Эволюция японо-американских отношений

Введение


Впервые утверждение о том, что центр мирового развития смещается в бассейн Тихого океана прозвучало после Второй мировой войны. Тогда оно показалось сенсационным. Но теперь оно стало привычным. Формирование Азиатско-Тихоокеанского региона (АТР) в качестве политически целостной системы межгосударственных отношений началось после второй мировой войны и продолжалось вплоть до конца 60-х годов. Разумеется, этот процесс был подготовлен всем предшествовавшим ходом исторического развития. Сегодня АТР - это один из самых развитых регионов мира. На берегах Тихого океана живет половина человечества. Несмотря на активизацию своей политики в данном регионе Китая и России, ведущую роль здесь по-прежнему играют США и Япония. Именно они прямо и косвенно делают тихоокеанский бассейн «озером XXI века». От характера взаимоотношений этих двух стран во многом зависит будущее АТР.

Японо-американские отношения является актуальнейшей темой для современных исследователей. Отсчет японо-американских отношений можно начать еще с середины 19 в., а если точнее с 1854 г., когда был подписан первый договор Японии с Соединенными Штатами, который разрушил стену изоляции Японии от внешнего мира. До начала войны на Тихом океане, отношения двух государств проходили с переменным успехом от дружеских до конфронтационных. Проблемы, возникающие между США и Японией, чаще всего сводились к чисто экономическим и иммиграционным, забегая вперед заметим, что эти проблемы существуют и по сей день. Капитуляция Японии в 1945 г. и её оккупация де-юре союзническими, а де-факто американскими войсками, ознаменовало начало новых отношений между Соединенными Штатами и Японией.

Дипломная работа, которая охватывает большой промежуток времени с 1945г. до начала XXI века, отражает значительные изменения на международной арене. Это путь от биполярной к многополярной системе международных отношений. Образовавшись в условиях биполярности, японо-американский союз получил соответствующий смысл, он имел, прежде всего, антикоммунистическую направленность, что наглядно демонстрируют официальные совместные документы того времени.

Несмотря на это, и после распада коммунистического лагеря, японо-американский союз, скорректировав свои приоритеты в новых условиях, продолжил свое существование. Влияние холодной войны на отношения двух стран и как результат реакция союза на биполярность, изменения в отношениях двух стран и окружающего мира в постсоветский период представляет огромный научный интерес для исследователей.

Многие аспекты и проблемы сегодняшнего дня Японии и США уходят корнями именно в период становления японо-американского союза. Поражение Японии во второй мировой войне и, как результат, ослабление её позиций в АТР, полный разгром японской армии и неспособность защитить свой суверенитет, - все это заставило Японию, под нажимом Вашингтона, пойти на зависимый союз с США. В тоже время необходимо отметить и тот факт, что японское правительство непросто слепо шло за США, а преследовало свои цели. Принятая в 1947 году Конституция имела свои преимущества: теперь не было необходимости тратиться на военные нужды, т.к. Япония не имела собственных вооруженных сил. После создания «Сил самообороны» и на протяжении всего рассматриваемого периода в Японии существует ограничение на военные расходы в 1 %, что позволило японской экономике бурно развиваться, а также вести широкую инвестиционную политику.

Но, несмотря на это, целью Японии было стремление получить большую самостоятельность во внешнеполитическом аспекте, однако и сегодня Япония во многом зависит от Соединенных Штатов. Зависимость Японии от США в вопросах безопасности обусловило отсутствие в Токио четкой собственной внешнеполитической концепции и что дает возможность Вашингтону направлять её в нужное для себя русло. Становится понятным стремление Вашингтона сохранить союз, а, главное, свои базы на японской территории. Преимущества от наличия собственных баз в столь стратегически важном для себя регионе, американцы поняли еще в 50-60-е гг., когда велись боевые действия в Корее и Вьетнаме. Сегодняшние проблемы в Корее, Тайване, активизация на международной арене Китая, представляют, по мнению Пентагона, угрозу для безопасности американцев, поэтому присутствие американских войск в Японии так необходимо Соединенным Штатам.

За более чем полувековую историю существования японо-американских отношений, на эту тему было написано большое количество работ. В отечественной историографии четко выделяется два периода: советский и постсоветский. Также четко различается и характер исследований. Если советские историки рассматривали все события с ярко выраженных классовых позиций коммунистической идеологии, жесткой критики США и Японии, то современные авторы гораздо более объективно и взвешенно оценивают союз, давая ему в том числе и положительные оценки. Современные исследователи более всесторонне изучают японо-американские отношения, указывая на их особенности.

Тем не менее надо отметить, что эту тему изучали не только российские исследователи, но и другие, например, японские и американские и т.д. Интерес американских ученых к этой теме вызван тем, что большинство из них стремились показать, что существует большая необходимость американских военных баз на японских островах. В свою очередь японские ученые стремились доказать нелегальность существования этих баз на островах. Но и среди них не было единства: были и такие ученые, которые лояльно относились к американскому присутствию на территории своего государства.

Развитие японо-американских отношений прошло несколько этапов. Среди советских исследователей, которые освещали аспекты этих отношений в 50-70-ые годы ХХ века можно назвать такого известного историка, как С.И. Вербицкий, который в своей работе «Японо-американский военно-политический союз» детально раскрывает всю специфику внешней политики Японии, уделяя первостепенное внимание японо-американским отношениям[13].

В данной работе в основном рассматриваются проблемы, связанные с политическим и военным аспектом японо-американских отношений в послевоенные годы. Автор стремится показать, что привело к заключению военно-политического союза между двумя империалистическими державами, борьба между которыми за гегемонию в Азии явилась одной из причин второй мировой войны; какие факторы оказывали влияние на характер и эффективность этого союза и побуждали правительства Японии и США приспосабливать его к изменяющейся внутренней и международной обстановке. Значительное внимание, которое уделяется в работе демократическому движению в Японии, связано с тем обстоятельством, что наиболее значительные выступления японского народа в послевоенные годы были направлены или против военного союза с США в целом, или против его отдельных сторон (например, борьба против американских военных баз, против захода в японские порты американских атомных кораблей, за возвращение Окинавы и т. д.). Эти выступления, принимавшие временами общенациональный характер, вынуждали правящие круги Японии и США в определенной степени считаться с требованиями японской общественности.

В своей работе автор опирался на ряд исследований советских ученых, в которых рассматриваются внешняя политика Токио, японо-американские экономические отношения, а также различные аспекты послевоенного демократического движения Японии. Это работы Л. Н. Кутакова « Внешняя политика и дипломатия Японии»[30], Б. И. Бухарова « Образование американо-японского военного союза»[12], Д. В. Петрова « Внешняя политика Японии после второй мировой войны»[41]; С. К. Игнатущенко « Япония и США: партнеры и конкуренты»[19], А. М. Шаркова « Япония и США: анализ современного экономического положения»[60], И. Латышева « Япония в дни политических бурь»[32].

В свою очередь большинство американских авторов уделяет значительное внимание проблеме так называемого нового национализма в Японии. Они пытаются убедить общественность, что общенациональное движение японского народа в конце 50-х годов было не столько связано с борьбой народа против американо-японского военного союза и в защиту демократии, сколько носило националистический характер. Подобная трактовка этой проблемы должна, по-видимому, подтвердить концепции некоторых американских исследователей, что японский народ выступал в эти годы не против агрессивного американского империализма, а вообще против всякого иностранного влияния. См.: G. Packard, Protest in Tokyo, Princeton, 1966; F. S. Dunn, Peace-making and the Settlement with Japan, Princeton, 1963; Mendel Douglas N. Sr., The Japanese People and Foreign Policy. IA Study of Public Opinion in Post-Treaty Japan, Berkeley- Los Angeles, 1961; R. Scalpino and J. Masami, Parties and Politics in Contemporary Japan, Berkeley - Los Angeles, 1962; Iriуe Akira, Across the Pacific, New York, 1967.

