Арабские страны Северной Африки в постбиполярной системе международных отношений

Содержание


Введение

Глава 1. Характеристика регионального сотрудничества стран Северной Африки

1.1 Характерные черты развития сотрудничества стран Северной Африки

1.2 Региональные конфликты и их влияние на стабильность в регионе и мире

Глава 2. Взаимодействие стран Северной Африки с основными внешними акторами

2.1 Европейский Союз

2.2 Соединенные Штаты Америки

2.3 Российская Федерация

Заключение


Введение


Темой данной квалификационной работы являются арабские страны Северной Африки в постбиполярной системе международных отношений, т.е. 1991 - 2008 гг. Исторические рамки выбраны не случайно: в 1991 г. распадается Советский Союз, резко прекращается противостояние двух блоков, т.к. один из них распался. Если во время "холодной войны" страны ЕС и США консолидировали свои усилия в данном регионе с целью противостояния СССР, то в 90-е гг. ХХ в. Проявляются первые признаки конкуренции между ними, которая продолжается до сих пор.

В последнее время возросло число ученых, которые занимаются изучением политических и экономических процессов в регионе Магриба и Северной Африки в целом, а также анализом отношений в регионе и такими внешними акторами как США, ЕС и Россия.

Страны Северной Африки обладают немалыми запасами ценных полезных ископаемых, таких как нефть, природный газ, руды. Кроме этого, они достаточно развиты и еще не исчерпали свой экономический и трудовой потенциал. Немаловажное значение также играет территориальная компактность региона, его выгодное географическое положение: выход одновременно в Атлантику и Средиземноморье, близость к странам ЕС, традиционно развитые связи с Ближним Востоком. Это все в значительной степени повышает его экономическое и стратегическое значение.

Однако, можно выделить и ряд проблем, которые не были достаточно изучены учеными, среди которых: поиски оптимальных моделей регионального взаимодействия, за счет чего отдельные страны могли бы активизировать развитие политического и экономического климата; вопросы поиска путей взаимодействия региона с лидирующими странами; застарелые региональные конфликты, постоянное наличие которых препятствует нормальному политическому и экономическому развитию региона в целом.

арабская страна северная африка

Таким образом, актуальность данной работы заключается в необходимости найти пути активизации политического диалога между всеми странными региона и определить оптимальные варианты развития политического и экономического взаимодействия с ЕС, США и Россией, а также недостаточной изученность данного региона в рассматриваемый период в политической науке, т.к. акцент во многих исследованиях делается на экономику.

Актуальность теми исследования определила и задачи работы, которые заключаются в осуществлении комплексного анализа особенностей и характера взаимодействия стран Северной Африки и путей политического и экономического сотрудничества со странами ЕС, США и Российской Федерацией, что является немаловажным для понимания сложившейся ситуации в регионе.

Целью данной квалификационной работы является изучение влияния внутренних и внешних факторов на содержание и характер международных отношений стран Северной Африки как в рамках регионального сотрудничества, так и на уровне отношений с ЕС, США и Россией; анализ основных причин затянувшихся конфликтов и проблемных аспектов отношений стран Северной Африки в ведущими акторами.

Задачи исследования заключаются в том, чтобы:

анализировать источники, а которых рассматривается вопрос сотрудничества стран Северной Африки;

определить влияние внутрирегиональных проблем на характер отношений как между странами Северной Африки, так и между самими этими странами и ЕС, США, Россией;

проанализировать алжиро-марокканские отношения (в частности, в контексте решения проблемы Западной Сахары);

рассмотреть влияние территориальных конфликтов на состояние региональных и международных отношений;

определить характер влияния политических аспектов на экономические отношения в регионе;

провести оценку современного положения в регионе и перспектив развития регионального сотрудничества.

Предметом исследования являются региональная и межрегиональная политика стран Северной Африки и внутренние и внешние факторы, которые влияют на политическое и экономическое сотрудничество этих стран.

Основными источниками данной работы являются статьи, в которых дается анализ различных событий в короткие промежутки времени.

Наиболее глубокий анализ вопросов касательно Египта провел П.Н. Мамед-заде. [32-40] В своих работах автор поставил задачу проследить развитие роли Египта как на региональной арене, так и в международной сфере. Особый интерес представляет его статья "Системообразующие факторы внешней политики АРЕ в начале XXI в." [40], в которой изучен период с начала 2000-х гг. В научной литературе огромное количество исследований уже посвящено изучению таких важнейших явлений как арабо-израильский конфликт и вопросы его урегулирования, геополитические изменения 1990-х гг. Поэтому в работах автора они не выступают основным предметом изучения, а призваны служить лишь фоном для анализа роли Египта в формировании единого подхода арабских государств к указанным проблемам, а также противоречий, препятствовавших этому.

Существенный интерес представляют работы В.В. Куделева [23-28] и Э.В. Павлуцкой. [54-56] В.В. Куделев посвятил ряд своих работ изучению внешней политики Марокко, а также отношений данной страны с Алжиром в рамках вопроса о Западной Сахаре. Следует отметить, что данных автор в целом подходил к изучению Марокко не в экономическом аспекте, а в аспекте конликтогенности и рассматривал влияние действий Марокко на безопасность в данном регионе. Так, в своей работе "О роли военных в политической жизни Марокко и Алжира" [27] он отмечает сильное влияние военных структур на принимаемые решения в данных странах. В работе Э.В. Павлуцкой "Отношения Марокко со странами Европейского сообщества" [54] рассматриваются причины возникновения и развития внутри - и межгосударственных противоречий, а также факторы, определившие политическую ситуацию и проблемы безопасности в регионе и на международной арене.

Среди работ, посвященных изучению арабо-российских отношений, следует отметить статьи Е.И. Мироновой [45-47], а работы В.В. Макуха [48-50] во многом помогли при изучении Ливии.

Во многом при изучении ситуации в регионе Северной Африки помог сайт Института Ближнего Востока <#"center">Глава 1. Характеристика регионального сотрудничества стран Северной Африки


В данной главе автор рассмотрит основные тенденции развития политического и экономического сотрудничества стран Северной Африки, а также оценит роль региональных конфликтах в отношениях между этими странами.


1.1 Характерные черты развития сотрудничества стран Северной Африки


Рассматривая региональное сотрудничество стран Южного Средиземноморья, следует отметить стремление данных государств к интеграции схожей в какой-то степени с европейской интеграцией.

Так, стремление к обеспечению региональной безопасности государств арабского Магриба а также их экономической стабильности подтолкнула эти государства к созданию Союза Арабского Магриба (САМ) в 1989 г. Каждая из стран-участниц преследовала свои цели.

Особенный интерес Туниса к вступлению в региональное объединение можно объяснить его невысокой обеспеченностью природными и трудовыми ресурсами, слабым развитием промышленности (сравнительно с Алжиром и Марокко), стремлением увеличить экспорт своих товаров.

Правительство Ливии оценивало создание САМ как первый шаг на пути достижения общеарабского единства на основе общности языка, религии, культуры. [24, c.43] Также среди причин, которые подталкивали Ливию к объединению, была трудная внутриполитическая обстановка и экономическая ситуация в стране, связанная с напряженностью в отношениях с США, и Ливия не хотела оказаться в изоляции среди арабских стран.

Алжир больше волновал вопрос нейтрализации влияния исламизма, который ставил под угрозу все внешнеполитические и внешнеэкономические связи страны. Кроме этого, нерешенность проблемы Западной Сахары способствовала нестабильности во всем регионе Северной Африки. [24, c.47]

Королевство Марокко к моменту создания САМ занимало достаточно крепкие позиции в регионе. Успеху марокканской региональной политики во многом способствовала стратегия налаживания двусторонних связей со странами региона. Приоритет был в сторону активизации двусторонних торгово-экономических отношений. [24, c.48]

Еще один участник САМ, Мавритания, в связи с острой нехваткой трудовых ресурсов, а также слабостью развития промышленности и сельского хозяйства была заинтересована в любом региональном объединении, которое могло бы помочь преодолеть внутренние проблемы.

Египет, несмотря на то, что является далеко не последней (в плане развития и политического веса) страной Северной Африки, в данную организацию не вошел. Во-первых, это связано с географической отдаленностью от основных участников САМ, во-вторых, исторически так сложилось, что Египет делал акцент на связи со странами Западной Европы и арабскими странами, расположенными в Азии.

Среди целей, которые ставили перед собой участники САМ, можно назвать сотрудничество в экономической, политической, военно-стратегической и социально-культурной областях, а также эскалация военно-политических конфликтам благодаря принятию мер, удовлетворяющих или не противоречащих интересам всех сторон.

Цели создания данной организации трактовались по-разному: некоторые специалисты считали, что единый Магриб должен превратиться в общерегиональный рынок, другие - что он поспособствует борьбе с религиозными движениями и будет первым шагом к общеарабскому объединению. [80]

В 90-е гг. ХХ в. были созданы технопарки и признан за ними статус региональных. Это было связано с необходимостью развития научно-технического потенциала при помощи импорта технологий.

Межарабская интеграция стран Магриба развивалась, прежде всего, по таким направлениям, как совместные инвестиции в отдельные сферы национальной экономики и создание совместных компаний, развитие межарабской торговли, совместное регулирование трудовой миграции и координация действий в сфере туризма.

Наивысшую активность САМ проявил в 1992-1994 гг., когда председателем Совета стал президент Туниса З. Бен Али, который считал главной задачей развитие регионального сотрудничества и интеграции, особенно в экономической сфере. [11, c.328]

Начиная с 1995 г. созданные институты САМ не функционировали в полном объеме. После того как в апреле 1994 г. Алжир возглавил Совет, Ливия и Марокко утратили интерес к работе высшего органа САМ и не желали принимать на себя никакие обязанности. Постепенно САМ из действующей организации превратился в формально существующее объединение, а главы государств не вырабатывали никаких решений для возобновления ее работы.

В январе 1996 г. президент Туниса З. Бен Али и ливийский лидер М. Каддафи выразили свое стремление сохранить САМ. [1, c.97] Для этого у них были свои мотивы: Тунис, у которого не было особенного военного потенциала, рассматривал САМ как организацию, которая могла бы решить многие региональные противоречия. Ливия стремилась к арабскому единству и благодаря международной поддержке облегчение возложенных на нее санкций.

Попытки провести саммит в 2000 г., после фактического прекращения работы организации к тому моменту уже 5 лет, не принесли никаких результатов, хотя страны Магриба выражали свою заинтересованность в возобновлении деятельности данной организации.

Следует отметить, что за время своего существования САМ не имел особого влияния на экономическую или политическую ситуацию в странах-участниках. Это можно объяснить многими причинами: однородностью экономик (в силу примерно одинакового географического положения, а соответственно и природных ресурсов и климата); примерно одинаковым набором предлагаемых продуктов промышленности и сельского хозяйства; амбициозными стремлениями на лидерство отдельных, если не всех, участников; отсутствием налаженного механизма принятия и воплощения в жизнь совместных решений; недостаточной координацией действий.

Однако нельзя считать, что из-за того, что Египет не принадлежит к участникам САМ, он с ними никак не взаимодействует.

В 1990-е гг. активизировалось сотрудничество стран Северной Африки в области охраны окружающей среды, и Египет принимал активное участие в нем. В частности, был положен стран сотрудничеству по созданию зеленого пояса вдоль средиземноморского побережья, борьбе с засолением почв при помощи современных технологий, созданию региональной системы информации по вопросам охраны окружающей среды. [1, c.28]

Несмотря на множество направлений расширения межарабского сотрудничества, главное место в нем занимает экономическое взаимодействие. Основной задачей считается создание общего арабского рынка с целью увеличения доли торговли между арабскими странами по отношению к торговле со странами Западной Европы и Америки. По планам, североафриканский общий рынок должен быть создан по аналогии с общеевропейским рынком.

