Деятельность международных террористических организаций на Ближнем Востоке (последняя треть ХХ – начало ХХI века)

МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение

высшего профессионального образования

«КУБАНСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ»

(ФГБОУ ВПО «КубГУ»)

Кафедра новой, новейшей истории и международных отношений


ВЫПУСКНАЯ КВАЛИФИКАЦИОННАЯ (ДИПЛОМНАЯ) РАБОТА

Деятельность международных террористических организаций на Ближнем Востоке (последняя треть ХХ - начало ХХI века)


Работу выполнил

Кондусов В.

Нормоконтролер к.и.н., доцент

В. А. Кумпан


Краснодар 2013

СОДЕРЖАНИЕ


Введение

. История формирования понятия «международный терроризм»

. Виды террористических организаций

. Международно-правовые методы борьбы с международным терроризмом на Ближнем Востоке

.1 Угроза терроризма и методы борьбы с ним

.2 ООН и борьба с международными террористическими организациями на Ближнем Востоке

. Деятельность исламских террористов и борьба с ними

Заключение

Список использованных источников и литературы

Приложения

международный терроризм исламский

ВВЕДЕНИЕ


Актуальность темы исследования заключается в том что, терроризм в любых формах своего проявления превратился в одну из опаснейших по своим масштабам, непредсказуемости и последствиям общественно-политических и моральных проблем, с которыми человечество вошло в XXI столетие. Терроризм и экстремизм в любых их проявлениях все больше угрожают безопасности многих стран и их граждан, влекут за собой огромные политические, экономические и моральные потери, оказывают сильное психологическое давление на большие массы людей, чем дальше, тем больше уносят жизней ни в чем не повинных людей. Сегодня в мире насчитывается около 500 нелегальных террористических организаций. Только в период с 1968 по 1980 гг. ими было совершено около 6700 террористических актов, в результате которых погибло 3668 и ранено 7474 человека. В современных условиях наблюдается эскалация террористической деятельности экстремистски настроенных лиц, групп и организаций, усложняется ее характер, возрастают изощренность и античеловечность террористических актов. Согласно исследованиям ряда российских ученых и данным зарубежных исследовательских центров, совокупный бюджет в сфере террора составляет ежегодно от 5 до 20 млрд. долл. В 2000 году в Евразии не совершались крупные террористические акты, однако в государствах бывшего СССР продолжались контртеррористические операции, часто в сочетании с операциями против мятежников. Характерно, что, получая в свои руки современные средства ведения информационной войны, международный терроризм навязывает народам свои идеи и свои оценки ситуации, широко и небезуспешно решает мобилизационные задачи по привлечению в свои ряды молодежи, не говоря уже о профессиональных наемниках.

Террористические организации наладили между собой тесные связи на общей идеолого-конфессиональной, военной, коммерческой и другой основе. Террористические группировки, особенно их руководители, во многих случаях тесно взаимодействуют в вопросах приобретения вооружений, прикрытия друг друга, разделения функций и задач при проведении ими масштабных операций (как, например, в Афганистане или Ливане). Можно отметить, что международное террористическое сообщество научилось маневрировать силами и средствами, перебрасывать нелегальными каналами большие массы оружия и боевиков. Иначе как появились бы на территории той же Чечни, в Дагестане или в российском Поволжье эмиссары международных террористических организаций, инструкторы, проповедники и боевики из Афганистана, Пакистана, Саудовской Аравии, Турции, Албании и других стран? На сегодня терроризм - это уже не только и не столько диверсанты-одиночки, угонщики самолетов и убийцы-камикадзе. Современный терроризм - это мощные структуры с соответствующим их масштабам оснащением. Примеры Афганистана, Таджикистана, Косова, Чечни и стоящих за ними мощных покровителей и доноров показывают, что современный терроризм способен вести диверсионно-террористические войны, участвовать в масштабных вооруженных конфликтах.

Объектом исследования является международные террористические организации на Ближнем Востоке.

Предметом исследования выступает деятельность международных террористических организаций на Ближнем Востоке, виды и методы борьбы с ними.

Хронологические рамки исследования - последняя треть XX - начало XXI вв. - обусловлены тем, что именно на этот период приходится расцвет деятельности международных ближневосточных террористических организаций.

Географически работа не ограничивается рамками одного государства, поскольку проблема международного терроризма не имеет границ.

В историографическом обзоре данной темы можно выделить следующие группы работ:

Работы, посвященные международному терроризму и вопросам борьбы с ним

Работы, затрагивающие конкретные области распространения международного терроризма;

Общие работы по военно-политической истории международных отношений и проблемам безопасности.

К первой группе можно отнести труды, в которых подробно рассмотрены все вопросы, связанные с проблемами исламского терроризма, включая историю создания террористических исламских организаций, анализ их деятельности, их роль в проблеме развития международного терроризма.

К этой группе можно отнести, в первую очередь, пособия под редакцией Будницкого О.В. и Беляева С.С., исследования и статьи Мирского Г.И. и др.

В труде Будницкого О.В. «Терроризм в российском освободительном движении: идеология, этика, психология» ярко показано психология тероризма и террористов, их поведение и факторы, влияющие на него.

В работе Беляева С.С. «О борьбе с международным терроризмом» рассказано о возможных способах борьбы с терроризмом, в том числе, с исламским.

Третья группа исследований представлена пособиями по истории международных отношений, глобальной безопасности и проблемам мировой политики, авторы которых характеризуют ситуацию в мире в целом, затрагивая при этом и изучаемые в данной работе аспекты, касающиеся вопросов ближневосточных террористических организаций. К данной категории можно отнести работу В.М. Кулагина «Международная безопасность», где подробно рассматривается современная военно-политическая ситуация в ключевых регионах мира, а также детально изучаются проблемы терроризма, экстремистских движений, вооруженных конфликтов, попыток предотвращения террористических актов

Цель работы - исследовать проблему международных террористических организаций на Ближнем Востоке.

Исходя из цели работы были поставлены задачи:

Дать определение понятию «международный терроризм».

Рассмотреть международный терроризм в рамках международного права.

Определить масштабы угрозы международного терроризма.

Выявить основные виды международных террористических организаций на Ближнем Востоке.

Методологической основой работы явились принципы историзма и объективности. При написании использовался хронологический метод, позволяющий изучить понятие «международный терроризм» и его историю, рассматривая происходившие события непосредственно в их историческом контексте. Метод ивент-анализа помог изучить предпосылки, причины и последствия возникновения международного терроризма. В работе также использовался метод сравнительно-исторического анализа для изучения документов по международному праву, касающихся борьбы с международным терроризмом, их реальным соблюдением и исполнением в современном мире. При описании текстов международных договоров, резолюций ООН автор применил метод контент-анализа. Также в работе широко использовались методы историко-генетический и статистический.

Основные источники, использованные при написании данной работы можно разделить на следующие группы:

. Универсальные международно-правовые акты;

. Региональные договоры;

. Резолюции Совета Безопасности и Генеральной Ассамблеи ООН.

К первой относятся основополагающие международно-правовые акты в сфере международного терроризма Европейская конвенция по борьбе с терроризмом от 27 января 1977 г., Международная конвенция о борьбе с актами ядерного терроризма от 1999г., Международная конвенция о борьбе с финансированием терроризма от 1997 г., Международная конвенция о борьбе с бомбовым терроризмом от 1991 г.

Ко второй группе относятся документы, имеющие региональное значение: Шанхайская конвенция о борьбе с терроризмом, экстремизмом и сепаратизмом от 15 июня 2001 г., Протокол о борьбе с незаконными актами насилия в аэропортах, обслуживающих международную гражданскую авиацию, дополняющий Конвенцию о борьбе с незаконными актами, направленными против безопасности гражданский авиации, подписанный в Монреале 24 февраля 1998 года.

К третьей группе автор относит Резолюции Генеральной Ассамблеи и Совета Безопасности ООН, содержащие те или иные предложения, сделанные государствами во время переговоров о необходимости борьбы с международным терроризмом.


1. ИСТОРИЯ ФОРМИРОВАНИЯ ПОНЯТИЯ «МЕЖДУНАРОДНЫЙ ТЕРРОРИЗМ»


Социальное насилие - неотъемлемый элемент социального бытия. Оно сопровождает человечество всю его историю, приобретая в ХХ в. системный характер, пронизывая все сферы человеческой жизнедеятельности - «культурное насилие», «экономическое насилие», «структурное насилие» (когда социальный строй подавляет человеческую личность), «семейное насилие» и т.д. Терроризм является лишь одним из элементов насилия.

На протяжении последних 20-25 лет мировое сообщество постоянно сталкивается с таким широкомасштабным, разнообразным по формам и способам действий явлением, как терроризм. Подтверждением этому служит далеко не полный перечень наиболее известных террористических акций:

в 1972 г. во время Олимпийских игр в Мюнхене группировкой "Черный сентябрь" была расстреляна легкоатлетическая команда Израиля;

в 1983 г. произошел взрыв в казармах морской пехоты США в Бейруте, а в декабре того же года - в американском посольстве в Кувейте;

в 1984-1985 гг. аналогичные инциденты произошли в международных аэропортах во Франкфурте, Риме и Вене;

в 1988 г. в небе Шотландии был взорван авиалайнер компании "Пан-Америкэн" (погибло 259 человек);

в феврале 1993 г. террористы взорвали бомбу во Всемирном торговом центре в г. Нью-Йорке, что привело к многочисленным жертвам;

в апреле 1995 г. в результате террористического акта в Оклахома-Сити погибло 168 человек;

в июне 1996 г. от взрыва бомбы на американской военной базе в Дахран (Саудовская Аравия) погибло 19 человек и было ранено несколько десятков военнослужащих США;

г. стал особенно трагичным для России - взрывы в Москве и Волгодонске унесли сотни человеческих жизней;

октябрь 1999 г. стал трагичным для Армении, когда террористы в здании парламента Армении убили председателя парламента, премьер-министра и еще ряд депутатов;

сентября 2001 г. - террористические удары по Всемирному торговому центу, в результате которых погибло несколько тысяч человек.

Терроризм является одной из серьезнейших современных глобальных социальных проблем, потенциально затрагивающих каждого жителя планеты. Между тем, чем более актуальной и очевидной является проблема, тем большим количеством мифов и недоразумений она окружена. В мире существует более 100 различных определений терроризма, во лишь некоторые из них:
- «систематическое устрашение, провоцирование, дестабилизация общества»;
- «форма угрозы насилием или применение насилия по политическим мотивам»;
- «насильственные действия или угроза их применения со стороны субъектов политики и преследование ими политических целей»;
- «систематическое использование убийств, телесных повреждений и разрушений или угроз перечисленных действий для достижения политических целей». Среди целого ряда мировых проблем ХХ в. впервые в истории огромные масштабы приобрели задачи совместной борьбы государств против беспрецедентного размаха и нового характера некоторых видов преступности, безжалостного уничтожения людей и бесценных памятников культуры. Это, прежде всего, терроризм, принявший невероятные размеры во второй половине прошлого века, особенно с 1960-х гг. Резкое усиление его отрицательного воздействия на развитие международных отношений и внутригосударственную жизнь свидетельствует о том, что терроризм стал одним из наиболее опасных вызовов международной безопасности. За последние 100-150 лет история терроризма показала, что ни одно государство не застраховано от тех или иных проявлений терроризма, и зачастую первой его целью оказывались как раз те страны, которые в силу конъюнктурных интересов проявляли терпимость к радикальным движениям, практикующим террор. Для эффективной борьбы с ним требуются совместные усилия всего мирового сообщества, координация коллективных усилий на глобальном, региональном и национальном уровнях. Терроризм многолик. Терроризм - это не только культ и практика насилия, он стремится обосновать свою идеологию. Преступный по своему характеру, он бывает внутригосударственным, причем в этом случае осуществляется не только преступными группировками, но и тоталитарным государственным аппаратом подавления, являясь, таким образом, государственным терроризмом. Большой ущерб мировому правопорядку и международным отношениям наносит международный терроризм, в значительной мере вырастающий на почве ненависти к миру, междоусобного религиозного экстремизма и шовинизма. Определение таких понятий, как «терроризм» и «международный терроризм» относится к тем международным проблемам, решение которых имеет исключительное практическое значение. Это в достаточной степени осознается международной общественностью, политическими деятелями, учеными и, конечно же, сотрудниками специальных служб и правоохранительных органов различных государств независимо от их политического, общественного и экономического устройства. Разработка общепринятого правового определения терроризма - сложная и до сих пор не решенная задача, особенно когда речь заходит о международном терроризме.

Проблема определения понятия «международный терроризм» назрела достаточно давно. Многие отечественные и зарубежные ученые предлагали собственные определения данного явления, но, несмотря на это на сегодняшний день оно все еще не выработано.

Термин «терроризм» происходит от латинского «terror» - страх, ужас. Впервые это слово начали употреблять, в известном нам смысле, в конце XVIII столетия. Оно обозначало террористические действия, которые французские революционеры применяли против своих оппонентов. Именно тогда деятели революции объявили: «Que la terreur soit a l'ordre du jour!» (Да будет террор в порядке дня!). Таким образом, понятие «террор» вошло в современный язык благодаря стараниям жирондистов и якобинцев. Другого мнения придерживается израильский историк З. Ивиански. Он полагает, что террор начался с лозунга «пропаганды действием», провозглашенного впервые в декларации итальянской федерации анархистов в декабре 1876 г., а затем развитого и обоснованного французским анархистом Полем Бруссом. Конец XIX в. характеризуется проявлениями анархистского террора в Европе и Соединенных Штатах Америки, терроризма в Российской империи и национального террора в Ирландии, Польше, на Балканах и в Индии. Таким образом, можно выделить три формы террора, каждая из которых определяется своей идеологией и методом действия, связанным с анархизмом, идеями социальной революции и борьбой за национальную независимость.

В настоящий момент не существует универсального определения понятия «терроризм» и производных от него видов - национального (внутреннего) и международного, признанных мировым сообществом. Трудности выработки согласованного на международном уровне определения «международный терроризм» обусловлены многими причинами. Среди них немало объективных, обусловленных различным пониманием национальной безопасности многими государствами, расхождением представлений о различных формах международного терроризма (государственного, неправительственного, транснационального, индивидуального и т.д.). Процесс выработки единого определения понятия «терроризм» затрудняют и субъективные факторы: нежелание некоторых государств связывать себя твердой формулой, способной создать препятствия для их скрытой от мира и собственного народа связи с террористической деятельностью. В силу культурных, цивилизационных, религиозных различий, а также связанных с ними этических норм, теракты могут восприниматься как героические или преступные. Этот факт среди прочих причин позволяет понять, почему мировым сообществом до сих пор не было выработано общеприемлемого универсального понятия терроризм. Однако выработка и, что более важно, закрепление в нормах международного права данного понятия необходимы для уточнения реальных позиций членов мирового сообщества по этому вопросу и, следовательно, для формирования определенной правовой базы международно-договорных обязательств по борьбе с этим явлением.

Как уже отмечалось, в настоящее время не существует единого определения понятия «терроризм». Однако учеными - террологами, историками, специалистами по международной безопасности было предложено более 100 вариантов определений. На различных международных конференциях, симпозиумах упоминается определение понятия «терроризм», которые приводились в Шестом комитете ГА ООН в 1976 г. В частности, тогда специалист по вопросам борьбы с терроризмом Э. Аречага определил терроризм как «акты, сами по себе являющиеся формами общеуголовных преступлений, но совершаемые преднамеренно с целью вызвать панику, беспорядок и террор в организованном обществе, парализовать противодействие террору со стороны общественных сил и интенсифицировать беды и страдания общества». Там же его коллега Р. Арон предложил «акт насилия рассматривать как террористический в том случае, когда его психологический эффект обратно пропорционален его истинным физическим затратам». Данные две дефиниции помогают понять основные черты отличия современного терроризма от терроризма XIX века. Здесь мы видим упор на психологическое воздействие, которое имеет акт насилия в обществе. Современное террористическое насилие обезличено. Это один из существенных признаков современного терроризма как социального явления, а не индивидуального акта политического убийства или устрашения: неопределенный круг непосредственных объектов террористического акта, применение насилия в отношении неопределенного круга лиц, ради достижения отдаленной цели, не имеющей прямой связи с самим террором - удовлетворения политического, экономического, социального требования. В этом ключе нельзя путать терроризм с другими проявлениями насилия, в частности, с диверсией. Диверсия в чистом виде - это покушение на военно-политический потенциал страны, которое может сопровождаться человеческими жертвами. У террористов же цели гораздо шире - это дестабилизация социально-политической обстановки, попытка изменить конституционный строй, добиться каких-либо политических привилегий, решить вопросы межнационального характера и т.д. Если диверсанты не рекламируют свои цели и действия, то террористы всегда рассчитывают на реакцию общественности и средств массовой информации с тем, чтобы вызвать как можно больший резонанс в достижении своих целей, чего нет у диверсантов. В этом же ключе дает определение терроризму В.Е Петрищев, председатель научно-консультативного совета при Антитеррористическом центре СНГ: «Терроризм - это управление социумом посредством превентивного устрашения».

При разработке ежегодных докладов о терроризме, госдепартамент США опирается на определение понятия терроризм, выработанное ЦРУ в начале 1980-х гг.: «Терроризм - это угроза применения или применение насилия в политических целях отдельными лицами или группами лиц, действующими за или против существующего в данной стране правительства, когда такие действия направлены на то, чтобы нанести удар или запугать более многочисленную группу, чем непосредственная жертва, в отношении которой применяется насилие». Из этого определения можно сделать вывод, что терроризм - это тактика неразборчивого насилия, используемая против невинных людей в политических целях. Эта тактика насилия не должна смешиваться с избирательным использованием насилия против символов и институтов оспариваемой власти.

