Влияние строительства Транссибирской магистрали на развитие Исилькульского края


Выпускная квалификационная работа

Влияние строительства Транссибирской магистрали на развитие Исилькульского края


Введение


Актуальность исследования. Важную роль в индустриальном развитии пореформенной России сыграло создание железных дорог, деятельность Транссибирской магистрали в частности. Для такой страны, как Россия, страны с огромными пространствами, железные дороги имели огромное значение.

Сибирь - край богатейших природных ресурсов, веками привлекала интересы правительства и промышленников, однако бескрайние и суровые просторы были практически недоступны. Вопрос о необходимости строительства железной дороги вставал еще в начале 50-х годов XIX века, когда усилилось освоение Приамурья и Приморья. Но только в 90-е годы царское правительство, встревоженное проникновением американских и английских капиталистов в районы Манчжурии, прилегающие к русским дальневосточным границам, решило строить Сибирскую магистраль, соединяющую Сибирь и Дальний Восток с европейской частью России.

Транссибирская магистраль или, как ее еще называли Великая Сибирская магистраль, должна была соединить Челябинск, Омск, Иркутск, Хабаровск и Владивосток. Она способствовала углублению их специализации, развитию внутреннего и внешнего рынка, росту подвижности населения.

Совсем скоро, в 2016 году, мы будем отмечать крупные даты: 300 лет со дня основания г. Омска. Не последнюю роль в развитии Омска играет железная дорога. Первый поезд проследовал через территорию Омского уезда в августе 1894 года. Он положил начало более быстрому сообщению между центром страны и Сибирью. Именно этот год принято считать за точку отсчета истории ст. Исилькуль.

В отечественной исторической литературе на сегодняшний день нет еще комплексных исследований, которые бы рассматривали наиболее полно влияние строительства Транссибирской магистрали на развитие Исилькульского края. Но при этом надо отметить следующее обстоятельство, а именно, накопленные исторические материалы открывают нам возможность начертать общий обзор изучаемого нами этапа в отечественной истории, истории родного края.

Источники. При решении исследовательских задач нами был использован ряд источников. Все источники можно разбить на следующие группы: воспоминания переселенцев, статистические данные, летописи. Их появление отражало живейший интерес русских людей к начальному периоду истории присоединения Сибири к Русскому государству. В этих летописях поход Ермака в Сибирь получил принципиально различные интерпретации. Так, в Кунгурской летописи главной действующей силой в этом событии представлялись олицетворявшие народные массы казаки, по своей инициативе начавшие знаменитый поход. В Сибирской летописи отражались официальные взгляды, доказывалась историческая правомерность присоединения Сибири к царским владениям и идеологическая обусловленность распространения православия или проводились взгляды, обосновывавшие первостепенные заслуги Строгановых в покорении Сибири и их неотъемлемые права на ее эксплуатацию (Строгановская летопись). К статистическим данным можно отнести сведения, касающиеся численности переселенческого движения в период строительства Транссибирской магистрали, а также данные о количестве перевозимых пассажиров и количество перевозимого груза по железной дороге. На страницах местной газеты «Знамя» в 2003-2005 гг. стали появляться статьи, в которых приводятся воспоминания переселенцев, которые рассказывали о своем освоении Сибири и строительстве Транссибирской магистрали.

Историография. Историографию по исследуемой теме можно подразделить на несколько основных блоков. К первому блоку можно отнести литературу, освещающую процесс освоения Сибири русскими. Ко второму блоку можно отнести работы, освещающие строительство Транссибирской магистрали и относятся работы ученых краеведов, которые в своих работах касались строительства Транссибирской магистрали на территории Омского уезда, и ст. Исилькуль как ее составной части. Что касается литературы, которая освещала процесс освоения Сибири к России, то она уже начала складываться с самого начала этого процесса. Так, еще в процессе присоединения Сибири к России начинали складываться концепции, в которых выражались различные социальные оценки, происходивших событий. В произведениях Ю. Крижанича, Н. Спафария и С. Ремизова получили дальнейшее развитие взгляды, отраженные в летописных рассказах. Н. Спафарий в «путешествии через Сибирь» уделял много места различным советам по развитию в рамках правительственной деятельности сибирской экономики и, в частности, земледелия. В наиболее выдающемся произведении того времени - «Истории сибирской», составленной С.У. Ремизовым, присоединение Сибири представлялось как результат христианско-просветительской деятельности самодержавного государства.

В расширении источниковой базы для истории и этнографии Сибири особое место принадлежит выдающемуся русскому историку В.Н. Татищеву и одному из крупнейших историков - сибиреведов Г.Ф. Миллеру. Если с именем В.Н. Татищева связано начало собирания сибирских летописей, то с именем Г.Ф. Миллера - первый опыт по их изучению и классификация. В результате источниковедческого анализа летописей Г.Ф. Миллер создал научно обоснованную схему их возникновения. Основу его главного труда «История Сибири» составляют архивные материалы. На лингвистическом материале он стремился разрешить этногенетические вопросы, этнографические данные привлекал для исторических выводов, в частности о расселении сибирских народов. Вся схема истории Сибири, созданная Г.Ф. Миллером, была подчинена доказательству государственной целесообразности ее захвата, утверждению плодотворности самодержавного начала и действий правительственной администрации, прославлению успехов экспансии, открывающей новые экономические возможности для русской феодальной власти.

К числу первых попыток обобщения многообразных данных о Сибири, была книга П.А. Словцова «Историческое обозрение Сибири». Своей задачей он ставил задачу - дать полную и систематически изложенную схему внутренних процессов, которыми сопровождалось продвижение русских по Сибири. Эта книга оказала огромное влияние на развитие общественно-политической мысли в Сибири.

Развитие источниковедения и археографии во второй половине Х1Х - начале ХХ века способствовало усилению исследовательской работы в области сибиреведения. Еще в 40-х годах Х1Х в. Археографическая комиссия приступила к публикации документов по истории Сибири XVII в. в изданиях «Акты исторические» и «Дополнения к актам историческим». В дальнейшем источники по истории Сибири публиковались в трудах Общества истории и древностей российских, в «русской исторической библиотеке» и других изданиях. В 1880-х годах вышли в свет два тома «Памятников сибирской истории XVIII веке».

В самом конце Х1Х века был завершен Н.Н. Оглоблиным великолепный археографический труд в 4-х томах - «Обозрение столбцов и книг Сибирского приказа (1592-1768 гг.)», ставший основой для дальнейших монографических исследований и сохраняющий поныне значение важнейшего сибирского справочного издания.

Дальнейшее изучение истории освоения Сибири мы можем наблюдать в советский и постсоветский периоды историографии. Именно в это время появляются труды А.Д. Колесникова, В.А. Александрова, В.И. Сергеева и др.

В конце шестидесятых годов прошлого столетии был выпущен 6-титомник «История Сибири», второй том которого хронологически охватывает большой этап исторического развития Сибирской земли - с середины XVI до середины XIX в.

Как подчеркивалось выше, к следующему крупному блоку работы, освещающие строительство Транссибирской магистрали и относятся работы ученых краеведов, которые в своих работах касались строительства Транссибирской магистрали на территории Омского уезда, и ст. Исилькуль, как ее составной части. К этим работам можно отнести следующие работы - «Исилькуль. На Транссибирской магистрали: Очерки истории города и района»; Минжуренко А.В. «Устройство и становление переселенческих хозяйств Западной Сибири в конце XIX - начало XX вв. (Экономические и социальные проблемы истории Сибири)»; «Этапы большого пути (Очерки истории Омской железной дороги)»; Юрасовой М.К. «Города Омской области», статья Гензеля Г. «Станции Исилькуль -105 лет».

Так в брошюре «Исилькуль. На Транссибирской магистрали: Очерки истории города и района» дается подробная характеристика строительства участка железной дороги от ст. Омск до ст. Исилькуль. Ее авторами показан не только процесс строительства данного участка железнодорожного полотна, но и с какими трудностями столкнулись ее строители.

На сегодняшний день транспортное развитие России в целом и в отдельных ее частях является важным экономическим, политическим моментом. В связи с этим, актуальным является рассмотрение такого значимого города как Исилькуль и строительства Транссибирской магистрали, как одного из важнейших транспортных путей нашей страны.

Транссибирская магистраль - это величайшее достижение России, которое превосходит любую железнодорожную линию на нашей планете. Это рельсовый путь, соединивший Европейскую Россию с Сибирью и Дальним Востоком. Строился Транссиб почти четверть века - с 1891 по 1916 год, а общая ее протяженность составляет более 10 000 километров. Во время проектирования магистраль называли Сибирской железной дорогой. Позже и в России, и за рубежом ее именовали «Великий сибирский путь».

Транссибирская магистраль дала мощный толчок в экономическом, политическом, социальном, культурном развитии многих районов России. И, конечно же, железная дорога усилила роль Исилькуля в разных областях его развития.

Объект работы - освоение Исилькульского района.

Предмет работы - роль железной дороги в экономическом развитии региона.

Цель данной работы заключается в исследовании строительства Транссибирской магистрали и её влиянии на изменения структуры, экономическое развития Исилькульского края.

Задачи работы - рассмотреть предпосылки строительства железной дороги, её этапы и роль в развитии Исилькульского края.

Методы исследования:

общенаучные методы - конкретно-исторический, структурно-функциональный, формально-логический, работа с источниками;

общелогические методы теоретического анализа - анализ, синтез, обобщение, сравнение, аналогия.

Методологическую и теоретическую основу исследования составил принцип историзма. В процессе работы над исследованием использованы общенаучные методы системного анализа и обобщения литературы и источников.

Структура исследования традиционна: она состоит из двух глав: в первой главе показан процесс переселения из Европейской части России на территорию Сибири, заселение и хозяйственное развитие Исилькульского края; вторая глава посвящена строительству Транссибирской магистрали на территории Исилькульского района Омской области, показан процесс освоения этого края, условия строительства магистрали, ее значение для развития края.


1. Заселение и хозяйственное развитие Исилькульского края до 90-х гг. ХIХ в.


1.1 Процесс переселения крестьян в к.XIX-н.XX вв.

заселение строительство станция магистраль

Одним из важнейших фактов в истории Сибири принято считать процесс переселения крестьян, который относится к концу ХIХ - начала ХХ вв. В Сибирь переселялись крестьяне почти из всех губерний Европейской России, но подавляющее большинство составляли переселенцы из Европейской России, из черноземных губерний, где крепостнические пережитки были особенно сильны. Выходцы из черноземных губерний составляли в 1882 г. - 70%, в 1886-78, в 1887-1893 -80,9%.

В кратком историческом очерке колонизации Томской губернии за 1911 год отмечалось: «переселенцев можно разделить на два разряда: на переселенцев обеспеченных на родине и имеющих в Сибири лучшие доли и на переселенцев необеспеченных, гонимых из России нуждою. Первые материально обеспеченные, имеют возможность лучше высмотреть и разузнать: поэтому они более разборчивы и более осторожны в выборе мест для поселений и попадают большею частью на лучшие участки».

Переселенцы второй категории в силу своего слабого материального положения не могли «выжидать и выбирать, а поэтому большая часть переселенцев последней категории идет на первые попавшиеся участки, которые чаще всего оказываются тяжелыми по хозяйственно-экономическим условиям».

Основные положения переселенческой политики царизма определялись законом 1889 г. В этом законе предусматривалась выдача лицам, получившим разрешение на переселение, путевых пособий и ссуд на заведение хозяйства, а также предоставление льгот по отбыванию повинностей на новых местах. Разрешение же на переселение можно было получить только при общем согласии министерств внутренних дел и государственных имуществ.

Решившись на переселение, крестьяне покидали родные места с таким расчетом, чтобы находиться в дороге в теплое время, когда можно было отдыхать в поле и кормить лошадей на подножном корму. Большинство переселенцев приходило на место водворения с мая по сентябрь-октябрь. Чаще шли довольно крупными партиями, по 40-50 семейств, за сутки проходили в среднем по 35-40 км. Продолжительность пути зависела от дальности места, избранного для водворения переселенцев. Вот как описывал движение переселенцев Н.М. Ядринцев: «Целые караваны повозок по 100 и более семей, человек в 300 и 400 душ, за раз двигаются по сибирским дорогам. Переселенцы не имеют нигде крова, они останавливаются под открытым небом в поле. Здесь располагаются целые семьи под телегами, больные и дети находятся тут же. Нередко приращение семей, как и смерть, застает людей во время путешествия тоже среди поля. Положение значительной части переселенцев нищенское».

Переселенческий поток в Сибирь начали учитывать лишь с 1885 г. С 1861 по 1891 г. в Сибири водворилось около 450000 переселенцев, в том числе в Западной Сибири - до 350000 чел., в Восточной Сибири - до 100000. В этом крае на Енисейскую губернию приходилось 50000 переселенцев, на Иркутскую - 20000, на Амурскую и Приморскую области - 30000. Большинство переселенцев оседало в Западной Сибири, расположенной ближе к европейской части страны. В западной Сибири основным районом водворения переселенцев был Алтай. Только за 9 лет, с 1884 по 1892 г., на его землях поселилось 195904 чел.

На процесс переселения огромное влияние оказывали факторы: природно-климатические, социально-экономические.

Наиболее тяжелым было положение переселенцев в таежных зонах Западной и Восточной Сибири. С первых дней жизни на новом месте перед ними остро вставал вопрос расчистки от леса площади под пашню.

Статистическими исследованиями того времени было установлено, что для безбедного и независимого существования крестьянского хозяйства в лестных местностях необходимо было иметь посевов на двор не менее четырех десятин.

Расчистка же такой площади из-под леса была для крестьянской семьи чисто невыполнимой задачей. Наиболее эффективным был метод подсочки (когда весной вокруг ствола срезалась кора до самой древесины, отчего дерево погибало в течении 5-8 лет). Но он давал результаты не очень скоро. Заболоченные участки требовали трудоемких работ. Распашка таежной целины, покрытой вековым дерном, была возможна лишь с помощью сильного скота и металлических орудий.

Чтобы поднятая целина не зарастала, требовалось несколько раз ее вспахать и заборонить. Обработанная таким способом земля должна была в течении года проветриваться и согреваться, и только следующей весной ее можно засевать. Говоря о трудностях обработки земли в Сибири, А.А. Кауфман писал: «условия сибирского земледелия требуют для обработки земли не менее двух, а во многих местностях и трех лошадей».

Переселенцы таежной зоны в силу того, что большинство лесных участков было расположено вдали от обжитых мест, от путей сообщения, не могли использовать богатства тайги, переориентировать свои хозяйства на занятия лесным промыслом. Поэтому даже в самой глухой тайге главным для новоселов было землепашество.

Чиновники переселенческого управления в своих отчетах писали: «водворение и устройство хозяйства на переселенческих участках требует большого труда и расходов. Земель пригодных для обработки достаточно, но готовых для распашки и посева участков мало повсюду, раньше нужно либо свести лес, либо расчистить лесную гарь, либо распахать твердую почву вековой степи, а иногда осушить или обводить участок».

Чтобы успешно приступить к хозяйству в урмане по подсчетам местной администрации средней переселенческой семье в составе 6-7 человек требовалось 2 лошади, 2 коровы, а также несколько голов мелкого скота, а размер средств в денежном выражении должен был составлять 450-500 рублей. А если учесть и расходы на корчевальные работы (кольцевание и корчевание подгнивших пней колебалась от 77 рублей 15 копеек до 331

рубля 22 копеек на десятину в зависимости от характера лесной растительности), то сумма эта возрастала до 800-900 рублей. Правительственные же ссуды на покупку жилья составляли всего 150-165 рублей. Но как показывает официальная статистика четверть семей прибывавших на таежные участки Тобольской губернии в начале XX века, не имела при себе никакого имущества.