В последнее время перед североафриканскими странами стоит вопрос практического воплощения идей экономической интеграции. В связи с этим в действиях некоторых государств можно выделить несколько подходов, которые отличаются один от другого. [14, c.47]

Первый подход заключается в том, что главный акцент в развитии экономического сотрудничества необходимо сделать на развитие связей внутри самого региона Северной Африки. Этот подход свойственен в основном Ливии. Другой вариант, которого придерживается большинство стран региона, заключается в том, что северо-африканские страны должны совместить развитие межарабской интеграции с углублением торгово-экономического сотрудничества со странами Европейского Союза, с которым их связывает как географическая близость, так и история. Этот подход наиболее свойственен Тунису и Марокко, которые стремятся присоединиться в ряды участников ЕС.

Отдельно можно рассмотреть политику Египта в данном регионе. Внешняя политика Египта была и остается многовекторной и весьма активной. Наряду с решением проблемы арабо-израильского урегулирования, власти АРЕ уделяют большое внимание ситуации в непосредственной близости от своих границ. Каир заинтересован в том, чтобы в окружающих его государствах правили умеренные режимы, не вовлеченные в региональные конфликты, что неизбежно повлекло бы за собой осложнение внутриполитической обстановки и в самом Египте, где сильны позиции исламской оппозиции, использующей неудачи властей в собственных целях. [38, c.400] Большое значение для Египта в связи с этим имеют его отношения с арабскими соседями по африканскому континенту - Ливией и Суданом.

Отношения с Ливией на протяжении последних десятилетий ХХ в. были весьма холодными. Двусторонние связи между Египтом и Ливией начали вновь налаживаться после возвращения Египта в ряды ЛАГ в. 1989 г. [40, c.67] Для Ливии, пострадавшей от санкций ООН в 1992 г., соседний Египет стал основным посредником в контактах с мировым сообществом. Несмотря на введенное международным сообществом эмбарго Ливия развивала торговые отношения с АРЕ, предоставляла рабочие места для египтян, не имеющих работы на родине. Каир критиковал санкции ООН и прилагал большие дипломатические усилия в посредничестве по "делу Локерби" между Ливией и западными странами, стараясь ослабить санкции.

После того, как 12 сентября 2003 г. Совет Безопасности ООН снял с Ливии санкции, перед египетско-ливийскими отношениями открылись широкие перспективы, главным образом, в области торговли, ирригационного строительства и транспортного сообщения. Ливия служит своеобразным буфером между Египтом и странами Магриба, и потому включение Ливии в систему торговых взаимоотношений в Северной Африке позволит существенно расширить и египетский рынок.

Базой для совместных действий может стать также борьба с международным терроризмом. Лидеры обеих стран - Х. Мубарак и М. Каддафи - осуждают терроризм во всех его формах. Специальные подразделения ливийской полиции по борьбе с терроризмом активно занимаются выявлением нелегальных военизированных структур, пресечением агитационно-пропагандистской деятельности, предотвращением блокирования с фундаменталистами Египта. [37] В марте 1999 года между Каиром и Триполи было заключено соглашение об экстрадиции.

На рубеже XX - XXI вв. динамично развиваются египетско-суданские отношения, затрагивая различные векторы региональных проблем. Судан был одной из немногих стран арабского мира поддержавших подписание мирного договора между Египтом и Израилем в марте 1979 г. [45, c.149] Заинтересованность сторон развивать тесные отношения в различных областях привела к подписанию ряда двусторонних соглашений.

Однако проиракская позиция Хартума во время войны в Персидском заливе в 1990-1991 гг. привела к международной изоляции Судана, в том числе и к ухудшению отношений с Египтом, занявшим место в противоположном лагере. [59, с.103]

Стабильному сотрудничеству двух стран мешала и внутриполитическая нестабильность в Судане. Череда переворотов в Хартуме не позволяла установить Египту долгосрочные, стратегические отношения со своим соседом и реализовать весь потенциал двусторонних соглашений. Развитию международных контактов Судана также мешает включение его в 1993 г. госдепартаментом США в "список государств, поддерживающих международный терроризм".

В период 1995-2000 гг. между Египтом и Суданом были разорваны дипломатические отношения по причине того, что Каир обвинил Хартум в покушении на Х. Мубарака в 1995 г. в Аддис-Абебе. [65, c.221]

Тем не менее, Египет продолжает рассматривать Судан в качестве перспективного партнера в торгово-экономической области. В июле 2003 г. представительная правительственная делегация Египта во главе с премьер-министром Атефом Обейдом посетила столицу Судана, где стороны подписали большой пакет из 19 документов. Среди них - соглашение о повышении уровня торговых отношений, улучшении транспортного сообщения, договор о создании совместного египетско-суданского банка, соглашения о сотрудничестве в области нефтедобычи, в сфере энергетики, образования, культуры и многих других. Ранее весной 2003 г. президент Египта Хосни Мубарак совершил первый за 14 лет визит в Судан, в ходе которого заявил, что "Судан жизненно важен для Египта и его страна сделает все возможное для того, чтобы суданский народ обрел стабильность и безопасность". [43, c.58]

Также, египетско-суданские отношения тесно связаны с региональной проблемой раздела водных ресурсов реки Нил. Проблема обеспечения страны водами Нила является одной из ключевых проблем внешней политики Египта, на которую власти смотрят исключительно через призму национальной безопасности. Более подробно этот вопрос будет изучен далее, когда речь будет идти о региональных конфликтах.

Несмотря на имеющиеся разногласия между Египтом и Суданом, Каир стремится активизировать свое экономическое и политическое участие в жизни Судана. Будущее двусторонних отношений зависит от того, насколько внутриполитические процессы в Судане (гражданская война, бедность, пережитки феодализма) будут влиять на колебание внешнеполитического курса суданского руководства. [8, c.52]

Итак, из вышесказанного можно сделать вывод, что каждое государство региона Южного Средиземноморья стремиться к региональному лидерству или, в случае с Тунисом и Мавританией, к равенству всех стран, входящих в регион. Все государства видят главную роль для достижения поставленной задачи в экономическом сотрудничестве и интеграции.

Отдельно следует выделить Ливию, которая, несмотря на принадлежность к арабскому Магрибу, немного отстает по темпам развития от других. Это связано, в основном, с проблемами во внутриполитической сфере, а также с последствиями экономических санкций, которым она подверглась.


1.2 Региональные конфликты и их влияние на стабильность в регионе и мире


Окончание "холодной войны" объективно привело к возрастанию относительной самостоятельности региональных акторов международных отношений. В свою очередь, это обусловило усиление неконтролируемого развития как собственно региональных единиц в целом, так и отдельных их частей.

Наиболее негативным результатом вышеупомянутых процессов является возрастающий конфликтный потенциал регионов, особенно в том, что касается зоны так называемого третьего мира. Не является исключением в этом отношении и регион Северной Африки.

Географическое положение данного региона между Европой и Ближним Востоком, Европой и Африкой во многом предопределило сложность и противоречивость процессов, повлиявших, и зачастую негативным образом, на региональную безопасность.

Центральное место по степени влияния на региональную безопасность можно отвести застарелому кризису в отношениях между АНДР и Марокко, обусловленному стремлением Алжира и Рабата играть роль регионального лидера, а также западно-сахарским конфликтом. Этот кризис вынуждает две страны все больше втягиваться в новую гонку вооружений с одновременным расширением сферы конкуренции на космос и атомную энергетику.

Западно-сахарский конфликт имел реальные шансы благополучно разрешиться в ходе референдума по вопросу о будущем политическом статусе Западной Сахары, который, по согласованию с основными конфликтующими сторонами - Марокко и фронтом ПОЛИСАРИО, должен был состояться 7 декабря 1998 г. Избирателям предстояло ответить на вопрос - согласны ли они, чтобы Западная Сахара вошла в состав Марокко или отдают предпочтение независимости. [27, c.93]

Важно отметить, что основные конфликтующие стороны не ставят под вопрос саму основу решения западно-сахарской проблемы - идею референдума, так как негативное отношение к ней ставит под сомнение обоснованность притязаний Марокко или ПОЛИСАРИО в отношении Западной Сахары. Она полностью согласуется с решением такого авторитетного органа, как Международный суд в Гааге, который в октябре 1975 г. указал на приоритетное право жителей территории на самоопределение. Идея референдума также лежит в основе резолюции № 690 Совета Безопасности ООН от 19 апреля 1991 г., а затем № 809 от 2 марта 1993 г. [64]

Иными словами, формула решения многолетнего спора по вопросу о статусе Западной Сахары, предложенная в свое время всем его участникам и принятая ими, носит универсальный характер и, можно утверждать, прошла многолетнюю проверку временем. Все это существенно повышает шансы на мирное решение конфликта.

Важно отметить, что данная формула полностью согласуется как с международным правом, так и с практикой решения подобного рода проблем, включая проблему деколонизации территорий. Как хорошо известно, в прошлом вопрос о самоопределении той или иной территории решался именно путем референдума, позволяющим прямо реализовать бесспорное право народа, населяющего ту или иную территорию, на самоопределение. [67, c.270]

Круг основных проблем, стоящих на пути участников переговоров по решению проблемы Западной Сахары, можно условно разделить на две группы. К первой относятся проблемы, непосредственно влияющие на реализацию согласованной формулы о подготовке и проведении референдума. Прежде всего, и главным образом, это - расхождения между Марокко и ПОЛИСАРИО по вопросу об идентификации западных сахарцев, которое начало проявляться уже после того, как стороны согласовали основные элементы политического решения проблемы. Вторая группа, тесно связанная с первой, представляет собой исторически аспект проблемы, связанный с различным толкованием тех или иных событий доколониальной, колониальной и постколониальной истории Западной Сахары. [30]

Различия в оценках отдельных исторических фактов в этом регионе существенны и они сохраняются. В практическом плане это означает, что стороны по-разному трактуют ключевой вопрос, от ответа на который зависит проведение референдума - о праве отдельных заявителей, число которых, по разным оценкам, колеблется от нескольких десятков до сотен тысяч, называться западносахарцами и быть включенными на этом основании в число участников референдума. Часть их принадлежит к тем или иным племенам, ранее населявшим территорию Западной Сахары и вынужденных в прошлом покинуть свои родные места по различным причинам. Другая часть заявителей - переселенцы из Марокко, осевшие на территории Западной Сахары уже в постколониальный период, когда она была присоединена к королевству Марокко. На данный момент, согласно достигнутым договоренностям по подготовке и проведению референдума, [63, c.147] стороны признали право голоса лишь коренных западносахарцев и их потомков по прямой линии.

Дело в том, что за нерешенность западно-сахарской проблемы обеим сторонам, а именно Марокко и Алжиру, поддерживающему фронт ПОЛИСАРИО, приходилось и приходится платить непомерную цену и в экономическом, и в политическом плане. По имеющимся оценкам, каждый день боевых действий стоил королевству примерно 5 млн. долл. [55, c.43] Алжиру поддержка фронта ПОЛИСАРИО стоила меньше, но, тем не менее, и она ложилась тяжелым бременем на его бюджет. Учитывая, что и Алжиру, и Марокко в 90-е годы приходится решать сложные проблемы экономического развития, обе страны не в состоянии продолжительное время финансировать военное противостояние в этом регионе. Более того, противоречия между ними ухудшают инвестиционный климат и сдерживают приток иностранных инвестиций, в которых они испытывают острую нужду.

Противостояние блокирует также процесс интеграции в Арабском Магрибе, в углублении которого в сильной мере заинтересован Алжир, впрочем как и все другие североафриканские страны, включая Марокко.

Необходимо отметить также, что из-за глубокого системного кризиса, который поразил все алжирское общество, находящееся, по сути, уже несколько лет на грани гражданской войны, страна испытывает потребность в том, чтобы избежать весьма реальной и возможно катастрофичной по свои последствиям войны на два фронта - на внутреннем (с экстремистами, выступающими под знаменем ислама), и внешнем (с Марокко из-за спора по Западной Сахаре).

