Христианские демократы

Содержание


1.Природа и происхождение социалдемократии

2.Христианская демократия как политическое движение: основные идейные положения

3.Христианская демократия Беларуси: исторические и политологические аспекты

Список использованной литературы

1. Природа и происхождение социалдемократии


К идее социального государства на протяжении ХХ в. эволюционировала и социал-демократическая идеология. Истоки ее формировались еще во второй половине XIX в. в русле марксистской теории [1, с.345].

Ключевыми компонентами классического марксизма стали анализ экономической системы капитализма, как негуманной по отношению к человеку, основанной на частной собственности системы эксплуатации, философская теория исторического материализма с ее итоговым выводом об обреченности господства буржуазии и исторической роли ее могильщика - пролетариата. Марксизм являлся революционной теорией, ориентированной на слом изжившей себя капиталистической общественной системы и глубинное преобразование всех сторон общественной жизни на стадии социализма - перехода к коммунистической формации. Однако, несмотря на пафос антагонистического классового противостояния, марксизм генетически был связан именно с той общественной системой, которую принципиально отрицал [2, с.263].

При всей противоположности классического либерализма и классического марксизма между двумя этими доктринами имелось немало общего в функциональном отношении. В обоих случаях отстаивалась определенная модель глобального переустройства мира, идея всеобщей социальной, духовой, мировоззренческой революции в сочетании с экономическим детерминизмом предстоящих изменений. Обе теории, единые в ощущении исторического оптимизма, отличались крайней безапелляционностью, бескомпромиссностью, жесткостью в решении вопроса о социальных издержках реализуемого проекта. Такой максимализм обосновывался ссылками на объективность, научность предлагаемых теорий, их универсальным характером, соответствием естественному порядку вещей, природе человеческой личности. Отстаивая идею демократии как справедливого общественного устройства, обе теории фактически приносили ее в жертву другой базовой ценностной категории - идее свободы. Свобода трактовалась как безусловное общее благо, а освобождение - как основной ориентир общественного прогресса. Демократия рассматривалась как политический и правовой строй, призванный гарантировать защищенность и дееспособность основного субъекта свободы - личности для либерализма и народа в целом (точнее, трудового народа) для марксизма.

Все схожие черты классических вариантов либеральной и марксистской идеологии являлись результатом общности их происхождения - обе концепции отражали специфику процесса становления индустриального общества, ментальные особенности его двух основных классов. И по мере истощения позитивного потенциала этой общественной системы, по мере нарастания деструктивных, антагонистических тенденций обе оказывались перед общей дилеммой - сохранение, консервация классической доктрины или попытка ее модификации применительно к новым социальным условиям. Творческая ревизия либерализма по пути его «социализации» началась на рубеже XIX-XX вв. Схожую динамику имело и развитие марксистской традиции [2, с.264].

Инициатором ревизии марксистской идеологии и родоначальником социал-реформизма являлся Э. Бернштейн. Признавая гениальность многих идей Маркса и Энгельса, он считал необходимым вычленить и подвергнуть критике те положения классической доктрины, которые не соответствуют современным условиям развития западного общества, в том числе вводу всеобщего избирательного права, смягчению трудовых конфликтов, росту уровня жизни рабочих. По мысли Бернштейна, переход к социализму более не требует радикальной ломки всего общественного механизма, а может совершиться за счет эволюционного развития существующего социального порядка. Таким образом, отвергалась революционная тактика классического марксизма, но не его стратегия. Конечные цели пролетарского движения по прежнему связывались с обобществлением средств производства, преодолением эксплуататорской сущности капитализма и переходом к социалистическому типу общественного развития [1, с.348].

