Демографический облик кубанского казачества в годы НЭПа

МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение

высшего профессионального образования

«Кубанский государственный университет»

(ФГБОУ ВПО «КубГУ»)

ФИСМО

Кафедра новейшей отечественной истории


ДИПЛОМНАЯ РАБОТА

Демографический облик кубанского казачества в годы НЭПа


Работу выполнил

Р.А. Филоненко

Группа «А», факультет истории, социологии и

международных отношений, специальность 030401 - История

Нормоконтролер

М.Ю. Макаренко


Краснодар 2013

СОДЕРЖАНИЕ

кубанское казачество культура быт

ВВЕДЕНИЕ

1.Внутренняя политика СССР в сложной экономической и политической ситуации. Позиция казаков

2.Версии о происхождении казачества и мнения наших современников по вопросу

3.Исторические особенности социально-демографической ситуации на казачьем Юге России в годы НЭПа

3.1Политико-демографические аспекты ситуации, сложившейся в 1920-е годы

3.2Быт и культура Кубанских казаков в годы НЭП

3.3Казачество по национальному составу

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННЫХ ИСТОЧНИКОВ И ЛИТЕРАТУРЫ

ВВЕДЕНИЕ


Актуальность темы исследования. В истории «советского» казачества время нэпа (прежде всего - 1924-1926 гг.) - период особенный. До него было печально (точнее - трагедийно) известное циркулярное письмо ЦК РКП (б) от 24 января 1919 г., в котором ввиду того, что «никакие компромиссы, никакая половинчатость недопустимы», признавалось необходимым «провести массовый террор против богатых казаков, истребив их поголовно; провести беспощадный массовый террор по отношению ко всем вообще казакам, принимавшим какое-либо прямое или косвенное участие в борьбе с советской властью». После - «великий перелом», поставивший казачество и крестьянство в вынужденную оппозицию к Советской власти.

Нэп же был периодом относительно благополучным: появилась реальная альтернатива противостоянию казачества и Советской власти. Пленум ЦК РКП(б), проходивший в апреле 1925 г., признал «совершенно недопустимым игнорирование особенностей казачьего быта и применение насильственных мер по борьбе с остатками казачьих традиций». И если в большинстве статистических материалов первой половины двадцатых годов понятие «казачество» заменено категорией «приписные» (т.е. те, кто пользовался надельной землей, - разъясняет термин один из статистических сборников) или же казаки вообще не выделяются из общей массы населения, то проведенная уже после «смены курса» перепись 1926 г. в числе прочих характеристик зафиксировала и «бывшую сословную принадлежность».

Цель работы - осветить демографический облик Кубанского казачества в годы НЭПа. Период, который будет рассмотрен в этой работе для всех жителей постреволюционной России, особенно для казачества, является значительным в истории. Это касается не только политических и идеологических преобразований, но также значительные изменения произошли в культурной и экономической сфере. Также одна из задач работы сбор, анализ, систематизация собранных в ходе проведенных интервью данных.

НЭП стоит рассматривать в контексте предшествующих и следующих вслед, за ним событий использую принцип преемственности в истории, а именно речь идет о Гражданской войне и репрессиях до и коллективизации, индустриализации и голода 30-х гг. после. Учитывая Указ Президента Российской Федерации от 15 июня 1992 года № 632 «О мерах по реализации Закона Российской Федерации „О реабилитации репрессированных народов в отношении казачества», который дал необходимую юридическую платформу для возрождения казачества, данная тема является актуальной и в этой работе мы осветим положение казачества в первые годы советской власти использую статистические данные и результатами проведенных автором интервью с потомками казаков, где были опрошены казаки располагающие какими-либо данными о рассматриваемом периоде.

Также важность исследования обусловлена активным процессом возрождения казачества в районах традиционно заселенных казаками и активного участия современных казачьих организаций в общественной и культурной жизни.

Объект исследования - казачество Кубани в годы нэпа, представленное как сложная социально-демографическая общность.

Предмет научного анализа - демографические процессы в регионе (динамика численности населения, изменения его структуры и состава).

Хронологически исследование охватывает период нэпа. В исследовании, раскроется влияние мировой политики на кубанское казачество.