Освоение таежных земель было связано со многими трудностями, но и в степи, оказавшейся в пореформенный период важнейшим районом оседания сибирских переселенцев, они сталкивались с рядом неблагоприятных обстоятельств. Тут прежде всего надо назвать: общую дефицитность влаги, неустойчивость урожаев, часто засуха, трудность обеспечить водопоем скот, найти место для самого поселения у надежного источника проточной воды. В южной части Каннского уезда в Кулундинской степи рек не было, озера в большинстве своем были соленые или горько соленые.

Не хватало воды в Омском и Петропавловском уездах»: как отмечалось в отчете статс-секретаря Куломзина. Работы гидротехнических партий по изысканиям и устройству колодцев еще более отставали от нужд переселенческого движения, чем прежде, это отставание объяснялось недостаточностью отпускаемых правительством средств на мелиоративные работы в переселенческих районах и нехваткой специалистов. В момент первоначального водворения остро ощущалось отсутствие строительного леса, особенно переселенцам тех районов, где были обычными рубленые постройки.

Наряду с этими основными трудностями сказывалось также отсутствие леса для бытового топлива снабжения, трудность обеспечить хозяйство сенокосами, запасами кормов для зимовки скота, которые были необходимы для сохранения, привычных выходцу из центральной России, форм животноводства.

Кроме собственно природных условий устройство переселенцев осложнялось отдаленностью степных районов от обжитых мест. Это обстоятельство определяло трудности в поисках заработков для новоселов, особенно необходимых в период первоначального устройства, приводило к складыванию высоких цен на продукты питания, скот, инвентарь и все необходимое во время обзаведения своим хозяйством, в дальнейшем затрудняло сбыт продуктов, произведенных переселенцами. Все это создавало для переселенцев, не имевших возможности в тогдашних условиях проводить планомерно организованное освоение степи, немало технических трудностей, хотя само по себе освоение здешних земель все же было значительно легче.

Вторичные миграции также свидетельствовали о том, что большинство крестьян придавало большое значение природно-географическим условиям мест своего поселения. Например, масштабы этого движения в Тобольской губернии лишь за период с 1908 по 1914 годы. В это время места водворения покупали около 25 тысяч человек. Из них почти половина переводворялись. П.А. Столыпин и А.В. Кривошеий также отмечали, что «половина обратных переселенцев не возвращается в Европейскую Россию, а перебирается в пределах Сибири на другие лучшие и более легкие места».

Это дает основание предполагать, что вторичные миграции по своим масштабам приблизительно равнялись обратным. О значении природно-географического фактора свидетельствуют данные Я.Ф. Ставровского и В.В. Алексеева, которые подсчитали, что основной причиной обратного переселения в таежных и урманных районах были природные условия. Основными районами выхода обратных и повторных переселенцев были наиболее трудные для освоения северные районы Тобольской, Енисейской и Иркутской губерний.

Большое значение для переселенцев имело то обстоятельство, насколько быстро мог приспособиться новосел к новым приемам обработки земли, выбрать наиболее подходящее для этих природных условий сельскохозяйственные культуры, или переориентировать хозяйство на занятия промыслами. Все это зависело не только от материального положения переселенца, но и от его колонизаторских способностей. Переселенцы степной, лесной и лесостепной полосы России, которые попадали в Сибирь в сходные с их родиной природные зоны, как правило затрачивали меньше средств на первоначальное устройство, быстрее налаживали хозяйство и прочнее приживались на новых местах. Также следует отметить, то обстоятельство, что переселенцы примерно одинакового материального положения на родине, имели различные результаты в деле хозяйственного устройства. Одной из причин этого явления было то, что переселенческие участки в одной природной зоне представляли собой наделы разнообразные по качеству почв, рельефу местностей, по сравнительному соотношению сельскохозяйственных угодий. По данным опубликованным в 1914 году журнале «Вопросы колонизации» на одно хозяйство в лесных районах приходилось в среднем 3,7 десятин пашни и 4 десятины сенокосов, хозяйства степной и лесостепной полосы были обеспечены этими угодьями в более благоприятной пропорции: 9,3 десятин пашни и 6,7 десятин сенокосов.

Таким образом, природно-географические условия оказывали влияние на успех хозяйственного устройства переселенцев. Однако, чтобы выяснить, какое место занимал этот фактор в деле устройства новоселов, нужно рассмотреть и другие факторы. В частности, социально-экономическое положение переселенцев на родине.

Крестьяне, переселившиеся в Сибирь в конце XIX начале XX века, испытывали большие трудности в следствии неблагоприятных природных условий Сибири. Эти трудности по разному преодолевались поселенцами. Крестьянство, пришедшее в Сибирь, было неоднородным по своему социальному составу. В момент водворения переселенцев различие в их экономическом положении на родине отражалось в количестве денежных средств, принесенных с собой в Сибирь.

Эти средства складывались из сумм от продажи имущества перед отправкой за Урал. Сколько же нужно было денег для первоначального устройства в Сибири? В литературе и документах тех лет существует огромное число ответов на этот вопрос. Каждый писавший о переселение в Азиатскую часть России считал своим долгом указать минимальный размер средств, при котором возможно успешное устройство на новых местах. При этом уровень хозяйственной состоятельности устанавливался произвольно, некоторые переселенцы достигали его при первоначальном устройстве. Наиболее убедительно выглядят подсчеты местной администрации стоимости хозяйственного обзаведения новоселов, производившиеся в 1903 году, для установления новых норм ссуд.

Отрезок времени, в течение которого переселенческие дворы справлялись с этой задачей, значительно отличались по своей продолжительности у различных групп поселенцев, кроме того на эту продолжительность (у разных групп поселенцев кроме того) оказывали влияние и природно-географические условия мест поселения.

Наибольших материальных затрат требовали степные и таежные участки, а следовательно экономическая состоятельность прибывавших на эти земли крестьян должна быть выше, чем лесостепи. В понятие первоначального обзаведения, таким образом, включались постройка жилища, приобретение необходимого живого и мертвого инвентаря, производства посева, достаточного для удовлетворения нужд семьи и хозяйства. Отрезок времени, в течение которого переселенческие дворы справлялись с этой задачей, значительно отличались по своей продолжительности у разных групп новоселов.

Таким образом, успеха переселенцев в деле первоначального образования хозяйства в первые 2-4 года жизни Западной Сибири, были далеко неодинаковыми. Если обеспеченные семьи переселенцев смогли за этот отрезок времени действительно устроиться на новом месте и довести свое хозяйство до того уровня, при котором оно становится поставщиком сельскохозяйственных продуктов на рынок, то бедные дворы не достигали за это время тех показателей, которые позволили считать их средними крестьянскими хозяйствами. Размеры хозяйств новоселов прямо пропорционально зависели от суммы принесенных с собой средств, т.е. от экономического положения на родине.

Чтобы проследить влияние природно-географического фактора на экономическое положение новоселов с учетом их социального расслоения привели группировку хозяйств переселенцев по размерам посевной площади с указанием среднего размера по разным природным зонам. Это можно

рассмотреть в таблице 9. Таблица показывает, что природные условия по-разному влияли на различные типы хозяйств. От плохих почвенно-климатических условий больше всех страдало бедняцкое переселенческое хозяйство, которое не имело средств и сил для раскорчевки леса и мелиоративных улучшений.

Большое значение размер принесенных с собой средств играл в таёжной и степной зоне. Более обеспеченные семьи уже па 2-Згод жизни в Сибири имели всё необходимое для нормальной жизни. Неблагоприятные природно-географические условия сказывались, прежде всего, на экономически слабых переселенцах. Новосёлы, пришедшие в Сибирь с большим количеством денег, могли учитывать влияние природных условий. В экономически развитых районах Сибири материальная обеспеченность переселенцев играла более важную роль, чем в отдельных районах с низким уровнем развития товарно-денежных отношений. В необжитых местах большое значение имели природно-географические условия, однако и здесь главную роль играло денежная обеспеченность новосёлов. Для переселенцев также имел значение тот факт, что переселенцы степных, лесных и лесостепных районов России, попадая в сходные по природно-географическим условиям Сибири, затрачивали меньше средств на первоначальное устройство, быстрее налаживали хозяйство, прочно приживались на новых местах.


1.2 Освоение Исилькульского края


История развития края тесно связана с процессом переселения из Европейской части России на территорию нынешнего Исилькульского района Омской области. Заселение края можно разбить условно на три этапа:

1.Первый этап связан с основанием оборонительных редутов и первых деревень казаками.

.Этот этап освоения здешних мест начался со времени прибытия переселенцев.

3.Третий и важный этап освоения этого края начался в период строительства железной дороги.

Историю Исилькульского района принято считать с основания оборонительных укреплений и появления первых групп крестьян, чьи потомки составляют старожильческое население района.

Редуты - Лосев, Первый Тарский (Первотаровский), Саленоозерный (Озерный) - построенные в 1752-1755 годах, стали первыми поселениями на территории Исилькульского района.

Датой вхождения Сибири в Россию некоторые ученые считают 1555 год, когда сибирский хан Едигер прислал делегацию в Москву и заявил о добровольном присоединении Сибири к Московскому государству. Есть исследователи, которые за точку отсчета принимают 26 октября 1582 года, когда казацкая дружина во главе с атаманом Ермаком вошла в столицу сибирского ханства город Кашлык (Искер). Однако, и те, и другие сходятся в одном: с XVI столетия Сибирь - составная часть России. Для управления присоединенным краем строятся русские города: Тюмень (1856 г.), Тобольск (1587 г.), Тара (1594 г.). Возле них появляются крестьянские деревни, идет земледельческое освоение Сибири.

Города и первые пашни возникли в таежной зоне с песчаными малоплодородными почвами. Поэтому с середины XVII века хлебопашцы все настойчивее устремляются к черноземным увалам лесостепи. Тогда-то, по определению ученых, «началось сползание земледелия на юг», в более благоприятные почвенно-климатические условия лесостепной, а затем и степной зоны.

Основание Омской крепости и заселение окружающих ее мест происходило на территории, которая еще с конца XVI века считалась русскими владениями. До этого они веками оставались свободными. Но в южных степях кочевали, как их называли «немирные воинские люди», возможны были их грабительские набеги на русские селения. Поэтому крепость и возникающие крестьянские селения укреплялись оборонительными сооружениями.

Новую крепость на Оми надо было связать сухопутной дорогой с городом Тарой и другими старыми поселениями. Вслед за Омской крепостью по Иртышу были возведены Железинская, Ямышевская, Семипалатинская, Усть-Каменогорская и Бухтарминская крепости. Между крепостями устанавливается сухопутная связь. Для обороны дороги и облуживания проезжающих, с 1720 года создаются форпосты и станицы по восточному берегу Иртыша, которые и составили Иртышскую линию.

Российский император Петр Великий, получив известия об основании Омской и других крепостей по Иртышу, повелел новые крепости «укрепить и оселить». Выполнение этих задач и обусловило последующее развитие Омской крепости и вновь осваиваемого района. Началось интенсивное освоение территории, которая еще с конца XVI века считались русскими владениями. Но значительная оторванность осваиваемых земель от ранее обжитых районов и соседство с неспокойной степью вынуждало землепроходцев особое внимание уделять обороне новых земель. Поэтому первым требованием российского царя Петра и было укрепление новых крепостей. Для Омской области это выражалось в возведении крепостных сооружений, в налаживании связей с Тарой и другими старозаселенными районами, в обеспечении гарнизона продовольствием местного производства и обеспечении безопасности крестьянских поселений.

От города Тары по восточному берегу Иртыша от только возникшей деревни на речке Артын прокладывается сухопутная дорога. На ней возникают деревни Карташова, Качюсова, Пустынная. Несколько позже были основаны Серебряная, Крутиха, Бетеинская. Эти деревни стали разведывательными пунктами в освоении новых хлебопашных земель и узкой полоской связали Тарский земледельческий район с новым районом хлебопашцев, который возник вблизи Омского устья. Все эти деревни обносятся заплотными укреплениями и их оборона была возложена на казаков омского гарнизона.

Омская крепость стала базой снабжения других крепостей., которые возникли в верховьях Иртыша. Для постоянной сухопутной связи по восточному берегу Иртыша возводятся форпосты. В 1720 году для оберегания «от степных немирных людей» основаны Ачаирский и Черлакский форпосты. Между ними возводятся станцы Усть-Заостровский, Изылбашский, Соляной поворот, Татарский. Форпосты и станицы укрепляются, возле них возводится пашня. Возведение по Иртышу укрепления получили название Иртышской оборонительной линии. Эти укрепления неширокой полосой проникли далеко на юг, в верховья Иртыша и стали испытательной зоной разведки возможного развития хлебопашества в этом регионе.

К середине XVIII века обстановка на юге Сибири и в отдельных районах до крайности обострилась. Руководители Джунгарии вели беспрерывные войны с Китаем, казахскими жузами. Из степи поступали сведения к русской администрации о подготовке джунгарами «похода на север». Принимаются срочные меры укрепления обороны. В 1740 году издается указ об усилении обороны русских земледельческих поселений «для охранения пограничных городов и слобод от войск зюнгорского владельца Галдан Чирина и других неприятельских людей».

В пограничных селениях предписывалось «от приход неприятельских людей иметь весьма крепкую предосторожность и всегда неоплошные караулы». Тарской канцелярии ведено Большерецкий пас укрепить в форпост и увеличить в нем команду. На Аевском волоке возводится Зудиловский форпост и для прикрытия деревень, возникших западнее города Тары на Оше-Юйский и в верховьях речки Нюхановки - Нюхаловский форпост.

В 1741 году Тарскому воеводе приказано «вверх по Оше реке дальше в степь за село Бражниково поставить новый форпост для наилучшего неприятельского препятствия и удержания ко входу, чтобы оный форпост имел действие на обе стороны реки Оши». В соответствии с этим указом в 140 верстах от города Тары возник Кутурлинский форпост. В этом же году велено в Чернолуцкой слободе умножить команду и «сделать, буде возможно, охранительную оборону по ту строну реки Иртыша для предосторожности и ходу неприятельскому».

Причем требовалось это сделать вскоре, «а паче до заморозу рек». По этому указу по западному берегу Иртыша были построены Инберинский, Ирчинский, Кушайлинский, Бетеиский, Верблюжский и Воровской.

В 1741-1743 годах западнее Кутурлиского форпоста строятся Кумыская защита и Усть-Лагатский форпост. Командами из Аббатской слободы возводятся Причелдатский, Степанихинский и Ировский форпосты. Таким образом создается линия укрепления по Иртышу до Большерецкого форпоста, чрез Нюхаловский до Юйского и далее вверх по Оше до Ишимской линии. Таким образом, эта линия по Иртышу - Оше - Ишиму огромным полукольцом охватила лесостепное пространство междуречья Иртыша и Ишима с востока, севера и запада, оставляя его не заселенным.