Вслед за классиками марксизма Бернштейн утверждал, что общество не может быть объектом социальных экспериментов, а социализм не следует представлять в качестве результата неких целенаправленных реформ. Но если Маркс и Энгельс при этом ратовали за революционный переход к социализму и установление диктатуры пролетариата, то Бернштейн видел путь к социализму в трансформации самого капитализма. Он предполагал, что внедрение в капиталистическую экономику принципов социальной справедливости (через изменение длительности рабочего дня, величины заработной платы, рост социальных гарантий и т.п.) и солидарности (развитие рабочих ассоциаций, кооперативного движения, профсоюзного движения) изменит классовый характер этой экономической модели. Залогом прочности и эффективности реформ должна была стать последовательная демократизация общественно-политической жизни. Бернштейн доказывал, что диктатура пролетариата является мифом, так как неизбежно породит диктатуру «клубных ораторов», поддерживаемую исключительно насилием. Демократия, по его мнению, является единственно приемлемой для большинства населения формой правления, при условии действительно равного доступа к рычагам власти, исключения любых форм элитарности и привилегированности, окончательного перехода к главенству права взамен прямого политического насилия [3, с.298].

После первой мировой войны рабочее движение в большинстве стран Европы окончательно перешло на позиции социал-реформизма. В 1919 г. партии подобной ориентации воссоздали II Интернационал, на основе которого в 1923 г. был создан Рабочий Социалистический интернационал. Идеологической платформой нового международного объединения стала концепция демократического социализма, которая исходила из признания классовых интересов пролетариата, социалистического характера рабочего движения, но решительно отвергала любые варианты революционной стратегии, идею диктатуры пролетариата, обобществления производства. Основными целями социал-демократического движения объявлялась борьба за демократизацию политической системы, улучшение условий труда, решение национального вопроса, противоборство с любым политическим экстремизмом, укрепление международной безопасности. Концепция демократического социализма отличалась большой тактической гибкостью, принципиальным отказом от выдвижения какой-либо универсальной программы деятельности социалистических партий. Вместе с тем сторонники демократического социализма резко негативно относились к деятельности большевистской партии в России и всего коммунистического движения в целом [1, с.352].

После второй мировой войны идеологическая программа социал-демократии была подвергнута определенной корректировке. Лидеры воссозданного в 1951 г. Социалистического интернационала были чрезвычайно зависимы от политической философии эпохи «холодной войны». К тому же на ведущих позициях в национальных социал-демократических партиях находились политические деятели правого толка - К. Бевин, К. Шумахер, К. Реннер, Дж. Сарагат. Под их влиянием идеологическая платформа Социнтерна была сформирована на основе наиболее умеренной версии концепции демократического социализма. Отвергались не только идеи диктатуры пролетариата и революционного пути ликвидации капитализма, но и представление о классовой борьбе как основе общественного развития. По сути, такой вариант социал-демократической идеологии уже мало отличался от неолиберальных теорий институционализма. Эпицентр политической активности социалистов сместился в область антимонополистической борьбы, защиты конституционно-правовых гарантий граждан, расширение государственного регулирования в экономической сфере. Сам Социнтерн, как и его предшественник РСИ, был весьма децентрализован в организационном отношении. Он создавался как «ассоциация партий» и был призван служить основой для развертывания свободных идеологических дискуссий, но не прямой политической консолидации. Выработке какой-либо централизованной линии действий на мировой арене не придавалось большого значения [3, с.302].

Существенно изменился Социнтерн в 70-80 гг., когда в его руководстве закрепилось новое поколение политиков - В. Брандт, У. Пальме, Б. Крайский, Ф. Миттеран, Ф. Гонсалес. Общая идеологическая платформа Социнтерна не стала более радикальной, но новые лидеры мировой социал-демократии сделали выбор в пользу обеспечения наибольшей гибкости идейно-политических и организационных форм деятельности Социнтерна. Существенно укрепились связи Социнтерна с радикальными демократическими и национально-освободительными движения в странах «третьего мира». Расширились и его контакты с ООН, ЮНЕСКО и другими международными организациями. Это стало следствием возросшего внимания Социнтерна к глобальным проблемам - разоружению, экологии, взаимоотношениям Севера и Юга, региональным конфликтам. Эта линия закрепилась и в 90 гг. с приходом на пост первого секретаря Социнтерна П. Моруа [1, с.359].