На наш взгляд, указанные хронологические рамки позволяют достаточно глубоко изучить проблему, сделать достоверные научные выводы. В ряде случаев, в соответствии с принципом исторической взаимосвязи и стадиальности развития (т.е. необходимости учета характерных особенностей предыдущей и последующей стадий или форм процесса, чтобы лучше понять исследуемую) происходит выход за рамки указанной хронологии.

Географические рамки исследования ограничены территорией Кубани и Черноморья. Административно-территориальное деление данного региона не оставалось неизменным на протяжении исследуемого периода: неоднократно менялись внешние границы, постоянно трансформировалось внутрирегиональное административно-территориальное деление.

Так, в 1920-1924 гг. на обозначенной территории располагалась Кубано-Черноморская область. Летом 1924 г. её территории были организованы в четыре округа Северо-Кавказского края - Кубанский, Армавирский, Майкопский, Черноморский. Такими глобальными трансформациями административно-территориальные преобразования не ограничивались, спускаясь ниже - на уровень изменения границ сначала волостей, а после - районов округов.

Историография. Наибольшой вклад в изучение демографической ситуации на Кубани и во всем Северо-Кавказском крае был сделан А.И. Гозуловым. Являясь, заведующим отдела переписи КСУ, А. И. Гозулов составил отчет о проведенных мероприятиях который был представлен на Всесоюзной статистической конференции в январе - феврале 1927 г. 1929 году издавший «Морфология населения. Опыт изучения строения основных свойств населения Северо-Кавказского Края по данным трех народных переписей - 1926, 1920 и 1897 гг.». В этих работах демограф рассмотрел основные тенденции в изменениях состава населения, выявил особенности распределения населения и основные проблемы рождаемости и смертности среди населения. Также стоит отметить его вклад в изучение демографии казачества и его социально-экономических особенностей.

В монографии Л.И. Лубны-Герцыка на основании представительного статистического материала, опубликованного в центральной и региональной печати в 1916-1925 гг. (в частности, приводятся данные по южнороссийским регионам), проанализированы основные тенденции рождаемости и смертности в военные годы. Издание 1926 г. не утратило научной значимости и сегодня.

Многие региональные исследования также посвящены анализу процессов естественного движения. Особое значение имеют для нас работы, в которых приводятся показатели со ссылкой на несохранившиеся документы. В 1920-е гг. (особенно интенсивно - начиная с их середины) в центральных и региональных статистических сборниках, ежегодниках, на страницах периодических и продолжающихся изданий появляются многочисленные публикации социально-демографической направленности: от кратких статей, посвященных рассмотрению частных вопросов, и лаконичных таблиц практически без каких-либо комментариев до подробных обзоров и развернутых исследований.

Поскольку в начале нэпа организация статистического уче-та налаживалась быстрее в городах, нежели в сельской местности, мы имеем преимущественно исследования городского населения. Ситуация, в определенной степени, сохраняется и до середины 1920-х гг. З.П. Подольская на основании анализа карточек регистрации браков, предоставленных Кубанским статбюро, исследует динамику брачности, распределение заключаемых браков по месяцам, возрастной и национальный состав брачующихся и т.д. Автор сопоставляет показатели с данными по Москве и Московской губернии, приводимыми в исследовании П.И. Куркина и А.А. Чертова. В статье Л. Лебедева проанализированы основные аспекты естественного движения населения. Одно из главных достоинств обоих исследований - обширный статистический материал.

П.В. Мироновым прослежен процесс формирования, динамика численности и состава населения Екатеринодара-Краснодара практически со времени его основания до 1920 г. Исходя из темпов роста, автор выделяет пять периодов в движении численности города: 1802-1825 гг. - отрицательный рост; 1825-1865 гг. - медленный, близкий к естественному; 1865-1897 гг. - быстрый; 1897-1915 гг. - нормальный; 1915-1920 гг. - ускоренный войнами, революцией, голодом.

Научному анализу подвергается демографическая ситуация в отдельных регионах Северного Кавказа.

В центре внимания демографов (как в целом по стране, так и на Северном Кавказе) - вопросы текущего статистического учета. В работах региональных исследователей рассматривалась история возникновения и начала функционирования отделов загс на территории Северного Кавказа; выработка оптимальных форм учета движения населения и т. д.

