дискутировались проблемы ядерных вооружений Ирана и Северной Кореи, израильско-палестинского урегулирования, ограничения стратегических потенциалов США и России и т.д. Конечно, периодически обсуждались проблемы, так сказать, второразрядные, которые недолго будоражили мировую общественность. Об Арктике регулярно справлялись и интересовались ее проблемами, пожалуй, разве что узкие специалисты различного профиля. Для широкой мировой общественности все, что было связано с Арктикой, воспринималось в некоем романтическом ореоле: суровая и вместе с тем экзотическая природа, сильные люди и т.д. Как-то забывалось, что и в прошлом веке Арктика была на острие интересов целого ряда государств, в том числе геополитических, военных, социально-экономических. Но с начала 2000-х гг. проблемы Арктики все чаще мелькают на страницах научных журналов, становятся важным предметом обсуждения на самых высоких двусторонних и многосторонних уровнях. Это наблюдение полностью применимо к современной России.

Бизнес-сообщество, прежде всего в лице крупных энергетических компаний, политические и научные круги России не скрывают своей заинтересованности в Арктике, анализируют различные аспекты проблемы, строят более или менее реальные прогнозы относительно будущего этого региона [12, с. 2-3; 223]. Этот интерес инициировало обнародование данных о гигантских природных ресурсах Арктики. По расчетам российских специалистов, неразведанные месторождения нефти и газа в российской части Арктики составляют до 25% мировых запасов углеводородов (примерно 15,5 млрд. тонн нефти и 84,5 трлн. кубометров газа). Правда, по данным "Геологического обозрения" США, опубликованным в 2007-2008 гг., неразведанные запасы нефти в Арктике составляют всего около 13% от всех мировых запасов [224, с. 32]. Разумеется, что в этом случае на долю России приходится меньшая доля, чем заявлялось. Тем не менее, и в этом случае Россия намного опережает другие приарктические страны. Интерес России к Арктике обусловлен укреплением энергетической составляющей во внешней политике РФ, строительством экспортных трубопроводов и реализацией транспортного проекта на Севере и Северо-Западе, начиная с Балтийской трубопроводной системы, запущенной в 2001 г., и заканчивая строительством газопровода "Северный поток" по дну Балтийского моря [225, с. 3]. Интерес к Арктике со стороны других государств мира, особенно приполярных, крупных и крупнейших нефтяных и газовых компаний мира вынуждает Российскую Федерацию поторопиться с определением своих целей в Арктике, четко сформулировать и заявить о своих национальных интересах в этом регионе.

Российский Крайний Север - это огромный, во многом еще не освоенный регион. В соответствии с российским законодательством, в Арктическую зону РФ входят полностью или частично территории Республики Соха (Якутия), Мурманской и Архангельской областей, Красноярского края, Ненецкого, Ямало-Ненецкого и Чукотского автономных округов, определенных решением Государственной комиссии при Совете министров СССР по делам Арктики от 22 апреля 1989 г., а также земли и острова, указанные в Постановлении Президиума ЦИК СССР от 15 апреля 1926 г. "Об объявлении территорией СССР земель и островов, расположенных в Северном Ледовитом океана и прилегающие к этим территориям, землям и островам внутренние морские воды, территориальное море, исключительную экономическую зону и континентальный шельф РФ, в пределах которых Россия обладает суверенными правами и юрисдикцией в соответствии с международным правом" [74].

Российская Федерация, как крупнейшая северная страна мира (только протяженность береговой линии составляет 22,5 тыс. километров), имеет многообразные интересы в арктическом регионе, в том числе по его дальнейшему освоению и развитию. В Арктике ведется экономическая деятельность, находятся военные объекты, расположены стационарные российские метеорологические станции (например, на Земле Франца-Иосифа), а непосредственно в акватории Северного Ледовитого океана организуются дрейфующие полярные станции, которые ведут разнообразные научные исследования: аэрометеорологические, актинометрические, геомагнитные, гидрологические, гляциологические, а в отдельных случаях биологические и медицинские наблюдения. Без изучения, в частности, гидрологического режима вод и течений Северного Ледовитого океана, без знания закономерностей дрейфа льдов и синоптических процессов в Центральной Арктике нельзя строить сколько-нибудь надежные долгосрочные прогнозы ледовой обстановки и погоды в окраинных арктических морях, по которым пролегает Северный морской путь [226, с. 6]. Метеорологические наблюдения имеют огромное значение для полетов российской авиации, прогноза погоды во всем мире, включая Европу, Азию и другие регионы.

В Арктике добывается 100% апатита и сурьмы, около 90% металлов платиновой группы, никеля и кобальта, 80% природного газа. Российская Арктика, население которой составляет менее 2% от общей численности населения страны, производит около 15% отечественного ВВП. Кроме того, Российская Арктика дает стране ценную пушнину, высоко ценимую на международных аукционах, золото, алмазы и прочее. В северных морях, в частности, Баренцевом и Карском, широко ведется морское рыболовство. Здесь вылавливается треть рыбы и морепродуктов, добываемых Россией [227].

Учитывая сложные погодно-климатические условия на Крайнем Севере РФ, крайне слаборазвитую наземную транспортную инфраструктуру севернее транссибирской магистрали ввиду труднодоступного рельефа местности, ограниченный период речной навигации в направлении юг - север (Северная Двина, Печора, Хатанга, Лена, Енисей и др.), Россия (прежде СССР) решает многие важные задачи, в том числе народнохозяйственные, в этом регионе путем организации судоходства по Северному морскому пути (СМП). В советские времена в бюджете страны предусматривался даже специальный раздел "Северный завоз", исполнение которого контролировал Госплан СССР.

С помощью СМП в течение нескольких десятилетий осуществляется доставка в города и поселения (Игарка, Дудинка, Диксон, Тикси, Анадырь, Певек, бухта Провидения и др.), расположенных на побережье арктических морей и в устьях крупных сибирских рек, продовольствия, оборудования, топлива и других необходимых материалов. Одновременно из этого региона в европейскую и азиатскую части страны вывозится лес, металлы, минеральные удобрения и другое сырье. Сегодня основными российскими пользователями СМП являются "Норильский никель", "Газпром", "Роснефть", "Росшельф", а из субъектов Российской Федерации - Красноярский край, Саха-Якутия и Чукотка.

Тяжелые для страны 90-е гг. сказались на объемах перевозок по СМП. Наглядное представление об этом процессе дает следующая таблица


Таблица 4. - Объемы перевозок по Северному морскому пути (тыс. тонн)

ГодыКаботажТранзитные перевозкиЭкспортИмпортВсего19854.734.238.11.007.5401.56.181.319864.96454.71.001.2434.86.454.719874.987.11.01.080.9509.86.578.819884.788.40.01.048.9447.96.295.219894.616.155.21.137.614.15.823.019904.182.6115.11.201.011.85.510.519913.882.3176.2743.61.94.804.019923.250.8202.3450.85.33.909.219932.286.8208.6517.33.03.015.719941.523.9140.2578.957.12.300.119951.605.6100.2606.049.52.361.319961.240.718.1367.615.61.642.019971.384.70.6525.035.61.945.31998927.70.0524.16.61.458.419991.018.00.0549.213.01.580.22000961.90.0622.72.41.587.0

Анализ данных о различных видах морских перевозок свидетельствует о постепенном их уменьшении. По сравнению с 1985 г., в 2000 г. общий объем морских перевозок сократился в 4 раза, каботажных - примерно в 4.7 раза, экспортных - в 1.5 раза, импортных - почти в 200 раз.

Новые перспективы в использовании и эксплуатации Северного морского пути открываются в связи с разработкой богатого Штокмановского месторождения нефти и газа (около 3 триллион кубометров газа) и Тимано-Печерской нефтегазоносной провинции с месторождениями северо-онежских бокситов, полиметаллов и марганца на архипелаге Новая Земля. Но следует учитывать огромные сложности, связанные с освоением Штокмановского месторождения (оно расположено в 500 километрах от суши) и транспортировкой углеводородов и т.д. В ноябре 2010 г. была завершена работа над техническим проектом разработки Штокмана. Последующий этап связан с тендерным процессом и компания-оператор месторождения Shtokman Development получает предложения от различных подрядчиков. К тому же компании-оператору представлены технические предложения по добывающей платформе от двух международных консорциумов - первого в составе компаний Aker Solutions, Tehnip, SBM; второго - в составе компаний Saipem. Samsung, Sofec [228, с. 12-13]. Ожидаемые сроки начала поставок трубного газа - 2016 г.; сжиженного газа - 2017 г.

Благоприятное географическое положение России между самыми динамичными регионами мирового хозяйства - Западной Европой и Азиатско-Тихоокеанским регионом дает России возможность стать самым дешевым, обладающим огромной пропускной способностью транспортным коридором между Европой и Азией: он в 2-3 раза короче морских путей через Суэцкий и Панамский каналы [229, с. 175-176]. Например, путь из Японии в Германию сокращается почти в 2 раза. Для перевозок, осуществляемых в 20 из 24 крупнейших морских портов мира, транспортировка через Северный морской путь даст значительную экономию времени и топлива. Кроме того, есть и другие соображения в пользу СМП. Например, режим судоходства через Суэцкий канал довольно ограничительный: ежедневно судам разрешено входить в канал 3 раза в одном направлении, Плавание через канал продолжается, как правило, 4-5 часов, но может составить даже целые сутки. Судоходство может быть заблокировано в случае инцидента или по другим причинам [156, с. 17].

Россия в ближайшее время намерена повысить эффективность использования СМП за счет грузовых перевозок. Ее атомный ледокольный флот сегодня гарантирует безопасную проводку судов [230, с.13]. К 2020 г. Россия введет в строй шесть мощных атомных ледоколов с энергетическими установками нового типа. Это задача не только технического плана, но проблема суверенитета России: по информации российских военно-дипломатических источников, в рамках международной программы изучения Севморпути "INSROP" анализируется возможность пересмотра статуса арктических проливов как внутренних вод России**.

По мнению многих российских ученых, РФ неэффективно использует возможности своих северных районов. В частности, Е. Андреева и В. Соколов писали: "Проведенный анализ меры эффективности использования Россией северного побережья позволяет сделать общий вывод: в этом ареале, одном из самых богатых по природным ресурсам, практически не задействован главный и наиболее ценный "двуединый" ресурс: географическое положение, чрезвычайно удобное для выхода страны в наиболее развитый (Северо-Атлантический) регион мира и наличие обширного "незамерзающего" участка Кольского побережья. Этот главный ресурс необходимо заставить работать на Россию. Имеется в виду создание мощной современной портовой системы, которая должна стать основой развития Мурманской области, Северного экономического района Северо-западного Федерального Округа и всего округа, а также придание новым портам Кольского полуострова функции важнейшего транспортного звена в глобальном треугольнике "Северная Америка - Европа - страны АТР", охватывающей Россию в выгодном для нее качестве естественного моста "Восток - Запад". Глобальная транзитная функция - наш огромный нереализованный национальный ресурс" [24, с. 33]. Эта задача не из простых. Прежде всего проблема заключается в том, на Кольском полуострове не созданы условия для частного предпринимательства: ведь большая часть береговой линии полуострова занята многочисленными военно-морскими базами. В этой связи ученые предлагают хотя бы частично конвертировать военно-морские базы, что откроет возможность использования незамерзающего побережье в интересах хозяйственного освоения, Задача, которая по-нашему мнению, потребует огромных финансовых вложений, проведения множества организационных мер и вызовет столкновение ведомственных интересов.

В последние годы в России разрабатывается ряд интересных проектов по активному вовлечению северного побережья страны, особенно Северо-Западного макрорегиона - а с позиций народнохозяйственного прогресса и страны в целом - во внешнеторговую деятельность России на северо-атлантическом и других направлениях. Российские исследователи А.А. Горбунов и О.М. Троненкова правы, когда пишут, что в современных условиях необходимо осознанно и рационально, а нередко - весьма избирательно проводить в жизнь императив максимального освоения всех частей территории государства [232]. В частности, предлагается переориентировать мощности отечественного портостроительства на 700-километровый участок побережья Кольского полуострова с прилегающей незамерзающей акваторией Баренцева моря (участок от границы с Норвегией до мыса Святой Нос) [25, с. 47]. Реализация этого проекта позволит организовать крупномасштабный экспорт российского сжиженного природного газа, например, в США. Американский рынок сжиженного газа весьма емкий: по экспертным оценкам к 2020 г. страна будет потреблять около 100 млрд. "кубов" по сравнению с 6,5 млрд. в 2005 г. Кстати говоря, сегодня технологии сжижения природного газа, его хранения, перевозки и использования в сжиженном виде в России интенсивно развиваются. Ее преимущества перед использованием трубопроводных магистралей не вызывают никаких сомнений у специалистов: это, во-первых, минимизация затрат энергии в технологической цепочке в целом, во-вторых, резкое сокращение объема работ непосредственно на месторождениях и соответствующее ослабление техногенного воздействия на природу в период строительства, в-третьих, обеспечение равномерного распределения инвестиций во времени пропорционально наращиванию объема добычи природного газа. Согласно расчетам ОАО "Совкомфлот", сжижение газа и доставка его судами становится значительно выгоднее транспортировки по подводным трубопроводам уже при расстоянии в 700 морских миль, наземным трубопроводам - в 2200 миль [25, с. 47]. Транспортировка российского сжиженного газа уже реальность. В августе-сентябре 2010 г. арктический рейс из Европы в Азию провела компания "Совкомфлот". Крупнотоннажный танкер ледового класса "СКФ Балтика" доставил газовый конденсат компании "Новатэк" из Мурманска в китайский порт Нингбо [233].

Определенный оптимизм относительно планов экспорта сжиженного газа внушает состояние дел в российском судостроения, как части "Транспортной стратегии России на период до 2020 г.", которая является основой для выработки решений в сфере государственной транспортной политики, выработки целевых программ в области транспорта и смежных с транспортом отраслях, приоритетных задач институциональных реформ на транспорте. В частности, транспортная стратегия предусматривает:

строительство специализированных судов-газовозов для вывоза углеродного сырья с Ямала, Сахалина и других месторождений;

разработку и строительство атомных ледоколов нового поколения, включая завершение строительство атомного ледокола "50 лет Победы";

строительство линейных и вспомогательных дизель-электрических ледоколов для обеспечения перевозок с арктического шельфа и по трассам Северного морского пути;

развитие аварийно-спасательного флота. Проектирование и строительство судов усиленного ледового класса двойного действия с движительным комплексом AZIPOD [233, с. 67].

В настоящее время "Совкомфлот" принимает масштабные усилия по обновлению отечественного флота, в том числе по приобретению новых многоцелевых сухогрузных судов и танкеров-газовозов для перевозки сжиженных нефтяных газов общим дедвейтом 1,5 млн. тонн. Модернизация арктической транспортной системы даст импульс для освоения ресурсов северных территорий, создаст предпосылки к развитию транзитных перевозок по трассе Северного морского пути [229, с. 2].

Проект экспорта сжиженного газа полностью соответствует принятой в 2004 г. "Энергетической стратегии России на период до 2020 года". Сегодня мало кто сомневается, что в ближайшие годы и десятилетия природный газ все больше будет конкурировать с нефтью на мировых рынках энергоносителей. На Первом мировом форуме "Энергетика и будущее", состоявшимся в 1998 г. в Москве, в качестве приоритетов развития мировой энергетики до 2030 г. назывались, во-первых, энергосбережение, во-вторых, интенсификация использования природного газа [234, с.2]. В контексте вышесказанного отметим совместный проект ЗАО "АРКТИКГАЗ" с фирмами-учредителями, региональными и местными властями Мурманской области, представителями Северного флота РФ и американской компанией "BSV HOLDING LLC" по возведению на западном побережье Кольского полуострова мощного индустриального комплекса, включающего морской терминал и завод по производству сжиженного газа. Вице-премьер России С. Иванов, выступивший на Морской коллегии, заседавшей в рамках II Арктического Международного экономического форума в Мурманске в октябре 2010 г., подчеркнул, что перед Мурманском открываются огромные перспективы. Инвестиционный проект транспортного узла предполагает строительство современного порта с еще большим грузооборотом на западном берегу Кольского залива. Что касается Северного морского пути, то он может развиваться в современных условиях только при использовании новейших технологий. Это требует строительства современных судов ледового класса, внедрения новейших космических разработок, увеличения объемов перевозок и перевалки через порты грузов [227]. Согласно федеральной программе "Развитие транспортной системы России на 2010-2015 годы", на мурманском побережье предусмотрено строительство терминалов - угольного, нефтеналивного и минеральных удобрений.

Важным направлением деятельности РФ в Арктических районах является политика в отношении коренного (абригенного) населения: чукчей, камчадалов, эскимосов, коряков, тунгусов, юкагиров и др. К категории коренных малочисленных народов относятся этнические группы численностью менее 50 тыс. человек, которые ведут традиционный образ жизни (охота, рыболовство, морской промысел). В годы Советской власти для них было сделано немало в образовательном и культурном плане: создавалась национальная письменность, издавалась литература на местных зыках, строились школы, готовились местные кадры и т.д. Предпринимались правовые, организационные и другие меры по обеспечению традиционной хозяйственной деятельности коренных народов российского Севере. В частности, представителям малочисленных народов и этнических общностей Севера и Дальнего Востока России, образ жизни, занятость и экономика которых традиционно основываются на ведении промысла живых ресурсов предоставлялось преимущественное права на их использование. Такое же право предоставляется населению Севера и Дальнего Востока РФ в местах постоянного проживания на территориях, прилегающих к морскому побережью Российской Федерации [72, с. 546]. Но подъем Крайнего Севера, подчеркивается в одном исследовании, исключительно виделся в модернизаторской модели освоения ресурсов, еще не затронутых западной цивилизацией. СССР занимал в Арктике потребительскую позицию [235]. Такая политика часто нарушала традиционный образ жизни коренных малочисленных народов Севера, наносила серьезный ущерб природной среде. Но эти проблемы затушевывались. Утверждалось, что все проблемы коренных народов решены. Кроме того, отличали судьбы аборигенов в СССР и в других приполярных странах, конечно, в пользу первых. Как-то забывалось, что экстремальные условия на Севере (и в Канаде, и на Таймыре) диктуют особый образ жизни, упорную борьбу за выживание [236, с. 455].

В постсоветский период социально-экономическая и культурная жизнь коренных малочисленных народов находится в критическом состоянии. В 1990 гг. аборигены оказались в тяжелом положении: без опеки государства и материальной поддержки, без налаженной системы здравоохранения, образования и снабжения. Ситуация начала меняться в последнее десятилетие. В 2000 и 2001 гг. были приняты два закона об общинах коренных народов и о выделении аборигенам земельных угодий, Кроме того, по российским законам коренным народам предоставляются различные преференции: освобождение от армейской службы, представительство в региональных и местных органах власти на основе специальных квот [237, с. 12]. На наш взгляд, особого внимания заслуживает раздуваемая некоторыми ведомствами и учеными РФ (например, Госкомстатом) проблема "вымирания коренных народов" страны. Данные переписи населения России 2002 г. показали, что численность этих народов выросла по сравнению с 1989 г. на 15-17%. Например, юкагиры, ненцы, энцы и некоторые другие увеличили свою численность на 20-30%. Кстати, еще в 2000 г. известный российский этнолог В.И. Тишков, выступая на одном представительном научном форуме, подчеркнул, что ни одна этническая группа не исчезла с карты России в XX веке, хотя в других регионах мира в это время исчезли десятки аналогичных малых народов [238, с. 35].

Рассуждая о задачах Российской Федерации в отношении Севера страны и его коренных народов, авторы и реализаторы проекта "Северная энциклопедия" делают, по нашему мнению, справедливый вывод: передовая Россия не может и не должна развиваться исключительно в столицах... потому что центры мировой цивилизации всегда прирастали живительным духов пограничья [239, с. 190]. Сегодня предлагаются различные варианты улучшения общей ситуации на Крайнем Севере России. В частности, на Международной конференции "Развитие арктической транспортной системы в XXI веке", состоявшейся в Санкт-Петербурге, президент Республики Саха (Якутия) М. Николаев предложил, в частности, объединить северные регионы в единую административную структуру со своей законодательной базой, с правом принятия собственных, независимых от центра решений и, что самое главное, с официальным признанием Москвой этих полномочий, а также частично передать земли из федеральной собственности в муниципальную, что позволит распоряжаться богатствами недр своей территории. Позицию М. Николаева поддержал бывший в то время министром регионального развития РФ В. Яковлев. По его мнению, необходимо превратить российский Север из сырьевого придатка в мощный рычаг экономического прогресса, в регион, который крепко встав на ноги, поднимет с колен всю Россию.

Конечно, проведение такой радикальное административной реформы нелегкий шаг, особенно для федеральных властей. Но следует понимать, что проблема перераспределения властных полномочий между федеральным центром и регионами Российской Федерации назрела. Выстроенная в последние 10-12 лет властная вертикаль весьма далека от оптимального варианта государственного федеративного устройства, о чем неоднократно отмечалось многими российскими учеными и политиками. В одном российском исследовании подчеркивается особое значение технических механизмов концентрации финансово-бюджетных ресурсов: "Федеральный центр формирует и закрепляет вертикальный дисбаланс финансовой системы, при которой собственные источники дохода регионов, включая налоговые поступления и доходы от управления экономическими ресурсами, не являются достаточными для осуществления расходных полномочий, даже в их обязательной части <…> формируется искусственная система, при которой подавляющее большинство субъектов РФ лишено экономической самостоятельности, а доходная часть их бюджетов на 30-40%" состоит из федеральных субвенций и дотаций" [240, с. 170-171]. Думается, что оптимизация взаимоотношений "Федеральный центр - регионы РФ" благоприятно скажется на социально-экономическом развитии России, в том числе ее Крайнего Севера.

Ждут своего положительного решения сложные экологические проблемы российской Арктики. Сложная ситуация в этой области вызвана последствиями крупномасштабного развития добывающей промышленности. С 30-х гг. XIX века здесь быстро развивались металлургия, горное дело, деревообрабатывающая промышленность, изготовление бумаги, другие отрасли производства и транспорт. Бурное развитие нефте-и газодобычи в Западной Сибири и планируемая разработка шельфа в Баренцевом и других арктических морях угрожают превратить местную деградацию природой среды в региональную проблему. Российская Арктика имеет 5 экологических проблем. Мы приводим их в порядке приоритетов:

загрязнение природой среды (трансграничный трансфер загрязнителей водными и воздушными потоками, нефтью, химическими и радиоактивными агентами);

изменение биоразнообразия и истощение биоресурсов, что в значительной степени вызвано загрязнением окружающей среды и незаконным (браконьерским) использованием биоресурсов;

ухудшение природной среды обитания для жителей Арктики и нарушение традиционных условий хозяйствования, сокращение ресурсов из-за промышленного загрязнения;

серьезные последствия и угрозы глобальных климатических изменений;

деградация земель и нарушение условий землепользования [181, с. 57].

Главные загрязнители природы российской арктической природы - нефте-и газопродукты, тяжелые металлы, химическое и радиоактивное загрязнение. Химическое загрязнение тяжелыми металлами является следствием низкой ассимиляционной способности морских и наземных экосистем и биоты. Многочисленные исследования экологии северных районов РФ показывают, что практически везде почвы, растения, животные, снега, морские льды и осадочные породы все больше аккумулируют тяжелые металлы. Из-за химического загрязнения свыше 200 рек региона, важных в коммерческом плане, потеряли свои рыбные запасы. Это особенно заметно в Кольском заливе и других районах Российской Арктики. Как и другие регионы мира, арктический регион РФ испытал сильное антропогенное влияние радионуклеидов вследствие использования ядерной энергии. Основной источник загрязнения - ядерные испытания. На Новой Земле (второй полигон таких испытаний находился в Семипалатинской области Казахской ССР) было проведено 132 испытаний, включая 87 атмосферных, 3 подводных и 42 подземных. Другой источник радиоактивного загрязнения - эксплуатация военно-морского (Кольский полуостров, Североморск в Белом море) и гражданского атомного флота, а также АЭС (на Кольском полуострове и в Билибино). Кольский полуостров имеет самую высокую в мире концентрацию ядерных реакторов [86, с. 16].

Важным последствием для Российской Арктики из-за расширенного экономического развития и потепления климата является биотическое загрязнение через биотическое вторжение и преднамеренное внедрение чуждых видов [181, с. 57]. В настоящее время в рамках федеральной целевой программы "Экологическая безопасность России на 2012-2020 гг." планируются меры по улучшению экологической ситуации, в том числе в арктических районах. Так, с 2011 г. начнется реализация пилотных проектов по очистке островов архипелага Земля Франца-Иосифа и Арктической зоны Российской Федерации [241].

В Арктике Россия преследует также очень важные военные, геостратегические и геополитические цели. На Кольском полуострове (Мурманская область) создана мощная оборонная инфраструктура страны, особенно военно-морского назначения. Здесь базируется наиболее мощный из флотов России - Северный, подводные силы которого играют важнейшую роль в обеспечении национальной, военной и экономической безопасности страны в целом и в арктическом бассейне, в частности. С подводных позиций на северо-востоке Баренцева моря можно поразить большинство важных целей в мире, поскольку здесь пролегают кратчайшие траектории для баллистических ракет в любое полушарие Земли [18, с.9].

Присутствие Военно-морского флота в регионе обосновано с точки зрения охраны морских коммуникаций РФ, защиты ее государственных границ, сдерживания и контроля акций военных сил НАТО. Российский военный теоретик В. Синецкий справедливо писал: "Теоретически, уважение государственного суверенитета представляет собой фундаментальный принцип международного права. Практически, для большинства государств формальный суверенитет и равенство в международных отношениях оборачиваются отношениями господства и силового подчинения, а далее и политической зависимостью от более сильных держав. Из данного сценария вытекает правило: страна может реализовать свой суверенитет настолько, насколько способна его защищать" [242, с. 77]. "Военно-Морской Флот, - подчеркивается в Морской доктрине РФ, - является главной составляющей и основой морского потенциала государства, одним из инструментов его внешней политики. ВМФ предназначен для обеспечения защиты интересов РФ и ее союзников в Мировом океане военными методами, а также для поддержания военно-политической стабильности в прилегающих к ней морях, военной безопасности с морских и океанских направлений" [73, с. 20]. ВМФ РФ осуществляет следующие задачи:

- сдерживание от применения военной силы или угрозы ее применения в отношении Российской Федерации;

защиту военными методами российского государственного суверенитета (распространяющегося за пределы сухопутной территории на внутренние морские воды и территориальное море), суверенных прав в исключительной экономической зоне и на континентальном шельфе, а также свобод открытого моря;

создание и поддержание условий для обеспечения безопасности национальной морехозяйственной деятельности в Мировом океане;

военно-морское присутствие в Мировом океане путем демонстрации флага и военной силы, визиты кораблей и судов ВМФ, участие в проводимых мировым сообществом военных, миротворческих и гуманитарных акциях, отвечающих российским интересам.

К национальным интересам РФ в Мировом океане относятся:

- незыблемость суверенитета РФ, распространяющегося на внутренние морские воды, территориальное море, а также на воздушное пространство над ними, на дно и недра;

обеспечение суверенных прав и юрисдикции РФ, осуществляемых в исключительное экономической зоне и на континентальном шельфе России в целях разведки, разработки и сохранения природных ресурсов,т как живых, так и неживых, находящихся на дне, в его недрах и в покрывающих водах, управления этими ресурсами, производства энергии путем использования воды, течений и ветра, создания и использования искусственных островов, установок и сооружений, морских научных исследований, защиты и сохранения морской среды;

свобода открытого моря, включающего свободу судоходства, полетов, рыболовства, научных исследований, свободу прокладывать подводные кабели и трубопроводы;

охрана человеческой жизни на море, предотвращение загрязнения морской среды, обеспечение контроля и функционирования жизненно-важных морских коммуникаций, созданий условий, способствующих извлечению выгоды от морской хозяйственной деятельности населением РФ, особенно ее приморских регионов, а также государством в целом [242, с. 78].

Новые импульсы арктической политике России придают климатические изменения в регионе. Интерес к Арктике, писал С. Анисимов, проявился неспроста. Глобальное потепление, таяние льдов открывают доступ к новым удобным путям судоходства и залежам полезных ископаемых. К примеру, только шельф Баренцева моря, по которому уже договорились Москва и Осло, содержит более семи миллиардов тонн условного топлива. Очистка акватории Северного Ледовитого океана ото льдов в результате потепления актуализирует, прежде всего, проблему определения правового статуса богатых залежами нефти и газа хребтов Ломоносова и Менделеева []. Сегодня, когда подавляющая часть морских пространств Арктики скована льдами, ни одна страна мира не обладает технологиями, способными добывать здесь нефть и газ. И все же борьба различных стран за арктические богатства разгорается. Поэтому Россия в последнее десятилетие настойчиво наращивает свои усилия по обоснованию претензий в отношении хребта Ломоносова и Менделеева. Правда, ратификация Российской Федерацией Конвенции 1982 г. затруднила стране реализацию своих арктических амбиций и планов: ведь Россия могла претендовать только на 200- мильную экономическую зону, в лучшем случае - на 350-мильную. Тем не менее, в 2001 г. Россия заявила претензии на значительную часть Арктики. Согласно международному праву, соответствующая заявка была подана в Комиссию ООН по границам континентального шельфа [17, с. 23-31]. В заявке Россия требовала закрепить за ней обширные участки Арктики общей площадью около 1,2 млн. квадратных километров. При этом Россия ссылалась на то, что хребты Ломоносова и Менделеева являются естественным продолжением и составной частью шельфа евразийского материка - Сибирской платформы. В 2002 г. российскую заявку после рассмотрения отклонили, но вместе с тем потребовали предоставить дополнительные геологические доказательства. Это сложная работа, поскольку предстояли новые замеры глубин и картографирование морского дна, изучение его геофизического строения [243]. При наличии необходимых доказательств Россия может заявить о своих претензиях на треугольник Мурманск-Чукотка-Северный полюс, где залегают огромные месторождения нефти и газа. Для сбора доказательств в 2007 г. российские власти организовали арктическую экспедицию. С помощью батискафов "Мир-1" и "Мир-2" была взяты пробы грунта, а на дне Северного Ледовитого океана установили российский флаг. Несомненно, что за арктическими экспедициями и заявками на расширение российской эксклюзивной экономической зоны в Арктике стоят долгосрочные стратегические интересы России [29, с. 53]. Реакция приарктических последовала незамедлительно. Министр иностранных дел Канады охарактеризовал российскую экспедицию "возвратом в XV век". По-иному думают канадские ученые, которые назвали российскую акцию огромным скачком вперед. Кстати говоря, их монография в 2008 г. была признана лучшей общественно-политической книгой страны [244, с. 106].

В 2010 г. флагман исследовательского флота России "Академик Федоров", сопровождаемый ледоколом "Ямал", в течение нескольких месяцев сканировал эхолотом рельеф хребта Ломоносова и установил, что он является продолжением континентального шельфа РФ. Тем не менее, исследования будут продолжены, чтобы представить новую заявку в Комиссию ООН. Эти исследования требуют не только много времени но и крупных затрат. По некоторым оценкам, Россия потратит на подготовку новой заявки 50 млн. евро [246].

Видение будущего российской Арктики изложено в утвержденных президентом России Д. Медведевым 18 сентября 2009 г. "Основах государственной политики Российской Федерации в Арктике на период до 2020 года и дальнейшую перспективу". В документе отражены главные цели, основные задачи, стратегические приоритеты и механизмы реализации арктической политики РФ. В документе подчеркивается готовность РФ к уточнению границ арктической зоны РФ в соответствии с нормативными актами РФ, международными договорами и соглашениями, в которых участвует РФ. В фокусе документа - анализ основных национальных интересов РФ в Арктике. К ним относятся:

) использование Арктической зоны РФ в качестве стратегической ресурсной базы России, обеспечивающей решение задач социально-экономического развития страны;

) сохранение Арктики в качестве зоны мира и сотрудничества;

) сбережение уникальных экологических систем Арктики;

) использование Северного морского пути в качестве национальной единой транспортной коммуникации Российской Федерации в Арктике [74].

Государственная политика РФ в Арктике преследует несколько главных целей и стратегических приоритетов. Среди главных целей названы:

) в сфере социально-экономического развития - расширение ресурсной базы Арктической зоны РФ, способной в значительной степени обеспечить потребности России в углеводородных ресурсах, водных биологических ресурсах и других видах стратегического сырья;

) в сфере военной безопасности, защиты и охраны государственной границы Российской Федерации, пролегающей к арктической зоне Российской Федерации - обеспечение благоприятного оперативного режима в Арктической зоне РФ, включая поддержание необходимого боевого потенциала группировок войск (сил) общего назначения Вооруженных сил РФ, других войск, воинских формирований и органов в этом регионе;

) в сфере экологической безопасности - сохранение и обеспечение природной среды Арктики, ликвидация экологических последствий хозяйственной деятельности в условиях возрастающей экономической активности и глобальных изменений климата;

) в сфере информационных технологий и связи - формирование единого информационного пространства РФ в ее Арктической зоне с учетом природных особенностей;

) в сфере науки и технологий - обеспечение достаточного уровня фундаментальных и прикладных научных исследований по накоплению знаний и созданию современных научных и геоинформационных основ управления арктическими территориями, включая разработку средств для решения задач обороны и безопасности, а также надежного функционирования систем жизнеобеспечения и производственной деятельности в природно-климатических условиях Арктики;

) в сфере международного сотрудничества - обеспечение режима взаимовыгодного двустороннего и многостороннего сотрудничества РФ с приарктическими государствами на основе международных договоров и соглашений, участницей которых является Российская Федерация.

Многообразны стратегические приоритеты государственной политики РФ в Арктике. Среди них - активное взаимодействие РФ с приарктическими государствами по вопросам разграничения морских пространств на основе международного права, международно-правового обоснования внешней границы Арктической зоны РФ, создание региональной системы поиска и спасения, укрепление в различном формате добрососедских отношений РФ с приарктическими государствами, в том числе по эффективному освоению природных ресурсов и сохранения экологии Арктики, содействие в организации и эффективном использовании транзитных и кроссполярных воздушных маршрутов в Арктике, использование Северного морского пути для международного судоходства в рамках юрисдикции РФ. В документы отражены также вопросы разграничения морских пространств в Северном Ледовитом океане, обеспечения взаимовыгодного присутствия РФ на архипелаге Шпицберген, совершенствования государственного управления развитием Арктики, улучшения качества жизни коренного населения и т.д.