Созданная линия была неровной, «с великими кривизнами и оборотами», как признавали военные. В 1744 году была выдвинута задача спрямления линии укреплений. Начинается разведка пространства между Тоболом и Иртышом. Прошло несколько экспедиций и ми были составлены проекты, в том числе на восток от Коркиной слдободы по северной кромке урочища Катай. Второй на запад от Омской крепости вдоль речки Камышловки. И даже был вариант от Железинской крепости на Иртыше севернее горько-соленых озер до Кызыл Камня на Ишиме.

В 1745 году командующему линиями генералу Киндерману предложено весной, «как в степи появится корм для лошадей», самому выехать для разведки и установить «какой способнейший и ближайший той линии путь найти можно». Сенат генералу предлагал «накрепко смотреть, чтоб настоящих сибирских нужных и угодных мест за линиею не осталось, напротив же того и внутрь киргизских земель не вдаваться, чтобы тем не подать им причины к претензии, а паче к возмущению».

Генерал Киндерман с большой группой офицеров и топографов проехал по линии намечаемых проектов и нашел, что наиболее удачный проект возведения крепостей и редутов на запад от Омской крепости вдоль Камышловских горько-соленых озер и далее через реку Ишим до Тобола, до урочища Звериная голова Оренбургской линии. Линия же через реку Кокину слободу «весьма кривовата, - писал Киндерман, - и многие рыбные, зверовые, пашенные земли, сенокосы останутся за линией». Линия же вдоль Камышловки будет прямее и «расстояние убудет». Севернее линии можно «крестьян селить, яко тут к хлебопашеству места удобные и всякими угодиями издоволены». Предложения генерала Киндерамана после длительной задержки в правительственных инстанциях 25 февраля 1752 года были утверждены, и с 22 июня этого года началось строительство крепостей и редутов оборонительной линии, которая в отличие от Староишимкой стала именоваться Новой линией. Она была разбита на три дистанции - Тобольскую, Ишимскую и Тарскую. Исходный редут последней получил название Первого Тарского. Со временем за ним закрепилось название Первотаровский.

На территории Омской области руками Тарских казаков и крестьян были сооружены крепости Покровская и Николаевская, редуты Мельничный, Степной, Дубровный, Курганный, Волчий, Горький, Соленоозерный, Лосев и Первый Тарский. Между крепостями и редутами протянулась дорога, названная Линейным трактом.

На строительство из-под города Тары приводили казаков и крестьян с лошадьми, призванных, как сказано в приказе командующего, работать «на своем коште без выплаты заработанных денег». Людей на стройках не хватало, поэтому возводились в первую очередь крепости и редуты через один. На территории Исилькульского района первый редут был представлял собой квадрат площадью 0,2 гектара, обнесенный деревянным заплотом, с полубастионами по углам. На север выходили ворота со смотровой башней - каланчой над ними. Внутри отдельно рубились офицерская светлица с сенями, пороховой погреб, казарма, конюшни. Небольшая калитка выводила к озеру, где стояла баня.

В 1755 году офицер, возглавлявший стройку, докладывал, что работы в основном завершены. Редут «по долготе на двадцать пять сажен, обнесен полисадом из березового лесу, высота полисада пять аршин, платформа для пушек и двое ворот построены, одни ширины четыре аршина с половиною, над которыми будка, где часовой, другие к озеру вполсажени. Кругом оного полисада рогатки в трех саженях от заплота, а в сажени от рогаток надолбы, а оные надолбы и рогатки построены из березового лесу».

В том же 1755 году в Лосев редут пришли казаки из Тары, во главе с Василием Седельниковым из многочисленного рода. Первый из Седельниковых с двумя сыновьями был переведен вместе с Ложниковым из города Семенова Нижегородского уезда в 1635 году. К моменту строительства Лосева редута Седельниковы жили в Знаменском погосте, в деревне Островной. После отъезда Василия Седельникова на Новую линию его родственники переселились на реку Уй и заложили деревню Седельниковку.

По завершении строительных работ, с 1758 года деревянный четырех угольник принялись обводить рвом и насыпным валом. Людей для работы не хватало. Последовал приказ генерала Шпрингера, командующего линией: «По острой на линии в людях надобности служащие казаки должны быть высланы з женами на Сибирские линии». Кроме Седельниковых, в Лосевом редуте появляются Пелымский, Кубрин, Заливин, Лоскутов и другие казаки, фамилии которых распространены среди жителей Омской области.

К 1791 году в Лосевом редуте уже проживало 7 семей Седельниковых.

Казацкая служба была очень тяжелой. Они несли караулы, ездили в разъезды, выполняли строительные работы. Все это - за малое хлебное, денежное и соляное жалование, которое не хватало на содержание семей. Поэтому казаки своих детей, а часто и жен, отправляли к родственникам или в крестьянские селения просить милостыни «ради Христа».

На копку рва и насыпку рва или насыпку вала привлекались и другие категории, даже ссыльные колодники. В 1767 году из Лосева доносили, что ров копали 14 казаков и 20 человек «нерегулярного войска». Зарывались вглубь на три аршина, вынутую земли выносили на вал, чтобы не допустили осыпания. Склоны рва и вала покрывали свежими дернами, которые закрепляли колышками. Поэтому рвы и валы, сотворенные в XVIII веке, сохранились до наших дней и являются важными историко-археологическими памятниками.

Возведение Первого Тарского и Соленоозерного редутов началось несколько позднее. Их сооружали также Тарские казаки. Среди них были Полукаров, Авдеев, Коптев, Колпаков, Перевалов, Ладовский, Щербинин и другие, потомки которых проживают и в наши дни.

Им доставалась доля не менее тяжкая, чем предшественникам. Так же стояли в караулах, направлялись в разъезды, возили почту, гнали деготь, делали телеги, сани строили и ремонтировали различные объекты. Сибирский губернатор Ф.И. Сомойнов, сам отбывавший многолетнюю ссылку в Сибири, после инспектирования Новой линии 22 февраля 1761 года писал: «К немалому сожалению усмотрено, что показанная работа производится по малоимению свободных в наличии людей теми же, кои на караулах и разъездах находятся, поэтому как бы скоро с часов сменился или из разъезду прибыл, то должен, оставя лошадь или ружье положа, взяться за топор, кирку или мотыгу и так работать, покуда ему паки время в очередь наступит на часы или в разъезд вступать».

И генерал Шпрингер, перечисляя многочисленные обязанности казаков, отмечал: «Из своего малого жалования должны содержать служебную лошадь с конским убором, ружье с амуницией, платье и обувь».

При проектировании Новой линии планировалось: чтобы «избежать дальнего привоза продовольствия на хлебное жалование…», значительные пространства земель оставить в распоряжении казачьих поселков, а севернее ее поселить казаков. Намечалось возле крепостей иметь по 100 дворов отставных крестьян, а возле редутов - по 50.

Крестьянское население к середине XVIII века еще было малочисленным, и желающих переезжать за границу к неспокойной степи не находилось. На жительство оставались лишь отставные казаки. В 1767 году в Лососевом редуте имелось 4 двора, в них - 4 мужских души и лишь один сын. В хозяйствах содержалось 6 лошадей, 5 коров и 2 теленка. На все семьи было две с половиной десятины посева. Их-то и следует считать плацдармом хлебопашества в районе.

Медленно росло и население и в крепостях. В Николаевской жило лишь 14 семей, в них насчитывалось 28 мужских душ, в Лебяжьей - 25 семей, имевших 26 десятин посева.

Со времен легендарного Ермака из смелых вольных людей русских и других народов формировалось сибирское казачество. Столетиями складывался быт, обычаи, нравы казаков. При частых переводах всегда сберегался основной костяк, оставались хранители и носители традиций и обрядов. В новых условиях казаки построили новые жилища из березового леса, но в облике их узнаваемыми оставались черты старины. Манеры поведения определялись чувствами личного и сословного достоинства, русского патриотизма, воиского долга. Подстать им, в основном, были и ставшие соседями деревенские крестьяне - выходцы из древних русских посельщиков Сибири.

Обратимся к свидетельствам обследователей и путешественников, которые проезжали по Линейному тракту. «Казаки почтительны, - пишет их современник, - гостеприимны, отважны, предприимчивы, не скупы и норовы имеют хорошие». Другой очевидец отмечает, что казаки «услужливы, приимчивы, и трезвы, здорового и крепкого сложения и росту немалого. Женщины тоже собою не дурны». Ученые, которых в поездках сопровождали сибирские казаки, отмечают высокую осведомленность, словоохотливость своих спутников, умение безбоязненно высказывать свое собственное мнение.

Многих восхищает трудолюбие женщин, способных выполнять и мужскую работу. В одном из описаний сообщается, что жены казаков «упражняются в летнее время с мужчинами на жатве хлебов и в уборке с полей оного, а также в косьбе сена, в уходе за скотом, в сажени и собирании огородных овощей. Зимою прядут лен и шерсть, из коих ткут для домашнего употребления холст, пестрядь, сукно и сукманину, по большей части для себя».

Как и крестьяне, казаки возделывали огороды, сажали редьку, свеклу, огурцы, горох, лук, чеснок, капусту. При этом подчеркивалось, что картофеля они едят мало, зато «помногу выращивают луку, до сотни пудов для себя и для продажи».

При проектировании оборонительной Новой линии первоначально намечалось ближе 40 верст к линии крестьян не селить, эти земли оставить резервом для размещения отставных казаков и драгун. Но потребность в продовольствии и развитии торговли вынудили администрацию это расстояние сократить до 10-15 верст севернее и 10 верст южнее линии. Первые земли стали называться юртовыми и предназначались для пользования самими казаками, вторые считались войсковыми, сдавались в аренду или в пользование офицерам.

Черноземные увалы по Ишиму сразу же привлекали массу крестьян из Коркиной слободы из-под Тобольска. Заболоченное пространство между Ишимом и Иртышом, под названием Катай, в середине XVIII века было покрыто камышом. Но концу столетия водный режим изменился, появились гривы, годные для пашен, и крестьяне из Абацкой слободы и Сладковской волости стали проникать сюда, устраивать здесь заимки, заводить пашни, а потом основывать новые деревни. Новосельцы выжигали камышовые заросли, по гари, без пахоты, сеяли рожь и снимали хорошие урожаи.

В 1797 году братья Лузины из Абацкой слободы основали деревню Лузину, позже ставшую волостным центром. Вблизи Лузиной Павел Худорожков с тремя сыновьями положил начало Беклемишевой. В 1788 году появилась деревня Лебяжья, в которой записано две семьи - Петра и Алексея Сериковых, всего в них было 9 мужских и 6 женских душ. Несколько позже подселились отставной солдат Яков Кузьминых и крестьянин Василий Луков.

В списке 1799 года впервые названа деревня Лукерьина с двумя семьями - Василия Ташланова и Ефима Лумпова.

В целом, говоря о значении XVIII века в Истории Омского Прииртышья, то следует отметить, что это время занимает особое место. Это период разведки, опробывания сельскохозяйственных угодий наиболее благоприятной лесостепной зоны края. Цепочки селений по берегам рек и вдоль трактов и редких одиночных деревень охватили значительную часть края. Были получены первые хорошие результаты, которые позволили сделать обобщающий вывод о пригодности земель «в Тарском округе лучшие хлебопашные земли находятся по обеим сторонам р. Оши, по возвышенным сторонам рек Иртыша, Ишима и частью Тары. В Омском округе лучшими землями считаются близ рек Оши, Карасука, Иртыша, Оми». Так в описаниях характеризовали земли нашего края.

К началу Х1Х века произошло лишь частичное освоение черноземных увалов лесостепи. Степная зона, заболоченные пространства междуречий Иртыша-Ишима и Иртыша - Оми оставались еще не тронутыми. Делаются первые попытки определения площадей годных для хлебопашества земель. В описании 1790 года по Тарскому уезду определено, что «пахотной земли, сенных покосов, лесных и болотных мест на 43452 версты». В описания 1803 года, когда даны сведения по Тарскому уезду, объединенному с Омским, примерно определена площадь Среднего Прииртышья в 12274322 десятины - в том числе находится в употреблении 563890 десятин пахотной земли и 192372 десятин покосов, 104387 десятин под усадьбами и выгоном.

На всей территории края ревизией 1782 года учтено 48228 душ обоего пола, проживавших в двух городах и 345 поселениях, в том числе (Таблица 1):


Таблица 1

УездыСлободСелПогостовДеревеньЮртТарский уезд45318441Омский уезд26-100-

Для огромной территории такое число населенных пунктов было крайне малым, поэтому и можно назвать XVIII век лишь разведкой угодий края. Разведка давала положительные результаты. Начиналась формироваться добрая слава об омской земле и принимаются меры, в том числе и добрая слава об омской земле и принимаются меры, в том числе и административные для расширения пашни. До середины XVIII века продовольствие в Верхнеиртышские крепости завозилось на дощаниках по Иртышу из Тобольска, что представляло огромные трудности. При заселении лесостепей, в том числе и ссыльными в счет рекрутов, ставилась задача увеличить хлебопашество в южных районах и обеспечить гарнизоны крепостей хлебом местного производства. Делалась попытка организовать казенное хлебопашество при крепостях силами казаков, увеличить десятинную пашню при слободах. Но более результативным становилось хлебопашество оброчных крестьян, по своей воле производящих посевы и в казну сдающих оброчный хлеб. Поэтому в 1765 году десятинная пашня была отменена и все крестьяне переведены на сдачу оброчного хлеба. При этом принимались репрессивные меры для побуждения крестьян к расширению запашки.

Генерал-губернатор Д.И. Чичерин в 1765 году стращал крестьян, «что если в будущем году по числу работников довольно пашни производить не будут, то оные со всеми семействами в Нерчинск на поселение сосланы будут». Еще более строго начальство относилось к ссыльным, чтобы заставить их увеличить пашню. «ленивых и беспутных, - писал губернатор, - я за лучший способ нашел, их сечь приказываю без всякого исследования».

Стремление крестьян, прибывавших в новые районы из малоземельных мест, воспользоваться новыми землями и обеспечить себя запасами хлеба, приводили к увеличению посевов. В какой-то мере воздействовали и угрозы репрессий. Генерал-губернатор Д.И. Чичерин доносил в правительство, «что за три года пашня с 14910 десятин увеличилась до 25320.В 1767 году в уезде было посеяно 8910 десятин ржи и 6294 десятины яровых. На следующий год подготовлено под рожь 10116 десятин. 1763-1765 годы были годами массового притока в Тарский уезд переселенцев из соседних сибирских уездов и расселения в крае ссыльных в счет рекрутов. Это привело к резкому увеличению посевных площадей в Тарском уезде в основном за счет освоения лесостепной зоны, в первую очередь Абацкой степи. Увеличивались посевы и в следующие годы. Если к началу XVIII века общая запашка в сопоставимых границах Тарского уезда составляла лишь 6000 десятин, то в 17770 году она превысила 30 000 десятин. Население за этот период увеличилось в пять раз, запашка выросла в шесть раз.

Уже с конца XVIII века в крае значительное количество хлеба оставалось в остатке. Потребление на человека рассчитывали по 2 четверти и 2 четверика на год, круп по четверику и 4 гарца. На семена отводили из расчета увеличения. Ежегодно такие сведение поступали из уездов и сводились в губернские ведомости. Запасной хлеб определялся по количеству его в амбарах и частично в необмолоченных кладях. Вошло в практику, когда сжатый хлеб свозили в клади, стоящие в поле или гумнах и этот хлеб оставался не обмолоченным.