К середине 1920-х гг. особенно актуальными в связи с проектами принципиально нового районирования территорий становятся вопросы исторической ретроспективы развития народного хозяйства (в том числе и его демографических аспектов) Северного Кавказа, выбранного в качестве «экспериментальной плошадки» реформы.

Повседневность сельской жизни прекрасно показана материалами российско-британского социологического проекта «Изучение социальной структуры советского и постсоветского села», выполненного под руководством профессора Манчестерского университета Т. Шанина.

В последние годы доступными стали исследования зарубежных авторов, посвященные непосредственно социальной истории семьи стран западной Европы: фундаментальные труды Р. Зидера, П. Губера и П. Шоню , Ф. Броделя.

Методология и методика исследования. Методологическую основу исследования составляют принципы историзма (рассмотрение явлений и событий во взаимосвязи и взаимообусловленности в конкретно исторической обстановке и хронологической последовательности), объективности (стремление сделать исследование предельно достоверным) и системности.

Центральное место в реализации системного подхода, позволяющего рассматривать демографические характеристики региона как звенья единой системы, занимает теория демографического перехода (формирование прогрессивного - экономного - типа воспроизводства) и конкретизирующие ее концепции (труды У. Томпсона, А. Ландри, К. Дэвиса, К. Блэккера, Д. Ван де Каа, Ф. Ноутстейна, А. Омрана, А.Г. Вишневского, В.А. Исупова), основанные на междисциплинарном синтезе отраслей научного знания (экономики народонаселения и демографии, социальной географии и исторической экологии и т. д.). Суть концепции - демографическое равновесие между рождаемостью и смертностью, определяющее тип воспроизводства, нарушается изменениями в социально-экономической сфере: индустриализацией, урбанизацией, совершенствованием медицинского обслуживания и системы образования. Это приводит к снижению смертности при пока еще высоком уровне рождаемости (темпы снижения которого определяют тип перехода: рождаемость падает значительно уже на первом этапе - французский тип; сохраняется высокой достаточно долго - английский). Спустя некоторое время вследствие изменения репродуктивных установок населения демографический баланс восстанавливается на новом уровне, формируя прогрессивный тип воспроизводства.

Источниковая база формировалась в соответствии с поставленной целью и отразила комплексный подход к решению исследовательских задач. Анализ опубликованных источников позволяет выявить основные аспекты демографического развития.

Интервью, как метод сбора данных и один из источников информации, был выбран мной с целью, добавить к статистическим материалам, информацию, которая могла бы пролить свет на изменения в образе жизни и в быту казаков. Введение такой информации в текст, добавит наглядность исследованию. Относительно благоприятный для демографии казачества период НЭПа, находиться между двух трагических, где был нанесен серьезный удар по традиционному укладу жизни казаков.

В сборе сведений методом интервьюрирования, автор столкнулся с рядом проблем организационного порядка. Сложности вызывало заключение договоренностей о месте и времени встречи с информаторами, а также в обработке и систематизации полученной информации, ввиду большого количества данных. Большую проблему создавала отсутствие среди интервьюрированных прямых свидетелей происходящих событий, информация передавалась автору через третьих лиц. Объектом данного исследования является казачество, его демографический облик в годы НЭПа, факторы формирования демографического облика.

Мы рассмотрим международную обстановку, оказавшую влияние на СССР и ее внутреннюю политику, попытаемся найти причину введения и свертывания НЭПа, все эти обстоятельства косвенно и на прямую влияют на демографический облик не только казачества, но и всего народа образовавшегося государства, на пространстве бывшей Российской Империи. Из-за такого влияния внешних, внутренних обстоятельств, большого значения последствий революций и гражданской войны, эта работа выходит за рамки оговоренных временных и пространственных границ.

Выбранная тема, при детальном рассмотрении затрагивает многие аспекты деятельности государства как в ее рубежах, так и за их пределами. Как в историко-демографическом исследовании, мы рассмотрим не только демографический облик казачества, но и факторы, способствовавшие его формированию, а именно: социальный, политический, географический, экономический и другие факторы. Прежде всего, стоит учитывать миграционные процессы внутри СССР, уровни смертности и рождаемости.