Другое ведомство США - Федеральное бюро расследований - считает, что терроризм следует определять как «противоправное использование сил и насилия против личности или собственности в целях устрашения или давления на правительство, гражданское население или любую его часть в осуществлении политических и социальных целей». Это определение было разработано в 1983 г. секцией по терроризму отдела уголовных расследований Центра ФБР по исследованию и анализу террористических инцидентов. Однако вместе с тем ФБР опирается и на другое определение терроризма в своей деятельности: «Террористический инцидент определяется как акт насилия или другой опасный для человеческой жизни акт, нарушающий уголовные законы Соединенных Штатов или любого другого государства, направленный на устрашение или оказание давления на правительства, гражданское население или его часть, ради осуществления политических или социальных целей».
Американские исследователи терроризма подчеркивают, как и их российские коллеги, что этот явление легче описать, чем дать ему четкое, однозначное толкование. Тем не менее, в подготовленном в 1986 г. специальном докладе группы по борьбе с терроризмом при вице-президенте США приводится следующее определение данного феномена: «Терроризм - это незаконное применение или угроза насилия в отношении личности и имущества с политическими или социальными намерениями. Он имеет целью запугивание или принуждение властей, групп людей и отдельных личностей к изменению их политики и поведения». В русском языке уже достаточно долгое время существуют понятия «терроризм», «террор», «террористический акт» и сравнительно недавно появились понятия «международный терроризм», «террористический акт международного характера». Анализ работ отечественных и зарубежных специалистов по проблемам терроризма показывает, что общим практически для всех из них является стремление как можно более полно учитывать при разработке определения «терроризм» исходное понятия «террор». Заслуживает внимания тот факт, что значение слова «terror» в английском и французском языках не полностью совпадает с русским вариантом. Прежде чем переходить к теоретическим определениям данного явления, представляется целесообразным объяснить лингвистические особенности понятия «террор» в русском языке. Первоначальное употребление слова terror в английском языке имеет два значения, которые не стол очевидны в русском употреблении данного слова: 1. страх, ужас; 2. террор (как устрашение насилием).

В «Толковом словаре живого великорусского языка» В. И. Даля «террор» раскрывается как «устрашивание, устрашенье смертными казнями, убийствами, всеми ужасами и неистовствами». С.И. Ожегов в своем словаре уточняет: «Террор - физическое насилие вплоть до физического уничтожения по отношению к политическим противникам». В Кратком политическом словаре, изданном в 1971 г. террор трактуется как «политика устрашения, насилия, расправы с политическим противником вплоть до физического уничтожения».

Под террористическим актом понимается «убийство или нанесение тяжких телесных повреждений физическому лицу в связи с выполнением им политических задач».

Как видно из вышеуказанных дефиниций, если в русском языке понятие «террор» толкуется главным образом как действие (насильственное), насилие, то в английском и французском вариантах равнозначны два значения - первое как страх, ужас, состояние тревоги; второе - действия, вызывающие подобные чувства. Исходя из этого, в английском и французской литературе по проблеме терроризма широкое распространение получили понятия «субъективный» и «объективный» террор. Первое из них обозначает чувство страха, тревоги, ужас у индивида или группы индивидов, а второе - те действия, которые вызывают эти чувства. Понятие «терроризм», являющееся производным от второго («объективного») значения слова «террор» в самом общем виде означает устрашение индивида или группы индивидов насилием. При этом акт насилия направлен на устрашение более широкого круга лиц, чем непосредственные жертвы нападения .

В российской (и советской) литературе было дано множество определений терроризма. Так А.Н. Трайнин - первый советский исследователь сущности и места международных преступлений среди иных международных правонарушений, один из авторов Устава Нюрнбергского трибунала, касаясь данного понятия не конкретизировал его, а ссылался на Конвенцию по предотвращению и наказанию актов терроризма Совета Лиги Наций 1937 г., где не давалось определения терроризма, но имелся перечень действий, которые могли быть отнесены к группе террористических. К террористическим актам были отнесены: всякое умышленное действие, направленное к убийству глав государств или ответственных должностных лиц государства; разрушение или повреждение государственного имущества или средств транспорта; действия, подвергающие опасности человеческие жизни. Конвенция особо выделяла преступный характер сообществ, имеющих целью совершение террористических актов и участие в них.

Терроризм как явление политической жизни, многогранен и многолик. «Терроризм, - отмечают А.В. Змеевский и В.Е. Тарабрин - явление весьма сложное, динамичное и многоплановое. Помимо правовых он затрагивает и целый ряд других проблем - психологические, исторические, технологические и т.д. Не случайно международному сообществу так и не удалось выработать общеприемлемое юридическое определение терроризма, хотя сущностное наполнение этого феномена для всех понятно. Здесь присутствует и противозаконное насилие, как правило, с применением оружия, и стремление запугать широкие слои населения, и невинные жертвы , а применительно к террористическим актам, выходящим за рамки государственных границ, - международный элемент» .

Правовое определение понятию «терроризм» дано в Федеральном Законе РФ «О борьбе с терроризмом» : «Терроризм - насилие или угроза его применения в отношении физических лиц или организаций, а также уничтожение (повреждение) или угроза уничтожения (повреждения) имущества или других материальных объектов, создающие опасность гибели людей, причинения значительного имущественного ущерба либо наступления иных общественно опасных последствий, осуществляемых в целях нарушения общественной безопасности, устрашения населения или оказания воздействия на принятие органами власти решений, или удовлетворения их неправомерных имущественных и 0или) иных интересов; посягательство на жизнь государственного или общественного деятеля, совершенное в целях прекращения его государственной или иной политической деятельности либо из мести за такую деятельность; нападение на представителя иностранного государства или сотрудника международной организации, пользующихся международной защитой, а равно на служебные помещения, либо транспортные средства лиц, пользующихся международной защитой, если это деяние совершено в целях провокации войны или осложнения международных отношений».

В Федеральном Законе № 130 от 25 июля 1998г. дается определение «террористической акции»: «Террористическая акция - непосредственное совершение преступления террористического характера в форме взрыва, поджога, применения или угрозы применения ядерных взрывных устройств, радиоактивных, химических, биологических, взрывчатых, токсических, отравляющих, сильнодействующих, ядовитых веществ; уничтожения, повреждения или захвата транспортных средств или других объектов; посягательства на жизнь государственного или общественного деятеля, представителя национальных, этнических, религиозных или иных групп населения; захвата заложников, похищения человека; создания опасности, причинения вреда жизни, здоровью или имуществу неопределенного круга лиц путем создания условий для аварий или катастроф техногенного характера либо реальной угрозы создания такой опасности; распространения угроз в любой форме и любыми средствами; иных действий, создающих опасность гибели людей, причинения значительного имущественного ущерба, либо наступления иных общественно-опасных последствий».

Один из видных советских юристов-международников Д.Б. Левин определял международный терроризм как «убийства дипломатических представителей и вообще политических деятелей иностранных государств в целях усиления международной напряженности и раздувания политических и военных конфликтов». Приведенное определение представляется на сегодняшний момент далеким о сути «международного терроризма», отнюдь не ограниченного таким объектом, как «дипломатические представители и политические деятели иностранных государств».

И.И. Карпец, выдающийся теоретик и криминалист-практик советского времени, долгое время возглавлявший Управление уголовного розыска МВД СССР, предложил следующее определение: «Терроризм - это международная либо внутригосударственная , но имеющая международный, (т.е. охватывающая два или более государств) характер организационная или иная деятельность, направленная на создание специальных организаций и групп для совершения убийств и покушений на убийство, нанесения тяжких телесных повреждений, применения и захвата людей в качестве заложников с целью получения выкупа, насильственного лишения человека свободы, сопряженного с надругательством над личностью, применением пыток, шантажа и т.д.; терроризм может сопровождаться разрушением зданий, жилых помещений и иных объектов». И.И. Карпец также выделяет цели терроризма: «Это нанесение ущерба демократическим и прогрессивным социальным преобразованиям, собственности организаций учреждений, частных лиц, запугивание людей, насилие над ними или физическое уничтожение в угоду реакционным взглядам и идеологии фашистского, расистского, анархистского, шовинистического либо военно-бюрократического толка, а также получение уголовно-преступными элементами или покровительствующими им организациями, группами, лицами материальной или иной выгоды».

Из последних отечественных работ по проблематике терроризма необходимо отметить книгу Е.Г. Ляхова «Терроризм и межгосударственные отношения». Это довольно полное научное исследование, насыщенное размышлениями автора и большим фактическим материалом. Е.Г. Ляхов выделяет, что акт международного терроризма объективно направлен против определенных общечеловеческих ценностей, охраняемых уже не только национальным, но и международным правом. Н.С. Беглова считает, что международный терроризм - это не какой-то особый вид терроризма, а продолжение внутреннего терроризма, выход его за пределы границ того или иного государства.

Проведя анализ определений российских и американских политологов можно сделать некоторые выводу в отношении того, что же понимать под международным терроризмом.

Анализ определений международного терроризма, предлагаемых отечественными и зарубежными учеными, а также отдельными государственными или международными структурами, указывает на определенные расхождения во мнениях по поводу этого понятия и его содержания. Существует ряд точек зрения о том, что необходимость принятия конкретного определения международного терроризма имеет сомнительное значение для предотвращения его проявлений и борьбы с ним. Предпочтительный подход заключается в том, чтобы дать определение поведению, которое, с точки зрения мирового сообщества, является неприемлемым, и в том, чтобы принять решение о его предотвращении и борьбе с ним путем разработки эффективных средств осуществления и обеспечения мер в соответствии с установленными принципами и нормами международного права. То есть вместо того, чтобы дать абстрактное определение этому явлению, необходимо разработать конкретный перечень видов деятельности или действий, которые международное сообщество считает неприемлемыми и которые рассматриваются как поведение террористического характера.
Данные выводы вытекают как из многолетних тщетных усилий выработать общепризнанное определение понятия «международный терроризм», так и из стремления, уйдя от теоретизирования на эту тему, перейти к борьбе с преступлениями. Однако, как мне представляется, определение международного терроризма представляется необходимым как ориентир для решения международных, политических и правовых проблем, а также создания целостной системы противодействия терроризму. Исходя из вышесказанного, предлагается следующий вариант определения международного терроризма: «Международным терроризмом является посягающее на международный правопорядок применение или угроза применения организованного насилия, направленное на устранение политического противника или на достижение иных международно-противоправных целей путем устрашения лиц, не являющихся непосредственными объектами нападения».

Первоначально терроризм носил характер индивидуальной активности и осуществлялся сторонниками революционных идей. Постнаполеоновская эпоха сменилась революционным подъемом 1830-1840-х гг., в этот период получили развитие национализм, анархизм, социализм, приверженцы радикальных проявлений которых обращались к насильственным действиям. К основным направлениям терроризма в XIX в. относятся терроризм анархистов и националистический терроризм.

«Террор» воспринимался в начале XIX в. в своем самом широком и нерасчлененном смысле в соответствии с его этимологией. Этим словом обозначались и открыто насильственная форма диктатуры, и практика политических покушений. Его применяли нередко по отношению к насилию и репрессиям, осуществляемым в ходе войны, и к самим войнам как таковым.

В ХХ в. в методах и практике терроризма произошли большие изменения. Терроризм стал «визитной карточкой» ряда политических движений от ультраправых до крайне левых в политическом спектре мира. В начале ХХ века терроризм носил характер индивидуальной активности и осуществлялся преимущественно приверженцами революционных идей, хотя в ряде стран имел место и националистический терроризм.

Попытки выработать понятие «терроризм» были предприняты в ходе целой серии международных конференций по унификации уголовного права, проведенных в период с 1930 по 1935 гг. В ходе одной из таких конференций терроризм определялся как «умышленное использование средств, способных создать общую опасность, которое представляет собой акт терроризма со стороны какого-либо лица, совершающего преступления против жизни, свободы или физической целостности лиц, или направленное против частной или государственной собственности с целью выражения или осуществления политических или социальных целей».

Впервые попытка зафиксировать понятие «терроризм» в нормативно-правом акте была предпринята в проекте Конвенции о предупреждении терроризма и наказании за него 1937 г. Положения Конвенции определяют понятие международного террористического акта, его объект, предмет и субъект. Так, Конвенция определяет терроризм как преднамеренное действие, способное подвергнуть опасности человеческие жизни путем создания общей опасности. Но, к сожалению, несмотря на все предпринятые усилия, данная Конвенция не была принята.

После завершения Второй мировой войны перед государствами вновь встала проблема выработки понятия терроризма. Основная координирующая роль в этой работе была возложена на Организацию Объединенных Наций.

С 1963 г. и по сегодняшний день под эгидой ООН и ее специализированных учреждений международное сообщество разработало 13 антитеррористических документов, в каждом из которых представлено свое определение терроризма.

Масштабная разработка определения понятия терроризма ООН началась с 1972 г., когда Генеральная Ассамблея приняла решение о создании специального комитета по международному терроризму. Генеральная Ассамблея неоднократно отмечала, что «основной проблемой, существующей в отношении вопроса о терроризме, является отсутствие целостного подхода, с помощью которого можно было бы раскрыть основные компоненты понятия самого термина «терроризм». Только принятие такого критерия позволило бы создать механизмы, способствующие ликвидации практики терроризма».

В декабре 1994 г. Генеральная Ассамблея ООН вновь обратила внимание на вопрос терроризма в Декларации о мерах по ликвидации международного терроризма (А/RES/51/210). В 1996 г. в дополнение к этой Декларации был учрежден Специальный комитет по терроризму, в задачи которого входила выработка единого понятия «терроризм». Непосредственным итогом работы Специального комитета явились разработка и принятие трех международных договоров в этой области: Международной конвенции о борьбе с бомбовым терроризмом в 1997 г., Международной конвенции о борьбе с финансированием терроризма в 1999 г. и Международной конвенции о борьбе с актами ядерного терроризма в 2005 г. В конце 2000 года комитет начал работу над проектом Всеобъемлющей конвенции по международному терроризму. Одним из первых проект Конвенции был представлен Индией. В проекте Конвенции содержится безоговорочное осуждение практики применения террористических актов, независимо от того, где и против кого они совершались. Проект п. 1 ст. 2 предлагает считать преступлением деяние лица, которое незаконно и умышленно причиняет «смерть или тяжкое телесное повреждение любому лицу», «серьезный ущерб государственной или частной собственности», «ущерб собственности, местам, объектам или системам…, который влечет или может повлечь крупные экономические убытки». Целью любого такого поведения в силу его характера или контекста является запугивание населения или принуждение правительства или международной организации совершать какое-либо действие или воздержаться от его совершения.

Несмотря на колоссальную работу, проделанную ООН и ее специализированными органами, следует отметить, что в универсальных документах отсутствует единое определение терроризма. В этой связи нельзя не согласиться со справедливым мнением А.Я. Капустина, что парадокс юридической ситуации заключается в том, что если на региональном уровне в некоторых документах дано определение терроризма (как, например, в ст. 1 Конвенции о борьбе с терроризмом, сепаратизмом и экстремизмом 2001 г., заключенной в рамках Шанхайской организации сотрудничества), то на универсальном уровне ни один из действующих международных договоров не дает определенного ответа на вопрос о том, что собой представляет терроризм.

Подводя итог можно заключить, что терроризм - это явление, которое несет в себе опасность для всех стран и народов и может выразиться в любой своей форме, прямо направлено на нарушение главных ценностей, которые закреплены в международном праве: права и свободы человека, законность, защита жизни и здоровья, мирное существование наций, взаимное уважение и мирное разрешение возникающих разногласий.

В заключении, хочется выделить общие признаки терроризма, которые содержат эти и другие определения, заметив заранее, что все они в той или иной мере неоднозначны и противоречивы, как и сам феномен терроризма. Во-первых, важнейшим признаком терроризма является его политическая мотивировка, что позволяет сразу отсечь мафиозные «разборки», гангстерские войны, даже если они по характеру применяемых в них методов борьбы ничем не отличаются от политических акций и по этой причине могут причисляться к терроризму. Однако между этими видами насилия есть принципиальная разница в целях, что предполагает и разные подходы к борьбе с ними: терроризм всегда связан с борьбой за власть, при этом его субъекты склонны афишировать свои цели, что совсем не свойственно мафиозным структурам, по большей части мотивированным финансовыми интересами, пересекающимся с коррумпированными сегментами государственной власти и по этой причине стремящимся быть «в тени» (хотя, конечно, возможно и сочетание политических и финансовых интересов преступных группировок).

Во-вторых, непосредственными жертвами террористов являются, как правило, не военнослужащие или официальные государственные лица, а представители гражданского населения, далекие от политики обычные люди. Впрочем, это тоже не всегда так. Достаточно сослаться на убийство итальянского премьер-министра А.Моро «Красными бригадами» в 1978 г. или израильского премьера И.Рабина еврейскими террористами в 1995 г. Широко применялся террор и против военнослужащих в Чечне. Широкий резонанс получило покушение на генерала М.Романова. И все же для современного терроризма характерно наносить удар именно по, так называемым, не-комбатантам (non-combatant targets), то есть гражданскому населению. Как в отношении дефиниции терроризма, так и в отношении его классификации нет единого мнения. Разработаны десятки типологий. Различают террор «сверху» и «снизу», левый, правый, сепаратистский, революционный и т.д. Чтобы разобраться в многообразных проявлениях рассматриваемого феномена, мы введем следующие критерии: цели и характер участников террористической деятельности.


2. ВИДЫ ТЕРРОРИСТИЧЕСКИХ ОРГАНИЗАЦИЙ


Как в отношении дефиниции терроризма, так и в отношении его классификации нет единого мнения. Разработаны десятки типологий. Различают террор «сверху» и «снизу», левый, правый, сепаратистский, революционный и т.д. Чтобы разобраться в многообразных проявлениях рассматриваемого феномена, мы введем следующие критерии: цели и характер участников террористической деятельности.

Этнический (националистический) терроризм характеризуется действием этнических или этно-религиозных субнациональных организаций, которые стремятся добиться независимости от какого-нибудь государства, то есть преследуют сепаратистские цели.