Значительное число работ, полностью или частично посвященных японо-американскому военному союзу и борьбе японского народа против договора безопасности, вышло в Японии. Некоторые японские авторы, выступавшие с консервативных позиций, пытались оправдать внешнюю политику Японии, направленную на укрепление японо-американского военно-политического союза. К работам этой группы относятся, в частности, «Коллективная безопасность и японская дипломатия» Охира Дзэнго [16]; «Оборона свободного мира и новый японо-американский договор безопасности» Тамура Косаку [25].

По мере приближения 1970 г. вышел ряд работ, которые свидетельствуют об усилении идеологической борьбы в Японии в связи с истечением срока действия договора безопасности. Авторы этих работ, принадлежащие к правому крылу ЛДП, всячески стараются оправдать существование американо-японского союза Ряд японских буржуазных историков, в основном, поддерживая политику правящих кругов, в то же время пытаются дать объективный анализ тех или иных аспектов японо-американских отношений.

Значительное количество работ, посвященных проблемам японо-американского военно-политического союза и особенно борьбе японского народа против договора безопасности в 1959-1960 гг., было опубликовано японскими авторами. В этих работах сделана попытка с марксистских позиций дать анализ сложных проблем, стоявших перед Японией, и показать противоположность интересов правящих кругов и широких масс японского народа.

В конце 60-х годов появилось большое количество работ, в которых подвергались резкой критике планы правящих кругов Японии, направленные на продление договора безопасности, и рассматривались различные проблемы, связанные с борьбой японского народа против японо-американского военного союза. Во многих из этих работ подчеркивалось, что политика, которую вот уже в течение более двух десятилетий проводят правящие круги Японии, связанная с участием страны в военном союзе с США, является значительным препятствием на пути разрядки напряженности и установления прочного мира в Азии. Роль Японии как великой азиатской державы заключается не в защите интересов заокеанских монополий, а в создании условий для мирного развития этого района земного шара, что возможно лишь при проведении Японией политики нейтралитета и равноправного сотрудничества со всеми странами мира.

Очень подробно описывает развитие японских сил самообороны Л. П. Пинаев в своей работе «Эволюция военной политики Японии» [42]. Развитие японо-американских отношений в 70 - 90-х гг. детально раскрывается в работах В. Г. Лешке «Японо-американский союз: итоги трех десятилетий» [35] и Н. Г. Федуловой «Эволюция политики США в АТР 70 - 80 годы» [57]. Очень подробно показывается становление и развитие японской дипломатии в работе А. Н. Панова «Японская дипломатическая служба» [40]. Особый интерес вызывает книга А. И. Уткина «США - Япония: вчера, сегодня, завтра»[56] тем, что он попытался раскрыть историю японо-американских отношений с самого их зарождения ещё в середине 18 века. При этом книга написана хорошим литературным языком, в результате чего работу очень интересно и легко читать.

Работы советских историков заслуживают внимания и уважения. Многие из них являются фундаментальными исследованиями, но в тоже время главный их недостаток в том, что они пронизаны идеологией того времени.

В постсоветской историографии тема японо-американских дипломатических отношений получила другую оценку. Особого внимания заслуживает работа В. Н. Бунина «Японо-американский союз» [11], которая посвящена юбилею союза в 2001 г. Очень подробно описывается становление японо-американского союза и его противостояние СССР в работе «СССР - США - Япония в годы холодной войны» В. П. Сафронова [48].

За последнее десятилетие вышло в свет большое количество коллективных монографий по Японии, в которых очень подробно затрагивается тема японо-американских отношений. Это такие сборники как «Япония: полвека обновления», особое внимание в котором заслуживает статья М. Г. Носова «Полвека японской внешней политики», в которой автор подробно показывает специфику японо-американского союза с самого его становления, смотря на него свободным взглядом, не обремененным идеологическими рамками.

Взгляды современных исследователей на социально-экономические и психологические взаимоотношения японцев и американцев в современных условиях отразились в сборниках «Япония и современное общество», «Япония и современный мировой порядок» и др.

Благодаря техническому прорыву, в последние десятилетия большое количество работ публикуется во всемирной сети Интернет. Современным японо-американским проблемам посвящены специальные сайты, такие как www.japantoday.ru. Проблемам АТР посвящен специальный сайт www.asiapacific.narod.ru и т.д.

Особое внимание заслуживают монографии политических деятелей, такие как «Государственная стратегия Японии в XXI веке» известного японского политического деятеля, бывшего премьер-министра Японии Ясухиро Накасонэ [38], работа Г. Киссинджера «Нужна ли Америке внешняя политика?» [22], бывшего министра обороны США У. Перри «Превентивная оборона: новая стратегия безопасности США» [41], монография З. Бжезинского «Великая шахматная доска»[9] и др.

Совершенно иную оценку этого союза дает современный исследователь развития АТР и Японии О.А. Арина, который достаточно критически рассматривает историю внешней политики Японии и ее отношений с США. В своей книге «Россия: ни шагу вперед» автор рассматривает внешнюю политику Японии на основании официальных документов - «Голубые книги» МИД, которые в обобщенной форме излагают взгляды японского руководства на международную ситуацию и правила поведения для японской дипломатии [4].

Для досконального освещения любой проблемы необходимо изучать не только монографии исследователей, а, когда это возможно, надо изучать и анализировать периодические издания того времени, а также и современную периодику. Если говорить об изучаемой проблеме, то надо отметить, что проблема японо-американских отношений широко освещалась и освещается в периодических изданиях с самого начала их существования. Это касается и японской периодики (Асахи симбун, Акахата и г.д.), и американской (Нью-Йорк таймс, журнал Иностранная политика и т.д.). Среди российской периодики - журнал Азия и Африка сегодня.

Основными источниками для написания данной работы являются совместные документы, подписанные представителями правительств Японии и США с 1945г. до начала XXI века. Данные документы можно разделить на несколько групп:

)документы, касающиеся регулирования расположения американских вооруженных сил на территории Японии (Административное соглашение 1952, Административное соглашение 1960, Сан-францисский мирный договор 1951);

)документы, направленные на развитие экономического сотрудничества;

)документы, определяющие аспекты военного сотрудничества Японии и США (Договор о взаимном сотрудничестве и безопасности 1960, Договор о гарантии безопасности 1951, Руководящие принципы японо-американского сотрудничества в области безопасности 1997, Основные направления японо-американского военного сотрудничества в области обороны в период с 1996г., Совместная декларация по безопасности 1996).

Объектом изучения является военно-политическая ситуация в Азиатско-тихоокеанском регионе.

Предметом дипломной работы является изучение японо-американских отношений с 1945 года до начала XXI века и их влияние на ситуацию в АТР.

Цель дипломной работы: проследить эволюцию отношений двух стран, начиная с 1945 г. - года окончания второй мировой войны и до сегодняшних дней.

Задачи:

1)охарактеризовать проблемы японо-американского сотрудничества

с 1945г. до сер.1960-х гг.;

) проследить эволюцию отношений двух стран от неполноправных до партнерских (сер. 1960-х гг. - 1980-е гг.);

)показать смену приоритетов внешней политики двух стран в конце ХХ - в начале ХХI вв.

Дипломная работа состоит из введения, трех глав и заключения. Полный объем работы 77 страниц.


Глава 1. Проблемы японо-американского сотрудничества в 1945 г. - сер.1960-х гг.


Вторая мировая война закончилась разгромом Японии, её капитуляцией 14 августа 1945 г. и оккупацией американскими войсками. С момента начала оккупации и до момента её окончания, после подписания Сан-францисского мирного договора, Япония находилась практически в полном подчинении у Вашингтона. Собственной внешней политики она не имела, а её фактически единственным партнёром были Соединённые Штаты Америки в лице командующего оккупационной армии Дугласа Макартура. В соответствии с директивами союзных оккупационных держав, все дипломатические представительства в Японии и за границей были закрыты, а МИД имел право осуществлять лишь незначительные технические функции. Главной задачей, стоявшей в этот период перед японской дипломатией, было прекращение оккупации и подписание мирного договора с США и его союзниками по коалиции.