В работе мы будем опираться на статистические данные переписи населения еще царской России 1897 г., так как эта перепись была последней перед введением Новой Экономической Политики. Для подведения итогов периода НЭПа относительно демографии казачества мы возьмем всесоюзную перепись населения 1926 г., которая в сравнении с переписью 1897 г. позволит нам наблюдать динамику изменений в численности представителей кубанских казаков. Еще одной немаловажной задачей является раскрытие сути НЭПа и его влияния на демографию. В работе раскрываются причинно-следственные связи формирования облика казачества в 20-е гг., здесь мы рассмотрим всю цепочку от глобального, к локальному.

Теоретическая и практическая значимость исследования заключается в возможности использования его сюжетов в рамках специальных курсов по истории Кубани и Северного Кавказа.

Научная новизна исследования. Некоторые вопросы приобретают в предлагаемом научном исследовании новый ракурс рассмотрения благодаря достаточно нетрадиционной постановке (например, изменение внутрисемейных отношений, добрачного поведения, половозрастная структура, динамика показателей брачности, рождаемости и причины болезней и смертности представлены как основные проявления процесса демографического перехода).

Дипломная работа обсуждена и рекомендована к защите кафедрой новейшей отечественной истории Кубанского государственного университета.

Структура дипломной работы. Цели и задачи исследования, а также степень изученности различных аспектов поставленной проблемы определили структуру работы, которая состоит из введения, трех глав, заключения, списка использованных источников и литературы. В основу структурирования исследования нами положен проблемно-хронологический принцип, систематизация материала построена в соответствии с проблемным принципом.


1. Внутренняя политика СССР в сложной экономической и политической ситуации. Позиция казаков


Взаимоотношения со странами Антанты, союзниками Российской империи в Первой мировой войне, у Советской России не складывались. Многие страны Европы опасались распространения революционных идей из СССР на своей территории, что несомненно ставило под угрозу стабильность настолько важную для восстановления ослабленных экономик стран-участниц Первой мировой войны. Также, Великобритания и Франция, сочли предательством выход Советской России из войны после подписания Брест-Литовского мирного договора. Этот сепаратный договор, подписанный 3 марта 1918 г., ознаменовал поражение и выход России из войны. Ратифицирован Чрезвычайным IV Всероссийским Съездом Советов 15 марта 1918 г. и германским императором Вильгельмом II 26 марта 1918 г..

Помимо российской и немецкой стороны присутствовали делегации от Австро-Венгрии, Болгарии и Турции, а также 27 января 1918 года был заключен мирный договор между Центральными державами и Центральной Радой Украинской Народной Республики. В октябре 1919 Верховный совет Антанты объявил о полном запрещении всех форм экономических связей с Советской Россией. Эта блокада оказалась не эффективной и в 1920 г. 16 мая была снята, Верховный Совет Антанты принял резолюцию о разрешении обмена товарами между Россией, союзными и нейтральными странами. Но уже в 1922 г., после категорического отказа советской делегации на Генуэзской конференции признать долги и обязательства царского правительства, началась кредитная, а чуть позже и «золотая» (1925).

Для сталинской индустриализации требовалось большое количество современных станков, которые не производились в советском союзе, а приобретались заграницей, преимущественно в Великобритании. Великобритания требовала в качестве платы за оборудование продовольствие и природные ресурсы. После первой мировой войны, в отсутствии полновесного золотого стандарта, в мировой торговле утвердился бартер. Бартер это бесприбыльный обмен товаров между субъектами экономических отношений, который может существовать только в условиях необходимости выжить - «мы вам хлеб, потому что вы голодаете, а вы нам станки, потому что у нас разруха». Именно в силу бесприбыльности бартера, он имеет постепенную тенденцию к снижению.

Мировая «торговля» (бартер) после первой мировой войны неумолимо снижалась. И.В. Сталин пошел на еще одну меру для увеличения платежеспособности государства, началась коллективизация хозяйства. Коллективизация была на тот момент единственной мерой, которая позволила бы повысить активность населения в сельском хозяйстве. С конца 80-х в историю коллективизации было принесено мнение отдельных западных историков о том, что «Сталин организовал коллективизацию для получения денег на индустриализацию путем экстенсивного экспорта сельхозпродукции (преимущественно зерновой).