Вместе с тем, Алжир и его союзник - ПОЛИСАРИО вряд ли могут быть в полной мере удовлетворены состоянием "ни войны, ни мира", последовавшим после подписания сторонами соглашения о прекращении огня. Дело в том, что Марокко не только сохранило свое присутствие в Западной Сахаре, но и продолжает экономическое освоение территории, прежде всего богатых залежей фосфатов, других природных ресурсов. Более того, марокканские власти постепенно формируют и укрепляют местные административные институты и политические структуры из числа своих сторонников. [58, c.310] Хотя значение и роль их пока, по понятным причинам, не столь велики, чтобы, безусловно, гарантировать вхождение Западной Сахары в состав королевства, тем не менее, они становятся растущим фактором внутриполитической жизни этой территории. Иными словами, при всех экономических и политических издержках, которые несет королевство в нынешней ситуации, время скорее работает на него, чем на его соперников.

При этом другие, не менее весомые обстоятельства также влияют на положительное отношение Марокко к процедуре референдума. [30] Во-первых, позиция США, стремящихся урегулировать на легитимной основе этот конфликт по ряду причин, в особенности после того, как его идеологические мотивы отпали с окончанием эры "холодной войны". Среди них: укрепить внешнеполитические позиции Марокко, одного из основных партнеров США в регионе и на Африканском континенте; ликвидировать конфликт между Марокко и Алжиром, т.к. последний становится все более важным экономическим партнером США в североафриканском регионе и рассматривается ими как важный элемент региональной и, более широкой, международной безопасности); сузить возможности для нелегальной торговли оружием и наркотиками и т.д.

Во-вторых, возросшее стремление Европейского Союза положить конец конфликту в регионе, который находится в непосредственной от него близости. Кроме того, продолжающийся конфликт заметно ослабляет его новую интеграционную политику в районе Средиземноморья.

В-третьих, при всех обстоятельствах только легитимное решение по Западной Сахаре, а референдум под эгидой ООН таковым и является, обеспечивает оптимальный вариант политической и хозяйственной интеграции территории с Марокко. При этом отпадает и возможность соперников переиграть решение, поскольку имеется согласие ПОЛИСАРИО на именно эту форму и процедуру окончательного решения проблемы.

Особо следует рассмотреть позицию ООН, на которую с 1991 г. возложены обязанности наблюдения за прекращением огня и осуществления контроля за подготовкой проведения референдума. ООН несет значительные расходы по урегулированию ситуации вокруг Западной Сахары и, очевидно, по мере продвижения к завершению процесса идентификации ее позиция будет ужесточаться в сторону неприятия любых неоправданных отсрочек, связанных с поиском односторонних выгод и преимуществ, а также она выступает за скорейшее окончание определения контингента участников референдума и его проведения. [67, c.270]

Таким образом, в основном позиции Марокко, США, Евросоюза и ООН по разрешению западно-сахарского конфликта до последнего времени были близки или совпадали: завершить идентификацию на принципах, согласованных в 90-е годы между самими участниками конфликта, и провести в ближайший период референдум. Это также повышало шансы на политическое решение проблемы.

Лидеры ПОЛИСАРИО в последние годы стояли перед нелегким выбором: либо до завершения процесса идентификации объявить о несогласии с ходом идентификации и, возможно, о приостановке участия в миротворческом процессе, либо смириться с создавшейся ситуацией и попытаться обговорить некоторые уступки под свое согласие довести миротворческий процесс до его логического завершения.

Однако отход от идеи референдума грозит многими негативными последствиями, такими как конфликт с ООН и многими сторонами, заинтересованными в скорейшем решении проблемы Западной Сахары, что неизбежно ослабит, если не подорвет окончательно международные позиции фронта ПОЛИСАРИО. [30]

В создавшейся ситуации взаимоприемлемым решением, которое могло бы в наибольшей степени сблизить позиции сторон и создать условия для оптимального компромиссного решения, мог бы стать возврат участников конфликта к такому варианту, при котором ПОЛИСАРИО продолжало бы участвовать в миротворческом процессе на ранее согласованных принципах, а Марокко гарантировало бы Западной Сахаре широкую автономию и реальное участие ПОЛИСАРИО в политической жизни автономии.

Это не только предполагало бы соблюдение минимальных интересов ПОЛИСАРИО, которому при любом варианте политического урегулирования обеспечено место в политической жизни Западной Сахары, но и давало бы ряд неоспоримых преимуществ для Марокко. [2, c.130] Во-первых, Рабат, как отмечалось ранее, наиболее заинтересован в полновесном легитимном варианте присоединения Западной Сахары, который возможен лишь при участии в политическом урегулировании фронта ПОЛИСАРИО.

Во-вторых, если Западная Сахара войдет в состав Марокко в результате реализации той или иной формулы политического урегулирования, Рабату, да и не только ему, по ряду причин выгодна интеграция ПОЛИСАРИО в политическую жизнь территории, нежели его нахождение за ее пределами в качестве оппозиционной военно-политической силы, которая при том или ином изменении ситуации может вернуться к противостоянию с Марокко, включая вооруженную борьбу.

Однако, у данного варианта были и свои слабые стороны. Главная из них состояла в том, что его реализация может быть сорвана силами, не заинтересованными в полномасштабном урегулировании конфликта. Учитывая, что каждая из сторон частично опирается на радикально-националистические силы, решение проблемы даже на основе компромисса (не говоря уже о победе на референдуме, в особенности с ощутимым перевесом голосов) может спровоцировать новую волну противостояния, которая может если не разрушить, то подорвать результаты многолетних миротворческих усилий. [55, c.45]

Тем не менее, мы видим, что решение конфликта так и не достигнуто.

Таким образом, итогом 2007 года стало заявление Фронта ПОЛИСАРИО о возможности возобновления боевых действий против Марокко. Понятно, что такое заявление руководства сепаратистов не могло прозвучать без санкции Алжира. В этой связи Марокко не может не учитывать многомиллиардных программ закупок вооружений, реализуемых Алжиром.

Нельзя закрывать глаза на то, что каждая из сторон сделала очень высокие ставки в конфликте вокруг Западной Сахары и вопрос о том, как отзовутся итоги референдума на их положении остается открытым. [28]

Немаловажной является проблема проявившегося у стран Северной Африки интереса к развитию собственных атомных программ. Еще в конце 2006 г. четыре из них (Алжир, Египет, Марокко и Тунис) заявили о намерении развивать атомную энергетику, оправдывая свои намерения стремлением диверсифицировать источники энергии. В 2007 г. к ним присоединилась Ливия. В настоящее время реакторами различной мощности и предназначения располагают Алжир, Египет, Ливия и Марокко. Строительство дополнительных аналогичных объектов планируется в Алжире, Марокко и Тунисе. [28]

Даже если не обращать внимания на то обстоятельство, что демонстрация ядерных амбиций может быть истолкована как стремление иметь определенный потенциал, позволяющий достаточно быстро перейти к военным атомным программам, само по себе увеличение числа атомных реакторов в регионе потенциально увеличивает риск того, что они могут попасть в руки террористов. Самый мрачный сценарий связан с возможностью прихода к власти в одной из таких стран исламистов.

Другой важной проблемой для региона стала резкая активизация в нем деятельности Аль-Каиды. Точкой отсчета в этом процессе стало 26 января 2007г., когда действовавшая в Алжире Салафистская группа проповеди и джихада (СГПД) объявила, что "по указанию" Усамы бен Ладена сменила название и отныне будет называться "Аль-Каида в странах исламского Магриба" (АКМ). [60, c. 205]

Практическая деятельность АКМ тут же дала понять, что через АКМ всерьез взялась за внедрение своих ячеек в Северной Африке. Делая это, Аль-Каида преследовала, по меньшей мере, три цели: облегчить доступ своих боевиков в Европу, шире привлекать исламистские группировки из стран Магриба для совершения терактов на другом берегу Гибралтарского пролива и наладить активную вербовочную работу для привлечения добровольцев из стран региона для ведения джихада в Ираке.

АКМ тут же объявила войну всем режимам региона, и хотя пока у нее нет сил для прямого противостояния, борьба между радикальными исламистами и правящими режимами представляется реальной перспективой на ближайшее будущее. Новосозданное АКМ стало отличаться не отмечавшимся ранее в Алжире использованием боевиков-смертников, и более того - малолетних шахидов. [60, c. 206]

АКМ быстро распространила свою активность на весь Североафриканский регион и взяла под свой контроль другие радикальные группировки.

Согласно данным французских спецслужб, по состоянию на 1 июля 2007 г. кроме Алжира участники АКМ действовали в Египте, Ливии, Марокко, Мавритании, Мали, Нигере и Тунисе. [28]

Одна из установленных особенностей АКМ - основные источники ее финансирования находятся во Франции и в Испании.

Ответ на активизацию Аль-Каиды в регионе страны Северной Африки видят в налаживании тесного сотрудничества, в частности, в рамках инициированной Соединенными Штатами программы Транссахарского партнерства в борьбе против терроризма.

Заметное негативное влияние на региональную безопасность оказало то, что регион Северной Африки в целом играет все более заметную роль в системе международного наркотрафика, причем не только как транзитного пункта на пути в Европу, но и как важного поставщика наркотиков. Центр производства "мягких" наркотиков находится на севере Марокко в горной цепи Риф. Точные данные об объемах поставок наркотиков из Марокко в Европу по понятным причинам неизвестны. Однако определенное представление могут дать следующие данные: в 2006 г. только в районе Танжера марокканская жандармерия захватила свыше 80 тонн различного наркотического зелья. Со своей стороны, таможенники Танжерского порта в 2007 г. изъяли 35 тонн гашиша. А ведь кроме Танжера у Марокко есть еще несколько путей в Европу: Касабланка, Танжер-Мед, испанские анклавы Сеута и Мелилья. [28]

Еще одним вопросом, напрямую связанным с региональной безопасностью, является то, что страны региона включились в космическую гонку. Пока их усилия направлены в первую очередь на то, чтобы обзавестись собственными спутниками дистанционного зондирования Земли. Следует отметить, что за таким названием скрыто другое предназначение подобных космических аппаратов - ведение разведки. Такие спутники к началу 2007 г. уже были у Алжира и Марокко, а к началу 2008 г. собственным спутником обзавелся и Египет. [28]

Все больше обостряется проблема распределения вод Нила. Из рассматриваемых нами стран в этом вопросе завязан Египет, у которого есть трения с Суданом и другими государствами, расположенными в верхнем течении Нила.

Современный Египет почти полностью зависит от вод Нила, в то время как 95% нильской воды проистекает из других стран бассейна этой великой реки: Судана, Эфиопии, Кении, Уганды, Руанды, Бурунди Танзании и Демократической Республики Конго (ДРК), Эритреи. [12, c.45] Сама же АРЕ является замыкающим, последним звеном в этой цепи из 10 государств. Однако проблема обеспечения водой проявляется в нем в наиболее острой и законченной форме. Нил для Египта - главная жизненная артерия, и то, что происходит выше по течению реки не может не вызывать в АРЕ пристального интереса, а в целом ряде случаев и серьезного беспокойства.

На сегодняшний день основную долю нильской воды потребляют Египет и Судан. При этом наиболее уязвимым в плане обеспечения пресной водой является Египет, где 98% населения проживает в долине Нила. На реку сегодня приходится 85% потребляемой в стране пресной воды - остальное дают грунтовые воды, повторное использование дренажных вод после орошения и очищения канализационных вод. В приморских районах все более широкое распространение получает опреснение морской воды. [12, c.46] В то же время реальной альтернативы Нилу у Египта нет, и в обозримой перспективе не просматривается. Тем временем водные потребности Египта постоянно возрастали и продолжают расти.

Значимость Нила для Египта определяется не только демографическим и экономическим факторами. Очень важное значение имеет также фактор политический и геополитический, который может вызывать сокращение водных ресурсов страны. Ведь негативные процессы, в социальной сфере из-за нехватки воды скорее всего затронут не только сам Египет, но и могут отразиться на стабильности во всем регионе Ближнего Востока и Северной Африки.