В северном Тарском уезде в посевах преобладала озимая рожь, в лесостепном Омском уезде больше сеяли пшеницы, ярицы и ячменя.

К началу XIX века накопился достаточный опыт хлебопашества, выработались агротехнические приемы с учетом местных условий. Уже со времен Петра Великого по губерниям и уездам стали составляться описания с включением вопросов по земледелию. В анкете 1784 года включался вопрос «какой материк и плодородие земли, какой хлеб сеют и какой по примеру урожай бывает». В 1790 и 1803 года описания составлял опытный землемер Василий Филимонов и дал полные сведения об агротехнике и составе зерновых культур. О Тарском и Омском уездах в них сообщается: «Грунт земли черный с сизовым оттенком, а снизу гниловатый. Землю пашут сохами на лошадях глубиной на четверть, новую залежную под озимовой хлеб вспахивают весной около 20 мая и боронят. Для ярового новую залежную землю вспашут около 20 мая и боронят, а около 20 июня еще вспашут, а наследующую весну ту землю в последних числах апреля боронят. Сев начинают около 9 мая, а иногда продолжается и далее половины того месяца. Пашут землю сохами на лошадях по два раза, а боронят боронами с железными и деревянными зубьями. Пашут на три поля, которые называются озимое, яровое и паровое… Высевается на десятину ржи одну, а местами и две четверти, пшеницы две четверти, овса 4 и 6 четвертей, ячменю и ярицы по две четверти, конопли две четверти, гороху одна четверть, льну две четверти, репы полгарца, проса восемь Гарцев, гречихи 4 четверти. Жать начинают рожь с 1-го, яровой около 10 числа августа и продолжается до половины сентября. Ужину бывает ржи доброго урожая местами от 500 до 100 снопов с десятины, пшеницы и прочего ярового хлеба от 1000 до 1500 снопов. Хлеб жнут серпами, связывая сперва в снопы, складывают в суслоны и по прошествию некоторого времени свозят с гумна и кладут в клади и для вымолачивания сушат в овинах, обмолачивают в тех же гумнах деревянными на вертюгах молотилами и отделяют от Полевы на ветру. Пашут некоторые семьи от 5-ти, а другие и до 25-ти десятин… Лошадей имеют от 5-ти до 30 и более, рогатого скота от 5 до 25, овец от 5 до 40, свиней от 5 до 15. Женщины так же недурны, упражняются в летнее время вообще с мужчинами на жатве хлеба и в уборке оного с поля, а также и сено приготовляют, упражняются в сажании и собрании огородных овощей. Садят горох, редьку, репу, морковь, огурцы, тыкву, лук, чеснок, бобы, свеклу, капусту, а некоторые салят дыни и арбузы».

В Сибири из-за обилия земель дольше, чем в Европейской России сохранилась переложная система земледелия, когда после 4-6 лет возделывания участки составляли в залежь лет на 20. Поскольку в центре России из-за малоземелья переложная система была заменена трехпольем, высказывались мнения об отсталости земледелия Сибири. Результат хлебопашества измеряется полученным урожаем. В Сибири хлебопашец получал более высокий урожай от своего труда. И высокие урожаи и использование созданных орудий пахоты как раз свидетельствует об успехах сибирского земледелия. Переселенцы из Центральных губерний находили сибирское хлебопашество достаточно развитым и использовали сибирский опыт.

Следующий этап переселений относится к 50-60-м годам XIX века. Наибольший наплыв переселенцев в Западную Сибирь произошел в 1852-1853 годах. Согласно донесениям генерал-губернатора Густафа Гаасфорда в 1852 году водворено 23621 человек, в 1853 году водворено 30419 человек.

К этому времени на территории Исилькульского района было шесть русских поселений: крупные, богатые деревени и станции - Лосевская, Первотаровская, Солонеозерная. Лукерьино, Тетерино, Лебяжье.

Что же заставляло миллионы людей переселяться, бросать обжитые места? Извечной мечтой русского крестьянина была свобода. В 1861 году, после отмены крепостного права, они как будто бы ее получили. Но свободы без земли для человека, занимающегося хлебопашеством, не могло быть - ведь земли принадлежали помещикам и другим землевладельцам, а крестьянской семье досталось не более 2-3 десятин, можно сказать, бросовых земель, да и то эти земли не были цельными, а делились на полоски, перемежавшиеся с помещичьими землями. Чтобы добраться до своих участков, приходилось проезжать по землям помещиков, а за это нужно было платить. Выпасов для скота не было, за пастьбу двух волов основатели Украинки, Ксеньевки и Орловки платили 15 рублей, а за корову - 8 рублей. Пензяки платили за мочку льна в речке, протекавшей по землям помещика по 3 рубля, смоляне платили по 5 рублей за право ходить в лес за грибами. За аренду одной десятины земли платили по 15-30 рублей и по 10 дней отрабатывали на землях помещика в период уборки урожая. Чтобы прокормить семью, мужчины ходили в города на сезонные заработки, бросая на несколько месяцев свои семьи.

Прибывшие переселенцы середины XIX века сыграли важную роль в увеличении производственных сил края, в расширении земледелия. Они принесли в новый край усовершенствованные приемы обработки почвы, привозили мешочки семян с родины.

Водворение большой массы переселенцев, резкое увеличение численности населения дали определенный толчок развития земледелия увеличения посевов и поголовья скота. Начавшиеся межевания и нарезка участков для переселенцев ускорили переход от залежно-переложной системы земледелия к закреплению участков за семьями, к началу переделов земельных участков.

С начала межевания земель возрастают темпы роста посевов в волостях, где проводилось межевание. Крестьяне спешили использовать земли, которые намечались к передаче переселенцам. Происходит увеличение количества посевных площадей.

О земельных просторах в системе хлебопашества в обширном обзоре Тобольской губернии в книге «Список населенных мест по сведениям 1868-1869 годов» сообщается, что «богатые крестьяне распахивают до 70 десятин, а самый бедный одинокий крестьянин, живший своим хозяйством, берет пашню не менее 5 десятин». О землепользовании сообщается: «Большая часть селений не наделена землею, но владеет известным пространством изстари и по захвату. В малоземельных округах ведется трехпольное хозяйство. В тех же местах при изобилии земли пашут года по три и более с ряду, а потом оставляют в залеж, пока земля не покроется травою называемою «ветриницею», которая служит верным признаком возможности новой вспашки».

Землю обрабатывать начинали не ранее половины апреля, жатва начиналась с 20 июля, в это же время поспевали озимые посевы. При обрабатывании полей употреблялись лошади. К полевым орудиям принадлежали обыкновенные сохи в одну лошадь, двухколесная в две лошади, борона с деревянными и железными зубами. Озимь и пшеницу сеяли под борону, а ячмень и овес под соху. Хлеб на семена обмолачивали сыромолотом, остальной же предварительно высушивали в обыкновенных овинах.

В списках имущества, прибывающих переселенцев Воронежской и других центральных губерний, перечисляются из железных материалов: сошники, топоры, лопаты, вилы, из домашней утвари: чугунки, котлы и др.

Почвенно-климатические условия влияли на выбор посевных культур. Если в конце XVIII века в посевах преобладала озимая рожь, то с середины XIX века широко распространяются посевы яровой пшеницы и почти исчезают ярица и полба.

Колонизация, освоение новых территорий - длительный процесс заселения и земледельческого освоения, первых базовых селений и последующий процесс уплотнения поселков хлебопашцев. Вторая половина XIX века и стала периодом уплотнения селений за счет образования заимок - выселок старожилов и водворения переселенцев.

В связи с начавшейся Крымской войной переселения в Сибирь сократились, а позже и совсем прекратилась государственная поддержка переселенцам. В 1854 году в Сибирь прибыло только 776 человек, а в 1855 -367, а в 1856 году организованные переселения прекратились. Переселения возобновились лишь с 1857 года.


2. Влияние строительства Транссибирской магистрали на развитие Исилькульского края


.1 Строительство Сибирской железной дороги и появление на карте новой станции «Исиль-куль»


Важнейшим переломным моментом истории Сибири, а значит и Исилькульского края явилось строительство Великой Сибирской железной дороги.

Россия - величайшая континентальная держава, и надежные транспортные связи между ее удаленными на тысячи верст друг от друга частями многие столетия оставались нерешенной проблемой. Особенно остро это сказывалось в отношениях с Зауральем. Здесь в качестве Транспортных путей использовались в основном реки. В 30-е годы XVI века движение пошло по вновь проложенной сухопутной дороге, Московско-Сибирскому тракту, проходившему чрез территорию Западной Сибири по таежной зоне. В Омском Прииртышье его трасса пролегала от Ишима (Викулово) через болотистый Аевский волок, Знаменку, Тару и далее за Иртыш, на Каинск.

С перемещением земледелия в лесостепную полосу встала необходимость охраны крестьянских деревень и прокладки новых сухопутных дорог. С постройкой крепостей и редутов Новой линии между укреплениями протянулась дорога, которая получила название Линейного тракта - он проходит по северной части современного Исилькульского района. Вслед за Линейным трактом возникла дорога от Омской крепости до Абацкой слободы. В отличие от ранней, через Викулово и Тару, эта дорога стала называться Коммерческим трактом. По нему и по Линейному проходили воинские команды, перевозили вооруженную амуницию, проезжали научные экспедиции, отдельные путешественники. По последнему в 1891 году от Омска на запад проехал наследник Российского престола Николай.

Сухопутные, плохо обустроенные дороги не решали транспортных проблем Сибири. Доставляемые из центральной части Российской империи товары из-за дальнейших перевозок сильно дорожали. Из Сибири же можно было вывозить лишь не слишком объемные грузы - пушнину, золото и др.

С середины ХIХ века в Российской империи развернулось интенсивное железнодорожное строительство. За 20 лет было построено 22 тысячи километров таких путей. Эти пути связывали центр страны с черноморским побережьем, с европейскими странами, с Поволжьем, через Пермь дорога дошла до Екатеринбурга, до Урала.

В проведении Сибирской железной дороги были заинтересованы фабриканты, заводчики и купцы центра России, которые имели давние связи с сибирской окраиной. Идею строительства Сибирской железной дороги активно поддерживали «Общество содействия русской промышленности и торговле», владельцы уральских заводов. Вся русская металлургия жаждала заказов на рельсы и другие материалы для железной дороги столь грандиозных масштабов.

Вместе с тем постройка Сибирской железной дороги служила интересам внешней политики правительства и правящих классов Российской империи: стремлению укрепиться в экономическом и военно-политическом отношении на Дальнем Востоке, овладеть его рынками, расширить сферу своего влияния. На Дальнем Востоке сплетались и сталкивались интересы главных участников и дирижеров мировой политики: старых колониальных держав - Англии, Франции и молодых, быстро набиравших силы, стран - США, Японии, Германии и царской России. Агрессивная политика этих стран ставила под угрозу влияние Российской империи под угрозу влияние России на Дальнем Востоке. Проведение Сибирской железной дороги должно было упрочить позицию России на побережье Тихого океана.

Как внутри России, так и за рубежом появилось много проектов сооружения Сибирской железной дороги. Особую активность проявили капиталисты США. Железнодорожные и финансовые магнаты (преимущественно западного побережья США) выдвинули несколько вариантов строительства и финансирования дороги, настойчиво добивались участия американского бизнеса в сооружении железнодорожных путей. Так, в мае 1890 г. американский генерал Беттерфильд обратился в русское Министерство финансов с предложением образовать комитет для постройки и эксплуатации Сибирской железной дороги на основе гарантии царским правительством в течение 80 лет доходов облигаций американской компании и беспошлинного ввоза американских материалов.

Создавалось даже Сибирско-Аляскинское общество для переброски стальной магистрали через Берингов пролив. Американские дельцы - организаторы этого общества требовали от российского правительства передать им для использования все природные богатства, находящиеся на расстоянии 50 километров в обе стороны от будущей трассы.

Правительство России отклонило эти проекты. В отношении сооружения рельсового пути через Сибирь оно занимало твердую позицию - строить Сибирскую железную дорогу средствами казны без прямого участия иностранного капитала. Покровительствуя отечественной промышленности, правительство шло навстречу интересам заводчиков Юга и Урала, которые не были делить громадные правительственные заказы, связанные с осуществлением грандиозного железнодорожного строительства. Большую роль играли соображения в области внешней политики: царское правительство не желало усиления иностранного капитала на Дальнем Востоке.

Экономические и оборонные нужды требовали укрепления связей с Уралом и Дальним Востоком. По одному из проектов была построена дорога в 1885 году от Екатеринбурга до Тюмени. От Нижнего Новгорода до Перми грузы перевозились пароходами, а дальше - уже железной дорогой. Для улучшения перевозок внутри Сибири в 1883 году начали сооружать Обско - Енисейский канал. Построенная до Тюмени дорога обслуживала незначительный район. Начались длинные споры. Одни считали, что надо продолжить пути на Тюмень, другие защищали проект Самара - Челябинск. Он получил название южного направления. Против него выступили помещики, которые боялись притока сибирского хлеба, который мог стать конкурентом их зерну.

Российский генеральный штаб выступил в поддержку южного варианта. К 1890 году было завершено строительство Самаро-Златоустовской дороги до Челябинска. К этому времени в Канаде были построены стальные пути до Тихого океана. Англия, Япония развивали активность в Китае, на русской дальневосточной границе. Эти обстоятельства побудили российского императора Александра III в 1890 году на одной из докладных о целесообразности прокладки Сибирской железной дороги наложить резолюцию: «Необходимо приступить скорее к постройке этой дороги». После сего повеления был создан Комитет под предводительством наследника российского престола, будущего императора Николая II. Его заместителем стал видный государственный деятель А.Н. Куломзин, который осуществлял фактическое руководство строительством Сибирской железной дороги. Его именем как раз и были названы одна из станций на дороге и несколько переселенческих деревень.

В феврале 1891 года было принято окончательное решение о строительстве Сибирской железной дороги одновременно с двух точек, которые были удалены друг от друга на 7 тысяч километров (от Челябинска и Владивостока), навстречу друг другу. В России к этому времени уже сформировалась большая группа профессионалов - ученых и практиков, к ним относился один из руководителей строительства Самаро-Златоустовской дороги инженер - путеец Николай Георгиевич Михайловский (широко известный как писатель Гарин). Ему и поручили наметить трассу от Челябинска через Курган-Перапаловск-Омск до Оби.

С эпохи Петра Великого в России развивались геодезия и научное картографирование. К концу XIX века были составлены отличные Сибири, и особенно - земель Сибирского казачьего войска. Эти карты и были использованы Гариным - Михайловским. Весной 1891 года экспедиция инженеров - путейцев прошла по местам прокладки будущей Сибирской железной дороги, в том числе и по еще не заселенной территории Омского уезда. Инженеры определили, что дорога пройдет по местности с благоприятным равнинным рельефом чрез реки Тобол, Ишим и Иртыш.

Согласно железнодорожного устава Российской империи, через каждые 40-50 верст следовало сооружать станции, а через 15 - разъезды. На этих станциях должны были иметься объездные пути и водоразливные колонки. Экспедиция определила: вдоль трассы вполне людских и для технических нужд. Одним из таких было озеро Исилькуль, тут и наметили поставить станцию. Инженеры определили, что грунт в обследованных местах пригоден для насыпки полотна дороги, а на черноземах полосы отчуждения можно вырастить снегозащитные полосы. Было выгодно, что в районе озера Исилькуль земли Сибирского казачьего войска несколько отступают на север, и дорога пройдет по казенным свободным землям без компенсационных затрат на их отчуждение.