Вторая разновидность терроризма - классовый, а точнее социально направленный терроризм, целью которого является социальное переустройство общества или отдельных сторон его жизни, а участниками негосударственные акторы. Наиболее известен левый терроризм, достаточно широко распространенный в период холодной войны в Латинской Америке и Европе. В 1960-е гг. в Латинской Америке под знаменем «городской герильи» развернули свою деятельность многочисленные левые (в СССР предпочитали называть их левацкими) террористические группировки. Первыми по времени появления среди них стали уругвайская «Тупамарос», венесуэльские «Левое революционное движение» и «Вооруженные силы национального освобождения». Несколько известных левых группировок действовало в Перу. Среди них «Сендеро Луминосо», официальное название которой «Коммунистическая партия Перу» - организация маоистского толка, а также «Революционное движение имени Тупак Амару», идеология которой представляла собой винегрет из марксизма-ленинизма и теории Че Гевары об «экспорте революции». Важную роль в активизации этих группировок сыграл «кубинский фактор»: пример кубинской революции вместе с настойчивыми попытками кубинских спецслужб экспортировать ее в страны американского континента, лежащие южнее Мексики.

В отличие от левого правый терроризм не апеллирует к классовым противоречиям, а провозглашает целью борьбу с демократическими ценностями и механизмами современных обществ.

Третий тип терроризма - государственный терроризм. Он отличается от предыдущих типов, прежде всего, субъектами деятельности. Это могут быть, во-первых, государства, использующие методы тотального подавления гражданского общества и массовых репрессий. Примерами является сталинский, гитлеровский, полпотовский (в Камбодже) режимы. Во-вторых, методы, родственные террористическим, присутствуют в деятельности спецслужб многих стран мира - израильского Моссада, американского ЦРУ, российской ФСБ и других и применяются в ответ на экстремизм радикальных группировок. В-третьих, к государственному терроризму можно отнести деятельность стран, оказывающих всевозможные виды поддержки международным террористическим группам. В такой деятельности в настоящее время обвиняются Иран и Сирия.

Наконец, четвертая разновидность терроризма носит религиозный характер. Его участники - негосударственные экстремистские группировки, идеологией которых является то или иное религиозное учение, как правило, в фундаменталистской интерпретации. Но, конечно, главным образом, здесь нужно говорить об исламском терроризме, представленном преступной деятельностью многочисленных группировок исламского мира - «Братья-мусульмане», «Хезболлах», «Хамас», «Аль-Каида», «Талибан», этно-исламистские группировки на Северном Кавказе и другие. Именно эта ветвь современного терроризма представляет наибольшую опасность для современного мира. Более подробно об исламском терроризме речь пойдет ниже.

Спустя месяцы после неопределенности, окружавщей предложение о создании правительства национального единства, в состав которого войдут члены террористической группировки ХАМАС и более умеренного палестинского движения ФАТХ, сделка близится к завершению: обе стороны вскоре объединятся в правительстве переходного периода, которое и проведет выборы.

Некоторые сообщенные подробности подтвердили обеспокоенность международного сообщества: прагматичный премьер-министр ПА Салам Файяд, чьи усилия по борьбе с коррупцией и созданию действующих институтов власти привели к экономическому росту на Западном берегу, будет вынужден уйти в отставку. Новая объединенная палестинская администрация будет базироваться в контролируемой ХАМАСом Газе, а выборы запланированы на май 2012 года. Президент ПА Махмуд Аббас и председатель политбюро ХАМАСа Халед Машаль вскоре должны встретиться, чтобы завершить сделку, и Аббас утверждает, что после выборов уйдет в оставку.

Раскол, долгое время разделявший ХАМАС и ФАТХ, достиг апогея в январе 2006 года: тогда ХАМАС нанес поражение ФАТХУ, долгое время доминировавшему над ним, во время парламентских выборов в Газе, которые западные наблюдатели назвали в целом свободными и справедливыми. При этом ХАМАС входит в европейский и американский списки террористических организаций из-за его многолетней программы по уничтожению Израиля и долгой истории террористической деятельности.

Когда западные страны сократили гуманитарную помощь администрации ХАМАСа, ФАТХ и другие палестинские фракции отказались войти в правящую коалицию. К концу 2006 года насилие в Газе и на Западном берегу грозило перерасти в гражданскую войну. После нескольких провалившихся перемирий и попыток примирения, ХАМАС изгнал оставшихся членов ФАТХа за пределы прибрежной полосы и захватил там единоличную власть. С тех пор он не допускал возникновения какой-либо политической оппозиции.

За прошедшие пять лет ХАМАС и другие террористические группировки, действующие в Газе, выпустили по израильским мирным жителями тысячи ракет. Обстрели сократились, но не прекратились, после проведенной Израилем в конце 2008 года операции Литой свинец. Теперь в распоряжении ХАМАСа и его сообщников есть более мощное оружие, и они могут угрожать более чем миллиону израильтян, проживающих в радиусе 48 км, в таких городах, как Беэр-Шева и Ашдод, ранее бывших вне их зоны досягаемости.

Попытки палестинского примирения, предпринимавшиеся при посредничестве Египта, потерпели крах весной 2009 года. В прошлом мае Халед Машаль и Махмуд Аббас наконец подписали договоренность об объединении и проведении выборов в течение года. С тех пор, однако, попытки реализовать договор не приводили к соглашению - вплоть до начала этого месяца.

Международное сообщество долгое время поддерживало возглавляемую Аббасом и Файядом Палестинскую Автономию, признававшую Израиль, участвовавшую в нерегулярных мирный переговорах и категорически осуждавшую при этом террористическу деятельность ХАМАСа. По этой причине перспектива объдинения ФАТХа с террористической группировкой, преданной делу уничтожения еврейского государства, возбудила тревогу в странах Запада. Сделка станет ударом по дальнейшим переговорам между Израилем и Палестинской Автономией, параллельно продвигающей вперед свою кампанию по одностороннему провозглашению государства в ООН.

В то время как переговоры между ХАМАСом и ФАТХом по созданию правительства национального единства подходят к концу, в этом резюме мы кратко изложили историю отношений обеих сторон.

В 70-е годы XX века аятоллах Мухаммад Хусейн Фаддлалла, признаваемый на Западе в качестве духовного лидера Хезболла, возглавлял ряд благотворительных организаций в Ливане - Общество Семейства Братства (Джамийят Усрат ат-Таахи), Филантропическое Благотворительное Общество (Джамийят аль-Махабба аль-Хайрийа). В это время в Ливане были организованы пожертвования для партии Исламского Призыва.

В 1978 году при загадочных обстоятельствах исчезает имам Муса ас-Садр, что способствует появлению новых фигур на шиитской арене, которые не могли бы заявить о себе при харизматичном «имаме Сопротивления». Исчезновение Садра открывает путь новым молодым и энергичным улемам, которых уже не устраивает светский характер АМАЛЬ, воспитанных в духе Неджефской школы и желающих создать организацию, которая бы стала общеисламской, а не только ливанской.

В августе 1982 года в Тегеране прошла первая Конференция Угнетенных. Ливанская делегация была представлена следующими улемами: сейид Мухаммад Хусейн Фаддлалла, шейх Субхи Туфейли, шейх Мухаммад Язбек, шейх Афиф Наблуси, шейх Хусейн Курани, шейх Рагиб Харб и сейид Ибрахим Амин ас-Сейид, представитель АМАЛЬ в Иране. Имам Хомейни призвал собравшихся начать мобилизацию людей для войны с Израилем.

После тегеранской Конференции Угнетенных в 1982 году началось практическое формирование в Ливане партии и вооруженной структуры для борьбы с Израилем. Организаторами Хезболла в Ливане стали: Аббас аль-Мусауи и Субхи Туфейли - из партии Исламского Призыва; Хасан Насралла и сейид Ибрахим Амин ас-Сейид, Наим Касим, Имад Мугния и Абу Хасан Худр Саляма - из движения АМАЛЬ, Абдель Хади Хмаде - из Коммунистической партии.

Инициатором создания Хезболла стал лично имам Хомейни, а основным идеологическим центром стал иранский город Ком, куда была перенесена «Неджефская школа». Так, основанная партия стала подчиняться напрямую рахбару имаму Хомейни, за которым признавалось последнее слово. Сейид Хасан Насралла говорит: «В чем наша сила? В чем секрет Хезболла? Секрет - в подчинении вилаяту Хомейни. Секрет нашей силы, роста, единства, борьбы и мученичества - это вилаят аль-факих, спинной мозг Хезболла». Прямое и беспрекословное подчинение духовному лидеру Ирана стало причиной противоречий между первым избранным генсеком партии - Субхи Туфейли, энергичным деятелем, который тяготеет к идеям арабского единства, и партией. Столкновение интересов привело к избранию генсеком сейида Аббаса аль-Мусауи.

При создании партии было предложено несколько вариантов наименования, такие как Исламское (движение) АМАЛЬ, Исламский Джихад и Революционные Комитеты, однако Хомейни предложил наименование, которое бы объединяло всех мусульман, - Хезболла или «партия Аллаха». Д

Формирование Хезболла в период гражданской войны привело к военным столкновениям с различными политическими силами, в том числе с АМАЛЬ и сирийскими войсками. Однако вскоре, и АМАЛЬ, получающая поддержку от Сирии, и сама Сирия приняли существование проиранской партии за «данное» в условиях конфронтации с Израилем. Организация Освобождения Палестины была создана в 1964 на совещании арабских лидеров, чтобы "представлять интересы 2.000.000 палестинских арабов, изгнанных со своих земель". При создании, ООП возглавил Ахмад Шукри (Ahmad Shuqairi), руководство осуществляется Национальным Советом Палестины. Первоначально ООП строилась по географическому принципу, с 1968 в организации представлены различные партизанские движения. ООП ставила целью ликвидацию государства Израиль, изгнание из Палестины большинства еврейских переселенцев и создание "демократического и светского государства". Средство достижения целей -вооружённая борьба с Израилем, осуществляющаяся рейдами партизан. Главные группы, образовавшие ООП:

Движение Национального Освобождения Палестины,

Народный фронт освобождения Палестины,

аль- Сайка (авангард "Народно-освободительной Войны"),

Фронт Народной Борьбы,

Демократический Фронт Освобождения Палестины.

Под руководством ООП действовали террористические группы "Чёрный Сентябрь" и "НФОП - Главное командование" (группа, выделившаяся из НФОП). Фракции ООП отличались идеологически и тактикой, некоторые открыто признавали тактику терроризма. Умеренные фракции ООП высказывались за переговоры с еврейскими поселенцами и включение их поселений в состав Палестинского государства; радикалы высказывались за насильственное уничтожение Израиля и создание светского государства с равными правами для всех верующих. По данным французской разведки, "Аль-Каида" построена по принципу политической партии, с четкой иерархией и гибкой организационной структурой. Место руководителя любого уровня, в том числе и бен Ладена, в случае гибели или ареста сразу же занимает следующий по списку. Сама организация состоит из множества подразделений, возглавляемых близкими бен Ладену людьми. Зачастую командиры и рядовые члены подразделений не знают о существовании других отрядов. Если один из отрядов будет арестован, он не сможет выдать остальные. Со всей структурой организации знаком лишь сам бен Ладен. Возглавляет Аль-Каиду Маджлис аль Шура (консультационный совет). Маджлис аль Шура руководит деятельностью всей организации, вырабатывает и принимает главнейшие решения. По приблизительным оценкам, активных членов организации насчитывается от трех до семи тысяч. Для поддержания связи с ними штаб "Аль-Каиды" в Афганистане использовал самые современные средства связи - от Интернета до спутниковой связи. По неподтвержденным данным, "Аль-Каида" имеет договоренности о сотрудничестве с Национальным Исламским Фронтом Судана, представителями правительства Ирана и террористической организацией Хезболла.

Подводя итог анализу разновидностей терроризма, стоит сослаться на примечательное мнение У.Лакера о их парадоксальном сходстве. У тех, кто занимается терроризмом, пишет ученый, существует определенная мировоззренческая общность. Они могут принадлежать к левой или правой части политического спектра, они могут быть националистами или, что реже, интернационалистами, но в основных моментах их ментальность вызывает удивительное сходство. Часто они гораздо ближе друг другу, чем сами подозревают. Подобно тому, как технологией терроризма могут успешно овладевать люди самых разных убеждений, его философия также без труда преодолевает преграды, существующие между отдельными политическими доктринами. Она универсальна и беспринципна.

В разные исторические отрезки времени преобладали разные виды терроризма. Начиная со второй половины XIX в. преобладал левый терроризм, хорошо известный по истории дореволюционной России (хотя существовал и правый, например, Ку-Клукс-Клан в США). Одновременно действовали радикальные националистические группировки - армяне, ирландцы, македонцы, сербы, которые пользовались террористическими методами в борьбе за национальную автономию и независимость. Для первой половины ХХ в. был наиболее характерен государственный терроризм, терроризм «сверху» (сталинская эпоха, фашизм). После Второй мировой войны левый терроризм опять на какое-то время является ведущим - как в развитых странах («Фракция Красной Армии» в ФРГ, «Красные бригады» в Италии, группа «Прямое действие» во Франции и др.), так и в развивающемся мире, особенно в Латинской Америке («Тупамарос», «Сендеро Луминосо» и др.) с характреными для последних методами городской герильи. Но постепенно левый терроризм сходит на нет. По-видимому, последним гвоздем, забитым в его гроб, стал коллапс социализма и социалистической системы.

В настоящее время можно говорить о трех преобладающих видах терроризма - этническом, правом и исламском. Террористические организации этнического (националистического) типа не случайно относят к числу наиболее долговечных. Некоторые из них существуют более 100 лет, другие - десятилетия. Национализм стал одной из главных сил изменений в мировом сообществе в постбиполярном мире. Поэтому можно уверенно предположить: этно-националистический терроризм не только не исчезнет в обозримом будущем, но получит еще большее распространение.

Современные ультраправые используют террористические действия с той же целью, что и в прошлом - для захвата власти. Но массовых фашистских (и подобных им) партий сейчас нигде нет. Левацкие группировки способны быть только пособниками каких-то других сил, занимающих более мощные позиции в политическом мире, но при этом близких им по духу, идеям и устремлениям. Особенно опасной тенденцией стало усиление праворадикальных настроений в странах СНГ, где трудности постсоциалистического периода порождают тягу к «сильной руке», по мнению некоторых, способной «навести порядок», порождают шовинистические настроения.

Наиболее опасной тенденцией современного мира является исламский терроризм. Именно его имеют, прежде всего, в виду, когда говорят о международном терроризме. По определению, международный (или, как его еще иногда называют, транснациональный) терроризм подразумевает использование территории или вовлечение граждан в террористические действия более чем одной страны. Можно и по-другому определить специфику международного терроризма: это, как правило, террористические действия, предпринятые гражданами одной страны против граждан другой страны и осуществленные на территории третьих стран. Оба приведенные определения не охватывают всех случаев проявления международного терроризма, но позволяют уловить его специфику. В соответствии с распространенным мнением, символической датой рождения международного терроризма считается уже упоминавшийся теракт, приведший к гибели израильских спортсменов на мюнхенской Олимпиаде в 1972 г.

. МЕЖДУНАРОДНО-ПРАВОВЫЕ МЕТОДЫ БОРЬБЫ С МЕЖДУНАРОДНЫМ ТЕРРОРИЗМОМ НА БЛИЖНЕМ ВОСТОКЕ


.1 Угроза терроризма и методы борьбы с ним


В большинстве случаев терроризм по существу представляет собой политический акт. Он предназначен для неожиданного причинения смертоносных увечий мирным жителям и создания атмосферы страха ради достижения какой - либо политической или идеологической (то религиозной или нерелигиозной) цели. Терроризм является преступным актом , однако нечто большим , чем простое уголовное деяние .

В международном уголовном праве отсутствует единый конвенциональный дефиниций понятия терроризм. Вместо него в договорных нормах устанавливаются положения о преступлениях, являющихся проявлениями международного терроризма. Согласно статьи 24 проекта Кодекса преступлений против мира и безопасности человечества, состав данного преступления определяется как совершение любого из следующих деяний: совершение, организация, содействие осуществлению или поощрение актов против другого государства или попустительство совершению таких актов, которые направлены против лиц или собственности и которые по своему характеру имеют целью вызвать страх у государственных деятелей, групп лиц, или населению в целом.

Так, Европейская конвенция по борьбе с терроризмом от 27 января 1977 г. называет в качестве террористических следующие преступления:
а) правонарушения, относящиеся к применению Гаагской конвенции по борьбе с преступным захватом летательных аппаратов от 16 декабря 1970 г.;
б) правонарушения, относящиеся к применению Монреальской конвенции по борьбе с преступными актами, направленными против безопасности гражданской авиации, от 23 сентября 1971г.; в) тяжелые правонарушения, заключающиеся в покушении на жизнь, телесную целостность или свободу людей, имеющих право международной защиты, включая дипломатических представителей; г) правонарушения, содержащие захват или незаконное лишение свободы;
д) правонарушения, содержащие использование бомб, гранат, ракет, автоматического огнестрельного оружия, бандеролей или посылок с опасными вложениями, соразмерны с тем, насколько подобное использование представляет опасность для людей. Как полагает исследователь Р. Адельханян, понятие международный терроризм является более частным по отношению к определению терроризм по международному праву и применением в случаях, когда субъектами террористической деятельности является субъект международного публичного права. В противном случае, как он отмечает, вряд ли можно говорит о международном терроризме как таковом, а вот о терроризме по международному праву - вполне. Причинение вреда или угроза такого причинения интересам общественной безопасности двух или более государств является основным признаком любого террористического преступления по международному уголовному праву. При этом такое деяние должно иметь место в мирное время, т.е. при отсутствии состояния войны между государствами. В противном случае деяния, содержащие признаки актов терроризма, должны быть квалифицированы как соответствующие военные преступления.

Р.Адельханян выделяет следующие признаки террористического преступления по международному праву: Деяние должно изначально посягать на основы общественной безопасности двух или более государств, т.е. угрожать жизненно важным интересам неопределенного круга лиц, проживающих на территории этих государств. В силу принципа nullum crimen sine lege такое деяние должно быть противоправным по международному уголовному праву, т.е. запрет на его совершение должен быть непосредственно установлен в международно-правовом документе. Деяние, подпадающее под признаки террористического акта по международному уголовному праву, должно быть совершено в мирное время, по крайней мере, вне рамок вооруженного конфликта. В противном случае оно должно расцениваться как военное преступление в соответствие с Женевскими конвенциями 1949 г. и Дополнительными протоколами к ним 1977 г.