Крупный раздел документа посвящен задачам и мерам по реализации арктической политики РФ. В социально-экономической сфере предусматривается проведение геолого-геофизических, гидрографических и картографических работ по подготовке материалов для обоснования внешней границы Арктической зоны РФ, обеспечение прироста балансовых запасов полезных ископаемых арктических морских месторождений, в том числе на континентальном шельфе, начало работ по освоению нефтяных месторождений в Арктической зоне РФ. Предстоит также осуществить разработку и внедрение новых видов техники и технологий для освоения морских месторождений полезных ископаемых и водных биологических ресурсов в арктических условиях, сформировать парк авиационной техники и судов рыбопромыслового флота, оптимизировать экономические механизмы "северного завоза", в том числе за счет государственной поддержки строительства судов ледокольного, аварийно-спасательного и вспомогательного флотов, а также береговой инфраструктуры и прочее. Заслуживают внимания меры по реализации планов социально-экономического развития. Это государственная поддержка хозяйствующих субъектов, осуществляющих деятельность в Арктической зоне РФ (освоение углеводородных, водных биологических ресурсов и прочее), финансирование проектов хозяйственного освоения арктических районов, модернизация объектов социальной инфраструктуры, подготовка и переподготовка специалистов для работы в арктических условиях, развитие образовательных программ для коренного населения Арктической зоны РФ, развитие туризма и прочее.

В сфере военной безопасности, защиты и охраны государственных границ РФ, прилегающих к Арктической зоне РФ, предполагается создать в Арктической зоне страны группировки войск (сил) общего назначения Вооруженных Сил РФ, других войск, воинских формирований и органов (в первую очередь пограничных органов), способных обеспечить военную безопасность в различных условиях военно-политической обстановки; оптимизировать систему комплексного контроля за обстановкой в Арктике, включая пограничный контроль в пунктах пропуска через государственную границу РФ; ввести режим пограничных зон в административно-территориальных образованиях Арктической зоны РФ и организовать инструментальный технический контроль за проливными зонами, устьями рек, лиманами на трассе Северного морского пути; привести возможности пограничных органов в соответствие с характером угроз и вызовов РФ в Арктике [74].

Реализация государственной политики РФ в сфере военной безопасности предусматривает принятие конкретных мер, в частности, создание системы береговой охраны ФСБ РФ в Арктической зоне РФ, повышение эффективности взаимодействия с пограничными ведомствами сопредельных государств по вопросам борьбы с терроризмом на море, пресечения контрабандной деятельности, незаконной миграции и т.д.

В сфере экологической безопасности предусматривается сохранение биологического разнообразия арктической флоры и фауны с учетом национальных интересов РФ и необходимости сохранения экологии региона в условиях экономической деятельности и глобальных климатических изменений; плановая утилизация судов с ядерными энергетическими установками и т.д.

В сфере информационных технологий - это внедрение современных ИКТ связи, телерадиовещания; управление движением судов и полетами авиации; проведения площадных съемок ледового покрова; создания системы оказания навигационных, гидрометеорологических и информационных услуг, которые бы обеспечили эффективный контроль различных видов деятельности в Арктике; применение навигационной спутниковой системы ГЛОНАСС и пр.

В сфере науки и технологий предусматривается внедрение новых технологий, в частности, для очистки территорий островов, прибрежных зон и акваторий арктических морей от антропогенных загрязнений, реализация программы РФ по развитию научно-исследовательского флота страны, проведение исследований в области глубоководной деятельности и гидронавтики и прочее. Что касается научных исследований, то в документе называется ряд мер, в том числе обоснование долгосрочных перспектив развития различных видов деятельности в Арктике, прогноз и оценка последствий глобальных климатических изменений в Арктической зоне РФ, проведение исследований в области истории, культуры и экономики региона и т.д.

В документе также определены основные механизмы реализации Арктической политики РФ. Субъектами этой деятельности признаются заинтересованные федеральные органы исполнительной власти, органы государственной власти субъектов РФ и местного самоуправления, коммерческие и некоммерческие организации и т.д.

Важнейший (заключительный) раздел документа посвящен проблеме реализации арктической политики РФ. Она будет реализована в три этапа. На первом этапе (2008-2010 гг.) предусматривалось проведение геолого-геофизических, гидрографических, картографических и других работ по подготовке материалов для обоснования внешней границы Арктической зоны РФ, расширение международного сотрудничества, в том числе для освоения природных ресурсов в Арктическое зоне РФ, реализация целевых программ в регионе и прочее.

На втором этапе (2011-2015 гг.) предстоит обеспечить международно-правовое оформление внешней границы Арктической зоны РФ, что обеспечит стране конкурентные преимущества по добыче и транспортировке энергетических ресурсов. В эти годы намечено решить задачу структурной перестройки экономики Арктической зоны РФ, используя при этом минерально-сырьевую базу и водные биологические ресурсы региона. Одновременно предстоит создать и развивать инфраструктуру и систему управления коммуникациями Северного морского пути в целях обеспечения евразийского транзита и т.д.

На третьем этапе (2016-2020 гг.) Арктическая зона РФ должна стать ведущей стратегической ресурсной базой страны, что позволит ей сохранить роль ведущей арктической державы [74].

В концептуальном плане документ представляет собой компромисс между двумя подходами: 1) ультралиберальным (господствующие в 90-е г. представления о непреодолимых трудностях в развитии Севера России, неконкурентоспособности этого региона и т.д.) [248] и 2) национально-патриотическим, требовавшим немедленной масштабной переориентации всего вектора развития России на новой технологической основе и системной эксплуатации, воплощения в жизнь даже порой фантастических проектов [26, с. 57].

Анализ интересов России в арктическом регионе выявляет их наиболее существенные аспекты, в том числе связанные с созданием новой ресурсной базы страны, защитой суверенитета и национальной безопасности, развитием социально-экономической инфраструктуры северных районов, сохранением природной среды, развитием международного сотрудничества и т.д. Арктическая политика России является важнейшим условием и потенциалом коренной трансформации геополитического положения и статуса страны. Новые возможности мореплавания (навигационные, операциональные и т.д.) в Арктическом бассейне для торгового, пассажирского и военно-морского флотов России превратят ее из континентального государства в мощную морскую державу. Не случайно, дореволюционный российский флотоводец и океанограф С.С. Макаров называл Россию зданием, своим фасадом развернутым к Северному Ледовитому океану.

Очевидно и другое: реализация целей и задач арктической политики России потребует огромных усилий, крупных материальных и финансовых затрат. Например, по зарубежным оценкам, Россия нуждается в строительстве примерно 1800 судов различного класса и назначения [86]. Немаловажным фактором, как нам представляется, является своевременность и оперативность управленческих решений на различном уровне, включая федеральный, региональный и местный. Мы даже склонны считать организационно-административные меры наиболее важными среди других факторов реализации арктической политики РФ, поскольку осуществление, скажем, некоторых национальных проектов свидетельствует о пробуксовке мероприятий главным образом в административном плане, вызванных стремлением чиновников различного ранга и уровня использовать федеральные и региональные средства нецелевым образом, а решение проблем затянуть. Проблема имеет и временной аспект, так как серьезные виды на Арктический регион настойчиво заявляют другие приарктические государства. Поэтому Россия должна использовать свой исторический шанс сполна.


.3 Арктические интересы Канады, Норвегии, США и Дании


Канада. Наряду с Российской Федерацией, она является крупнейшим арктическим государством. Значение арктических районов для Канады трудно переоценить. По словам министра иностранных дел Канады Л. Кэннона, Арктика является важной частью истории и национальной идентичности канадцев <…> поэтому она составляет высший приоритет внешней политики страны [249]. Канадская морская Арктика охватывает обширные водные пространства. Они расположены на севере страны от моря Бофорта на западе до залива Баффина на востоке и на юг до 60? северной широты. Канадский Арктический архипелаг простирается по долготе на 1900 километров от материковой Канады до северной оконечности острова Эллесмер. С запада на восток Канадский Арктический архипелаг простирается почти на 2400 километров от острова Бэнка (западная часть) до острова Баффина (восточная часть). Площадь этого, грубо говоря, треугольника, составляет примерно 2,1 млн. квадратных километров [250, с. 24]. Арктические районы Канады играют важную роль в социально-экономической жизни страны. Но в политическом плане северные территории страны в течение многих лет находились на периферии. Конец "холодной войны", годы которой были осложнены серьезными помехами для сотрудничества арктических государств и взаимодействия коренных народов региона, оживил в приполярных районах контакты и многообразную деятельность. В значительной степени этим процессам способствует растущее глобальное понимание актуальности проблем экологии в регионе. Активную позицию относительно экологических, экономических, культурных и иных вопросов занимают коренные народы приполярных областей.

Основные интересы, цели и задачи Канады в Арктике были первоначально изложены в политическом документе "Северное измерение внешней политики Канады", подготовленного Департаментом иностранных дел и международной торговли [251]. Этот документ стал результатом длительной работы, продолжительных консультаций и дискуссий в Канаде, которые инициировал доклад постоянного комитета палаты общин по иностранным делам и международной торговле "Канада и приполярный мир: сотрудничество в XXI веке как средство противодействия вызовам". В различных консультациях участвовал министр иностранных дел Л. Эксуорт, эксперты - участники "круглого стола" в декабре 1998 г., члены раунда консультаций в 1999 г., встречи Л. Эксуорта со своими коллегами из стран-участниц Арктического Совета, встречи премьер-министра Канады Ж. Кретьена с президентом Финляндии и Председателем Евросоюза М. Ахтисаари в декабре 1999 года [251].

Прежде всего в "Северном измерении" затрагивается одна из серьезных проблем внутренней политики страны, точнее сказать, проблема Северо-Западных территорий. 1 апреля 1999 г. эта территория была разделена на две самостоятельные части, что привело к созданию Нунавута - знакового достижения в политическом развитии Канадского Севера, отразившего стремление аборигенного населения страны к самоуправлению. В соответствии с Планом действий аборигенов Канады, федеральное правительство должно содействовать процессу политического, экономического и культурного обновления Севера. Передача власти и обновление, говорится в "Северном измерении", должны сопровождаться стратегией внешней политики на Севере. Это увеличивает возможности северных сообществ, поддерживает их усилия по успешному управлению вызовами, которые несет Север. Необходимость такой стратегии подтверждается двумя примерами. Во-первых, потребность мира в северных ресурсах Канады. Во-вторых, влияние климатических изменений на потенциальное использование Северо-Западного прохода (СЗП). В этой связи в документе отмечается открытие СЗП для судоходства в течение нескольких месяцев в году. Климатические изменения сказываются также на количестве полетов над Арктикой, что подтверждается их динамикой: если в 1995 г. было зафиксировано около 85 тыс. перелетов; в последующие годы их число ежегодно возрастало от 3 до 5%. В случае открытия Россией своего северного воздушного пространства для международных перелетов, их число значительно возрастет, а соответственно - риск инцидентов, экстренных посадок, необходимость проведения поисково-спасательных операций. Последствием открытости Севера, говорится в документе, будет увеличение потенциала туризма, новых северных транспортных путей и экономических возможностей для Севера [251]. Впрочем, "Северное измерение" признает дополнительное давление на устойчивое управление природными ресурсами, окружающей средой, социально-экономическим развитием. Особо следует отметить намерение Канады обеспечить с помощью инструментов международной и приарктической политики реализацию собственных арктических интересов. Стране предлагается путем оценки интересов, вызванных процессом обновления Севера, превратить их в источники международного влияния [251]. Этот процесс потребует участия аборигенов и территориальных властей в реализации северной вешней политики Канады. Большую поддержку политике должна оказать исследовательская сеть, обладающая важными знаниями и опытом. Серьезное значение в программном документе Канады придается международному контексту, точнее сказать, растущему сотрудничеству арктических государств. По мнению авторов документа, гетерогенный уровень развития, интересов и видения проблем среди арктических государств в сочетании с богатейшими ресурсами региона может увеличить потенциал напряженности на Севере. Но в тоже время вызовы региону вынуждают все арктические государства продвигаться вперед с целью создания сообщества интересов. С точки зрения экономических и социальных перспектив, Севера может стать важным фактором мировой политики. Как положительный факт сотрудничества приарктических государств в документе отмечается создание Арктического Совета. Признавая общность многих вызовов, проблем и возможностей в регионе, документ предлагает расширять сотрудничество в Арктическом Совете с целью создания приарктического сообщества, способного совместно решать региональные и глобальные проблемы. В конечном счете, подчеркивают разработчики документа, необходим сильный институциональный формат углубления сотрудничества правительств северных стран, аборигенов, промышленности и неправительственных организаций по реализации конкретных инициатив. Такой прогресс будет ответом на общие вызовы в Арктике, вызовы, которые не может самостоятельно контролировать ни одно государство.

В качестве инструментов сотрудничества в документе называются также Нордический Совет, Совет морских государств Балтии, Евроарктический Совет по Баренцеву морю и "Северное измерение" Плана акций Европейского союза, принятого в июне 2000 г. Вышеназванные инструменты и инициативы озабочены вопросами стабильности северной России, а также устойчивого развития и защиты окружающей среды всей Арктики. Защита уязвимых приполярных экосистем от деградации и трансграничного воздействия признаются жизненно-важной сферой международного сотрудничества. Научно доказано, что Арктика действует как глобальная "сточная труба" для загрязнителей, включая органические. Они переносятся на огромные расстояние водными и воздушными потоками, попадают в животный и растительный мир Арктики, которые являются источниками питания для коренных народов приполярья. Мировое сообщество признает необходимость сокращения и исключения переноса загрязнителей. По этим проблемам Канада имеет соглашение с США и сотрудничает с Норвегией [251].

Канада внесла весомый вклад в повестку обсуждения и решения проблем Арктики за счет:

- своего опыта в развитии северных институтов, функционирования местных сообществ, работы с аборигенами и другими жителями Арктики;

больших достижений в научном исследовании Арктики и экологических технологий;

большого потенциала в телекоммуникациях и информационных технологиях; политический арктика углеводородный циркумполярный

инновационного подхода в сфере управления, в том числе природными ресурсами в Арктике;

значительного опыта сотрудничества с Российской Федераций по арктическим проблемам.

С учетом этих обстоятельств, сближения территорий и интересов в приполярье, Канады, как подчеркивается в документе, получает уникальную возможность укрепить свою северную идентичность. Арктика - это ареал международных отношений и Канада может принести региону пользу. По словам разработчиков "Северного измерения", дальновидная внешняя политика Канады обеспечит ей средства и возможности утвердиться в качестве "мостостроителя" [251]. В контексте внутренней и внешней политики, а также с учетом опыта, потенциала и роли Канады, перед страной ставятся следующие задачи:

повысить безопасность и процветание своих граждан, особенно проживающих в северных районах, и аборигенов;

- утвердить и обеспечить сохранение суверенитета Канады на Севере;

развивать приполярный регион как геополитическую целостность, интегрированную в международную систему, основанную на праве;

содействовать человеческой безопасности жителей Севера и устойчивому развитию Арктики.

Реализовать эти цели Канада надеется с помощью инициатив и международных встреч. Внешняя политика страны в Арктике фокусируется на 4-х приоритетных проблемах: поддержка деятельности Арктического Совета; участие в расширении международной поддержки северных регионов России; реализация потенциала Университета Арктики и развитие исследовательской сети по ее изучению; содействие устойчивому развитию, используя экономические и торговые возможности во всем приполярном регионе.

Рассмотрим подробнее приоритетные сферы внешней политики Канады. Касаясь деятельности Арктического Совета, "Северное измерение" рассматривает его как основной инструмент приполярного сотрудничества. Уникальность Арктического Совета в том, что он обеспечивает непосредственное участие в своей работе жителей северных регионов, прежде всего аборигенов. Впервые коренные народы в качестве постоянных членов Арктического Совета играют важную роль в его деятельности. Поэтому предлагались меры по повышению эффективности участия аборигенов Севера в работе Арктического Совета. Документ нацеливает Канаду на улучшение деятельности Арктического Совета, усиление его связей с другими форумами, занимающихся арктической проблематикой.

Решение проблем Арктики невозможно без наращивания соответствующих знаний. В этом плане "Северное измерение" предусматривало расширение возможностей приполярного университета Арктики, что способствует, помимо прочего, развитию дистантного обучения, где Канада имеет большой опыт. Одновременно предусматривались меры по укреплению исследовательской сети, способствующей усилению потенциала общения канадских экспертов друг с другом и с коллегами из приполярных стран. Правительству Канады рекомендовалось развивать сотрудничество с провинциями, территориями, различными фондами, частным сектором и т.д. Предлагался также ряд специальных инициатив, включая развитие программ дистантного обучения в университете Арктики, расширение студенческих обменов, содействие молодежной занятости, финансирование деятельности исследовательских сетей и прочее.

Особый приоритет внешней политики Канады - отношения с Россией. Признается ее роль как фактора стабильности международной системы и одновременно значение Севера для стабильности Российской Федерации [251]. Вкратце проанализировав проблемы России 90-х гг. в сфере экологии, жизнедеятельности коренных народов и т.д., разработчики документа особо подчеркнули исторический интерес Канады к процветанию и безопасности Российской Федерации. Российский Север, говорится в документе, важен для Канады; он является ключевым элементом "Северного измерения" внешней политики Канады. Арктическая идентичность Канады и России служит надежной базой приполярного сотрудничества, тем более, что они связаны рядом соглашений, в том числе в сфере научного и экономического развития, экологии и коренных народов.

Актуальными признаются проблемы устойчивого развития экономики и торговли в канадской Арктике и во всем приполярном регионе. Эти проблемы предлагалось решать с учетом хрупкой экологии региона. Поэтому важным элементом внешней политики Канады на севере признается содействие анализу и менеджменту/мониторингу существующих здесь режимов. "Северное измерение" Канады добивается, среди прочего:

обсуждения с Арктическим Советом проблемы расширения приполярной транспортной инфраструктуры (например, полярных авиамаршрутов, внутриарктического судоходства), сокращение транспортных расходов;

содействия торговле и инвестициям в приполярном регионе;

создания приполярной Торговой палаты и контактной сети с Северным форумом;

изучения совместно с территориальными правительствами Канады потенциала экотуризма.

В контексте проблем Арктики разработчики документа признали важность диалога с гражданским сектором. Такой диалог предлагается вести в рамках Северного Форума, различных неправительственных организаций, например, Всемирного Фонда по сохранению дикой природы и т.д.

Большой аналитический интерес представляет новейший документ правительства Канады по арктическим аспектам своей внешней политики [80]. Сравнивая содержание и оценки данного документа с предыдущим, нельзя не обратить внимания на более резкие формулировки правительственного Заявления, касающиеся суверенитета страны над своими арктическими регионами. Прежде всего, излагаются основания этого суверенитета: историческое право, в частности, проживание здесь с незапамятных времен инуитов и других аборигенов, повседневное управление социально-экономическим развитием региона, достижения арктической науки и исследований, защита окружающей среды, действия вооруженных сил, береговой охраны и Королевской канадской конной полиции. С 2007 г. Канада усилила меры по реализации своих суверенных прав в регионе. В этой связи перечисляются защита и патрулирование канадских арктических земель, морского и воздушного пространства, строительство мощного ледокола и патрульных судов, расширение численности и потенциала своих рейнджеров, набираемых преимущественно из аборигенов, которые обеспечивают военное присутствие и являются - буквально по тексту! - "глазами" и "ушами" страны в ее отдаленных районах [252]. Кроме того, в одном из северных районов введен в строй тренинговый центр канадских ВВС [80, с. 8].

В документе подчеркивается также необходимость дальнейшего сотрудничества с США по мониторингу и контролю северного воздушного пространства при помощи НОРАД (американо-канадское Командование по аэрокосмической обороне Северной Америки) [207, с. 17]. В рамках совместной ответственности в отношении трансграничных вызовов Канада сотрудничает с США и Данией. Таким образом, Канада усиливает потенциал своего присутствия в регионе и имеет возможность лучше реагировать на непредвиденные события.

Заявление правительства Канады отчетливо определяет три приоритетные сферы интересов в Арктике:

) решение пограничных споров;

) обеспечение полного международного признания обширного континентального шельфа страны, где она может реализовать свое суверенное право над ресурсами морского дна*;

) управление Арктикой и относящимися к ней проблемами, такими как общественная безопасность.

Весьма примечательна официальная позиция Канады по проблеме безопасности и управления Арктикой. Ее правительство отрицает право не арктических государств вмешиваться в управление регионом. Признавая их вклад в будущее развитие Арктики, Канада категорически не приемлет любые предложения о необходимости фундаментального реформирования структур управления или правового регулирования, в том числе в связи с климатическими измерениями. Заслуживает внимания беспокойство Канады в связи с таянием арктических льдов, интенсификацией судоходства, туризма и экономической деятельностью в арктических водах. Канада предложила всем приарктическим государствам незамедлительно готовиться к усилению судоходства в регионе со всеми его негативными последствиями [253, с. 6]. Первостепенное значение придается региональным решениям, которые должны опираться на внутреннее законодательство приарктических государств. В правительственном Заявлении актуализируются также вопросы реагирования на чрезвычайные ситуации в регионе, усиления потенциала поисково-спасательных операций, борьбы с организованной преступностью, контрабандой наркотиков и людей [80, с.8].

Приоритетной сферой для Канады по-прежнему остается содействие социально-экономическому развитию Арктики, его аборигенного населения. Потенциал для этого, как подчеркивается в Заявлении, есть. Это производство алмазов (3-е место в мире) и огромные запасы нефти (1/5 всех мировых запасов). Благодаря этому Канада осуществляет крупные инвестиции в энергетику и минеральный потенциал Севера. Кроме того, правительство реализует меры по развитию инфраструктуры, включая жилищное строительство, поддерживает занятость и традиционные ремесла коренного населения. Социально-экономическая стратегия Канады в Арктике на ближайшее время видится следующим образом. Во-первых, это меры по созданию необходимых международных условий для устойчивого развития Арктики. Среди них - понимание возможностей и вызовов развития арктической энергетики и ресурсов, признание важности сотрудничества с другими приарктическими государствами, обеспечение безопасности судоходства в Северо-Западном проходе и прочее.

Во-вторых, поиск торговых и инновационных возможностей в интересах благополучия жителей канадского Севера и всех канадцев (укрепление торговых связей с арктическими государствами, частным примером чего является имплементация соглашения о свободной торговле со странами Европейской ассоциации свободой торговли, включая Норвегию и Исландию и т.д.).

В-третьих, поощрение повышения понимания человеческого измерения Арктики в целях улучшения жизни северян (деятельное участие в работе Арктического Совета, меры по улучшению здоровья жителей Севера, уважение традиционного образа жизни аборигенов, защита промысла тюленей и белого медведя и т.д.) [80, с. 16].

Традиционно правительство Канады озабочено защитой природной среды Арктики. Опустив детали и причины климатических изменений в регионе, которые излагаются в Заявлении, а также инициативы страны по сохранению экологии Арктики, проанализируем некоторые соответствующие канадские предложения и рекомендации. В первую очередь речь идет об управлении национальной и международной деятельностью в Северном Ледовитом океане и на арктических землях на основе интегрированного и всестороннего подхода, обеспечивающего необходимый баланс между сохранением природы, устойчивым пользованием и экономическим развитием, что принесет, как подчеркивается в документе, выгоды пользователям и всей экосистеме в целом. Международное измерение природно-охранной деятельности, по мнению канадских властей, должно включать следующие аспекты: содействие управлению экосистемой совместно с другими арктическими государствами; вклад и поддержка международных усилий по изучению климатических изменений в Арктике; повышение сотрудничества по решению других международных проблем в Арктике, включая соблюдение и укрепление международных стандартов; укрепление арктической науки и наследия Международного Полярного Года.

Рассмотрим некоторые детали вышеназванных аспектов. Канада, говорится в документе, идентифицировала экологически важные морские виды в море Бофорта на основе сотрудничества с правительствами, бизнесом и местными сообществами. Экологическая деятельность правительства Канада охватывает также вопросы управления живыми арктическими видами, которые пересекают национальные границы (карибу, полярные медведи, арктические птицы). Такая деятельность соответствует международным конвенциям и соглашениям таким, как Конвенция ООН о биологическом разнообразии, Договор о миграции птиц, Соглашение о сохранении белого медведя. В документе декларируется намерение правительства Канады продолжить создание наземных и морских охранных зон и проводить мониторинг биоразнообразия и экологического состояния Арктики.

Важным представляется намерение Канады активно содействовать и поддерживать международные усилия по климатическим изменениям в Арктике, включая вопросы снижения их влияния и адаптации к ним, а также признание необходимости глобального решения глобальных климатических вызовов. В частности, Канада обязывается сокращать эмиссию парниковых газов чрез настойчивые акции по созданию экономики, которая снизит использование углеводородов. В Заявлении поднимается проблема краткосрочных факторов климатических изменений и поддерживается создание в формате Арктического Совета специальной группы, которой предстоит идентифицировать существующие и новые меры по сокращению эмиссии газов из группы краткодействующих [80, с. 20].

Канада будет наращивать свои усилия по решению актуальных проблем экологии и участвовать в переговорах по международному режиму доступа к генетическим ресурсам Арктики. Исследователи многих стран мира проявляются интерес к таким ресурсам, обнаруженных к экстремальной среде аналогичной арктическим. Канада также намерена укреплять арктическую науку и наследие Международного Полярного Года. Задача арктической науки Канады заключается, как подчеркивается в Правительственном Заявлении, в обеспечении знаний, необходимых для принятия решений в сфере внутренней и внешней политики. Учитывая задачи арктической науки, правительство Канады планирует создать новую мирового класса исследовательскую станцию в высокоширотной Арктике.

Следующий раздел Заявления посвящен проблемам самоуправления народов канадского Севера. Федеральное правительство намерено реализовать положения Декларации ООН о правах коренных народов, исходя из Конституции и законодательства Канады. В последние десятилетия правительства северных территорий и провинций получили значительные полномочия во многих сферах. Помимо других способов, такой способ, подчеркивается в Заявлении, позволяет Канаде реализовать в Арктике свой суверенитет. В своих северных районах федеральное правительство апробирует серию инновационных консультативных подходов по управлению страной. Правительство страны особо подчеркивает роль и значение внешней политики Канады в Арктике как фактора поддержки внутренних мер по улучшению управления на Севере. В этой связи отмечаются следующие инструменты влияния:

) участие представителей коренных народов страны в определении канадской политики по проблемам Арктике через возможности Канадского комитета по арктическим вопросам, постоянно действующих организаций аборигенов и т.д.;

) правительственная поддержка, в том числе финансовая, организаций коренных народов Канады с целью усиления потенциала их участия в работе Арктического Совета. Кроме того, правительство будет поощрять другие государства - члены Арктического Совета поддерживать аналогичным образом собственные организации коренных народов;

) предоставление канадской молодежи возможности участия в диалоге по проблемам Арктики.

В правительственном документе не обойдена вниманием проблема международного сотрудничества. Растущая важность Арктики требует от Канады повышать свой потенциал отстаивания приоритетов на международной арене. Решение этих проблем видится через двусторонние отношения с соседними приарктическими государствами, использование региональных механизмов и многосторонних организаций. В качестве главного партнера Канады в Арктике признаются США. Обоим государствам предстоит тесно сотрудничать по вопросам моря Бофорта, арктической науки, аборигенов и других жителей Севера и т.д. Канада также выразила готовность сотрудничать с Российской Федерацией, Норвегией, Данией, Швецией, Финляндией и Исландией в сфере торговли, транспорта, защиты окружающей среды, эксплуатации природных ресурсов, управления океаном, адаптации к климатическим изменениям и т.д.

Основой такого сотрудничества, которую Канада будет отстаивать, говорится в документе, должны быть учет перспектив, знание интересов коренных народов и суверенитет арктических государств. Кроме того, по мнению правительства Канада, необходимо добиваться признания того, что арктические государства лучше всех могут осуществлять лидерство по управлению регионом. Должное внимание в документе уделено вопросам совершенствования деятельности Арктического Совета, который должен соответствующим образом реагировать на возможности и вызовы Арктики.

В заключительной части Заявления подчеркивается роль арктической внешней политики Канады, ответственность страны в отношении своих арктических вод и земель, отстаивании национальных интересов в Арктике. Сотрудничество, дипломатия и уважение международного права являются для Канады наиболее предпочтительным подходом в арктическом регионе, -резюмирует правительство страны.

Норвегия заявила о своих интересах в арктическом региона раньше главных лидеров мировой политики - России и США. Норвегия по своей географии является приарктическим государством. Ее территории в высокоширотной Арктике включают архипелаг Свальбард (группа островов в Северном Ледовитом океане) и остров Ян Гайен в Норвежском море. Арктическая часть страны находится севернее 65?северной широты. Арктические интересы Норвегии охватывают проблемы экономики, промышленности, рыболовства, коренных жителей - саамов, обеспечения национальной безопасности и т.д. Норвегия имеет крупные месторождения нефти (Статфьерд, Гюльфакс, Осеберг и Экофиск), а также других природных ресурсов, например, меди, цинка, свинца, никеля, молибдена, серебра и прочее.

Основные цели и задача Норвегии, которая, наряду с Данией, является младшим игроком в Арктике [8, с. 50], изложены в правительственном документе [78]. Отметим, что правительство страны признает развитие своих северных регионов в качестве значительного проекта для Норвегии и всего Крайнего Севера Европы. Прежде всего, в документе констатируется важность для внешней политики Норвегии предсказуемости и долгосрочности действий в арктических регионах, что было присуще стране в течение многих десятилетий. Норвегия, говорится в документе, которая намерена твердо отстаивать свой суверенный контроль над использованием ресурсов, в тоже время открыта для поиска новых форм сотрудничества. Отчетливо декларируется задача усиления внимания к защите общеизвестных интересов Норвегии, развития сотрудничества с Россией, налаживания ответственного управления ресурсами, охраны окружающей среды и решения проблем климатических изменений. В документе признается политический аспект северных регионов, т.е. различные механизмы сотрудничества стран Северной Европы, отношения с США и Канадой в рамках Арктического Совета, а также отношения с Евросоюзом в рамках "Северного измерения". Интерес к северным регионам власти Норвегии объясняют не в последнюю очередь процессами в сфере экологии и энергетики. Эти же проблемы находятся в центре дискуссий Норвегии с Евросоюзом, США, Германией, Францией, Канадой и скандинавскими странами. Особую значимость для Норвегии имеет тот факт, что 2/3 неразведанных энергоресурсов залегают в норвежской части шельфа Норвежского и Баренцева морей [17, с. 21]. Невозможно отказать норвежцам в том, что, по их мнению, для многих стран энергетические вопросы все больше становятся частью политики безопасности.

Другой аспект арктической политики Норвегии - климатические изменения. Вкратце излагая общеизвестные факты потепления в Арктике и их последствия для коренных народов региона, документ подчеркивает роль расширения международного сотрудничества по мониторингу состояния окружающей среды Арктики. В документе говорится о намерении страны соблюдать свои обязательства по Киотскому протоколу. Особое значение придается широкому использованию архипелага Свальбарда в качестве международного полигона по исследованию климатических изменений. Но такая работа должна базироваться на следующих принципах:

- последовательное и твердое отстаивание суверенитета Норвегии;

корректное соблюдение Договора о Свальбарде;

контроль за его выполнением на практике;

- сохранение спокойствия и стабильности в регионе;

- охрана уникальной дикой природы региона;

- поддержание норвежских поселения на архипелаге Свальбарда.

Норвегия придает важное значение диалогу с основными странами Запада по проблемам энергетики и экологии, стремится разъяснять свою позицию и свои интересы в арктическом регионе, находить новые сферы и формы сотрудничества. Должное внимание уделяется использованию всех возможностей региональных форумов, например Арктического Совета, развитию сотрудничества с институтами Евросоюза, Россией, США и т.д. Подчеркивая намерение превратить Баренцево море в море сотрудничества, Норвегия в то же время отметила конфликт интересов, связанных с использованием рыбных, а в будущем и нефтегазовых ресурсов в Баренцевом море. В повестке дня стоят проблемы ответственного управления ресурсами, сохранения биологического разнообразия и особо уязвимых экосистем.

Анализ документа позволяет сделать вывод о том, что Норвежские власти высоко оценивают собственные принципы управления ресурсами, которые основываются на сочетании активного государственного регулирования с соблюдением международного права и интересов международного сотрудничества. Хорошему управлению ресурсами и охраны окружающей среды Арктики, по мнению норвежцев, содействует деятельность международных нефтяных компаний и других бизнес-структур с большим опытом разработки богатств континентального шельфа. Заслуживает поддержки намерение Норвегии решать вопросы делимитации морских границ на основе международного морского права. Имеются в виду границы континентального шельфа между Свальбардом и Гренландией, а также в Норвежском море. Таким же образом предполагалось разграничить морские пространства в Баренцевом море с Россией. Эту проблему Норвегия рассматривала прежде всего с целью разведки и эксплуатации нефтегазовых месторождений. В конечно счете речь шла о том, какое из государств (Норвегия или Россия) получит право определять правовой режим спорных морских пространств.

Острой проблемой для Норвегии является преодоление существующих разногласий по поводу географических границ действия Договора о Свальбарде. Норвегия добивалась применения статьей Договора только к островам и территориальным водам; другие государства настаивали на более широком его географическом толковании, а именно: на морские пространства за внешней границей территориального моря. Сложившаяся ситуация вынудила Норвегию ввести вокруг Свальбарда временную рыбоохранную зону взамен полноценной экономической зоны [220, с. 14-17]. Право Норвегии на регулирование объемов вылова рыбы и осуществление юрисдикции на континентальный шельф в данном районе оспаривается Испанией, Россией и Исландией. Поэтому Норвегия как прибрежное государство, подчеркивается в документе, настаивает на праве в одностороннем порядке установить морские зоны вокруг Свальбарда и препятствовать вылову рыбы сверх квот. По данному вопросу Норвегия надеется на понимание со стороны своих оппонентов. Кроме того, при реализации внешней политики в арктическом регионе Норвегия рассчитывает на поддержку союзников и партнеров. Учитывая членство Норвегии в НАТО, бесспорно, имеются в виду другие члены Северо-Атлантического блока.