Наряду с социал-демократией, в послевоенный период в странах Западной Европы и США бурно развивалось альтернативное течение марксистской общественной мысли, получившее название «новые левые». К нему относились такие известные мыслители и идеологи, как Т. Адорно, Г. Маркузе, М. Хоркхаймер. Они подвергли жесткой критике тотальность, «одномерность» индустриального общества. Европейская цивилизация, по их мнению, основывалась на абсолютизации рационализма, на принципе господства над природой, что неизбежно направляло ее как против природы, так и против человека. Европейский человек копирует природный принцип господства и с помощью техники направляет его против самой природы. Знание превращается в насилие. Оно не только дает человеку инструменты власти над природой, но и гипертрофирует саму его волю к власти. Индустриальное общество, создавая высокий жизненный уровень, подавляет любые оппозиционные силы, приносит их в жертву общей цели. В этом обществе происходит не только технико-технологическая, но и духовная нивелировка. Возникает новая социальная реальность - общество потребителей. Оно конформично в своей основе, состоит из манипуляторов и манипулируемых. Господство потребительских стандартов, искусственных критериев благополучия делает людей одномерными в действиях, поступках, мышлении [1, с.359].

«Новые левые» призывали к разрушению «одномерного общества». Но они выдели выход не в организованном политическом сопротивлении, а духовной революции. Возрождение естественной человеческой сущности в мире товарного фетишизма и добровольного самоотчуждения практически невозможно. Есть лишь способы уйти из одномерной реальности. Наиболее радикальные сторонники «новых левых» видели их в рок-музыке, наркотиках, сексе, которые призваны помочь понять хаос бытия и иллюзорность «общества благосостояния». Встать на этот путь освобождения под силу немногим - молодежи, «людям гетто» (маргиналам).

В спонтанных, наивно-романтических воззрениях «новых левых» отразились вполне реальные проблемы и социальные конфликты, обострившиеся в западном обществе в 60 гг. Бунтарство левых радикалов способствовало возрождению оппозиционной социально-политической идеологии, переживавшей спад в предшествующее десятилетие. «Новые левые» обратили внимание и на ряд глобальных проблем - дискриминационный характер взаимоотношений со странами «третьего мира», необходимость направленной экологической политики, важность «нерепрессивной культуры». Они выступили за дальнейшее развитие принципов партиципационной демократии, основанной на осмысленном волеизъявлении каждого индивида и свободном выборе им форм самовыражения. Демократия истолковывалась «новыми левыми» уже не столько в контексте политических отношений, сколько в качестве способа гармонизации межличностных отношений [3, с.304].

Таким образом, социал-демократия ведет свои корни от марксизма, но как самостоятельное политическое течение выдвигается в качестве альтернативы радикальному социализму и коммунизму. Социал-демократия предусматривает взаимное стремление граждан и государства к прогрессу и развитию, при высоком уровне социальных гарантий государства и социально-ориентированную внутреннюю политику. Личность человека и его неповторимость, значимость жизни человека играют ключевую роль в идеологии социал-демократии.


2. Христианская демократия как политическое движение: основные идейные положения


Христианская демократия - автономное от церкви политическое движение, выступающее за решение социальных и экономических проблем при соблюдении христианских принципов.

Исторически ведущим идеологом была Римско-католическая церковь. Основные цели движения состояли в том, чтобы религиозное сообщество стало организованным, защитило свою идентичность, завоевало территорию в общественном пространстве и вырвалось в лидеры. Согласно изначальной доктрине, христианская демократия призывала к гармонии между взаимопомощью и требованием справедливости, избегая крайностей как индивидуализма, так и коммунизма. В дальнейшем сторонники движения добавили в его идеологию ряд новых концепций: субсидиарность, персонализм, солидаризм, популяризм, социально-ориентированная рыночная экономика [3, с.322].