Оккупацию Японии можно разделить на два периода [12, с.146]:

Первый - с момента капитуляции до 1947 г. В этот период целью политики США в Японии была демократизация и демилитаризация. Для достижения своей цели правительство США провело ряд реформ. Одним из наиболее важных моментов стало утверждение новой Конституции, которая на тот момент являлась самой демократической в мире. Группе офицеров американских войск было приказано «превратиться в томасов джефферсонов» и разработать японскую конституцию в трех недельный срок, ко дню рождения Дж. Вашингтона. Макартур дал лишь четыре предписания: император остается, феодализм отменяется, гражданские права обеспечиваются, демилитаризация закрепляется.

Ещё в период подготовки, проект мирной конституции бурно обсуждался в СМИ, как Японии, так и США. Критиками новой Конституции выступали КПЯ и представители Советского Союза. Наиболее остро стояли вопросы относительно политической системы, места императора в управлении страной. Коммунисты требовали четко определить права рабочих и крестьян. Предлагалось также передать проект Конституции на всенародное обсуждение. Однако в октябре 1946 г. с незначительными изменениями проект конституции был утвержден обеими палатами и вступил в силу 3 мая 1947 г [13, с. 134].

Важным нововведением стало положение статьи 9 об отказе Японии от войны как средства решения международных споров и запрещение иметь свои вооруженные силы [24]. Для наказания тех, кто вверг Японию в войну, проводились чистки. Однако чистка была поручена японскому правительству и проводилась довольно мягко и либерально. Из подвергшихся проверке 660 тыс. чиновников были изгнаны с работы менее 7 тыс. человек [14, с. 250]. Был проведен ряд реформ, которые в основном проводились по линии дефеодализации и демилитаризации. Принята репарационная программа. В эти годы Япония неузнаваемо изменилась, страна полностью разоружена и демилитаризована, подвергнута глубокой демократизации в экономической, политической, социальной и духовной сферах.

Второй период- с 1948 г. до подписания в 1951 г. Сан-францисского мирного договора, получил название «обратного курса». Основной причиной «поворота» в оккупационной политике США стало поражение гоминдановского режима Чан Кайши перед напором коммунистических сил Китая, поддержанных Советским Союзом [15, с. 139]. Смена курса связана также с осуществлением первой глобальной доктрины - «сдерживания коммунизма», провозглашенной президентом Трумэном в середине 1947 г. К причинам «поворота» можно отнести также начало войны в Корее[19, с. 189].

Соединенным Штатам нужен был новый союзник на Дальнем Востоке. Как никто лучше на эту роль подходила Япония. Начались переговоры. Была остановлена репарационная программа. Целью правительства США было восстановить японскую промышленность. В Японию устремились американские инвестиционные капиталы. Было принято решение восстанавливать промышленный сектор за исключением производств, связанных с военной отраслью. Восстановление японской экономики было крайне медленно, до 1949 года оно шло в основном по линии правительственных субсидий крупным монополиям и американской помощи [20, с. 257]. Используя военно-оккупационный контроль, американское правительство имело возможность определять японскую внешнеторговую, денежно-кредитную и инвестиционную политику. Выдвинув лозунг развития Японии по пути самостоятельной экономики, США стремились приспособить японскую экономику к исполнению своих военных заказов, использовать страну в качестве баз снабжения американских вооруженных сил на Дальнем Востоке. Более дальние стратегические цели США состояли в том, чтобы обеспечить благоприятные условия для американских капиталовложений в японской экономике и в после оккупационный период [21, c. 59].

В июне 1950 г. Японию посетил советник госсекретаря США А. Даллес, который на встречах с руководителями японского правительства подчеркивал «необходимость ремилитаризации Японии». Впервые после окончания войны высокопоставленный чиновник США высказался в таком плане. В июле 1950 г. по директиве штаба оккупационных войск США в Японии началось формирование «резервного полицейского корпуса» в составе 75 тыс. человек, ставшего в будущем базой для возрождения вооруженных сил Японии.

Японское правительство в целом поддерживало эту идею, однако было много сторонников того, что экономический потенциал страны еще недостаточно силен и что не пришло время для осуществления подобных планов. В результате было принято решение заключить военно-политический союз с США и наращивать вооруженные силы «в ограниченных масштабах». Причем важное внимание уделялось обоснованию «конституционности» создаваемых вооруженных сил [19, c. 250].

В период с 1951 по 1954 г. между США и Японией был заключен ряд договоров, которые обозначили конец оккупационного периода и официально оформили военно-политический союз между США и Японией.

Важнейшими договорами в этот период стали Сан-францисский мирный договор и Договор о гарантии безопасности. Именно эти два документа предопределили дальнейшие взаимоотношения этих двух стран.

Подготовка американскими дипломатами мирного договора с Японией.

Начиная с 1949 г., началом холодной войны, американское правительство берет курс на создание военных блоков, сначала в Европе, а затем и в Азии. На Дальнем Востоке, с разгромом гоминдановцев в Китае, роль основной базы и главного союзника Соединенных Штатов перешла к Японии.

Однако американское правительство полагало, что оккупированная Япония не может по-настоящему и полноценно исполнить эту роль. Оно считало более приемлемым предоставить ей, ограниченную в военно-политическом плане, независимость и дать возможность стать добровольным союзником США на Дальнем Востоке. Для этого необходимо было как можно скорее заключить мирный договор. Исходя из этих соображений, Соединенные Штаты примерно с середины 1949 г. начали подготовку мирного договора, которая пошла особенно быстрыми темпами после начала войны в Корее и провозглашения курса на ремилитаризацию Японии. Официальное заявление о намерении заключить мирный договор, последовало осенью 1949 г., после встречи (13-17 сентября) госсекретаря США Д. Ачесона с английским министром иностранных дел Э. Бэвином. В совместном заявлении они указали, что США и Англия пришли к единому мнению о необходимости в кратчайший срок приступить к подготовке мирного договора с Японией. Обе страны были готовы обсуждать проект и в том случае, если Советский Союз не примет в нём участия[21, c. 180].

Вопрос о договоре с Японией обсуждался во время переговоров Трумэна и Макартура на острове Уэйк в октябре 1950 г. В этой беседе, были определены общие положения мирного договора. Решено, что в случае отказа СССР и Китая принять участие в подписании мирного договора, конференция все равно должна состояться. Было принято решение, во что бы то ни стало оставить американские войска на территории Японии ещё на несколько лет. Разработанные госдепартаментом общие принципы договора с Японией в виде специального меморандума, правительством США в октябре 1950 г. были разосланы странам - членам Дальневосточной комиссии. В меморандуме указывалось, что участниками договора должны быть все нации, находящиеся в состоянии войны с Японией. Относительно территориальных вопросов, в меморандуме говорилось, что «Япония :а) признает независимость Кореи; б) согласится на опеку ООН, с США в качестве управляющей власти над островами Рюкю и Бонин и в) примет будущее решение Соединенного Королевства, СССР, Китая и США в отношении статуса Формозы, Пескадорских островов, Южного Сахалина и Курильских островов». В случае если никакого решения не будет принято в течение одного года с момента вступления договора в силу, решать будет Генеральная Ассамблея. Будет провозглашено об отказе Японии от специальных прав и интересов в Китае. Предусматривалось так же, что Япония будет принята в ООН. Меморандум подчеркивал сохранение за США контроля над Японией. В нем отмечалось, что до взятия на себя ООН эффективной ответственности «будет продолжаться совместная ответственность японских органов и американских, а возможно, и других войск за поддержание международного мира и безопасности в районе Японии». Данный проект мирного договора вызвал недовольства ряда стран, прежде всего СССР и Китая. В частности территориальный вопрос, почему ставился под вопрос статус Южного Сахалина и Курил, которые и так по решению Ялтинской конференции оставались за Советским Союзом. Не рассматривался вопрос о передаче Тайваня и Пэнхуледао Китаю. Все претензии были размещены в «памятной записке», которую 20 ноября 1950 г. Я. А. Малик передал Даллесу [30, c. 239-242].

июля 1951 г. от имени США и Англии был опубликован «Проект мирного договора с Японией». 20 июля американский и английский послы в Москве Керк и Келли посетили А. А. Громыко передав ему проект договора и приглашение на конференцию. В совместной ноте, врученной послами, подчеркивалось, что 13 августа будет разослан окончательный проект мирного договора, и сообщалось, что 4 сентября 1951 г. созывается конференция для подписания мирного договора. СССР приглашался принять в ней участие. Керк при этом сделал заявление, о том, что правительство США встало на путь подготовки мирного договора в целях быстрейшего урегулирования послевоенных проблем. Оба правительства вели подготовку договора в течение десяти месяцев, поэтому и конференция будет созвана не для выработки договора, а лишь для того, чтобы подписать англо-американский проект договора.