Особое место в документе отведено отношениям с Россией - этой центральной проблеме политики Норвегии в северных регионах. Отмечая крупные изменения в России в последние годы, в том числе бурное развитие экономики за счет больших доходов от энергетического сектора, разработчики документа не удержались от обвинений в адрес РФ по поводу прав и свобод человека. Норвегия почему-то заявляет о своем праве вести диалог с Россией по этим проблемам. Вместе с тем, по нашему мнению, заслуживает положительной оценки признание неизбежного участия России в управлении ресурсами Баренцева моря, в том числе нефтегазовыми. Норвежская сторона выступает также в пользу создания зон экономического и промышленного развития в приграничных районах обеих стран, сотрудничества по вопросам охраны труда, безопасности в море, ликвидации аварийных разливов нефти, проведения спасательных работ и т.д. [78].

Наряду с другими приарктическими государствами, Норвегия преследует военные цели в северном регионе. Анализ документа свидетельствует о том, что власти страны отводят своим вооруженным силам функцию поддержки деятельности гражданских властей на севере. Одна из главных задач вооруженных сил состоит в наблюдении и разведке в регионе, что должно обеспечить принятие общенациональных решений. Норвегия стремится получить полную картину развития в близлежащих регионах. Другая задача вооруженных сил Норвегии - отстаивание суверенитета и реализация полномочий по управлению ресурсами Арктики. Присутствие вооруженных сил, по мнению разработчиков документа, будет способствовать предсказуемости и стабильности в регионе, разрешению кризисных ситуаций на Севере. В частности, Береговая охрана Норвегии продолжит сотрудничество с региональными подразделениями Пограничной службы России в целях обеспечения контроля за рыбным промыслом в Баренцевом море. Норвегия заявила также о своем намерении сохранять и развивать присутствие на Севере (Тромсе и Сер-Варангер) сухопутных частей. Декларируется также необходимость поддерживать тесное военное сотрудничество со странами НАТО (главным образом через проведение военных учений и маневров). Во внешнеполитической повестке страны числится также задача развития военного сотрудничества с Россией.

Соединенные штаты Америки. США стали арктическим государством в 1867 г. после покупки российской Аляски. Эта межгосударственная сделка была оформлена договором "Об уступке Российских Северо-Американских колоний". Как отмечал канадский ученый Д. Фаранд, было очевидно, что предметом договора была только земля, а не земля вместе с морской поверхностью [20, с. 89]. Действительно, речь шла исключительно об уступке территории - Американского материка и прилегающих к ему островов: "Его Величество Император Всероссийский <…> обязуется уступить Североамериканским Соединенным Штатам <…> свою территорию <…> на Американском материке, а также прилегающие к ней острова. Сказанная территория заключается в ниже означенных границах" [16, с. 99] В соответствии с данным договором, сухопутные границы очерчивались следующим образом: все территории восточнее отходили США, а к России отходили все территории, расположенные западнее.

В XIX веке американцы пытались по-новому и, разумеется, в свою пользу толковать статьи Договора с целью изменения статуса территории, находившейся западнее линии, установленной Договором 1867 г. В частности, американский таможенный пароход "Томас Корвин" в 1881 г. пристал к берегу о. Врангель, а его экипаж переименовал остров и поднял над ним американский флаг. На эту и другие попытки игнорировать положения Договора 1867 г. Россия отреагировала отправкой в Чукотское и Восточно-Сибирское моря правительственной гидрографической экспедиции Б.А. Вилькицкого (1911 г.). Одним из последствий работы этой экспедиции стало известная нота МИД России к союзным и дружественным государствам, которая объявляла о суверенитете России над открытыми экспедицией островами, в том числе над о. Врангель.

Со временем интерес США к Арктическому региону постепенно усиливался. В частности, в начале 50-х гг. прошлого века с появлением у СССР бомбардировщиков дальнего действия, для которых территория вероятного противника стала досягаемой через Арктический бассейн, США озаботились вопросами военной безопасности. Для ее обеспечения, в частности, была развернута совместная американо-канадская система раннего электронного обнаружения "Дьюи" [207, с. 51]. Кардинальные изменения после "холодной войны", растущая глобальная взаимозависимость государств породили новые вызовы и возможности для Аляски, США и других государств мира [254, с.5]. В частности, глобальное потепление, включая Арктику, открывает новые возможности разведки и разработки нефтегазовых месторождений Крайнего Севера и судоходства в бассейне Северного Ледовитого океана. Последнее обстоятельство сулит серьезный выигрыш во времени и экономии топлива для судов, которые будут использовать акваторию Северного Ледовитого океана на маршрутах из Европы в страны Тихого океана. Не остаются равнодушным к новым транспортным и энергетическим возможностям Арктики США. Вот что говорил в этой связи министр обороны США Р. Гейтс, обращаясь к военнослужащим на Аляске: "Соревнование за ресурсы Арктики будет усиливаться, потенциально вырастая в новую беспрецедентную экономическую, политическую и даже проблему безопасности. Я думаю, с течением времени ваша роль здесь будет возрастать" [255]. Но следует иметь в виду, что в Арктике США находятся в особом положении, поскольку они на участвуют в Конвенции ООН по морскому праву, которая дает возможность регулировать спорные ситуации по разделу шельфа [18, с. 8]. Учитывая все эти обстоятельства, важно рассмотреть основные цели, задачи и приоритеты США в Арктическом регионе.

19 января 2009 г. перед самым уходом с поста президента США Дж. Буша-мл. была подписана директива, касающаяся политики страны в Арктическом регионе [256]. Одновременно США выразили пожелание присоединиться к Конвенции ООН по морскому праву 1982 года. Одна из причин такой поспешности США заключается в итогах российской арктической экспедиции 2007 года [225, с. 3]. Директива адресовалась ряду высших должностных лиц США, в том числе вице-президенту, госсекретарю, министрам финансов, торговли, здравоохранения, транспорта, энергетики, внутренней безопасности, помощникам президента, директору ФБР, помощнику президента по внутренней безопасности, начальнику Комитета штабов, командующему береговой охраны и др. Цель президентской директивы заключается в выработке политики США в арктическом регионе и мер по ее реализации. Положения директивы будут осуществляться в соответствии с Конституцией, законодательством США и ее международными обязательствами, в том числе в сфере морского права. В документе отмечаются разнообразные интересы страны в арктическом регионе. К тому же, определяя политику США, президентская директива учитывает ряд других серьезных обстоятельств, включая: новые потребности страны в сфере внутренней безопасности и обороны; влияние климатических изменений и возросшую деятельность людей в Арктике; учреждение и деятельность Арктического Совета и растущее понимание того, что Арктика, во-первых, является уязвимым регионом, во-вторых, она обладает богатыми ресурсами.

Арктическая политика США, подчеркивается в директиве, отвечает интересам национальной и внутренней безопасности в регионе, защиты окружающей среды, сохранения ее биологических ресурсов, обеспечения управления природными ресурсами и экономического развития в регионе с учетом требований экологии, укрепления механизмов сотрудничества всех арктических государств (США, Канады, Дании, Финляндии, Исландии, Норвегии, Российской Федерации и Швеции), участия коренных народов Арктики в принятии решений, повышения научного мониторинга и исследований на местном, региональном и глобальном уровне по вопросам экологии [257]. Особо оговариваются в президентской директиве интересы США в области национальной и внутренней безопасности в Арктике. Согласно документу, США готовы действовать независимо или в сотрудничестве с другими государствами по обеспечению вышеназванных интересов. К сфере национальной безопасности отнесены, в частности, вопросы противоракетной обороны, системы раннего оповещения, размещения морских и воздушных систем стратегического назначения, стратегического сдерживания, военно-морского присутствия, обеспечения свободы судоходства и т.д. [256].

К сфере внутренней безопасности президентская директива относит предотвращение террористических и враждебных акций, могущих нанести ущерб потенциалу США по противодействию терроризму в Арктике. Кроме того, США намерены обеспечить свое более активное национальное присутствие в целях защиты своих арктических интересов.

Огромное значение США придают реализации своего суверенитета, суверенных прав и юрисдикции в Арктике, включая суверенитет в территориальном море, а также юрисдикцию в отношении исключительной экономической зоны и континентального шельфа. Высшим приоритетом для США, говорится в документе, является соблюдение принципа свободы открытого моря. В частности, США подчеркнули значение правового статуса Северо-Западного прохода и Северного морского пути для свободного мореплавания судов США и других стран мира, хотя такая постановка вопроса, как известно, противоречит современному морскому праву и национальным интересам вышеназванных стран.

В целях реализации интересов национальной и внутренней безопасности в Арктике, директива обязала госсекретаря, министерство обороны и Департамент внутренней безопасности усилить потенциал по защите наземных, воздушных и морских границ США в регионе, торгового судоходства, важных инфраструктур и основных ресурсов, сохранять глобальную мобильность американских военных и гражданских судов и военно-воздушных сил в Арктике, защищать суверенное право США на морское присутствие, а также содействовать мирному урегулированию разногласий в Арктике [256].

Должное внимание в директиве уделяется проблеме международного управления Арктикой. США участвуют в деятельности различных международных форумов и организаций, в частности, Арктического Совета и ИМО. Учитывая изменения в Арктике и человеческую деятельность в данном регионе, США предложили заключить новые международные соглашения и повысить эффективность уже принятых договоренностей. В директиве довольно высоко оценивается работа Арктического Совета по защите экологии и устойчивому развитию региона, который, опираясь на помощь ряда американских ведомств, реализовал в Арктике несколько актуальных проектов. Подчеркивается также необходимость сохранения Арктического Совета в рамках его мандата, но вместе с тем рекомендуется обновить его структуру, что должно улучшить работу Арктического Совета.

Сенату Конгресса США предлагается максимально содействовать быстрейшему присоединению США к Конвенции ООН по морскому праву 1982 г., что отвечает, как подчеркивается в документе, интересам национальной безопасности страны, включая глобальную морскую мобильность вооруженных сил США, защиты суверенных прав на обширные морские пространства, в том числе их ценных природных ресурсов. Управление Арктикой невозможно также без сотрудничества с другими странами мира, для чего предусматривается использование возможностей ООН и ее специализированных агентств, Рамочной Конвенции ООН по климатическим изменениям и других международно-правовых инструментов.

В контексте ресурсов Арктики (нефть, газ, минералы, живые организмы и прочее) заявляются суверенные права США на их разработку и добычу. Наиболее эффективным способом достижения этих целей считается международное признание и правовое обеспечение интересов США на континентальном шельфе через процедуру, предусмотренную Конвенцией ООН по морскому праву [256]. Ввиду разногласий между США и Канадой по поводу границ в море Бофорта, США выступают в пользу признания границы на основе равноотстояния, поскольку пограничный район может содержать нефть, природный газ и другие ресурсы. Одновременно США подтвердили свои обязательства по договору 1990 г. о морской границе в Россией, но необходима ратификация этого документа, подчеркивается в декларации. Реализация политики США по континентальному шельфу возлагается на госсекретаря, руководителей других ведомств и агентств США. В частности, признается необходимость установления внешних границ континентального шельфа США в Арктике и других регионах в максимальных пределах, которые допускает международное морское право [256].

Один из разделов декларации посвящен вопросам международного научного сотрудничества. В этой связи отмечается жизненная необходимость допуска США во все районы Северного Ледовитого океана, а также наличия международного механизма доступа к научным разработкам других стран, своевременного обмена данными и т.д. Особо выделяется роль сотрудничества с Российской Федерацией. Научное сотрудничество США с другими государствами содействует фундаментальному пониманию арктического региона в целом и, в частности, потенциала изменений. В контексте сбора, анализа и распространения объективной информации из всего арктического региона, включая палеоклиматические данные и данные наблюдений, президентская директива актуализирует проблему точного прогнозирования будущих экологических и климатических изменений. США уже располагают в регионе развитой инфраструктурой научных исследований, содействуют активному участию всех арктических государств в них и способны поддержать необходимые исследования в Северном Ледовитом океане, включая его замерзшие районы и районы, свободные ото льда. Реализацию политики содействия международному научному сотрудничеству со стороны США директива предписывает госсекретарю, министрам внутренних дел и торговли, директору Национального научного фонда, руководителям соответствующих исполнительных органов и агентств страны. В их задачи, в частности, входит сохранение лидирующей роли США в арктических исследованиях; содействие полному доступу ученых в места проведения научных работ на основе двусторонних, многосторонних и других мер; курирование вопросов создания сети арктических приполярных наблюдений с широким участием других арктических государств; содействие проведению регулярных заседаний министров и руководителей научных советов по обмену информацией о возможностях научных исследований и улучшения координации международных научных программ; укрепление партнерства с академическими и научными учреждениями, наращивание их сотрудничества с научными учреждениями других стран.

Важный аспект президентской директивы - вопросы морского транспорта в Арктике. Его приоритеты заключаются в обеспечении безопасности судоходства, защиты морской торговли и экологии. Согласно директиве, решение этих проблем зависит от инфраструктурной поддержки судоходства, поисково-спасательного потенциала, кратко- и долгосрочной помощи судоходству, управления навигацией в районах высокого риска, предупреждения об айсбергах и т.д. В формате сотрудничества США с Международной морской организацией признается актуальность содействия усиления существующих и, при необходимости, новых мер по улучшению безопасности морского транспорта в Арктике и защиты ее морской среды. В частности, предлагаются меры по разделению транспортных потоков, введение схем управления движением транспорта в определенных пунктах Арктики, обновление инструкций по навигации в районах с ледовым покрытием [256]. Реализация транспортной политики поручается госсекретарю, министрам обороны, торговли, транспорта и руководителю Департамента внутренней безопасности и другим должностным лицам США. Им предписывается в сотрудничестве с другими государствами разработать дополнительные меры в отношении вопросов, которые могут возникнуть при судоходстве в арктических водах, вне их или через них, с учетом человеческой деятельности развивать потенциал предупреждения экологических бедствий в Арктике, развивать в соответствии с международными стандартами режим управления арктическими водными путями, включая мониторинг судоходства, стандарты навигационной безопасности, предоставления точной и своевременной информации, касающейся экологии, навигации и т.д.

Вопросам экономики, включая энергетику, также посвящен специальный раздел директивы. В нем определены приоритеты соответствующей политики: устойчивое развитие Арктики; содействие экологической и энергетической безопасности; адаптация, учитывая их особую уязвимость, животного мира региона и его коренного населения к климатическим изменениям. Развитие энергетики в Арктике будет играть важную роль в удовлетворении растущих энергетических потребностей мира, так как именно здесь сосредоточена значительная часть неразведанных запасов энергетических ресурсов. Констатируя это обстоятельство, президентская директива подчеркивает стремление США обеспечить энергетическое развитие Арктики в щадящем экологическом режиме, учитывая одновременно интересы коренного и местного населения, а также рыночные принципы. Требуется соблюдать баланс между доступом к энергоресурсам и их разработки с защитой арктической природной среды, обеспечивая ответственное управление ресурсами континентального шельфа и сотрудничая с другими арктическими государствами. Реализация энергетической политики США поручается госсекретарю, министрам внутренних дел, торговли, энергетики, другим руководителям ведомств и агентств страны. В соответствии с директивой, указанным должностным лицам поручается наращивать усилия, в том числе в Арктическом Совете, по изучению климатических изменений в плане сохранения и повышения экономических возможностей в Арктике. Предстояло провести инвентаризацию и оценку населенных пунктов, местных сообществ, общественных учреждений, инфраструктуры, проектов развития месторождений углеводородов, живых морских ресурсов и прочее. Важное значение будет уделяться сотрудничеству с другими арктическими государствами, что должно обеспечить использование арктических углеводородных и других ресурсов согласно общеприемлемой практики, международно-признанных стандартов и принципов "Большой восьмерки" по глобальной энергетической безопасности. Среди других мер и видов деятельности по реализации энергетической политики США указывается проведение консультаций с арктическими государствами по проблемам эксплуатации, производства, экологических и социально-экономических последствий, защиты интересов США в отношении меcторождений углеводородов, располагающихся вне границ страны, по урегулированию спорных вопросов, В повестке дня стоят также проблемы международного сотрудничества по гидрологии Северного склона и другие проблемы, представляющие общий интерес. Важным представляется пункт директивы, который признает факт расположения выясненных запасов нефти и газа вне юрисдикции США [256].

Теперь что касается защиты окружающей среды и сохранения природных ресурсов в Арктике. Отмечая уникальность и изменчивость природной среды Арктики, директива называет человеческую деятельность в регионе дополнительным стрессом для природы и потенциально серьезной угрозой для арктических сообществ и экосистемы. Природная среда Арктики, несмотря на размах научных исследований, оставляет много загадок: отступают ледяной покров и ледники, сокращается зона вечной мерзлоты, происходит эрозия побережья. Базовых данных по многим проблемам нет. Аналогичная ситуация сложилась также в отношении климатических изменений и человеческой деятельности. Поэтому в качестве высшего приоритета директива определила необходимость принятия решений на основе объективной научной и социо-экономической информации, исследования арктической природной среды, ее мониторинга и оценки. Например, понимание возможных последствий глобальных климатических изменений и эволюции арктической экосистемы имеет важное значение для разработки эффективного долгосрочного управления природными ресурсами Арктики и учета социо-экономического влияния на их использование. В директиве декларируется поддержка Соединенными штатами в Арктике общих принципов международного управления рыбными ресурсами, изложенными в Соглашении 1995 г. по реализации статей Конвенции ООН по морскому праву 1982 г., касающихся добычи, сохранения и т.д. рыбных морских запасов. США выступают в защиту уязвимых морских экосистем от губительной практики рыболовства, стремясь обеспечить свое силовое присутствие по защите живых морских ресурсов в Арктике. Директива выразила также обеспокоенность по поводу растущего загрязнения воздуха, вод и земель региона. Реализация политики США по защите окружающей среды возлагается на госсекретаря, министров внутренних дел, торговли, Департамента внутренней безопасности, администрацию Агентства по защите окружающей среды и другие ведомства страны. В их задачу входит обеспечение в сотрудничестве с другими странами предотвращения дальнейшего загрязнения Арктики, наращивание усилий по сохранению, защите и устойчивому управлению живых организмов Арктики. США намерены решать эти проблемы даже в районах, находящихся вне их юрисдикции.

Заключительный раздел директивы рассматривает вопросы финансирования арктической политики США.

Таким образом, анализ содержания президентской директивы отчетливо свидетельствует о том, что США, преследуя свои различные цели, задачи и приоритеты в Арктике, являются одним из важнейших участников соперничества в этом регионе, которому, вне всякого сомнения, суждено находиться в центре международных отношений и мировой политике XXI века.

Дания. Понять ее арктическую политику, как отмечал датский профессор Н. Петерсeн в своей статье с многозначительным названием "Арктика как новая арена для международной политики Дании", невозможно вне контекста трех событий, инициатив [8, с.1].

Во-первых, международной конференциив Иллулиссате в мае 2008 г. с участием министров иностранных дел России, Канады, Норвегии, США и Дании, принявших Декларацию по проблемам Арктики [259].

Во-вторых, опубликования совместного документа Министерства иностранных дел Дании и правительства Гренландии "Арктика в переходный период: предложения относительно стратегии деятельности в Арктическом регионе" [260].

В-третьих, отчета специальной комиссии Министерства обороны Дании, в котором анализировались проблемы безопасности страны с точки зрения энергетики и природных ресурсов.

Рассмотрим базовые идеи стратегии Дании в Арктическом регионе, изложенные в вышеупомянутом документе. Прежде всего, подчеркивается влияние глобализма и технологического развития на современный мир, особенно на регионы планеты, география и климатические условия которых представляют сильные вызовы, в частности, Гренландии и Арктике. Изменение климата открывает доступ в Арктике многим странам, что влечет за собой различные проблемы, в том числе по ее управлению. Стратегия предусматривает реализацию различных видов деятельности в регионе. Чрезвычайно важным условием реализации арктической стратегии Дании признается усиление сотрудничества органов самоуправления Гренландии и центрального правительства страны. Здесь необходимо небольшое пояснение. Еще весной 2008 г. совместная датско-гренландская комиссия по самоуправлению, созданная в 2004 г., рекомендовала переход Гренландии от внутреннего управления к самоуправлению. Рекомендация была поддержана подавляющим числом голосов жителей острова на референдуме в ноябре 2008 г., а в мае следующего года одобрена датским фолькетингом. Самоуправление острова было провозглашено в Национальный день Гренландии 21 июня 2009 г., спустя ровно три года после введения внутреннего управления [8, с. 37]. Поэтому арктическая политика Дании в принципе невозможна без участия органов самоуправления Гренландии, что и побуждает центральное правительство идти на сотрудничество.

Серьезное значение придается международному позиционированию Королевства в качестве важного актора в арктическом регионе. Дания, по мнению инициаторов документа, обладает хорошим потенциалом для достижения своих целей и задач в Арктике. И вновь в документе подчеркивается роль гренландского фактора в арктической политике Королевства: реализация ее целей строго коррелирует с распределением полномочий между властями Гренландии и центральным правительством страны.

Заслуживает внимания раздел стратегии, посвященный вопросам внешней политики и безопасности в Арктическом регионе. В этом плане декларируется необходимость уважения норм международного права и соглашений между приарктическими государствами. Как хороший знак приветствовалась предстоящая конференция по проблемам Арктики с участием США, России, Канады, Норвегии и Дании [261].

Новые условия жизни диктуют необходимость достижения устойчивого развития региона. Первостепенно значение в реализации этой цели придается развитию энергетики, разведке и добыче полезных ископаемых, проведению научных исследований, сохранению биоразнообразия и рациональному использованию живых ресурсов. Это именно те проблемы, которые жизненно важны для Королевства. Арктическая стратегия Дании/Гренландии фокусируется на развитии экономического потенциала острова, в частности, в сфере рыболовства, туризма, торговли, повышения конкурентоспособности продукции Гренландии. Остро стоит проблема экологической безопасности Гренландии из-за усиления международного судоходства вдоль ее западного и восточного побережья. Речь идет, прежде всего, о рисках разлива нефти, выброса других загрязнителей природной среды и прочее.

Не обойдено вниманием региональное сотрудничество, в частности, в формате Арктического Совета, где обсуждаются вопросы экологии, устойчивого развития, климатических изменений и прочее. Ввиду предстоящего председательствования Дании в Арктическом Совете (2009-2011 гг.) давались рекомендации по повестке его заседаний, определялись приоритетные сферы сотрудничества. В документе затронуты также вопросы сотрудничества в рамках "Северного измерения" Евросоюза, Совета министров северных стран и т.д. Стратегия Дании/Гренландии в арктическом регионе в качестве приоритета обозначила обеспечение социально-экономического развития коренных народов Арктики, прежде всего, путем стимулирования рыболовства, развития энергетики и других секторов. Таким образом, разработчики документа отметили важный сдвиг парадигм датско-гренландской стратегии, а именно: отход от концепции устойчивого развития и защиты уязвимой природы Арктики к растущему пониманию того, что консолидация и развитие арктических обществ должны основываться на экономическом развитии [187].

Крайне злободневный аспект политической повестки приарктических государств и международного сообщества - климатические изменения в Арктике. Датско-гренландский документ констатирует их серьезное влияние на биоразнообразие региона, его минеральные ресурсы, экономику и население приарктических районов. Для традиционного способа и форм хозяйствования коренных народов Арктики, подчеркивается в документе, существует серьезные вызовы и угрозы.

Один из политических сюжетов документа (Раздел 3-й) целиком посвящен датско- гренландским отношениям. Дается краткий экскурс в историю проблемы, излагаются конституционно-правовые нормы распределения компетенции между центральным правительством страны и органами самоуправления Гренландии, характеризуется ее правовой статус и т.д. Ввиду членства Дании в НАТО, что накладывает на страну определенные обязательства в сфере обороны и военного сотрудничества, подчеркивается важность размещения в Гренландии американских военных баз и инфраструктуры. В документе также отражены вопросы безопасности в территориальных водах страны, где вооруженные силы Дании ведут борьбу с различными угрозами, в частности, с нелегальной миграцией. Кроме того, осуществляется наблюдение за иностранными военными кораблями и самолетами, а также контроль за рыболовством (мониторинг вылова, орудий лова и прочее). Эти меры осуществляются в интересах сохранения и подтверждения суверенных прав Дании в отношении наземных и морских пространств, где страна обладает определенной юрисдикцией.

В рамках прав прибрежных государств на богатства морского дна за пределами 200 морских миль, установленных Конвенцией ООН по морскому праву 1982 г., которую Дания ратифицировала в 2004 г., стратегия констатирует необходимость для страны добиваться реализации соответствующей заявки путем предоставления в Комиссию ООН по границам континентального шельфа дополнительных геологических и других данных. В документе обозначены морские пространства и районы континентального шельфа (в частности, к северо-востоку и на юг от Гренландии), на которые претендует Дания [196, с. 15]. Учитывая новые возможности арктического судоходства, в том числе круизных судов, в документе актуализируется проблема сохранения природой среды Арктики, реагирования на чрезвычайные ситуации в регионе. В этой связи ставится задача мониторинга морских пространств, борьбы с загрязнениями, обеспечения безопасности мореплавания. Заостряется также проблема развития поисково-спасательных операций, в том числе на международной основе.

Касаясь институциональной стороны сотрудничества в северных районах Европы, разработчики документа рассмотрели вопросы деятельности Арктического Совета, недостатки его структуры и т.д. В поле зрения находятся также вопросы сотрудничества в формате Совета государств Балтики, Совета Баренцева моря и т.д. Отдельно анализируются формы и направления партнерства Дании с Европейским союзом, в том числе в сфере экологии и климатических изменений. В свою очередь Гренландия имеет доступ к программам Евросоюза в области образования и обучения, конкуренции и инноваций, исследований и технологий, культуры и работы с персоналом. Документ позитивно оценивает различные инициативы Дании и Гренландии на международном уровне, в частности, по проблемам экологии Арктики, межгосударственного сотрудничества и прочее.

Решение проблем коренных народов страны разработчикам стратегии видится, прежде всего, в тесном сотрудничестве Дании и Гренландии. В этом плане одобряется их совместная инициатива, которая привела в 2002 г. к созданию Постоянного форума по вопросам коренных народов. Позитивно оценивается также вклад Дании и Гренландии в принятие 13 сентября 2007 г. Декларации ООН "О правах коренных народах", которая определила индивидуальные и коллективные права коренных народов, в том числе на культуру, идентичность, язык, занятость, здоровье, образование, запретила дискриминацию в отношении этих народов и т.д. [263]. В стратегии Дании/Гренландии особо подчеркивается вклад традиционных знаний коренных народов Арктики в их устойчивое развитие и образ жизни на протяжении многих веков. Поэтому в документе заявляется о необходимости сохранения этих знаний, в том числе в целях защиты биоразнообразия арктического региона.


.4 Арктическая политика Евросоюза: становление и потенциал


Сегодня ни одну проблему мировой политики и международных отношений невозможно решить без участия Европейского союза, объединяющего, как известно, 27 государств Европы. Современный Евросоюз - это мощная экономика и развитая культура, социальные достижения, единое союзное гражданство, пространство свободы передвижения лиц, товаров, услуг и капиталов, максимальной защиты прав и свобод человека, зона единой валюты - евро. Значительный вес Евросоюз имеет на международной арене, во многих универсальных и региональных международных организациях [152, с.31]. Европейский союз является партнером Российской Федерации во многих сферах, включая энергетику, торговлю, туризм, образование, научные обмены, культуру и т.д. Сегодня в Евросоюзе обсуждаются российские предложения о безвизовом режиме въезда граждан России в страны Сообщества. Намечаются позитивные решения в области общеевропейской безопасности.

Потенциал Евросоюза - этого квазифедерального государства - возрастает в связи с принятием Лиссабонского договора, значительно реформирующего институционально-правовую архитектуру Сообщества, что способствует демократизации принятия важных решений, в том числе в сфере общей внешней политики и политики безопасности [264, с. 39]. Полномочия ЕС (в рамках его исключительной или совместной компетенции с государствами-членами) включают, наряду с другими областями, морскую политику.

Морская политика ЕС, в том числе ее позиция в отношении Арктики, преследует различные цели, охватывает многообразные аспекты, включая стратегические, политические, социально-экономические, экологические, транспортные, культурные. Важность этой политики определяется тем фактом, что протяженность береговой линии ЕС превосходит береговую линию таких крупных государств, как США и Российская Федерация. Общая береговая линия ЕС составляет более 100 тыс. морских миль, т.е. более двух третей всех границ Сообщества [265]. Таким образом, география Европы всегда была и есть одной из главных причин особых отношений Евросоюза с Мировым океаном [152]. Евросоюз рассматривает прилегающие морские пространства Балтийского, Средиземного, Северного и Черного морей, Атлантического и Северного Ледовитого океанов, а также Карибское море и Индийский океан, где ЕС представлен, как жизненно важную сферу своего влияния, обеспечения своей безопасности, развития международной торговли, активной разработки морских ресурсов, аквакультуры, защиты внешних границ, борьбы с нелегальной иммиграцией и трафиком людей [266, с. 136-137; 267, с.147-202]. Совсем не случайно, начиная с 2008 г., в объединенной Европе отмечается День моря [87].

В последние годы в морской политике Евросоюза появились новые моменты, касающиеся арктических морских пространств и морских природных ресурсов. В частности, в октябре 2007 г. Комиссия приняла план действий, приложенный к Сообщению "Об интегрированной морской политике" [87], который анонсировал доклад Еврокомиссии по стратегическим вопроса Арктики на 2008 г. Доклад должен был заложить основы более тщательного анализа интересов Евросоюза в Арктике [268, с. 4].

В марте 2008 г. в совместном докладе "Климатические изменения и безопасность" Комиссия и Верховный представитель по вопросам общей внешней политике и политике безопасности признали, что быстрое таяние арктических льдов изменяет геостратегическую динамику региона с возможными последствиями для международной стабильности и интересов европейской безопасности. Кроме того, доклад рекомендовал развивать арктическую политику Евросоюза на основе оценки геостратегии арктического региона [269]. Некоторые эксперты из России, Норвегии, США и Канады расценили этот документ как попытку Евросоюза заявить о своих претензиях на арктический регион. По их мнению, "кукловодами" выступили члены Сообщества - Финляндия [86], Швеция и Дания, которые находятся в стесненном положении по сравнению с основными игроками в арктической геополитике - Россией, Канадой, Норвегией и США. Поэтому, дескать, северные страны-члены Евросоюза надеются, что Сообщество будет выполнять своего рода функцию "политического тарана", который сможет продвигать их арктические интересы. Нам эта точка зрения представляется не совсем убедительной. Мы считаем, что Евросоюз, учитывая интересы своих северных государств-членов, имеет собственные, причем далеко идущие амбиции, которые были рельефно выражены в так называемой Лиссабонской стратегией, принятой в 2000 г. Несмотря на то, что эта стратегия сегодня не состоялась, тем не менее, Евросоюз от своих целей, направленных на создание наиболее сильного и конкурентоспособного региона мира не отказался. В этом нас убеждает и нижеприведенный документ Еврокомиссии.

Сообщение "Европейский союз и Арктический регион" от 20 ноября 2008 г. объясняет интерес к Арктике уникальным сочетанием истории, географии, экономики и научных достижений [88]. Три государства-члена ЕС - Дания (Гренландия), Финляндия и Швеция имеют территории в Арктике. Два других арктических государства - Исландия и Норвегия - являются членами Европейского Экономического пространства. Кроме того, Арктика имеет огромное значение для политики Евросоюза в области окружающей среды, климатических изменений, энергетики, научных исследований, транспорта и рыболовства [88]. Заслуживает внимания и другой пассаж вышеназванного документа: Еврокомиссия и Верховный Представитель Евросоюза по вопросам общей внешней политики и политики безопасности, признавая роль климатических изменений как "мультипликатора угроз", считают, что они меняют геостратегическую динамику Арктики со всеми потенциальными последствиями для международной стабильности и интересов европейской безопасности. Именно это обстоятельство и стимулируют разработку арктической политики Сообщества. Но следует отдать должное Еврокомиссии: обязательным условием (буквально по тексту документа - императивом.- Р.А.) такой политики должно стать сотрудничество с арктическими государствами, территориями и другими заинтересованными сторонами [270]. В этом контексте стратегическими партнерами Евросоюза признаются Канада, Россия и США.

Предваряя анализ базового документа Сообщества по Арктике, уместно отметить, что интерес к ней проявлялся и ранее. Если быть пунктуальным и объективным, то первым документом Евросоюза по Арктике был письменный запрос (№2616/88) Совету ЕС со стороны члена Европарламента Э. Глинне по поводу озонового слоя над Арктикой [271] и устного запроса (Н-0912/91) его коллеги Габсбурга, касающегося экологической политики СССР в Арктическом регионе [272]. С конца 80-х гг. прошлого века проводились конкретные мероприятия в различном формате. Например, в рамках Арктического Совета с участием стран ЕС (в различном статусе) по вопросам защиты природной среды Арктики, устойчивого развития региона и т.д. Ряд инициатив в отношении Арктики выдвигался в формате так называемого "Северного измерения", на саммитах в г. Фейра (Португалия) и особенно в Брюсселе 13-14 мая 2008 г., где его участникам был представлен доклад "Изменение климата и международная безопасность". В докладе, в свете таяния льдов Арктики и появления новых интересов у различных государств, ставилась проблема планирования и координации европейскими правительствами своей деятельности из-за возможных конфликтов между Россией и США, США и Канадой.

Но вернемся к базовому документу Евросоюза по проблемам Арктики. Еврокомиссия определяет основные цели политики Евросоюза в Арктике следующим образом:

- защита и сохранение Арктики в гармонии с ее населением;

содействие устойчивому использованию ресурсов;

вклад в развитие многостороннего управления Арктикой.