Проблема обеспечения страны водами Нила относится к высшей сфере национальной безопасности АРЕ. Любая угроза поступлению в Египет нужного количества нильской воды может послужить поводом для немедленного начала египтянами военной акции.

На сегодняшний день сложившаяся практика и правовая база в отношении водозабора полностью защищает монополию Египта и частично Судана на использование вод Нила. По египетско-суданскому соглашению 1959 г. АРЕ имеет право использовать 55,5 млрд куб. м воды, а Судан - 18,5 млрд. [37]

Условия соглашения, вполне устраивающие Каир и Хартум, создают в то же время непреодолимое препятствие для формирования нового соглашения об использовании вод бассейна Нила всеми его странами на равных началах. Сегодня другие принильские государства лишены официально закрепленного и юридически оформленного права использования водных ресурсов реки для реализации собственных проектов экономического развития, прежде всего, связанных с обеспечением продовольствием численно возрастающего населения и с созданием гарантий от стихийных бедствий, включая засухи и голод.

Проблема водных ресурсов становится одной из важнейших в отношениях АРЕ с соседними странами - Суданом и Эфиопией. Именно поэтому в Каире выступают против раздела Судана на арабо-мусульманский Север и негроидный Юг, что, скорее всего, создаст дополнительные трудности в водном вопросе. [38, c.401]

Стремление Эфиопии играть более заметную роль в процессе управления водными ресурсами Нила и реализовать собственные программы и идеи идет вразрез с принципами египетско-суданского сотрудничества по Нилу. Эфиопия и некоторые другие государства нильского бассейна все решительнее выступают за пересмотр соглашения 1959 г. Более того, Эфиопия взяла на себя роль лидера стран верхнего течения Нила, не вошедших в данный договор, и добивается установления фиксированной доли водных ресурсов для каждого государства на основании норм международного права.

В Каире считают, что эфиопская позиция непризнания и пересмотра соглашения 1959 г. и желание властей в одностороннем порядке использовать воды реки, особенно в свете осуществления египетских проектов на Синае и в Западной пустыне, опасна для Египта. [43, c.59]

Руководство АРЕ опасается также, что в случае, если Эфиопия выставит заявку на собственную квоту нильской воды, то Египту придется уменьшить свою. [43, c.60] АРЕ предлагает урегулировать спорные проблемы путем конструктивного диалога с тем, чтобы Эфиопия могла осуществлять свои проекты только в случае получения согласия других стран, в первую очередь, естественно, Египта.

Энергично заявляя о своей готовности отстаивать "исторические права" на имеющуюся водную квоту, Египет в то же время использует гибкую тактику переговоров, ставя вопрос о предоставлении Эфиопии экономической и технической помощи, предлагая снабжать ее электроэнергией в обмен на возможно более полное сохранение своей доли вод Нила. [12, c.50] Каир не заинтересован в углублении конфликта с Эфиопией, т.к. это может привести к большей поляризации сил и дестабилизации обстановки в регионе Северо-Восточной Африки, а также ограничило бы египетское влияние на региональные процессы в будущем.

Во многом именно поэтому Египет стремится к многосторонним и двусторонним переговорам по разделу вод Нила, демонстрирует миролюбие по отношению к вопросу о пересмотре существующего соглашения 1959 г. По мнению Каира, справедливый раздел нильской воды означает, прежде всего, "наиболее эффективное использование вод Нила государствами бассейна в соответствии с потребностями каждого из них". Исходя из этого, египтяне выступают за создание механизма коллективного управления Нилом, призванного смягчить остроту проблемы. [38, c.403]

И хотя Египет не желает идти по пути разрастания конфликта с Эфиопией, в случае неуступчивости последней, он готов пойти и на более радикальные меры. В 1999 г. египтяне даже пригрозили применить оружие, если Эфиопия будет злоупотреблять своим положением в верховьях реки.

Каир использует и другие средства противодействия эфиопским планам. В частности, египтяне чинят препятствия в деле получения Эфиопией иностранной финансовой помощи. Налаживанию плодотворного диалога между двумя странами в значительной степени мешает давняя вражда между ними.

Суданское руководство отчетливо понимает исключительную важность и болезненную чувствительность египтян к нильской теме, особенно когда речь заходит об изменении сложившегося статус-кво. Именно поэтому в поисках путей урегулирования конфликтных ситуаций с Египтом суданцы делают акцент на общности стратегических интересов двух государств

Официально и на практике Судан последовательно и неукоснительно придерживается всех пунктов соглашения 1959 г., подчеркивает его правовой характер. Для этого у Хартума есть ряд серьезных оснований: во-первых, в настоящее время реальное потребление Суданом нильской воды не превышает 14,5 млрд. куб. м, т.е. 4 млрд ежегодно остается неиспользованными [12, c.49]; во-вторых, заключение любого нового соглашения с участием всех государств бассейна Нила вряд ли позволит увеличить нынешнюю суданскую квоту.

Не вызывает сомнения и тот факт, что египтяне добровольно никогда не согласятся пересмотреть свою долю в чью-либо пользу. Напротив, любя попытка, и это понимают в Хартуме, нарушить в одностороннем порядке действующее соглашение будет незамедлительно пресечена Каиром, причем самым решительным образом.

Дополнительную напряженность в двусторонние отношения между Египтом и Суданом, а следовательно и бросило вызов региональной безопасности, внесло обострение территориального спора о принадлежности "треугольника Халаиб" (территория площадью около 18 тыс. кв.км с населением до 20 тыс. человек на побережье Красного моря). [43, c.61]

Одной из причин обострения давнего территориального спора стало предоставление суданским правительством концессии на разведку и добычу нефти в "треугольнике" канадской компании. На границе произошли вооруженные столкновения.

В 1995 г. египетские войска заняли территорию "треугольника", за исключением города Халаиб. Ситуация еще больше обострилась после неудачного покушения на президента АРЕ Х. Мубарака в Аддис-Абебе в июне 1996 г., в причастности к которому Египет обвинил суданские власти. [37]

Однако ни Каир, ни Хартум не были заинтересованы в дальнейшей эскалации противостояния и, начиная с 1997 г., напряженность между ними стала постепенно снижаться.

Таким образом, на современном историческом этапе стратегической задачей внешней политики Египта остается последовательное утверждение лидерства страны в Арабском мире, политическое и экономическое упрочнение позиций АРЕ в регионе Ближнего и Среднего Востока, а также на африканском континенте. Мало чем отличается позиция Алжира и Марокко. Четко прослеживаются в действиях обеих держав стремление зациклить экономическую интеграцию региона Северной Африки на себя.

Анализируя политики этих стран видно, что наиболее стабильные экономически и политически государства неизменно стремятся стать лидеров данного региона, что приводит к обострению противоречий между ними, делает международные отношения в данном регионе менее стабильными.

Однако, несмотря на продолжающееся развитие в этих государствах, следует отметить, что тенденции развития торгово-экономического сотрудничества между странами Северной Африки на протяжении последних десятилетий показывают, что процессы экономической интеграции в регионе заметно отстают от темпов развития экономического сотрудничества в других регионах.

Рвение всех трех государств к лидерству также имеет сильное влияние безопасность в регионе. Так, Алжир и Марокко конкурируют по вопросу, связанному с Западной Сахарой. При этом ни одна из сторон не желает уступить хоть немного свои позиции, дабы не потерять свое первенство, что и затягивает решение конфликта.

В целом же, можно сказать, что странам региона удается в той или иной степени решить проблемы, связанные с региональной безопасностью. Однако это не означает, что в самом ближайшем будущем ситуация не изменится в худшую сторону.

Наибольшие риски, как представляется, связаны с остающейся неурегулированной проблемой распределения вод Нила, а также деятельностью АКМ ("Аль-Каида в странах исламского Магриба"), причем как в самих странах региона, так и использовании исламистами Северной Африки как транзитного буфера для совершения терактов в Европе, и, естественно, с уже упомянутой западно-сахарской проблемой.

Также к существующим, хотя и не так долго стоящим проблемам можно отнести развитие ядерной энергетики в данном регионе, наркотрафик из Северной Африки в Европу и нерешенный, хотя и не остро стоящий вопрос принадлежности Халаиб.


Глава 2. Взаимодействие стран Северной Африки с основными внешними акторами


Говоря о Северной Африке, то следует отметить, что этот регион всегда привлекал страны Западной Европы и США как экономически, так и политически. Не выпустила его из виду и Россия. Это во многом объясняется его географическим положением (южное побережье Средиземного моря), а также наличием природных ресурсов.

В данном разделе будет рассмотрены в основном экономические условия взаимоотношений стран региона с внешними силами, но политический аспект также будет упомянут.

Следует отметить, что во времена "холодной войны" страны Западной Европы и США должны были координировать свои действия и консолидировать свои силы в данном регионе против СССР. Однако, после распада Союза стали проявляться признаки конкуренции внутри ранее единого блока.

В 90-х гг. ХХ в. стратегическое значение данного региона в некоторой степени снизилось, однако экономически он все еще представляет огромный интерес.


2.1 Европейский Союз


На протяжении всей постколониальной истории регион Северной Африки занимал одно из приоритетных мест во внешней политике Евросоюза. Позиция ЕС определялась комплексом внешнеэкономических и внешнеполитических интересов, разносторонними связями стран Западной Европы с Северной Африкой, сложившимися на протяжении длительного колониального периода и в постколониальную эпоху.

В 60-70-е годы ХХ в. ЕС и страны региона связывали особые отношения, зафиксированные в соглашениях о сотрудничестве, которые регулировали главным образом вопросы делового партнерства в хозяйственной сфере, в основном в области взаимной торговли. [36, c.7]

Говоря об истории политики Европейского Союза в данном регионе, следует отметить, что до 1991 г., т.е. до распада СССР и окончания Холодной войны, ЕС не имел собственной независимой политики здесь, т.к. все сводилось в основном к противостоянию двух блоков.

Однако, как только данное противостояние окончилось, страны Европы поспешили восстановить свои утраченные позиции. Европейские государства имеют повышенный интерес к региону Северной Африки по ряду причин: во-первых, это исторически сложившиеся связи, Франция и Англия обладали колониями пошли по всему побережью; во-вторых, это географическая близость региона в странам ЕС, поэтому нестабильность в данном регионе ставит под угрозу безопасность всех европейских стран, или большинства из них.

С началом 90-х гг. наступает новый (третий) этап в развитии партнерства между ЕС и Северной Африкой. Окончание "холодной войны", политика либеральных экономических реформ и провозглашение курса на укрепление элементов политической демократии в большинстве североафриканских государств, сложившийся к этому времени значительный комплекс взаимных связей и интересов, прежде всего экономических, а также гуманитарных поставили в практическую плоскость обновление отношений ЕС со странами Северной Африки, тем более, что они все более настойчиво требуют ускорить процесс их интеграции в ЕС. [3, c.158]

Политика ЕС в регионе Северной Африки, как и на Ближнем Востоке в целом, характеризуется продуманностью и неприменением силы. Это т. н. Low Politics. Однако существует один огромный минус: ЕС - это совокупность государств, у каждого из которых есть собственные интересы, которые доминируют над общими, и определенная степень зависимости от США (Франция - полностью проводит собственную политику, а Англия ориентируется на США). [51, c.15] Все это ведет к тому, что добиться единства в принятии решений крайне сложно, и в итоге это замедляет процесс регулирования отношений с данным регионом.

Комплексный подход со стороны ЕС к вопросам сотрудничества с североафриканскими странами, включающий не только экономическую, но и политическую, а также гуманитарную области, становится с 1992 г. важнейшим фактором, стимулирующим развитие интеграционных связей.