Неотъемлемой чертой терроризма как уголовно-правовой категории является насильственный характер действий террористов. Именно применение насилия (причем насилия публичного, рассчитанного на устрашение населения) является обязательным признаком террористического преступления.

Какое бы то ни было юридическое определение понятия терроризм, внутреннее законодательство большинства государств относит терроризм к уголовным деяниям, как и Европейская конвенция по борьбе с терроризмом, принятая в Страсбурге (27.01.1977г.). При этом и мотивация преступления и субъект преступления могут быть различными. Что касается ответственности за терроризм, то, как уже указывалось, она может быть только уголовной. Субъектом ответственности может быть, считает большинство правоведов, только физическое, вменяемое лицо, достигшее возраста ответственности. Уголовная ответственность юридических лиц допускается только англо-американской системой права.

Важным спорным вопросом остается уже упоминавшаяся ответственность сплоченных клятвой террористов-членов бандформирований или мафиозных структур, которые выполняют различные роли в подготовке покушений и осуществлении теракта. В случае прямого коллективного умысла как отягчающего обстоятельства оправдана общая уголовная ответственность всех членов группы с дифференциацией наказания, определяемой судом с учетом роли каждого в осуществлении данного теракта или его подготовки. При всем этом, основой уголовной ответственности всегда является вина преступника как в форме умысла, так и неосторожности.

Большинство террористических актов совершаются конкретными преступными группами с определенными политически мотивированными целями. В нынешние дни транснациональные террористические группировки, например Аль Каида, Исламское движение Узбекистана, способны осуществлять террористические нападения через одну границу , получать средства из частных источников или от правительства, находящихся за границей, а оружие добывать из целого ряда источников.

Все международные террористические организации обосновывают свою программу действий определенной национально-этнической или религиозной идеологией. Например, следует упомянуть Ирландскую республиканскую армию (Великобритания), которая является католической организацией, основанной в 1914 г. и активно действующей с 1969 г. под лозунгом воссоединения британской провинции Ольстер с Ирландией. Другие же террористические организации, например протестантские группировки Борцы за освобождение Ольстера, Добровольческие силы Ольстера, Команда малой руки, иначе и очень по-разному смотрели на решение этой проблемы.
Под прокоммунистическими лозунгами действуют: в Испании - баскская террористическая организация ЭТА, основанная в 1959 г.; во Франции - организация Прямое действие, основанная в 1979 г.; в Германии - Фракция Красной армии (существует с конца 1960-х гг., наиболее известные ее участники А. Баадер и Ульрика Майнхоф) и Революционные ячейки; в Италии - Красные бригады, основанные в 1970 г. и известные убийством премьера А. Моро и генерала А. Джаржиери; в Греции - организация Народная революционная борьба, созданная в 1974 г.; в Японии на основе идеологической смеси марксизма и традиционного японского милитаризма в 1970 г. была создана Красная армия Японии. В этом черном списке нельзя не упомянуть японскую организацию Аум синрике, получившую известность вследствие осуществленного ею теракта в токийском метро. В Перу треть страны в недавнем прошлом контролировала организация Сендеро ломиносо, в основе деятельности которой лежала маоистская идеология, а также группа Тупак амару. К многочисленным организациям, действующим на основе лживой интерпретации исламских принципов, относятся Хамас, созданная в 1987 г. как исламское движение сопротивления на Ближнем Востоке, и Исламский фронт спасения, существующий в Алжире с 1989 г. В Египте с начала 1970-х гг. действуют организация Исламский джихад, особенно известная убийством Анвара Садата в 1981 г., Вооруженная исламская группа, созданная в 1977 г., и многие другие.

В США, на территории штатов Мичиган, Аризона и Монтана, действует крайне правая организация Народное ополчение, получившая известность в связи с взрывом в Оклахома-Сити, повлекшим массовые жертвы. С 1968 г. после убийства Мартина Лютера Кинга стала активно действовать террористическая группировка чернокожих американцев Черные пантеры. Большую активность проявляет созданная в Турции группировка правого толка Серые волки, насчитывающая 30 тыс. членов и имеющая 80 филиалов в разных странах мира. Не ограничиваясь террором против прокоммунистических деятелей, она организовала теракт против папы Иоанна Павла II. Известно, что в последний период она проявляет большой интерес к бывшим советским кавказским и среднеазиатским республикам. Получила также известность латиноамериканская террористическая организация Акция национального освобождения, созданная в конце 1960-х гг. Карлосом Марихельей, которого террористы стали именовать теоретиком террора после того, как он сочинил Мини-учебник по городской партизанской войне. На этом же континенте в Аргентине в качестве военного крыла троцкистской Революционной армии труда и Четвертого интернационала была создана Революционная народная армия. За этим претенциозным названием скрывалась группа террористов, занимавшаяся похищением людей с целью выкупа для финансирования террористических организаций .

Терроризм в отдельно взятых странах начинает быстро перерастать в угрозу для регионального мира и безопасности ввиду эффекта переливания, например трансграничное насилие и создание потоков беженцев. Поэтому провести четкое различие между национальным и международным терроризмом весьма сложно.

В свете высказанных утверждений можно отметить следующие отличительные особенности современного терроризма:

формирование глобальных и региональных руководящих центров, осуществляющих подготовку операций и организацию взаимодействия между отдельными группами и исполнителями, привлекаемыми к той или иной акции, при этом национальная и религиозная принадлежность исполнителей не является свидетельством принадлежности к конкретному государству или религиозному движению;

использование права на политическое убежище для закрепления присутствия террористов в некоторых государствах;

осуществление проникновения в общественные и государственные политические, экономические и силовые структуры; создание под прикрытием своих агентов в органах власти разветвленных сетей центров и баз по подготовке боевиков, складов оружия и боеприпасов, фирм, компаний, банков, фондов, используемых для финансирования проводимых операций;

широкое использование наркобизнеса и торговли оружием для пополнения финансовых средств;

появление тенденции перехода от осуществления отдельных террористических актов к масштабным акциям, приобретающим характер диверсионно-террористической войны, в ходе которой широко применяются методы информационно-психологического воздействия, в том числе для создания атмосферы всеобщего страха, возбуждения антиправительственных настроений в обществе в целях успешной борьбы за влияние и власть. 6
Серьезная озабоченность расширением масштабов терроризма была высказана на январском 2001 года совещании лидеров стран СНГ. На нем было отмечено, что терроризм - это не только и не столько диверсанты-одиночки, угонщики самолётов и убийцы камикадзе. Современный терроризм - это мощные структуры с соответствующим их масштабам оснащением. Примеры Афганистана, Таджикистана, Косова, Чечни и стоящих за ними мощных покровителей показывают, что террористические группировки способны вести диверсионно-террористические действия, участвовать в масштабных конфликтах. Аналогичные вопросы служили примером обсуждения на встрече участников Шанхайского форума в июне 2001 г., где было принято решение о создании в рамках этой организации единого антитеррористического центра. В этой связи строительство системы противодействия терроризму Узбекистаном и другими Центральноазиатскими государствами становятся в ряд первостепенных общегосударственных задач. Это усилило необходимость создания международной и национальной нормативно-правовой базы.
Международное сотрудничество в борьбе с международным терроризмом начало складываться еще в 30-х гг. XX столетия. В 1937 г. более 20 государств подписали конвенцию о предупреждении и наказании терроризма, одновременно для уголовного преследования террористов 13 государств подписали конвенцию О создании международного уголовного суда. В этих конвенциях не предусматривалась обязательная выдача международных террористов, а определение терроризма было слишком широким. По этим причинам конвенции не собрали необходимого количества ратификаций и в силу не вступили. Однако их положительное воздействие на международное сотрудничество государств в этой области несомненно. Основные нормы этих конвенций были использованы для совершенствования законодательства о борьбе с терроризмом. Ввиду актуальности борьбы с терроризмом в международном праве был разработан ряд международных договоров. Их можно классифицировать по двум категориям: договоры, направленные на защиту жертв террористических посягательств. В числе подобных международных актов находятся Конвенция ООН о предупреждении и наказании преступлений против лиц, пользующихся международной защитой, включая дипломатических агентов (1973г., Нью-Йорк); Конвенция о борьбе с захватом заложников (1979г., Нью-Йорк); Международная конвенция о борьбе с вербовкой, использованием, финансированием и обучением наемников (1986г., Нью-Йорк); Конвенция о безопасности персонала ООН и связанного с ней персонала (1994г., Нью-Йорк).
Антитеррористические Конвенции, имеющие целью пересечение террористических посягательств, совершаемых с применением специфических средств. Такого рода международными договорами следует считать Конвенцию о маркировании пластических взрывчатых веществ для целей их идентификации (1991г., Нью-Йорк); Международная конвенция о пересечении бомбового терроризма (1998г., Нью-Йорк); Конвенция ООН о борьбе с финансированием терроризма (1999г., Нью-Йорк). Представляется целесообразным особо указать на Декларацию о принципах международного права, касающихся дружественных отношений и сотрудничества между государствами в соответствии с Уставом ООН, принятую 25-й сессией Генеральной Ассамблеи 24 октября 1970 г. Этот акт содержит указание о том, что каждое государство обязано воздерживаться от организации подстрекательства, оказания помощи или участия... в террористических актах.

декабря 1994 г. 49-я сессия Генеральной Ассамблеи ООН приняла Декларацию о мерах по ликвидации международного терроризма. Эта Декларация имеет серьезное значение для борьбы с международным терроризмом, ибо содержит перечень основополагающих международно-правовых документов, из которых прямо или косвенно следует классификация терроризма как преступления против человечества во всех его формах и проявлениях, в ней указывается на его связь с наркобизнесом и полувоенными бандами. Последнее обстоятельство наглядно демонстрируют приведенные выше примеры терактов.

Межгосударственные акты, разработанные под эгидой ООН, создали определенную правовую базу для создания механизмов, ориентированных в борьбе с терроризмом на практическое взаимодействие, разумеется, при готовности участников к сотрудничеству. Они содержат, в частности, обязательства пресекать террористические акты, задерживать и в предусмотренных случаях выдавать, а также и наказывать лиц, виновных в их совершении, обмениваться необходимой информацией, оказывать друг другу максимальную правовую помощь.

Многие региональные организации приняли конвенции, непосредственно посвященные проблеме терроризма, дополнив тем самым на региональном уровне 12 международных конвенций по терроризму. В большинстве из них устанавливаются общие процедуры выдачи, определяется цель сотрудничества и содержится призыв осуществлять обмен информацией. Ведущую роль в области полицейского и судебного сотрудничества взял на себя Европейский союз, во многом благодаря высокой степени интеграции этой Организации. К числу мер относятся: общий ордер на арест; общий перечень террористических организаций; постоянный обмен информацией между государствами - и Европейским управлением полиции; создание Евроюста (орган, состоящий из магистратов, прокуроров и офицеров полиции), совместные следственные бригады полиции и магистратов, совершающие трансграничные действия и прилагающие усилия по выработке общего определения террористической деятельности для целей уголовного правосудия. В более широком плане Интерпол осуществляет важную работу, на которую могут опираться региональные организации. Интерпол, членами которого являются 179 государств, собирает, хранит, анализирует и распространяет разведывательную информацию о подозрительных лицах и группах и их деятельности.
Ряд организаций приняли меры для пресечения финансирования терроризма. Целевая группа по финансовым мероприятиям, касающимся отмывания денег, созданная семью промышленно развитыми странами, а в настоящее время насчитывающая 28 государств, играет ведущую роль в установлении стандартов и осуществлении необходимых изменений в национальном законодательстве в связи с финансированием терроризма . 3 октября 200 года эта Целевая группа опубликовала восемь специальных рекомендаций в отношении отмывания денег для терроризма , которые обязывают государства - принять широкий круг законов и постановлений. Организация Объединенных Наций работает в этой области посредством деятельности в рамках осуществляемой Управлением по контролю над наркотиками и предупреждению преступности Глобальной программы борьбы с отмыванием денег , которая функционирует в тесной координации с Целевой группой . Общеизвестно, и практика это подтверждает, что существует немало юридических, политических, идеологических и морально-нравственных препятствий для осуществления международных и национальных методов и средств борьбы с терроризмом. Антитеррористические конвенции очерчивают только общие правовые рамки, необходимые для действенного отпора международному терроризму. Так, например, в 1979 г. была принята Международная конвенция о борьбе с захватом заложников с четкими обязательствами государств-участников. Переговоры с террористами по урегулированию кризисных ситуаций не регламентируются международным правом. К ним рекомендуется привлекать профессионально подготовленных к такому диалогу людей. При этом исключается возможность обсуждения императивных требований - безнаказанность террористов и пренебрежение жизнью людей. Однако в конвенциях по антитеррористическому взаимодействию участвуют далеко не все государства, и существует целый ряд пробелов, связанных с отсутствием международно-правовых норм, как всегда отстающих от некоторых современных проявлений террористической практики.

Важнейший шаг в утверждении принципа всеобщего осуждения и признания противоправности терроризма был сделан в резолюции 40/61 Генеральной Ассамблеи ООН 9 декабря 1985 г., в которой она ''безоговорочно осуждает, как преступные все акты, методы и практику терроризма, где бы и кем бы они не совершались''. Это положение получило договорно-правовое закрепление в преамбуле Римской конвенции 1988 г. Принцип противоправности террора конкретизирован в ряде документов ООН, особенно в Декларации о мерах по ликвидации международного терроризма (1994г.).
Задачи борьбы с терроризмом поставлены перед учреждающимся в настоящее время европейским полицейским агентством Европол. Возможности антитеррористического сотрудничества заложены в итоговых документах совещаний Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе (ОБСЕ) в Хельсинки, Мадриде, Вене . Что касается других регионов, то представление о них дают Региональная конвенция о борьбе с терроризмом, заключенная в рамках Ассоциации регионального сотрудничества стран Южной Азии (СААРК), Кодекс поведения арабских стран-членов Совета министров внутренних дел по борьбе с терроризмом Лиги арабских государств (ЛАГ), Кодекс поведения исламских стран, принятый Организацией Исламская конференция (ОИК), Конвенция о предупреждении и наказании за совершение актов терроризма, принимающих форму преступлений против лиц, и связанного с этим вымогательства, когда эти акты носят международный характер, и Лимская декларация о предотвращении и ликвидации терроризма и борьбе с ним, принятая Организацией американских государств (ОАГ).

Особо следует подчеркнуть значение для борьбы с терроризмом выработки форм конкретных совместных действий стран, наиболее развитых в промышленном отношении. Решения по вопросам противодействия терроризму принимались ими на совещаниях в Оттаве, Лионе, Париже, Денвере, Москве (октябрь 1999 г.).

Конвенционное закрепление сотрудничества в борьбе с терроризмом произошло в рамках совместных действий стран Евросоюза (''Группа Треви''), в итоговых документах ОБСЕ, в рамках Южноазиатской ассоциации регионального сотрудничества (СААРК) и Организации американских государств (ОАГ). Галифакский саммит ''восьмерки'' (июнь 1995г.) и совещание в Оттаве руководителей внешнеполитических и правоохранительных ведомств определили политические обязательства стран - участниц по приоритетным направлениям их антитеррористического взаимодействия. Уже существует и развивается система двусторонних соглашений об оперативном взаимодействии в кризисных ситуациях, связанных с акциями террористов, между рядом стран. Уголовные кодексы разных стран предусматривают ответственность за совершение террористических актов. Обращает на себя внимание тот факт, что на всем протяжении процесса создания международно-правовой основы для борьбы с терроризмом понятие терроризма не раскрывалось. Дело ограничивается нередко употреблением термина терроризм без детального раскрытия его правового и материального содержания. Исключение в определенной мере составляет рассмотренная выше Декларация ООН о мерах по ликвидации международного терроризма. Комиссия международного права ООН на 51-й сессии Генеральной Ассамблеи включила в число преступлений агрессию, геноцид, а также преступления против человечества, оговорив при этом, что невозможно составить исчерпывающий перечень бесчеловечных деяний, которые могли бы представлять собой преступления против человечества. 9 декабря 1999 г. Генеральная Ассамблея ООН одобрила Конвенцию о борьбе с финансированием терроризма. Ее основной целью является прекращение финансовой поддержки терроризма и привлечение к ответственности виновных в предоставлении денежных средств преступным организациям (Конвенция предусматривает уголовное, гражданское и административное наказание).

Необходима работа по оптимизации уголовно-правового урегулирования и полному отражению международно-правовых документов и установленных ими стандартов антитеррористической деятельности (Европейская конвенция по борьбе с терроризмом, Резолюция ООН 40/61, Конвенция против захвата заложников, захвата ядерных материалов, захвата авиалайнеров и т.д.). Генеральным ориентиром должна стать идея о том, что цель не оправдывает средства и что любой теракт должен рассматриваться как уголовное преступление, независимо от целей и мотивов.
Как свидетельствует международно-правовой режим работы борьбы с данным преступлением, предупреждение и наказание любых форм терроризма надлежит осуществить на основе политической целесообразности международного сотрудничества под эгидой ООН. В этом смысле, как указывается в Резолюции 53/108 ГА ООН, меры по искоренению международного терроризма должны способствовать юридическому обеспечению того, чтобы сложились правовые рамки, охватывающие все аспекты вопроса. Меры по предупреждению международного терроризма и усилению борьбы с ним предусмотрены также в решении VIII Конгресса ООН по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями Меры по борьбе с международным терроризмом 1990 г. и Конвенции о безопасности персонала ООН и связанного с ней персонала 1994 г.