Защита и сохранение Арктики в гармонии с ее населением. Анализирую эту проблему, Еврокомиссия подчеркнула экологическую уязвимость региона в условиях климатических изменений, что обусловило участие государств-членов ЕС и самого Сообщества в большинстве многосторонних экологических соглашений по Арктике. Европейская промышленность играет существенную роль в разработке и применении технологий защиты и устойчивого развития в суровых условиях - на земле, прибрежной зоне и в открытом море. ЕС, говорится в документе, обязан предупредить и смягчить негативное влияние климатических изменений, а также содействовать адаптации к ним. В этой связи предлагается ряд мер, включая:

- оценку эффективности политик ЕС и многосторонних экологических соглашений с учетом климатических изменений в Арктике;

усиление международных акций по смягчению климатических изменений и идентификацию тех областей, где необходима адаптацияк ним, включая надлежащее управление биоразнообразием;

содействие постоянному диалогу с НПО по вопросам экологии Арктики;

координацию усилий с арктическими государствами, территориями и другими заинтересованными сторонами в разработке и применении высоких экологических стандартов;

мониторинг химикатов в Арктике и наращивание усилий по сокращению загрязнения Арктики органическими агентами, тяжелыми металлами и другими веществами, в том числе наземного происхождения;

сотрудничество по вопросам профилактики, готовности и реакции на катастрофы;

усиление сотрудничества в области энергосбережения, энергетической эффективности и использования возобновляемых источников энергии в Арктике и другое.

Особое внимание предлагается уделять коренным народам Арктики и местному населению (всего здесь проживает более 4 миллионов человек; из них треть приходится на коренные народы). Сегодня коренные народы имеют высокую степень защищенности в рамках права Евросоюза, политики развития, региональной политики, различных трансграничных программ ЕС и Европейской инициативы за демократию и права человека [273]. Тем не менее, ввиду уязвимости коренных народов в условиях климатических изменений и глобализации, Еврокомиссия предложила меры по сохранению и поддержанию традиционного образа жизни аборигенов Арктики. Среди мер - участие коренных народов в регулярном диалоге с государствами-членами и Евросоюзом, обеспечение возможности саморазвития и защиты образа жизни коренных народов, поддержка организаций и деятельности саамов (ненцы) и других народов Арктики с помощью региональных и трансграничных программ, эффективная защита китов, особенно в формате Международной комиссии по китобойному промыслу, ведение диалога с коренными и другими местными сообществами, традиционным объектом охоты которых являются тюлени и т.д. [88, с. 4].

Важным компонентом арктической политики Евросоюза признается проведение исследований, мониторинг и оценка состояния дел. По мнению Еврокомиссии, политика должна основываться на знании и понимании процессов, которые затрагивают Арктику. Уместно заметить, что в предыдущие годы государства-члены и Сообщество уже реализовали в Арктике 6 проектов в формате Рамочных программ. В частности, в рамках 5-й и 6-й Рамочных программ было реализовано более 50-ти проектов по Арктике, в том числе проект "Damocles", явившимся крупнейшим вкладом в Международный полярный год. Это дорогостоящие проекты. Например, бюджет проектов в рамках 6-го Рамочного проекта составил 86 миллионов евро. 7-я Рамочная программа, как подчеркивается в документе, включает новые проекты и крупные международные инициативы по исследованию Арктики. Но такие исследования сталкиваются с проблемами долгосрочного мониторинга и координации деятельности. Поэтому Комиссия, учитывая приоритетный характер арктических исследований и необходимость оценки будущего антропогенного влияния, особенно в сфере климатических изменений, предложила:

- развивать программы исследований в отношении подъема уровня океана, таяния льдов и зон вечной мерзлоты, а также других факторов, которые приводят к ускоренному потеплению, в том числе антропогенного влияния на арктическую экосистему;

оценить состояние и эволюцию окружающей среды Арктики в целях развития соответствующей политики Евросоюза;

создать новую исследовательскую инфраструктуру, повысить потенциал мониторинга и наблюдения, завершить проект "Aurora Borealis";

координировать усилия в различных исследовательских областях Арктики, таких как экология, транспорт, здравоохранение и энергетика;

поддерживать долгосрочные измерения в Арктике с помощью Европейской сети морских наблюдений, содействовать установлению арктического компонента Глобальной системы наблюдения Земли;

развивать широкий международный информационный обмен по исследовательским проекта и содействовать координации национальных программ;

обеспечить открытый доступ к информации, касающейся мониторинга ситуации в Арктике, а также предоставление результатов широкой общественности [88].

Содействие устойчивому использования ресурсов. Видимо, не случайно прежде всего анализируется проблема углеводородов. Еврокомиссия не скрывает заинтересованности в обеспечении энергетической безопасности Евросоюза за счет ресурсов Арктики. Кроме того, Евросоюз рассчитывает и на другие минералы, имеющиеся в регионе. Как известно, Евросоюз пытается диверсифицировать способы, маршруты и объемы поставок не возобновляемых энергоресуров (нефть и газ), уменьшив тем самым зависимость от традиционного их поставщика - Российской Федерации. Вместе с тем Еврокомиссия сознает трудности освоения нефтегазовых богатств Арктики ввиду значительных вызовов, высокой стоимости добычи в суровых условиях и рисков окружающей среде. Поэтому Комиссия рекомендовала:

укреплять основы долгосрочного сотрудничества с Норвегией и Российской Федерацией, содействовать устойчивым и экологически щадящим исследованиям, добыче и транспортировки углеводородных ресурсов Арктики;

поощрять соблюдение самых высоких, по-возможности, экологических стандартов, поддерживать введение обязательных международных стандартов, основанных, среди прочего, на инструкциях Арктического Совета и положениях соответствующих международных конвенциях;

содействовать дальнейшим исследованиям, развитию технологий и инфраструктур в открытом море с учетом опыта, накопленного Европой при эксплуатации нефти и газа в открытом море;

поощрять развитие морских кластеров (объединений), где университеты и исследовательские центры могли бы обеспечить подготовку кадров и исследовательские возможности для малых компаний, поскольку многие инновации малых и средних предприятий будут разрабатываться в региональных кластерах;

оценить возможности разработанных Арктическим Советом инструкций по эксплуатации нефти и газа.

Особая статья беспокойства Еврокомиссии - рыболовство в арктических водах. До настоящего времени рыболовный промысел велся в Баренцевом и Норвежском (в восточной и южной частях) морях. Но климатические аномалии в Арктике, подчеркнула Еврокомиссия, могут, во-первых, увеличить продуктивность некоторых рыбных запасов, во-вторых, внести частичные изменения в распределение других запасов. Учитывая сокращение льдов, новые районы могут стать весьма привлекательными для рыболовства. С целью недопущения в будущем конфликтов по поводу рыболовства судами арктических и других государств, Еврокомиссия рекомендовала разработать на международной основе режим сохранения и управления рыбными богатствами. Евросоюз уже имеет хороший опыт сотрудничества с государствами, которые имеют суверенные права или юрисдикцию над арктическими водами, пытаясь не только обеспечить возможности для рыболовства, но также гарантировать долгосрочное сохранение и оптимальное использование рыбных ресурсов. Таким образом, основная цель Евросоюза заключается в том, чтобы обеспечить устойчивую эксплуатацию арктических рыбных ресурсов, в то же время уважая права местных прибрежных сообществ. Достижение этой цели Еврокомиссия видит главным образом в правовой плоскости. Комиссия предложила урегулировать вопросы рыболовства в тех частях арктических вод, которые имеют статус открытого моря, прежде чем появятся новые возможности для рыболовства. Это предупредит рыболовство в правовом вакууме, обеспечит справедливое и транспарентное управление рыболовством в соответствии с Кодексом поведения за ответственное рыболовство. Еврокомиссия предложила расширить мандат уже действующей Комиссии по рыболовству в северо-восточной Атлантике [88].

Большое значение в Арктической политике ЕС уделяется транспорту. Еврокомиссия подчеркнула, что таяние льдов создает новые возможности для морского судоходства через арктические воды. Это несет с собой очевидные преимущества и выгоды, включая значительное сокращение плавания из Европы в бассейн Тихого океана, экономию топлива, уменьшение вредных выбросов, содействие торговле, снижение нагрузки на основные трансконтинентальные пути судоходства. Разумеется, остаются и серьезные препятствия для судоходства, в том числе дрейф льдов, отсутствие инфраструктуры, экологические риски и неопределенность относительно будущих способов торговли. Поэтому, заключила Комиссия, развитие арктической коммерческой навигации потребует времени и усилий. Заслуживают внимания предложения Еврокомиссия по исследованию и улучшению условий будущего коммерческого судоходства в Арктике, защиты принципа свободы плавания и права на мирный проход во вновь открываемые районы Северного Ледовитого океана. Довольно детальные рекомендации Комиссии охватывают следующие аспекты:

- содействие полной реализации существующих обязательств, касающихся правил судоходства, морской безопасности и экологических стандартов, в частности предусмотренных Международной морской организации (ИМО);

устранение дискриминационной практики (в частности, в отношении налогов, обязательных услуг) любого арктического прибрежного государства в отношении торговых судов третьих стран;

улучшение потенциала морских наблюдений на крайнем Севере. Еврокомиссии совместно с Европейским космическим агентством предстояло изучить вопрос о создании на полярной орбите спутниковой системы, которая смогла бы принимать сигнал с любой точки Земного шара. В случае успеха этого предприятия, повысится безопасность морского судоходства и реакция на чрезвычайные обстоятельства. Большое значение уделялось также спутниковой навигационной системе "Галилей", которая улучшит морскую навигацию, морское наблюдений и т.д.;

поддержка конкурентоспособности европейских верфей в разработке технологий, требуемых условиями Арктики [275], а также разработка специальных морских судов, включая ледоколы, которые бы отвечала стандартам сохранения окружающей среды;

оказать поддержку предложению любого арктического государства о придании некоторым арктическим судоходным путям статуса особенно уязвимых морских районов;

поддержать любую деятельность, направленную на повышение стандартов ИМО по экологии и безопасности, применимых к Арктике;

в области наземного и воздушного транспорта в европейской части Арктики развивать наземную "Восток-Запад" и воздушную инфраструктуру. Развитие партнерства в формате "Северного измерения" по транспорту и логистике обеспечит улучшение связей между Евросоюзом и северо-западной Россией, что очень важно для будущего развития Арктики [88, с. 9].

Предложения Еврокомиссии, касающиеся арктического туризма, гораздо скромнее. Эта проблема рассматривается в контексте минимизации влияния туризма на окружающую среду и защиты местных прибрежных сообществ. Поэтому рекомендовалось улучшать безопасность круизных судов, повышать качество экскурсионного обслуживания, ограничивать доступ в самые уязвимые районы Арктики, привлекать местные сообщества.

Вклад в развитие многостороннего управления Арктикой.

На наш взгляд, этот раздел Сообщения имеет чрезвычайно важное значение, так как актуализирует проблему сотрудничества в Арктике различных заинтересованных сторон, включая, разумеется, приарктические государства. К сожалению, в Арктике еще много нерешенных проблем правового характера. Вместе с тем Еврокомиссия справедливо подчеркивает, что для разрешения спорных вопросов, включая проблему делимитации, должны применяться положения Конвенции ООН по морскому праву 1982 года. Для будущего Арктики, по мнению Еврокомиссии, важное значение имеет Декларация, принятая прибрежными арктическими государствами в мае 2008 г., где заявлялась их приверженность нормам международного морского права. Что касается Евросоюза, то в пользу активной политики ЕС в регионе и многостороннего управления Арктикой выступили Европарламент, Европейский Инвестиционный банк и др. структуры.

Основными проблемами многостороннего управления, констатировала Еврокомиссия, являются фрагментация правового регулирования, отсутствие эффективных инструментов и процесса разработки политики и др.

Сообщение Комиссии установило следующие задачи Евросоюза в Арктике:

дальнейшее развитие системы совместного управления Арктикой на основе положений Конвенции ООН по морскому праву 1892 г., что должно обеспечить безопасность и стабильность в регионе, управление экологией, устойчивое использование ресурсов и открытый и равный к ним доступ;

полное выполнение существующих обязательств вопреки разработке новых правовых норма;

содействие широкому диалогу, принятие решений на основе договоренностей и не приемлемость любых положений, которые бы исключали любое арктическое государство, являющееся страной-участницей ЕС или Европейского Экономического пространства;

интегрирование проблем Арктики в политики и переговоры Евросоюза [88, с. 11].

Преследуя цели и задачи Евросоюза в арктическом регионе, Еврокомиссия рекомендовала:

оценить эффективность многосторонних соглашений по Арктике в целях определения необходимости новых дополнительных инициатив и мер; строго соблюдать процесс морской делимитации и установленных внешних границ континентального шельфа в контексте их влияния на интересы ЕС;

изучить возможность учреждения нового, многосекторального формата интегрированного управления экосистемой. Это может повлечь создание сети защищенных морских пространств, навигационных мер и правил в целях устойчивой эксплуатации минералов;

добиваться включения в Арктический Совет в соответствии с ролью и потенциалом Сообщества. В качестве первого шага предлагалось добиваться для Комиссии статуса постоянного наблюдателя;

предложить странам "Северного измерения" проводить регулярные дискуссии по проблемам Арктики и рассмотреть возможность проектов в рамках экологического партнерства "Северного измерения", которые бы охватили значительные пространства Арктики;

начать дискуссии относительно возможности дальнейшего развития трансграничного сотрудничества в Арктике и региональных программ повышения сотрудничества Евросоюза с арктическими государствами;

изучить на международном уровне все возможности по содействию мерам защиты морского биоразнообразия в районах, находящихся за пределами национальной юрисдикции, включая положения Конвенции ООН по морскому праву 1982 г.;

обсудить с Норвегией и Исландией вопрос об инкорпорации Рамочной директивы по морской стратегии в соглашение о Европейском Экономическом пространстве (ЕЕП) и применении ее положения к их территориям в Северном Ледовитом океане;

включить вопросы Арктики в повестку будущего диалога на высоком уровне по морским проблемам;

обеспечить анализ всей деятельности Евросоюза по проблемам Арктики на тематическом веб-сайте Генерального директората по морским делам и рыболовству, содействовать диалогу по этим проблемам с заинтересованными сторонами;

изучить совместно с северными странами возможность создания Европейского арктического информационного центра;

установить тесные связи с сетью образовательных учреждений по Арктике.

В отношении Гренландии, являющейся заморской частью Дании, Комиссия рекомендовала Евросоюзу повысить сотрудничество с ней по проблемам Арктики. ЕС должен стать более важным партнером Гренландии по управлению ее хрупкой природной средой и решению проблем, с которыми сталкивается ее население [88, с. 12].

Итак, в базовом документе Евросоюза по проблемам Арктики анализируются основные вызовы и возможности Сообщества в данном регионе. И риски, и возможности связаны с процессом глобального потепления, быстрых климатических изменений, имеющих в условиях Арктики свою специфику. Это таяние арктических льдов и зон вечной мерзлоты, появление новых путей морского и океанского судоходства, в том числе связывающих Европу с Тихоокеанским бассейном, необходимость учета интересов арктических народов, сохранения их самобытного образа жизни и культуры, бережное отношение к арктической экосистеме, рациональное пользование биологическими и минеральными ресурсами, проведение научных исследований, развитие арктического туризма и международного сотрудничества. Однако Еврокомиссия не ограничилась анализом существующих проблем в арктическом регионе. Не менее важное значение для разработки политики Евросоюза в Арктике имеют ее рекомендации, охватывающие широкий круг международно-правовых, организационных, рекреационных (арктический туризм), исследовательских, финансовых и других вопросов.

Сообщение Еврокомиссии вызвало отклики и широкие дискуссии на различном уровне относительно арктической политики Евросоюза. В пресс-релизе от 20 ноября 2008 г. еврокомиссар по вопросам внешних сношений и политики соседства Евросоюза Б. Ферреро-Вальднер, в частности, подчеркнула готовность ЕС сотрудничать с арктическими государствами в целях усиления стабильности в регионе, повышения уровня многостороннего управления Арктикой в рамках действующих правовых норм, а также поддержания равновесия между приоритетной задачей сохранения окружающей среды и необходимостью устойчивого использования природных ресурсов, включая углеводороды [275]. Выступивший на международной конференции "Границы Арктики", состоявшейся в самом северном городе планеты - норвежском Тромсе 19 января 2009 г., еврокомиссар по вопросам рыболовства и морских дел Й. Борг заявил, что меняющийся профиль Арктики оказывает влияние на европейскую безопасность, торговлю и ресурсное обеспечение [276].

Собственно говоря, эти и другие выступления свидетельствуют о консолидированной позиции Евросоюза и его государств-членов.

Анализ политики Российской Федерации, приполярных государств Запада (Канады, США, Норвегии, Дании) и Европейского союза в Арктическом регионе, проведенный на основе официальных документов и некоторых научных разработок и выводов видных российских и зарубежных ученых, доказывает, что в XXI веке региону суждено играть очень важную роль в мировой политике и международных отношениях. В академическом мире по поводу причин трансформации Арктического региона из относительно спокойного и периферийного (во всяком случае, для широкой мировой общественности) в сложный и противоречивый узел мировой политики каких-либо существенных разногласий нет. Таяние арктического снежного и ледяного покрова, другие климатические изменения, перспективные запасы углеводородов и новые возможности арктического судоходства послужили своего рода "спусковым крючком" международного соперничества, спровоцировали соперничество государств, главным образом приарктических, в определении собственного места в "новой" Арктике, отстаивании своего "жизненного пространства". Все без исключения северные государства и Евросоюз отчетливо позиционируют свою активную заинтересованность и мотивацию в освоении природных богатств Арктики, включая энергетические (нефть и газ), минеральные, живые и другие ресурсы, развитии транспортных морских (особенно трансарктических) и наземных коммуникаций и соответствующей инфраструктуры, обустройстве жизни коренных народов, сохранении уникальной экосистемы Арктики, стимулировании многовекторной экономической деятельности, использовании возможностей полярного и приполярного туризма, проведении эффективных научных исследований. Не меньшее значение, ввиду растущего геополитического и военно-стратегического значения Арктики, придается вопросам национальной безопасности, борьбы с терроризмом, охраны и защиты государственных границ, упрочения государственного суверенитета в исключительных экономических зонах и на континентальном шельфе, демонстрации военно-морского присутствия в регионе (особенно США и Российская Федерация). В программных документах приполярных государств не обойдены вниманием вопросы международного сотрудничества, в чем проявляется понимание невозможности автономных, изолированных односторонних акций и деятельности по решению актуальных проблем Арктики. В этом плане отметим стремление арктических государств умножать потенциал сотрудничества на различных площадках: двусторонних и многосторонних, включая возможности универсальных и региональных форумов и организаций таких, как Арктический Совет и другие.

В целом программные документы приарктических государств корректны к своим "визави". Но иногда, когда речь идет о способах отстаивания национальных интересов, документы содержат жесткие формулировки и даже санкционируют возможность в будущем односторонних акций (особенно директива президента США). Взаимоотношения приарктических государств, как уже подчеркивалось выше, осложнены серьезными разногласиями относительно правового статуса отдельных районов Арктики, освоения минеральных ресурсов, возможностей рыболовства и т.д. Поэтому ключевой вопрос мировой политики и международных отношений в XXI веке будет заключаться в том, какой modus vivendi предпочтут приарктические государства при отстаивании своих национальных интересов, реализации программ освоения Арктики. Сохранят ли и приумножат они имеющийся в регионе потенциал сотрудничества? Или Арктике суждено стать театром военных экзерсисов и объектом тотальной милитаризации со стороны циркумполярных и иных государств? Вопросы остаются. Как писал Дж. Кэнтон, "Семена энергетического соперничества Дальнего будущего уже брошены в землю. Мертвые динозавры уже находятся в центре разгорающейся битвы. Разгорается глобальное соперничество. Большинство правительств, индивидуумов и частных компаний начинают сознавать, что сегодня формируется битва XXI века за необходимую всем энергию. В этой опасной игре ряд стран и компаний лидируют, а некоторые страны Залива и многонациональные корпорации типа Дженерал Электрик и IBM, полностью осознав растущую опасность, отчаянно готовятся к будущему" [277, с. 30].

Глава 4. Сценарии освоения арктического бассейна в условиях глобального потепления


.1 Институционализация международного сотрудничества в Арктической зоне: достижения и потенциал


Конец "холодной войны" и последующее мучительное изживание идеологических стереотипов и психологических завалов со стороны бывших стратегических противников расчистили путь для сотрудничества, поиска решения наиболее актуальных проблем мировой политики и международных отношений на основе компромиссов, уважения интересов своих визави. Это трудный путь, отмеченный рецидивами конфронтационного мышления. Многие политики Запада до сих пор не могут примириться с той ролью, которую Россия играет в мировых делах в последнее десятилетие: они, скорее, предпочли бы ситуацию, чтобы страна, как в 90-е гг. прошлого века, безропотно следовала в фарватере западных интересов. Примеры тому - жесткий антироссийский курс бывшего президента США Дж. Буша младшего, искусственно воздвигаемые многочисленные барьеры для вступления России в ВТО, реакция Запада на объявленный Россией мораторий на действие Договора об обычных вооруженных силах в Европе (ДОВСЕ) [278], консолидированная враждебная позиция некоторых западных стран в ходе российско-грузинского конфликта в августе 2008 г. В высшей степени справедливо замечание А.Д. Богатурова о том, что "после Грузии" в Государственной Думе (и, конечно, не только в ней) только ленивый не думает об опасных сценариях взаимодействия с США [35, с. 26]. Но в рамках неолиберальной парадигмы международных отношений и мировой политики все больше торит себе дорогу противоположный тренд - стремление государств к сотрудничеству, взаимопониманию и взаимодействию. Сегодня большинство политологов разделяет эту точку зрения, учитывая новые реалии мировой политики, когда человечество столкнулось с такими огромными вызовами и угрозами, решить которые не под силу даже самой могущественной стране мира. Отнюдь не случайно, что в академических кругах концепция однополярного миропорядка, разумеется, под эгидой США, уже мало кого привлекает, ввиду очевидного ее политического краха. Кстати говоря, другие модели нового мирового порядка в формате полюсной структуры, постоянно воспроизводимые в документах, фиксирующих состояние международных отношений, имеют и сторонников, и оппонентов. Но проблема остается. Больше того: преодоление стохастического мироустройства и управление "мировой деревней" с каждым днем все обостряются. Эта важнейшая политико-теоретическая тема привлекает многих западных и российских социологов, политологов, юристов-международников, в том числе Р. Фолка, Х. Булла, Ж, Аттали, К. Коукера, П. Бьюкенена, П. Цыганкова и др. [279, 280]. Ряд работ западных ученых выдержан в эсхатологическом духе, проникнут политическим пессимизмом. В других работах предлагаются альтернативные проекты мироустройства, основанные на сотрудничестве государств. Это конструктивная идея находит подтверждение в ряде регионов мира. Уже в 90-е гг. выяснилась необходимость тесного партнерства между бывшими противниками по целому ряду проблем, требующих неотложного решения. Это в первую очередь трансграничные проблемы, которые эффективно могут быть решены только на региональном уровне. В 90-е гг. прошлого века было создано несколько межправительственных организаций, призванных наладить партнерство государств-членов.

Примером успешного сотрудничества государств, некогда разделенных "железным занавесом", является Совет Баренцева/Евроарктического региона. Эта организация, созданная в январе 1993 г. на встрече министров иностранных дел России и стран Северной Европы, Постоянными членами Совета являются Россия, Дания, Исландия, Норвегия, Финляндия, Швеция и Европейская комиссия [54]. Статус наблюдателя в Совете имеют Великобритания, Германия, Италия, Канада, Нидерланды, Польша, Франция, США и Япония. Целью Совета провозглашалось содействие устойчивому развитию региона, двустороннему и многостороннему сотрудничеству в области экономики, торговли, науки и техники, экологии, инфраструктуры, образования, культурных обменов, туризма, а также реализации проектов по улучшению положения малочисленных коренных народов Севера. СБЕР собирается ежегодно на уровне министров иностранных дел. Решения по вопросам деятельности организации Совет принимаются на основе консенсуса. Председательство в СБЕР осуществляется путем добровольной ротации. Рабочим органом СБЕР является Комитет старших должностных лиц, состоящий из представителей внешнеполитических ведомств стран-членов и наблюдателей СБЕР. Комитет старших должностных лиц готовит сессии министров, осуществляет текущую деятельность СБЕР, курирует рабочие группы Совета. В СБЕР действуют рабочие группы по экономическому сотрудничеству, экологии, энергетике, Северному морскому пути, молодежной политике. Под эгидой рабочей группы по экономическому сотрудничеству функционируют целевые группы по преодолению торговых барьеров и по лесному хозяйству. Под эгидой СБЕР действует Региональный совет, в который входят руководители административных единиц, образующих Баренцев регион. Россия представлена руководителями Мурманской и Архангельской областей, Ненецкого автономного округа, Республики Карелия и Республикой Коми. Норвегию представляют главы губерний Нордланд, Финнмарк и Тромс; Швецию - руководители Норрботтен и Вестерботтен; Финляндию руководители губернии Лапландия и союза коммун Кайнуу и Северной Остроботнии, а также представители коренного населения региона. Председательствует в Совете на двухгодичной ротационной основе один из регионов. Региональный совет разрабатывает программы сотрудничества, в которые входят проекты по развитию промышленности и инфраструктуры, повышению квалификации кадров и образованию, охраны окружающей среды и здравоохранению и т.д. [281]. В регионе реализовано много проектов, в том числе международных. В частности, в 2005 г. был завершен крупный международный проект "Баланс - Последствия глобальных изменений в регионе Баренцева моря: связь природный ресурсов Арктики, климатических изменений и экономики" [282]. Проект финансировала Европейская комиссия. Цель проекта заключалась в оценке текущего и будущего влияния климатических изменений на морскую и наземную экосистему, а также на жителей региона. Проект был форумом для эффективного сотрудничества между учеными и заинтересованными сторонами. Благодаря проекту, жители арктического региона, политики, представители групп экономических интересов, включая сферу рыболовства, лесного хозяйства, туризма и т.д., и неправительственных организаций получили ценную информацию относительно оценок и ожиданий, касающихся климатических изменений и их влияния на северные сообщества.

В 2008 г. было подписано соглашение по вопросам предупреждения, готовности и реагирования на чрезвычайные ситуации [55].

Большой интерес представляет прогностический проект "Российский регион Баренцева моря 2015". Цель проекта заключалась в разработке долгосрочной стратегии сотрудничества в регионе Баренцева моря в сфере промышленности, экологии, высшего образования и коммуникаций. Проект включал семь подпроектов (население, экономика, энергетика, экология, российская политика, геополитика и право), которые были направлены на идентификацию стимулов изменений в регионе, вероятных тенденций его развития и не определенностей его будущего. Руководитель проекта Бьерн Брунштад представил три сценария развития этого региона [283].

Сценарий первый (регион как крупная площадка нефтедобычи). Согласно сценарию, нефтегазовый бум в регионе станет реальностью. Добыча минералов, металлургия и рыболовство, ввиду высоких цен на энергоносители и побочных последствий нефтяного бума, в значительной степени утратят свою роль. Мурманск получит статус нефтегазовой столицей России. Газ, поступающий из Штокмановского месторождения, превращается в сжиженный газ и экспортируется, главным образом, на восточное побережье США. В Мурманске сооружен крупный нефтяной терминал, откуда энергоносители поставляются на мировые рынки. Три субъекта РФ - Мурманская и Архангельская области, а также Ненецкий автономный округ превратятся в сверхрегион - Баренцев край. Крупные российские и американские мультинациональным энергетические компании будут играть ведущую роль в экономике и политике; регион в целом добивается значительной автономии от федерального центра. Регион отличается значительной социальной дифференциацией в отношении доступа к образованию и медицинским услугам [283].

Что можно ожидать при этом сценарии? 1). Федеральное правительство будет содействовать быстрому экономическому росту региона, в первую путем привлечения иностранных инвестиций, которые рассматриваются в качестве основного условия возрождения России как мощной экономической державы; 2). Усиливается геополитическое сотрудничество России с США, основанное на общих интересах, например, в сфере борьбы с терроризмом; 3). Регион станет испытательным полигоном для растущего иностранного участия в нефтегазовом секторе: иностранные инвестиции рассматриваются как главный рычаг развития региона. Поэтому для поддержки этого процесса создаются особенно привлекательные условия.

Сценарий второй ("русский медведь" сохраняет свою силу). Предполагается, что данный регион останется провинцией и будет находиться под строгим контролем Москвы. Правительственные структуры во всей России по-прежнему строго централизованны: средства массовой информации, оппозиция, бизнес и гражданское общество контролируются и "управляются". Такая ситуация, по мнению Б. Брунштадта, будет способствовать улучшению координации и эффективности политики во многих сферах, но путем ущемления демократии. Богатые ресурсы Баренцевой России, незамерзающие порты и бухты, соседство с НАТО и Евросоюзом будут очень важны для России в стратегическом плане. Отношения с соседними странами будут весьма напряженны, а трансграничное передвижение будет ограничено. Разработка Штокмановского месторождения будет отложена; иностранные компании не будут участвовать в разработке нефтяных месторождений. Столицей нефти и газа станет Архангельск.

Последствиями будут:1) нефть и газ останутся решающим стратегическим ресурсом в силовом соперничестве между Россией и Западом: их отношения ухудшатся; 2) контроль будет превалировать над реформами: националистические движения, силовые структуры и ортодоксальная церковь усилят свое политическое влияние; 3) Продолжится централизация власти и управления: российский регион Баренцева моря все больше будет управляться через Санкт-Петербург; региональный капитал утратит свое значение [283].

Сценарий третий (европейская периферия). Предполагается, что численность населения региона и экономическая деятельность сократятся по сравнению с предыдущим десятилетием. Нефтяной и газовый бум не состоится, оффшорные ресурсы Баренцева моря разрабатываться не будут. Определенный подъем испытают лесное хозяйство и рыболовство. В Петрозаводске и вокруг его возникнет кластер, связанный с высокотехнологичной осью Санкт-Петербург - Хельсинки - Стокгольм. Все большее значение приобретают региональные трансграничные инициативы. Улучшится экологическая ситуация и положение малочисленных коренных народов Севера России, которые будут активно участвовать в международном сотрудничестве.

Что можно ожидать в этом случае?

. Экономические реформы в регионе буду продвигаться с трудом: Россия будет вынуждена сократить сою зависимость от нефти и газа, путем наращивания эффективной инновационной экономики, хорошо интегрированной в мировую экономику. Высокая стоимость жизни и безработица усилят миграцию в южном направлении.

. Структуры федеральной власти будут упрощены, поскольку логика эффективности экономики будут диктовать проведение административных реформ, включая и федеральную систему управления.

. Регион будет получать меньшее внимание со стороны внешнего мира, но границ станут более открытыми. Новое постсоветское поколение жителей региона будет содействовать новым умонастроениям и связям с северными странами, что скажется на развитии международного сотрудничества в различных сферах: от управления рыболовством до защиты прав коренных народов Севера [283].

Деятельность Совета Баренцева/евроарктического регион по реализации различных проектов находит высокую оценку среди политических лидеров стран-участниц. В частности, о позитивной роли Совета в сфере экономики, науки, безопасности, образования и защиты культурного наследия региона заявил премьер-министр Российской Федерации В. Путин в своем выступлении на международном форуме "Арктика - территория диалога", состоявшимся осенью 2010 г. в Москве. В то же время он призвал к ответственному отношению к Арктике, В противном случае, "... завтра мы получим не глобальные преимущества, но глобальные проблемы" [284].

Арктический Совет. В свое время США совместно с Канадой, Данией, Финляндией, Исландией, Норвегией, Российской Федерацией и Швецией учредили Стратегию защиты окружающей среды Арктики [285, с. 163]. Для реализации этой стратегии были образованы рабочие группы: по мониторингу и оценке; сохранению флоры и фауны; готовности к чрезвычайным ситуациям; по защите морской среды [286, с. 5]. После нескольких лет реализации Стратегии по панарктическим проблемам окружающей среды, государства-члены согласились расширить сферу своих акций за счет проблем устойчивого развития Арктики. В 1996 г. появилась новая международная организация - Арктический Совет, действующий в качестве межправительственного форума на высшем уровне [56]. В настоящее время членами Арктического Совета являются Канада, Дания (Гренландия, Фарерские острова), Финляндия, Исландия, Норвегия, Швеция, Россия и США. Кроме государств-членов, в работе Арктического Совета постоянно участвуют шесть организаций: 1) Международная ассоциация алеутов; 2) Арктический Совет атабасков; 3) Международный совет гвичинов; 4) Циркумполярная конференция инуитов; 5) Арктические коренные народы России; 6) Совет саамов.

Высшим органом Арктического Совета являются сессии министров иностранных дел стран-участниц, которые проходят каждые два года в стране, принимающей эстафету председателя. Свои решения Совет принимает на основе консенсуса всех государств-членов, т.е. используется так называемый межправительственный метод, что типично для международных организаций. Несмотря на то, что рекомендации Совета юридически не обязательны, они имеют большой политический вес.

Председательство в Совете осуществляется на ротационной основе. Поочередно работу Совета возглавляли: Канада (1996-1998 гг.), США (1998-2000 гг.), Финляндия (2000-2002 гг.), Исландия (2002-2004 гг.), Российская Федерация (2004-2006 гг.), Норвегия (2006 - март 2009 гг.). В настоящее время председательствует Дания (2009-2011 гг.). С 2011 г. работу Арктического Совета возглавит Швеция. Каждая страна - председатель готовит план работы на двухлетний период, выдвигает определенные приоритеты. Страны-участницы высоко ценят Арктический Совет как форум сотрудничества. Говоря о председательстве России в Совете, министр иностранных дел РФ С. Лавров заявил: "... мы самая крупная арктическая страна и больше других выигрываем от этого сотрудничества в силу нашего географического положения".