В июне 1995 г. Европейский Совет утверждает программу реформ и усиления средиземноморской политики ЕС на стратегических направлениях, предложенную Европейской комиссией в 1994 г. в октябре. Она предусматривает формирование к 2010 г. Евро-Средиземноморской экономической зоны (EMEA) в результате постепенной либерализации торговли в соответствии с двух - и многосторонними соглашениями между государствами региона. Осуществление стратегии, направленной на содействие экономическому развитию (MEDA), предусматривает выработку и реализацию правил охраны интеллектуальной собственности (открывает большие возможности для доступа к новейшим технологиям), соблюдения корпоративного и банковского законодательства (что способствует притоку частного и банковского капитала из стран), создания условий для полной конвертируемости национальных валют арабских стран и т.д. [68, c.157]

Важным обстоятельством, вызвавшим необходимость переосмысления и обновления политики ЕС в отношении стран южного Средиземноморья и в целом Арабского Востока, стал усилившийся поток мигрантов из арабских стран. К 90-м годам в государствах Западной Европы, прежде всего во Франции, Испании и Италии, сложилась обширная диаспора выходцев из североафриканских стран. [53, c.50]

Немаловажную роль в выработке нового курса ЕС сыграли также быстрое расширение в регионе масштабов наркобизнеса и незаконной торговли оружием, которые непосредственно затронули страны-члены ЕС, как их внутриполитическую стабильность, так и безопасность в районе Средиземноморья и в более широких географических рамках.

Рост волны религиозного радикализма, выступающего под знаменем ислама, кризис государственности, расползание за пределы региона международного терроризма и другие вызовы конца ХХ века оказались непосредственно связаны с острейшими социально-экономическими, политическими и гуманитарными проблемами стран Северной Африки (и Арабского Востока в целом). [63, c.145]

Все вышеперечисленное образует комплекс проблем экономического, социально-политического и гуманитарного развития стран региона, решение которых, спустя почти четыре десятилетия после обретения политической независимости, оказалось не под силу отдельным государствам, стоявшим, подобно Алжиру, перед глубоким системным кризисом, опасностью разрастания масштабов гражданской войны.

Ряд североафриканских стран, в особенности Марокко, пытаются ускорить свое вступление в ЕС, придав большую динамику процессу углубления сотрудничества. Основные мотивы, которыми руководствуются арабские государства в их стремлении к углублению интеграционных связей с ЕС, не столько политические, хотя они и играют большую роль (при этом различную у отдельно взятых государств), сколько экономические. В краткосрочном плане, в ближайшей перспективе это - получение растущей экономической помощи, доступ к новейшим технологиям, рынкам труда и т.д. Важнейшей целью является снятие барьеров на пути экспорта товаров, произведенных в странах Северной Африки, на рынки государств - членов ЕС. [56, c.95]

Есть у каждой из стран региона и свои собственные мотивы - надежда скорее преодолеть негативные последствия международных экономических санкций (Ливия), желание опереться на ЕС в преодолении глубокого системного кризиса в условиях противостояния исламских течений и организаций правящему режиму (Алжир) или в достижении жизненно важных экономических, а также внешнеполитических целей (Марокко, стремящееся использовать более тесные связи с ЕС в интересах промарокканского решения западносахарской проблемы).

Наибольшие шансы на более быстрое продвижение по пути тесного сотрудничества имеет Тунис, интеграция с которым уже становится своеобразной моделью для других стран региона. Именно Тунис первым среди североафриканских государств подписал с ЕС в июле 1995 г. Договор об ассоциации, рамки которого отражают новый этап во взаимоотношениях партнеров. [22, c.77]

января 1997 г., т.е. спустя пять лет после объявления Новой интеграционной стратегии, был подписан Договор об ассоциации Марокко и ЕС, который явился частью обновленной Средиземноморской политики Евросоюза. Договор заменил Соглашение о сотрудничестве, действовавший с 1 ноября 1978 г. Новый договор - бессрочный. От прежнего его отличает, прежде всего, согласие партнеров на постепенное формирование единого торгового пространства на основе положений ВТО, предоставление взаимных торговых преференций, поддержание политического диалога через учреждение Совета ассоциации на уровне министров и Комитета ассоциации, состоящего из старших чиновников, управляющих реализацией Договора. [51, c.57]

Помимо Туниса и Марокко договор об ассоциации с ЕС подписали Алжир и Египет, но произошло это значительно позже - лишь в начале текущего десятилетия. Эти договоры намечают направления и темпы развития партнерства, схожие с зафиксированными в договорах с Тунисом и Марокко. [51, c.62]

Что касается более долгосрочных перспектив партнерства, связанных с приемом в члены ЕС, то они в сильной мере ограничены так называемыми Маастрихтскими соглашениями, которые устанавливают довольно жесткие рамки для членства в ЕС.

Как уже отмечалось, в 1995 г. Тунис подписал соглашение об ассоциации с ЕС. Ассоциированное членство означает более высокую степень либерализации взаимной торговли с ЕС, более тесное экономическое сотрудничество, включая оказание помощи со стороны Евросоюза, создание совместных институтов, содействующих сотрудничеству и подготовке условий для последующего вступления Туниса в ЕС. Статус ассоциированного члена предполагает вхождение в зону свободной торговли и в единый таможенный союз. Но этот процесс будет осуществляться постепенно в течение 12 лет после подписания соответствующих протоколов. [16, c.67]

Помимо предоставления финансовой помощи и кредитов, страны ЕС инвестируют значительные суммы в экономику Туниса в виде прямых капиталовложений.

Недостаточные объемы оказываемой ЕС финансовой помощи, особенно накануне его расширения за счет стран Центральной и Восточной Европы, а также тормозящие реализацию финансовых обязательств бюрократические процедуры, сдерживают процесс интеграции Туниса с ЕС. Поэтому Тунис всячески стремится к получению кредитов от международных финансовых организаций и пытается диверсифицировать свое двустороннее финансовое сотрудничество за счет таких стран как США и Япония. [22, c.82]

Касательно Алжира, следует отметить, что основные отношения у него складываются именно с Францией. Алжиро-французские отношения имеют особый, специфический характер, обусловленный географической близостью, годами совместной истории в колониальный период, тесными культурными и социальными связями. Своеобразие отношений двух стран связано с их значительной эмоциональной составляющей, особой тональностью контактов, продолжительным колониальным присутствием Франции в Алжире, оставившим, вследствие необычайно острого и болезненного процесса деколонизации, смешанные чувства взаимной симпатии и соперничества, взаимопонимания и непримиримости. В силу целого ряда факторов геополитического, экономического, социального и культурного порядка Алжир заслуживает особого внимания Франции, в равной мере и Франция для Алжира была и остается важным партнером.

С начала 90-х годов отношения между Францией и Алжиром развивались противоречиво и непоследовательно. Победа Исламского фронта спасения (ИФС) в первом туре парламентских выборов в Алжире 26 декабря 1991 г., а также политические события, которые последовали за этим, явились причиной ухудшения отношений между Францией и Алжиром. Позиция Франции состояла в осуждении действий алжирского режима и проводимой им внутренней политики. Террористические акты, совершенные против французских граждан, самым громким из которых был захват группой экстремистов самолета авиакомпании "Эр Франс" в декабре 1994 г., лишь ухудшили отношения между двумя странами. [54, c.105]

Президентские выборы 1995 г. в АНДР, победу на которых одержал Л. Зеруаль с поддержкой 61% голосов избирателей, [5, c.22] послужили началом для пересмотра отношения Запада к алжирскому внутриполитическому кризису.

Террористические акты в США 11 сентября 2001 г. привели к адекватному осознанию международным сообществом и, в первую очередь, странами Запада реальных и потенциальных угроз радикального исламизма, что оказало существенное влияние на окончательное формирование нового отношения Парижа, Вашингтона и Лондона к действующим сторонам внутреннего алжирского конфликта. Таким образом, на рубеже XX и XXI вв. сформировались благоприятные политические условия для потепления алжиро-французских отношений.

Кульминацией дипломатической активности стал государственный визит Ж. Ширака в Алжир 2-4 марта 2003 г. [52, c.295] Эта поездка является первым государственным визитом французского президента в АНДР. Посещения независимого Алжира на разных исторических этапах французскими президентами не имели статуса государственных визитов.

В ходе визита стороны подписали "Алжирскую декларацию", которая является структурной основой для дальнейшего развития двусторонних отношений. Документ предусматривает интенсификацию политических контактов, укрепление экономического, культурного и научного сотрудничества, а также развитие взаимодействия, направленного на упрощение административных формальностей, связанных с перемещением физических лиц между странами. Декларация предусматривает проведение ежегодных встреч между главами государств и дважды в год консультаций на уровне министров иностранных дел. Сотрудничество в политической области затронет такие сферы, как борьба против международного терроризма, партнерство между Европейским союзом и Магрибом, реализация Нового партнерства для развития Африки (NEPAD). [20, c.37]

Наряду с двусторонними связями, Франция и Алжир развивают отношения в рамках сотрудничества Европейский Союз - Алжир. В декабре 2001 г. стороны парафировали договор об ассоциированном членстве Алжира в ЕС. В апреле 2002 г. указанный договор был подписан, а уже в октябре договор был одобрен подавляющим большинством голосов Европейским парламентом. [54, c.107] Однако в связи с расширением Европейского Союза на восток, подразумевающим оказание разностороннего содействия странам Восточной Европы, которые присоединятся к ЕС в 2004 г., остро встает вопрос о перспективах и темпе развития сотрудничества ЕС со странами южного Средиземноморья. Позиция Франции, которая исторически имеет интересы в Северной Африки, заключается в том, чтобы сохранить евро-средиземноморское сотрудничество в качестве приоритетного направления внешней политики ЕС.

Совпадение позиций Алжира и Франции по одному из наиболее актуальных вопросов международной политической жизни в 2003 г. - иракскому кризису - также имеет весомый вклад в налаживание отношений с Европой. Официальная позиция Алжира заключалась в негативной оценке военной операции коалиции, возглавляемой США, против Ирака. [50, c.183]

Что же касается экономики, то здесь можно сказать, что с конца 90-х годов уже отмечалась положительная динамика франко-алжирских торговых отношений.

Учитывая объективные сложности алжирской экономики: моноэкспортную структуру, технологическую отсталость производственных мощностей, низкую конкурентоспособность промышленности, слабость финансового сектора, одним из приоритетных направлений экономической политики правительства является привлечение прямых иностранных инвестиций (ПИИ). Однако, несмотря на активные действия алжирских властей на самом высоком уровне, французские инвестиции остаются на нынешний день значительно ниже ожиданий и надежд алжирской стороны. [46, c.312]

Причины низкого уровня ПИИ в алжирскую экономику состоят в отсутствии благоприятного политико-экономического климата, являющегося необходимым условием для активной и плодотворной деятельности ТНК.

В политическом плане в качестве главных негативных аспектов инвестиционного климата в Алжире рассматривается продолжающееся противостояние алжирского режима с вооруженными исламскими террористическими организациями, обострение борьбы за признание культурной специфики берберов, а также частые изменения состава правительства.

В экономическом и юридическом плане основными препятствиями для ПИИ является процедурная слабость, медлительность в рассмотрении уполномоченными органами инвестиционных проектов, противоречия алжирского частного права международным стандартам, значительные административные барьеры, отсутствие реформ, многократно объявляемых руководством АНДР, но нереализованных на практике.

Подходы алжирской и французской сторон к экономическому сотрудничеству между странами кардинально различаются. Алжир стремится построить взаимодействие с акцентом на прямых инвестициях, Франция желает максимизировать полезные эффекты для экономики из увеличения экспорта в Алжир. При сохраняющихся различиях, на сегодня преобладающей формой алжиро-французских экономических отношений остается торговый обмен углеводородного сырья на промышленные и продовольственные товары, вытекающий из комплементарности национальных экономических систем. Подобная структура отношений, безусловно, не отвечает ожиданиям алжирской стороны. [50, c.183]

В качестве наиболее серьезных внешних факторов, способных дестабилизировать двусторонние отношения, является проблема Западной Сахары, по урегулированию которой позиции сторон не совпадают, а также активизация в последние годы роли США в Магрибе, в целом, и в Алжире, в частности.

На протяжении всей новой и новейшей истории Египет был тесно связан с Европой. Особенно ярко эта связь выражалась в отношениях Египта с Великобританией и Францией.