Статистические данные не позволяют быть столь уверенными в данном мнении: импорт сельскохозяйственных машин и тракторов (тысяч червонных рублей): 1926/27 - 25 971, 1927/28 - 23 033, 1928/29 - 45 595, 1929/30 - 113 443, 1931 - 97 534, 1932-420. Экспорт хлебопродуктов (млн рублей): 1926/27 - 202,6, 1927/28 - 32,8, 1928/29 - 15,9, 1930-207,1, 1931-157,6, 1932 - 56,8. Итого, за период 1926 - 33 гг. зерна было экспортировано на 672,8 млн. р., а импортировано техники на 306 миллионов рублей. Кроме того за период 1927-32 государством было импортировано племенного скота на сумму около 100 миллионов рублей.

Импорт удобрений и оборудования предназначенного для производства орудий и механизмов для сельского хозяйства был также весьма значителен. В Советской России была проведена деноминация, после которой 1 миллион прежних денежных знаков был приравнен к 1 рублю новой советских денежных знаков.

В 1922 году было принято решение о выпуске золотого червонца «Сеятеля». Первая партия монет тиражом 2 751 тыс. экземпляров была отчеканена в 1923 году. По своим характеристикам «Сеятель» не уступал царским золотым червонцам, он имел тот же вес и пробу золота, а именно8,6 г, 900 пробы.

Тем не менее, именно за оборудование из Великобритании, приходилось платить хлебом и другой продукцией. Великобритания принимала «николаевские» золотые червонцы, что вынудило руководство Советской России вновь использовать штамп Санкт-Петербуржского монетного двора, фактически эти действия можно расценивать как фальшивомонетчество. Важно в этой ситуации оказалось не само золото, идущее в качестве оплаты, а вид, в котором оно представлено. Царские золотые червонцы являлись валютой не существующего государства, потому не могли считаться платежным средством.

Не нарушая резолюцию Верховного Совета Антанты от 16 мая 1920 года о товарообмене с СССР, члены Антанты и нейтральные государства могли принимать царские червонцы в обмен на промышленное оборудование как товар. В данном случае речь идет о «валютной войне» и дискриминации валюты большевиков. В такой внешнеполитической обстановке, а также внутриполитической, которую мы рассмотрим ниже правительству Советской России необходимо было искать решения способствующие укреплению экономики молодого государства и сдерживающие рост недовольства крестьян, способные перерости по мнению В. И. Ленина «в мелкобуржуазную (крестьянскую) революцию». Также, вышеизложенное объясняет сбор налогов с крестьян продукцией ими произведенной.

В романе П. П. Радченко иллюстрируется деятельность ревкомцев по идеологической работе с населением: «- На Советскую Россию, как вы уже знаете, товарищи краснодольцы, зараз слову напала вся мировая гидра, каковая притаилась среди нас после ее всеобщего разгрому в девятнадцатом году, и каковая находится за границей, хочет задушить руками панской Польши молодую нашу республику, потопить нас в море крови! Особливо эта заваруха чувствуется у нас на Кубани, куды бежала со всей России в первые дни революции вся буржуазная контра, свила тут себе осиное гнездо, притихла поперву, схоронила свое жало, приняла этакую мирную личину, покедова набирала силу, а сейчас опять подняла голову, распущает свой яд промеж нас и заражает им честных казаков, воротит их не в ту сторону, куды надобно. У нас, большевиков, это называется контрреволюцией, за каковую мы ставим к стенке! А иначе как же? Гидра эта нас не милует. Потому и мы с тех же соображениев с нею не нянькаемся. Вы поглядите, каковой только нету на Кубани швали, и с нею нам, товарищи краснодольцы, надо вести сурьезную борьбу. Наши лютые враги, буржуи Америки, Англии, Франции, засылают сюды свое оружие, чтобы помочь контрреволюции сломить молодую советскую страну. Но мы с вами должны твердо стоять на своем посту, блюсти как зеницу ока то, что мы завоевали своей кровушкой, головами миллионов своих отцов и братьев, и точка!»

НЭП сыграл важную роль в развитии сельского хозяйства, в частности казачьего. Традиционно казаки славились своими семейными сельхозугодьями и казачество считалось сословием воинов-крестьян. Предпосылками НЭПа была разрушенная за годы Первой мировой и гражданской войн хозяйство молодого советского государства. Недовольство населения продразверсткой росло, вспыхивали восстания.