В послевоенные годы движение сыграло важную роль в распространении в Западной Европе взгляда на либеральную демократию как единственно легитимную политическую систему. Христианско-демократические партии пришли к власти на смену диктаторским режимам в Италии и Германии, а впоследствии также в ряде стран Восточной Европы и в Чили. В настоящее время христиано-демократы проявляют консерватизм в нравственных понятиях и приверженность принципам правового государства. Они рассматривают частную собственность как одну из основ общества, но полагают, что собственность должна использоваться этически приемлемым образом. Они также выступают за социальное государство при условии сохранения автономии личности и общественных организаций.

Сторонники христианской демократии полагают, что ни индивидуализм, характерный для либерализма и либерального консерватизма, ни технократичная социал-демократия не могут решить насущные проблемы общества. С их точки зрения, политические реалии изменчивы, жизнь несовершенна, и общественных конфликтов избежать принципиально невозможно. Поэтому политика должна быть основана на принципах интегрального гуманизма, чтобы способствовать усилению солидарности и ответственности за благополучие народа [4, с.81].

Идеология современной христианской демократии включает следующие положения:

Популяризм. Чтобы интересы различных сегментов общества могли быть согласованы, необходимо цельное видение общества. Проводимая политика должна охватывать интересы как можно более широкого круга людей, что как правило предполагает центризм.

Персонализм. У человека есть данное ему свыше предназначение, следствием которого являются его достоинство и его права - политические, гражданские и социальные. У человека также есть потребности - материальные и духовные. Жизнь включает как то, что дано человеку от природы, так и взаимоотношения с другими людьми. Поэтому для своей полноценной реализации ему нужны свобода и вовлечённость в сообщество. Залогом здорового общества является культура взаимного уважения и взаимной ответственности [5, с.6].

Коммунитаризм. Земная миссия человека состоит не в личной конкуренции с другими людьми или в исполнении механической функции под наблюдением всевластного государства, а в том, чтобы реализовать себя как члена естественных ячеек общества: семьи, профессии, района. К ним также относятся органы, объединяющие представителей работников и собственников частных предприятий (корпоратизм). Эти ячейки способствуют развитию горизонтальных связей между людьми и росту их осведомлённости о жизни общества. Необходимо защищать свободу, автономию и целостность этих образований (социальный плюрализм). Они категорически не должны становиться инструментами государственного контроля.

Общее благо. Общее благо является целью политической системы, государственной власти и практического применения своих прав каждым человеком. Оно предполагает справедливое перераспределение во имя всеобщего развития.

Солидаризм. Для достижения интеграции и координации действий в обществе необходима готовность любых людей, групп и классов проявить уступчивость. Это стремление к согласию мотивируется уважением друг к другу и взаимной зависимостью. Меры подавления должны применяться только для предотвращения конкретных случаев насилия, а не системно. Солидарность необходима как на общенациональном, так и международном уровне [4, с.82].

Единство человечества. Христианская демократия выступает за честную международную торговлю, за справедливый мир и за сохранение окружающей среды. Земля является общественным достоянием. Путь к согласию в мире лежит через международное сотрудничество в рамках транснациональных организаций (как, например, Европейское сообщество).

Субсидиарность. Власть должна быть как можно ближе к гражданам: к ответственности структур верхнего уровня должны относиться только те вопросы, которые невозможно решить на более нижнем уровне. Общество и государство должны брать на себя решение только тех вопросов, с которыми отдельный человек справиться не в состоянии. Этот принцип относится ко всем власть имущим: правительствам, партиям, корпорациям, профсоюзам, лидерам политических блоков, крупным собственникам и финансистам. В частности, транснациональные органы должны уважать суверенитет отдельных государств.