В настоящее время в своей политике относительно южного и восточного Средиземноморья ЕС руководствуется соображениями установления растущих взаимосвязей со странами этого региона и в рамках такого подхода стремится увязать внутреннюю обстановку в этих странах не только со своими экономическими интересами, но и с проблемой безопасности в Европе, в частности, и в регионе, в целом.

Выше упоминалось о Европейско-Средиземноморском партнерстве, которое также называется "Барселонским процессом". Египет занимает в "Барселонском процессе" одно из важных мест, т.к. является самой большой страной в арабском мире и одной из самых больших стран в Средиземноморском регионе. [45, c.152]

В период с середины 70-х до конца 90-х годов отношения между Египтом и ЕС строились на основе Соглашения о сотрудничестве от 18 января 1977 г., которое вступило в силу в ноябре 1978 г. Это Соглашение со стороны ЕЭС подписали Бельгия, Дания, Германия, Франция, Ирландия, Италия, Люксембург, Нидерланды и Великобритания. Документ состоял из трех глав: в первой - речь шла о сотрудничестве в экономической, технической и финансовой областях, во второй - говорилось о сотрудничестве в области торговли, в третьей - были заключены общие положения. Основную часть соглашения составляла вторая глава, посвященная торговле. Четыре протокола к Соглашению предусматривали оказание финансовой помощи Египту в реализации программ в экономической, социальной, сельскохозяйственной областях. [8, c.47]

В начале XXI века представители ЕС и АРЕ решили обновить законодательную базу своих отношений. Был разработан новый Договор о сотрудничестве между ЕС и Египтом. Он был подписан в Люксембурге 25 июня 2001 г. и вступил в силу 1 января 2004 г. заменив собой Договор 1977 г. [51, c.83]

Договор 2001 г. открывает новую страницу сотрудничества Египта и Европы. Если в предыдущих случаях Египет выступал на правах младшего партнера, то в Договоре 2001 г. он получает права равного партнера Европейского союза и его членов. Договор затрагивает возможности и цели политического диалога, развитие зон свободной торговли, и поддержки частного сектора, регулирует движение капиталов и различные экономические вопросы, оговариваются рамки экономического сотрудничества, рассматриваются возможности сотрудничества в рамках культурного диалога.

Новый Договор является частью механизма евро-средиземноморского взаимодействия на двусторонней основе. Главная цель - создать в течении 12 лет зону свободной торговли между ЕС и Египтом, а также помочь в наращивании экономического роста. Несмотря на то, что главные цели Договора 2001 г. - экономические, в нем значительная часть отводится политическому сотрудничеству и культурному диалогу.

В рамках глобализации происходит усиление миграционных процессов, в том числе и перемещение рабочей силы. Поэтому стороны обязуются подчинить свое социальное законодательство общим критериям, обеспечить социальную защиту рабочим мигрантам. [53, c.48]

В 2004 г. после расширения ЕС к Договору 2001 г. был добавлен протокол, в котором стороны договорились о проведение регулярных встреч для координации работы на министерском, высшем и парламентском уровне. Первая такая встреча в рамках Совета сотрудничества ЕС-Египет прошла в Люксембурге 14 июня 2004 г. В рамках нового Договора ЕС продолжает наращивать поток прямых инвестиций. [38, c.412]

Что же касается Марокко, то здесь дела обстоят сложнее. Со стороны европейских стран звучит в основном критическая оценка позиции, занятой Рабатом по западносахарской проблеме. [56, c.92]

Остается нерешенным вопрос о статусе анклавов Мелилья и Сеута, управляемых Испанией, на которые претендует Рабат. [25, c. 192] В июле 2002 г. обострился мароккано-испанский спор из-за принадлежности маленького острова Лейла (Перехиль). Кроме того, спорными территориями считается и ряд других прибрежных островов. В последнее время обостряется конфликт из-за линии прохождения морской границы между Канарскими островами и марокканским регионом Тарфия, поскольку в спорном районе возможно залегание крупных запасов нефти. [26, c.120]

Между двумя государствами имеются также противоречия по вопросам разграничения зон рыболовства в Средиземном море и в Атлантическом океане. Мадрид и Рабат выступают с взаимными обвинениями в содействии пограничной мафии в деле нелегальной иммиграции и наркоторговле. Вместе с тем спецслужбы двух стран наладили сотрудничество в деле борьбы с терроризмом.

Итак, можно отметить, что географическая близость ЕС - одного из ведущих политических и экономических центров мира наряду с другими факторами предопределяет предрасположенность стран Северной Африки к сближению с Евросоюзом. В силу исторических особенностей, состояния национальных экономик, традиционных внешнеполитических приоритетов и т.п. практически все страны Северной Африки проявляют высокую степень заинтересованности в углублении сотрудничества с объединенной Европой. Тунис и Марокко наиболее динамично продвигаются в развитии делового партнерства с ЕС. Далее следуют Египет и Алжир, также заключившие в начале XXI в. договоры об ассоциации. Общие цели этих стран - войти после 2008 г. в единое торговое пространство с ЕС, получить от Евросоюза необходимые для поддержки главным образом своих промышленных предприятий выделяемые объединенной Европой финансовые ресурсы и технологии, инвестиции европейского частного капитала.

Однако мы видим, что не все вышеперечисленные цели были достигнуты. Во многом это объясняется недостаточным экономическим развитием стран региона, а также, что немаловажно, политической нестабильностью, которая ставит под угрозу все инвестиционные проекты в регионе. Тем не менее, ЕС ежегодно выделяет немалые суммы для налаживания экономики в этих странах, в надежде, что стабильная экономика поспособствует развитию стабильности в политической жизни данных государств.

Ливии, Мавритании и Судану - странам, наименее продвинувшимся в обновлении своих политических систем и формировании современных рыночных экономик, вероятно, предстоит пройти более долгий и сложный путь к этим целям. В отличие от первой группы государств Северной Африки этим странам предстоит активизировать свое участие как в процессах экономической интеграции, так и в сфере политического и гуманитарного сотрудничества.


2.2 Соединенные Штаты Америки


Ряд политических, экономических и социальных противоречий между ЕС и странными Северной Африки не препятствовал развитию отношений последних с США, а даже способствовал им. В данный момент ЕС ощущает все большую конкуренцию США в данном регионе.

США стремятся активизировать свои торговые отношения в средиземноморье и усилить свое влияние в стратегически важном регионе Северной Африки. Инициатива Эйзенштата, которая была предложена в 1998 г. и представляла собой американо-магрибское партнерство, является неотъемлемой частью стратегии США по обеспечению военно-политических интересов в регионе, где располагаются базы НАТО. [73, c.227] Проект американо-магрибского партнерства был одобрен Марокко, Тунисом и Алжиром. В нем говорится об укреплении безопасности, способствовании экономическому благополучию, развитии процессов демократии, создании зоны свободного обмена, повышение уровня сотрудничества.

Как таковой, данный план мало чем отличается от положений "Барселонского процесса", однако охватывает он лишь страны Магриба, в отличии от Европейского плана, который охватывает 12 стран Средиземноморья.

Рассматривая политику США через призму времени, нельзя не заметить, что еще в первой половине 90-х гг. Америка придерживалась более агрессивного подхода к решению проблем на Ближнем Востоке в целом, и в Северной Африке в частности. Если ЕС с самого начала руководствовались принципами Low Politics, то США вначале проводили политику, которая называется High Politics, т.е. абсолютно противоположную европейской. Наглядным примером такой политике могут послужить санкции против Ливии.

Основным партнером США в регионе Северной Африки является Египет. Исторически обе эти страны всегда имели большое влияние на развитие событий: США - в общемировом масштабе, а Египет - на Арабском Востоке.

На современном этапе Египет и США осуществляют сотрудничество по целому ряду вопросов, имеющих большое значение как для развития двусторонних связей, так и для стабилизации обстановки на Ближнем Востоке. США являются одним из основных торгово-экономических партнеров Египта, крупнейшим поставщиком вооружений в АРЕ, а также гарантом египетско-израильского мирного соглашения. [39, c.27]

Рубеж XX-XXI вв. ознаменовался обострением международных отношений, как в глобальном масштабе, так и в регионе Ближнего и Среднего Востока. США оценили то, что в трудную для них минуту после терактов 11 сентября 2001 г. в Нью-Йорке и Вашингтоне президент Египта Хосни Мубарак выступил в поддержку любых действий США в борьбе с терроризмом. [15, c.34]

Отношение египетских граждан к США проявилось в реакциях на теракты 11 сентября 2001 г. Общественное мнение в оценках случившегося разделилось. Официальный Каир в лице президента Египта безоговорочно осудил массированную террористическую атаку на Америку. [15, c.35]

Совсем иначе отреагировала на случившееся каирская общественность. Простые египтяне, как правило, не скрывали своего удовлетворения.

Причин столь негативного отношения египтян к США немало. Для большинства простых граждан АРЕ США - основной виновник происходящих бед на Арабском Востоке, в частности, затянувшегося палестино-израильского конфликта, в котором, по мнению подавляющего большинства жителей АРЕ, Вашингтон давно и твердо занимает сторону еврейского государства. Кроме того, в намерениях США провести демократические реформы на Арабском Востоке арабы видят попытку нарушить вековые устои и самобытность стран и народов в этом регионе. [38, c.410]

Также руководство Египта поддержало антитеррористическую операцию США в Афганистане.

Однако со временем отношение Египта к антитеррористической операции США на Востоке и в целом к ближневосточной политике Вашингтона изменилось. Уже в апреле 2002 г. президент Х. Мубарак в обращении к нации заявил, что "война против террора получила новое качество, направленное на обеспечение политических интересов еврейского государства за счет арабских и других исламских стран", обвинив тем самым США в том, что они подчинили международную антитеррористическую кампанию интересам Израиля. [39, c.35]

Неодобрение Египта вызывает и так называемая "доктрина Буша", согласно которой США оставляют за собой право наносить упреждающие удары, если появится угроза их национальной безопасности. Эта доктрина была реализована против Ирака в 2003 г., хотя никаких доказательств того, что режим Саддама Хусейна представлял угрозу национальной безопасности Соединенных Штатов, так представлено и не было. [42, c.225]

Еще одним результатом последствий 11 сентября стало обострение отношений между США и мусульманским миром. В Египте с тревогой реагируют на то, как определенные политические круги на Западе, в том числе и в США, проводят неприкрытую антиисламскую пропаганду, эксплуатируя чувства людей, возникшие после терактов. Египет как один из центров мусульманского богословия стремится "очистить" образ ислама - одной из мировых религий, которую на Западе нередко связывают с крайне радикальными формами политической борьбы. [15, c.42]

В Египте не перестают вести борьбу с религиозным экстремизмом и искаженным толкованием ислама.

Тем не менее, власти Египта находятся в постоянном контакте с руководством США, обсуждая пути решения палестино-израильской проблемы. Египет и США выступают за скорое создание палестинского государства, прекращение насилия в регионе, однако мнения расходятся относительно методов осуществления этих целей.

июня 2003 г. в Шарм-аль-Шейхе собрались главы ведущих арабских государств, чтобы обсудить с президентом США пути разрешения ближневосточного конфликта. Главным итогом саммита можно назвать то, что его участники полностью поддержали "Дорожную карту" и осудили терроризм во всех его проявлениях. От имени арабских участников встречи Х. Мубарак также высказался за полное прекращение израильской оккупации палестинских земель в соответствии с решениями международного сообщества и призвал все палестинские группировки отказаться от насилия и поддержать созданное правительство Махмуда Аббаса. Такая позиция в полной мере устраивала США, стремившиеся максимально ослабить позиции Арафата и посеять раздор в палестинском руководстве. Однако, как показало время, ни Махмуд Аббас, ни его преемник на этом посту Ахмед Куреи не смогли в полной мере стать реальными авторитетами в исполнительной власти ПНА. [63, c.147]

Однако официальный Каир разочаровала позиция США по палестино-израильскому конфликту, т.к. Вашингтон согласился на такой план урегулирования, который устроил бы еврейское государство.