Определенную роль в деле предупреждения актов международного терроризма сыграла Конвенция о маркировке пластических взрывчатых веществ (ВВ) 1991 г. Государства взяли на себя обязательства подвергать производимые пластические взрывчатые вещества специальной маркировки для их обнаружения в случае использования при терактах. В течение трех лет их запасы должны быть уничтожены, использованы или приведены в негодность.
Политические установки по борьбе с рассматриваемыми деяниями включены в итоговые документы встреч участников Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе (ОБСЕ) в Хельсинки, Мадриде, Вене и Париже. Введены в действие три региональных соглашения: Конвенция 1971 г. Организации американских государств о предупреждении и наказании за совершение актов терроризма, принимающих форму преступлений против лиц, и связанного с этим вымогательства, когда такие акты носят международный характер; Европейская конвенция 1977 г. о борьбе с терроризмом; одобренная Ассоциацией регионального сотрудничества Южной Азии (СААРК) Конвенция 1987 г. по пересечению терроризма. В рамках Европейского Экономического Сообщества (ЕЭС) действует Комитет министров иностранных дел по терроризму. Несмотря на обилие международно-правовых актов и органов, координирующих борьбу с международным терроризмом, в международном праве до настоящего времени нет единого универсального соглашения, определяющего понятие международного терроризма, его юридическую природу и ответственность. Однако, оперируя анализом международных документов и уголовного законодательства ряда стран можно заключить, что международному терроризму свойственны следующие четыре отличительных признака. В первую очередь терроризм порождает общую опасность, возникающую в результате совершения общеопасных действий либо угрозы таковыми. На эту характерную особенность терроризма указывалось еще в ст. 1 проекта резолюции о терроризме III Международной конференции по унификации уголовного законодательства (Брюссель, 1930г.). Опасность при этом должна быть реальной и угрожать неопределенному кругу лиц.
Следующая отличительная черта терроризма - это публичный характер его исполнения. Другие преступления обычно совершаются без претензии на огласку, а при информировании лишь тех лиц, в действиях которых имеется заинтересованность у виновных. Наряду с порождением общей опасности и публичным характером действий следующим отличительным и самым важным признаком терроризма является преднамеренное создание обстановки страха, подавленности, напряженности. Страх возникает не сам по себе в результате получивших общественный резонанс деяний и создается виновным не ради самого страха, а ради других целей и служит своеобразным объективным рычагом воздействия, причем воздействия целенаправленного, при котором создание обстановки страха выступает не в качестве цели, а в качестве средства достижения цели.
Далее, при совершении террористических акций общеопасное насилие применяется в отношении одних лиц или имущества, а психологическое воздействие в целях склонения к определенному поведению оказывается на других лиц (физических, представителей власти, юридических лиц или группы лиц), то есть насилие здесь влияет на принятие решения не непосредственно, а опосредованно - через выработку (хотя и вынужденно) волевого решения самим лицом, воздействуя на которое путем создания обстановки страха в результате совершения общеопасных действий стремятся достигнуть своих целей террористы. Ныне известны следующие случаи проявления международного терроризма: 1) как террорист, так и жертвы терроризма являются гражданами одного и того же государства или разных государств, но преступление совершено за пределами этих государств; 2) террористический акт направлен против лиц, пользующихся международной защитой; 3) подготовка к террористическому акту ведется в одном государстве, а осуществляется в другом; 4) совершив террористический акт в одном государстве, террорист укрывается в другом и встает вопрос о его выдаче.
Терроризм относится к чисто уголовным деяниям как во внутреннем законодательстве государств, так и в международных конвенциях. В частности, в соответствии со ст. 1. Европейской Конвенции о борьбе с бомбовым терроризмом, открытой для подписания в Нью-Йорке 12 января 1998 г., ни одно из указанных в настоящих конвенциях преступлений не рассматривается для выдачи или взаимной правовой помощи как политическое преступление или преступление, связанное с политическим преступлением, или преступление, вызванное политическими побуждениями. Другое дело, что сам уголовно наказуемый терроризм может иметь подразделение по мотивации (политическая, религиозная, националистическая, экономическая, корыстная и т.д.) и по субъекту преступления (совершенный гражданином своей страны; иностранцем или лицом без гражданства; лицом, не обладающим какими-либо полномочиями либо представителем каких-то государственных структур). Ответственность за терроризм, будь то акты терроризма, совершенные в пределах своей страны либо имеющие международный характер, представляется возможной лишь как уголовная ответственность лиц, обладающих признаками субъекта преступления.

Субъектами же преступления может быть признано лишь физическое вменяемое лицо, достигшее возраста, с которого наступает ответственность за содеянное согласно уголовному законодательству.

В качестве субъекта преступления международный террорист рассматривается в Проекте Кодекса преступлений против мира и безопасности человечества 1991г. как любое лицо, которое как агент или представитель государства совершает или отдает приказ о совершении любого из следующего: совершение, организация, содействие осуществлению, финансирование или поощрение актов против другого государства или попустительство совершению таких актов, которые направлены против лиц или собственности и которые по своему характеру имеют целью вызвать страх у государственных деятелей, групп лиц или населения в целом в случае признания его виновным.
Не могут быть субъектами преступлений юридические лица (предприятия, учреждения, государственные и общественные органы и организации и т.д.). Законом Республики Узбекистан О терроризме предусмотрена ответственность юридических лиц, но не уголовная. В частности, организации признанные судом террористическими на основе его решения подлежат ликвидации, а имущества конфискации. Поскольку сама практика в странах, где существует, уголовная ответственность юридических лиц отвергает ее и свидетельствует о многочисленных трудностях и фактической невозможности применить эту норму.

Невозможность признания юридического лица субъектом преступления международного характера, объясняется также невозможностью применения к
нему характерных для уголовного закона мер наказания.
К тому же применение уголовно-правовых санкций к юридическому лицу является весьма малоэффективной мерой в борьбе с преступностью. Даже если суд признает некую организацию преступной, - замечает В.А.Лукьянов, - и приговорит ее к принудительной ликвидации, то это только в малой степени способно помешать ее создателям продолжать совместную преступную деятельность на неформальной основе. Поэтому признание какой-либо организации преступной вообще или террористической в частности означает лишь возможность привлечения к уголовной ответственности конкретных членов этой организации, обладающих общими признаками субъекта преступления (достижение определенного возраста, вменяемость). Признаки специального субъекта терроризма имеют место только в ст. 24 проекта Кодекса преступлений против мира и безопасности человечества, разработанного в рамках ООН, где в качестве субъекта международного терроризма названо лицо, которое как агент или представитель государства совершает или отдает приказ о совершении указанных в статье действий. Тот факт, что представители государственной власти порой оказывают содействие террористам и их организациям, порождает в научной литературе полемику о субъектах такого рода терроризма, и в частности о возможности отнесения к ним государства как такового. Эта полемика шла как в рамках подготовки всеобщей Конвенции по борьбе с терроризмом, так и в рамках подготовки проекта Кодекса преступлений против мира и безопасности человечества и проекта Международного уголовного суда.
Проблема государственного терроризма представляет собой часть более общей проблемы - концепции международно-правовой уголовной ответственности государств за совершение международных правонарушений.
Это научное течение, возникшее сразу после первой мировой войны, представляет собой попытку перенесения уголовно-правовых категорий в международное право, появившееся как следствие переосмысления оценок агрессивных войн. Сторонники этой концепции представляли собой два направления: одни считали, что только государство может быть субъектом международной уголовной ответственности, а физические лица могут нести ответственность только по национальному праву (Бустаманте, Доннедье де Вабр), другие полагали, что как государство, так и индивиды могут быть субъектами международного уголовного права (Пелла, Сальдана). Воплощая свои идеи, Пелла разработал План Международного уголовного кодекса, а Сальдана - предварительный проект Международного уголовного кодекса. Тексты данных кодексов неоднократно обсуждались на различных международных форумах, но были отклонены, поскольку заложенная в них идея не нашла общего понимания. Современное международное право знает две категории правонарушений, субъектом которых может быть государство и которые влекут различную ответственность.

К первой категории относятся правонарушения, представляющие опасность для мира. Сюда относятся действия государства, создающие или могущие создать угрозу миру, являющиеся нарушением мира или актом агрессии.

Ко второй категории следует отнести все другие правонарушения, за исключением тех, которые представляют опасность для мира.
Таким образом, когда речь идет о международно-правовой ответственности государств как суверенных субъектов международного права, то понятиями, адекватными сущности допущенных ими нарушений международного права, могут выступать такие понятия, как правонарушение или деликт, но не понятие преступление, которое отражает явления, существующие в совершенно иной сфере общественной жизни. Инкриминировать преступление государству невозможно, так как оно не является субъектом преступления, не может быть привлечено к уголовной ответственности в порядке уголовного судопроизводства и не может отбывать назначаемого судом уголовного наказания. К государству можно лишь применить санкции за действия, нарушающие международный правопорядок, но эти действия несопоставимы с преступлениями как явлениями совершенно иного порядка, а санкции несопоставимы с уголовным наказанием. Довольно четкие критерии в этом плане содержит и ст. 24 проекта Кодекса преступлений против мира и безопасности человечества, предусматривающая ответственность за международный терроризм, однако специфика данной статьи и в целом самого Кодекса не позволяет охватить своим содержанием подавляющего большинства вариантов международного терроризма. Во-первых, ст. 24 проекта содержит лишь признаки специального субъекта - лица, которое как агент или представитель государства совершает или отдает приказ о совершении актов международного терроризма, поэтому за рамками данного состава остаются все те акты, которые совершены лицами, не подпадающими под указанные признаки специального субъекта. Во-вторых, в силу специфики Кодекса многие из деяний, формально подпадающие под признаки ст. 24 проекта, с одной стороны, не будут дотягивать до уровня международных преступлений, способных нанести вред самим основам мира и безопасности человечества, а с другой - в случае массового распространения либо причинения существенного ущерба какому-либо государству приобретают значение прямой или косвенной агрессии, за что предусматривается отдельная ответственность в ст. 15 проекта настоящего Кодекса.

Несмотря на угрозу против мира и безопасности человечества со стороны террористических организаций, некоторые международные организации стремятся, чтобы в процессе борьбы с терроризмом не нарушались права человека. Парламентская ассамблея Совета Европы является одной из организаций, поддерживающих такую позицию. Она постоянно призывает стран-участниц Совета Европы не выдавать преступников, обвиняемых в терактах, если им будет грозить смертная казнь или суд без соблюдения правовых норм. В этих целях европарламентарии в Страсбурге обращают особое внимание на совместные действия правоохранительных, таможенных, финансовых органов, специальных служб различных стран, координация их информационной политики.

Несмотря на то, что к борьбе с терроризмом подключены огромные внутренние и внешние ресурсы, к сожалению, в большинстве случаев, политика антитеррора имеет узкий характер и сводится к примитивному набору карательных мер. Согласно отчету Международной Хельсинкской Федерации по правам человека (МХФ) от 10 декабря 2001 г., "такие меры включают усиление полномочий полиции; уменьшение прав подозреваемых террористов, арестованных полицией, и создание специальных судов для рассмотрения их дел; подавление ненасильственных политических и религиозных течений; введение еще более ограничительной политики по отношению к беженцам и эмигрантам, а также депортация лиц, хоть немного подозреваемых в участии в террористических организациях".

Не случайно эксперты из Хельсинской Федерации предупреждают, что "тенденция к быстрому принятию новых "анти-террористических" законов и правил, которые ставят под угрозу или явно нарушают международные нормы прав человека в странах установившейся демократии Западной Европы и Северной Америки, являются опасным примером для стран переходного периода, и предлагает новое чувство безнаказанности".


.2 ООН и борьба с международным терроризмом


Организация Объединенных Наций обладает уникальными возможностями в плане обеспечения политической согласованности и установления принципиальной цели для поддержания широкого международного сотрудничества в борьбе с терроризмом. Система Организации Объединенных Наций все больше активизирует усилия по пропаганде соответствующих документов, касающихся международного терроризма и транснациональной организованной преступности.

Между тем существующие международные документы по терроризму не образуют комплексной системы. Кроме того, темпы ратификации этих документов остаются чересчур низкими.

В свете наличия подобных международно-правовых проблем, к 57 сессии ООН был подготовлен Советом Безопасности Доклад, очерчивающий дальнейшие направления деятельности ООН в борьбе с терроризмом.
Доклад Рабочей группы по разработке политики по вопросу о роли Организации Объединенных Наций в связи с терроризмом преследует цель определить приоритеты деятельности Организации в связи с терроризмом и содержит свод конкретных рекомендаций в отношении того, каким образом система Организации Объединенных Наций могла бы функционировать более согласованно и эффективно в этой весьма сложной области.
ООН сосредоточила свою непосредственную контртеррористическую деятельность на областях, в которых Организация имеет сравнительное преимущество. Согласно рассматриваемому Докладу деятельность Организации будет осуществлена на основе трехсторонней стратегии в поддержку глобальных усилий с целью: Первая стратегия - сдерживание испытывающей недовольство группы, чтобы ее члены не стали на путь терроризма, в рамках своих усилий по сдерживанию Организация внесла и продолжает вносить свой вклад посредством нормотворчества, защиты прав человека. Организация Объединенных Наций выполняет главную роль в подготовке к принятию и эффективном осуществлении международно-правовых документов. К тому же, она проводит периодические обзоры существующего договорного режима, непременно подчеркивается связь между документами по международному уголовному праву и контртеррористическими конвенциями.
Упреждение применения стрелкового оружия в террористических целях является одной из значимых направлений деятельности ООН в области борьбы с данным видом преступления. Дело в том, что стрелковое оружие и легкие вооружения являются относительно недорогими, крайне прочными и легкими в переноске и сокрытии. Более того, наличие сетей и прочных оперативных связей между террористами, торговцами наркотиками и торговцами оружием облегчает перемещение этой категории оружия через границы. Основными источниками незаконной торговли этим оружием является хищение его с государственных складов, а также незаконное производство. В Программе действий, принятой в 2000 г. Конференцией Организации Объединенных Наций по проблеме незаконной торговли стрелковым оружием и легкими вооружениями во всех ее аспектах, отмечается, что такая торговля создает питательную почву для организованной преступности и терроризма. В Программе действий государствам и соответствующим международным и региональным организациям настоятельно предлагается оказывать помощь в борьбе с незаконной торговлей стрелковым оружием и легкими вооружениями, связанной с оборотом наркотиков, транснациональной организованной преступностью и терроризмом. Протокол против незаконного изготовления и оборота огнестрельного оружия, его составных частей и компонентов, а также боеприпасов к нему, который дополняет Конвенцию Организации Объединенных Наций против транснациональной организованной преступности, является орудием в борьбе с незаконным оборотом, в котором участвуют организованные преступные группы, определенные в Конвенции. Вторая стратегия - лишение группы или отдельных лиц возможности совершать акты терроризма. Департамент общественной информации и информационных центров и Контртеррористический комитет ООН оказываются в центре деятельности Организации Объединенных Наций, направленной на то, чтобы лишать группы или отдельных лиц возможности совершать террористические акты. Система Организации Объединенных Наций в целом обеспечивает готовность в плане поддержки усилий Комитета добиваться осуществления мер по борьбе с терроризмом. Одной из конкретных областей, в которых учреждения Организации Объединенных Наций могут оказать помощь в данном процессе, является разработка типового законодательства для соблюдения государствами - международных документов и соответствующих резолюций. С учетом опасений в плане того, что террористы могут получить доступ к запасам оружия массового уничтожения и связанным с ним технологиям, деятельность Организации Объединенных Наций в области разоружения начинает обретать новое звучание. Речь идет о том, что Департамент по вопросам разоружения обращает внимание общественности на угрозу, которую таит в себе потенциальное использование оружия массового уничтожения при совершении террористических актов. Что касается Контртеррористического комитета, являющегося комитетом полного состава Совета Безопасности, учрежденный во исполнение резолюции 1 373 (200), то он носит уникальный характер как в плане широты своего мандата, так и новизны своей работы. Его сравнивают с различными комитетами по санкциям, учрежденными Советом Безопасности, поскольку, как и эти комитеты, он отслеживает осуществление государствами резолюций Совета. Однако характер и объем мандата Комитета , а также методы его работы представляют собой значительные нововведения и открывают новые возможности для сотрудничества между государствами .

Приняв единогласно 28 сентября 2001 г. резолюцию 1 373 (200), Совет Безопасности впервые установил меры, направленные не против какого-либо государства, его руководителей, граждан или товаров, а против актов терроризма во всем мире и самих террористов. Это одна из наиболее обширных резолюций в истории Совета, посвященных обеспечению того, чтобы любое лицо, которое участвует в финансировании, планировании, подготовке или совершении террористических актов или которое поддерживает террористические акты, привлекалось к судебной ответственности, и чтобы такие акты квалифицировались как серьезные уголовные правонарушения во внутригосударственных законах и положениях и чтобы наказание должным образом отражало их серьезность. Совет Безопасности призывает государства представить Контртеррористическому комитету доклады об осуществлении данной резолюции. Контртеррористический комитет учредил подкомитеты для рассмотрения этих докладов при помощи специалистов в соответствующих областях, и каждое рассмотрение он проводит в партнерстве с государством, представившим доклад. Такое партнерство может обеспечить предоставление

Комитетом, учреждениями Организации Объединенных Наций и некоторыми другими государствами технической помощи и сотрудничества в значительном объеме для содействия осуществлению резолюции 1 373 (200).

Контртеррористический комитет находится в центре деятельности Организации Объединенных Наций по борьбе с терроризмом, а система Организации Объединенных Наций в целом предоставляет ему необходимую помощь.

Третья стратегия - поддержание широкого международного сотрудничества в борьбе с терроризмом.

Для обеспечения эффективности международных усилий в борьбе с терроризмом сотрудничеству между Организацией Объединенных Наций и другими международными организациями придается более систематический характер.

Поддерживая координацию и сотрудничество, Организация Объединенных Наций предполагает руководствоваться следующими принципами: осуществляемому в настоящее время взаимодействию между Организацией Объединенных Наций и региональными организациями на разовой основе должен быть придан более систематический характер;
следует использовать уже существующие координационные механизмы для недопущения дублирования усилий и растрачивания ресурсов;
- необходимо оптимизировать поток информации между региональными организациями и Организацией Объединенных Наций. Более высокой степени внутренней координации и согласованности должна добиться и сама система Организации Объединенных Наций. Эти усилия требуют проведения Исполнительным комитетом по вопросам мира и безопасности периодических обзоров работы по терроризму и даже укрепления отдельных подразделений, в частности Управления по контролю над наркотиками и предупреждению преступности Секретариата Организации Объединенных Наций. Исполнительный комитет по вопросам мира и безопасности после терактов 11 сентября 2001 г.в г. Нью-Йорке укрепляет свои отдельные подразделения, в частности Управления по контролю над наркотиками и предупреждению преступности Секретариата Организации Объединенных Наций. А Координационный совет старших руководителей системы Организации Объединенных Наций осуществляет обзор общесистемной деятельности для обеспечения ее скоординированности.