Пределы власти государства. Государство не вправе накладывать ограничения на справедливые требования личности, однако оно должно защищать одних членов общества от вреда, связанного с частными интересами других. Оно может использовать свою власть только в той мере, в какой это необходимо для общего блага. Оно также не должно решать задачи, ответственность за решение которых лежит на семье, церковном приходе и других общественных структурах [6, с.201].

Демократия. Граждане должны иметь возможность сменить власть правовым путём и оказывать влияние на процесс принятия политических решений. Для этого необходимы выборы в представительные органы власти, полноценный надзор одних ветвей власти над другими, политические партии, общественные дискуссии и действующая в русле закона оппозиция. На сегодняшний день наиболее предпочитаемой политической системой является либеральная демократия.

Социальная справедливость. Все люди от природы равны и поэтому имеют равное право на уважение и на участие в жизни общества. Особое внимание должно уделяться тем, кто страдает и бессилен: малоимущим, беженцам, инвалидам. Чрезмерная эксплуатация недопустима. Христианские демократы выступают за социальное государство. Однако они против длительных пособий по безработице и считают, что люди обязаны вносить, по мере их возможностей, вклад в экономику [4, с.84].

Социально-рыночная экономика. Частная собственность необходима и должна охраняться законом. Полноценное развитие личности невозможно без свободы выбора рабочего места и свободы предпринимательской деятельности. Однако ни государство, ни частный бизнес не вправе иметь полный контроль над экономикой. Экономическая деятельность должна служить людям, а не подчинять их. Демократическое требование подотчётности распространяется на частных лиц, которые сконцентрировали в своих руках власть и богатство. В обязанности государства входит развитие чувства взаимной ответственности всех участников на рынке (в том числе, перед будущим поколением) и корректировка несправедливых тенденций в торговле, конкуренции и распределении.

Христианство как одна из основ политического порядка. Религия так или иначе касается всех сторон жизни, включая политику. Христианство лежит в фундаменте западной цивилизации, оно дало начало стремлению к справедливости и свободе. Хотя Библия не содержит политической программы, она даёт представление об основах справедливого правления.

Христианская этика. Стремление к согласию, смирение, покаяние, терпимость и прощение являются не только личными, но и политическими ценностями. Общественным преобразованиям должно предшествовать нравственное усовершенствование людей. В частности, христианское понимание любви предполагает не только отстранённое сочувствие к бедам других, но и великодушную щедрость [4, с.86].

Неприемлемость фундаментализма в вопросах веры. Христианские демократы осуждают лаицизм и посягательства секуляризма на статус общественной идеологии. Однако они также не стремятся к тому, чтобы какая-то одна церковь стала играть руководящую роль в государстве. Государство должно защищать свободу вероисповедания и уважать права культурных меньшинств.

Наряду с перечисленными основными положениями, региональные течения христианской демократии могут включать и другие принципы. Например, христиано-демократы часто выступают против абортов и эвтаназии, обосновывая это неприкосновенностью права на жизнь. В силу их взгляда на семью как на угловой камень общества, они негативно рассматривают любые нетрадиционные формы брачных и родительских отношений. Они также настаивают, что государство не должно лишать детей возможности получить религиозное воспитание в школах, если этого желают их родители.

Христианские демократы разделяют ряд ценностей консерватизма: уважение к традициям, признание несовершенства человека и общества, сильную власть, частную собственность, акцент на законе и порядке. В последнее время экономическая политика христиано-демократов стала проявлять элементы неолиберализма. Однако они часто расходятся с консерваторами по таким вопросам, как национализм, социальное государство, возможность структурных изменений в обществе [7, с.49-51].

Христиано-демократы также сходятся с социалистами в отношении необходимости социального государства и ограничения стихии рынка, однако они поддерживают капитализм и не приемлют идею классовой борьбы.