Крестьяне, возмущённые действиями продотрядов, не только отказывались сдавать хлеб, но и поднялись на вооружённую борьбу. Восстания охватили Тамбовщину, Украину, Дон, Кубань, Поволжье и Сибирь. Крестьяне требовали изменения аграрной политики, ликвидации диктата РКП(б<#"justify">1. Архивные материалы.

Ф.Р-1547. Коллекция документальных материалов по истории Кубани, собранная П.В. Мироновым. Оп. 1. ДД. 1, 1а, 6, 8, 9, 16, 1823, 40, 43, 103, 104, 114, 115, 127, 138.

. Опубликованные документы и материалы

Всесоюзная перепись населения 1926 года. М., 1928. Т.5.

Всесоюзная перепись населения 1926 года. М., 1929. Т.22.

Всесоюзная перепись населения 1926 года. М., 1930. Т.39.

Всесоюзная перепись населения 1939 года: Основные итоги/Под ред.
Ю.А. Полякова. М., 1992. Казачество Северо-Кавказского Края. Итоги переписи населения 1926 г. Ростов н/Д., 1928.

Население и хозяйство Кубано-Черноморской области. Статистический сборник за 19221923 год в трех частях/Под ред. В.И. Смирнского. Краснодар., 1924.

Население и хозяйство Кубано-Черноморской области. Статистический сборник за 19221923 год в трех частях/Под ред. В.И. Смирнского. Краснодар, 1924. Ч.1.

Первая всеобщая переписи населения Российской империи, 1897 г./Под ред. Н.А. Тройницкого. СПб., 1905. Т.65.

Первая всеобщая переписи населения Российской империи, 1897 г./Под ред. Н.А. Тройницкого. СПб., 1903. Т.70.

3. Периодическая печать

Красное Знамя. Екатеринодар, 1920.

Красное Знамя. Краснодар, 19211926.

ЛИТЕРАТУРА


4. Специальная литература

Азаренкова А.С., Бондарь И.Ю., Вертышева Н.С. Основные адми-нистративно-территориальные преобразования на Кубани (17931985 гг.). Краснодар, 1986.

Андреева Г. М. Социальная психология. М., 1997.

Бедный Д. Всерьёз и... не надолго или советская женитьба. Юридический трактат//Брак и семья. Сб. статей и материалов. М.; Л., 1926.

Брак и семья: Сб. статей и материалов. М.; Л., 1926.

Бродель Ф. Материальная цивилизация, экономика и капитализм, XVXVIII вв. М., 1986. Т.1. Структуры повседневности: возможное и невозможное.

Бродель Ф. Что такое Франция? Кн. первая: Пространство и история. М., 1994.

Великий незнакомец: крестьяне и фермеры в современном мире: Пер. с англ./Сост. Т. Шанина. М., 1992.

Вишневский А.Г. Мировой демографический взрыв и его проблемы. М., 1978.

Вишневский А. Г. Серп и рубль: Консервативная модернизация в СССР. М., 1998.

Волков Ю. Г., Мостовая И. В. Социология . М., 2002.

Голод С. И. XX век и тенденции сексуальных отношений в России. Спб.,1996.

Голоса крестьян: Сельская Россия XX века в крестьянских мемуарах. М., 1996.

Демографические процессы в СССР: 2080-е годы. (Современная зарубежная историография). М., 1991.

Демография западноевропейского средневековья в современной зарубежной историографии. М., 1985.

Екатеринодар?Краснодар: Два века города в датах, событиях, воспоминаниях…Краснодар, 1993.

Жиромская В.Б. Всесоюзные переписи населения 1926, 1937, 1939 годов. История подготовки и проведения//История СССР. 1990. № 3.

Жиромская В. Б. Демографическая история России в 1930-е гг. Взгляд в неизвестное. М., 2001.

Жиромская В.Б., Киселев И.Н., Поляков Ю.А. Полвека под грифом секретно: Всесоюзная перепись населения 1937 года. М., 1996.

Жиромская В.Б. После революционных бурь: Население России в первой половине 20-х годов. М., 1996.

Жиромская В. Б. Советский город в 1921?1925 гг. Проблемы социальной структуры. М., 1988.

Захаров С. В. Демографический переход в России и эволюция региональных демографических различий.// Семья и семейная политика. М., 1991.