Контртеррористическая деятельность осуществляется на основе двустороннего и многостороннего сотрудничества между национальными учреждениями, занимающимися правоохранительной деятельностью, разведкой и обеспечением безопасности. В общем и целом такие меры не требуют участия Организации. В то же время, как свидетельствуют ответы ряда государств - Контртеррористическому комитету, может существовать целый ряд аспектов, в которых система Организации Объединенных Наций могла бы содействовать в обеспечении или организации усилий по созданию потенциала в связи с правоохранительной деятельностью, уголовным правосудием и осуществлением положений резолюции 1 373 (200) Совета Безопасности.

В заключении хотелось бы отметить, что на современном этапе полем обсуждения и подписания документов по противодействию терроризму служат международные организации. На первое место выходит такая глобальная универсальная структура как Организация Объединенных Наций. Другие международные организации, а также региональные интеграционные структуры также вырабатывают собственные правые акты в данной области. Сегодня сформированное международное право по борьбе с терроризмом еще носит отчасти декларативный характер, т.е. сейчас еще происходит формирование общих подходов к проблеме терроризма. Однако это можно считать хорошей базой для дальнейших мероприятий. Все последние атаки террористов в Соединенных Штатах Америки, Европейском Союзе и в остальных государствах, несомненно, вызвали ответную реакцию у международного сообщества. Получило свое развитие международное законотворчество в антитеррористической деятельности, как в рамках международных организаций, так и на национальном уровне каждой отдельной страны. Мировое сообщество осознало, что отсутствие ответных мер приведет к тому, что глобальная проблема международного терроризма превратится в третью мировую войну, в которой не будет победителей. Именно поэтому с конца ХХ столетия и до наших дней были приняты различные правовые акты, целью которых стало согласование подходов всех государство по борьбе с терроризмом. Законодательные акты принимаются не только на национальном уровне государств, но и на уровне международных организаций. Первостепенное значение здесь играет ООН, а также такие организации как НАТО, ОБСЕ, ЕС, ФАТФ и многие другие, Поэтому видится еще более актуальным продолжение антитеррористического сотрудничества мировых держав и подключение к ним всех остальных государств, особенно в сфере права.


4. ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ ИСЛАМСКИХ ТЕРРОРИСТОВ И БОРЬБА С НИМИ


Характеризуя исламский терроризм, главным источником распространения которого являются исламские общественно-религиозные организации Саудовской Аравии, Судана, Ирана, Пакистана, Афганистана, Ливана, палестинского сектора Газы, уместно использовать определение «самый» и «больше всех». Действительно, в последние 30 лет эти террористы являются самыми фанатичными и самыми активными. Они больше всех захватили заложников, больше всех убили людей, больше всех взорвали бомб. Им больше, чем каким-либо другим террористам, удается влиять на международную политику.

Причины исламского терроризма оцениваются в отечественной литературе крайне неоднозначно. Попытаемся суммировать их. По мнению А.А.Коновалова, во-первых, это - социально-экономическая ситуация в мусульманском мире. Доходы от продажи нефти позволили правящим элитам арабских и других нефтедобывающих мусульманских стран сосредоточить огромные финансовые ресурсы. Однако это не привело к появлению в них полноценных современных экономик. По оценкам специалистов ИМЭМО РАН, валовой внутренний продукт всех 22 арабских стран уступает ВВП одной Испании. В течение последних 20 лет ХХ в. рост дохода на душу населения в арабских странах составлял 0.5% в год, что ниже, чем где-либо за исключением Африки южнее Сахары. Каждый пятый араб живет менее чем на 2 долларов в день. Примерно 12 млн. человек (15% трудоспособного населения) являются безработными, и к 2010 г. эта цифра может вырасти до 25 млн. Среди ученых в мире всего 1% мусульман; в одном Израиле больше ученых, чем во всем мусульманском мире. В более широком плане речь идет о проблеме бедности и огромного неравенства в уровнях жизни между развитыми и развивающимися странами, усугубляющейся в условиях современной модели глобализации. Во-вторых, отмечает А.А.Коновалов, имеет место социально-демографический фактор. В начале ХХ в. в мире проживало примерно 150-170 млн. мусульман, к концу столетия их было уже 1,3 млрд. - каждый пятый житель планеты. Более половины мусульман моложе двадцати лет, то есть молодежь - самая многочисленная часть мусульманского общества. Речь идет об огромном энергетическом потенциале, ищущем выхода и применения. Его невозможно найти в социально-экономической сфере. Идеологам террора только остается задать нужное идеологическое направление энергии мусульманской молодежи.

Г.И.Мирский делает акцент на духовной причине. Психологической основой исламского терроризма является комплекс неполноценности, ущербности, который порожден, по его мнению, не столько экономическим разрывом между «бедным Югом» и «богатым Севером», сколько еще не преодоленным, идущим от колониальной эпохи осознанием несправедливости всего мирового устройства, в рамках которого на земле доминируют, задают тон империалисты, все еще с пренебрежением относящиеся к «туземцам», людям Третьего мира с их иной цивилизацией. Особенно ранимыми в этом отношении оказываются мусульмане, которые гордятся своей древней и богатой цивилизацией и видят в то же время, что в иерархической структуре современного мира их страны стоят на низшей ступени по сравнению с Западом. Убежденные в превосходстве своей культуры, они в отчаянии от того, что в мире властвуют, задают тон другие. Сила, мощь, влияние в сегодняшнем мире не у них, а у Запада. В этом состоит третья причина исламского терроризма, позволяющая приблизиться к пониманию того, почему экстремизм в современном мире чаще всего исходит из среды приверженцев ислама, а не какой-то другой религии.

В-четвертых, необходимо иметь в виду политику США в мусульманском мире. По этому вопросу мнения российских экспертов расходятся. Как пишет Е.М.Примаков, имея в виду действия США в Афганистане и Ираке в первые годы XXI века, «возобладало понимание, что без США практически невозможно успешное противодействие международному терроризму…». Вместе с тем есть и другая точка зрения, в настоящее время значительно более распространенная: силовая борьба с международным терроризмом, объявленная США, не приносит желаемых результатов. Она способна подавить отдельные проявления или ячейки терроризма, но не устранить его причины. Более того, силовые методы политики США на Ближнем Востоке стимулируют ответные террористические акции. Вызывает раздражение в мусульманском мире и поддержка американцами Израиля, а также ряда арабских режимов (Египта и Саудовской Аравии).

Впрочем, «виноваты» не только американцы. Среди событий мировой политики последних пятидесяти лет, вызвавших беспрецедентный подъем антизападных настроений и массовое, охватившее буквально весь исламский мир сочувствие к тем, кто взялся за оружие, Г.Мирский называет: образование Израиля по решению ООН; советская интервенция в Афганистане; бездарная и контрпродуктивная агрессия Саддама Хусейна против Кувейта, приведшая к размещению американских войск в Саудовской Аравии - священной земле для всех «правоверных».

Причиной (пятой), объясняющей, почему исламский терроризм стал общемировой проблемой именно в последние десятилетия, является характер нынешнего этапа глобализации, отмеченного агрессивным напором западных, прежде всего американских, ценностей и норм. Символами глобализации стали макдоналдс, кока-кола и Голливуд. Западный капитал распространяет по всему миру несвойственные мусульманскому миру принципы отношений и традиции, вызывая естественную реакцию отторжения и стремления возврата к «корням», к национальным духовным основам, что и способно принимать крайние формы. Видимо, буддистские нормы социальных отношений не столь несовместимы с западной традицией, как мусульманские. Протестантизм и буддизм имеют много общего, и не случайно успешно развивающиеся страны Азии (так называемые «новые индустриальные страны», Китай, где буддистские традиции сильны) вполне находят взаимопонимание с западными «глобализаторами». Ситуация же в мусульманских странах является питательной средой для экстремистов, строящих свои призывы именно на обвинении глобального Запада в стремлении подчинить глобальный Юг своему влиянию.

Очень сложной является проблема идейной основы исламского терроризма. Cледует остановиться на двух ее аспектах: в какой мере ислам служит идеологическим оправданием терроризма и можно ли отождествлять исламский фундаментализм с экстремизмом. Что касается ислама, то распространенным является мнение об особой воинственности, чуть ли не кровожадности ислама, требующим от своих последователей беспощадной борьбы с «неверными», то есть с иноверцами. Это миф. В исламе, как и во всякой великой религии, сочетаются различные, не всегда вроде бы совместимые ценностные установки, есть немало противоречивого. В Коране при желании можно найти высказывания, могущие быть истолкованными как воинственные. Например, сейчас много говорят о джихаде, интерпретируя этот термин как «священная война против неверных», что якобы дает мусульманам право и даже вменяет в обязанность вести борьбу против немусульманского мира всеми средствами вплоть до террора. Это одностороннее и неверное толкование. Известный исламовед Джон Эспозито пишет, что «термин «джихад» имеет множество смыслов, включая призыв вести праведную жизнь, делать общество более моральным и справедливым, распространять ислам проповедью, учением или путем вооруженной борьбы… В самом общем смысле «джихад» обозначает борьбу против зла и дьявола, самодисциплину (общую для всех трех авраамических религий), при помощи которой верующие стремятся следовать воле Бога, быть лучшими мусульманами».

Поэтому неверно винить ислам в преступлениях, совершаемых якобы во имя этой религии. Некоторые эксперты даже считают, что некорректен сам термин «исламский терроризм». Правильнее было бы говорить об «исламистском терроризме» и «исламистах». Когда говорят, что ислам порождает терроризм (хотя правильнее было бы сказать, что международный экстремизм апеллирует к лозунгам ислама) клеймо терроризма ложится на весь мусульманский мир. Здесь уместна параллель с германским фашизмом: Гитлер сыграл для немцев ту же роль, какую играет в наше время терроризм для мусульман. Тем же, кто все же обвиняет Коран в органически присущей ему воинственности, можно напомнить о крестовых походах, освященных католической церковью. Будучи самой молодой из великих религий, ислам на рубеже XX и XXI вв. переживает тот же этап в развитии, что и христианство в XIII в.

Также в качестве идейной основы терроризма часто рассматривают исламский фундаментализм, сильно упрощая при этом суть дела. Впервые об исламском фундаментализме заговорили после «исламской революции» в Иране 1979 г. как о чем-то a priori негативном. Между тем фундаментализм является столь же легитимным социокультурным, религиозным, политическим феноменом, сколь извечно противостоящие ему модернизация и реформа. Фундаменталистская альтернатива имманентно присуща культуре, общественной мысли, наконец, человеческому сознанию на всех отрезках человеческого времени. Важный источник фундаментализма - абсолютизация и сакрализация культурно-политических традиций и определенных исторических периодов. Миф о «золотом веке» - непременная составляющая фундаментализма. В исламском фундаментализме это раннемусульманские общины времен пророческой миссии Мухаммеда. Исламские фундаменталисты проповедуют необходимость возвращения к истокам веры, к первоначальной чистоте религии, замутненной позднейшими наслоениями, накопившимися в течение столетий традициями и интерпретациями, особенно связанными с распространением западного, в первую очередь, американского образа жизни и культуры. Последние часто рассматриваются идеологами исламского фундаментализма как одна из важных причин бед и проблем мусульманских обществ. Однако фундаментализм совсем не равнозначен экстремизму и терроризму. Терроризм может логически вытекать из фундаментализма, но это далеко не всегда так. «Тип фундаменталиста - это в большей мере интеллигент, ученый, философ, испытывающий горечь и фрустрацию; следующая ступень - активист, боевик, милитант; а последняя - террорист» (Г. Мирский).

Цели, которые ставят и провозглашают террористы, непосредственно связаны с причинами и идейными основами исламизма. Речь идет о настроениях, во-первых, антизападных, во-вторых, антиамериканских, в-третьих, антиизраильских, в-четвертых, воинственно-фундаменталистских.

Антизападные настроения - это прямое следствие и сохранение в новой форме того духа антиколониализма, которым были охвачены народы Азии и Африки как после Первой, так и особенно после Второй мировой войны. Неправильно было бы думать, что антиколониализм исчез после ухода иностранных войск и достижения национальной независимости. Он ушел в прошлое только на практическом уровне, но остался в идеологии, психике, менталитете как жителей Третьего мира, так и тех выходцев из развивающихся стран, которые проживают на Западе. Примеров тому в повседневной практике много и они достаточно болезненно воспринимаются обеими сторонами. Поэтому под ударом террористов оказываются жители западных стран где бы они не находились - у себя дома, на курортах, в самолетах. Террористическим атакам подверглись в разное время Великобритания, Франция, Испания.

Но, конечно, из всех западных стран главный враг исламистов - Соединенные Штаты. Антиамериканизм - это явление, скорее всего, неустранимое в обозримом будущем. В каком-то смысле это та цена, которую Америке приходится платить за свое богатство, свою роль единственной сверхдержавы, за свою материальную и духовную экспансию глобального масштаба - но также и за свое далеко не безупречное поведение в мире, за то, что в американском политическом лексиконе называют «высокомерие силы» (the arrogance of power). Антиамериканизм распространен на всех континентах, но для мусульманских фундаменталистов, радикалов и экстремистов Америка - это живое воплощение всего того зла, которое они видят в Западе. Это - Запад в квадрате. Это в буквальном смысле слова «орудие дьявола» («большой сатана», как говорил имам Хомейни). Поразить Америку - значит одержать решающую победу в борьбе за дело Аллаха. В этом первый и главный смысл террористической акции 11 сентября 2001 г. в Нью-Йорке и Вашингтоне: нанести удар в самое сердце Америки, заставить американцев дрожать от страха за свою жизнь и продемонстрировать им их собственное ничтожество.

Третий круг целей и настроений носит антиизраильский характер. В узком смысле слова речь идет о трагедии палестинских арабов, которые лишены своей государственности и каждодневно терпят унижения от израильских властей, испрашивая разрешение на проезд из одной точки в другую на своей собственной земле. Им нет дела до того, что евреи жили на территории нынешней Палестины задолго до прихода арабов, и если бы правительства арабских стран полвека тому назад признали раздел Палестины на два государства в соответствии с резолюцией ООН, таких бедствий они бы не испытывали. Гордость и достоинство арабов, и далеко не только палестинских, глубоко уязвлены тем, что в арабском мире называют Катастрофой, то есть образованием Израиля. Отсюда - непрекращающаяся полвека террористическая (и не только) борьба против Израиля и соответствующий ответ с израильской стороны.

В более широком смысле антиизраильские настроения связаны с Иерусалимом, и здесь речь идет уже не только об арабах, а о мусульманском мире в целом. Ведь Иерусалим - это третий по святости город на земле после Мекки и Медины. Допустить, чтобы им владели люди чужой расы и религии - несмываемый позор, прямое оскорбление ислама вообще.

Борьба с Израилем так или иначе замыкается опять на США. Если поговорить на эту тему с любым арабом, он скажет примерно следующее: «Израиль оккупирует Палестину и ведет себя так нагло только потому, что это ему разрешает Америка. Она - отец и мать Израиля, она обеспечивает его благосостояние, вооружает его, защищает его в ООН. Если бы американцы захотели, израильтяне вынуждены были бы уступить, но в том-то и дело, что Америка горой стоит за сионистов…». Таково господствующее мнение в арабском мире. Чтобы бить в самый корень зла, нужно ударить по Америке.

Наконец, целью исламистов в любой стране является создание фундаменталистского режима, управляемого духовенством и руководствующегося законами шариата. На сегодняшний день подобного результата фундаменталисты добились лишь в двух странах - Иране и Судане. Фундаменталистский режим талибов в Афганистане был свергнут в 2002 г., но, видимо, сейчас есть предпосылки для его возрождения, по крайней мере, после ухода из Афганистана американских военных. Во всех других мусульманских странах фундаменталисты находятся в оппозиции, причем довольно часто их вынуждают уйти в подполье (например, в Сирии, Алжире, Тунисе), но даже в этом случае радикальные исламисты способны существенно влиять на общественно-политическую ситуацию.

Вопрос, который актуален для россиян, - входит ли Россия в число целей исламистов. Закономерность вопроса связана с тем, что наша страна имеет намного более широкие контакты в мусульманском мире, чем США и некоторые другие западные страны (включая признание легитимности пребывания у власти в палестинской автономии организации Хамас, считающейся на Западе террористической). Россия выступала против введения американо-британских войск в Ирак, призывает отказаться от силового решения вопроса иранской ядерной программы. И, тем не менее, Россия уже давно в «черном списке». Хоть война в Чечне закончилась, борьба с ваххабитами, «джамаатами» и эмиссарами «Аль-Каиды» на Северном Кавказе не прекращается, и России не могут этого простить. В начале 2000-х гг. Россия, используя свои связи с «Северным альянсом» в Афганистане, помогла США свергнуть там режим талибов. В силу всего этого россияне - практически такие же враги, как и американцы. Это подтверждается реальными и планируемыми терактами на российской территории, гибелью российских дипломатов в Ираке от рук террористов летом 2006 г.

Особого анализа заслуживают организационные принципы исламистских террористических структур, которые анализирует Э.Г. Соловьев. Для терроризма второй половины ХХ в. было типично наличие идеологического центра и боевой организации при нем и вокруг него. Одновременно существовали связанные с центром легальные политические партии, призванные формулировать и оглашать идеи террористов (например, ИРА и ее политический спонсор партия «Шинн Фейн»). С экстремистами, организованными таким образом, можно было вести диалог, завязывая его с более умеренными элементами в их руководстве. Ситуация в целом длительное время оставалась под контролем.

Для исламских экстремистских группировок характерен сетевой принцип организации. При сетевом типе организации невозможно выделить главное организующее звено. «Центр» в сети существует лишь в идейном, идейно-политическом и иногда в финансовом смыслах. Оперативно и организационно в сети не бывает центра, а значит фактически не бывает «сквозной» иерархии. Отношения строятся по горизонтальному принципу. Сеть может управляться только с согласия самих управляемых. Каждый из узлов самостоятельно и в значительной мере бесконтрольно корректирует свои действия и установки. Участники сети - добровольная коалиция. Выход кого-то из них из борьбы не способен парализовать деятельности сети в целом. При этом отсутствие иерархической соподчиненности - не дефект, а неотъемлемое свойство сети, придающее ей гибкость и устойчивость и крайне затрудняющее борьбу с ней.