Первая сессия министров стран-участниц, состоявшаяся в канадском Икалуите 17-18 сентября 1998 г., приняла ряд важных решений. В частности, была определена процедура работы Арктического Совета, одобрено постоянное членство международной организации алеутов и статус наблюдателей Германии, Нидерландов, Польши, Великобритании и Северной Ирландии, Нордического Совета, международного комитета арктической науки и т.д. Министры также подчеркнули необходимость тесного сотрудничества Арктического Совета и его программ с Советом Баренцева/евроарктического региона, Нордическим Советом министров и другими международными организациями [287].

В 2000 г. в Барроу (Аляска, США) состоялась вторая сессия министров стран-участниц Арктического Совета [289]. Прежде всего, был принят Рамочный документ по устойчивому развитию, который явился базой сотрудничества по данной проблеме в Арктике [58]. Повестка сессии включала разнообразные вопросы. Министры приняли ряд мер организационного плана, одобрили проекты по мониторингу экологической ситуации в Арктике, сохранению флоры и фауны региона. Высокую оценку получила деятельность рабочей группы Арктического Совета по устойчивому развитию, включая инициативу "Дети и молодежь Арктики", проект арктической телемедицины и проекты в области культуры и экотуризма, прибрежного рыболовства, осуществляемых в рамках программы устойчивого развития и т.д. Были рассмотрены также вопросы мониторинга биоразнообразия, правовой защиты морских вод Арктики, эмиссии органических поллютантов и т.д. Одобрение получили проекты, реализуемые на основе интегрированного экосистемного подхода по усилению сохранения биоразнообразия в российской Арктике.

На министерской сессии в Инари (Финляндия, 2002 г.) рассматривалось несколько крупных проблем [59]. Прежде всего, подчеркивалось стремление стран-участниц улучшать условия проживания людей в Арктическом регионе. Решение этой проблемы виделось в формате устойчивого развития Арктики. Странам-участницам рекомендовалось разработать конкретные проекты экономического сотрудничества. Высокую оценку получила деятельность Арктического Совета через циркумполярное сотрудничество по расширению экологического и культурного туризма, что благотворно сказалось на жизни местных сообществ региона. Особый акцент министры сделали на роли женщин в развитии арктических сообществ. Ставилась задача противодействия всем формам насилия в отношении женщин и замалчивания проблемы. Обсуждались также вопросы сотрудничества стран-участниц в области здравоохранения, информационного обмена по содействию здоровому образу жизни, роли образования и тренингов в улучшении здоровья детей и молодежи. Министры отметили важное значение в устойчивом развитии региона различной инфраструктуры, включая воздушный, морской и наземный транспорт, современные средства телекоммуникации и прочее.

Вторым пунктом в повестке сессии значилась проблема загрязнений в Арктике. Министры согласились в рекомендациями, предложенными в рамках программы "Arctic Pollution 2002", и сочли необходимым учитывать их в политике и программах по сокращению загрязнений в Арктике, а также предпринять меры по адекватному анализу проблемы на региональном и глобальном уровнях. Помимо прочих вопросов, министры одобрили много- и двусторонее финансирование проектов по борьбе с загрязнениями в российской Арктике, а также свое намерение продолжить сотрудничество с Российской Федерацией по повышению безопасности АЭС и мест захоронения ядерных отходов.

Касаясь проблемы биоразнообразия и устойчивого использования природных ресурсов, министры признали рекомендации рабочей группы Арктического Совета по сохранению флоры и фауныв качестве стратегии будущей работы Совета по сохранению биоразнообразия. Условием эффективности этой деятельности признавалось сотрудничество с третьими странами, улучшение мониторинга биоразнообразия на циркумполярном уровне, полное применение традиционных знаний. Ответственное управление природными ресурсами Арктики (нефти, газа, металлов), включая предупреждение чрезвычайных ситуаций, рассматривалось сквозь призму защиты окружающей среды и устойчивого развития коренных народов Арктики и местных сообществ. Были рассмотрены и другие соответствующие вопросы.

Климатические изменения являются традиционной темой дискуссий на министерских сессиях. В этом плане констатировалась тенденция потепления в Арктике и его крупные последствия для всего региона. Арктика, в свою очередь, по мнению министров, может служить своего рода системой раннего предупреждения о глобальных климатических изменениях. В этом смысле был отмечен прогресс в оценке и обобщении знаний, касающихся климатических изменений, усиления ультрафиолетового излучения и т.д. Министры отметили также важность продолжения диалога по проблеме последствий климатических изменений, деятельности национальных правительств, местных сообществ, региональных властей, бизнес-сообществ и ученых по усилению потенциала смягчения этих последствий и адаптации к ним.

Кроме названных проблем, на сессии обсуждались также вопросы усиления международного сотрудничества Арктического Совета, деятельности Арктического университета и др.

Рейкьявикская декларация, принятая на 4-й министерской сессии 24 ноября 2004 г., в первую очередь заострила проблему циркумполярного и международного сотрудничества по проблемам устойчивого развития в Арктике [60]. Это, по мнению министров, имеет фундаментальное значение для реагирования на циркумполярные вызовы. Свою роль в этом процессе предстояло выполнить жителям Арктики, местным сообществам, правительствам стран-участниц. Уникальную возможность международного сотрудничества и координации международных научных исследований министры связывали с предстоящим в 2007-2008 гг. Международным полярным годом.

В традиционном духе рассматривалась проблема климатических изменений в Арктике. Подтвердив хорошо известные тенденции, министры особое внимание уделили роли научных исследований в регионе. Министры выразили уверенность в том, что результаты исследований окажутся полезными для правительств стран-участниц при планировании и реализации политики в сфере глобальных климатических изменений.

Салехардская декларация была принята 6 октября 2006 г. по месту проведения министерской сессии (Салехард, Россия) в связи с 10-й годовщиной Арктического Совета [61]. В преамбуле документа подчеркивалось значение Арктического Совета как важного форума по укреплению взаимодоверия и сотрудничества в циркумполярной области, а также его большой вклад в благополучие жителей Арктики. Кроме того, признавалось усиление участия коренных народов, наблюдателей от не арктических государств, международных организаций и НПО в деятельности Арктического Совета и его вспомогательных органов. Министры вновь подтвердили значение природной среды Арктики в глобальном сообществе, культурное разнообразие и глобальное международное значение вопросов Арктики [61]. В контексте климатических изменений в Арктике рабочим группам Арктического Совета рекомендовалось продолжить анализ и обобщение соответствующих наблюдений, включая сбор материалов местных жителей и коренных народов. Предстоящий Международный Полярный Год (МПГ) рассматривался как уникальная возможность развития сотрудничества и координации арктических исследований, повышения понимания важности арктического региона. Государствам-членам Арктического Совета, его рабочим группам предлагалось принять участие в планировании МПГ. Одновременно выражалась поддержка различным проектам в рамках МПГ, в том числе по проблемам коренных народов Арктики, изучению климатических изменений и т.д.

Быстрые изменения в арктическом регионе рассматривались в контексте их влияния на социальную, культурную и экономическую деятельность жителей Арктики. Выражалась поддержка различным тематическим проектам, содействующих устойчивому развитию арктического региона. Касаясь проблем мониторинга и оценки состояния Арктики, министры призвали государства-члены Арктического Совета повысить достоверность данных, предоставляемых его рабочим группам. Предстояло провести долгосрочный мониторинг здоровья жителей Арктики, а также биологических последствий загрязнений и климатических изменений во всех частях региона. Кроме того, планировалось проведение различных акций в отношении загрязнителей, по сохранению флоры и фауны, профилактике и реагированию на чрезвычайные ситуации, защиты морской среды Арктики и т.д. [290].

В апреле 2009 г. по итогам 6-й сессии министров стран-участниц Арктического Совета в Тромсе (Норвегия) была принята очередная Декларация [173]. Обсуждая проблему климатических изменений в Арктике, министры отметили неизбежность антропогенного влияния на климат. В целях идентификации существующих и новых мер по сокращению эмиссии, рекомендовалось учредить специальную группу. Признавалась также необходимость адаптации к климатическим изменениям с помощью, в частности, информационного обмена и лучшей практики.

Вторым пунктом в декларации стояли вопросы Международного Полярного Года и его наследия. Участники сессии подчеркнули вклад МПГ в углубление понимания климатических изменений в Арктике и заявили о необходимости поддержки международного сотрудничества по максимизации достижений МПГ в таких сферах, как арктические наблюдения, доступ к научным данным, образование, образ жизни аборигенов и других жителей Арктики [291]. Отдав должное вкладу Арктического Совета в МПГ и его достижения, министры согласились расширить сотрудничество, включая создание институциональных рамок для поддержки циркумполярных наблюдений и прочее.

В декларации нашли отражение также вопросы арктического судоходства. В свете данной проблемы были одобрены рекомендации "Оценки арктического морского судоходства" по повышению безопасности мореплавания в Арктике, защиты народов Арктики и ее природной среды. Заслуживает внимания стремление стран-участниц Арктического Совета, выраженное на министерской сессии, реализовать национальные и международные правила, касающиеся содействия безопасности арктического морского судоходства, включая предотвращение загрязнения арктических морских вод, сокращение рисков их отравления, содействие эффективному реагированию на чрезвычайные ситуации [173]. Намечались меры по сотрудничеству с Международной морской организацией. Актуальной проблемой признавалось сотрудничество в области поисково-спасательных операций в Арктике, что, по мнению участников сессии, предстоит обсудить на министерской сессии в 2011 году.

Проблемы здравоохранения и человеческого развития обсуждались в контексте климатических изменений в Арктике. В этой связи анализировалось влияние трансграничных загрязнений на здоровье людей, предоставление местному населению рекомендаций по диетическому питанию. Одновременно декларировалась необходимость сохранения и развития культур и языков местных народов, их адаптации к новым условиям жизни в Арктике.

В области энергетики подчеркивался технологический, управленческий и правовой прогресс, что, по утверждению министров, позволило значительно сократить влияние нефтегазовой деятельности на экологию региона. Министры заявили о намерении стран-участниц укреплять сотрудничество по предупреждению и ликвидации разливов нефти и вредных веществ в Арктике. В этих целях странам-участницам предлагалось вводить меры предосторожности, придерживаться принципа "платит загрязнитель", снижать риски, связанные с разведкой, эксплуатацией, транспортировкой и хранением нефти. В контексте уникальных возможностей устойчивого развития Арктики, признавалась важность эффективного использования энергоносителей и более широкого внедрения возобновляемых источников энергии.

В декларации отмечается роль политических акций стран-участниц по снижению угрозы загрязнения Арктики органическими и радионуклеидными веществами. В тоже время выражается озабоченность по поводу накопления в регионе новых химических веществ и их потенциальной угрозы для людей и дикой природе. Участники сессии одобрили ряд инициатив в Арктике, в частности, создание циркумполярного механизма финансирования проектов и акций по профилактике, снижению и ликвидации загрязнений в Арктическом регионе.

При обсуждении проблем биоразнообразия констатировалось стрессовое воздействие климатических изменений и их последствий на Арктику, а также повышение взаимопонимания стран-участниц в этом плане во время датского председательствования в Арктическом Совете. Признавался важный вклад "Программы мониторинга циркумполярного биоразнообразия" и "Оценки арктического биоразнообразия" в понимании воздействия климатических изменений и других стрессоров на природу, биоразнообразие, адаптацию и устойчивое использование всех живых ресурсов Арктики. Были одобрены и другие меры по сохранению арктического биоразнообразия.

В декларации изложено также видение проблем управления и организации деятельности Арктического Совета. В частности, рекомендовалось усилить политическую роль Арктического Совета через проведение совместных заседаний заместителей министров и постоянных представителей в межсессионный период, улучшить его структуру в целях полного выполнения его миссии, продолжить дискуссии о роли наблюдателей, добиваться от стран-участниц повышения участия постоянных представителей в Арктическом Совете и т.д.

Страны-участницы Арктического Совета стремятся повысить эффективность его деятельности [86]. Своего рода институционально-тематическим нововведением является совместная инициатива Норвегии, Дании и Швеции на 2006-2012 гг., предусматривающая общие приоритеты в течение их председательства. Прежде всего - это проблемы климатических изменений в Арктике. Страны намерены продолжать усилия по обеспечению высокого качества соответствующей информации по климатическим изменениям, поступающей от государств-членов и коренных народов Севера. Эта информация передается государствам-членам Арктического Совета на регулярной основе. Государства-члены обязуются поощрять обмен информацией и проведение дискуссий, в том числе по вопросам стратегии адаптации для различных районов Арктики. Предусмотрены меры на местном уровне по снижению выбросов парниковых газов.

Второй приоритет - интегрированное управление ресурсами региона. Норвегия, Дания и Швеция договорились уделять должное внимание потребностям местных общин и коренных народов. Жизненно важной признается необходимость соблюдения высоких экологических стандартов, устойчивая и щадящая эксплуатация природных ресурсов. Ввиду трансграничной природы многих экосистем Арктики, акцентируется роль международного сотрудничества как необходимого условия устойчивого развития. Страны-председатели намерены поощрять дискуссии по этим проблемам и содействовать интегрированному управлению природными ресурсами в соответствии с высокими экологическими стандартами.

Третий приоритет - усиление научных исследований в Арктике в Международный полярный год и последующее время. Норвегия, Дания и Швеция обязались оказывать политическую поддержку совместному комитету МПГ и обеспечить применение результатов МПГ в процессе принятия политических решений. Арктическому Совету ставится задача использовать наследие МПГ в форме долгосрочных интегрированных циркумполярных наблюдений и мониторинга происходящих в Арктике изменений. Кроме того, учитывая изменения в Арктике, предусмотрены меры по улучшению экономической и социальной статистики, а также создание постоянного форума по координации и мониторингу экологических данных.

Приоритетное внимание уделяется проблеме традиционных промыслов коренных народов Арктики, В этой связи предлагается создать кластер, который бы объединил всю соответствующую деятельность Арктического Совета. В повестке работы стоят также вопросы охраны здоровья местного населения. В этих целях, в частности, будет проведен анализ связи между специфическими болезнями и социально- культурными и экономическими параметрами.

Во время председательства Норвегии, Дании и Швеции будут осуществлен ряд мер по улучшению деятельности и структуры Арктического Совета.

Реализация основной функции Арктического Совета - контроль и координация программ, учрежденных в рамках Стратегии охраны окружающей среды Арктики (АЕПС), принятой в 1989 г., возложена на рабочие группы, которым оказывают поддержку научные и технические экспертные группы [56, с. 721-722]. Рассмотрим мандаты рабочих групп, которые охватывают различные проблемы Арктики.

Рабочая группа по загрязнениям в Арктике (ACAP) свой формальный статус получила на министерской конференции в Салехарде (РФ) в 2006 году [61]. Прежде она действовала в качестве комиссии в рамках Плана по снижению загрязнений в Арктике, мандат которой охватывал вопросы ограничений и снижения эмиссии загрязнителей в окружающую среду, а также развития международного сотрудничества.

Мандат рабочей группы по оценке и мониторингу (AMAP) предусматривает достижение следующих целей: представление надежной и эффективной информации относительно статуса и угроз природной среде Арктики, научные рекомендации для поддержки деятельности государств-членов Арктического Совета по предупреждению и устранению загрязнителей. Рабочая группа несет ответственность за определение уровней и оценки воздействия антропогенных поллютантов на экологию Арктики. Среди других задач - фиксация тенденций загрязнений, источники загрязнений, их влияние на флору и фауну Арктики. Приоритетные группы загрязнителей включают, среди прочего, тяжелые металлы (особенно ртуть и кадмий), радиоактивность, углеводороды и т.д. [293].

Рабочая группа по защите морской среды Арктики (PAME) включает национальных представителей стран-участниц, представителей коренных народов Арктики, наблюдателей, представителей заинтересованных организаций и сторон. Эта рабочая группа является уникальной платформой для сотрудничества по широкому кругу проблем морской среды Арктики [294].

Мандат рабочей группы по предупреждению, готовности и реагированию на чрезвычайные ситуации (EPPR) охватывает проблемы предупреждения, готовности и реагирования на чрезвычайные ситуации в сфере экологии в арктическом регионе. Члены рабочей группы обмениваются информацией о "лучшей практике", реализуют проекты, в том числе по разработке инструкций и методологии оценки рисков, проведению экспертиз и тренингов. Основная задача рабочей группы - разработка стратегии по предупреждению и реагированию на опасности, связанные с добычей и транспортировкой нефти, газа, радиологических и иных вредных веществ. С 2004 г. мандат рабочей группы включает также вопросы природных катастроф [290].

Рабочая группа по сохранению арктической флоры и фауны (CAFF) в своей деятельности руководствуется стратегическим планом по сохранению биоразнообразия и двухлетними рабочими планами. Мандат рабочей группы охватывает проблемы сохранения арктического биоразнообразия, представление рекомендаций правительствам и населению региона, а также реализацию мер по устойчивости живых ресурсов Арктики. Рабочая группа предоставляет базовые данные, касающиеся долгосрочного статуса и тенденций арктического разнообразия, состояния экосистемы. Рекомендации применяются для принятия решений в конфликтных ситуациях, возникающих на почве интересов сохранения окружающей среды и регионального развития. Рабочая группа фокусирует свою деятельность на следующих вопросах: 1) управление биоразнообразием и природными процессами; 2) эксплуатация живых видов в Арктике; 3) климатические изменения; 4) адаптация к изменения в Арктике; 5) устойчивое развитие региона; 6) коммуникация [295].

Деятельность рабочей группы по устойчивому развитию (SDWG) заключается в предоставлении рекомендаций государствам-членам Арктического Совета и принятии ими мер по устойчивому развитию в Арктике, включая защиту окружающей среды, экономики, культуры и здоровья местных сообществ. На министерской конференции в Барроу (2000 г.) были установлены следующие сферы деятельности, имеющие особое значение для устойчивого развития:

- здравоохранение и благосостояние населения Арктики;

устойчивая экономическая деятельность и рост благосостояния местных сообществ;

- образование и культура;

проблемы детей и молодежи;

управление природными ресурсами, включая живые;

развитие инфраструктуры [296].

В рамках Арктического Совета реализовано много проектов. В 2006 г. был инициирован проект по оценке биоразнообразия Арктики. В качестве координатора проекта выступила рабочая группа Арктического Совета по сохранению флоры и фауны. Результаты проекта отражены во многостраничном отчете [297]. В 2009 г. Рабочая группа по устойчивому развитию предоставила исследовательский отчет "Уязвимость и адаптация к климатическим изменениям в Арктике" [298]. Ряд проектов и инициатив в 2006-2009 гг. был реализован под руководством рабочей группы по предупреждению, готовности и реагированию на чрезвычайные ситуации. В частности, был осуществлен перевод на русский язык инструкции по оценке технологического загрязнения береговой линии Арктики; завершен канадский проект "Стратегия управления ущербом, причиненными разливами нефти". Получил одобрение проект Российской Федерации "Развитие систем безопасности в Арктике". В 2009 г. Норвегия инициировала проект "Действие нефти и других вредных веществ в арктических водах". Успешно был завершен проект по управлению радиационным контролем на предприятиях "Атомфлот" в Мурманске и на судостроительном заводе "Звездочка" в Архангельской области. В результате проекта были предложены рекомендации по сокращению рисков на опасных производствах благодаря методологии оценки рисков [290]. Несколько проектов реализовала рабочая группа по защите морской среды Арктики. В частности, была проведена оценка арктического морского судоходства, предоставлены рекомендации для Международной морской организации, проведен анализ адекватности применения международных соглашений в области морского права. В настоящее время в стадии завершения находится проект "Arctic Ocean Review", результатом чего будет подробный анализ глобальных и региональных мер, направленных на защиту арктических морских пространств и береговой природной среды.

В 2010 г. состоялась промежуточная оценка статуса и тенденции арктического биоразнообразия [299]. Этот отчет явился вкладом Арктического Совета в Международный год биоразнообразия, объявленного ООН, и реализацию Конвенции ООН о биоразнообразии. В отчете подчеркивается исчезновение в последние десятилетия различных видов флоры и фауны, в том числе в тундре, в озерах, в морской среде. В этой связи отмечается глобальное влияние изменения арктического биоразнообразия и вызовов местному населению. При подготовке отчета использовались 22 индикатора, что позволило провести тщательный анализ биоразнообразия Арктики на современном этапе. В отчете представлен широкий спектр изменений арктической экосистемы и биоразнообразия. В частности, отмечается особая уязвимость полярного медведя в отношении документально зафиксированных фактов сокращения морского льда в полярном бассейне. В некоторых районах Арктики отмечена смена некоторых растительных элементов экосистемы тундры (определенные виды трав, лишайники и прочее) на виды, типичных для более южных районов, например, на вечнозеленые кустарники. По оценкам, в 2100 г., линия произрастания деревьев продвинется на север более чем на 500 километров, что приведет к потере 51% обитателей тундры. Отмечена тенденция отступления вечной мерзлоты, что также оказывает негативное влияние на арктическую и субарктическую флору. Признается, что некоторые экосистемы уже нельзя рассматривать в качестве арктических. Скорее всего, многие виды животных и растений в будущем не выживут.

Специфическим проектом Арктического Совета является Арктический университет, созданный в июне 2001 года в связи с десятилетием Стратегии защиты окружающей среды Арктики. Арктический университет - это международная сеть университетов, колледжей и других образовательных учреждений приарктических стран в целях содействия образованию и изучения Севера. Сегодня членами сети являются 110 учреждений; 85 из них - это образовательные структуры восьми приарктических государств, например, университет Акурейри (Исландия), университетский центр в Свальбарге (Норвегия), университет Макмилла (Монреаль), Архангельский технический университет, университет в Нууке (Гренландия), университет Умеа (Швеция) и др. В университетской сети Россия представлена 14 образовательными учреждениями. Кроме того, членами Арктического университета являются организации малочисленных коренных народов Севера и научные учреждения.

Его управление основано на международном представительстве. За годы функционирования Арктического университета сложилась своеобразная система управления:

Совет университета (своего рода парламент), ежегодно заседающий на сессионной основе с участием представителей всех членов Арктического университета;

Исполнительный комитет в составе нескольких должностных лиц, избираемых Советом Арктического университета, выполняющий в межсессионный период текущую работу;

Совет губернаторов;

президент Арктического университета, в руках которого сосредоточено общее управление, разработка и реализация программ Арктического университета;

международный секретариат, отвечающий за внутреннюю и внешнюю информацию, например, выпуск ежемесячного периодического издания Арктического университета [300], функционирования веб-сайти и т.д.;

форум ректоров (президентов, ректоров, провостов университетов, колледжей), на заседаниях которого обсуждаются специфические вопросы.

Основная цель Арктического университета заключается в том, чтобы превратить Арктику в сильный, с устойчивым развитием регион путем поощрения аборигенов и других жителей Севера к образованию, мобильности и знаниям. На базе Арктического университета разрабатываются и реализуется разнообразные программы. Одна из них - программа циркумполярных исследований - адресована студентам образовательных учреждений стран-членов Арктического Совета. Обучение студентов проводится в различной форме: очная, заочная, он-лайновая. Программа дает знания о странах, циркумполярном мире и позволяет в будущем профессионально заниматься вопросами устойчивого управления природными ресурсами Севера, самоуправления, арктической инженерии, малочисленных коренных народов Севера. Существует и другие международные программы, например, студенческих обменов в течение 3-12 месяцев; полевые школы - краткосрочные курсы для молодых исследователей из образовательных учреждений стран-членов Арктического Совета и прочее. Важная программа Арктического университета - тематическая сеть - независимая сеть экспертов по конкретным проблемам Севера. Сеть содействует институциональному сотрудничеству по проблемам, представляющих взаимный интерес, среди членов Арктического университета. Примерами тематических сетей являются, в частности, "Управление северными регионами", "Искусство и ремесло малочисленных коренных народов Севера", "Мировой образ коренных народов Арктики", "Сельское хозяйство Арктики и использованию природных ресурсов", "Арктическая инженерия и наука [301].

"Северное измерение". Заметную роль в сотрудничестве Евросоюза, Норвегии, Исландии и России выполняет так называемое "Северное измерение", созданное в 1999 г. География партнерства охватывает огромные территории: от европейской Арктики и субарктики до южных границ Балтийского моря, включая сопредельные государства, и от северо-западной России на востоке до Исландии и Гренландии на западе. Политика "Северного измерения" является инициативой Европейского союза. "Северное измерение" представляет собой региональный подход к соседним странам Евросоюза и в этом плане он противоположен двусторонним отношениям ЕС с соседними странами. "Северное измерение" означает радикальную реорганизацию отношений ЕС с соседними государствами. Европа регионов трансформируется в доминирующий ныне подход так называемых "концентрических кругов" с Евросоюзом в центре. Страны-кандидаты на членство в ЕС занимают "внутренние круги", а третьи страны - "внешние круги". Такой региональный подход препятствует созданию новых разделительных линий в Европе и создает сильные импульсы для стран "внешних кругов" приближаться к нормам и ценностям Евросоюза [302].

О возможностях "Северного измерения" свидетельствует участие в его деятельности Совета государств Балтийского моря, Совета Баренцева/евроарктического региона, Арктического Совета, Нордического Совета министров, Европейского банка реконструкции и развития, Европейского инвестиционного банка, Северного инвестиционного банка, региональных и субрегиональных организаций и органов власти, НПО и других структур гражданского общества. Благодаря США и Канаде, имеющих статус наблюдателей, "Северное измерение обеспечивает также рамки для интенсивного трансатлантического сотрудничества партнеров по вопросам, касающихся северных регионов планеты [79]. Практическое сотрудничество осуществляется через партнерство. Несмотря на различный характер и способы партнерства, оно стремится сочетать политические вопросы, работу экспертов и реализацию проектов [86]. Участие международных финансовых институтов гарантирует реализацию даже крупных инфраструктурных проектов путем сотрудничества. Политика "Северного измерения" направлена на улучшение взаимодействия региональных органов на севере Европы, избегая при этом дублирования деятельности. "Северное измерение" стремится максимально эффективно использовать доступные человеческие и финансовые ресурсы региона, улучшить условия пересечения границ лицами и товарами, способствуя тем самым экономическому сотрудничеству и человеческим связям [303]. Важное направление деятельности "Северного измерения" - поддержка национального и субнационального трансграничного сотрудничества в качестве инструмента содействия региональному развитию, а также создание сильных городских сетей и территориальных структур.

Основными приоритетами политики "Северного измерения" являются:

- экономическое сотрудничество(торговля, инвестиции, бизнес, инновации, развитие рынков труда, энергетика, лесное и сельское хозяйство, транспорт и логистика, телекоммуникации и информационные технологии);

- свобода, безопасность и правопорядок (управление границами, создание эффективных правовых систем, сотрудничество судов по уголовным и гражданским делам, борьба с оргпреступностью, трафиком лиц и наркотиков, нелегальной миграцией и другими трансграничными преступлениями);

- внешняя безопасность (гражданская защита);

- научные исследования, образование и культура (обмен образовательными программами, молодежная политика, содействие межличностным контактам, культурная идентичность и прочее);

- экология, ядерная безопасность и природные ресурсы (сокращение риска ядерного и других видов загрязнений, морская безопасность, защита морской среды Балтийского и Баренцева морей, биоразнообразие, защита арктической экосистемы, климатические изменения, сотрудничество в области водной политики, экологическое законодательство, усиление административного потенциала и т.д.) [304];

социальная сфера и здравоохранение (профилактика заразных болезней, содействие сотрудничеству системы здравоохранения и социальной сферы и прочее) [303].

С момента учреждения "Северного измерения" реализовано много различных проектов, в том числе в Российской Федерации. В частности, в Санкт-Петербурге в 2005 г. был реализован проект по строительству завода по очистке сточных вод. Это был первый крупный проект, реализованный в России в рамках "Северного измерения" [304]. Итогом ввода предприятия в действие было существенное снижение объемов неочищенных сточных вод, сбрасываемых в Балтийское море. На официальной церемонии по случаю запуска предприятия присутствовали Президент РФ В. Путин, губернатор Санкт-Петербурга В. Матвиенко, Президент Республики Финляндии Т. Халонен и премьер-министр Швеции Г. Перссон. Как правило, запуск подобных предприятий не привлекает важных персон самого высокого уровня, но в данном случае это объясняется беспрецедентным уровнем международного сотрудничества. Проект был удостоен международных премий Швеции, Евросоюза и Российской Федерации.

В Сосновом бору (Ленинградская область) будет реализован проект по реабилитации водоснабжения. В Сыктывкаре (Республика Коми) реализуется проект по улучшению деятельности муниципальных служб, что позволит значительно улучшить поставку питьевой воды. В Ленинградской области реализован проект по реабилитации системы отопления, что сократило объемы эмиссии газов и потери электроэнергии. Введен в эксплуатацию завод по сжиганию илового осадка на Северной станции аэрации.

Нельзя не упомянуть об исследовательском проекте "Управление возобновляемыми природными ресурсами в северо-западной России". Исследовательская группа включала финских и российских ученых. Кроме того, исследователи сотрудничали с рядом научными подразделениями из России (Петрозаводск, Архангельск, Москва), Швеции, Норвегии, Исландии, Австрии и Германии. Изучение проблем управления осуществлялось в двух секторах российской экономики: лесном хозяйстве и рыболовстве. Объектами изучения были выбраны предприятия Мурманска, Архангельской области, Вологодской области (г. Сокол) и Карелии (Кондопожский бумажный комбинат). Результатом реализации проекта был тщательный анализ вызовов в сфере управления природными ресурсами с точки зрения мультидисциплинарного подхода, сочетающего экспертные работы университетов Лапландии и Йенауу, различные научные дисциплины и международные исследовательские сети. Осуществление проекта углубили понимание динамики управления природными ресурсами в России. Выявлены управленческие достижения и проблемы. Проверены западные концепции управления в конкретном российском региональном и местном контексте, что стимулировало теоретические дебаты. Кроме того, политики, заинтересованные европейские и российские организации и лица, широкая общественность получили объемную информацию, касающуюся управления природными ресурсами.

Новый импульс политике "Северного измерения" придал хельсинкский саммит (2006 г.), принявший два важных документа: Политическую декларацию [305] и Рамочную программу [306]. Особое значение придается усилению связей между "Северным измерением" и общим пространством Евросоюза и России [307]. Партнерство между членами "Северного измерения" осуществляется в сфере окружающей среды, общественного здравоохранения и социального развития, культуры, транспорта и логистики. В рамках "Северного измерения" создано так называемое "Арктическое окно", в формате которого приоритетной проблемой является Арктический регион. В совместном заявлении второй министерской сессии обновленного нашел отражении достигнутый с 2008 г. прогресс в различных сферах партнерства и реализации инициатив. Учитывая важность решения крупных экологических проблем в пространстве "Северного измерения", министры продлили мандат "Партнерства в сфере окружающей среды" до 2017 года [308]. В целях финансирования программ был создан специальный фонд. Министры также подчеркнули необходимость дальнейшего сотрудничества по повышению эффективности энергетики и использования возобновляемых ее источников, что является залогом устойчивого развития территорий "Северного измерения" и существенным элементом модернизации экономик стран-участниц.

Были также отмечены достижения партнеров в сфере общественного здравоохранения и социального благосостояния, транспорта и логистики, культуры, научных исследований и бизнеса. Особо подчеркивалась необходимость тесного сотрудничества с региональными Советами и реализации потенциала "Арктического окна" в европейской Арктике и субарктических районах. Касаясь проблемы реализации партнерства между Евросоюзом и Россией в сфере модернизации, министры подчеркнули потенциально позитивную роль в этом процессе "Северного измерения".

Анализ деятельности институтов и механизмов международного сотрудничества по проблемам Арктики, проведенный с привлечением значительного массива официальных документов и научно-исследовательских отчетов, включая декларации министерских сессий Арктического Совета, свидетельствует в пользу ее эффективности. В рамках международных и национальных проектов тщательному и всестороннему анализу со стороны высококвалифицированных специалистов из различных стран, прежде всего стран-участниц Арктического Совета, подверглись многочисленные и разнообразные проблемы арктического региона. В частности, проведены многолетние исследования климатических изменений в Арктике, гидрографии и океанологии Северного Ледовитого океана и прилегающих к нему морей, защиты уникальной окружающей среды региона, влияния антропогенных поллютантов на процессы потепления, возможностей арктического судоходства в условиях глобального потепления, правового статуса отдельных морских пространств, условий и трудностей разработки нефтегазовых месторождений в Арктики, устойчивого социально-экономического и культурного развития народов Севера и прочее. Серьезным аргументом в пользу эффективности международного арктического сотрудничества в различном формате являются всесторонне обоснованные рекомендации для правительственных структур стран-участниц, международных и национальных бизнес-сообществ, в том числе судостроительным, туристическим и добывающим компаниям, морским перевозчикам и т.д. Несмотря на то, что основные интересы стран-участниц лежат вне чисто политической сферы, тем не менее, сотрудничество в формате Совета Баренцева/Евроарктического региона, Арктического Совета, "Северного измерения" невозможно охарактеризовать как полностью аполитичное. Умение находить компромиссные решения, вырабатывать общую стратегию и тактику противодействия новым вызовам и угрозам, добиваться их реализации - это тоже большая политика. Сотрудничество стран-участниц в Арктическом регионе имеет большой потенциал своего дальнейшего развития и совершенствования, в том числе путем усиления политической составляющей. Этому способствуют, например, предпринятые на министерских сессиях решения об институциональной трансформации Арктического Совета и его рабочих органов в целях повышения эффективности их деятельности. Усиливаются горизонтальные связи между рабочими группами и взаимодействие с некоторыми международными организациями, например, Международной морской организацией.

4.2 Сценарий "холодной войны" в контексте противоборства между Россией и странами Запада


Конечно, сотрудничество приарктических государств с точки зрения международной безопасности и национальной безопасности России наиболее предпочтительно. Как было показано выше, для такого сотрудничества есть вполне эффективные региональные политико-институциональные и правовые механизмы и инструменты. Кроме того, существуют другие возможности и пути урегулирования актуальных вопросов арктического региона. Например, использование потенциала двусторонних переговоров, некоторых универсальных международных организаций, например, ООН, Комиссии ООН по границам континентального шельфа, Международной морской организации и т.д. [17].