сентября 1951 г. в Сан-Франциско в здании Опера-хауз открылась конференция по заключению «мирного договора» с Японией. В ней приняли участие представители 52 стран, то есть значительно больше, чем на Версальской мирной конференции 1919 г. и Парижской мирной конференции 1946 г. Соединенные Штаты односторонне определили состав участников конференции, исключив из их числа КНР, КНДР, МНР и ДРВ. В конференции отказались участвовать такие крупные азиатские государства, как Индия и Бирма, являвшиеся жертвами японской агрессии. Но были приглашены многие не азиатские страны, не воевавшие против Японии, все латиноамериканские страны, мелкие европейские государства: Греция, Люксембург и др. [8, c. 145].

В соответствии с правилами проведения международных конференций, Соединенными Штатами были разработаны правила проведения процедуры. Уже по ст. 1 США ограничили права других участников определять и устанавливать правила проведения мирной конференции. Статья гласила: «Конференция состоится, и будет протекать согласно условиям приглашения, исходящего от правительства США.» В ст. 17 была сформулирована краткая программа работы конференции, которая сводилась к чисто процедурным вопросам, заранее отвергалось обсуждение по существу предложенного проекта мирного договора. Ст. 9 правил процедуры устанавливала жесткие рамки для участвовавших. «Прерогативы участников конференции, - говорилось в ней, - ограничиваются нижеследующим: «право присутствовать на всех заседаниях конференции, право устного заявления на них, в пределах предусмотренных правилами процедуры и решениями конференций, а также право голоса в рамках установленных здесь ограничений.»

Срок работы конференции, устанавливался в пять дней, физически не давая возможности выступить даже большинству делегатов, поскольку из этих пяти дней первый день должен был уйти на церемонию открытия конференции, а последний - на подписание мирного договора. Столь короткий срок американские власти оправдывали просьбой дирекции оперного театра освободить зал к 9 сентября, для того чтобы подготовить его к новому театральному сезону.

Из всего вышесказанного можно сделать вывод, что Сан-францисская конференция представляла собой лишь церемонию подписания американского проекта договора. Газета «Нью-Йорк таймс», комментируя правила процедуры, писала: «Эти правила основаны на той предпосылке, что делегаты приглашены на конференцию, голосовать за или против проекта договора в таком виде, в каком он есть, а не вносить в него поправки».

сентября конференцию открыл вступительной речью президент США Трумэн, в которой он в завуалированной форме потребовал прописать в договоре условия ремилитаризации Японии. Советская делегация потребовала приглашения на конференцию представителей Китая, ибо эта страна «особенно заинтересована в подготовке мирного договора с Японией и в установлении мира на Дальнем Востоке». Однако Ачесон, пользуясь правами председателя, заявил, что конференция, якобы не может рассматривать предложение советской делегации, так как оно не стоит на повестке дня. Председатель Ачесон предоставил первое слово Даллесу, а вслед за ним английскому делегату Янгеру, которые выступили с разъяснениями положений договора. С глубокой критикой выступил глава советской делегации А. А. Громыко. Советскую сторону не устраивало, прежде всего, возможность ремилитаризации Японии, территориальный вопрос, условия вывода оккупационных войск, решение репарационного вопроса. Однако, из-за меньшинства, Советский Союз поддерживали только Польша и Чехословакия, а так же несколько азиатских стран, предложения были отклонены [38, c. 23-26].

Мирный договор с Японией представляет собой обширный документ, состоящий из 27 статей, сгруппированных в 7 главах. В главе второй посвященной территориальным проблемам, указывается, что «Япония отказывается от всех прав, правооснований и претензий» на Корею, Тайвань, Курильские острова, остров Пэнхулидао Южный Сахалин, острова Спратли Парасельские, однако не указывалось, кому эти острова отходят. Вместе с тем, предусматривалось согласие Японии на установление опеки ООН и США в качестве управляющей силы на японских островах к югу от 29 градуса северной широты: Рюкю, Дайто, Бонин, Росарио, Волкано, Маркус и др., то есть фактически отторжение этих территорий в пользу США. В главе третьей (ст. 5,6), посвященной вопросам безопасности устанавливалось, что Япония примет на себя все обязательства, изложенные в статье 2 Устава ООН, и в частности обязуется разрешать международные споры только мирными средствами, воздерживаясь от угрозы силой или её применения против других стран. Положениям этой главы был по существу подчинен весь остальной текст договора. Даллес в своей речи особое внимание уделил именно вопросам безопасности, а выступавший на открытии конференции президент Трумэн назвал статьи 5 и 6 «сердцем договора» [40, c. 78].

Серьезные разногласия вызвала проблема репараций. В ст. 14 договора указывалось, что «Япония должна платить репарации союзным державам за ущерб и страдания, которые она причинила во время войны». Но следовавшая за этим оговорка сводила на нет японское обязательство: «В настоящее время ресурсы Японии недостаточны для того, чтобы сохраняя жизнеспособность своей экономики, она могла выплачивать полностью репарации за весь ущерб и страдания.» Япония в связи с этим обязывалась вступить в переговоры с правительствами стран, территории которых были оккупированы, «с целью оказания этим странам помощи в деле компенсации стоимости нанесенного ущерба путем предоставления им услуг японского народа по переработке сырья, подъеме затонувших судов и других работ.» Предусматривалось так же конфискация японского имущества, находящегося на территориях союзных стран. Эта статья вызывала недовольство среди ряда государств. Так, правительство Бирмы заявило, что сумма убытков от разрушений собственности составила 12,7 млн. рупей. Материальные потери Голландии в результате японского нашествия составили около 2 млрд. долларов. Представитель Индонезии сообщил, что потери его страны около 4 млн. человеческих жизней и несколько миллиардов долларов материальных убытков. Советский Союз внес предложение о созыве дополнительно специального собрания для обсуждения этой проблемы, но предложение было отклонено. В ст. 6 говорилось, что оккупационные войска должны быть выведены из Японии не позднее 90 дней после вступления договора в силу. Однако далее говорилось: «ничто в этом положении не должно воспрепятствовать размещению или сохранению иностранных вооруженных сил на японской территории в соответствии или вследствие каких-либо двухсторонних или многосторонних соглашений, которые заключены или могут быть заключены между одной или несколькими союзными державами, с одной стороны, и Японией с другой стороны». То есть пункт о выводе войск носил чисто формальный характер, ибо прямо разрешал возможность оставления иностранных войск. Последующие главы договора содержали статьи, касающиеся политических и экономических проблем послевоенного урегулирования и процедуры вступления договора в силу [47].

сентября 1951 г. состоялась церемония подписания «мирного договора» с Японией. Договор в алфавитном порядке подписали представители 48 стран, последним подписал договор премьер-министр Японии Ёсида и члены японской делегации. Среди подписавших - 21 латиноамериканское государство, 7 европейских и 7 африканских стран. Представители СССР, Польши, Чехословакии не присутствовали на церемонии подписания договора.

При всех своих недостатках Сан-францисский мирный договор не носил военного характера. При подготовке его проекта США и Англия были вынуждены в известной мере учитывать мнение СССР, требования как японского народа, так и мировой общественности. Договор поэтому не был столь опасен для дела мира на Дальнем Востоке, как заключенный одновременно с ним двухсторонний договор безопасности, заложивший основы военного союза США и Японии.