Из доклада инженеров-путейцев правительственные инстанции получили сведения о благоприятных почвенно-климатических условиях, в отличие от информации, предоставленной администрацией Акмолинской области, где доказывалось, что земли к югу от казацких поселений будто бы не пригодны для хлебопашества. Данные экспедиции Н.Г. Гарина-Михайловского ускорили принятие правительством решений о переселении крестьян в Сибирь, измерении и межевании земель, в первую очередь для будущей Сибирской магистрали.

Первая партия инженеров-путейцев прошла в районе озера Исилькуль в 1891 году. Между Петропавловском и Омском трассу намечали тянуть вдоль русла речки Камышов и цепи горько-соленных озер, остатков этой реки. Сложные задачи стояли перед проектировщиками. Необходимо было выбрать максимально прямое направление, избежать лишних земляных работ при проходке через русло Камышлова, подтвердив железнодорожный устав, который требовал через каждые 40 верст сооружение станции с водораздельными колонками, обследовать озера и убедиться, что воды здесь для удовлетворения всех нужд.

При проведении столь сложных работ не раз, естественно, возникала необходимость выбора верного варианта. На сохранившейся карте 1891 года, например, показан поворот дороги в обход Чистовского и Баранова озер и сделаны пометки о возможных станциях южнее Чистовского редута, у пресного озера Исилькуль. Чистовское озеро было объемное, но ближе 40 верст к станции, предполагавшейся возле редута Медвежьего. Исилькуль же - на подходящем расстоянии, то есть в 40 верстах от упомянутой станции и на равном расстоянии от Омска и Петропаловска. Но озеро Исилькуль не отличалось масштабом, порождало сомнения: может ли оно обеспечить водой станции, обратным депо. В споре участвовала и администрация Акмолинской области. Она высказывалась за то, чтобы подсобная станция располагалась на территории Омского уезда. И вот, на карте 1892 года уже показана станция около озера Исилькуль, название которого и подарило имя будущему городу. Соседние станции первоначально были названы Медвежья и Кочубеево. Позже их переименовали в Булаево и Москаленки.

По первоначальным наметкам на сохранившейся карте можно судить, что линия дороги от Исилькуля несколько отклонялась к северу и должна была пролегать по увалу, где ныне проходит шоссейная дорога, огибая Камышловские озера. Редуты Волчий (современная Волчанка, что вблизи станции Москаленки) и Курганный оставались южнее, что позволяли сокращение затрат на выкуп земель Сибирского казачьего войска, трассу решил пустить прямолинейно, с двухкратным пересечением Камышловского редута. Это оказалось наиболее целесообразным.

При выборе места для станции требовалось указать будущий источник водоснабжения. В 1892 году в связи с этим дана характеристика озера Исилькуль. Было отмечено, что оно пресноводное, глубиной до двух аршин, плес чистый, берега местами песчаные. Как видно отсюда вовсе не следует, что водоем был гнилым, как утверждали некоторые делая, перевод названия озера Исилькуль на русский язык. Портиться и зарастать озеро стало позднее, после прокладки на станцию трехверстного водопровода и постройки водокачки на его берегу.

Изыскательные работы на трассе от Челябинска до Оби в основном были завершены. Проект участка от Омска получил одобрение. В мае 1892 года южнее Омска, на западном берегу Иртыша состоялся молебен, и начались строительные работы на запад от Омска, а с 1893 года началось и встречное движение на восток от Омска, в сторону Оби. Намеченная трасса была обозначена вешками и разбита на участки. Они стали сдаваться подрядчиками для организации работ под контролем техников и инженеров-путейцев.

Строительство, в основном, велось на ровной местности. Но многие ее участки были довольно-таки безлюдными, необжитыми. В то время надо было заново создавать какое-то жилье для постоянных рабочих, строительную базу. К таким участкам относился также Исилькульский.

Когда же начались работы? Из документов следует: лето 1892 года. Место для будущей станции было определено в трех верстах от озера Исилькуль, в лесном массиве. Сначала следовало проделать просеки для телеграфной линии и будущей дороги. О земляных работах за 1892 год не упоминается. При расчистке участка под станции инженеры потребовали корчевать пни срубленных деревьев, что было не предусмотрено сметой. Докладная подрядчика о выдаче дополнительных средств осталась без последствий.

Активные средства начались с 1893 года. В архивах сохранилось напоминание о договоре железнодорожной администрации с абацкими и пановскими крестьянами о заготовке и «вывозке по санному пути соснового леса» для телеграфных столбов и построек - «лесин до 20 аршин и в отрубе от 10 до 12 вершков». К весне на станции уже работала артель плотников и завершалась развозка столбов для телеграфа.

С мая 1893 года начались земляные работы. Из подготовленного в роще в 1892 года карьера началась вывозка грунта под полотно станционных путей. Тогда же началось рытье котлована и копка траншеи для трехверстного водопровода от озера до станции. Чтобы избежать дальнего перевоза кирпича для водонапорной башни и фундаментов построек, было признано необходимым построить кирпичный завод. Выполнением этих задач и завершился сезон 1893 года. Уже появились первые жилые помещения-полуземлянки или избы, так что к 1894 году на станции осели постоянные жители, которыми стали члены плотничьей артели.

В 1894 году темп строительства еще более ускорился. Тысячи местных крестьян и переселенцев были привлечены к земляным работам. Грунт завозили на площадку станции и в насыпь через заболоченный участок между Кухарево и Камышловским озером. Местный кирпичный завод стал поставлять материал для сооружения водокачки. Принимались экстренные меры, чтобы уже в 1894 году пропустить первые поезда до Омска.

После принятия решения о строительстве Транссибирской магистрали в Омск еще с 1891 года стали завозиться различные необходимые материалы и механизмы. На южной окраине, в Атамановском поселке вырос целый городок. На западном берегу Иртыша начал действовать шпало-пропиточный завод. Сюда же с Урала доставлялись рельсы первые паровозы и вагоны.

Сооружение насыпи Сибирской железной дороги велось высокими темпами одновременно в разных местах. Это и позволило установить мировой рекорд скорости строительства. На всех участках ежедневно укладывалось до полутора верст путей, то есть в среднем ежегодно до 700 километров, что значительно больше, чем считавшаяся рекордом укладка в Канаде до 500 километров в год. Этому способствовало, с одной стороны, укрепление финансовой системы страны, а с другой - начавшийся экономический бум, связанный с железнодорожным строительством и оказавший в свою очередь влияние на его ускорение.

Великая транссибирская магистраль создавалась тяжелым трудом многих тысяч рабочих, местных крестьян и переселенцев, талантом и усилиями русских инженеров-путейцев, мастеров и техников. После неурожайных 1890и 1891 годов тысячи разорившихся крестьян бросились в Сибирь на стройки. На строительстве железной дороги работали солдаты, казаки, ссыльные и арестанты.

Общее количество рабочих на сооружении Сибирской магистрали колебалось по годам, но в этом колебании отражались определенные этапы строительства. В начале строительства (1891 г.) работало 9600 чел., в разгар его (1895-1896 гг.) количество рабочих доходило до 84-96 тыс. К концу постройки железной дороги (1904 г.) осталось всего 5300 рабочих.

Условия здесь были, мягко говоря, несладкими. Почти на всем протяжении траса проходила по малозаселенной или безлюдной местности. На тысячи верст раскинулась дремучая, непроходимая, ругающая своей первозданной девственностью сибирская тайга. Вот как описывает один из очевидцев расчистку трассы: «Целые дни, стоя по колена, а иногда и по грудь в рыхлом и мокром снегу, в легкой одежонке, в истоптанных и дырявых лаптях или броднях, рабочие рубят дремучую сибирскую тайгу, оттаскивают могучих великанов в сторону, выкорчевывают громадные пни и коренья. Работа египетская. Нужно ее видеть самому, чтобы ясно представить себе ее изнурительность. Нужно обладать железной волей, удивительной выносливостью, чтобы изо дня в день, по 15-16 часов в сутки, мужественно переносить все эти невзгоды и преодолевать естественные препятствия сибирской суровой природы». Землю рыли только в летнее время, по талой земле, рабочий день продолжался с 3 утра до 9 вечера, с двухчасовым перерывом на обед.

Все работы велись вручную. Главными орудиями были топор, пила, лопата, кайло и тачка. Механизации - никакой, все - вручную. Многие крестьяне прибывали со своими лошадьми. На телегах или передках устраивали опрокидывающиеся ящики, и ими из карьеров подвозился грунт на насыпь дороги. Гужевым транспортом растаскивались телеграфные столбы, для сооружения зданий, на лошадях развозили шпалы и другие материалы.

К началу лета 1892 года намеченная трасса была разбита на участки, обозначена вешками. Участки стали сдаваться подрядчикам для проведения работ под контролем техников и инженеров - путейцев. Многие из подрядчиков уже участвовали в строительстве Самаро-Златоустовской и других дорог и имели соответствующий опыт. Рабочую силу набирали из дальних деревень или из числа прибывших переселенцев.

На все виды работ были составлены сметы, и по ним подрядчики получали деньги, из которых главным исполнителям доставалось крайне мало. Начальством, чиновниками допускались большие злоупотребления. Абацкие крестьяне, к примеру, поставлявшие столбы для телеграфной линии, получали лишь половину из того, что выплачивалось из казны подрядчику. «Тобольские губернские ведомости» писали, что на развозку 100 шпал на линию подрядчик получал 1 рубль 50 копеек, а крестьянам выдавал лишь по 20-25 копеек.

Дело в том, что в России было принято: строительные работы казенных дорог и заводов поручались подрядчикам. Им передавались объекты, выплачивались предусмотренные суммы. Подрядчики привлекали рабочую силу и к обговоренным срокам должны были управиться с заданием. Исилькульский участок испытывал большие трудности с рабочей силой. Старожильческие деревни находились в 60-100 верстах. А больше привлечь крестьян с лошадьми было неоткуда. Дорога прокладывалась по местности, где отсутствовали пресные озера, приходилось издалека завозить воду бочками или копать колодцы. Все это, как и корчевка пней под насыпь, сметами не предусматривалось. Поэтому подрядчики экономили на каких-то других делах, чтобы выполнить незапланированные. При этом допускались злоупотребления, обсчеты, хамство.

При небывало высоких темпах работ строительство магистрали между Челябинском и Курганом, которое было начато в 1892 году было завершено в 1893 году и 4 октября на этом участке открылось движение поездов. Срочно принялись из металла уральских заводов сооружать мост через Тобол и Ишим. И 11 июля 1894 года в Петропавловск пришел первый состав.

июля 1894 года в газете «Степной край» сообщалось, что по случаю начала укладки рельсов за Иртышом инженерами-путейцами было устроено молебствие, а подрядчики предложили обильное угощение, которое сопровождалось многозначительными тостами и речами. Заранее доставленные баржами в Омск паровозы и дрезины развозили рельсы, благодаря чему ежедневно укладывалось до полутора версты стального пути. 14 июля тот же «Степной край» писал, что рельсы ложатся уже на 80 версте - это где-то за Пикетной, около станции Помурино.

Напряженно завершались земляные работы на станции Исилькуль. На отстающий участок Юнино-Карагуга были направлены дополнительные артели строителей. Учитывая высокие темпы продвижения к цели, можно было полагать, что в начале августа 1894 года на станции Исилькуль раздался первый паровозный гудок, доставивший платформы сами. Телеграфная линия вдоль строящейся дороги работала исправно, и известия о тепах стройки в Омск и Петербург. Готовилась торжественная поездка по новой дороге министра путей сообщения с большой группой специалистов.

Встреча 1-го поезда Западно-Сибирской железной дороги и приеме г-на министра путей сообщения, гофмейстера Кривошеина. В это время, где-то около Булаево произошла встреча строителей, шедших из Омска и Петропавловска. Стальные пути сомкнулись. В решении Омской городской думы говорится о встрече первого поезда. Речь идет о том самом правительственном эшелоне из центра страны, поскольку рабочие поезда по участку Петропавловск-Омск уже ходили.

августа 1894 года на западный берег Иртыша, на новую станцию Куломзино, прибыл первый поезд. Он состоял из 10 двухосных вагонов, был украшен еловыми ветками. Двери вагонов были гостеприимно распахнуты. Оркестр Сибирского казачьего войска торжественно сыграл «Встречный марш», а присутствующая публика бросала букеты полевых цветов в раскрытые окна вагонов.

августа в Омск прибыл первый поезд из Челябинска. Учитывая, что скорость движения не превышала 15-17 верст в час, то можно полагать, что во второй половине 24 августа этот поезд проследовал чрез Исилькуль. В поезде с министром ехала большая группа подчиненных ему специалистов ведомства и строителей Сибирской железной дороги, на станции к их приезду была завершена значительная часть работ по подготовке водозаправочной колонки, запаса угля и дров на топливном складе, стрелочных переходов и пр. Правда, оставались еще недоделки, которые устранялись в рабочем порядке.

В «Путеводителе», изданном к поездке министра сообщалось: «Начиная от Петропавловска (в сторону Омска) поезд идет медленно, шатается и трясет ужасно: по объявлению служащих, рельсы еще не совсем укреплены, и вообще дорога отсюда до Омска не закончена». И далее: «Станции - в виде наскоро поставленных бараков, остановки особенно долги - до одного часу 45 минут по расписанию. А в действительности же там, где локомотивы берут воду, и более двух-трех часов. Звонки подаются только на конечных станциях, на всех же остальных поезд трогается сразу по реву паровоза».

И в период строительства, и с началом движения поездов казахи проявляли любопытство, приезжали смотреть на строителей, и на поезда. В упомянутом «Путеводителе» записано: «Киргизы с удивлением встречают появление поезда, некоторые скачут рядом с вагонами на конях, стараясь их обогнать».

Если составители «Путеводителя» уже знали о состоянии трассы между Петропавловском и Омском, следовательно, они уже проезжали на рабочих поездах по этому участку Сибирской железной дороги. Поезд с министром путей сообщения на западный берег Иртыша прибыл 25 августа 1894 года. Где-то за сутки до этого правительственный поезд проследовал через Исилькуль.

Было открыто сначала временное, а потом постоянное движение по Западно-Сибирскому участку новой магистрали, были проложены легкие рельсы нижнетагильского завода Демидова. В последующий период хлопот железнодорожникам не уменьшилось. Достраивались жилые и служебные здания, складские помещения, проводилась подсыпка грунта в местах оседания насыпи.

В 1895 году на карту железных дорог Российской империи была занесена новая станция Исиль-Куль.

В «Путеводителе по Великой Сибирской железной дороге», изданном в 1902 году приводится следующее описание этой станции: «Станция Исиль-Куль - IV класса. При станции - приемный покой, церковь в честь святителей Петра, Алексия, Иоанна, Филиппа и одноклассная начальная церковная школа имени протоирея Иоанна Сергиева. Район влияния станции дает ежегодно для отправки разного груза свыше 100 000 пудов) хлеб, масло, сало, мясо, шерсть».