Египет стремится быть одним из ключевых посредников в процессе ближневосточного урегулирования. С одной стороны, это позволяет АРЕ поддерживать свое лидерство среди арабского сообщества, которое он утратил в результате подписания мирного договора с Израилем, а с другой накладывает большую ответственность за положение дел в зоне палестино-израильского конфликта. [75, c.188]

Египет активно участвует в мирных инициативах, направленных на урегулирование ближневосточного конфликта, поскольку заинтересован в политическом решении этой проблемы, позволяющем надеяться на то, что арабо-израильские отношения перейдут из области конфронтации к взаимопониманию, мирному сосуществованию и в будущем сотрудничеству.

В США понимают это и используют дипломатическую активность Каира для налаживания палестино-израильского диалога. Одержав серьезную стратегическую и дипломатическую победу в конце 70-х годов, когда Вашингтону удалось убрать из антиизраильского фронта самое сильное его звено - Египтет, США стремятся к реализации подобного рода планов и по отношению к другим арабским странам.

Говоря о войне в Ираке, то следует отметить, что накануне начала военных действий официальные лица Египта неоднократно выступали с критикой правительства США, предлагавшего силой разоружить Ирак. Согласно занятой Египтом позиции по иракскому вопросу, ключевая роль в урегулировании данной проблемы должна была принадлежать ООН. Официальный Каир категорически отверг военное решение иракской проблемы и заявил, что не будет участвовать в войне против братского Ирака. [41, c.220]

Каир был также против силового метода смены властей в Багдаде. Военный удар США и их союзников по Ираку был чреват серьезным экономическим уроном странам Ближнего Востока, в том числе и Египту, чьи доходы во многом зависят от зарубежного туризма, поступлений за эксплуатацию Суэцкого канала, от иностранных инвестиций - секторов экономики, тесно связанных с международной обстановкой в регионе.

Подавляющая часть египетского общества, равно как и в других арабских странах, яростно осуждала действия США и их союзников в Ираке, не санкционированные резолюциями Совета безопасности ООН.

Однако, несмотря на широкий общественный резонанс в арабских странах, который вызвала военная акция против Багдада, официальный Каир не пошел на осложнение отношений с Америкой. Он, в частности, не стал закрывать Суэцкий канал для прохода кораблей США и Великобритании, направлявшихся в зону военных действий против Ирака. Руководство страны сослалось при этом на действующие со дня открытия канала для свободного судоходства международные соглашения, согласно которым Египет имеет право на закрытие искусственной водной артерии только в случае, если египетское государство будет находиться в состоянии войны. [41, c.221]

С 1988 г. Египет имеет статус союзника США из числа стран, не входящих в НАТО. Это позволило за последние годы существенно расширить сотрудничество в военной области, так как по американским законам страны, являющиеся главными союзниками США, пользуются льготным режимом экспортного контроля при закупках боевой техники. Такой же статус имеет и Израиль. Но характер отношений США с Египтом и Израилем различный. Если Израиль является для США одним из главнейших союзников в мире, интересы которого Вашингтон методично соблюдает в самых разных областях международных отношений, то "стратегический партнер" Египет - это в первую очередь влиятельный канал для общения с арабским миром, с которым у США диалог никак не получается. [39, c.40] Для самого Египта такая роль, с одной стороны, почетна, поскольку признает за ним статус лидера в арабском мире, а с другой, рискованна, ибо закрепляет в сознании людей имидж Египта как большого друга ненавистной для большинства арабов Америки. Отсюда - стремление Каира балансировать между общеарабскими интересами и собственными планами укрепить лидирующие позиции в регионе.

Со своей стороны Белый дом стремится как можно больше расширить и углубить связи с Египтом, чтобы стать единственным стратегическим партнером этой арабской страны. В Каире в свою очередь понимают, что реальной альтернативы уровню партнерства с США в обозримом будущем не предвидится.

Египет является несущей конструкцией всей ближневосточной политики Вашингтона. Через Каир власти США стараются найти общий язык с теми арабскими режимами, с которыми у Вашингтона до сих пор не сложились отношения. Однако нынешняя арабская политика США вызывает у официального Каира опасения. [39, c.42]

Однако отношения США не сводятся только лишь в Египту. Так, экономическим союзником Америки можно назвать Алжир.

Помимо традиционно сильных позиций американских компаний в нефтегазовом секторе алжирской экономики, повышение интереса США к сотрудничеству с Алжиром в последние годы проявляется, прежде всего, в сфере борьбы против международного терроризма, а также в содействии в проведении экономических реформ. Борьба против международного терроризма, будучи одной из самых актуальных тем современных международных отношений, несет в себе значительный потенциал сотрудничества между США и Алжиром. [63, c.142] Активизация роли США в Магрибе не может не вызывать негативной реакции Парижа и приводит к столкновению французских и американских интересов в регионе, который Франция считает своей традиционной зоной влияния.

Учитывая тот факт, что алжирское политическое руководство не отдает явного предпочтения ни Франции, ни США, а проводит традиционную для Алжира политику диверсификации отношений с партнерами в разных областях международных отношений с целью максимально возможного достижения своих целей и защиты собственных интересов, перспективы алжиро-американского сотрудничества будут находиться в тесной зависимости от динамики франко-алжирских отношений.

Также одним из рычагов влияния США является НАТО. Предпринимаются шаги по организации многостороннего военно-политического сотрудничества с использованием структур НАТО. Так, в 1995 г. Североатлантический альянс начал реализовывать т. н. "Средиземноморскую инициативу", предусматривающую налаживание диалога между НАТО и странами Южного и Восточного Средиземноморья в рамках программы, во многом схожей с восточноевропейской программой "Партнерство ради мира". Первоначально в натовской инициативе участвовали Египет, Израиль, Мавритания, Марокко и Тунис. Позднее к ним присоединились Иордания (1996 г.) и Алжир (2002 г.). Вне диалога остаются Ливан, Ливия и Сирия. [77, c.253]

С 1999 г. после прекращения военных связей с Францией, отмечается расширение военных связей Мавритании с США.

Также США неоднократно заявляли о своей непосредственной заинтересованности в укреплении безопасности королевства Марокко. В 1982 г. создан и регулярно проводит свои заседания совместный комитет по вопросам военного и военно-технического сотрудничества. [57, c.318] Оно развивается по следующим основным направлениям: участие США в подготовке марокканских военных кадров, продажа или передача королевской армии на безвозмездной основе оружия и военной техники, проведение совместных мероприятий по оперативной и боевой подготовке штабов и войск, обмен военными делегациями и визитами военных кораблей. Важным элементом сотрудничества является предоставление американцам права на использование целого ряда объектов военной инфраструктуры Марокко.

Что же касается Ливии, то долгое время она была отнесена к государствам-спонсорам терроризма, и дипломатических отношений между Триполи и Вашингтоном не было.

Официально двусторонние американо-ливийские отношения были восстановлены 28 июня 2004 г. [34, c.142] В этом же году США сняли экономическое эмбарго в отношении Ливии, и она присоединилась к соглашению по уничтожению химического оружия, нераспространению ядерного оружия и допустила международную комиссию для проверки.

Итак, можно отметить, что в отличие от ЕС, США делает акцент на военно-стратегическое сотрудничество со странами региона Северной Африки.


2.3 Российская Федерация


Российско-арабские экономические связи получили наиболее активное развитие главным образом на гребне волны национально-освободительных движений в регионе, реализации обширных программ модернизации, с одной стороны, а с другой - благодаря использованию советского хозяйственного и научно-технического потенциала, который в значительной мере служил СССР инструментом в противостоянии со странами Запада и конкуренции с ними на обширных пространствах "третьего мира". Кредиты и техническая помощь Советского Союза позволила арабским государствам осуществить крупные проекты в инфраструктуре, энергетике, металлургии, а также в оборонной промышленности в других базовых отраслях, в образовании, здравоохранении, организовать хорошо вооруженные и обученные национальные армии. [74, c.188]

В результате, после событий 1991 г. экономические связи с арабским миром были большей частью заморожены или свернуты. Колоссальный совместный потенциал, наработанный за предшествующие годы, оказался почти невостребованным. Государство ушло из сферы торгово-экономических отношений с этими странами, а частный российский капитал еще долго не был готов осваивать былое советское наследство на многих традиционных рынках. Опыта взаимодействия даже со старыми партнерами - представителями арабского национального капитала - новым российским бизнесменам подчас не хватало, как недоставало и знания местной специфики. На долгие годы в отношениях России с арабским миром наступила пауза. Прежние формы российско-арабского экономического сотрудничества оказались если не полностью разрушенными, то заметно подорванными, а все российско-арабские хозяйственные отношения свелись к деятельности примерно трех десятков мелких и средних частных арабских фирм. [76, c.49]

По характеру взаимоотношений с арабскими странами Россия получила от бывшего СССР непростое наследие. В частности, двусторонние экономические и научно-технические связи строились в рамках межправительственных соглашений без учета интересов частного сектора. Структура российского импорта имела в целом сырьевую направленность.

На данном этапе перед Россией открылись реальные возможности расширения экономического сотрудничества с арабскими странами. Речь идет о высоких технологиях, банковских услугах, поставках металлопродукции и материалов для промышленного использования, а также о передаче технологического опыта, особенно в нефтегазовой сфере.

Возможно сотрудничество и в таких областях, как бурение с целью разведки месторождений подземных вод, опреснение морской воды (дефицит водных ресурсов в среднесрочной перспективе вообще способен превратиться в главную проблему региона), нефтехимия и металлургия. Разработаны также совместные проекты по производству химических удобрений, побочной продукции нефтяной промышленности, древесины, изделий кожевенной промышленности, судов, готовых быстросборных деревянных домов, автомобилей и других транспортных средств. [23, c.72]

Особо перспективным является военно-техническое сотрудничество с арабскими странами, обеспечивающее высокорентабельными заказами предприятия военно-промышленного комплекса России. По объему поставок военной техники и вооружений в арабские государства Россия пока не в состоянии сравняться со странами Запада. Однако дальнейшее развитие сотрудничества с Россией в данной сфере поможет арабам диверсифицировать источники приобретения оружия и тем самым уменьшить свою зависимость от американских поставок.

Активизация экономического взаимодействия России с арабскими странами имеет и огромное геополитическое значение. Во-первых, Россия является признанным международным коспонсором ближневосточного урегулирования. Политическое присутствие этой страны в регионе достаточно стабильно и отвечает важнейшей государственной задаче - играть роль одного из полюсов в многополярном мире. Визиты президента России в Алжир и Марокко соответственно в марте и сентябре 2006 г. значительно повысили авторитет России в региональном и глобальном масштабе. [31, c.269]

Однако, если Москва не подкрепит свое влияние на Ближнем Востоке, и, в частности, в Северной Африке, соответствующими экономическими действиями, ее роль будет здесь неуклонно ослабевать, что, в конечном итоге, может привести к вытеснению России из ближневосточной региональной политики. Неоценимую услугу внешней политике может оказать отечественный бизнес, действуя через разрабатываемую ныне систему связей. Путем экономического взаимодействия со всеми без исключения странами региона Россия на деле подтвердит свою роль успешного и дружественного посредника между столь разными государствами.

Экономическое сближение России с арабским миром должно сопутствовать упрочению обоюдных политических связей. Перспективными считаются два направления: Египет и Алжир.

Ключевую роль среди традиционных арабских партнеров России играет Египет. К числу новых, наиболее перспективных областей сотрудничества относится сфера коммуникаций и информационных технологий. Назначенный премьер-министром Египта Ахмед Назиф возглавлял ранее министерство коммуникаций и информационных технологий. За время его пребывания на этом посту отрасль постоянно демонстрировала успехи. [23, c.74]

Широкий резонанс получил запуск проекта "Умная деревня". Речь идет о своеобразном технопарке, т.е. об оснащенной самым современным оборудованием и удобной жилищной инфраструктурой территории, где предполагается разместить ведущие фирмы и компании в области разработки и внедрения информационных технологий. [23, c.75]

Как и в советское время, улучшение российско-египетских торгово-экономических отношений связано, прежде всего, с политической ситуацией. Пока основной партнер Египта и в политике, и в экономике - США. Однако Египет готов активнее сотрудничать с Россией, Китаем, Европой, так как является сторонником многополярного мира. Активизация США на Ближнем Востоке в последние годы, которая вылилась в косвенное и открытое вмешательство во многие политические, социальные и экономические процессы, вызывает недовольство у египетской элиты. Современная Россия пока не воспринимается как альтернативный полюс, но, тем не менее, улучшение отношений с Россией рассматривается как важный шаг в сторону большей независимости от Запада для многих арабских стран, в том числе и для Египта.