Таким образом, христианская демократия являет собой политическую идеологию, построенную на базе умеренного социализма с существенным добавлением традиционных христианских ценностных взглядов и ориентиров. Христианской демократии чужд крайний индивидуализм консерваторов и коммунизм социалистов, в тоже время, она взяла идею блага сохранения традиционных ценностей из первого и теорию социальной заботы о гражданах из второго. Кроме того, отличительной чертой этой идеологии является пропаганда присущих христианству ценностей - высокая значимость семьи, критика абортов и эвтаназии, забота о распространении СПИДА и наркомании, традиционной христианской этики и организации общества и т.д.


3. Христианская демократия Беларуси: исторические и политологические аспекты

христианский демократия идеология субсидиарность

В ХХ веке развивается христианско-демократическая идеология, и таким образом, христианские ценности начинают иметь идеологический характер, а церковь и церковные организации - стараются сохранить или приобрести влияние на жизнь общества, утраченные в результате секуляризации. В конце же ХХ века, когда наступает так называемый «конец истории», точнее, когда конфликты строятся не по идеологическому принципу, а по цивилизационному или культурному, «христианские ценности» начинают презентовать главным образом определенные идентичности, определенные культурные образцы, однако в рамках «христианских ценностей» такие идентичности и образцы множественны, а часто и противоречивы. В данном докладе будет дан обзор белорусского контекста функционирования этого понятия в Беларуси, а также стратегии его наполнения и использования разными акторами, главным образом, государством и Белорусской христианской демократией.

Идеология Белорусской Христианской Демократии и христианские ценности

Недавно в Беларуси произошло довольно интересное политическое событие, которое косвенно затронуло все христианские церкви - министерство юстиции отказало регистрации новой христианско-демократической партии «Беларуская хрысціянская дэмакратыя». Интересное оно не потому, что эта партия включает в себя христиан из разных христианских церквей и социальная база которой - это, в основном, неопротестантские и другие христианские верующие. Дело в том, какая претензия была высказана со стороны министерства юстиции инициативной группе по созданию партии - употребление в уставных документах понятия «христианские ценности» без его экспликации [8].

Хотя это понятие довольно общеизвестно, но спешить с утверждением про его общепонятность не стоит.

Белорусская христианская демократия, главным образом, существует в рамках проектов и кампаний, таких, как, например, кампания в защиту свободы совести (при этом, связанная с БХД правозащитная инициатива «Христианский правозащитный дом» в своем мониторинге нарушений прав человека в области религии вводит такое понятие как «права христиан», не предлагая рефлексии над тем, что же такое «свобода совести» и «права человека», данная проблема рассматривалась мной ранее в статье «Права человека и права христиан»; а также одной из кампаний БХД являлось обращение против рекламы магии и оккультизма в средствах массовой информации), проект «Покаяние», приуроченный к 90-летию Октябрьской революции и 70-летию пика сталинских репрессий в Беларуси, кампания «Святыни» - работа по возвращению культовых зданий православной и католической церкви, кампания в защиту семьи и против абортов [8].

В идеологии белорусской государственности христианским ценностям отводилось не последнее место. Во-первых, что касается собственно религиозного поля, то Белорусской Православной Церкви была отведена приоритетная роль. Главным образом, это было связано с лояльностью БПЦ в отношении существующего политического режима. С Православной Церковью был заключен конкордат, а также ряд соглашений в отдельных сферах. Именно Православная Церковь, и в меньшей степени Католическая признавались носителями христианских ценностей, ценностей традиционных для белорусского народа, в то время как неопротестантские церкви всяческим образом прессинговались и объявлялись носителями чуждых ценностей. Таким образом, очевидно проводилось разграничение между «православными», традиционными христианскими ценностями и протестантскими нетрадиционными [9, с.81].