Проблема станет яснее, если сопоставить ресурсы и возможности «Аль-Каиды» и Соединенных Штатов. Сама мысль о возможной войне этих двух несопоставимых величин может показаться абсурдной. Дело, однако, в том, что «Аль-Каида» - это сетевая структура, не несущая никаких обязательств ни перед населением страны базирования, ни перед своими рядовыми членами. «Аль-Каида» экстерриториальна, не ограничена какой-то единственной зоной базирования, ее финансовые средства рассредоточены по разным географическим ареалам, во многих странах находятся контролируемые ею потенциальные базы отдыха, лечения, укрытия. Она - нигде и всюду одновременно. Все это неизбежно создает впечатление фантомности организации в целом- не случайно ряд авторов высказывает даже сомнение в самом факте существования «Аль-Каиды», а информация о смерти Бен Ладена с последующим опровержением поступала в средства массовой информации неоднократно). Так что при оценке возможностей США справиться с «Аль-Каидой» определяющим является не сопоставление потенциалов, а принцип организации. Трудности, сопровождающие борьбу с исламистскими организациями, действующими на Северном Кавказе, также во многом связаны с их сетевым характером: уничтожение одних ячеек не ведет напрямую к подрыву других преступных структур. Правда, пока говорить о глобальной террористической сети в строгом смысле можно только применительно в «Аль-Каиде».

Современность предоставляет террористам широкие возможности в выборе оружия. Наиболее важную роль продолжает играть терроризм с применением обычных вооружений. Это - захват заложников, угон средств передвижения, подрывы зданий и объектов инфраструктуры. Его эффективность при применении взрывчатых веществ, огнестрельного и холодного оружия достаточно высока, а последствия терактов хорошо прогнозируемы.

Ядерное оружие, к счастью, в кустарных условиях невозможно изготовить. Самая простая ядерная бомба требует создания целого производственного цикла. По мнению, например, Э.Г.Соловьева, пока подобные технологии недосягаемы даже для таких мощных террористических организаций, как «Аль-Каида». Вместе с тем серьезной проблемой на сегодняшний день является коррозия режима нераспространения ядерного оружия и связанные с этим возможности попадания в руки террористов готового, промышленно изготовленного ядерного боеприпаса. Однако есть и более пессимистические оценки по поводу возможности применения международными террористами оружия массового поражения (ОМП). Е.П.Кожушко отмечает, что среди спонсоров терроризма есть люди, состояния которых исчисляются миллионами долларов, например, Усама бен-Ладен. Они вполне способны финансировать программы не только приобретения, но и производства ОМП. Правда, до сих пор это касалось только химического оружия. Речь идет о японской «Аум Синрикё», самостоятельно создавшей и применившей в Токио нервнопаралитическое вещество зарин. Удивляться этому не приходится, учитывая, что Интернет и множество самиздатовских книг изобилуют информацией о том, как получить и использовать токсические вещества и при этом обезопасить себя. Возможно, что и обладание ядерным оружием - лишь вопрос времени, имея в виду стремление различных террористических группировок к его применению. Доступ к нему обеспечит террористам невиданный доселе инструмент давления на правительства. Это «козырной туз» на переговорах, с ним не сравнимы ни угрозы взрывов, ни захваты заложников, ни любые другие виды террористической деятельности. Террористическая группировка, заполучившая в свои руки такой вид ОМП, поднимет свое влияние на небывалую высоту.

Реальную опасность представляет также кибертерроризм - вмешательство в работу электронных систем управления с помощью хакерства и создания компьютерных вирусов. Последствия вторжения в электронные сети не всегда предсказуемы и потому чрезвычайно опасны. Для осуществления актов «киботажа» («кибернетического саботажа») не требуется практически никакого сверхсложного оборудования, что способно сделать кибертерроризм одним из наиболее распространенных видов террористической активности в будущем.

Мировое сообщество с 1960-х гг. было поставлено перед необходимостью активизировать противодействие актам международного терроризма. В настоящее время действуют более десятка международных антитеррористических конвенций, в частности, по обеспечению безопасности гражданских и морских перевозок (Международные конвенции 1963, 1971, 1988 гг.); по борьбе с захватом заложников (1979 г.); защите ядерных материалов (1980 г.); борьбе с финансированием терроризма (1999 г.); борьбе с актами ядерного терроризма (2007 г.). Международный терроризм получил осуждение в 1985 г. на Генеральной Ассамблее ООН, где была принята соответствующая резолюция. Вопрос о борьбе с терроризмом неоднократно ставился на встречах глав государств, в том числе членов «Большой восьмерки», а также на совещаниях более низкого уровня, организованных этими странами (например, в Оттаве - 1995, Париже - 1996, Москве - 1999 гг.).

Тем не менее, основания для оптимизма в вопросе борьбы с международным терроризмом не просматриваются. Вот как оценивает трудности этой борьбы А.А.Коновалов. Международный терроризм, пишет он, - та область мировой политики, где ее нетрадиционные участники проявляют себя особенно явственно, угрожая суверенитету государств и всему устоявшемуся миропорядку. Террористические структуры не являются субъектами международного права, поскольку это не суверенные официально признанные государства. Они не подчиняются никакому легитимному правительству. Их трудно, а чаще невозможно, связать с территорией какой-либо страны. Они действуют глобально, не принимая в расчет никакие национальные границы. Конечно, они используют территории суверенных государств, но никогда не просят разрешения у их правительств. Международные террористические сети все больше влияют на развитие мировой ситуации в сферах безопасности, политики и экономики, но ни одно правительство не может заключить договор с этими структурами или обменяться дипломатическими миссиями. Все мирные способы давления, выработанные мировым сообществом для межгосударственных отношений (экономические санкции, военное давление без применения военной силы), теряют всякий смысл в отношении подпольных террористических сетей. Даже использование вооруженных сил, создававшихся для поражения вражеских армий, малоэффективно как антитеррористическое средство. Напомним также об отсутствии единства среди политических сил мира в оценке сущности терроризма. По этой причине в ООН отсутствует международный «черный список» лиц и организаций, подозреваемых в терроризме. И остается загадкой, как согласовать позиции сторон при выработке и принятии текста Всеобъемлющей конвенции по борьбе с терроризмом, к чему призывают с трибуны Генассамблеи все мировые лидеры.

Надо признать, считает Г.И.Мирский, оценивая результаты борьбы с международным терроризмом на сегодняшний день, что она зашла в тупик. Человечество еще не знает, как противостоять «чуме XXI века», как справиться с самой страшной угрозой, которая ожидает нас в наступившем столетии. Справедливость этого утверждения подтверждается, на наш взгляд, принятием закона РФ «О противодействии терроризму» (2006 г.), в котором прописана возможность расстрела представляющих угрозу лайнеров даже с пассажирами на борту. Шансов выжить во время захвата у пассажиров практически не остается. Российские СМИ в оправдание этой меры пишут, что жертв будет несравненно больше, если террористы направят лайнер на атомную электростанцию. Если же террористы будут знать, что даже с пассажирами не смогут долететь до нее, сама идея такого теракта станет менее привлекательной. Отмечается также, что подобные законы есть во многих странах мира. Представляется сомнительным, что террористов остановит даже такая жесткая мера. Напомним, что для них не столь важно количество жертв, сколь сама демонстрация насилия по отношению к беззащитным людям. Это - во-первых. А, во-вторых, не является ли признаком бессилия сама постановка вопроса о том, на какое количество жертв мы можем согласиться, чтобы остановить преступников?

Однако коль скоро глобальная война с терроризмом ведется, и Россия в ней активно участвует, надо определить приоритетные цели, на достижении которых должно сосредоточиться мировое сообщество. Каждая из этих целей очень сложна и потребует выработки новых норм международного права, методов подготовки правоохранительных сил и многое другое. Остановимся на анализе этих целей.

Проблема жизненного пространства терроризма. Хотя современный терроризм действует глобально, ему нужны базы для подготовки боевиков, территории для отдыха, перегруппировки и т.д. Такие анклавы могут появиться в суверенных государствах в двух случаях. Первый - когда правительство страны прямо или скрыто поддерживает террористов, разделяя их цели, как это было в отношениях между «Аль-Каидой» и правительством талибов в Афганистане в начале 2000-х гг. Данный случай относительно прост, по крайней мере, в правовом отношении. Если правительство страны сознательно «оказывает гостеприимство» международным террористам, оно несет полноту ответственности за действия, которые предпринимают боевики с его территории. Военные действия США против режима талибов были реализацией законного права страны или коалиции стран на отражение агрессии и полностью соответствовали Уставу ООН.

Второй случай более труден и менее очевиден в правовом отношении. В мире достаточно стран, правительства которых настолько слабы, что не в состоянии обеспечить суверенитет на всей территории своего государства. Здесь можно говорить о неполном или «ограниченном» суверенитете. Когда часть территории не контролируется собственным правительством, там немедленно образуется анклав, который берут под контроль международные криминальные структуры и террористы. Надо признать, что количество таких анклавов быстро увеличивается. Достаточно упомянуть юг Ливана, часть Филиппин, северные острова Индонезии. Есть подобные анклавы в Судане, Алжире, Нигерии, Сомали и др. Рост напряженности в российско-грузинских отношениях в 2002 г. был вызван как раз претензиями России к грузинскому руководству, позволяющему чеченским боевикам использовать часть территории страны - Панкисское ущелье - как базу и плацдарм для проведения терактов в России.

Растущее количество таких анклавов ставит мировое сообщество перед необходимостью создания норм международного права, отвечающих на вопрос, как вести дело с правительствами, которые не контролируют ситуацию на своей территории, и самое главное, как ликвидировать «гнезда террористов», образованных на таких «ничейных» землях. В новой Стратегии национальной безопасности США (2002 г.) предусмотрено право на превентивный удар. По сути, Россия разделяет эту позицию, о чем не раз заявляла, например, в связи с ситуацией в Панкисском ущелье. Наиболее ярким образцом преодоления этой ситуации являются войны, которые ведет Израиль против Хезболлах, базирующейся на юге Ливана. Однако встает правовая проблема: как ликвидировать расползающийся по миру международный терроризм и при этом не нарушать суверенитет стран, фактически дающих ему прибежище. Эта проблема в международном праве пока не решена, хотя ясно, что слабые правительства и «ограниченный суверенитет» некоторых государств не должны становиться непреодолимым препятствием в борьбе с международным терроризмом. Источники финансирования терроризма. После теракта 11 сентября 2001 г. власти США заморозили 39 банковских счетов, принадлежавших организациям и частным лицам, по подозрению в финансовой поддержке терроризма. Оказалось, что лишь немногие из этих счетов были открыты в странах Персидского залива. Отсюда следует, что борьба с финансовыми спонсорами террористов технически более сложна, чем борьба, скажем, с базами террористов. Ведь спонсоры террористов живут в тех же странах и пользуются плодами той же цивилизации, что и борцы с терроризмом.

Задача пресечения финансовых потоков для международного терроризма с целью его банкротства - серьезный вызов мировой финансовой системе. «Хорошие» и «плохие» деньги и каналы, по которым они циркулируют, так тесно связаны и переплетены, что без болезненной «шоковой хирургии» отделить их друг от друга очень непросто. Мировая финансовая система, по праву считающаяся плодом и успехом развития постиндустриальной цивилизации, в руках террористов тоже может стать грозным оружием. Приходится признать, что она позволила международному терроризму тайно аккумулировать и передавать огромные средства. Террористы не испытывают недостатка в средствах. Такое положение далее нетерпимо. Еще не до конца ясно, какие изменения в мировой финансовой системе потребуются, но очевидно, что они должны быть весьма масштабными.

Проникновение в подпольные террористические сети и их ликвидация. Как показали события 11 сентября 2001 г. в США и последующие громкие теракты, опора только на технические средства (спутниковая разведка, например) явно недостаточна. Необходимо уделять значительно больше внимания агентурной работе, внедрению в террористические сети и ячейки. Как пишет У.Лакер, возрождение стародавнего терроризма воспринимается как нечто принципиально новое, его причины и способы борьбы с ним обсуждаются так, словно об этом никогда не заходила речь прежде. То есть речь идет о том, что стоит помнить о «добром старом шпионаже». В частности, по сведениям российских СМИ, именно эти методы помогли предотвратить теракт, замышлявшийся в Нальчике в 2005 г. и имевший целью стратегические объекты юга и центра России. Необходимо ясно осознавать, что цель антитеррористической борьбы - не столько быстрая и эффективная реакция на теракты, сколько их предотвращение.

Ослабление связи между исламскими массами и исламскими экстремистами. Важнейшая задача любой войны - завоевание массовой поддержки на стороне противника. В случае глобальной антитеррористической войны - это борьба за сердца и умы масс исламского мира. Она не будет легкой, но успех в ней возможен, считаю эксперты. Однако такая кампания способна быть результативной, только если при ее проведении будет учтен ряд важных факторов. Важнейший из них - отказ от фатальной ошибки пропаганды в исламском мире западных ценностей, стандартов и принципов организации западного общества. Как считает американский эксперт С.Саймон, Запад должен добиться политического сближения с исламом. Нужно, чтобы Соединенные Штаты и их партнеры убедили жителей мусульманских стран, что их процветание возможно и без уничтожения Запада, и без отказа от собственных традиций перед сокрушительным натиском западной культуры. Этот проект рассчитан на долгие годы, но заложить фундамент надежного примирения возможно, если США и их союзники предоставят исламским странам существенные экономические и политические преимущества.

Кроме того, необходимо опираться на поддержку уважаемых в мусульманском мире представителей исламского духовенства, способных разрушить связи мусульманских масс с экстремистами и предложить позитивную альтернативу исламизму. Ведь сила международного терроризма - злая воля не столь уж большого количества людей, использующих фанатичную веру и нерастраченную энергию исламской молодежи.

Важным вопросом борьбы с исламским терроризмом является проблема субъектов этой борьбы - являются ли ими государства и их объединения, международные организации, спецподразделения или кто-то еще. Эксперты считают, что лучше всего задачам борьбы с террористическими структурами, организованными по сетевому принципу, отвечала бы глобальная антитеррористическая организация, неподконтрольная конкретным государствам, также организованная по сетевому принципу. Очевидно, что Интерпол не соответствует этим требованиям, и следует признать, что такой структуры на сегодняшний день не существует.

Что касается ООН как организации глобального масштаба, призванной отвечать на глобальные вызовы времени, то ее возможности явно не соответствуют задачам антитеррористической борьбы. Впрочем, это относится и к потенциалу других межгосударственных механизмов, в частности НАТО, возможно ШОС. Гибкость сетевых структур глобального терроризма резко контрастирует с достаточно ригидной системой «запуска» международных межправительственных организаций. В них действует принцип сложных межгосударственных согласований для принятия решения, что противоречит потребности быстрого реагирования на теракты. Кроме того, деятельность межправительственных организаций на практике определяется не столько уставной компетенцией, сколько соотношением сил, складывающихся под влиянием международной ситуации.

Единственной альтернативой международному терроризму на сегодняшний день является неформальная межгосударственная антитеррористическая коалиция, образованная по инициативе США после 11 сентября. Россия является ее участницей. Однако очевидны серьезные изъяны в деятельности коалиции. Во-первых, многие страны с преобладанием исламского населения - в особенности Саудовская Аравия, Пакистан, Индонезия - испытывают давление внутренних сил, сочувствующих террористам. Это мешает их правительствам теснее сотрудничать с Западом. Случаи терактов в таких странах на время возмущают общественность, но влияние исламистов оказывается настолько сильным, что местные правительства все равно не решаются проводить последовательную антитеррористическую политику. В обозримом будущем не приходится ожидать, что большинство исламских стран будут активно преследовать террористов и участвовать в соответствующем сотрудничестве на международном уровне.

Второй серьезный недостаток антитеррористической коалиции - издержки деятельности США, Израиля и их союзников в борьбе с терроризмом. Силовые действия, на которые ориентировано руководство этих стран, пока не приносят желаемых результатов. Скорее наоборот - силовые методы стимулируют ответные террористические акции. Получается замкнутый круг.

Наконец, в борьбе с терроризмом существует еще одна серьезная и не имеющая однозначного решения проблема - можно ли и нужно ли вести переговоры с террористами. Как известно, позиция российского руководства, как и руководства многих других стран, по этому поводу отрицательная. Между тем это вопрос, над которым стоит задуматься. Отсутствие диалога порождает насилие. Социальная (этническая, религиозная) группа, упершись в глухую стену, пытается достучаться до своего контрагента любым способом, в том числе с помощью терактов. Теракты становятся способом заявить о своем недовольстве, о своих требованиях, о своей политической программе, о своем существовании, наконец. Отказывая этой группе в диалоге, власти тем самым довольно быстро отучают ее от внутреннего диалога. Социальное или этническое меньшинство теряет способность само себе давать отчет о своих проблемах и требованиях, рефлектировать их, рационализировать, артикулировать в виде достаточно ясных лозунгов и программ. Вдобавок ко всему, власть и сама мало-помалу отучается рефлектировать и выражать на вербальном уровне собственные проблемы - проблемы большинства в противовес проблемам меньшинства, проблемы власти в противовес проблемам оппозиции и т.д. Известный физиолог И.Павлов назвал бы это серьезной дисфункцией второй сигнальной системы. Общество теряет язык. Оно начинает коммуницировать внутри себя и со своими противниками как бы жестами: террористы молча взрывают, правоохранительные органы молча проводят рейды. Требования террористов становятся все более расплывчатыми и невыполнимыми (иногда требований вовсе нет, а есть туманные намеки на месть - причем не за конкретное деяние, а, что называется, «вообще», за все преступления, реально или якобы совершенные против данной группы). Власть же заявляет, что в принципе не намеревается вступать с преступниками в переговоры.