Вместе с тем нельзя исключать и другой сценарий освоения Арктики: жесткое противодействие западных стран. По мнению российских экспертов, полностью исключить силовой вариант решения вопроса об обладании мировой сокровищницей углеводородных и биологических ресурсов не рискнет сегодня никто. И потому претенденты на Арктику готовятся к действиям по любому сценарию [310, с.15]. Вряд ли другие участники арктической гонки молча согласятся с претензиями Российской Федерации на обширные пространства региона, его природные ресурсы, в том числе биологические. Например, если общий промысел рыбы в Мировом океане составляет 85 млн. тонн, то промысел минтая дает до 5 млн. тонн и весь этот промысел сосредоточен в крошечном районе, примыкающем к Арктике [195]. Р. Сандлер отмечал, что сегодня именно территориальные споры и столкновения по поводу ресурсов чаще всего представляют наиболее питательную среду для гражданских войн и межгосударственных конфликтов [311, с. 724-725]. История взаимоотношений СССР, а ныне Российской Федерации с западными странами не вселяет больших надежд. Россия, как нам представляется, должна быть готова к тому, что некоторые ее западные оппоненты выберут жесткую конфронтацию, встанут на путь формирования такого мироустройства, миропорядка, в котором Россию попытаются оттеснить на периферию. В качестве "улик" недоброжелательного отношения Запада к России можно назвать попытки вытеснения ее из регионов традиционных национальных интересов, обусловленных историко-культурными и другими причинами - огромного постсоветского пространства, включая Закавказье, Центральную Азию, Украину. Особую активность при этом проявляют США. Америка пытается превратить постсоветское пространство в ареал реализации своих глобальных геостратегических и геоэкономических интересов, Создание военно-воздушной базы в Кыргызстане (с каким бы статусом и названием она не функционировала), по-нашему мнению, представляет прямой вызов текущим и долгосрочным интересам России, означает их оспаривание. Причем, образно говоря, США еще не сыграли в центрально-азиатском регионе свою последнюю партию. Напротив: США пытаются укрепить здесь свои позиции, свое военно-политическое присутствие. Такая же ситуация складывается в других постсоветских республиках. Известна, например, политика поощрения ГУАМ со стороны США [312].

Антироссийскую политику некоторых западных стран определяют различные интересы: энергетические, геостратегические, политические. В этих целях используется широкая шкала методов и приемов, начиная с дипломатических и информационных усилий, заканчивая жесткими политическими демаршами, поощрением "цветных революций" в постсоветских странах, приручением и подкармливанием национальных элит [313]. Но политические катаклизмы в ряде постсоветских республик, по нашему глубокому убеждению, являются не только следствием антироссийской политики Запада и особенностями их внутреннего развития, вызванных многолетней эйфорией по поводу своих ресурсов и возможностей. К сожалению, после развала Советского Союза новая Россия не смогла (или не захотела?) предложить постсоветским республикам более или менее привлекательную модель совместного общежития, какого-нибудь перспективного политического или социально-экономического проекта. Такие проекты смогли бы запустить уже в начале 90-х гг. - пусть даже на небольшой скорости - интеграционные процессы в постсоветском мире, "замесить тесто" для прочного политического и военно-оборонительного союза. Россия в силу иллюзий предпочла другой путь.

Экономическая и политическая слабость российской правящей элиты второй половины 80-х гг. и следующего десятилетия, ее нескрываемая ориентация на вестернизацию, пренебрежение фундаментальными интересами страны, в частности, капитулянтская позиция на международной арене, поощряли западные государства на ослабление России. Надежды российских политических и экономических романтиков из лагеря либералов и монетаристов (Козырев, Бурбулис, Чубайс, Гайдар и др.) на стабильное и эффективное сотрудничество с Западом, на его готовность оказать России всю необходимую помощь окончились неудачей [314, с. 449]. Страна, вступившая на путь радикальной политической и социально-экономической трансформации, к которой Запад всячески подталкивал российскую элиту, осталась наедине со сложнейшими проблемами: ослаблением федерального центра, "парадом" суверенитетов, параличом хозяйственной и экономической деятельности, катастрофическим снижением боеспособности российской армии и флота, тотальным дефицитом продовольствия и товаров первой необходимости. Россия быстро скатывалась на позиции второразрядного государства, была вынуждена отказаться от многих внешнеполитических и иных достижений предыдущего периода, утратила практически всех своих союзников.

С 2000-х гг. Россия пытается переломить ситуацию к лучшему. Страна наконец-то осознает свою роль и заинтересованность в постсоветском мире, укрепляет в регионе свое военно-политическое, экономическое и культурное присутствие. Достаточно сослаться на деятельность таких региональных структур, как Шанхайская Организация Сотрудничества, ОДКБ. Политические и экономические позиции России усиливаются в связи с запуском региональной экономической интеграции в рамках Таможенного союза России, Белоруссии и Казахстана. Интерес к участию в союзе выражают и некоторые другие постсоветские государства, например, Кыргызстан. Но как правильно отмечает А. Арбатов в своей книге: "Взаимодействие России с постсоветскими странами должно исходить из конкретных российских экономических, военных, демографических, гуманитарных интересов и широких соображений безопасности (охрана границ, борьба с организованной преступностью, наркобизнесом, терроризмом, нелегальной миграцией и пр." [315, с.103].

Но Россия, заметим, имеет фундаментальные национальные интересы не только в ближнем зарубежье, но и на мировом уровне. Это участие страны в Совете Безопасности ООН и других международных организациях; операции по поддержанию мира и отражению агрессии; пресечение геноцида по санкциям ООН и региональных международных организаций; содействие нераспространению ядерного оружия и других видов оружия массового поражения; ужесточение режима контроля за поставками ракет и ракетной техники; внедрение согласованных квот и ограничений на торговлю оружием в мире [316, с. 41]. Без участия России сегодня невозможно решить ни одну сколько-нибудь заметную проблему мировой политики и международных отношений. "Рука" Москвы ощутима в ближневосточной политике, в международных планах урегулирования иранской проблемы, в северокорейском вопросе. Россия четко декларирует о своих интересах в АТР, на европейском континенте, в других регионах мира. Признанием роли России в мировых делах является предстоящий саммит АТР во Владивостоке. Россия диверсифицирует направления своей внешнеполитической деятельности, что, несомненно, уже приносит ощутимые политические и экономические дивиденды. (По этому поводу в научных кругах России ведутся серьезные дискуссии.) [317, с. 3-21].

Представляется, что новым азимутом мировой политики в XXI веке станет арктический регион. Не случайно, в последние годы на страницах ведущих мировых СМИ арктические сюжеты муссируются практически ежедневно. Непременным актором в этих сюжетах выступает Россия. Действительно, будучи приарктическим государством с наиболее протяженной линией арктического побережья и преследуя собственные национальные интересы в этом регионе, Россия даже в силу сугубо географического фактора (абстрагируемся на мгновение от других императивов, в том числе военно-стратегических, геополитических, экономических и т.д.) просто обречена проводить здесь активную политику. Также не вызывает сомнений, что российская политика в арктическом регионе, скорее всего, будет вызывать противодействие других государств, причем не только приарктических. В контексте огромных природных ресурсов Арктики вполне актуально мнение российского политолога А.И. Уткина о том, что договоренности мало достижимы, что за ресурсы будет происходить борьба стран, группирующихся в новые союзы [155, с.11]. Вот уже почти 100 лет "ресурсный фактор" является одним из основных элементов, влияющих на международные отношения. Принципиальное значение имеет тот факт, что речь идет о взаимосвязанности международных отношений с проблемой энергетической безопасности. Огромное значение энергоресурсов в мировой политике вызывает обострение как скрытого, так и открытого противоборства между ведущими державами за контроль над ними [29, с. 41]. И хотя, по мнению аналитиков, климатические изменения позволят начать геологоразведку и промышленное освоение отдельных частей Арктики с 2020 г., соперничество за полярные области уже непреложный факт [318].

"Интересы в Арктике и представления о границах шельфа у многих государств не совпадают, - подчеркивают российские исследователи В. Конышев и А. Сергунин. - Поэтому в будущем возможны как многосторонние, так и двусторонние коалиции на политическом фронте. Так, Финляндия и Швеция, не имеющие прямого выхода к Северному Ледовитому океану, считают, что политика арктических государств, стремящихся "поделить" регион между собой, является недальновидной и дестабилизирующей ситуацию в регионе. Эти страны рассматривают ресурсы Арктики как достояние всего человечества, и потому освоение ее природных богатств должно проходить в рамках максимально широкого международного сотрудничества" [18, с.15].

Уже сегодня в Арктике тлеют угли межгосударственных конфликтов, прежде всего, между приполярными странами. В повестке дня, повторимся, несколько серьезных проблем, которые ждут своего решения. В частности, не улажены российско-американские разногласия по поводу раздела арктических владений и экономической зоны в Беринговом проливе. Существуют противоречия между Норвегией, Российской Федерацией и другими государствами по статусу Шпицбергена и границ прилегающей к нему экономической зоны. Не урегулированы противоречия между Канадой и Данией, Канадой и США, Данией и РФ, Россией и Канадой. Ситуация обостряется в связи с требованием гренландцев политической независимости от Дании, правительство которой передала в собственность островитянам нефть и другие полезные ископаемые на гренландском шельфе. Свои арктические амбиции не скрывают другие страны: Великобритания, Китай и другие государства.

В мировую прессу и мировую общественность вбрасывается масса предсказаний и прогнозов о взаимоотношениях приполярных и третьих стран мира в Арктическом регионе. Влиятельный германский еженедельник "Шпигель" в одном из своих номеров за 2009 г. писал: "По мере того как глобальное потепление растапливает арктические льды, страны, чьи территориальные воды граничат с Арктикой, ведут политические баталии за контроль над ресурсами, скрывающимися под толщей воды и льда и поигрывают мускулами" [319]. По утверждению британской издательской группы Jane's, уже к 2020 г. начнется политическая битва за право обладания богатствами Арктики, которая грозит перерасти в прямую конфронтацию. Английским аналитикам вторят представители западного разведывательного сообщества, которое прогнозирует в ближайшем будущем вероятность международных конфликтов в связи с перераспределением экономических ресурсов и борьбы за полезные ископаемые [37].

Есть аналогичные свидетельства с верхних этажей власти. Так, главнокомандующий американскими вооруженными силами в Европе адмирал Джеймс Ставридис, выступая в октябре 2010 г. на семинаре в Кембридже по проблемам безопасности окружающей среды в Арктике [320], заявил буквально следующее: "Сегодня разногласия на Севере решаются мирным путем. Но климатические изменения могут опрокинуть в предстоящие годы равновесие в гонке за эксплуатацию все более доступных природных ресурсов. Больше того: может начаться новая "холодная война" [321]. Адмирал призвал мировых лидеров объединить свои усилия по сохранению Арктики как зоны сотрудничества, но не конкуренции - или хуже того - конфронтации. Однако ситуацию осложняет то, что адмирал уже неоднократно высказывал приверженность статье 5 соглашения о создании альянса 1949 г., согласно которой, нападение любого третьего государства на одну из стран НАТО автоматически расценивается как агрессия, направленная против всего блока.

Пессимистические прогнозы делают видные политологи и международники, в том числе западные. Большинство прогнозов напрямую увязывается с дефицитом природных ресурсов в ближайшем будущем, прежде всего, углеводородов. Конечно, конфликты возможны на другой почве, но, по-видимому, ресурсные конфликты будут преобладать. Среди адептов этой точки зрения, например, Дж. Модельски и У. Томпсон [33]. По их мнению, борьба разгорится между развитыми и бедными странами мира. Первые не захотят поступаться своими интересами, в том числе в сфере ресурсов, что приведет к консолидации отсталых стран в отношении своих противников. Будущие конфликты из-за за невосполнимых ресурсов в контексте быстрого экономического развития прогнозирует Дж. Голдстайн [323].

В свете возможных конфликтов из-за ресурсов представляются разумными внешнеполитические шаги российского руководства в поддержку международных позиций национального энергетического сектора. Несомненно, что за спорами по поводу делимитации дна Каспийского моря, арктическими экспедициями и заявками на расширение российской эксклюзивной экономической зоны в Арктике стоят долгосрочные стратегические интересы России. Скрытая или очевидная поддержка государства просматривается и за международной экспансией российских энергетических компаний, включая обмен и приобретение активов, разведку и добычу полезных ископаемых, участие в инфраструктурных проектах и прямое проникновение на рынки сбыта в США, странах ЕС, Азии, Африки и Латинской Америки.

Признавая действенность современного морского права, все-таки нельзя забывать о других возможных путях решения проблемы. В предисловии к монографии российского ученого в области морского права А.Н. Вылегжанина академик РАН А.Г. Гранберг подчеркнул, что в условиях нехватки природных ресурсов проявляется и сегодня древняя проблема послушания сильного, выраженная в изречении прямодушного Гнея Помпея: "Могу ли я помышлять о законе, когда я вооружен?" [15, с.7]

В приложении к современному миру, этот вопрос нам не кажется риторическим. В российском академическом мире, за известными исключениями, в целом прижился многократно доказанный тезис о глобальных амбициях США и возглавляемого ими военно-политического блока НАТО. Секрет Полишинеля, что распад мировой социалистической системы и ее военно-политической структуры - "Варшавского пакта" обесценил дальнейшее сохранение и существование Северо-Атлантического блока в его прежнем и хорошо известном амплуа.

Конечно, НАТО не остался закостенелой организацией: под влиянием новых реалий альянс все-таки претерпевает трансформацию. Например, ликвидирована рассчитанная во времена "холодной войны" на противостояние с СССР система линейной обороны. Сокращены структуры военного управления в Европе. Вместо 65 штабов осталось 20. Только по действующему первоначальному Договору об ОВСЕ вооруженные силы НАТО сократили свой общий потенциал примерно на 17 тыс. единиц тяжелых вооружений. Существенно сокращена численность армий стран альянса: в ФРГ - в 2 раза, в Польше - в 3,5 раза, в Чехии - в 4 раза, в Болгарии - в 3 раза и т.д. Из Европы выведено примерно 150 тыс. американских военнослужащих, т.е. около 60% от их количества в начале 1990-х годов [324]. Но, как отмечала Н.К. Арбатова, НАТО после окончания холодной войны начало процесс свой трансформации, перехода к новым миссиям, но, к сожалению, не завершила его. Альянс остается, по сути, военным блоком, хотя и с некоторыми новыми миссиями, которые, кстати, не все хорошо выполняет [317].

НАТО скорректировало стратегическое видение своей роли. Тому способствовали два фактора. Во-первых, поиск оснований своего существования, во-вторых, изменение среды безопасности. Поэтому повестка дя НАТО существенно расширилась. Новые цели и задачи альянса были определены в Лондонской декларации 1990 г. [325]. НАТО заявило о своем намерении сохранить европейскую безопасность, сократить стратегические ядерные потенциалы стран-членов альянса и уровень обычных вооружений. Планировалось также установить широкий политический диалог с третьими странами, большинство которых на тот момент являлись бывшими противниками. Стратегическая концепция НАТО, принятая в 1991 г., сформулировала условия обеспечения безопасности, включая реагирование на "многоплановые" и "разносторонние" риски и нестабильности, которые могли возникнуть вследствие серьезных экономических, социальных и политических сложностей [326, с. 92]. Доминантой новых подходов к вопросам безопасности стала политика "открытых дверей" и принятие в состав альянса новых членов.

В 90-е годы XX века и первое десятилетие нынешнего политика расширения и некоторые другие элементы деятельности НАТО стали определяющими факторами, которые провоцировали конфликты между Россией и Западом, Речь идет, прежде всего, о расширении НАТО, о натоизации европейской безопасности. Процесс расширения НАТО не закончился, что подтвердил ноябрьский саммит НАТО 2010 г. в Лиссабоне, где была принята Стратегическая концепция по обороне и безопасности государств-членов [322]. "НАТО держит открытой дверь для всех европейских демократий, отвечающих стандартам членства, так как расширение способствует построению единой, свободной и мирной Европы", - говорится в Стратегии [322]. Но чтобы успокоить Россию, подчеркивается стремление установить с ней подлинно стратегическое партнерство. НАТО, дескать, будет действовать соответствующим образом, ожидая взаимности со стороны России. В Стратегии отчетливо сформулирована ставка, при необходимости, на военную силу: НАТО будет размещать сильные вооруженные силы там, где и когда это потребуется для обеспечения безопасности своих государств-членов [322].

Важнейшим военно-стратегическим последствием расширения стало перемещение военной инфраструктуры НАТО в восточном направлении. Сегодня несколько натовских военных баз расположены непосредственно на российских границах. С 2004 г. истребители НАТО на законном основании барражируют в небе над Прибалтийским странами, а Калининградская область оказалась в плотном окружении новых членов альянса [34, с. 28]. Вступление в Североатлантический союз прибалтийских государств делает подлетное время американских крылатых ракет равным 6-7 минутам. Для потерявшей в прошлом столетии почти треть своего населения России такая степень уязвимости - большое психологическое испытание [327, с.131].

Понятно, что Россия, ее политические и военные круги, широкая общественность не могли оставаться безучастными к новым и вполне реальным угрозам на своих границах. Ознобищев справедливо отмечал, что целый ряд элементов в политике и действиях альянса, служащих предметом российской озабоченности в отношении НАТО, до сих пор не ликвидирован. Для того, чтобы задекларированное российско-натовское партнерство стало реалистичным, требуется решить важную фундаментальную проблему - научиться состыковывать политические подходы России и стран НАТО [327, с. 20]. Россия неоднократно, причем на самом различном уровне, заостряла проблему расширения альянса и его влияния на национальную безопасность страны. Как правило, верхушка альянса утверждает, что НАТО не представляет угрозы России [322]. Но имеющиеся на этот счет статистика и факты говорят сами за себя. Хорошо известна огромная асимметрия в вооружениях, военной технике и стратегическом балансе в целом между НАТО и Россией. По численности своих вооруженных сил НАТО превосходит Россию примерно в 3 раза, по военным самолетам - примерно на 1/4, по танкам - примерно в 1,7 раза, по кораблям - наполовину. Россия, таким образом, очень уязвима в военном отношении. В обозримом будущем Россия не сможет конкурировать с НАТО в военно-стратегической сфере. Ситуацию вряд ли кардинально изменит даже проводимая в настоящее время военная реформа. Фактором раздражения для России являются претензии НАТО на роль универсального инструмента обеспечения глобальной безопасности. Лейтмотив глобальной натовской ответственности за вопросы безопасности и готовности решать их с применением военной силы звучит едва ли не ежедневно. Нынешний Генсек НАТО Расмуссен, выступая в Католическом университете Лиссабона, заявил, что НАТО не нуждается в войсках, находящихся в казармах; альянсу нужны вооруженные силы, которые можно будет перемещать на большие расстояния, где они могут пребывать сколь угодно долго [328].

По нашему мнению, в свете таких откровений следует изменить понятие "натоизация европейской безопасности" на более объемное: "натоизация глобальной безопасности". Очевидно стремление НАТО в нарушение международного права, прежде всего Устава ООН, самостоятельно взвалить на себе бремя обеспечения безопасности во всех регионах мира. Новым подтверждением стремления НАТО во главе с США подменять собой ООН и самостоятельно решать, кто является угрозой международной безопасности являлись бомбардировки Ливия, являющейся членом ООН и суверенным государством. По мнению многих аналитиков, такая позиция западных государств, за некоторым исключением, свидетельствует о намерении перекроить карту мира в своих собственных эгоистических целях.

Анализ новой Стратегии НАТО доказывает, что альянс готов решать собственными силами самые различные глобальные проблемы: распространение ядерного оружия и других видов оружия массового поражения; терроризм; трафик оружия, наркотиков, людей; киберпреступность; экстремизм; дефицит воды; последствия глобального потепления и т.д. Но как отмечалось на дискуссии в редакции журнала "Международная жизнь", разведка России докладывала, что примерно 80-85% всех мероприятий НАТО - это боевая оперативная подготовка штабов, отработка вопросов авиационных ударов, морских десантников [329].

Конечно, определенные позитивные подвижки во взаимоотношениях НАТО и России есть. Можно сослаться на Совет Россия-НАТО, совместные проекты, транзитные перевозки военных грузов США через территорию РФ и другое. На последнем саммите НАТО-Россия в ноябре 2010 г. в Лиссабоне, в частности, были идентифицированы общие угрозы. Тем не менее напористость политики НАТО намного превосходит стабилизационный потенциал существующего механизма отношений альянса с Россией [35,с. 31]. Поэтому главный вопрос, беспокоящий Россию, не решается.

В значительной степени его решение зависит от США. Но эта страна не может отказаться от политических и стратегических канонов, заложенных в годы президентства Б. Клинтона. Именно тогда сформировалась доктрина США как средоточия мироздания, миропорядка, могущественного гаранта международной безопасности и американо-центричной системы международного права. C приходом к власти других администраций эгоистическое видение геостратегических перспектив мироустройства и мировой экономики усилилось. США взяли на себя функции властного обеспечения нового мироустройства за счет глобальной проекции силы на области своих транснациональных интересов [331, с. 14]. США выработали "кодекс" собственного поведения в мире. Во-первых, любой стране возбранялось перечить Америке или оказывать противодействие ее международной политики. Во-вторых, любые нормы поведения и санкции, зафиксированные в международных договорах и соглашениях, заключенных в предшествующий период мировой жизни (даже с формальным участием самих США) период можно было применять только с безусловным их одобрением США. В-третьих, все важные участники мировой политики должны были согласовывать любые свои существенные внешнеполитические акции с Вашингтоном; в противном случае американцы могли применить к провинившейся стране определенные санкции. Стратегия США, принятая после террористических актов 11 сентября 2001 г., также декларировала неприятие со стороны США достижения какой-либо страной военного паритета. США оставляли за собой право применить военную силу первыми, даже если нападение на США в данный момент не готовится или невозможно: "Америка будет действовать против возникающих угроз, прежде чем они полностью сформируются" [332].

Но в свое время даже Г. Киссинджер справедливо заметил, что окончание "холодной войны" создало ситуацию, которую многочисленные наблюдатели называют "однополюсным" или "моносверхдержавным" миром. Но Соединенные Штаты на деле находятся не в столь блестящем положении (курсив наш - авт.), чтобы в одностороннем порядке диктовать глобальную международную деятельность. Америка добилась большого преобладания, чем десять лет назад, но по иронии судьбы сила ее стала более рассредоточенной. Таким образом, способность Америки воспользоваться ею, чтобы изменить облик остального мира, на самом деле уменьшилась [103, с. 736-737] .

Тем не менее было бы сенсацией, если бы США и возглавляемое ими НАТО проявило равнодушие к возможностям Арктики, в том числе военно-стратегическим. Собственно, НАТО никогда не скрывало своих интересов в данном регионе. На Северо-западном театре военных действий ОВС НАТО находится акватория западной части Баренцева моря и архипелаг Шпицберген. Расширение НАТО в Арктике фактически означает отказ от признанных мировым сообществом границ операционных зон ОВС блока, установленных документами 1949-1953 гг., которые в северной Норвегии не выходили за пределы норвежских территориальных вод, а в северной Атлантике - за пределы северных границ Норвежского и Гренландского морей. Как заявил в интервью английской "Дейли Телеграф" британский министр обороны "теневого кабинета" Ли Фокс, "... 4 из 5 стран, борющихся за Арктику - это члены НАТО, и мы должны быть уверены, что НАТО обладает желанием и возможностями, чтобы не допустить действий России в Арктике, идущих вразрез с международными соглашениями". Против России НАТО и Европа консолидируются очень быстро, отбрасывая в сторону внутрисемейные распри. Угроза со стороны США и НАТО является на сегодняшний день гипотетической, но вполне может стать реальной на Севере. В политическом плане это может сказаться в вычленении блоком НАТО Арктического анклава и создание предпосылок для давления на Россию под угрозой размещения вдоль границ "спорных территорий" участников блока для "справедливого" решения вопроса дележа Арктики [333]. На такую перспективу Президент России Д. Медведев в своем интервью российской газете "Известия" отреагировал недвусмысленно: "...в Арктике вполне можно обойтись без НАТО" [334].

В январе 2009 г. в Рейкьявике состоялся семинар с участим представителей альянса, где обсуждались вопросы исследования ресурсов региона, защиты национальных интересов приарктических государств. Фактически же НАТО объявило о новом своем приоритете: борьба за ресурсы в глобальном масштабе. Руководители блока не скрывали, что основными факторами сохранения и развития военно-политического потенциала являются политическое состояние мирового сообщества, оперативно-стратегическая обстановка, а также запасы и распределение ресурсов на глобальном уровне [18, с. 47]. Показательны откровенные высказывания бывшего Генерального секретаря НАТО Я. Схеффера. В Рейкьявике он объявил Арктику объектом стратегических интересов альянса и одновременно площадкой для урегулирования спорных вопросов между США, Канадой, Данией и Норвегией, о сути которых говорилось выше. Я. Схеффер претендовал на доступность ресурсов арктического региона не только для циркумполярных государств, но и для третьих стран. Я. Схеффер пытался также обосновать необходимость военного присутствия НАТО в Арктике. Его аргументация не из самых сложных: дескать, некоторые государства наращивают своей военный потенциал и военную активность в регионе, что обязывает поступать аналогичным образом и НАТО [335]. Подразумевается, вне всякого сомнения, Россия.

На саммите НАТО в Бухаресте также ставился вопрос о превращении альянса в инструмент энергетической безопасности, что усиливает его потенциальную роль в решении проблем Арктики. США со своей стороны дали понять, что они не останутся бесстрастными наблюдателями действий России, которые в США считаются самозахватом. Генсек НАТО Расмуссен неоднократно подчеркивал, что безопасность в Арктике станет ключевым вопросом новой стратегии альянса.

Существуют различные точки зрения по поводу активизации НАТО в Арктическом бассейне. Во-первых, считается, что тем самым НАТО пытается закрепить свою роль как гаранта региональной и глобальной безопасности ввиду сильной конкуренции таких международных организаций, как ОБСЕ, ШОС и др., которые также заняты поисками решения проблем безопасности. Вторая точка зрения сводится к утверждению, что НАТО является инструментом реализации национальных интересов Норвегии, Канады и Дании, поскольку те не в состоянии самостоятельно защитить свои арктические интересы перед лицом России и США. Третье объяснение сочетает, по сути, предыдущие.

Тревожное обстоятельство для России вызвано также сильным давлением альянса в пользу вступления в его ряды Финляндии и Швеции. В самих этих странах оживились пронатовские силы. Так, в январе 2009 г. в правительственном докладе о политике Финляндии в области обороны и безопасности не исключается возможность вступления страны в альянс. Наиболее сильным лоббистом в пользу такого шага является министр иностранных дел Суоми А. Стубб. В случае успеха задуманного политического демарша, геополитическое и геостратегическое положение России ухудшится. Границы НАТО и, вне всякого сомнения, военные структуры альянса будут соседствовать со стратегически важными территориями России. Полпред России в НАТО Д. Рогозин отмечал: "Изменения климата и условий в арктической зоне может сделать Северный морской путь круглогодичным. То есть откроются льды, они растают, а значит, НАТО точно появится в Арктике. Они давно это планируют, а может быть, там появится при каких-то очень дурных условиях и американская стратегическая противоракетная оборона на палубе как раз тех самых кораблей. Понятно, что такая перспектива нас никак не устраивает" [310].

Одним из последствий вхождения Финляндии и Швеции в НАТО будет дальнейшая милитаризация региона. В стратегической перспективе появление НАТО в Финляндии и Швеции приведет к тому, что Балтийское море, с юга закрытое в военно-стратегическом плане силами НАТО, может также закрыться натовскими контингентами и с севера. Это приведет, во-первых, к ограниченной доступности Калининграда, так как контроль сил Альянса над севером и югом, а также территориальными водами балтийских стран, делает северо-запад России стратегически уязвимым. Во-вторых, участие новых стран НАТО практически всегда знаменуется их военной специализацией. Если восточноевропейский центр специализируется на континентальной войне и ориентирует свою военную промышленность на сухопутные операции, а страны западного Причерноморья на системы ПРО, то балтийские страны - это флот. На усиление морской группировки в Финляндии не пойдут, поэтому, скорее всего, этим займется Швеция. Появление новых тяжелых военных кораблей также выглядит опасно, учитывая мораторий России на ДОВСЕ, так как это означает, что у европейских военных появится соблазн наращивать морскую группировку в ответ на реакцию Москвы, которая может заключаться в развертывании противокорабельных ракетных комплексов в Калининградской области.

Милитаризация арктического региона уже сегодня является очевидным фактом. Наращивается военное присутствие приарктических государств. Ученые отмечают их растущую активность. В последние годы существенно возросло число российских, американских и норвежских судов, а также российских самолетов, находящихся на боевом дежурстве в морском и воздушном пространствах Арктики. Так, в 2008 г. российская стратегическая авиация совершила 87 вылетов в этом регионе. США и Норвегия отреагировали усилением деятельности средство ПВО по перехвату российских самолетов [18, с. 47]. Дания объявила о планах создания арктического командования и арктических сил реагирования, а также усиливает военное присутствие на авиабазе в Туле (Гренландия), которая также будет открыта для союзников по НАТО. Форсирует меры по защите своих суверенных прав в Арктике Канада. Еще в 1999 г. в стране была создана межведомственная рабочая группа по безопасности Арктики (The Arctic Security Inter-departmental Group). Ее задача заключается в координации мероприятий федеральных и местных властей. В них участвуют различные ведомства Канады: Министерство национальной обороны, Агентство по защите окружающей среды, Канадская королевская конная полиция, Служба береговой охраны, Таможенная служба, Канадская служба безопасности и разведки, Министерства по делам индейцев и развития Севера, Министерства иностранных дел и внешней торговли [207, с. 49].

Западные страны вынашивают планы создания совместных морских сил быстрого реагирования, ледокольного флота, амфибийного подразделения, сил гражданской обороны по борьбе с природными и техногенными катастрофами, объединенной системы подготовки необходимых кадров. Продолжается широкомасштабная разведывательная деятельность против России. В Арктике постоянно присутствуют иностранные военные корабли и самолеты, которые могут быть использованы в качестве стартовых платформ высокоточного оружия.

Увеличиваются частота и масштаб военных учений в Арктике. В январе 2009 г. под эгидой НАТО состоялись крупномасштабные учения саперов-взрывотехников у побережья Северной Норвегии. В учениях приняли участие представители Норвегии, Швеции, Дании, Литвы, Германии, Нидерландов, Франции, Бельгии, Эстонии и Турции. Команды обучались для действий в суровых зимних условиях. В 2008 г. Канада провела в Арктике крупнейшие учения. Две подводные лодки США типа Лос-Анджелес: "Helena" и "Annapolis" участвовали в учениях в районе Северного полюса "Ice Esercise-2009", на которых отрабатывались оперативные действия в условиях Арктики и по обеспечению безопасности научных исследований.

Совершенствуется боевая техника и вооружение арктических государств. Норвегия в ближайшее время введет в строй последние два новейших фрегата (из пяти). В составе ВМФ Норвегии с 2007 г. числятся современные патрульные суд проекта "Номен", предназначенные действовать в условиях севера страны. Страна закупает крупную партию американских самолетов "Joint Strike". На канадском Севере усиливается военная составляющая. Канада, в частности, намерена построить для Арктики 6-8 сильно вооруженных патрульных судов, превратить бухту в Нанисивике (острова Баффина) в военно-морскую базу и создать тренинговый центр в бухте Резолюта (остров Корнуэлла) - оба находятся в восточной части Северо-Западного прохода. Таким образом, наземные и военно-морские Канады впервые будут дислоцироваться на постоянной основе на Севере. Улучшается их техническое оснащение. Например, канадские рейнджеры оснащаются биноклями, фотокамерами, приемниками "Джи-пи-эс". Для наблюдений в арктическом секторе страны будут использоваться спутники, беспилотные летательные аппараты, высокочастотные наземные радары, надводные и подводные акустические системы.

Усиливают свое военное присутствие в Арктике США. Уже многие годы атомные подводные лодки США с базы ПЛАБ в Кингс-Бей и базы ПЛАБ Барнгор (штат Вашингтон) несут боевое дежурство в Северном Ледовитом океане и Северной Атлантике. В регионе находится свыше 5 военных объектов, включая базы ВВС США в Анкоридже и Фэрбенксе. Принято решение о строительстве двух новых передовых баз береговой охраны в Барроу и Номе. Вооруженным силам США ставятся серьезные задачи в Арктике. В частности, 10 ноября 2009 г. Министерство ВМС США приняло документ, предусматривающий планы действий военно-морских сил страны в Арктике сроком на 5 лет. В документе речь идет, среди прочего, о четырех видах боевых действий: 1) боевые действия под водой; 2) экспедиционная война; 3) наступательные боевые действия; 4) стратегические морские перевозки. Перед ВМС США ставится задача предотвращения или ограничения региональных конфликтов. При этом особый акцент делается на стратегическое сдерживание и систему ПРО.

Россия также реализует собственные планы усиления морской и авиационной мощи. В частности, будут модернизированы стратегические бомбардировщики (ТУ-95М, ТУ-160, ТУ-22М3), а в состав Северного флота войдут три АПЛ проекта "Борей". Модернизированные АПЛ проекта "Дельфин" (он же Delta-IV по терминологии НАТО) находятся в действующем составе Северного флота и прослужат ещё как минимум десять лет. В целом 14 вооружённых стратегическими ракетами подводных лодок ВМФ РФ смогут нести 244 баллистические ракеты с в общей сложности 1000 ядерных боеголовок. Новый Договор об ограничении стратегических наступательных вооружений, 22 декабря 2010 г. ратифицированный сенатом США, устанавливает ограничение на число стратегических боеголовок (на уровне около 1500 штук). Это значит, что к концу нового десятилетия на подводных лодках будет задействовано 2/3 всего российского запаса ядерных боеголовок. Ещё никогда патрулирующие восточную часть Баренцева моря атомные подводные лодки не играли настолько важной роли для реализации российских амбиций вернуть себе роль мировой военной супердержавы. В 2010 году активизировались работы на судостроительных и судоремонтных верфях в Северодвинске. Значение этих предприятий для российской политики безопасности иллюстрирует тот факт, что с визитами здесь побывали премьер-министр В.В. Путин и президент Д. А. Медведев.