сентября 1951 г. через несколько часов, после официальной церемонии заключения «мирного договора», в Сан-францисском клубе сержантского состава американской армии, был подписан так называемый «Договор о гарантии безопасности» между Ачесоном и Ёсида. В преамбуле договора говорилось, что Япония как суверенная страна, имеющая неотъемлемое право на индивидуальную и коллективную самооборону, «желает, чтобы в качестве временного мероприятия по её обороне Соединенные Штаты содержали свои вооруженные силы в Японии и вблизи неё для предотвращения вооруженного нападения на Японию». Основой «договора безопасности» служила статья 1, о предоставлении США «права размещать свои наземные, воздушные и морские силы в Японии и вблизи неё». Эти силы «могут быть использованы в целях способствования делу поддержания международного мира и безопасности на Дальнем Востоке и обеспечения безопасности Японии от вооруженного нападения извне», а так же «для подавления крупных внутренних бунтов и беспорядков в Японии». По сути дела, эта статья определяла военный характер договора, бессрочно закрепляла на японской территории, вооруженные силы Соединенных Штатов. Формально договор не противоречил японской конституции, определившей отказ страны от ремилитаризации и войны, не участие её в любом военном конфликте, поскольку в нем предусматривалось использование не японских, а американских войск, расположенных в Японии.

Статья 2 договора запрещала Японии предоставлять без предварительного согласия США какие-либо базы или разрешать транзит через её территорию вооруженных сил третьих держав. Это положение значительно ограничивало суверенитет страны, лишая её самостоятельности в определении военной политики.

Статья 3 договора предусматривала, что конкретные условия, «которые будут регулировать размещение вооруженных сил Соединенных Штатов в Японии и вблизи неё, будут определены административными соглашениями между двумя правительствами».

Статья 4 устанавливала, что договор прекратит своё действие тогда, когда «в силу вступят такие мероприятия, которые достаточным образом обеспечат поддержание иным путем международного мира и безопасности в районе Японии» [18].

Другими словами, срок действия пакта не ограничивался; американские войска получали право бессрочно оставаться на японской земле.

Последняя 5 статья договора гласила, что он вступит в силу после обмена ратификационными грамотами. На основании статьи 3 договора безопасности 28 апреля 1952 г. между США и Японией было заключено так называемое административное соглашение, об условиях размещения американских вооруженных сил на японской территории. По этому соглашению в распоряжении США оставались фактически все те базы и другие военные объекты, которые они занимали до подписания мирного договора. Кроме того, по статье 2 административного соглашения, Соединенным Штатам могли быть предоставлены «дополнительные средства обслуживания и территория». Иначе говоря, соглашение допускало возможность расширения территории, занятой американскими вооруженными силами в Японии под военные базы.

Статья 9 административного соглашения предусматривала, что «личный состав вооруженных сил США, вольнонаемный состав и их иждивенцы, будут изъяты из-под действия японских законов и постановлений о регистрации и контроле над иностранцами». Соглашение не устанавливала ни численность американских войск, ни их структуру, ни типы вооружения. Соединенные Штаты, таким образом, получали возможность содержать на территории Японии любые контингенты войск и ввозить любое оружие, включая атомное. В административном соглашении так же не указывалось количество военных баз и сроки пребывания здесь американских войск. Как и договор безопасности, административное соглашение было бессрочным и прекращало свое действие одновременно с договором [1].

апреля 1952 г. Сан-францисский мирный договор, договор безопасности и административное соглашение вступили в силу. Все органы военной администрации были ликвидированы. Функции государственного управления перешли в руки японских властей. Правящие круги Японии и Соединенных Штатов пытались представить это событие как «эпохальный акт» полного восстановления суверенитета Японии.

В обращении к японскому народу, командующий американскими оккупационными войсками генерал Риджуэй 26 апреля 1952 г. заявил, что теперь «будут полностью восстановлены независимость и суверенитет Японии». Президент Трумэн так же подчеркивал, что мирный договор «открывает новую эру в истории Японии», которая получает статус «суверенного и равноправного государства в семье свободных наций». Премьер Ёсида на пресс-конференции в Токио говорил: «Наконец-то мы свободны! Мы независимы! Япония теперь как равная страна и суверенная вступила в семью наций!». Однако было понятно, что пока на территории Японии находятся американские войска, говорить о полной независимости страны не приходится[9, c. 69].

После подписания Сан-францисского договора и Японо-американского договора безопасности отношения между Японией и Соединенными Штатами вступили в новую фазу. По состоянию на 1 мая 1952 г. войска США в Японии насчитывали 207 736 чел., которые занимали 2824 объекта. Появление 1952 г. административного соглашения значительно сокращало военный контингент и базы на территории Японии. После реализации части соглашения к 1955 г. на японских островах оставалось 143 555 американских военнослужащих, а ещё через 5 лет 241 объект и 56 246 солдат США [41, c. 78].

Необходимо отметить, что помимо официальных договоренностей с США по снижению численности американских войск способствовало завершение войны в Корее. Следует дополнить, что пребывание в Японии американских войск и баз в начале 50-х годов и участие их в корейской войне принесло Токио немало дивидендов. Токио служил важным арсеналом материально-технического обеспечения вооруженных сил США. Поставки для американской армии техники и снаряжения, произведенные на основе так называемых «спецзаказов» (токудзю), не только способствовали форсированному развитию японской промышленности, но и подпитывали её солидными финансовыми вливаниями, сумма которых выразилась в 1952 г. в 824,166 млн., а в 1953 г. -809,479 млн. долларов США [42, c. 90-93]. Однако, ни сокращение американских войск на территории Японии, ни поступления огромных сумм от «спецзаказов» не устраивали японские правящие круги, усматривающие в договоре 1951 г. ущербность и неравноправность. Действительно, в японо-американском союзе Японии отводилось подчиненное место. В соответствии с «договором безопасности» американские войска, дислоцируемые на японской территории, могли быть использованы Вашингтоном для обеспечения агрессивных действий во всей зоне Дальнего Востока, а кроме того, для подавления по просьбе японского правительства возможного выступления народа. Таким образом, договорные обязательства создавали реальную угрозу втягивания Японии вопреки её национальным интересам в вооруженные конфликты, развязываемые США, а Вашингтон получал юридическое обоснование для вмешательства во внутренние дела Японии [48, c. 86].

Хотя срок действия договора не ограничивался, через некоторое время после подписания договора правящие круги стали готовиться к его пересмотру с тем, чтобы обеспечить в союзе с США более выгодные для себя позиции. В связи с этим особое внимание было обращено на укрепление японских вооруженных сил. Однако говорить о том, что это происходило без ведома США, было бы, мягко говоря, неправильно: напротив, укрепление вооруженных сил Японии проходили с подачи и поддержки Соединенных Штатов.

июня 1956 г. был создан Консультативный комитет. В его состав вошли: с японской стороны - министр иностранных дел и начальник УНО, с американской - посол США в Японии и командующий вооруженными силами США в Японии. Комитет стал первым механизмом по согласованию действий между силами самообороны и войсками США в Японии. 1 июля 1956 г. образован Совет национальной обороны (СНО) - высший консультативный орган при премьер-министре Японии, по определению военного курса страны.20 мая 1957 г. кабинет министров и СНО принимают «Основной курс национальной обороны», который по сегодняшний день продолжает служить базой для японской оборонной политики [32, c. 119]. С точки зрения японо-американского военно-политического союза это означало, что правящие круги Японии отныне будут располагать необходимой силой для пресечения «внутренних беспорядков» и соответственно отпадает необходимость американского вмешательства.

-е годы стали важным этапом формирования военно-политических воззрений правящих кругов страны, в ходе которого, исходя из стратегических целей японского правительства усилить своё влияние в Азии, были намечены основы военной политики Японии в современных условиях. Прикрываясь рассуждениями о стремлении к «всеобщему миру» правительство избрало долгосрочный курс военного сотрудничества с США. Это позволяло правящим кругам сосредоточить основное внимание на экономике, вступившей к концу 50-х годов на путь быстрого развития. Опираясь на возросший экономический потенциал и окрепшие «силы самообороны», японские правящие круги добились пересмотра «договора безопасности» и подписания в январе 1960 г. «Договора о взаимном сотрудничестве и гарантии безопасности».

Японо-американские переговоры по пересмотру договора безопасности (октябрь 1958 г.- январь 1960 г.)

Официальные переговоры по пересмотру договора безопасности 1951 г. начались 4 октября 1958 г. между министром иностранных дел Фудзияма и послом США в Японии Макартуром. Цели и задачи, стоявшие перед японским правительством во время переговоров по пересмотру договора безопасности 1951 г.:

Ø1.Сделать договор более равноправным.