2.2 Роль Транссибирской магистрали в развитии Исилькульского края


Сибирская железная дорога - монументальное техническое и инженерное сооружение конца XIX - начала XX в. В ней воедино слились и воплотились передовая русская техническая мысль и труд десятков тысяч рабочих и крестьян России. «Великая Сибирская дорога», - писал В.И. Ленин, - (великая не только по своей длине, но безмерному грабежу строителями казенных денег, но безмерной эксплуатации строивших ее рабочих) открыла Сибирь» для капитализма». Транссибирская магистраль пробудила к жизни глухой, изолированный, но щедро одаренный природой сибирский край, она связала его с центрами европейской цивилизации, внесла оживление в развитие экономики, культуры, общественно-политической жизни.

С постройкой Сибирской железной дороги была открыта новая страничка в истории Сибири, и Исилькульского края, как ее части.

Третий этап освоения этого края начался в период строительства железной дороги. Итак, с лета 1894 года через станцию Исилькуль началось движение поездов, вначале рабочих, а потом грузовых и пассажирских. Именно в это время наблюдается большой поток переселенцев на территорию Западной Сибири из Европейской части Российской империи. Уже с весны 1895 года почти ежедневно сюда стали приходить эшелоны. За 1895 год на территории современного Исилькульского района возникло 8 переселенческих поселков: Городище, Украинка, Ксеньевкка, Ночка, Благовещенка, Орловка, Рославка. Станция Исилькуль стала важным пунктом приема эшелонов и их разгрузки. За май - июнь 1895 года сюда прибыло более 50 составов с переселенцами.

Первоначально на Сибирской железной дороге были уложены легкие рельсы, по ним ходили маломощные паровозы типа «ОВ» и «Ш», которые могли перевозить по 8-10 двухосных вагонов, общим весом не более 350 тонн, со скоростью 12-18 верст в час. За сутки пропускалось лишь 3,5 пары поездов. Переселенцев доставляли в грузовых вагонах, на которых стояли надписи: «40 чел. 8 лошадей». На местах отправки переселенцев формировались из 25-30 семей, чтобы разместиться в 8-10 вагонах, 5-6 вагонов предназначались для лошадей, волов, коров, остальные - для людей. Однако нормы не соблюдались, и в вагоны набивалось более чем по 40 человек. Сюда же заносили вещи, в том числе разобранные телеги, плуги, хомуты, а в корзинах перевозили кур и другую живность. Многие мужчины следовали в вагонах с животными, кормили их во время остановок, искали воду, рвали на корм траву.

Продовольствием на долгую дорогу запасались на месте. На стоянках бегали за кипятком, покупали кое-что из съедобного, расходуя значительную часть вывозимых денег.

Эшелоны с мест, из Кременчуга или Орла, шли до Челябинска. Так происходила пересадка в вагоны Сибирской дороги. Времени на это уходило немало. Так что у приезжих была возможность получить информацию о переселенческих участках. Среди них проводились опросы. Собранные таким образом сведения давали представление о экономическом положении переселенцев на родине, о том с какими суммами денег они выезжали в Сибирь.

Летом 1984 года, когда землемеры нарезали участки в Омском уезде, в землеотводных партиях работали прибывшие переселенцы. Они внимательно изучали нарезаемые участки и старались закрепить их за собой. Работавшие с землемерами орловские переселенцы добились, чтобы нарезанный им участок был назван не по озеру Кельтыс, а Орловским. Многие из этого числа переселенцев при основании поселков избирались старостами.

Строящаяся станция Исилькуль к моменту прибытия первых партий переселенцев состояла из трех помещений и небольших складов. Эшелоны останавливались на запасной ветке, за которой закрепилось название «Тюкала». Около ветки была насыпана площадка для разгрузки из вагонов животных и других тяжелых предметов. Около этой площадки мог стоять лишь один вагон. Разгрузив лошадей, волов, коров, мужики пустой вагон отталкивали и подводили другой - с животными. Из других вагонов люди вылезали прямо на откос дороги, сюда же выносили вещи.

Прибывшие с эшелонами, люди регистрировались у переселенческого чиновника, находящегося на станции, и вместе с землемером выезжали на место. Нередко около станции скапливались группы казахов с двухколесными фурами. Они предлагали свои услуги для перевозки, продавали лошадей и других животных. Из основателей Благовещенки наиболее активными были Авраам Лобачев и Иван Плоцкий. В Ночке - Иван Кореков и Тимофей Пальцев. Лобачева избрали старостой поселка, а Плоцкого - его заместителем. Первым старостой Ночки стал Иван Кореков.

При обмеживании участков сразу определялось, сколько мужских душ можно там водворить. На Кусак прибыло 22 смоленских, в составе 62 мужских душ. Участок предназначался на 81 долю. Поэтому к смолянам направили партию харьковчан, возглавляемых Явменом Коренем и Афанасием Коконом. Другую часть их земляков направили к партии смолян, которые размещались на Большом Бугане.

С первыми партиями выезжали землемеры. Они показывали границы участков. Прибывшие сами внимательно знакомились с качеством земли. Понимали: им, и их детям, и внукам здесь жить, работать преуспевать или горе мыкать. Рыли шурф (ямки) и уточняли мощность черноземного слоя, некоторые землю пробовали на зуб. Пока мужчины занимались подобной разведкой, женщины распаковывали вещи, разводили костры, готовили горячую пищу. Получив от переселенцев согласие принять надел и выделенное для усадеб место, землемер проводил первый сход жителей будущего поселка. Составлялся акт на прием участка. Грамотные из прибывших расписывались в акте. Перечислялись имена и фамилии неграмотных, и за них кто-то еще раз расписывался. Акт приемки являлся важнейшим документом. По нему регистрировались переселенцы и включались на проводимые работы, землемер определял место для будущего поселка, пропахивалась линия будущей улицы, и вешками номерами обозначались размеры будущих усадеб - по 082 десятины каждую После проводился добровольный обмен: родственники и кумовья желали строиться рядом, жить соседями. Обычно намечалась двухстороння широкая улица с переулками чрез каждые пять дворов.

На первом сходе в присутствии землемера решался вопрос о названии новой деревни. Во многих случаях увековечивалась прежняя родина переселенцев. Пензенские из Городищенского уезда, первые прибывшие к озеру Исилькуль, свое селение окрестили Городище. Группа украинских переселенцев, водворенных на участок Большой Кундуль, по предложению землемера, оказала дань уважения почтительности цесаревне Ксении, сестре Николая II. Так на карте наряду с Ольгиной, Татьяновкой, носивших имена царских дочерей, появилась Ксеньевка.

На первых сходах избирались старосты поселков. Первыми старостами избирались те, кто хлопотал о земляках, был пробойным, более-менее грамотным, рассудительным, мог обращаться к начальству, ездить в Омск по нуждам односельчан. Имущественное положение прибывших было почти одинаковым. Нарезанные земельные угодья - по 15 десятин на мужскую душу - делили по решению схода. Значительная площадь оставалась для выгона.

На Орловщине, в Смоленской губернии земли по качеству неодинаковые, поэтому делились на мелкие поля и в каждом из них хозяин получал полоску для пользования. Орловские «мерили землю лаптями»: несколько отметок такой обутки - и земельная доля обозначена. Основатели Орловки и Ночки земельные полоски имели в полях.

В Сибири же земли почти одинаковые, черноземные. Поэтому на сходах семьи получали сплошные участки по числу окладных душ, с кого брался налог. И каждый хозяин по-своему решал, какую часть надела распахивать, какую использовать для сенокоса. В Орловке и Ксеньевке, глее имелись солонцы и понижения для сенокосов, эти участки делились по паям. Основатели первых поселков прибывали из коренной Росси, где исстари сохранились сельские общины, которые и решали многие вопросы жизни крестьян. Общинные традиции переносились и в Сибирь. На сходах договаривались о разделе земли, выделении пастбищ, об охране лесных колков, включенных в земельную дачу. В актах о приеме участков указывалось, какую площадь занимают лесные колки, и на первом сходе договаривались, что самовольно рубить лес нельзя, как и пасти в нем скот. Соблюдаемые традиции бережного отношения к лесу помогли сохранить многие колки в лесостепной и степной зонах края.

После наделения землей, происходило устройство быта, который включал в себя строительство жилых построек и обзаведение домашним скотом.

Основатели Украинки, Ксеньевки, прибывшие из степных районов, где для строительства жилищ, применялся саман, перебившись поначалу в землянках, позже возводили саманные хаты и дома.

Типичными были дерновые землянки. На усадебном участке надпихивали дерн, метра на полтора в глубину рыли яму, которую обкладывали нарезанными пластами. Из полученных 50 бревен ставили два столба, на них укладывали слегу и жерди, которые и составляли остов крыши. На верх набрасывали камыш или солому, заливали глиной. В. Орлов обследовавший жилища переселенцев, в том числе Украинки так описывал землянки. Их размеры составляли 3-4 квадратных сажени (15-20 кв. м.) В стенах имелось два окошка в ¾ или ½ аршина в середине - глинобитная печь. «почти в каждой землянке, - далее пишет Орлов, - расстояние между печкой и передней стенкой занято нарами, общей постелью. Под нарами зимой обитают куры, а часто и телята, даже жеребята. Все это население сильно загрязняет хату».

Для пахоты дерна в ковыльной степи, первых загонов пашен, для вывозки купленных строений и леса из казенных дач нужна была тяговая сила - лошади, волы. Перевозить в вагонах, как правило, как правило не более двух голов - лошадь и корову. Русские, прибывшие из Смоленской и Орловской губерний, привозили по лошади и корове на семью. Укранцы, заселявшие Ксеньевку и Украинку, чаще привозили волов. Однако тягловых животных не хватало. С первых дней приходилось покупать у старожилов и киргизов, которые сами приходили с табунами и предлагали купить лошадей, или взять в пары лошадей или волов. Такого количества скота ни у кого не было. Большие затруднения возникали и с плугами. Многие из смолян и орловцев привезли с собой сохи, мощную дернину соха не осиливала. Волей-неволей надо было приобретать плуги.

Таким образом, трудные, рискованные переселения совершали ради получения земли, пахотных участков, достаточных для посева, получения питания для семьи и продажи какой-то части зерна, чтобы вырученными деньгами рассчитаться с налогами и что-то купить для хозяйства и членам семьи. Распашка полей и посевы хлебы были главными в жизни крестьян.

Хотя первые посевы производились переселенцами по богатым черноземам, из-за плохой обработки полей, неважных семян, урожаи получались тощими. В 1900 году из Украинской волости доносили, что урожай составил там по 20-40 пудов с десятины. Позже, когда лучше научились обрабатывать поля, с них стали собирать до 60-80, даже до 100 пудов с десятины новых земель или паров. Как медленно возрастали посевы, видно из помещенной ниже таблицы 2:


Таблица 2. Общий посев в поселках

Название поселковЧисло дворохозяевОбщий посев в десятинах, в т.ч. пшеницы189718981899Украинка135230/200343/300467/357Орловка12865/60255/200310/270Ночка106200/140240/200300/260Ксеньевка146180/150308/293470/370Городище11745/25350/250383/300Павловка4242/40150/100270/200Рославка4432/25142/80150/100Благовещенка3932/2597/67120/80

Переселенцы с Украины, водворенные в Укранке и Ксеньевке, больше распахивали и засеяли земли. Смоленские и орловские, осевшие в Рославке и Благовещенке, меньше имели скота и инвентаря и медленнее распахивали полученные земли. В Благовещенке на 39 дворохозяев было засеяно лишь 32 десятины и на четвертый год (1899) - 120 десятин, в том числе яровой пшеницы - 80 и 35 десятин овса. Зато у смолян и орловцев почти полностью были распаханы приусадебные участки, засажены и засеяны овощами и картофелем. В этом от них значительно отставали украинцы.

В 1912 году по Украинской волости средний посев на двор составило 908 десятины, в том числе в поселках, возникших в 1905-1908 гг., он едва превысил 4 десятины.

Позднее переселенцы получили не лучшие и более мелкие земельные участки. Зато они имели значительные преимущества: прибыв к своим землякам и часто к родственникам, у которых и останавливались на длительное время, имели крышу над головой и получали помощь в распашке первых участков, в получении продовольствия. Например, основатели Добринки и Кудряевки почти весь первый год прожили у своих родственников в Ночке. Они распахивали и первые поля. Основатели Васютино, остановившиеся у земляков в Ксеньевке уже третий год в среднем имели по четыре десятины полевых посевов.

Становление хозяйств переселенцев на новых местах проходило медленно, требовало многолетнего напряженного труда всех членов семей и значительных материальных затрат. На сооружение построек в безлесной степи, распашку вековой целины, обзаведение скотом и инвентарем необходимы были огромные расходы. Экономисты и организаторы переслений считали, что для устройства хозяйства и освоения земельных участков нужно не менее 450 рублей, и хозяйство может стать доходным лишь через 6-8 лет.

При выезде со старых мест, переселенцы имеющиеся у них земельные участки передавали родственникам. Из вырученных после продажи нехитрого имущества сумм, большая часть тратилась при переезде. На новые места прибывали с минимальными сбережениями или совсем без денег. На новые места прибывали с минимальными сбережениями или совсем без денег. Оставалась надежда получить пособие. При опросе 61,5 процента глав семейств сообщили, что они без денег или привезли с собой менее чем по 100 рублей и только 25 процентов заявили, что сберегли более чем по 100 рублей.

Из водворенных в Исилькульском районе, наиболее бедными считались выходцы из Смоленской и Орловской губерний. Большинство их прибывало совершенно без денег. Более-менее «денежными» были многие семьи выходцев из Тамбовской, Пензенской и Полтавской губерний. Словом, можно считать большинство переселенцев, водворенных в поселках Исилькульского района, были самыми настоящими бедняками. Легально прибывавшим по проходным свидетельствам выплачивались пособия на продовольствие и обзаведение хозяйством - по 150-165 рублей. Суммы небольшие, но благодаря им все же можно было перебиться на первых порах, пустить корни.

Пособия выдавались небольшими частями: сначала - по 50 рублей, в последующие разы по 15-20 рублей, и эти выплаты растягивались на полтора-два года. В основном, пособия уходили на питание, покупку скота, семян, инвентаря и леса для построек.

Пособия не покрывали всех расходов, переселенцы во многом себе отказывали на питании, одежде и, выбиваясь из сил, стремились быстрее обзавестись хозяйством, стать на ноги. Многие прибегали к займам и ссудам, в долг брали скот, плуги и другой инвентарь, намереваясь рассчитаться за счет получения хорошего урожая. Но отдача полей была невысокой, долги росли.

Чиновник переселенческого управления А. Морозов, обследовавший хозяйства переселенцев, в том числе Украинки, Ночки, Орловки отмечал Следующее: «Как об общем явлении приходиться говорить о недостатке скота, ничтожной площади и за немногим исключением - о высокой задолженности, поднимающейся до 118 рублей на семью». В числе кредиторов значились многие фирмы, поставлявшие плуги и другой инвентарь, торговцы, обосновавшие в Исилькуле и Павловке, отпускавшие товары под высокие проценты.

Старожилы относились с уважением к переселенцам, предоставляя им беспроцентных ссуд семян, продовольствия. Значительную помощь переселенцам оказывали казахи, снабжая их скотом и ставя условие - рассчитываться хлебом, когда его будет в достатке.

От налогов переселенцы освобождались лишь на первые три года. В учете точно фиксировалось: кто и в каком месяце прибыл, а по истечении трех лет начислялись налоги на мужские души, на которые нарезались земельные доли. Эта группа населения называлась «окладными душами». Налоговые сборы составляли оброк за землю, земские, волостные и сельские сборы и страховка. Украинская волость уже за 1899 год уплатила налогов 2473 рубля 87 копеек, в том числе жители Украинки - 358 рублей, Орловки -323 рубля 89 копеек, Ночки - 227 рублей 29 копеек.