По сообщениям российских СМИ, планы боевой подготовки Военно-морского флота России будут учитывать фактор присутствия в Арктике кораблей Североатлантического альянса. Прежде всего речь идет о планах наиболее сильных флотов РФ - Северного и Тихоокеанского. Приоритетом руководства РФ в Арктике будет защита национальных интересов, что будет осуществляться с использованием атомных подводных лодок. В поле зрения ВМФ РФ постоянно будут находиться все северные морские границы страны. Исключительное значение при реализации политики России в арктическом регионе приобретает инновационное развитие страны, что в свою очередь рассматривается политической элитой страны как условие преодоления технологического отставания от Запада, диверсификации экономики. Одна из серьезных задач России - создание современных вооруженных сил страны, способных решать сложные задачи на различных направлениях и возможных театрах боевых действий. Особая роль отводится военно-морским силам России. В одном из своих выступлений премьер-министр России В. Путин отметил: "Мы можем и в состоянии решать задачи любой сложности на самом современном технологическом уровне. Такой же качественный рывок нужно совершить и в военном судостроении. Абсолютно необходимо в самые сжатые сроки разработать долгосрочную программу его развития. Она должна опираться на объективные потребности флота, учитывать задачи, которые перед ним стоят сегодня, или на базе прогноза возникнут в перспективе не менее чем 30 лет. Это как минимум" [233, с. 67].

Российские пограничники приступили к развертыванию автоматизированной системы технического контроля за северными морями: российская Арктика будет видна, что называется, насквозь. По сообщению Пограничной Службы РФ планируется завершить развертывание автоматизированной системы контроля за арктическими морями. В регионе организовано патрулирование пограничных сторожевых кораблей на трассе Северного морского пути, в результате чего было пресечено несколько попыток несанкционированного прохода иностранных судов. Также на островах вдоль трассы Севморпути планируется развернуть пограничные комплексы. Это будут суперсовременные военные городки, подобные заставе "Нагурская", уже открывшейся на архипелаге Франца-Иосифа. В итоге на арктической границе России и Северном морском пути будет создана зона сплошного мониторинга всех судов, которые передвигаются на данном направлении [310]. С 2008-го впервые за многие годы организовано патрулирование пограничных сторожевых кораблей на трассе Северного морского пути в Чукотском море.

Как видим, циркумполярным государствам не чужды шаги по милитаризации Арктики, наращиванию в регионе своего военного потенциала, в том числе за счет новейшего ракетного авиационного и морского оружия. Скорее всего, милитаризация Арктики продолжится, и вряд ли здесь можно установить режим демилитаризации, аналогичный тому, который применяется в Антарктиде [336]. Напомним, что п.1 ст.1 Договора об Антарктиде закрепил принцип мирного использования Антарктиды, который запрещает любые военные мероприятия, включая создание военных баз и укреплений, проведение военных маневров, а также испытания любых видов оружия. В качестве демилитаризованной и нейтрализованной территории Антарктида не может использоваться для размещения здесь воинских контингентов, служить театром военных действий или базой для введения таковых где бы то и было, не может быть полигоном для применения ядерного или обычного оружия [337, с. 477].

Но тогда возникает вопрос: можно ли предотвратить развитие событий в Арктике по худшему сценарию? Будут ли молчать пушки в случае обострения межгосударственных отношений? Проявят ли политические и военные руководители приарктических государств благоразумие? Казалось бы, определенные надежды есть. Мы подразумеваем в первую очередь общее состояние отношений между Россией и Западом. В частности, страны-члены НАТО Германия, Франция и Италия установили хорошие и плодотворные отношения с Россией. Между ними реализуется ряд интересных экономических и энергетических проектов, увеличивается взаимный товарооборот. Некоторые западноевропейские страны в ряде случаев поступали даже вопреки евроатлантической солидарности - этому стержню отношений между США и странами Западной Европы. Конечно, речь не идет о тотальном кризисе евроатлантизма. Потеплели отношения между Россией и США. В президентство Б. Обамы в российско-американских отношениях произошла так называемая "перезагрузка" - самое популярное слово в Вашингтоне в 2009 г., применяемое к внешнеполитическим вопросам [338, с. 43]. "Перезагрузка", в частности, означает попытку отказаться от политики взаимных обвинений и придать отношениям новый импульс [339, с. 74]. На волне "перезагрузки" удалось решить ряд существенных вопросов в сфере противоракетной обороны, сокращения стратегических вооружений, борьбы с международным терроризмом, противодействия иракским и северокорейских планам создания ракетно-ядерного потенциала. "Но означает ли это, что США перестали добиваться реставрации абсолютной неуязвимости Америки и завтра не последуют другие, более изощренные проекты, подчиненные той же цели, которая подрывает привычные основания стратегической стабильности" [340, с. 22]."Перезагрузка" может оказаться временным феноменом, повернуть вспять. Поэтому не исключена возможность, что с приходом к власти республиканцев в межгосударственных отношениях начнется откат к худшему, демонтаж уже достигнутых соглашений. Ничего экстраординарного, не логичного в этом предположении нет. Напомним, что на протяжении последних десятилетий, включая, разумеется, советский период, аналитики фиксировали череду "оттепелей" и "заморозков" между странами. Если проект "Союз-Аполлон", договоры СНВ-1 и СНВ-2 и т.д. олицетворяли прогресс межгосударственных отношений, то "звездные войны" Р.Рейгана, проект создания противоракетной обороны в Польше и Чехии Буша-младшего и прочее отражали интересы и жесткую линию американских"ястребов". Б. Клинтон в своих мемуарах писал: "...международные партнерские отношения, которые мы (демократическая партия США. - Р.А.) развивали после окончания холодной войны, станут более напряженными из-за одностороннего подхода к внешней политике республиканцев, выступавших против ряда договоров - о запрете ядерных испытаний, о предотвращении изменения климата, о противоракетной обороне и принятия Международного уголовного суда" [341, с. 1063].

Некоторые российские политологи справедливо указывают, что, к сожалению, в американском истеблишменте до сих пор сильны позиции тех людей, которые взошли на политический и научный Олимп США еще в период "холодной войны", стратегического противоборства двух ядерных сверхдержав. Эти люди придерживаются теории политического реализма [107, с. 43]. Для них характерны политико-идеологические стереотипы, в том числе навеянные живучим образом "русского медведя", который некогда раздувался американскими специалистами в области кремленологии, советологии. Такой "кадровый" состав американской политической элиты по многом определяет зигзагообразность российско-американских отношений.

Колебания российского вектора американской политики, естественно, сказываются на умонастроениях российской элиты, которая порой делает очень жесткие внешнеполитические заявления в адрес США и некоторых других стран Запада. Например, мюнхенская речь В.В. Путина. Своего рода индикатором антиамериканизма в России является в определенные периоды общественное мнение страны. Оно далеко отошло от американофильских настроений начала 90-х гг. прошлого века. "Бремя вины" за антиамериканизм россиян в значительной мере лежит на самих США. Американская политика двойных стандартов в сфере прав и свобод человека, борьбы с международным терроризмом, бесцеремонное продвижение демократии, претензии на "абсолютную истину", угрожающие действия США в августе 2008 г. вызвали разочарование политической, военной и деловой элиты страны, ее общественного мнения. В определенных кругах России вновь поднимается вопрос о военно-техническом и оборонном "ассиметричном ответе" Соединенным Штатам Америки. Сегодня аналитики оцениваются вероятность применения ядерного оружия разными странами мира, в том числе США, а, возможно, и самой Россией, выше, чем 15-17 лет [35, с. 30].

Больше того: в соответствии со своей Военной доктриной, Россия оставляет за собой право применить ядерное оружие в ответ на использование против нее и ее союзников даже обычного оружия.

Таким образом, освоение новых энергетических и транспортных возможностей Арктики в условиях глобальных климатических изменений может принять остроконфликтную форму между циркумполярными государствами, прежде всего, между Российской Федерацией и странами Запада. Есть вероятность второго издания "холодной войны", когда линия разделения пройдет не через европейские страны, а через высокоширотные арктические территории. Арктика может превратиться в главный театр политической конфронтации, а в самом худшем и нежелательном варианте -даже вооруженных столкновений. Прогнозируемым последствием конфронтации станет гонка вооружений и регресс в вопросах ограничения наступательных ядерных систем. Деградирует вся система обеспечения глобальной и региональной безопасности, в последние годы получившей осязаемые политико-правовые контуры. Гонка вооружений и ""холодная война" крайне отрицательно скажутся на экономическом развитии России, скорее всего, сорвут планы модернизации страны, приведут к огромным непроизводительным материальным и финансовым затратам. Сценарий "холодной войны" невыгоден также странам Запада. Пожинать лавры победителей, как это было в конце 80-х- начале 90-х гг. прошлого века, им не придется. Сегодня в мире накопилось множество проблем, требующих коллективных решений, эффективного партнерства всего мирового сообщества. Поэтому во всех смыслах гораздо целесообразнее заняться решением актуальных проблем мировой политики и международных отношений. Чтобы предотвратить сценарий "холодной войны", по нашему мнению, российская дипломатия должна проявлять максимальную гибкость во взаимоотношениях со странами Запада, искать разумные компромиссы, в том числе в энергетической сфере. Российское бизнес-сообщество не в ущерб национальным интересам страны должно предлагать западным партнерам выгодные транснациональные проекты, которые способствовали бы углублению взаимодоверия, предотвратили бы обострение отношений между государствами. Такая позиция будет соответствовать неореалистской теории мировой политики и международных отношений касательно растущей роли в мировых делах крупных ТНК. Западные страны, со своей стороны, должны пойти навстречу России в тех сферах, которые являются предметом ее обоснованного беспокойства, включая налаживание стратегического партнерства в вопросах противоракетной обороны, обычных вооружений в Европе, стратегии НАТО и прочее.

Заключение


Результаты нашего исследования позволяют сделать следующие выводы:

. Базовые идеи различных теоретических школ, особенно реалистов (неореалистов) и либералов (неолибералов), на мировую политику и международные отношения дают ключ для анализа современных тенденций их развития, а также - что более важно - для прогнозирования возможных сценариев решения спорных вопросов в Арктике. Интерпретация современного мироустройства, миропорядка невозможна в рамках исключительно какой-либо одной теоретической парадигмы. Сегодня в международной политике отчетливо проявляется переплетение двух подходов к решению назревших проблем: во-первых, основанного на сотрудничестве акторов, их взаимодействии, поиске компромиссных путей (примером может служить новый Договор между РФ и США в области сокращения и ограничения стратегических вооружений); во-вторых, использование силового фактора, провоцирование международных конфликтов, пренебрежение вопросами региональной и даже глобальной безопасности (примером может служить агрессия Грузии в отношении Южной Осетии в 2008 г.). Поэтому международная политика теоретически может развиваться в соответствии с двумя классическими подходами.

. Глобальное потепление, с большой долей вероятности установленное научными исследованиями, и его последствия оказывают сильное влияние на мировую политику и экономику, ставят в мировую повестку ряд серьезных проблем, в том числе связанных с адаптацией к климатическим изменениям, минимизацией экономического ущерба, обеспечением глобальной энергетической безопасности и т.д. Глобальное потепление в Арктике, открывающее возможность разведки и освоения ее огромных углеводородных и биоресурсов, а также использования Арктического бассейна в качестве мировой транспортной коммуникации, может в корне изменить геополитическую ситуацию в мире, геополитическое положение отдельных стран. Кроме того трансарктическое судоходства может принести ощутимые экономические выгоды мировой торговле, судоходным кампаниям, обеспечить надежную поставку энергоресурсов в страны Европы и Азии.

. Международно-правовой статус и режим Арктики определен нормами морского права, в частности, положениями Конвенции ООН 1982 г. Тем не менее в Арктике существует ряд нерешенных территориальных проблем между приарктическими государствами (РФ и США; РФ и Канадой; Канадой и США и т.д.), а также по статусу отдельных территорий (например, Шпицбергена). Важнейший международно-правовой спор, обострившийся в последние годы, касается, в частности, внешних границ континентального шельфа в Арктике. Огромную заинтересованность в решении проблемы на основе международного морского права проявляет Российская Федерация. Одна из причин противоречий в арктическом регионе заключается в капитулянтской позиции советской и постсоветской политической элиты, а также в стремлении некоторых западных стран получить односторонние преимущества перед Россией.

. Арктика становится одной из узловых проблем мировой политики и международных отношений XXI века. В настоящее время разворачивается так называемая "арктическая гонка" циркумполярных государств: России, Канады, США, Норвегии, Дании/Гренландии. Кроме того, важным актором соперничества в арктическом регионе становится Евросоюз. В ближайшем будущем не исключено активное участие в арктических делах Финляндии, Китая, Японии и некоторых других третьих стран. Все циркумполярные государства приняли национальные стратегии в арктическом регионе, которые преследуют разнообразные долгосрочные интересы: экологические, энергетические, экономические, транспортные, геостратегические, оборонные, социальные и др.

. Реализация целей и задач, предусмотренных "Основами государственной политики Российской Федерации в Арктике на период до 2020 года и дальнейшую перспективу", могут принести стране ощутимые геополитические, геостратегические и геоэкономические преимущества. Эта задача потребует от РФ мобилизации своих материальных и финансовых ресурсов, слаженной работы федеральных, региональных и местных органов государственной власти и управления.

. Освоение энергетических, биологических и транспортных ресурсов Арктики может осуществляться в рамках двух сценариев: а) развития международного сотрудничества; б) усиления международного соперничества с возможным переходом к остроконфликтной стадии, которая может протекать в различной форме.

. Существующие институты и механизмы международного сотрудничества циркумполярных государств, ставшего возможным после крушения биполярной системы миропорядка, доказывают свою эффективность при решении важных проблем региона, включая сферу климатологии, экологии, энергетики, транспорта, торговли, экономики, туризма, образования, социально-экономического развития малочисленных коренных народов Севера и прочее. В формате международного сотрудничества успешно реализован ряд проектов, в том числе в России. Правительствам приполярных государств, международным и национальным бизнес-сообществам, органам местной власти северных регионов даны важные рекомендации по решению различных проблем. Опыт, накопленный с 90-х гг. прошлого века приарктическими государствами, подтверждает нарастающий тренд мировой политики, отмеченный теоретиками либерализма и неолиберализма: стремление его акторов к поиску взаимоприемлемых и компромиссных решений, учета интересов партнеров, развития сотрудничества. Анализ сотрудничества циркумполярных государств, их региональных и местных органов власти и управления доказывает, что он обладает значительным потенциалом дальнейшего развития. В частности, усиливается политический вектор сотрудничества в рамках Арктического Совета. Усиление сотрудничества приарктических государств представляется наиболее оптимальным сценарием в контексте освоение энергетических и транспортных возможностей Арктики в условиях глобального потепления, решения других назревших проблем.

. Вместе с тем не исключен альтернативный первому сценарий решения проблем Арктики - остроконфликтный с участием России других приполярных государств. Уже сегодня в арктическом регионе есть элементы военно-политического противостояния, идет его милитаризация. Ситуацию осложняют амбиции НАТО в отношении Арктики, а также возможность вхождения в альянс Финляндии и Швеции. Таким образом, России будет противостоять превосходящий ее в военном отношении блок западных государств. Многие эксперты не исключают вероятность второго издания "холодной войны", когда линия разделения пройдет не через европейские страны, а через высокоширотные арктические территории. Арктика может превратиться в главный театр политической конфронтации России и НАТО, а в самом худшем варианте - даже вооруженных столкновений. Прогнозируемым последствием конфронтации станет гонка вооружений и регресс в вопросах ограничения наступательных ядерных систем. Деградирует вся система обеспечения глобальной и региональной безопасности, в последние годы получившей осязаемые политико-правовые контуры. Гонка вооружений и ""холодная война" крайне отрицательно скажутся на экономическом развитии России, скорее всего, сорвут планы модернизации страны, подтолкнут ее к огромным непроизводительным затратам людских, материальных и финансовых ресурсов.


Список использованной литературы


1.Стратегический глобальный прогноз 2030 [Текст]: / ИМЭМО РАН // Международная жизнь. - 2011. - №1 (январь).

2.Авдеева, Т.Т. Киотский протокол: за и против [Текст]: / Т.Т. Авдеева // Мировая экономика и международные отношения. - 2004. - № 11.

.Агибалов, С., Кокорин, А. Копенгагенское соглашение - новая парадигма решения климатической проблемы [Текст]: / С. Агабалов, А. Кокорин // Вопросы экономики. - 2010. - №9.

.Поздняков, Э. Изменение климата на Земле: причины и возможные последствия [Текст]: / Э. Поздняков // Мировая экономика и международные отношения. - 2005. - №4.

.Итоговая информация о выполненных российских исследованиях в рамках МПГ 2007-2008. [Электронный ресурс]: Режим доступа -http://ipyrus.aari.ruDocuments/

.Климат и окружающая среда [Текст]: / Авт. кол.: Боконбаев К.Д., Родина Е.М., Ильясов Ш.А., Подрезов О.А., Касымова В.М., Абайханова З.А., Джумадылова Ч.К. - Бишкек, 2003.

7.Iohannessen, O.M. and others, eds. The Polar Oceans and Their Role in Shaping the Global Environment [Текст]: / О.М. Iohannessen / Geophysical Union. - New York, 1994.

.Petersen, N. The Arctic as a New Arena for Danish Foreign Policy: The Ilulissat Initiative and its Implications [Текст]: / N. Petersen. - 2009.

.Tzedakis, C. Timing and duration of Last Interglacial conditions in Europe: A chronicle of a changing chronology [Текст]: / C. Tzedakis // Quaternary Science. Reviews. - 2003. - 22(8-9).

.Long-term climatic changes in the arctic region of the Northern Hemisphere. Doklady Earth Sciences / Vaganov E.A., Briffa M.M. Naurzbaev F.H., Schweingruber, S.G. Shiyatov, Shisho V.V. - 2000.

11.Барциц, И.Н. О правовом статусе российского арктического сектора [Текст]: / И.Н. Барциц // Право и политика. - 2000. - №12.

.Бекяшев, К.А. Будет ли континентальный шельф Российской Федерации расширен до Северного полюса? [Текст]: / К.А. Бекяшев // Морское право и практика. - 2007. - №3.

.Войтоловский, Г.К. Взгляд на системное морепользование: вхождение в маринистику [Текст]: / Г.К. Войтоловский. - М., 2009.

.Волосов, М.Е. Международно-правовой статус Арктики / Международное публичное право [Текст]: / М.Е. Волосов /Отв. ред. К.А. Бекяшев. - М., 2005.

.Вылегжанин, А.Н. Решения международного Суда ООН по спорам о разграничении морских пространств [Текст]: / А.Н. Вылегжанин. - М., 2004.

.Губанов, А.И. Делимитация морских пространств между Российской Федерацией и Соединенными Штатами Америки: нормы и перспективы [Текст]: / А.И. Губанов // Вестник Московского университета. Сер.: 11 Право. - 2010. - №2 (март-апрель).

.Казмин, Ю.Б. К вопросу о внешней границе континентального шельфа России в Арктике[Текст]: / Ю.Б. Казмин // Международная жизнь. - 2010. - №3.

.Канышев, В., Сергунин, А. Арктика на перекрестке геополитических интересов [Текст]: / В. Канышев, А. Сергунин // Мировая экономика и международные отношения. - 2010. - №9.

.Мелков, Г.М. Граница континентального шельфа России: мифы, реальность, ошибки [Текст]: / Г.М. Мелков // Московский журнал международного права. - 2008. - №4.

20.Pharand, D. Canada's Arctic Waters in International Law [Text]: / D. Pharand. - Cambridge, 1988;

.Fougner, T. Economic Nationalism and Maritime Policy in Norway [Text]: /T. Fougner // Cooperation and Conflict: Journal of the Nordic Internationale Studies Association. - 2006. - V. 41. - №1.

.Keskitalo, C. Internationale Region - Building: Development of the Arctic as an Internationale Region. Cooperation and Conflict [Text]: / С. Keskitalo //Journal of the Nordic Internationale Studies Association. - 2007. - Vol. 42. - №2. 2007.

.Erik J. Molenaar E. Arctic Marine Shipping: Overview of the International Legal Framework, Gaps and Options", Journal of Transnational Law & Policy, 18 (2010) 2.

24.Андреева, Е., Соколова, В. Морское побережье постсоветской России: потенциал эффективного социально-экономического использования и пути его реализации [Текст]: / Е. Андреева, В. Соколова // Российский экономический журнал. - 2005. - №6.

.Арефьев, М., Цветков, С. Прорывной проект морской транспортировки сжиженного природного газа с Российского Севера: использование возможностей "незамерзающей" части арктического побережья (геоэкономические, народнохозяйственные и региональные аспекты) [Текст]: / М. Арефьев, С. Цветков // Российский экономический журнал. - 2005. - № 7.

.Воронов, К. Арктические горизонты стратегии России: современная динамика [Текст]: / К. Воронов //Мировая экономика и международные отношения. - 2010. - №9 (октябрь).

.Лексин, В.Н., Швецов А.Н. и др. Арктический мост - международный проект. [Текст]: / Авт. кол.: В.Н. Лексин, А.Н. Швецов, Е.Н. Андреева, Ю.Н. Швембергер, Л.Н. Ильина, Е.М. Махлин. - М., 1999.

.Боровский, Ю. Политизация мировой энергетики [Текст]: / Ю. Боровский // Мировые процессы. - 2008. - Т.6. -№1(16).

.Денчев, К. Мировая система энергетической безопасности: история и перспективы [Текст]: /К. Денчев // Новая и новейшая история. - 2010. - №2.

.Медведев, А.И. ООО "Газпром": достижения и перспективы [Текст]: / А.И. Медведев //Международная жизнь. - 2006. - №8.

.Сафранчук, И.А. Мировой энергетический баланс [Текст]: / И.А. Сафранчук // Современные глобальные проблемы мировой политики. - М., 2009.

32.Energy and Security: Towards a New Foreign Policy Strategy / Ed. вy J.H. Kalicki and D.L. Goldwyn. - Washington-Baltimore, 2005.

.Modelski, G., Tompson, W. The Long and Short of Global Politics in the Twenty-first Century: Policy Development Group (NEPDC) - National Energy Policy. Washington, 2005 [Электронный ресурс]: Режим доступа - // http: newsland.ru/News/Detail/id/449508.

34.Антошкин, С. На ком лежит ответственность за военную безопасность России? [Текст]: / С. Антошкин // Власть. - 2004. - №11.

.Богатуров, А. Равновесие недоверия: приоритеты России на фоне смены власти в США [Текст]: / А. Богатуров // Международные процессы. - 2009. -Т.7. - №3(21), сентябрь-декабрь.

.Воронов, К. Арктические горизонты стратегии России: современная динамика [Текст]: / К. Воронов //Мировая экономика и международные отношения. - 2010. - №9 (октябрь).

.Германович, Ч.А. Геополитика. Арктические шахматы [Текст]: / Ч.А. Германович // Национальная оборона. - 2010 - № 12.

.Арбатова, Н.К. "Атлантический союз" с европейского берега [Текст]: / Н.К. Арбатова // Международные процессы. - 2004. -Т.2. - №3(6).

.Баталов, Э.Я. Новый мировой порядок: к методологии анализа [Текст]: / Э.Я. Баталов // Полис. - 2003. -№5.

.Бузгалин, А.В. Имперская модель мира и альтернативные ей перспективы [Текст]: / А.В. Бузгалин // Международные процессы. - 2004. - Т.2. -№2(5).

.Гаджиев, К. Миропорядок сквозь призму синергетики [Текст]: / К. Гаджиев // Международные процессы. - 2005. - Т.3. -№3(9).

.Лебедева, М.М. Предметное поле и предметные поля мировой политики [Текст]: / М.М. Лебедева // Международные процессы. - 2004. - Т.2. -№2(5).

43.Bull H. The Anarchical Society. A Study of Order in World Politics [Text]:. - N.Y., 1977.

.Buzan, B. From International to World Society? English School Theory and Social Structure of Globalization [Text]: / B. Buzan. - Cambridge, 2004.

.Canton, J. The Extreme Future. The Top Trends that will Reshape the World in the Next 20 Years. [Text]: / J. Canton. - New York, 2008.

.Killaby, G. Great Game in a Cold Climate. Canada's Arctic Sovereignty in Question [Text]: / G. Killaby //Canadien Military Journal. Winter 2005-2006;

.Rourke, J.T. Internationale Relations and World Politics. Second Ed. McGraw-Hill [Text]: / J.T. Rourke. - Dushkin, 2001.

.Vulnerability and Adaptation to Climate. Change in the Arctic. Arctic Council Sustainable Development Working Group (SDWG), Editors: Birgit Njеstad, Ilan Kelman, Stein Rosenberg [Text]: / United Nation Climate Change Conference. Dec. 7-9 2009.

.Конвенция ООН по морскому праву, Монтегю-Бей, 10 декабря 1982 г. // Собрание законодательства Российской Федерации, 1 декабря 1997 г. №348 [Электронный ресурс]: //СПС "Гарант".

.Соглашение об осуществлении Части XI Конвенции Организации Объединенных Наций по морскому праву от 10 октября 1982 г., 29 июля 1994 года.

.Договор о Панамском канале от 7 сентября 1977 года.

.Конвенция относительно обеспечения свободного плавания по Суэцкому каналу от 29 октября 1888 года.

53.Guidelines for Ships Operating in Arctic ice-covered Waters. - IMO 2002..

54.Киркенесская декларация от 11 января 1993 года.

55.Agreement between the Governments in the Barents Euro-Arctic Region on Cooperation within the Fields of Emergency Prevention, Preparedness and Response, 11 December 2008.

56.Декларация об учреждении Арктического Совета 19 сентября 1996 года.

57.The First Ministerial Meeting of the Arctic Council. Iqaluit, Canada, September 17-18, 1998.

.Arctic Councils Sustainable Development Framework Document. Borrow, Alaska. - United States, 13 October 2000.

.Inary Declaration on the Осcassion of the Third Ministerial Meeting of the Arctic Council. 10 October 2002.

.Reykjvik Declaration on the occasion of the Fourth Ministerial Meeting of the Arctic Council, 24 October 2004.

.Salekhard Declaration on the occasion of the tenth Anniversary of the 11. Arctic Council the Fifth AC Ministerial Meeting the 26 October, 2006, Salekhard, Russia.

.Arctic Biodiversity Trends 2010: Selected Indicators of Change. The Arctic Councils Working Group on Conservation of Arctic Flora and Fauna (CAFF);

.Press Release: 21th May 2010. Rapid Changes for Arctic Flora and Fauna. Arctic Biodiversity Assessment - Arctic Biodiversity Trends 2010: Selected indicators of change. Report.

.Breaking the Ice. Arctic Development and Marine Transportation. Prospects of the Transarctic Route - Impact and Opportunities. Akureyi, March 27-28, 2007.

.Organised by the Icelandic Gоvernment. Contribution to the Arctic Council Marine Shipping Assesement; Arctic Council. Arctic Marine Shipping. Assessment 2009. Report. AMSA Executive Summary with Recommendations and other.

66.Международный семинар, посвященный презентации русского перевода Сводного отчета программы по Оценке климатических воздействий в Арктике (АСИА), проблемам изменения климата Арктики и вопросам подготовки Международного Полярного Года (МПГ) 2007/2008 (30 марта - 1 апреля 2005 года.

.Постановление Президиума ЦИК СССР от 5 апреля 1926 года "Об объявлении территорией Союза ССР земель и островов, расположенных в Северном Ледовитом океане".

.Перечень географических координат точек, определяющих положение исходных линий для отсчета ширины территориальных вод, экономической зоны и континентального шельфа СССP: Утвержден постановлениями Совета министров СССР от 7 февраля 1984 г. и от 15 января 1985 года.

.Правила плавания по трассе Северного Морского Пути. Утверждены Министерством морского флота СССР от 14 сентября 1990 года.

.Постановление Совета Министров СССР от 1 июня 1990 года № 565 с учетом соответствующих положений законодательства СССР и норм международного права.

.Руководство для сквозного плавания судов по Северному морскому пути. - СПб: ГУНиО МО РФ, 1995.

.Федеральный закон Российской Федерации "О континентальном шельфе Российской Федерации", 30 ноября 1995 года.

.Морская доктрина Российской Федерации на период до 2020 года.

.Основы государственной политики Российской Федерации в Арктике на период до 2020 года и дальнейшую перспективу // Российская газета. - 2009. - 30 марта.

.Конференция "Адаптация к изменению климата и ее роль в обеспечении устойчивого развития регионов" (13-14 мая 2008 г., г. Мурманск); Итоговая информация о выполнении российских исследований в рамках МПГ 2007-2008 года.

.Россия и Мир: 2010. Экономика и внешняя политика. Ежегодный прогноз. /Учреждение Российской Академии наук; Институт мировой экономики и международных отношений; Торгово-промышленная Палата РФ; Фонд перспективных исследований и инициатив. - М., 2009.

.Исследовательско-информационный центр документации коренных народов. ДОСИП АПДЕЙТ 44/45 Май-июнь 2002 года.

.The Norwegian Government's Strategy for the High North, 2006.

.The Northern Dimension of Canada's Foreign Policy. Department of Foreign Affairs and Internationale Trade; Presidential Directive to Establish U.S. Policy in Arctic Region. United States seek stop protect Arctic environment. The White House. Office of the Press Secretary. January 12, 2009.

.Statement on Canada's Arctic Foregn Policy. Exercising Sovereignity and Promoting Canada's Nothern Strategy Abroad. Government of Canada, 2010.

.Nаmminersornerullutik Oqartussat. Udenrigsministeriet Arktis i en brydningstid. Forslag til strategi for aktiviteter i det arktiske omrеde. (Arctic at a Time of Transition: Proposed Strategy for Activities in the Arctic Region). May 2008.

.Territorial Sea and Fishing Zone Act, Canada, 1970.

.Proclamation 5030 by the President of the USA on the Exclusive Economic Zone of the USA, 10 March 1983.The Canada Shipping Act, 2001.

84.Сanada: Notification regarding the Submission made by the Russian Federation to the Commission on the Limits of the Continental Shelf.

.Ministry of Foreign Affairs of Norway (206). Continental Shelf Submission of Norway: in respect of area in the Arctic Ocean, the Barents Sea and the Norwegian Sea. Executive Summary, November 2003.

.Finland?s Strategy for the Arctic Region. Prime Minister?s Office Publication. 8/2010. www.geopoliticsnorth.org/images/stories/

.Communication from the Commission to the European Parliament, the Council, the European Economic and Social Committee and the Committee of the Regions of 10 October 2007 on an Integrated Maritime Policy for the European Union [COM(2007) 575 final - Not published in the Official Journal].

.Communication from the Commission to the European Parliament and the Council. The European Union and the Arctic Region. Brussels, 20. 11. 2008. COM (2008) Final.

.Legal Aspects of Arctic Shipping. Summary Report. Directorate-General for Maritime Affairs and Fisheries European Commission. Luxemburg: Publication Office of the EU. 23 February 2010.

.Communication Green Paper. A European Strategy for Sustainable, Competitive and Secury Energy. COM (206)105 final. 08/03.2006.

.Ракитов, А.И. Историческое познание. Системно-гнoсеологический подход [Текст]: / А.И. Ракитов. - М., 1982.

.Князева, Е.Н., Курдюмов, С.П. Синергетика как новое мировидение: диалог с Ильей Пригожиным [Текст]: / Е.Н. Князева, С.Л. Курдюмов // Вопросы философии. - 1992. - №12.

.Рутенберг, В.И. Титаны Возрождения. [Текст]: / В.И. Рутенберг. -СПб, 1990.

.Макиавелли, Н. Князь [Текст]: / Н. Макиавелли //Избр. соч. Т.1. -М.-Л., 1934.

.Рутенберг, В.И. Жизнь и творчество Макиавелли / Макиавелли Н. История Флоренции [Текст]: / В.И. Рутенберг. - М., 1973.

.Баталов, Э.Я. Антропология международных отношений [Текст]: / Э.Я. Баталов // Международные процессы. - 2005. - Т.3. - №2 (8). - С. 4-17.

.Макиавелли, Н. История Флоренции [Текст]: / Н. Макиавелли. - М., 1973.

.Гоббс, Т. Левиафан // Антология мировой политической мысли: В 5 Т. [Текст]: / Т. Гоббс. - М., 1997. - Т.1.

.Гоббс, Т. Основы философии [Текст]: / Т. Гоббс. - М., 1998.

100.Гегель, Г. Политические произведения [Текст]: / Г. Гегель. - М., 1978.

101.Цыганков, П.А. Теория международных отношений [Текст]: / П.А. Цыганков. - М., 2007.

.Моргентау, Г. Международная политика//Антология мировой политической мысли: в 5 т. Т. 2 [Текст]: / Г. Моргентау. - М., 1997.

.Киссинджер, Г. Дипломатия [Текст]: / Г. Киссинджер. - М., 1997.

104.Morgenthau H. Politics among Nations. - N.Y. 1960. P. 561-564.

.Гудев, П.А. Джордж Кеннан (1904-2005). Идеалист, патриот, прагматик [Текст]: / П.А. Гудев // Политические процессы. - 2005. - Т.3. - №2(8).

106.Lippmann, W. The Cold War: A Study in U.S [Text]: - N.Y., 1947.

107.Победаш, Д.И. Профессура правит миром: политический реализм и правящая элита США [Текст]: / Д.И. Победаш // Известия Уральского государственного университета. - 2006. - №45.

108.Fox, W. Pluralism, the Science of Politics, and the World System [Text]: // World Politics. 1975. Vol. 27. - №4.

.Waltz, K. Theory of International Politics [Text]: / Reading, Mass, 1979.

110.Ланцов, С.А. Развитие теории международных отношений в 70-90-е гг. XX века / Мировая политика и международные отношения: Учебное пособие [Текст]: / С.А. Ланцов; под ред. В.А. Ачкасова. - СПб: Питер, 2009.