Ø2. За счет нового, более равноправного договора, укрепить свои позиции на международной арене.

Ø3. Постараться вернуть административные права на архипелаг Рюкю.

Ø4. В связи с ростом экономического потенциала, придать военно-политическому договору небольшой экономический оттенок, дабы получить большие возможности для выхода на американский внутренний рынок.

Ø5. За счет американской помощи, укрепить собственные вооруженные силы.

Ø6. Исключить возможность вмешательства американских войск во внутренние дела Японии.

Ø7. Определить цели пребывания и обязанности войск США в Японии.

Ø8. Ограничить срок действия договора.

Задачи стоявшие перед американскими дипломатами:

ØУвеличить район действия договора, включая архипелаг Рюкю.

ØОбязать Японию более активно участвовать в совместной обороне.

ØЗаставить Японию наращивать собственные вооруженные силы[51, c.22].

В переговорах по пересмотру Договора Безопасности 1951 г., отчетливо выделяются два этапа:

первый - октябрь - ноябрь 1958 г. В этот период основными темами переговоров стали: определение района действия договора, в частности этот вопрос обсуждался на второй встрече и неофициальной беседе 28 октября. США выразили желание включить в сферу действия договора всю западную часть Тихого океана. Однако конкретного решения так и не было принято; следующей интересующей темой на переговорах встал вопрос о включении островов Окинава и Огасавара в зону действия договора. В обмен на согласие США в будущем не возражать по поводу передачи этих островов под административный контроль Японии, премьер- министр Н. Киси не возражал против их включения.

В целом первый этап переговоров закончился безрезультатно, это было связано в первую очередь с борьбой вокруг проекта нового договора внутри ЛДП. Эта борьба свидетельствовала о полной неподготовленности правящих кругов Японии к переговорам. Так же можно отметить, что во время первого этапа переговоров, очень жестко на своих позициях стояли Соединенные Штаты и не шли ни на какие уступки.

Основные разногласия вокруг нового договора возникли по следующим вопросам:

ØВключение всего Тихоокеанского района или его части, вопросы включения островов Окинава и Огасавара в район действия договора.

ØВопрос присутствия на острове ядерного оружия.

ØСохранять или нет статью, разрешающую призывать войска США для подавления внутренних беспорядков [27, c.35-36].

Во время перерыва с ноября 1958 г. по апрель 1959 г. Правительство предприняло ряд мер, чтобы подготовиться к новому этапу переговоров. Во- первых, Киси путем давления и некоторых уступок попытался ослабить оппозицию внутри правящей партии; во-вторых, продолжая неофициальные переговоры с США, он добивался «смягчения» их позиций по некоторым вопросам; в-третьих, развернул широкую кампанию по пропаганде в пользу пересмотра договора среди населения. США были недовольны временным перерывом в переговорах по пересмотру договора безопасности. Кроме того, в Вашингтоне были разочарованы тем, что Киси не только не мог отразить наступление противников пересмотра договора, но даже не добился единства мнений внутри правящей партии. В тоже время американская сторона опасалась возможного отпора демократических сил, который мог привезти к ослаблению позиций не только правительства Киси, но и всего консервативного лагеря, на который делали ставку США в своей дальневосточной политике. Чтобы облегчить Киси возможность маневрирования, американское правительство решило «смягчить» свою позицию по некоторым вопросам, обсуждавшимся на японо-американских переговорах. На это решение оказали значительное влияние активизация борьбы японского народа против договора безопасности весной 1959г, и решение Токийского суда по «делу Сунагава».

После некоторого перерыва переговоры между США и Японией были возобновлены 13 апреля 1959 г. Хотя обе стороны пошли на некоторые уступки, новый договор принял еще более ярко выраженный характер военного союза, в котором Япония брала на себя значительную ответственность за участие в стратегии США на Дальнем Востоке.

19 января 1960 г. в Вашингтоне, был подписан «Договор о взаимном сотрудничестве и гарантии безопасности между США и Японией». На подписании американская делегация состояла из четырех человек во главе с госсекретарем США Гертером, а японская делегация из пяти человек во главе с премьер- министром Н. Киси.

Как сам процесс подготовки договора, так и подписание его, сопровождались крупными выступлениями противников, как внутри правительства (известны случаи сидячих забастовок), так и среди японского народа. 19 июня договор между США и Японией вступил в силу. 15 июля Киси вышел в отставку. Фанатик-националист, увидевший в договоре с США измену национальным интересам, нанес Киси пять ножевых ранений [33, c.22].

Договор заключенный 19 января 1960 г. состоял из 10-ти статей.

По статье 1 стороны обязуются решать все международные споры мирным путём как это предусмотрено уставом ООН, также стороны обязуются всячески стремиться к укреплению ООН.

Статья 2 определяет намерение сторон содействовать дальнейшему развитию мирных и дружественных международных отношений, укреплять экономические взаимоотношения. Данная статья договора играла важную роль, на протяжении всего послевоенного времени. США являлся важным рынком сбыта японской продукции, а так же поставщика сырья, топлива, продовольствия, новейших технологий и т.д.

Статья 3 гласила: «Стороны, индивидуально и в сотрудничестве друг с другом посредством непрерывной и эффективной самопомощи и взаимной помощи будут поддерживать и развивать в соответствии со своими конституционными положениями свои возможности оказания сопротивления вооруженному нападению». Из этого следует, что Япония брала на себя обязательство наращивать свой вооруженный потенциал. При этом в статье делалась ссылка на соответствие конституционным положениям, которые запрещают Японии иметь военный потенциал, но разрешают по Закону о силах самообороны содержать ограниченный контингент подразделений, предназначенный исключительно для самообороны страны. Прямого обязательства вооружаться Япония по прежнему договору не брала.

По статье 4 страны договаривались, время от времени или по просьбе одной из сторон консультироваться между собой, если окажется под угрозой безопасность Японии или международный мир и безопасность на Дальнем Востоке.

Основой нового договора послужила статья 5 в отличие от старого договора, где основой была статья 1, по которой Япония лишь предоставляла в распоряжение США базы и разрешала американским войскам пребывание на своей территории, новая обязывала Японию участвовать, хотя и в ограниченной степени, в военно-политической стратегии США на Дальнем Востоке. Статья гласила: «Каждая сторона признает, что любое нападение на одну из сторон на территориях, находящихся под управлением Японии, было бы опасно для её собственного мира и безопасности, и заявляет, что она предпримет действия для отражения общей опасности в соответствии со своими конституционными положениями и процедурами. О любом таком вооруженном нападении и обо всех мерах, принятых в результате этого нападения, будет немедленно доведено до сведения Совета Безопасности ООН в соответствии с положением ст. 51 Устава. Такие меры будут прекращены, когда Совет Безопасности примет меры, необходимые для восстановления и поддержания международного мира и безопасности» [17]. Однако, если по прежнему административному соглашению обязанность Японии сотрудничать с США сводилась к консультациям, то ст. 5 нового договора возлагает на нее обязанность воевать на стороне США. Именно эта статья давала основания многочисленным японским и иностранным обозревателям, общественным деятелям, политикам и ученым говорить, что её содержание может вовлечь Японию в опасные военные операции на Дальнем Востоке. Да, теоретически такая возможность существовала. Фактически же, оппоненты договора не принимали во внимание положения статьи о том, что эти совместные действия должны соответствовать конституционным положениям Японии. А они как раз категорически запрещают её вооруженным силам участвовать в операциях коллективной обороны. 40-летняя история существования договора подтвердила строгую приверженность Токио конституционным запретам, поэтому силы самообороны ни одного раза не участвовали в подобных коллективных операциях ни на японских островах, ни за их пределами [49, c.40].

Если суммировать критику в адрес ст. 5 договора безопасности, то она сводится к следующему:

ØЭта статья находится в полном противоречии с японской конституцией;

ØЯпония может быть вовлечена в военные действия на стороне США, к возникновению которых она не имеет никакого отношения;

ØЯпония не в состоянии будет решить, имеет ли этот конфликт характер нападения или обороны;

ØПротивник США автоматически становится противником Японии;

ØПротивник, атакуя американские базы на территории Японии, нанесет ущерб не только районам, находящимся вблизи этих баз, но и всей территории Японии.