Источниками доходов крестьян являлись продажа хлеба и продуктов животноводства. Некоторые из смолян владели ремеслами и поставляли на продажу сани, телеги и другие мелкие поделки.

В первые годы хлеба с собственных пашен не хватало, продавать было нечего, а налоги взимались исправно и их размеры были значительными. За 1907 год на жителей Городища начислено оброка 485 рублей, земского сбора -203, волостного сбора -176, страховки -333 рубля. Подлежало возврату 483 рубля ссуды. Кроме того, за поселком числилось 1484 рубля 72 копейки недоимок за прошлые годы. Всего село должно было уплатить 3669 рублей 93 копейки, или по 31 рублю 37 копеек с семьи. Из волостного правления налоговому инспектору сообщали, что урожай 1907 года ниже среднего и хлеба в избытке не будет, а потому с уплатой налогов возникнет напряженность. Аналогичные сообщения поступали из сел Украинской волости.

Лишь через 5-8 лет при хороших урожаях в поселках появляются избытки хлеба, его стали вывозить на приемные пункты станции Исилькуль, предоставлять вновь прибывающим переселенцам.

Строительство Сибирской железной дороги и начало ее эксплуатации дали мощный толчок развитию товарно-денежных отношений Сибири, специализации сельскохозяйственных районов на производстве для рынка товарного зерна, масла с учетом природных условий. В селах северной лесной части Исилькульского района с конца девятнадцатого века развивается молочное животноводство. Из документов 1912 года видно, что в Лукерьиной, Тетерьей, Лебяжьей в срежнем на двор приходилось до 12 голов крупного рогатого скота, в том числе по 5,5 коров и лишь по 4-6 десятин посевов. В переселенческих поселках Украинской волости, располагавших богатыми черноземными землями и ограниченными водными ресурсами, приходилось на двор по 10-12 десятин посевов и лишь по 2 коровы. В лесной зоне держали коров для производства масла на рынок и сеяли хлеба в основном для себя. В степных поселках занимались в основном выращиванием на продажу, держали рабочий скот, а также - коров, от которых получали молоко для собственных нужд.

Железная дорога прошла по лесостепной зоне Прииртышья и разделила районы на животноводческие - на севере и хлебные - на юге. Станция Исилькуль стала принимать продукцию от животноводческих и зерновых хозяйств. При анализе доходов крестьян экономисты подсчитали, что при среднем урожае хлеборобы степной зоны получали от продажи зерна с десятины по 18-22 рубля, от сдачи молока от одной коровы по 20-25 рублей. По трудовым затратам легче было содержать дойную корову, чем обработать пашни. Но решающую роль играли природные условия. Тетерья, Лукерьина, Лосево, Петротаровка располагали огромными площадями пастбищ и сенокосов. Там имелись пресноводные озера. В степной зоне таких возможностей не было. Особо острой оставалась проблема водоснабжения. Возле некоторых поселков задерживались в понижениях лишь вешние воды. Сл второй половины лета, в засушливые годы и пораньше, скот поили из колодцев. Жители Орловки воду возили из озерка за 6 верст, а зимой пользовались льдом и снегом. В этих условиях содержать много скота было невозможно. Зерна зато сеяли больше, излишки его отправляли на рынок. Полтавская и Украинская волости стали поставщиками хлеба на станцию Исилькуль.

Из лесных волостей (Лузинская, Лебяженсмкая, Драгунская, Больше-Песчанская) и даже из-под Тюкалиска к железной дороге доставлялось масло и другие продукты скотоводства. В описании старожильческих и переселенческих деревень Лузинской, Драгунской и других волостей сообщается, что «хлеб сеют для себя, в среднем на двор по 2 десятины пшеницы, по 3 десятины овса.». Молочное хозяйство находится в цветущем состоянии «благодаря сильно развитому скотоводству».

Развитие экономики скотоводческих и хлебопроизводящих хозяйств обеспечивали поставку грузов на станцию Исилькуль, развитие станционного поселка и примыкающих к нему деревень Павловки и Городища, а также рыночной торговли. Приказом Акмолинского областного правления от 26 сентября 1899 года за №509 были торжки еженедельно по субботам в Городище и по пятницам - в Украинке.

Уже первые ярмарочные сборы привлекли большую группу казахов со скотом, торговцев из открывшихся складов и магазинов Павлова из Омска и Петропаловска и даже с Урала. Местные кустари Рословки, Благовещенки поставляли сани, тележные ходы, отделы колеса, бороны, хомуты и другие предметы упряжи. Развивающийся рынок сбыта привлекал в Исилькуль кустарей и ремесленников. По сведениям 1916 года, в станционном поселке, выделенном в отдельную волость, когда каждый третий дворохозяин занимался ремеслом, а в Городещенской волости - каждый четвертый. Практиковались кузнечное, столярное, сапожное, чеботарное, пимокатное ремесла, выделка овчин. Значительная часть жителей привлекалась к погрузочно-разгрузочным работам на станции.

Грузы на вывоз взвешивались и учитывались в пудах. Стремительно увеличивался вес хлебных грузов. В 19000 году со станции Исилькуль было отправлено 4073 пудов, в 1901 году - 9523, в 1903 -70170 и в 1905 году - 140426 пудов хлебных грузов, в основном - пшеницы.

Наибольших показателей вывоз хлеба, масла и других товаров достиг в 1913 году. Тогда было отправлено 2121199 пудов, в том числе пшеницы - 1818474 пуда. Кроме того, 31954 пула муки. Значительную часть грузов составляли продукты животноводства. В 1905 году из Исилькуля отправлено 41503 пуда масла, 41503 пуда мяса, 400 голов крупного рогатого скота, 20373 пудов кож, 3628 пудов овчины, 6266 пудов шерсти. Все это - результат упорного труда местных крестьян. Отдельного учета продажи товаров по поселкам, волостным хозяйствам не велось. Но безошибочно можно сказать, что значительная часть была произведена крестьянами сел Исилькульского района.

На станцию прибывали грузы и для местного потребления. Много поступало леса, дров, керосина, мануфактуры. В 1913 году разгружено 7794 пуда мануфактуры. В том числе -6905 пудов хлопчатобумажных тканей.

С укреплением переселенческих хозяйств растут покупки сельскохозяйственных машин. Их привоз учитываются не по количеству штук, в пудах. В 1913 году было разгружено земледельческих машин 94 пудов.

Наличие сельскохозяйственных машин в хозяйствах - один из показателей развития экономики. Исследователь истории сибирского крестьянства Л. Горюшкин приводит сведения, что в Европейской России один плуг приходится на два хозяйства, жнейка - на 19, сенокосилка - на 50 хозяйств. По сельскохозяйственным переписям 1916 и 12917 годов в Украинской волости на 2117 хозяйств имелось 1769 плугов, 644 жнейки и 213 сенокосилок. Еще лучше были обеспечены машинами животноводческие селения, получавшие хорошие доходы от сдачи молока. В Лосевской на 158 хозяйств имелось 316 плугов и 104 сенокосилки, в Лебяженской гп 1967 хозяйств -12 сох (большинство уже не употреблялось), 1511 плугов, 42 лобогрейки, 28 самосбросок, 32 самовязи, 519 сенкосилок. Показано, что и кос (литовок) имелось в каждой семье по 2-4 штуки.

Использование машин поднимало производительность труда, создавало условия для наращивания прибавочного продукта. В этой обстановке усиливалось имущественное неравенство. В хлебопроизвродящих, а особенно- в маслодельческих, селах выделяются группы хозяйств с большими посевами и большими стадами скота. В Украинке Максим Китченко имел два плуга, лобогрейку, сеялку и засевал до 30 десятин. Такое же хозяйство было у Сергея Ведя. В Ксеньевке многопосевными были хозяйства Матвея Тавы, Степана Корниенко. В Лукерьиной выделялись хозяйства Степана Ерофеева, Даниила Бочанцова, имевших до 20 дойных коров. Члены этих семейств были заняты круглый год напряженным трудом, на летний период сенокоса и уборки хлеба привлекали наемных работников.

Крепло и росло остальных старожилов и переселенцев. Вес они поставляли хлеб и продукты животноводства на рынок. Шумными и многолюдными стали ярмарки и торжки. С 1905 года началось заселение арендаторских участков на землях сибирских казаков, где в основном селились немецкие колонисты из Поволжья и других мест. Эти группы прибывали с большими запасами денег и значительным числом скота и разнообразного инвентаря. Если русские и украинские переселенцы прибывали партиями в 20-25 семей в эшелонах из 8-10 вагонов, то колонисты приезжали по 5-10 семей в таких же составах. Поэтому с первых дней отмечалась лучшая устроенность поселков арендаторов, больше поголовье скота. Они уже на второй-третий год распахивали отведенные им земли, получали хорошие урожаи и становились поставщиками товарного хлеба. В поселках арендаторов была и большая концентрация разнообразных машин.

Хозяйственное обзаведение прибывающих зависело от суммы сбереженных денег, привезенного имущества и инвентаря, а также от состава семей, наличия в них рабочих рук. Кое-где на восемь едоков приходилась лишь пара рабочих, но были семьи с семью-восемью мужчинами в рабочем возрасте. В Орловке таким потенциалом обладали дома Якова Носова и Павла Нестерова. Эти семьи уже через 5 лет имели на усадьбах деревянные постройки, по два плуга, по лобогрейке и сенокосилке. А вот семьи Василия Ливинца и Бориса Апохова многие годы оставались однолошадными и засевали лишь по 3 десятины. В Ксеньевке, в первые годы выделились дома Андрея Шевченко и Степана Корниенко, в которых имелось по 5 человек в рабочем возрасте, дети с 7-8 лет работали со старшими коногонами, копновозами. Эти семьи раньше других стали на ноги и первыми стали вывозить хлеб на рынок.

Все обследователи и путешественники, изучавшие экономику хозяйств старожилов и переселенцев, отмечали исключительное трудолюбие крестьян и прибывающих переселенцев. Если тверской или орловский крестьянин на обработку своих 2-4 десятин тратил 30-40 рабочих дней, а на уход за одной лошадью и коровой лишь по нескольку часов в день, то сибирский крестьянин при более суровых климатических условиях, на посев 10-15 десятин и содержание 6-12 коров и лошадей тратил в 4-7 раз больше. Круглый год сибиряки были заняты полевыми работами, сенокосом, заготовкой топлива, поездками на дальние расстояния. Путешественники в селах европейской России могли видеть в рабочие сезоны сидящих на завалинках баб и мужиков или гуляк в кабаках. Однако в Сибири таких картин не наблюдалось.

Заселение и экономическое развитие огромного района, примыкающего к Исилькулю, способствовало превращению станции в крупный и транспортный и торговый узел. Население станционного поселка быстро прирастало железнодорожными служащими, рабочими предприятий, обслуживающих сельское население. Увеличивалось число ремесленников, кустарей, то и дело возникали различные склады и торговые точки - магазины и мелочные лавки. Быстро увеличивалось население прилегающих к станции поселков - Павловки и Городища. Отмежеванная для станции и дороги территории была застроено плотно. Многие из приезжающих торговцев и предпринимателей арендовали для своих нужд земельные участки у Павловских и городищенских крестьян.

В газете «Омский вестник» 4 марта 1912 года была опубликована статья об Исилькуле. В ней ссобщалось, что станционный поселок и деревни Павловка и Городище бурно росли в 1906-1911 годах. Исиль-Куль (таким было написание в прошлом» «с конца 1905 года начинает быстро развиваться, - говорится в заметке. - Вместе с ростом населения, растет и экономико-торговая жизнь. Открываются комиссионные конторы по скупке масла, хлеба, мяса, дичи, сала и прочих продуктов, склады сельскохозяйственных машин, мелочные мануфактурные лавки, оптовые склады. Ежегодный денежный оборот достиг нескольких сот тысяч рублей. Базары значительно увеличились, привоз продуктов достиг 1000 возов, тогда как раньше колебался от 20 до 30 возов».

На средства железнодорожной администрации была построена школа, которая открыла свои двери 18 февраля 1898 года. В конце 1897 года был построен храм во имя святителей московских Петра, Алексея, Ионы и Филиппа, и 18 января 1898 года состоялось его освящение. В 1911 году открылось городское училище, существовали десять лавок с красным товаром, три склада земледельческих орудий Чигагской «Компании жатвенных машин» Дюртнга, Мак-Кормика, «Зингер», лесной склад, винная лавка, харчевня. Был и базар, окруженный лавками и складами купцов Рудаковых, Дмитриевых, Цицингов, Грязновых.

О грузообороте станции Исилькуль - такие данные: отправлено грузов 1900 г. - 124831 пудов, 1909 г. - 1024196 пудов, за 1910 г. он достиг 3 миллиона пудов, 1911 сдавалось до 4 миллионов пудов. По количеству отправленных пассажиров, переселенцев, воинских чинов, арестантов, конвойных: 1900 г. - 2708 чел., 1909 г. - 15324 человека. По количеству прибывших грузов (в пудах): 1900 г. - 64233, 1909 г. - 756615.

Быстрыми темпами растет торговля. В 1909 году уже достаточно развита сеть магазинов и лавок, ежегодно проводились три ярмарки. Росла и перерабатывающая сфера, так три паровые мельницы товарищества «Дон» Комаровского и Гильдебранта производили муку, которой загружали 2400 вагонов; кожевенные заводы Горяева и Варварова обрабатывали и отправляли до трех тысяч шкур в год; кустарное производство мыло Никулина производило и отправляло до 3 тысяч пудов мыла.

В обзоре Акмолинской области за 1915 год сообщается: «Станция Исилькуль становится сравнительно крупным пунктом по торговле, отгрузке зерна и продуктов животноводства. Так: в 1915 году со станции Исилькуль отправлено пшеницы 1 миллион 74857 пудов, ржи - 2910 пудов, овса - 2155 пудов, мяса - 17561 пуд. Одновременно Исилькуль стал экспортировать сливочное масло».

Таким образом, в данной главе было показан процесс развития и становления Исилькульского края, который сопровождался процессом переселения крестьян из Европейской России на территорию Западной Сибири. Этот процесс можно условно разбить на три этапа: 1 этап начался в 1752-1755 годах, когда сюда стали прибывать казаки, которые создавали укрепленные редуты и крепости. Второй этап освоения здешних мест начался со времени прибытия переселенце. До 1830 года сюда приехали на свободные земли крестьяне из Смоленской, Полтавской, Тамбовской губерний. Третий этап связан со строительством железной дороги. Строительство последней повлияло на строительство промышленности и способствовало бурному росту экономики, налаживанию связей между Европейской части Российской империи и территории Западной Сибири.

Со строительством Транссибирской магистрали происходит рост численности населения, происходит активизация его деятельности, быстрыми темпами развивается торговля, ст. Исилькуль становится крупным пунктом по торговле и отгрузке товаров. В 1895 году гудок паровоза ознаменовал появление на карте Исилькуля. После строительства Транссибирской магистрали с таким названием здесь сначала появилась маленькая станция, а потом и город.