.Buzan, В. Rethinking Security after the Cold War [Text]: / В. Buzan // Cooperation and Conflict. - 1997. -№32. - P. 6-21.

.Waltz, K. The Emerging Structure of International Politics [Text]: / K. Waltz // International Security. - 1993. - Vol.18. -№2.

113.Давыдов, Ю.П. Нормативность в мировой политике [Текст]: / Ю.П. Давыдов // Международные процессы. - 2005. - Т.3. -№ 2(8).

.Борко, Ю.А. От европейской идеи - к единой Европе [Текст]: / Ю.А. Борко. - М., 2003.

.Роттердамский, Э. Трактаты о вечном мире [Текст]: / Э. Роттердамский. - М., 1963.

.Гроций, Г. О праве войны и мира [Текст]: / Г. Гроций // Антология мировой политической мысли: В 5 т. Т. 1. - М., 1994.

.Кант, И. Избр. соч.: В 4 т. - М., 1983.

.Вильсон, В. Обращение к Третьему пленарному заседанию мирной конференции от 14 февраля 1919 года / Документы Вудро Вильсона: В 5 т. [Текст]: / В. Вильсон. - М., 1995.

.Соловьев, Э.Г. Симптом усталости от "научного либерализма" [Текст]: / Э.Г. Соловьев // Международные процессы. - 2005. - Т.3. - 2(8).

120.President Bill Clinton. Confronting the Challenges of Broader World. N.Y. 1993.

.Най С. Дж. (младший). Взаимозависимость и изменяющаяся международная политика [Текст]: / С.Дж. Най // Мировая экономика и международные отношения. - 1989. - №12.

.Фромм, Э. Концепция человека у К. Маркса [Текст]: / Э. Фромм. - М., 1992.

.Валлерстайн, И. Геополитические мир-системные изменения: 1945-2025 гг. [Текст]: / И. Валлерстайн // Вопросы экономики. - 2006. -№4.

.Бердсолл, Н. Усиление неравенства в новой глобальной экономике [Текст]: / Н. Бердстолл // Вопросы экономики. - 2006. - №4.

.Валлерстайн, И. "Постамериканский период" мировой истории [Текст]: / И. Валлерстайн //Международные процессы. - 2009. - Т.7. -№3(21).

.Валлерстайн, И. Иммануил Валлерстайн о современном кризисе [Текст]: / И. Валлерстайн // Социс. - 2009. - №6.

.Валлерстайн, И. Экология и экономика в глобальном контексте [Текст]: / И. Валлерстайн // Вопросы экономики. - 2006. - №11.

128.Wallerstein, I. Entering Global Anarchy [Text]: // New Left Review. - 2003. - №22. - P. 27-35.

.Amin, S. Capitalisme, imperalisme, mondialisation [Text]: //Recherches internationale, №48. Printemps 1997.

.Мировая политика и международные отношения / Под ред. С.А. Ланцова и В.А. Ачкасова. - М., 2009.

.Коэн, Р. Кооперативная безопасность. Структурная схема для улучшения будущего? [Текст]: / Р. Коэн // Терроризм и антитеррористическая деятельность. Ч. 1. Колледж по изучению вопросов безопасности и международных отношений. - ГармишПартенкирхен. 1999.

.Лебедева, М.М. Мировая политика [Текст]: / М.М. Лебедева. - М,. 2007.

.Бузгалин, А.В. Постмодернизм устарел... (Закат неолиберализма чреват угрозой "протоимперии") [Текст]: / А.В. Бузгалин // Вопросы философии. - 2004. - №2.

.Омурбекова, Н.Д. Международная миграция в Содружестве наций в условиях глобализации [Текст]: / Н.Д. Омурбекова. - Бишкек, 2008.

.Джоробекова, Г.Э. Иммиграция и интеграция иностранцев в Европейском союзе: политические подходы [Текст]: / Г.Э. Джоробекова. - Бишкек, 2005.

.Теория международных отношений на рубеже столетий / Под ред. К. Буса и С. Смита; Пер. с англ. / Общ. ред. и предисл. П.А. Цыганкова. - М., 2002.

.Цыганков, П.А. Кризис идеи "демократического мира" [Текст]: / П.А. Цыганков // Политические процессы. - 2005. -Т. 3. -№3(9).

.Аснер, П. Насилие и мир [Текст]: / П. Аснер. - М., 1999.

.Максимова, М.М. Общемировые проблемы /Современные международные отношения [Текст]: / М.М. Максимова; Под ред. А.В. Торкунова. - М,. 2000.

.Капица, С.П. Рост населения Земли и будущее цивилизации [Текст]: / С.П. Капица // Общественные науки и современность. - 2003. - №3.

.Капица С.П. Демографическая революция в России [Текст]: / С.П. Капица // Век глобализации. Исследования современных глобальных процессов. - 2008. - №1.

.Римашевская, Н.М. Глобализация и мировое население: социодемографические и этнографические сдвиги / Грани глобализации. Трудные вопросы современного развития [Текст]: / Н.М. Римашевская; предисл. М.С. Горбачева; Межд. обществ. фонд соц.-экон. и полит. исслед. (Горбачев-Фонд). - М., 2003.

143.World Population Projections to 2150. United Nations, 1998.

144.Кувалдин, В.Б. Глобальность: новое измерение человеческого бытия / Грани глобализации. Трудные вопросы современного развития [Текст]: / В.Б. Кувалдин; предисл. М.С. Горбачева; Межд. обществ. фонд соц.-экон. и полит. исслед. (Горбачев-Фонд). - М., 2003.

.Папенов, К.В. Киотский протокол: история и экономика [Текст]: / К.В. Папенов // Вестник Московского университета. Серия 6. - 2006. - №5.

.Авдеева, Т.Г. Копенгаген-2009: провал, успех или момент истины? [Текст]: / Т.Г. Авдеева // Международная жизнь. - 2010. - №2.

147.Quantification of Emission from Shipps associated with Ship Movements between Ports in the European Community. [Электронный ресурс]: Режим доступа - // w.w.w. ec.europa.eu/environment/air/background.htm№transport

148.Стерн, Н. Наше будущее - экономика с низким уровнем эмиссии "парниковых" газов [Текст]: / Н. Стерн //АКИпресс. 2009. - №10.

.Future Climate Change: Modeling and Scenarios for the Arctic / Kattsov V., Kallen E. - N.Y., 2009.

150.Шишков, Ю.А. Еще один упущенный шанс [Текст]: / Ю.А. Шишков // Мировая экономика и международные отношения. - 2010. - №8.

151.Feasibility Study on the Control of the European Union Maritime Borders. Final Report. Council of the European Union. Brussels, 19 September 2003.

.Green Paper - Towards a Future Maritime Policy for the Union: a European Vision for the Oceans and Seas. "How inappropriate to cаll this Planet Earth when it is Quite clearly Ocean - attributed to Arthur C. Clarke (SEC 2006 - 689)"COM/2006/0275 final.

153.Мамбеталиева, Г.С. Демография, миграция, экология [Текст]: / Г.С. Маметалиева. - Бишкек, 2010.

154.The Limits to Growth / Meadows, D. H., Neadows D. L., Randers J., Behrens W.W. III. - N.Y., 1972.

155.Уткин, А.И. Энергетические ресурсы и геополитика [Текст]: / А.И. Уткин //Полис. Политические исследования. - 2010. - №3.

156.North meets North. Navigation and the Future of the Arctic. Report of a working group of the Ministry for Foreign Affairs of the Iceland. 1 February. 2006.

157.Оценочный доклад об изменениях климата и их последствиях на территории Российской Федерации // Росгидромет. - М., 2008. [Электронный ресурс]: Режим доступа - // climate2008.igce.ru

158.Paper - Towards a Future Maritime Policy for the Union: a European Vision for the Oceans and Seas. "How inappropriate to cаll this Planet Earth when it is Quite clearly Ocean - attributed to Arthur C. Clarke (SEC 2006 - 689)"COM/2006/0275 final.

.Eco-friendly Transport. Denmark: Key Developer of Climate Solutions. Ministry of Foreign Affairs of Denmark. Special Edition, November 2008.

.UNCTAD. Trade and Development Report. 2009.

.Декларация Рио-де-Жанейро по окружающей среде и развитию. 14 июня 1992 г. / Действующее международное право: В 3 т. Т.3. / Сост.: Ю.М. Колосов, Э.С. Кривчикова. - М., 1997. - С. 687-692.

162.Global Warming Glasnost // The Wall Street Journal. 04.12.2003.

.Dobriansky, P. Only New Technology Can Halt Climate Change //Financial Times. - 2003. - №12.

164.Режим доступа - //www. Bellona.org/articles/articles_2009 new_us_

emmission_standards

.The World Book Encyclopedia. A Volume 1. - Chicago 2001. - 636 р.

166.Arctic Council. Arctic Marine Shipping. Assessment 2009. Report. AMSA Executive Summary with Recommendations.

167.Попов, А.И., Тушинский, Г.К. Мерзлотоведение и гляциология [Текст]: / А.И. Попов, Г.К. Тушинский. - М., 1973.

168.Author - Arctic Climate: Past and Present /Alekseev G., Chen D., Forland E., Fyfe J., Groisman P., King R., Mellting H., Vose R., Whitfeld P. Lead. P.33.

.Arctic Council. Meeting of Senior Officials. Final Report, 28-29 April 2010. Iiulissat. AC-SAO-APR10 - Final Report.

.International Panel on Climate Change (IPCC) 2001: Synthesis Report. IPPC Plenary XVIII (Wembley, UK) 24-29.9. 2001.

.Joint Statement to COP 16. Cancan, Mexico, 1 December 2010.

172.Режим доступа - //www.canada.com/Technology/

173.Tromso Declaration on the occasion of the Sixth Ministerial Meeting of the Arctic Council. The 29 of April, 2009, Tromso, Norway.

.Meeting of Senior Arctic Official. Final Report. 28-29 Aprile 2010. Ilulissat. Arctic Council.

.Romanovski N., Hubberten H. Results of Permafrost modelling of the lowlands and shelf of the Laptev Sea Region, Russia. Permafrost and Periglacial Progress. 12:191-2001.

176.Павлов, А.В. Расчет и регулирование мерзлотного режима почвы [Текст]: / А.В. Павлов. - М., 1980.

177.State of the Arctic Coastal, 2010. Report. Scientific Review and Outlook. 2010. Р.12.

.Arctic Biodiversity Assessement - Arctic Biodiversity Trends 2010: Selected Indicators of Change. Conservation of Arctic Flora and Fauna (CAFF). Working Group under the Arctic Council.

.Greenland Ice Sheet - Melting Snow and Ice: Calls for Action. - Copenhagen, Denmark. 14. 12. 2009. P.9.

.Cheung W. The Capacity and Likelihood of Climate Change Adaptation in World Fisheries, Fish and Fisheries, 13 February 2009.

.UNEP/GEF Project-Russian Federation: Support for the National Programme of Action for Protection of the Arctic Marine Environment. 2 Steering Committee Meeting. Aprile 25-26, 2007. Report on the Second Meeting of the Project Steering Committee. Р.90.

182.Сlimate Change in the Norwegian Arctic - consequence for life in the North (Norwegian Arctic climate Impact Assessement), 2009.

183.Стрэндж, С. Политическая экономия и международные отношения//Теория международных отношений на рубеже столетий [Текст]: / С. Стрэндж; Под ред. К. Буса и С.Смита. - М.,2002.

.Кондратьев, В.Б. Участь и предназначенность нефтяных доходов [Текст]: / В.Б. Кондратьев // Мировые процессы. - 2008. - Т. 6. - №1 (16).

.Симония, Н. Нефть в мировой политике [Текст]: / Н. Симония // Международные процессы. - 2005. - Т.3. - №3(9).

.Симонов, К.В. Глобальная энергетическая война [Текст]: / К.В. Симонов. - М., 2007 и др.

.Исаков, Ю.Н. Глобальные энергетические проблемы [Текст]: / Ю.Н. Исаков // Международная жизнь. - 2006. - №8.

188.The Energy Independence and Security Act. Washington, 2007.

.Энергетическая стратегия России на период до 2020 г. (утверждена распоряжением правительства Российской Федерации от 28 августа 2003 г. №1234). [Электронный ресурс]: Режим доступа - // http:www.minprom.gov.ru

.Глобальная энергетическая безопасность // Документы, принятые в рамках саммита "Большой восьмерки" июль, 2006. - СПб, 2006.

191.Helm, D. The Russian Dimension and Europe External Energy Policy. dieterhelm.co.uk/publikations/russian dimension.pdf.

192.ВР: статистический обзор мировой энергетики, июнь 2009 г. //Мировая экономика. - 2009. - №9.

.Байков, Н.М., Безмельницына, Г.А., Гринкевич, Р.Н. Перспективы развития мировой энергетики [Текст]: // Мировaя экономика и международные отношения. 2007. - №5 (май).

194.National Energy Policy. Report of the National Energy Policy Development Group//US Government Printing Office. Washington, May 2001.

.Многополярный мир становится во многом приполярным миром (часть первая) //Независимая газета. - 2009. - 24 июня.

.Германович, Ч.А. Геополитика. Арктические шахматы [Текст]: / Ч.А. Германович // Национальная оборона. - 2010. - 12 (декабрь).

197.Breaking the Ice. Arctic Development and Marine Transportation. Prospects of the Transarctic Route - Impact and Opportunities. Akureyi, March 27-28, 2007. Organised by the Icelandic Gоvernment. Contribution to the Arctic Council Marine Shipping Assesement. Р. 14.

.Ивашенцев, Г.А. Азиатский вектор российской энергетики [Текст]:/ Г.А. Ивашенцев // Международная жизнь. - 2010. - №3.

.Горбунов, А.А, Троненкова, О.М. Транспортные коммуникации и внешняя политика государства [Текст]: / А.А. Грбунов, О.М. Троненков // Власть. - 2010. - № 11.

.Выдай или суди (о юридических принципах борьбы с международным терроризмом). Дискуссия //Международная жизнь. - 2010. - №3.

.Заключительный Акт Общеевропейского совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе. - М., 2003.

.Международное право. Учебник для вузов / Авт. колл.: А.Н. Талалаев, Г.И. Тункин, Шестаков Л.Н. и др. - М., 1999.

203.Arctic Waters Pollution Prevention Act, 1970.

204.Новиков, В. Из истории освоения Советской Арктики [Текст]: / В. Новиков - М., 1956.

.Собрание законов и распоряжений Рабоче-крестьянского правительства СССР. Отд.1. - 1926. - № 32.

206.Joe Borg, Member of the European Commission Responsible for Fisheries and Maritime Affairs. The European Unions Strategy of sustainable Management for the Arctic. Conference: Arctic Frontiers. Tromso, Norway, 19 January 2009.

.Володин, Д.А. Канада: проблемы суверенитета в Арктике [Текст]: / Д.А. Володин // США-Канада. Экономика. Политика. Культура. - 2006. -№12.

.Действующее международное право: В 3 т. Т. 3 /Сост.: Ю.М. Колосов, Э.С. Кривчикова. - М., 1997.

.Правила плавания по трассе Северного морского пути. Утверждены Министерством морского флота СССР от 14 сентября 1990 г.

.Российская бизнес-газета. - 2009. - 3 мая (№652).

.Конвенция ООН по морскому праву от 10 декабря 1982 года. - М., 2004.

.Федеральный закон Российской Федерации "О континентальном шельфе Российской Федерации" от 30 ноября 1995 года / Действующее международное право: В 3 т. Т.3 / Сост.: Ю.М. Колосов, Э.С. Кривчикова. - М., 1997.

.Бекяшев, К.А. Международное морское право /Международное публичное право [Текст]: / К.А. Бякишев. - М., 2005.

214.Goldsmith J., Posner T. The Limits of International Law. - N.Y., 2005.

.Guidelines for Ships Operating in Arctic ice-covered Waters. IMO 2002.

216.Ведомости Верховного Совета СССР. - 1976. - №50.

.Указ Президиума Верховного Совета СССР №10864 1984 года "Об экономической зоне СССР" В: Свод законов СССР. М., Т.4. Ст. 548-1.

.Дьякова, Н.А. Точка зрения. Россия, США, Норвегия в Арктике: спорные территории (к истории вопроса) [Текст]: /Н.А. Дьякова // Мировая экономика и международные отношения. - 2007. - №5б.

.Бюллетень международных договоров. - 2008. - №1.

.Колодкин, Р. Договор с Норвегией: разграничение для сотрудничества [Текст]: / Р. Колодкин // Международная жизнь. - 2011. - №1. - С. 14-32.

.Договор между Российской Федерацией и Королевством Норвегия о разграничении морских пространств и сотрудничестве в Баренцевом море и Северном Ледовитом океане от 10 сентября 2010 года.

.Россия и Норвегия поставили подписи под соглашением о сотрудничестве в Арктике / Сибирское агентство новостей [Электронный ресурс]. Режим доступа - http://fed.sibnovosti.ru/

.Зиланов, В. Беринговоморское противостояние России и США: продолжение напряженности или сотрудничество [Текст]: / В. Зиланов // Региональный информационный дайджест Северная Пацифика (электронный ресурс). 2001.№2.URL. Режим доступа:http://npacific.kamchatca. ru/np/ mazasin/ 2_01_r/np12007.htmb

224.US Geological Surveys "Circum-Arctic Resourse Appraisal, CARA, 2008.

225.Александров, О.Б. Лабиринты арктической политики [Текст]: / О.Б. Александров // Россия в глобальной политике. - 2009. - №4, июль-август.

.Папанин, И.Д. Жизнь на льдине [Текст]: / И.Д. Папанин. - М., 1972.

.Аристов, И. Курс на Арктику. Морская коллегия обсудила поход за 30 триллионами долларов [Текст]: /И. Аристов //Российская газета. - 20010. - 4 окт.

.Вестник ТЭК: Ежемесячный информационно-аналитический бюллетень топливно-энергетического комплекса. - 2010. - №6.

.Андрианов, В. Современные тенденции в развитии мирового морского транспорта и перспективы развития транспорта России [Текст]: /В. Андрианов // Общество и экономика. - 2005. - №5.

230.Breaking the Ice. Arctic Development and Marine Transportation. Prospects of the Transarctic Route - Impact and Opportunities. Akureyi, March 27-28, 2007. Organised by the Icelandic Government. Contribution to the Arctic Council Marine Shipping Assessement.

231.Горбунов, А.А, Троненкова, О.М. Транспортные коммуникации и внешняя политика государства [Текст]: / А.А. Горбунов, О.М. Троненко // Власть. - 2010. - №11.

.Режим доступа - http://community.livejournal.com/ru_arctic/ta.

.Нужна долгосрочная программа развития ВМФ: [Из вступительного слова Председателя Правительства РФ В.В. Путина на совещании по вопросу "Об обеспечении оборонно-промышленным комплексом нового облика Вооруженных Сил РФ современными образцами вооружения и военной техники для Военно-морского флота"] / В.В. Путин // Российское военное обозрение. №1, январь 2010 г. С. 67.

.Концепции новой энергетической идеи на XXI век. - М., 1998.

.Из выступления премьер-министра России Владимира Путина на международном форме "Арктика - территория диалога". Москва, 22-23 сентября 2010 г.

.Головикина, И.А. "Северные новости" служба информационного обмена / Полярный круг [Текст]: /И.А. Головикина. - М., 1989.

.Этнокультурный облик России: [итоги переписи 2002 года] /Ответ. ред. В.В. Степанов, В.А. Тишков; Институт этнологии и антропологии им. Н.Н. Миклухо-Маклая. - М., 2007.

.Материалы Всероссийского конгресса "Коренные малочисленные народы России на пороге XXI века: проблемы, перспективы, приоритеты". - М., 2000.

.Немчинов, В.И. Северная энциклопедия [Рук. проекта В.Д. Голубчикова, З.И. Хватисиашвили; Сост. Е.Р. Акбальян, 2004] [Текст]: /В.И. Немчинов // Восток. - 2006. - №3.

.Панкевич, Н.В. Модели федеративного устройства: закономерности политической трансформации [Текст]: / Н.В. Панкевич. - Екатеринбург, 2008.

.Российская газета. - 2010. - 18 ноября, №260 (5339).

.Синецкий, В.В. Корабль "как средство производство" национальной безопасности" [Текст]: / В.В. Синецкий // Международная экономика и международные отношения. - 2007. - №4.

.Холодный расчет. Россия не намерена создавать специальные арктические войска [Электронный ресурс]: Режим доступа

ni-journal.ru/archiv/1492813/n_3_2009/9d754911/Oce664df/

244.Максимова, Д.Д. Арктический фронт: проблемы безопасности. Кен С.Коутс, Уитни Лакенбауэр и др. Арктический фронт: защищая Канаду на Дальнем Севере [Текст]: /Д.Д. Максимов // США-Канада. Экономика. Политика. Культура. 2010. - №2, февраль.

245.Мамбеталиева, Г.С. Феномен оптимизации в контексте глобализации [Текст]: / Г.С. Мамбеталиева. - Бишкек: Илим, 2007.

246.Quiring M. Der Arkische Kuchen wird aufgeteilt//Die Welt, 22.09.2010.

247.Развитие Северного морского пути: внедрение космических технологий в оперативном информационном обеспечении ледокольного флота. Режим доступа - //community.livejournal.com/ru_arctic/tag

.Попов, Г. Кризис и глобальные проблемы [Текст]: / Г. Кризис и глобальные проблемы // Московский комсомолец. - 2009. - 24 марта.

249.Address by Minister Cannon at Launch of Statement on Canadas Arctic Foreign Policy. No. 2010/57 - Ottawa, Ontario - August 20, 2010.

250.Arctic Council. Arctic Marine Shipping. Assessment 2009. Report. AMSA Executive Summary with Recommendations. P. 24.

251.The Northern Dimension of Canada's Foreign Policy. Department of Foreign Affairs and Internationale Trade, 2006.

.Arctic Capabilities Study. Ottawa, June 2000.

.Legal Aspects of Arctic Shipping. Summary Report. Directorate-General for Maritime Affairs and Fisheries European Commission. Luxemburg: Publication Office of the EU. 23 February 2010.

254.Волауререр Б. Международное сотрудничество в регионе Мирового Севера//Вопросы истории и культуры северных стран и территорий. - 2008. - №3.

255.Baker F. Gates Stops in Alaska to Talk with Troops. [Электронный ресурс]: Режим доступа - www.defenselink.mil/news/newsarticle.aspx?id=54584

256.Presidential Directive to Establish U.S. Policy in Arctic Region. United States seek stop protect Arctic environment. The White House. Office oft he Press Secretary. January 12, 2009.

257.Appendix B. Tenth Biennial Report of the Interagency Arctic Research Policy Committee to the Congress, February 1, 2000, to January 31, 2004.

.Arctic Research of the United States. Interagency Arctic Research Policy Committee. Vol.19, Fall/Winter 2005.

.The Ilulissat Declaration, 2008.

.Arktis i en brydningstid. Forslag til strategi for aktiviteter i det arktiske omrеde (Arctic at a Time of Transition: Proposed Strategy for Activities in the Arctic Region). Maj 2008.

.The Illulissat Declaration. Arctic Ocean Conference, Illulissat, Greenland, 27-29 May 2008.

.Ministry of Foreign Affairs of Denmark and the Home Rule Governance of Greenland, 2008. P.7

263.Режим доступа - www.thecjmonwealth.org/Internal/153657/

.Право Европейского союза // Отв. ред. С.Ю. Кашкин С М., 2010. С. 39-46.

.Feasibility Study on the Control of the European Union Maritime Borders. Final Report. Council of the European Union. Brussels, 19 September 2003,

266.Киютин, В.Г., Кыдыров, Т.Т. Нелегальная иммиграция в Евросоюзе: вызовы - ответы [Текст]: / В.Г. Киютин, Т.Т. Кыдыров. - Бишкек, 2005.

.Правовое регулирование борьбы с киберпреступностью, кибертерроризмом и трафиком людей: опыт Европейского союза /Отв. ред. Киютин В.Г., Новиков А.П. - М.-Бишкек, 2010.

.Maurer A. The Arctic Region - Perspectives from Member States and Institutions of the EU, Working Paper. Research Division EU External Relations. Stiftung Wissenschaft und Politik. German Institute for International and Security Affairs. Berlin, 2010.

.Climate Change and International Security. Paper from the High Representative and the European Commission to the European Council. S113/08. 14 March 2008.Brussels, 2008.

.Report from the Commission of 15 October 2009 - Progress report on the EU's integrated maritime policy [COM(2009) 540 final - Not published in the Official Journal].

.European Communities. OJ C 174, 10/07/1989. P. 42.

.Debates of the European Parliament (English ed.) №411. P. 241.

.Protocol 3 to the Act of Accession of Sweden and Finland.

274.Тhe Commission adopted a Communication on "The Raw Materials Initiative - meeting our Critical Needs for Growth and Jobs in Europe". (COM(2008)699, оn 4 November 2008,

.The Arctic Merits the European Unions Attention - First Step Towards an EU Arctic Policy. Press Release 20.11. 08.

.Joe Borg, Member of the European Commission Responsible for Fisheries and Marime Affairs. The European Unions Strategy of sustainable Management for the Arctic. Conference: Arctic Frontiers. Tromso, Norway, 19 January 2009.

.Canton J. The Extreme Future. The Top Trends that will Reshape the World in the Next 20 Years. N.Y. 2008. Р. 30.

.The Guarian, 16.07. 2007.

.Бьюкенен, Дж. Смерть Запада [Текст]: / Дж. Бьюкенен. - М., 2003

.Коукер К. Сумерки Запада [Текст]: / К. Коукер. М., 2000.

.Двенадцатая сессия Совета Баренцева/Евроарктического региона. Совместное коммюнике. - Мурманск, 15 октября 2009 г.

282.Balance: Global Change Vulnarabilities in the Barents Region: Linking Arctic Natural Resources, Climate Change and Economics. barentsinfo.org/Content by Category/Article_archive.iw3

.Brunstadt B. Big Oil Playground, Russian Bear Preserve or European Periphery. Russian Barents Sea towards 2015. 2010.

284.Международный форум "Арктика - территория диалога" (Москва, 22-23 сентября 2010 г.)

.Стратегический глобальный прогноз 2030 // Международная жизнь. Январь 2011. С. 163.

.Wohlaurer, B. The United States in the Arctic Region: A Focus on Multilateral and Socially Oriented Programs // Вопросы истории и культуры северных стран и территорий. - 2008. - №3.

.The First Ministerial Meeting of the Arctic Council. Iqaluit, Canada, September 17-18, 1998.

.Salekhard Declaration on the occasion of the tenth Anniversary of the 11. Arctic Council the Fifth AC Ministerial Meeting the 26 October, 2006, Salekhard, Russia.

.Bаrrow Declaration on the occassion of the Second Ministerial Meeting Arctic Council. Alaska, United States, 13 October 2000.

.Emergency, Preparedness, Prevention, Response. EPPR Working Group. Report on 2006-2009 Activities (Final January 20, 2009).

291.Итоговая информация о выполненных российских исследованиях в рамках МПГ 2007/08. Режим доступа - http://ipyrus.aari.ru/Documents/Итоговая

.ACAP Work Plan 2009-2011.

293.Arctic Monitoring and Assessment Programme Working Group. Working Plan 2009-2011.

294.Protection of the Arctic Marine Environment. Working Plan 2009-2011.

.Conservation of Arctic Flora and Fauna (CAFF) Work Plan 2009-2011. Ministerial Period. April 2009.

.Sustainable Development Working Group. Work Plan for 2009-2011.

.Arctic Biodiversity Trends 2010: Selected Indicators of Change. The Arctic Councils Working Group on Conservation of Arctic Flora and Fauna (CAFF).

.Vulnerability and Adaptation to Climate. Change in the Arctic. Arctic Council Sustainable Development Working Group (SDWG), Editors: Birgit Njеstad, Ilan Kelman, Stein Rosenberg. United Nation Climate Change Conference. Dec. 7-9 2009.

.Press Release: 21th May 2010. Rapid Changes for Arctic Flora and Fauna. Arctic Biodiversity Assessment - Arctic Biodiversity Trends 2010: Selected indicators of change. Report.

.Polar Libraries Bulletin. http://arcticcentre.ulapland.i

301.Режим доступа - http: //www.uarctic.org/SingleNewsArticle.

302.Vahl M. Models for the European Neighbourhood Policy: The European Economic Area and the Northern Dimension. 29 January 2005.

303.Northern Dimension and the Arctic Window. Asgrimssen H. Minister for Foreign Affairs, Iceland. Conference in Greenland, August 2002. jcm bccktljdfybt

.Новости ЭПСИ (Экологическое партнерство Северного измерения). Выпуск 20. октябрь 2009. www.ndep.org.

305.Political Declaration on the Northern Dimension Policy.

.Northern Dimension Policy Framework Document.

.The Arctic: a Matter of concern to us All. Conference: Common Concern for the Arctic, Ilullisat, Greenland, 9 September 2008. Joe Borg, Member of the European Commission for Fisheries and Maritime Affairs.

.Northern Dimension Partnership on Culture (NDPC). International Forum. Saint Petersburg 20-21 May 2010.

.The Second Ministerial Meeting of the Renewed Northern Dimension (Oslo, 2 November, 2010). Joint Statement.

.Слижевский, А. Арктика: еще одна "холодная война? [Текст]: /А. Слижевский // Независимое военное обозрение. - 2010. - 26 марта.

311.Sandler T. Economic Analysis of Conflict //The Journal of Conflict Resolution. - 2000. - Vol. 44 (6). - P. 724-725.

312.Новая ядерная доктрина США: противнику грозят превентивные ядерные удары// NEWSru. com, -2005. - 12 сент.

.Кравченко, И.К. Образ России в германских СМИ [Текст]: / И.К. Кравченко // Международная жизнь. - 2010. - №2.

.Медведев, В., Красин, Ю., Галкин, А. Самоопределение России в глобализирующемся мире. В: Грани глобализации. Трудные вопросы современного развития [Текст]: / В. Медведев, Ю. Красин, А. Галкин // Предисл. М.С. Горбачева / Межд. Обществ. фонд соц.-экон. и полит. исслед. (Горбачев-Фонд). - М., 2003.

.Арбатов, А.Г. Уравнение безопасности [Текст]: /А.Г. Арбатов. - М., 2010.

.Тихомиров, Ю. Проблемы безопасности России в условиях глобализации [Текст]: / Ю. Тихомиров //Власть. - 2004. - №1.

.Ученый Совет ИМЭМО РАН. К новой архитектуре европейской безопасности // Мировая экономика и международные отношения. - 2010. - №11. - С. 3-21.

.Независимая газета. 24. 06. 2009.

.Der Spiegel, 13. 09. 2009.

320.Environmental Security in the Arctic Ocean. - Cambridge, 19 October, 2010.

.BarentsObserver // Cross-border News. - 2010. - 10 декабря.

322.Strategic Concept for the Defence and Security of The Members of the North Atlantic Treaty Organisation". Adopted by Heads of State and Government in Lisbon. November 2010. http://www.nato.int/lisbon2010/strategic-concept-2010-eng.pdf.

.Goldstein, J. Long Cycles: Prosperity and War in the Modern Age, 1988.

324.Келин, А.В. О расширении НАТО и интересах безопасности России [Текст]: / А.В. Келин // Бюллетень ИНИОН РАН "Европейская безопасность: события, оценки, прогнозы". - 2004. - Вып. 12.

325.London Declaration on a Transformed North Atlantic Alliance. 5-6. 07. 1990. www.nato.int/docu/comm/49-95/c900706a.htm

326.Тузовская, Н.Ю. Трансформация НАТО: от концепции к практике? [Текст]: / Н.Ю. Тузовская // Мировая экономика и международные отношения. - 2008. - №3.

327.Уткин А. Зачем России Америка?

.Ознобищев, С.К. Россия - НАТО: реалистичное партнерство или виртуальное противостояние? [Текст]: / С.К. Ознобищев //Мировая экономика и международные отношения. - 1006. - №1.

329.NATO - Managing Security in a Globalised World. Speech by Secretary General of NATO Anders Fogh Rasmussen at the Catholic University of Lisbon, Portugal. November 2010.

.Россия - НАТО после Лиссабона //Международная жизнь. - 2011. -№1 (январь).

.Афанасьев, М.В., Мясникова, Л.А. Время глобализации [Текст]: / М.В. Афанасьев, Л.А. Мясникова // Мировая экономика и международные отношения. 2005. - №10.

.Стратегия национальной безопасности США: перспективы для России. Национальная лаборатория внешней политики [Электронный ресурс]: Режим доступа - //www. nlvp.ru/print/52.html

.НАТО и Европа против России: северный передел. Www.isoa.ru/art-view.php?be_tovar_id=686

334.Режим доступа -http://brb.com.ua/new/dmitrij_medvedev_izvestiyam_

arctike_mozhno_obojtis_bez_nato.html/

335.Speech by NATO Secretary General, Jaap de Hoop Scheffer on Security Prospects in the High North. Reykjvik, Icеland. 29 Jаnuary, 2009 - www.nato.int

336.Айдаралиев, А.А. Антарктида далекая и близкая [Текст]: /А.А. Айдаралиев. - Бишкек: Илим, 2009.

.Международное публичное право [Текст]: /Отв. Ред. К.А. Бекяшев. - М., 2005.

338.Bragin, M. President Obama: A Year in the White House [Текст]: / M. Bragin // International Affairs. - 2010.- Vol. 56. - № 2.

339.Истомин, И.А. Американские аналитики о европейской безопасности [Текст]: / И.А. Истомин // Международная жизнь. - 2010. - №3.

.Торкунов, А. Дефицит демократии и международное сотрудничество [Текст]: / А. Торкунов // Международные процессы. - 2009. -Т. 7. - №3(21).

.Клинтон, Б. / Моя жизнь [Текст]: / Б. Клинтон. - М., 2005.


Теги: Анализ сценариев мировых политических процессов, связанных с соперничеством циркумполярных государств за ресурсы Арктики  Диссертация  Политология
Просмотров: 34798
Найти в Wikkipedia статьи с фразой: Анализ сценариев мировых политических процессов, связанных с соперничеством циркумполярных государств за ресурсы Арктики
Назад