Все эти обстоятельства позволяют заявить, что ст. 5, возлагающая на Японию обязанность воевать на стороне США, придает японо-американскому договору безопасности характер военного союза. Не меньшие споры возникли вокруг 6 статьи. Эта статья давала возможность Соединенным Штатам сохранить Японию в качестве своей базы на Дальнем Востоке. Наибольшие дебаты возникли вокруг понятия «Дальний Восток». Опасения общественности вызывало то обстоятельство, что японское правительство не давало ясного определения термину «Дальний Восток».

Таким образом, Япония фактически могла стать прямым или косвенным соучастником любых конфликтов или военных авантюр, которые развязывала или могла развязать американская военная верхушка на Дальнем Востоке, используя в своих агрессивных целях базы США на японской территории. В статье 7 говорится, что данный договор не должен истолковываться как противоречащий Уставу Организации Объединенных Наций. Статьи 8, 9, 10 определили условия ратификации договора, прекращение действия предыдущего договора, а так же время действия нового договора, который, в отличие от прежнего ограничивался 10 годами, в статьях определялись также условия выхода из договора.

Таким образом, если 50-ые годы были временем полного подчинения как японской экономики США, так и политики, но после заключения Договора о взаимном сотрудничестве и безопасности эти отношения стало возможным назвать «партнерскими» хотя бы в экономическом плане. Период «партнерства» был относительно спокойным. Статус Японии был повышен в сравнении с предшествующими годами, но это было лишь номинальное партнерство. США явно преобладали, но японское правительство было удовлетворено широкими возможностями для экономического роста страны, быстро становившейся гигантом мировой экономики.


Глава 2. Эволюция отношений двух стран от неполноправных до партнерских (сер. 1960-х гг. - 1980-е гг.)


Договор безопасности 1960 г. имел равноправный характер для Японии. Именно в 60-е годы отношения между США и Японией можно было назвать «партнерскими». Статус Японии был повышен по сравнению с предшествующими годами, но это было все таки номинальное партнерство. США явно преобладали, но японские правящие круги были удовлетворены широкими возможностями для экономического роста страны, быстро становившейся гигантом мировой торговли.

В начале 60-х американская сторона не учитывала, что экономическое развитие Японии столь сильно разовьется и начнет затрагивать американские интересы. Япония придерживалась «экономической дипломатии», то есть решала в первую очередь экономические вопросы. На это была направлена и главная японская доктрина того времени так называемая «доктрина Ёсиды» - это политика экономического национализма, нацеленная на развитие японской экономики под крышей ядерного зонтика США [59].

Японские дипломаты, особенно в международных организациях и на различных конференциях, в основном отмалчивались. Именно в конце 50-х начале 60-х японские делегации именовались в кулуарах конференций «делегациями трех S» (silent, smile, sleep - молчит, улыбается, спит). Бывший министр иностранных дел С. Окита объяснял молчание японских дипломатов отсутствием опыта. Прочитав утвержденный в министерстве текст, японские дипломаты в дискуссии не вступали, а погружались в полудремотное состояние. Улыбались же они потому, что плохо знали иностранные языки и считали, что улыбка - лучший ответ на любой вопрос. [55, c.74] Пока японские дипломаты «спали», японская экономика бурно развивалась. В течение трех лет (1965-1967) внешняя торговля Японии увеличилась на 80%, а с США на 100%. С середины 60-х годов США начали резкую критику Японии по поводу роста дефицита торгового баланса и недостаточными с американской точки зрения, японских расходов на оборону.

До 1965 года Соединенные Штаты имели устойчивое положительное сальдо в своей торговле с Японией, и японские производители пытались добиться уменьшения дефицита в торговле с США. С середины 60-х годов страны поменялись ролями - теперь Соединенные Штаты непрерывно требуют от Японии снижения тарифов на американские товары и сокращения гигантского дефицита своей торговли с Японией [56, c.179].

Первая открытая попытка противодействовать ввозу японской продукции, в данном случае текстильной, была предпринята еще во второй половине 50-х годов президентом Д. Эйзенхауэром, который потребовал от японцев «добровольных ограничений». Дж. Кеннеди, придя в Белый дом, твердо обещал помочь гибнувшей в США отрасли. Ведь за 50-е годы в этой отрасли потеряли работу более 300 тыс. американцев. Р. Никсон пошел дальше, в 1971 г., дабы заручиться поддержкой избирателей с текстильного Юга, под угрозой введения импортных ограничений на все японские товары, вынудил японцев взять на себя «добровольные» ограничения на экспорт текстильных товаров в США. По двустороннему соглашению было решено ограничить общий экспорт текстиля. Предприимчивые японцы ринулись в оставленную открытой лазейку: соглашение не охватывало искусственного волокна и шерсти. Но конкуренция в текстильной промышленности была лишь началом. За ней последовало почти полное вытеснение с американского внутреннего рынка американской бытовой электроники и оптики, к середине 70-х годов в бытовой электронике американцы фактически прекратили сопротивление. Последний крупный американский производитель цветных телевизоров «Моторола» был куплен японской «Мацуситой». Собственно американская доля произведенных цветных телевизоров упала к началу 70-х годов до уровня менее 1/3 общего числа проданных в США [56, c. 182].

Если в конце 60-х начале 70-х годов Япония завоевала позиции на рынках Соединенных Штатов, прежде всего за счет более низкой стоимости своих товаров, созданных в условиях относительно не больших производственных издержек, то после экономического кризиса 1974-1975 годов японская промышленность столкнулась с резким повышением издержек производства. Рост стоимости сырья и рабочей силы, ревальвация иены, курс которой по сравнению с 1971 г. вырос в среднем на 38%, привели к значительному удорожанию стоимости японских товаров на американском рынке. Однако, несмотря на то, что японский автомобиль, например, стоил в США в 1978 г. выше аналогичной американской модели, объем продаж вырос на 5,7% по сравнению с предыдущим годом. В Соединенных Штатах на все это смотрели с ужасом. Довольно четко сформировалось две группировки политиков и бизнесменов, по отношению к новому «экономическому Перл - Харбору». Первые считали, что никакие примирительные меры не способны дать результата - Япония просто действовала, действует и будет действовать в собственных интересах [15, c.56-57].

Предупреждая нарастающую угрозу, японское правительство стремилось создать более благоприятный климат для американских инвестиций в Японии, позволило американским компаниям основать совместные с японскими фирмами предприятия. Однако этого было не достаточно. Одной из причин превосходства Японии в торговле с США, является так называемые «неценовые» факторы: высокое качество и экономичность товаров, технический уровень, строгое соблюдение сроков поставки и т. д. Другой причиной образования столь огромного дефицита в торговле явилась не способность деловых кругов США приспособиться к японскому рынку. Они не смогли преодолеть инерцию представления о нем, как об относительно не большем и закрытом, проникновение на который затруднено бюрократическими, языковыми и прочими барьерами. Определенная пассивность в деловых кругах США в борьбе за японский рынок привела к снижению удельного веса импорта из США в общем объеме японского ввоза [58].

Отношение правящих кругов США к Японии в этот период были двойственными. С одной стороны роль Японии как стратегически важного союзника на Дальнем Востоке была очень важна. Соединенные Штаты всячески способствовали экономическому и политическому развитию своего союзника, помогали интегрироваться Японии в мировую торговлю, вступлению в международные организации. В Штатах понимали, что другого такого союзника на Дальнем Востоке нет. С другой стороны, происходили потепления в американо-китайских отношениях, поездка Р. Никсона в Пекин 1972 г., разрядка в советско-американских отношениях.

В японо-американских отношениях Соединенные Штаты не устраивала некоторая пассивность Японии в военно-политическом плане. В то время как США завязли во Вьетнаме, Япония как союзник помогала лишь поставками вооружений, которые, кстати, и оплачивались Штатами, а так же в качестве взлетной площадки для американских бомбардировщиков «Б-52». Отказываясь принять более активное участие, Япония прикрывалась статьей 9 конституции [59].