В последние годы наметилась явная тенденция к ускорению роста в российско-египетском товарообороте, который в 2005 г. составил 1125 млн. долл. (для сравнения, в 2003 г. - 415 млн. долл.). Более чем двукратный рост российско-египетского товарооборота объясняется высокой динамикой поставок пшеницы, пиломатериалов, бумаги и картона, проката черных металлов и нефти. [45, c.152]

Торгово-экономические отношения между Россией и Египтом осуществляются на основе межправительственного соглашения о торговле, экономическом и научно-техническом сотрудничестве от 14 мая 1992 г. и Протокола к нему от 5 ноября 1993 г. [71, c.254] Египет входит в перечень стран-пользователей схемой преференций Российской Федерации. Это означает, что при ввозе египетских товаров в Россию импортерам предоставляется скидка со ставок таможенных пошлин.

Поставки машин и оборудования на египетский рынок во многом связаны с планами египетского руководства модернизировать и реконструировать объекты, построенные при участии СССР. Российские производители авиа - и автомобильной техники активизировали поставки на египетский рынок.

С 2002 г. в Египте собираются автомобили ВАЗ. [74, c. 191] Основное преимущество российских автомобилей - они дешевле, в том числе и в обслуживании. Кроме того, предприятие по выпуску "десяток" и "семерок" создает большое количество рабочих мест.

Что же касается нефти, то единственной российской компанией, представленной в секторе разведки и добычи углеводородов в Египте, является ЛУКОЙЛ. У этой компании здесь два добычных и два геологоразведочных проекта. [6, c.294]

Есть еще одно перспективное направление сотрудничества двух стран в нефтегазовой сфере - поставка технологий и оборудования.

Следует отметить, что Египет не в состоянии собственными силами обеспечить потребности в зерне и традиционно занимает одно из первых мест в мире среди импортеров зерновых. У России есть ряд преимуществ перед конкурентами. [71, c.257] Во-первых, более низкие, чем у США и Австралии, фрахтовые ставки российского зерна; во-вторых, небольшая протяженность морского транспортного пути из России в Египет (Черное море - Босфор и Дарданеллы - Средиземное море), в-третьих, стремление как государственных, так и частных компаний Египта диверсифицировать источники поставок зерновых; в-четвертых, возможность заключения контрактов с российскими поставщиками на поставку небольших партий зерна, что идеально для средних зерноперерабатывающих компаний и интегрированных (многопрофильных) компаний.

Для упрощения российско-египетских отношений в сфере торговли продукцией сельского хозяйства между двумя странами ведутся переговоры по вопросам создания "зеленого коридора" для обеспечения беспрепятственных поставок продукции на рынки обеих стран.

Среди стран Северной Африки в последнее время особо широкие перспективы для разностороннего сотрудничества с Россией открылись перед Алжиром. Двусторонние взаимоотношения получили мощный импульс, благодаря официальному визиту российского президента в АНДР в марте 2006 г., урегулированию ее задолженности перед Российской Федерацией, обмену визитами руководства главных энергетических структур обеих стран, а также достижению ряда важных договоренностей. [47, c.247] Крупнейшее не только в Алжире, но и на всем африканском континенте государственное предприятие Сонатрак стремится стать нефтегазовой компанией глобального масштаба

В августе 2006 г., в ходе визита в Москву министра энергетики Алжира, Сонатрак и "Лукойл" подписали меморандум о взаимопонимании. Меморандум предусматривает, что стороны будут укреплять сотрудничество, развивая проекты в области поиска, разведки и добычи углеводородного сырья, переработки и сбыта жидких углеводородов, а также обмена опытом. [31, c.266]

Созданный в ходе состоявшегося в марте 2006 г. визита президента РФ в АНДР Российско-алжирский деловой совет (РАДС) начал конкретную работу по расширению межгосударственных финансово-экономических контактов.20 мая в алжирской столице прошло первое заседание этого совета, который поручено возглавить двум сопредседателям. [47, c.247]

На заседании было официально подписано Положение о Российско-алжирском деловом совете, реализующем ранее заключенное межгосударственное Соглашение о стратегическом партнерстве. В документе обозначены главные цели РАДС: продвижение и развитие коммерческих и производственных отношений между организациями и фирмами России и Алжира, содействие обмену технологиями, поддержка отношений между бизнесменами двух стран, содействие ускорению инвестиционных процессов и партнерству, помощь организациям в реализации своих проектов. РАДС будет заниматься также сбором и передачей предпринимателям информации, касающейся законодательства обеих стран, организацией экономических и коммерческих мероприятий, обменом делегациями бизнесменов, оценкой состояния экономических и торговых отношений между двумя странами. [31, c.171]

Благодаря полному списанию задолженности Алжира в размере 4,7 млрд. долл., была достигнута договоренность о крупных закупках этой страной российской военной техники на неменьшую сумму. Фактически же к моменту подписания соответствующего соглашения уже были заключены контракты на 7,5 млрд. долл. При этом предусматривается, что долг будет списываться поэтапно, в соответствии с поступлением конкретных платежей из Алжира за российские поставки. Таким образом, можно говорить о своеобразных сделках "долг в обмен на экспорт" и "долг в обмен на доступ к активам". [47, c.248]

Аналогичное списание долга предусматривалось относительно Ливии. Однако в связи с тем, что Россия в 1992 г. присоединилась к экономическим санкциям ООН, Ливия заявила, что прежние контракты, заключенные еще во времена СССР, оказались невыполненными, а значит, сумма долга должна быть, по крайней мере, меньше. [71, c.260]

Итак, после распада СССР сотрудничество арабских стран и России заметно сократилось, и в 90-е гг. ХХ в. Российская Федерация не проводила активной политики в данном регионе. Однако уже к началу XXI в. правительство страны осознало свои ошибки и начало активно внедряться в этот регион.

Исключительно важную роль в продвижении интересов национального бизнеса, как свидетельствует мировой опыт, играют смешанные (правительственные структуры и частный бизнес) деловые советы в промышленно развитых странах. Они оперативно решают все возникающие в пределах их компетенции вопросы, лоббируют нужные решения и т.д. На ближневосточном направлении среди российских структур эти функции в последние годы стремится выполнять сформировавшийся в последние годы Российско-арабский деловой совет (РАДС).

Как можно увидеть, основными внешними игроками в регионе Северной Африки являются ЕС (особенно Франция и Великобритания) а также США. При этом Америка концентрирует свое внимание на военно-стратегическом сотрудничестве, в то время как Европа делает акцент на экономическое развитие данного региона.

Для России сотрудничество в военно-технической области относится к числу приоритетных в рамках российско-арабского деловых связей, однако с некоторыми, прежде надежными, партнерами в области поставок военной техники, оно вряд ли в ближайшей перспективе примет широкие масштабы. Здесь промышленно развитые страны Европы и США заняли ведущие позиции как главные поставщики этой продукции и доноры военной помощи, являясь не менее заинтересованными в этом, чем Россия. Российским компаниям предстоит длительная и нелегкая конкурентная борьба за укрепление и расширение собственной ниши на рынках государств региона.

Заключение


В результате проведенного исследования можно сформулировать следующие выводы.

Говоря о Северной Африке, то следует отметить, что этот регион всегда привлекал страны Западной Европы и США как экономически, так и политически. Не выпустила его из виду и Россия. Это во многом объясняется его географическим положением (южное побережье Средиземного моря), а также наличием природных ресурсов.

Следует отметить, что во времена "холодной войны" страны Западной Европы и США должны были координировать свои действия и консолидировать свои силы в данном регионе против СССР. Однако, после распада Союза стали проявляться признаки конкуренции внутри ранее единого блока.

В 90-х гг. ХХ в. стратегическое значение данного региона в некоторой степени снизилось, однако экономически он все еще представляет огромный интерес.

На современном историческом этапе стратегической задачей внешней политики Египта остается последовательное утверждение лидерства страны в Арабском мире, политическое и экономическое упрочнение позиций АРЕ в регионе Ближнего и Среднего Востока, а также на африканском континенте. Мало чем отличается позиция Алжира и Марокко от египетской. Четко прослеживаются в действиях обеих держав стремление зациклить экономическую интеграцию региона Северной Африки на себя.

Анализируя политики этих стран видно, что наиболее стабильные экономически и политически государства неизменно стремятся стать лидером данного региона, что приводит к обострению противоречий между ними, дает новый импульс региональным конфликтам.

Однако, несмотря на продолжающееся развитие в этих государствах, следует отметить, что тенденции развития торгово-экономического сотрудничества между странами Северной Африки на протяжении последних десятилетий показывают, что процессы экономической интеграции в регионе заметно отстают от темпов развития экономического сотрудничества в других регионах.

Стремление всех трех государств к лидерству также имеет сильное влияние на безопасность в регионе. Так, Алжир и Марокко конкурируют по вопросу, связанному с Западной Сахарой. При этом ни одна из сторон не желает уступить хоть немного свои позиции, дабы не потерять свое первенство, что и затягивает решение конфликта. Еще одним примером может служить вопрос разделения вод реки Нил. Египет не делает уступать долю от своего водоснабжения, т.к. это может привести к снижению производства, а следовательно, и роль Египта в регионе снизится.

В целом же, можно сказать, что странам региона удается в той или иной степени решить проблемы, связанные с региональной безопасностью. Однако это не означает, что в самом ближайшем будущем ситуация не изменится в худшую сторону.

Наибольшие риски, как представляется, связаны с остающейся неурегулированной проблемой распределения вод Нила, а также деятельностью АКМ ("Аль-Каида в странах исламского Магриба"), причем как в самих странах региона, так и использовании исламистами Северной Африки как транзитного буфера для совершения терактов в Европе, и, естественно, с уже упомянутой западно-сахарской проблемой.

Также к существующим, хотя и не так долго стоящим проблемам можно отнести развитие ядерной энергетики в данном регионе, наркотрафик из Северной Африки в Европу и нерешенный, хотя и не остро стоящий вопрос принадлежности Халаиб.

Как можно увидеть, основными внешними игроками в регионе Северной Африки являются ЕС (особенно Франция и Великобритания) а также США. При этом Америка концентрирует свое внимание на военно-стратегическом сотрудничестве, в то время как Европа делает акцент на экономическое развитие данного региона. Можно также отметить, что остро различалась политика этих акторов в 90-е гг. ХХ в., когда США проводили жесткую политику, направленную на запугивание "непокорных" правительств, в то время как ЕС неизменно следовало курсу экономической помощи с целью дальнейшего развития региона, а следовательно и стабилизации.

Для России сотрудничество в военно-технической области относится к числу приоритетных в рамках российско-арабского деловых связей, однако с некоторыми, прежде надежными, партнерами в области поставок военной техники, оно вряд ли в ближайшей перспективе примет широкие масштабы. Здесь промышленно развитые страны Европы и США заняли ведущие позиции как главные поставщики этой продукции и доноры военной помощи, являясь не менее заинтересованными в этом, чем Россия. Российским компаниям предстоит длительная и нелегкая конкурентная борьба за укрепление и расширение собственной ниши на рынках государств региона.


Теги: Арабские страны Северной Африки в постбиполярной системе международных отношений  Диплом  Мировая экономика, МЭО
Просмотров: 46533
Найти в Wikkipedia статьи с фразой: Арабские страны Северной Африки в постбиполярной системе международных отношений
Назад