Во-вторых, само содержание христианских ценностей в контексте идеологии белорусской государственности имело определенное наполнение. Такими ценностями становился патриотизм, лояльность к государственной власти, эстетические ценности, и, как ни странно, на одном из первых мест, как показывает заключенное недавно соглашение между христианскими конфессиями, - борьба с ВИЧ/СПИД. Сама же православная церковь, говоря о христианских ценностях, часто поддерживает «патерналистские модели управления обществом, и даже необходимость существования государственной «воспитательной идеологии».

В-третьих, «православно-христианские ценности» позволяют выработать определенное отношение к политической деятельности - когда политическая деятельность делится на «хорошую» (деятельность государства) и «плохую» (политическая борьба), таким образом, ещё и в деятельностном плане здесь поддерживается существующий режим [8].

Следует отметить, что как раз в третьем аспекте - апологии политической деятельности для христиан как таковой - наиболее чувствуются усилия деятелей Белорусской христианской демократии, что, видимо, связано, главным образом, с необходимостью объяснения своей позиции на стыке религии и политики - как своим религиозным общинам, так и другим политическим силам.

В качестве такой концепции выступает концепция «призвания» к политической деятельности. По словам одного из лидеров БХД, А. Шеина, направлением развития партии должно стать расширение социальной базы, которая на данный момент состоит из верующих, в основном протестантских деноминаций, главным образом, известных своей политической активностью христиан полного Евангелия, которые, к тому же, претерпевают постоянное давление со стороны государства: «Мы видим две основные группы людей. Это верующие, которые уже присоединяются к деятельности христианской демократии. Во-первых, это верующие разных христианских общин, которые раньше никогда не занимались общественной деятельностью и не участвовали в политической жизни. Вторая группа - это молодые люди, которые сейчас находятся в стадии жизненного поиска». Для привлечения людей первой категории, Белорусской христианской демократией видится презентация «политической активности» как христианской ценности. Именно для этого была разработана так называемое «теологическое обоснование участия христиан в активной общественной жизни», которое состоит из трёх основных положений: во-первых, «Церковь как столп и утверждение истины», во-вторых, верующие должны исполнять только те законы, которые не противоречат божественным принципам, в-третьих, верующие должны знать и отстаивать свои гражданские права. Т.е. фактически, мы видим, что это теологическое обоснование обращено прежде всего на легитимацию протестной позиции по отношению к существующему режиму, которую и отстаивает БХД [8].

Таким образом, перспективы развития христианской демократии в Беларуси и возможность обретения более-менее реального влияния на политическую жизнь, неопределенны. Это можно объяснить как отсутствием широкого интереса в обществе к ценностям христианской демократии, так и спецификой политической жизни современной Беларуси, в которой главная роль принадлежит не политическим партиям, а государству и его институтам.

Список использованной литературы


1.Забелин П.В. Политология: учебное пособие / П.В. Забелин, Л.А Дрягилев, В.Г. Федцов. - М.: 2002. - 350 с.

2.Пугачев В., Соловьев А. Введение в политологию: учебное пособие / В. Пугачев, А. Соловьев. - М.: 2004. - 410 с.

.Макеев А.В. Политология: учебное пособие / А.В. Макеев.- М.: 2000. - 380 с.

.Мезенцев С. Международное христианско-демократическое движение. Теория и практика / С. Мезенцев. - М.: 2004. - 120 с.

.Булгаков С. Христианский социализм / С. Булгаков. - Новосибирск: 1991. - 26 с.

.Клибанов А. История религиозного сектантства в России / А. Клибанов. - М.: 2005. - 396 с.

.Нойхаус Н. Ценности христианской демократии / Н. Нойхаус. - М.: 2005. - 59 с.

.Шеин А. Белорусская христианская демократия / Шеин А. [Электронный ресурс] (http://ru.wikipedia.org/Wiki/ Белорусская христианская демократия)


Теги: Христианские демократы  Контрольная работа  Политология
Просмотров: 25716
Найти в Wikkipedia статьи с фразой: Христианские демократы
Назад