Захарова О.Д. Демографический кризис в России: уроки истории, проблемы и перспективы//Социс. 1995. № 9.

Зидер Р.Социальная история семьи в Западной и Центральной Европе (конец XVIII?XX вв.) М., 1997.

Историческая экология и историческая демография. М., 2003.

Кабузан В. Население Северного Кавказа в XIX-XX веках. СПб., 1996.

Киселева Т.Г. Женщина и семья в послеоктябрьский период: Опыт исторического анализа: Лекция. М., 1995.

Коммунистическая партия Советского Союза в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК (1898-1970). М., 1970. Т. 3: 1924-1927. С. 237.

Кубанские станицы. Этнические и культурно-бытовые процессы на Кубани. М., 1967.

Курильски-Ожвэн Ш. Русская культурная модель и эволюция нормативного регулирования семьи//ОНС. 1995. № 5.

Куркин П.И., Чертов А.А. Естественное движение населения г. Москвы и Московской губернии. М., 1927.

Лебина Н. Б. Повседневная жизнь советского города. 1920 ? 1930-е гг. СПб., 1999.

Лебедев Л. Брачность, рождаемость и смертность в г. Краснодаре за 1924 - 1925 гг.//ГАКК. Ф. Р-1547. Оп.1. Д.23. Л.916.

Ленин В.И. Советская власть и положение женщины//ПСС. М., 1963. Т.39

Лубны-Герцык Л.И. Движение населения на территории СССР за время мировой войны и революции. М., 1926.


Макаренко М.Ю. Население Северного Кавказа в конце XX-первой четверти XX века: историко-демографическое исследование. Краснодар, 2009. С 212.

Макаренко М. Ю. Особенности естественного движения населения ЮФО в первой половине XX в. // Этнодемографические процессы на Севере Евразии. М.,-Сыктывкар, 2005. C.57-79.

Марков А. Был ли секс при советской власти?//Родина. 1995. № 9. 4.108.

Маслов А.В. Кубанская старина. Жизнь и быт казаков: Элективный курс. Краснодар, 2007.

Миронов Б. Н. Социальная история России периода империи (XVIII?начало XX в.). СПб., 2003.

Население и хозяйство Кубанского округа. Т. 1. С. 149.

Население России в XX веке: Исторические очерки. В 3-х т. / Т. 1. 1900-1939. М., 2000.

Население России в XX веке: Исторические очерки. В 3-х т. / Т.2. 1940-1959. М., 2001

Неизвестная Россия, XX в.: Альманах. Сост. В.А. Козлов, С.М. Завьялов. М., 1992.

Осипович Т. Н. Проблемы пола, брака, семьи и положение женщины в общественных дискуссиях середины 1920-х годов//ОНС. 1994. № 1. С.161171.

Платов А. Брак - не игрушка//Брак и семья. Сб. статей и материалов. М.; Л., 1926. С.146147.

Подольская З.П. Брачность города Краснодара в 1925 году//Кубанский научно-медицинский вестник. Краснодар, 1928. С.163171.

Солдатова Г. У. Психология межэтнической напряженности. М., 1998.

Сорокин П. Современное состояние России//Новый мир. 1992. № 4. С.181203.

Сорокин П. Современное состояние России//Новый мир. 1992. № 5. С.161191.

Социальная идентификация личности / Под ред. В. А. Ядова. М., 1993.

Томпсон Д. Л., Пристли Д. Социология: Вводный курс. М., 1998.

Троцкий Л. Преданная революция. М., 1991.

Трут В.П. Трагедия расказачивания // Очерки традиционной культуры казачеств России / под общ. ред. Н.И. Бондаря. Краснодар, 2005. Т. 2.

Холмс Л. Социальная история России: 1917-1941 гг. Ростов-на-Дону, 1994.

Фахтуллин Н. С. Малая социальная группа как форма общественного развития. Казань, 1989.

Шелестов Д., Минаев В. Взрыв или катастрофа?//Родина. 1996. № 10. de Kaa D. J. Europe?s second demographic transition. Washington, 1987.


Теги: Демографический облик кубанского казачества в годы НЭПа  Диплом  История
Просмотров: 36446
Найти в Wikkipedia статьи с фразой: Демографический облик кубанского казачества в годы НЭПа
Назад