После проведения переписи населения, в 1920 году, были получены подробные сведения о составе населения Исилькуля. В городе проживало более 690 отдельных дворохозяйств и семей, в них - 3623 мужских и 3747 женских душ. В основном он представлял еще сельское население. Кроме железнодорожников, 264 семьи занимались промыслами. Более всего в Исилькуле было сапожников, портных, кузнецов, плотников, столяров. Самыми крупными предприятиями являлись паровые мельницы и кирпичные заводы.

С ростом экономического и управленческого значения района, ревком вышел с предложением в Омский губревком о преобразовании Исилькуля в город. С 1920 года во всех документах до 1924 года район называется городом.

В 1921 году Исилькуль был включён в состав Киргизской АССР, исходя из национального состава. Лишь после многочисленных жалоб и прошений ВЦИК от 28 мая 1922 года Исилькуль был причислен к Омскому округу. При утверждении в 1924 году районов, Сибревком постановил определить Исилькуль как районный центр. С 1924 года Исилькуль снова стал селом. И лишь в 1939 г. получил статус поселка городского типа.

В 1929 году курсы школьных работников были преобразованы в Педагогический техникум, так начинается история Педагогического колледжа. Через десять лет появляется еще одно профобразовательное учреждение - ПУ-28.

В годы войны в Исилькуль, как и в многие другие сибирские города, были эвакуированы люди с европейской части союза. В Исилькуле, в школе, располагался госпиталь. Так же город был важным звеном между РСФСР и Казахстаном. Многие из эвакуированных так и остались в Исилькуле, благодаря чему в 1945 году он получил статус города с 18 тысячным населением.


Заключение


В конце XIX - начале XX в. Сибирь представляла собой отсталую окраину России с немногочисленным населением, слаборазвитой промышленностью и торговлей. Отсутствие современных путей сообщения создавало определенные трудности в развитии экономики региона ввиду его большой территории. В связи с этим, принятое решение о строительстве в Сибири железных дорог открыло широчайшие возможности для преобразования ее промышленности.

Именно благодаря Транссибу за Уралом появилось большое количество новых городов, в частности Исилькуль, поселков, предприятий, появились новые промышленные центры. Сама железная дорога с ее парком локомотивов и вагонов, сетью вокзалов, складских помещений, депо и ремонтных мастерских явилась совершенно новой и громадной отраслью материального производства в сибирской экономике. Проведение железной дороги способствовало установлению более тесных экономических связей между Центральной Россией и Зауральским краем.

Магистраль способствовала ускоренному развитию Исилькульского края, усиливала приток крестьян-переселенцев из центра России. Она внесла переворот в деревни, дала толчок массовому переселению людей. Осваивались новые территории, значительно возросла товарность сельского хозяйства. Прежде годами хранимые в закромах продукты земледелия и скотоводства стали активно раскупаться приезжими, тем самым, стимулируя развитие сельского хозяйства. Активно стали приезжать закупщики хлеба, шерсти, масла, льна, мехов, продуктов скотоводства.

Транссиб - это также дорога, давшая толчок освоению восточных районов и вовлекшая их в экономическую жизнь остальной части громадной страны.

Трудно переоценить значение строительства Транссибирской магистрали на развитие Исилькульского края. Транссибирская магистраль дала мощный толчок в экономическом, политическом, социальном, культурном развитии края.

Возросший экономический потенциал Исилькульского муниципального района, концентрация бюджетных и административных ресурсов на решение задач, способствующих повышению уровня жизни населения, позволили существенно продвинуться на пути решения важнейших проблем. Исилькульский район - приграничный, а Исилькуль является своеобразными воротами Сибири и Омской области.

Современный Исилькуль - это достаточно большой населенный пункт с благоустроенными улицами и отлично развитой инфраструктурой, в котором проживает 28 000 человек. В перечне компаний Исилькуля можно увидеть как сельскохозяйственные, так и промышленные предприятия. Сельское хозяйство было и остается главной отраслью экономики района. Аграрная реформа предопределила ряд структурных изменений, касающихся состава сельских товаропроизводителей и отраслевой структуры сельскохозяйственного производства. Одной из самых крупных сельскохозяйственных исилькульских организаций, обозначенных на карте Исилькуля, является Исилькульский элеватор, на котором осуществляется заготовка и хранение зерна. Среди животноводческих объектов, представленных в реестре предприятий Исилькуля и Исилькульского района, можно выделить: ОПХ «Боевое», ЗАО «Новорождественское», ЗАО «Первотаровское», ЗАО «Украинское» и другие сельскохозяйственные исилькульские предприятия.

Производством промышленной продукции в районе занимается 25 организаций, в том числе 8 крупных и средних промышленных организаций, 10 непромышленных (сельскохозяйственных), семь малых. Доля промышленных предприятий района в общем объеме производства промышленной продукции составляет всего 16%. Основными производителями промышленной продукции в районе являются сельскохозяйственные предприятия.

Кроме этого в районе успешно функционируют такие предприятия пищевой промышленности, как: маслодельный комбинат ОАО «Вита» и ООО «Исилькульский мясокомбинат». Не стоит забывать и о деятельности местных строительных организаций: механизированная ПМК «Исилькульская-2» и «Исилькульский ремстройучасток», которые обозначены в каталоге фирм Исилькуля. Информацию о деятельности этих и других промышленных объектов района можно узнать из справочника организаций Исилькуля.

Также в списке учреждений Исилькуля и Исилькульского района находятся магазины, салоны красоты, общеобразовательные школы, дошкольные учреждения, медицинские учреждения, библиотеки и дома культуры. А не так давно в культурной жизни местных жителей произошло два очень важных события: закончилось строительство ледового катка на 800 мест, и был капитально отремонтирован Дворец культуры.

Приведенные данные свидетельствуют о том, что город Исилькуль с находящейся при нем железнодорожной станцией стал важным пунктом для транзита грузов, сельскохозяйственные товары нашли себе выход на рынок. С проведением Сибирской железной дороги начался беспримерно быстрый рост Исилькуля.

Таким образом, в связи со строительством Транссибирской железнодорожной магистрали в Исилькульском крае возникли новые населенные пункты; села, расположенные вдоль магистрали, начали интенсивно развиваться; населенные пункты, находящиеся на пересечении железнодорожных путей, стали крупными транспортными и торгово-промышленными центрами.

Сегодня этот замечательный уголок нашего сибирского региона остается достойным преемником добрых традиций и кузницей высокопрофессиональных кадров, пополнивших золотой фонд Прииртышья.

Литература


1.Александров В.А. Русское население Сибири XVII - начале XVIII в. - М., 1967

.Афанасьев В.М. Исилькуль - город-крепость., // Омские единоросы., 2007., 27.05.

.Белавин А.М. Страницы истории земли Пермской. - М.: Книжный мир, 1996

.Бережной Ю.Д. Исилькуль. Города Омской области. - Омск., 1989

.Борзунов В.Ф. Пролетариат Сибири и Дальнего Востока накануне первой русской революции. - М., 1965.

.Быкова А.Г., Рыженко В.Г. Культура Западной Сибири: История и современность. Омск, 2002.

.Вдовин И. Сто лет назад. // Знамя (подшивка местной газеты «Знамя», за периоды, г. Исилькуль), 1985, 14.05

.Вдовин И. Сто лет назад // Знамя, 1995, №14, С. 3; Обаева Е. Пусть не самый красивый и не самый большой. // Знамя, 2005, 22.07

.Вибе П.П. Заселение Тарских урманов. Земля сибирская, дальневосточная. №3. 1987 г.

.Всеподданнейший отчет статс-секретаря Куломзина по поездке в Сибирь для ознакомления с положением переселенческого дела. Сиб. 1896 г. с. 173

.Гендель Г. Станции Исилькуль -105 лет. // Знамя., 10.10.2000

.Гензель Г. Станции Исилькуль - 105 лет. // Знамя, 2000, 10.10

.Гензель Г. За землей волей. // Знамя, 1998, 15.10. С. 3

.Громов О. Рассказы о моем городе. // Знамя., 1972-1973 гг.

.Громов О. Исилькуль. Райцентры Омской области. - Омск., 1992

.Гумилев Л.Н. От Руси к России. - М., 1992.

.Голебецкий И.С. Села, рабочие поселки и города Омской области. - Омск., 1970, С. 15

.Ермакова А. Переселенческое движение.. // Знамя, 2005, 2.08

.Залужная Д.В. Транссибирская магистраль: её прошлое и настоящее. Исторический очерк - М.: Мысль 1980 г., С. 3-20.

20.Зиновьев В.П. Особенности перехода Сибири от аграрного общества к индустриальному [Электронный ресурс]: #"justify">.Зиновьев В.П. Сибирь в экономике России XVIII - начале ХХ вв. // Сибирь в составе России. XIX - начало ХХ вв. Томск, 2002. С. 29 - 30.

.Знаменательные и памятные даты Омского Прииртышья - Омск., 2005

23.Ермакова А. Пересленческое движение. // Знамя, 1005, 2.08

.Исилькуль // Иртышский вертоград. - М., 1998, С. 28-31 Исилькуль //

.Исилькуль. На Транссибирской магистрали: Очерки истории города и района. - Омск., 1995

.История крестьянства Сибири. - Новосибирск., 1991

.История Сибири. - Л., 1967-1968. тт. 1-5

.История Сибири. / Под ред. А.П. Окладникова - Л., 1967-1969

.Колесников А.Д. Основание Омской крепости и ее роль в населении Прииртышья. Известия Омского отдела географического общества. - Омск, 1965

30.Колесников А.Д. Омская пашня. - Омск., 1999

31.Колесников А.Д. Памятники и памятные места Омска и Омской области. - Омск., 1987

.Колесников А.Д. Русское население Западной Сибири в XVIII - начале XIX вв. - Омск., 1973

.Колесников А.Д. Русское население Западной Сибири в XVIII - начале XIX вв. - Омск., 1973; Он же. Памятники и памятные места Омска и области. - Омск., 1987; Он же. Основание Омской крепости и ее роль в заселении прииртышья. // Известия Омского отдела Георгафического общества Союза СССР Вып.7, 1965 г.; Он же. Омская пашня. - Омск, 1999

.Коллектив авторов (Фадеев Г.Г. и др.) Ред.-сост.: С.П. Богатко, Т.Л. Пашкова. Железные дороги России. СПБ, 1996., С. 4-34.

.Краткий исторический очерк колонизации Томской губернии. - Томск., 1911, С. 29

.Ленин В.И. ПСС, Т.5, С. 82

.Лившиц В.Н. Транспорт за 100 лет // Россия в окружающем мире / В.Н. Лившиц. - М.: 2002.

.Манякин С.И. Сибирь далекая и близкая. - М., 1978

.Миллер Г.Ф. История Сибири. Т.1. - М., 1937

.Минжуренко А.В. Устройство и становление переселенческих хозяйств Западной Сибири в конце XIX - начало XX вв., Томск 1984 г.

41.Минжурснко А.В. Влияние природно-географического фактора на устройство переселенцев Сибири В.кн. Проблемы исторической демографии. Томск. 1980 г. с. 269


.Нарочницкий. А.Л. Экспансия США на Дальнем Востоке в 1886-1894 гг. // Ученые записки Московского педагогического института им. В.П. Потемкина., Т.15, 1953

.Николаев А.С. Единая транспортная система / А.С. Николаев. - М.: Лицей, 2001.

.Новая иллюстрированная энциклопедия. Кн. 10. - М.: Большая Российская энциклопедия. 2000. С 10.

.Новосибирск. Энциклопедия. / Под ред. Попова А.М. - Новосибирск, 2003.

.Обаева Е. Пусть не самый красивый и не самый большой. // Знамя, 2005, 22.07

.Островский И.В. Сельскохозяйственные навыки Сибирского крестьянства в период империализма (Земледельческое освоение Сибири в конце XVII начале XX века.) Трудовые традиции крестьянства. Новосибирск. Наука 1985 г.

.От Урала до Енисея /народы Западной и Средней Сибири/. Кн. 1. Томск, 1995.

.Палашенков А.Ф. Памятники и памятные места Омска и Омской области. - Омск., 1967

.Петров И.Ф. В камне и бронзе. - Омск., 1981

51.Поктишевский В.В. Заселение Сибири. Иркутск 1951 г.

.Пронин В.И. Влияние трудовых традиций крестьян на развитие земледелия в Сибири в конце XIX начале XX вв. // «Земледельческое освоение Сибири в конце XVII начале XX века.» Трудовые традиции крестьянства. Новосибирск. Наука 1985 г.

.Путеводитель по Великой Сибирской железной дороге. - СПб, 1901-1902, С. 102

54.Региональные процессы в Сибири в контексте российской и мировой истории. Материалы всероссийской научной конференции. Новосибирск, 1998.

.Саблер С.В., Сосновский. И.В. Сибирская железная дорога в ее прошлом и настоящем. - СПб, 1903

.Северный вестник., - СПб., 1895, №10, С. 9

.Сергеев В.И. К вопросу о походе в Сибирь дружины Ермака. // Вопросы истории., 1959, №1

.Сибирское соглашение: политика, экономика, наука, культура 19 сибирских регионов: Справочник. - Новосибирск, 2005.

.Сибирская железная дорога в прошлом и настоящем. - СПб., 1903; Обзор коммерческой деятельности Сибирской железной дороги за 10 лет. - Томск., 1904; Путеводитель по Сибирской железной дороге. - СПб., 1901-1902; Справочные сведения о переселенческих селениях и участках Акмолинского переселенческого района. - Омск, 1911; Материалы по обследованию переселенческого хозяйства в Степном крае. - СПб, 1905, Ч. 1-3; Статистические данные по анкетному обследованию переселенческого хозяйства в Степном крае за 1909 г. - Омск., 1911; Справочная книга Омской епархии. / Сост. И. Голошубин., - Омск., 1914 г.

.Скопин А.Ю. Экономическая география России / А.Ю. Скопин. - М.: Проспект, 2003.

.Словцов П.А. Историческое обозрение Сибири. - СПб, 1899

.Степынин. Колонизация Енисейской губернии в эпоху капитализма. - Красноярск., 1962, С. 74

.Стовровский Я.Ф. Алексеев В.В. Переселение в Сибирь прямое и обратное движение переселенцев семейных, одиноких, на заработки. Выпуск XVII Сиб. 1906 г.

.Тархов С.А. Транспорт и связь / С.А. Тархов. - М.: Просвещение, 2004.

.Туралипов Н. Переселенческое движение в 1909 г. Вопросы колонизации №6 1910

.Шиловский М.В. Сибирь в ХХ веке: некоторые итоги развития // Вопросы истории Сибири ХХ века. Новосибирск, 2001. Вып. 5. С. 3 - 24.

.Шинкарев Л.И. Сибирь: откуда она пошла и куда идет. - Новосибирск, 1985.

.Шиша А. Роль иностранного капитала в экономической жизни Сибири. - Новосибирск., 1923

.Шишкина Л.Н. Транспортная система России / Шишкина Л.Н. - М.: 2003.

.Шунков В.И. Очерки по истории земледелия Сибири. - М., 1956

.Этапы большого пути (Очерки истории Омской железной дороги). - Омск., 1958

.Юрасова М.К. Города Омской области. - Омск, 1958

.Ямзин И. Переселенческое движение в России с момента освобождения крестьян. Киев 1912


Теги: Влияние строительства Транссибирской магистрали на развитие Исилькульского края  Диплом  История
Просмотров: 34280
Найти в Wikkipedia статьи с фразой: Влияние строительства Транссибирской магистрали на развитие Исилькульского края
Назад