Конечно, вопрос о переговорах с террористами многозначен: речь может идти о тактических переговорах во время теракта с целью сохранения жизни заложников или может ставиться принципиальный вопрос о диалоге со стратегическим противником. Мы оставляем этот вопрос открытым. Но, по нашему мнению, в зрелом гражданском обществе - а терроризм носит не межгосударственный, а именно внутриобщественный характер - обратная связь между властью и всеми оппозиционными слоями необходима. Для выхода из замкнутого круга. Молчаливая обоюдная мобилизация исчерпала себя.

Угрозы и риски безопасности в современном мире связываются, в первую очередь, с исламским радикальным фундаментализмом. Сегодня аналитики исходят из необходимости проведения четкого различия между исламом и религиозным фундаментализмом, с одной стороны, и радикальным или политическим исламским фундаментализмом, отличающимся своей агрессивной направленностью (воинствующий исламский фундаментализм), с другой.

Дилип Хиро (Hiro D.) подчеркивает, что для исламского фундаментализма характерна ориентация на реформирование, предполагающее возрождение ислама, что означает, во-первых, возврат к законам шариата, во-вторых, креативную интерпретацию законов ислама в контексте изменившихся условий развития, в-третьих, отвержение иных трактовок и интерпретаций ислама. Возрождение ислама в данном случае предполагает освобождение ислама от каких-либо легально-схоластических традиций и светских концептов, интегрированных в процессе современного развития.
Д. Хиро отмечает, что динамика исламского фундаментализма определяется наличием конфликта, основанного на противоречии эгалитаристских посылов Корана и неравенства, существующего в реальной жизни и в современных условиях развития общества. Используя данную конфликтную ситуацию, исламские фундаменталистские движения преследуют цель объединения всех, не имеющих равных привилегий, на базе ислама, представляя его как религию равенства и справедливости, а также указывая на несправедливость правящей элиты, ее коррумпированность и пренебрежение законами ислама. Утверждается необходимость свержения соответствующих режимов, включая как ненасильственные, так и насильственные методы, в том числе террористические. К наиболее влиятельным радикальным исламским фундаменталистским движениям относится ваххабизм, оказывающий существенное влияние на экстремистские движения Ближнего Востока. Клив Уильямс (Williams C.) подчеркивает, что характерная для ваххабизма жесткая позиция отрицания любых попыток реинтерпретации корана способствовала формированию последовательной оппозиции в отношении многообразных мусульманских реформистских движений XX века. Последние развивались в направлении реинтерпретации отдельных аспектов законов ислама с целью соотнесения их со стандартами западной модели общественного развития, в частности, по проблемам гендерных отношений, политического участия и другим. Ваххабизм, как радикальное течение исламского фундаментализма продвигается международными террористическими организациями (Al-Qaeda).
Движимая идеей всеобщего джихада, аль Каида ставит своей целью объединение приверженцев ислама через политизацию, радикализацию и мобилизацию мусульман Среднего и Ближнего Востока, Азии (территориальное сообщество), а также сообщества мусульманских мигрантов Европы, Северной Америки, Австралии. Будучи террористической группой с сетевой организационной структурой, аль Каида представляет собой новый тип угрозы международной безопасности. Политический анализ современных международных террористических организаций проводится в рамках институционализма, который служит основой для интегрирования глобалистского, регионалистского и иных подходов к исследованию проблемы. Институциональная составляющая находит выражение в акценте на определении стратегических целей и тактики террористических групп, что основано на рассмотрении международных террористических организаций в качестве рациональных акторов. Глобалистская компонента находит выражение в исследовании такого аспекта, как характеристика глобальной сетевой структуры данных организаций. Регионализм выражен в конкретизации региональных сфер влияния глобальной сети таких международных террористических организаций, как аль Каида.


ЗАКЛЮЧЕНИЕ


Терроризм превратился в весьма прибыльный бизнес глобального масштаба с развитым "рынком труда" (наемники и прочие) и приложения капитала (поставки оружия, наркоторговля и др.). Доказано, что именно через зоны активной деятельности террористических группировок на мировые рынки идет основной поток наркотиков и наркосодержащего сырья, а это - многие миллиарды долларов. Более десятой части всего мирового экспорта вооружений приходится на "серую" и "черную" зоны этой сферы. Нет необходимости разъяснять, куда попадает это оружие, в чьи руки и для каких целей. Терроризм сегодня стал опаснейшим глобальным явлением, дестабилизирующим безопасность многих стран и целых регионов, препятствующим нормальному развитию международных отношений. Растет уровень финансовых возможностей и технической оснащенности террористических группировок.

В условиях нарастающей глобализации, стирающей границы между государствами для финансовых и информационных потоков, для миграции населения, все более проявляется транснациональный характер деятельности террористов. Во многом такая ситуация объясняется тем, что мировое сообщество после окончания "холодной войны" так и не смогло пока выработать надежных механизмов совместного противодействия терроризму. В современных условиях отпор терроризму немыслим без претворения в жизнь принципа международного сотрудничества в борьбе с этим явлением и, прежде всего, обеспечения неотвратимости ответственности за содеянное. Эпицентр террористической активности в течение ряда лет смещается от стран латинской Америки к Японии, ФРГ, Турции, Испании, Италии, США, Англии.

Основные направления сотрудничества по борьбе с терроризмом на государственном уровне определились именно в ходе этих международных форумов. Усилия юристов-международников были направлены на разработку и согласование документов, регулирующих такие аспекты проблемы терроризма, как-общие принципы борьбы с терроризмом и содержание некоторых терминов, используемых в официальных документах, регулирующих взаимодействие стран в рамках этого рода международной активности-специфика борьбы с терроризмом на воздушном транспорте-борьба с международным терроризмом на высшем международном уровне-конвенционный механизм борьбы с международным терроризмом-международное сотрудничество по борьбе с конкретными террористическими акциями и урегулированию отношений, возникших в результате их совершения.

Международное сообщество пришло к мнению о необходимости в дополнение к уже имеющимся международным инструментам ООН и в целях создания единой правовой основы для международного сотрудничества в борьбе с терроризмом выработать Всеобъемлющую конвенцию по борьбе с международным терроризмом. Соответствующая инициатива была выдвинута в 1996 г. Индией на 51-м заседании Генеральной Ассамблеи ООН. Резолюцией 53/108 "Меры по уничтожению международного терроризма", принятой на 53-й сессии Генеральной Ассамблеи ООН в 1998 г., был дан мандат на приоритетную выработку проекта подобной конвенции, наряду с продолжающейся работой над Конвенциями против ядерного терроризма (инициатива разработки которой принадлежит России) и финансирования террористической деятельности (последняя была открыта к подписанию 10.01.2000г.)

В современном мире проблематика исламского терроризма прочно вошла не только в дискурс экспертов-террологов, конфликтологов-международников, но и в обиход политиков, журналистов, общественных и религиозных деятелей. Исламский террор ближневосточных террористических организаций стал неотъемлемой частью общей проблемы безопасности - международной, национальной, личностной. Хотелось бы отметить, что современный исламистский терроризм - это превалирующая разновидность явления терроризма в современном мире. Религиозно мотивированному терроризму присущи такие характеристики как черно-белое видение мира, руководство «божественным» указанием свыше, абсолютное игнорирование существующих светских ценностей, законов и норм, института государства, стремление к приближению конца света. Особо хочется отметить причины роста экстремистских настроений в мусульманских странах: экономические трудности и провал попыток социально-экономической модернизации, культурно-психологические вызовы глобализации, наличие множества локальных конфликтов с участием мусульман, антиамериканизм.

Создается впечатление, что современное общество свыклось с перманентной опасностью террористических атак: сегодня наблюдается тенденция психологического привыкания общественного мнения, политических деятелей, экономических систем к актам терроризма, распространяется восприятие терроризма как неизбежного спутника современной жизни. Подобное привыкание создает впечатление обыденности; многочисленные жертвы террористических нападений приобретают обезличенный вид. Все это ослабляет остроту восприятия угрозы терроризма, которая, однако, не теряет своей актуальности. Религиозный терроризм - многогранная проблема современного этапа мирового развития, которая требует самого пристального внимания и глубокого анализа со стороны широкого круга экспертов и государственных деятелей.

Международно-политическая опасность последнего заключается в том, что наибольшую угрозу он представляет, прежде всего, для международного правопорядка и межгосударственных отношений, международной безопасности, международных интересов государств, для жизни и здоровья населения.


СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННЫХ ИСТОЧНИКОВ И ЛИТЕРАТУРЫ


Источники


Резолюция Генеральной Ассамблеи ООН № 3034 (XXVII) от 18 декабря 1972 года URL: <#"justify">Литература


а) на русском языке:

Будницкий О. В. Терроризм в российском освободительном движении: идеология, этика, психология. М., 2000.

Беляев С.С.О борьбе с международным терроризмом // Государство и право. 1998. № 9.

Бельков О.Международный терроризм - слова и смыслы // Власть. 2002. № 2; Взрывная волна // Хроника. 2005. № 6 (43).

Випперман В. Европейский фашизм в сравнении. Новосибирск, 2000.

Василенко В.И.Терроризм как социально-политический феномен. М., 2002.

Витюк В.В., Эфиров С.А. «Левый» терроризм на западе. История и современность. М., 1987.

Витюк В.В., Эфиров С.А. «Левый» терроризм на западе. История и современность. М., 1987.

Губарев О.И.Тайны воздушного терроризма. М., 2002.

Грачев А. Политический экстремизм. М., 1986.

Грачев А. Политический экстремизм. М., 1986.

Жаринов. В. Терроризм и террористы. Минск, 1999.

Грачев А. Политический экстремизм. М., 1986.

Иорданов М. Дело № 666. Террор. Махачкала, 2002.

Драгунский Д. Терроризм как инструмент политической консолидации // Космополис. 2004. № 1.

Жаринов К. В. Терроризм и террористы. Исторический справочник / под. общ. ред. А.Е. Тараса. Минск, 1999.

Капустин А. Я. К вопросу о выработке единого международно-правового определения терроризма // Терроризм как угроза обществу в эпоху глобализации (международно-правовые и внутригосударственные проблемы противодействия) / А.Я. Капустин: Материалы международной научно-практической конференции. 13-14 апреля 2006 г. В 3 ч. Ч. 1 / под. общ. ред. д.ю.н., профессора Ф.Б. Мухаметшина. Уфа, 2006.

Колосов Ю. М. Вклад Шанхайской организации сотрудничества в борьбу с терроризмом, М.,2003.

Колосов // Российский ежегодник международного права. 2003.

Кожушко Е.П. Современный терроризм: Анализ основных направлений. Минск, 2000.

Колосов Ю. М. Вклад Шанхайской организации сотрудничества в борьбу с терроризмомЮ.М. Колосов // Российский ежегодник международного права. 2003.

Словарь иностранных слов / под. ред. И. В. Лехина, С. М. Локшиной, Ф. Н. Петрова. М., 1993.

Ляхов Е.Г.Проблемы сотрудничествасударств в борьбе с международным терроризмом. М., 1979.

Ланцов С.А.Терроризм и террористы: Словарь. СПб., 2004.

Морозов И.Н.Технологии против терроризма. М., 2003.

Миськевич А.Терроризм как глобальная угроза современности. М., 2003.

Нариков С.А., Голубев В.П., Назаркин М.В., Гучетль С.В.Мировой опыт борьбы с терроризмом: аналитический обзор. М., 2003.

Нетаньяху Б.Война с терроризмом: как демократии могут нанести поражение сети международного терроризма.- Альпина Паблишерз, 2002.

Сатановский Е. Я.Глобализация терроризма и её последствия// Международная жизнь, 2001, № 9-10.

Трубников В.Формируется новая философия отторжения терроризма // Международная жизнь. 2003. № 9-10.

Торкунов А. Современные международные отношения. М., 2007.

б) на английском языке:

Marc Sageman. Understanding Terror Networks. University of Pennsylvania Press, 2005.G.D.. Winning back the sky. A Tactical Analysis of Terrorism. San-Francisco, 1989.N.. The War against Terrorism. Lexington (Mass.), 1982.R. Le defi terroriste. P. 1978.M. The Terrorist. L.- N.Y. 1988.R. The Revolutionary mystique and Terrorism. Bloomington and Indianapolis. 1986.. N.Y.,L. 1987. Vol.10.Annual on Terrorism. Dordrecht etc. 1986.. 1987. Vol.10. N1..1990. Vol.13. N3.Terrorism.1980. Vol.3. N3.,Ideology and Revolution. Brighton. 1986.Annual on Terrorism. 1986.Morality of Terrorism. N.Y. 1982.Trends in World Terrorism. Tel Aviv,. L.- N.Y.1987.of Carnage. Lexington. 1986.


Приложение 1


Краткая историческая справка о террористической организации «Аль-

Каида».

Международная террористическая организация исламских фундаменталистов. Осуществляет боевые операции по всему миру. Создана в 1988 г. Усамой бин Ладеном. В феврале 1998 г. бин Ладен заявил, что на базе Аль-Каиды создается "Международный исламский фронт Джихада против евреев и крестоновцев", проповедующий идеи "Глобального Джихада Салафи". В этот период "Аль-Каида" действовала в тесном сотрудничестве с египетской террористической группировкой "Египетский Исламский Джихад". В июне 2001 года это партнерство было окончательно оформлено, когда на базе двух организаций была создана новая группировка, названная Qaedat al-Jihad. Штаб-квартира была сначала в Судане, затем в Саудовской Аравии, а потом в Афганистане. Численность точно неизвестна.

Руководство: Усама бин Ладен.

Структура: Во главе "Аль-Каиды" стоит совет - шура. Ниже в структуре организации расположены восемь комитетов, главным среди которых является комитет по делам религии. Его возглавляет Абу Хафс аль-Муритани. Вторым по значимости является военный комитет, который подразделяется на пять подкомитетов, ответственных, в частности, за вопросы безопасности, проведение операций, за "афганский фронт", боевую подготовку и размещение "гостей" в разных странах. До 2002 г. его возглавлял Халид Шейх Мухаммед, ныне узник Гуантанамо (он планировал теракты 11 сентября), сегодня во главе комитета - Саиф аль Адель. Финансовый комитет состоит из двух структур, что, по мнению экспертов французской контрразведки DST, "указывает на крупные размеры финансовых потоков данной организации". Также в структуру организации входят вопросы "внешней поддержки", отношений со СМИ, вопросы связи, ведения документации и "помощи семьям".

Приложение 2


Краткая историческая справка о террористической организации ФАТХ.

Движение было основано во второй половине 50-х годов (разные источники называют даты от 1954 до 1959) в Кувейте. Однако официальным днём его рождения считается 1 января 1965 года - день проведения первой террористической операции на территории Израиля. Это была неудачная попытка диверсии на всеизраильском водопроводе. Среди создателей ФАТХ - Ясир Арафат и Абу-Джихад. В 1969 году Ясир Арафат возглавил Организацию освобождения Палестины, и с тех пор представители ФАТХ составляют большинство в исполкоме ООП и определяют её политику. С 1975 года боевики организации проходили обучение в СССР в 165-м учебном центре по подготовке иностранных военнослужащих. На выборах 20 января 1996 года Ясир Арафат был избран президентом Палестинской автономии, а ФАТХ получило абсолютное большинство - 47 из 88 мест в Палестинском законодательном совете первого созыва. После смерти Ясира Арафата в 2004 году пост руководителя ФАТХ унаследовал Фарук Каддуми, негативно относящийся к Соглашениям Осло и отказавшийся в 1994 году переехать из тунисского изгнания в созданную тогда Палестинскую автономию.

Большинство членов руководящих органов ФАТХ в Центральном комитете и Революционном совете поддержало нового председателя исполкома ООП - Махмуда Аббаса. 25 ноября 2004 года Революционный совет движения «Фатх» утвердил решение ЦК ФАТХ о выдвижении кандидатом в президенты ПНА Махмуда Аббаса, за это решение проголосовали 100 из 129 членов совета. 13 декабря 2005 года Центральный комитет ФАТХ выдвинул предвыборный список во главе с премьер-министром автономии Ахмедом Куреи. В ответ 14 декабря из состава движения ФАТХ вышла группа молодых лидеров во главе с Марваном Баргути, который объявил о создании собственной партии «Аль-Мустакбаль» («Партии будущего»). В предвыборный список новой партии вошли такие заметные деятели ФАТХ, как Мохаммед Дахлан и Джибриль Раджуб, которых «непримиримые» палестинские политики считают ставленниками Запада. К концу декабря 2005 г. первоначально отказавшиеся от членства в движении молодые лидеры всё же согласились вернуться в избирательный список ФАТХ, который возглавил Баргути. На выборах в Палестинский законодательный совет второго созыва 25 января 2006 г. по партийным спискам ФАТХ незначительно проиграл по числу набранных голосов движению Хамас (41,43 % против 44,45 %, то есть 28 мест против 29), и проиграл в большинстве мажоритарных округов, утратив большинство в парламенте автономии (у Хамас - 74 места из 132, у ФАТХ - 45). Под контролем ФАТХ остались структуры, подчинённые президенту автономии Аббасу (то есть большинство силовых структур автономии) и исполком Организации освобождения Палестины (то есть органы, ведущие и контролирующие международные контакты Палестины и, что особенно важно, переговоры с Израилем). В феврале 2006 г. лидеры ФАТХ вели переговоры с представителями движения Хамас о возможном вхождении в новый состав правительства автономии. Тем не менее, по итогам переговоров ФАТХ отказалось войти в правительство, поскольку Хамас не согласилось с требованием включить в программу действий правительства тезис о том, что ООП является единственным законным представителем палестинского народа (Хамас настаивает на реорганизации ООП, в частности, на включении своих представителей в исполком ООП). 13 августа 2009 г. завершился 6-й съезд ФАТХ, на котором была принята политическая платформа движения. В устав ФАТХ, призывающего к уничтожению Израиля, не были внесены поправки.На этом съезде в революционный совет ФАТХ впервые был избран израильтянин еврейского происхождения Ури Дэвис.


Теги: Деятельность международных террористических организаций на Ближнем Востоке (последняя треть ХХ – начало ХХI века)  Диплом  Мировая экономика, МЭО
Просмотров: 5272
Найти в Wikkipedia статьи с фразой: Деятельность международных террористических организаций на Ближнем Востоке (последняя треть ХХ – начало ХХI века)
Назад