По мере роста японской экономической мощи, правящие круги Японии стали задумываться о том, как бы повысить свою роль в международных делах, увеличить свое политическое влияние. Именно усиление Японии в экономическом и политическом плане не совсем устраивало американскую сторону. Никсон понимал, что раз Япония, хотя никто не ожидал, смогла добиться таких результатов в экономике и стала конкурентом, она сможет добиться усиления своих позиций на международной арене и в дальнейшем стать серьезным конкурентом в АТР. Если не в военном, то в экономическом плане точно. Именно эти причины и послужили появлению так называемых «Шоков Никсона» [57, c. 115].

Первым «шоком» для японцев стало провозглашение 15 августа 1971 г. «новой экономической политики», одним из важнейших положений которого было введение 10% налога на импорт, прекращение конвертируемости доллара в золото. Так называемые «августовские меры» ударили по японцам как гром среди ясного неба. Государственный секретарь Роджерс позвонил японскому премьеру лишь за 10 минут до начала телевизионного выступления Никсона, в котором провозглашалась «новая политика». Американская сторона поставила условие: снятие 10% налога будет произведено для тех стран, кто так же произведет ревальвацию своей валюты, а так же снимет все ограничения на пути американского экспорта. После недолгого возмущения, руководители крупнейших капиталистических стран произвели ревальвацию. Японское правительство объявило о повышении курса иены на 16,9%. Дж. Коннэли объяснил эту странную цифру так: она была ниже 17-процентной ревальвации в 1932 г. вызвавшей депрессию в японской экономике и заставившей тогдашнего японского министра финансов сделать харакири [52].

Августовские меры» США низвели американо-японские отношения до нижайшей точки за послевоенный период. Эти меры были расценены в Токио как носящие преимущественно антияпонскую направленность. Последовавшая вскоре отставка правительства Э. Сито, известного своей проамериканской ориентацией, символизировало поворот к проведению более независимой от США внешнеполитической линии.

Вторым «шоком» стал так называемый «китайский шок», а именно улучшение отношений США с Китаем. Переговоры о взаимоотношениях с Китаем проводились еще летом 1971 г., правда, тайно. Лишь за 7 минут до официального сообщения Белый дом оповестил Токио о предстоящем визите Г. Киссинджера в КНР - колоссальный по значимости для азиатской политики шаг. Так, администрация Р. Никсона, не только не проконсультировавшись с японским правительством, но, даже не поставив его в известность, приняла радикальный внешнеполитический шаг - пошла на нормализацию отношений с Пекином. Поездка Никсона в Пекин в феврале 1972 г. была расценена японскими правящими кругами, которые и не скрывали своих намерений превратить Японию в «мост» между Западом и Китаем, как проявление пренебрежительного отношения США к своему союзнику. Недовольство Японии приняло особо острые формы в связи с тем, что между двумя странами имелось договоренность (достигнутая на октябрьской встрече 1970 г. премьер-министра Э. Сато с президентом Р. Никсоном) о необходимости согласовывать политику Японии и США в отношении Китая. В министерстве иностранных дел Японии, как писал Н. Нагано, царила паника. Отовсюду сыпались угрозы в адрес японской дипломатической службы, слишком доверявшей американскому партнеру и оказавшейся не способной предусмотреть возможность сближения США с Китаем [53].

Нужно отметить, что и сами японцы не без греха, перед своим «старшим братом» в отношении с Китаем. Почти сразу после Сан-Франциско, японские правящие круги стали налаживать взаимоотношения с Китаем, несмотря на недовольство со стороны США. К моменту пересмотра администрации Р. Никсона своих отношений с КНР, неофициальные связи между Токио и Пекином достигли достаточно высокого уровня.

Сложившиеся к началу 70-х годов отношения, лишь формально продолжавшие считаться «неофициальными», дали все основания министру иностранных дел Японии К.Айити заявить в 1969 г., что «отсутствие дипломатического признания не мешает Японии и Китаю иметь чрезвычайно широкие контакты» [54].

Еще один эпизод, который поверг Японию в «шок» (да и не только её) это энергетический кризис конца 1973-го - начала 1974 г. который отчетливо показал, к каким негативным последствиям для экономики страны может привести односторонняя ориентация на США, в данном случае проявившаяся в поддержке ближневосточной политики Вашингтона.

Повышение цен в 1973 г. на нефть произвело сильное впечатление на Японию. Многие японцы разделяли ту точку зрения, что Америка удовлетворена исчезновением долларовых запасов её торговых конкурентов, главным из которых являлась Япония. Немало специалистов в Вашингтоне думало именно так. В специальном исследовании, приготовленном для Г. Киссинджера ещё в 1971 г., говорилось, что повышение цен на нефть «нанесет ущерб прежде всего Западной Европе и Японии, в то время как конкурентные позиции Америки укрепятся». Миллиарды нефтедолларов шаха Ирана возвратились в США как плата за американское оружие, у Японии же не было эквивалентных средств. Да и зависимость её от импорта нефти составляла почти 100% [14, с. 80].

Именно в период энергетического кризиса Япония впервые встала в оппозицию Соединенным Штатам, пойдя на сближение с арабскими странами. В январе 1974 г. японскому правительству удалось убедить арабские страны, что оно понимает их проблемы и во многом стоит на их стороне. Представители японских фирм устремились на берега Персидского залива с огромным количеством коммерческих предложений о совместном сотрудничестве. Соглашение о расширении Суэцкого канала, о создании химической промышленности Ирана в счет нефтедолларов. Уж очень хотелось японцам дешевой нефти. Однако в оппозиции он была очень не долго. Уже в феврале 1974 г. на Вашингтонской энергетической конференции, после не продолжительных колебаний, Япония пошла за американцами. Было принято решение о создании Международного энергетического агентства - организация крупнейших капиталистических импортеров нефти. Ведущей державой из них, естественно стали Соединенные Штаты [55, c. 250].

Огромный отпечаток на японо-американских отношениях оставила так же война во Вьетнаме. С одной стороны, это экономический фактор, Япония получила огромные доходы от заказов американской армии - это плюс. С другой стороны, это эмоциональный фактор - большинство японцев, отрицательно относилось к войне. По данным опроса 1964 г. 40% японцев высказалось за уход американцев из Вьетнама и лишь 4% одобряло бомбардировки. В связи с возникшими разногласиями в японо-американских отношениях, США потребовалось пойти на уступки. Переговоры о передаче Японии архипелага Рюкю начались еще в 1969 г. Причины: в 70-м году нужно было продлять договор безопасности 1960 г.; снизить антиамериканские настроения в Японии; потеря островом Окинава тех стратегических задач, которые стояли перед ним в конце 40-х.

июня 1971 г. было подписано соглашение о передаче под управление Японии архипелага Рюкю. Перед этим, 24 ноября 1971 года, палата представителей парламента страны приняла Постановление "О сокращении запасов ядерного оружия и американских баз на Окинаве". В нем указывалось:

"1. Правительство Японии обязуется уважать и придерживаться трех принципов отказа от ядерного оружия: не хранить, не производить и не приобретать его. Вместе с тем правительство считает необходимым принять надлежащие меры, чтобы в момент возвращения Окинавы Японии на ее территории не было ядерного оружия и чтобы в дальнейшем оно не ввозилось.

. Правительство Японии считает необходимым принять срочные меры по сокращению численности американских военных баз на территории Окинавы."

Соглашение предусматривало сохранение американских вооруженных баз на Окинаве, однако ответственность за непосредственную оборону острова возлагалась на японские «силы самообороны». Япония обязывалась взять на себя эту функцию к 1 июля 1973 г. и направить на Окинаву войска численностью 6300 человек, включавшие части ВМС и ПВО. Одновременно США добились согласия японской стороны на увеличение расходов по содержанию американского военного персонала в стране и признание ею ответственности за сохранение сеульского режима [35, c.35-37].

Опираясь на возросший экономический потенциал, укрепление Японии на международной арене, а также охлаждение японо-американских отношений, японские правящие круги несколько скорректировали свой внешнеполитический курс. На вооружение была принята концепция «многосторонней дипломатии», предусматривающая налаживание Японией отношений и контактов с возможно более широким кругом государств, в том числе социалистических. Повышение самостоятельности японской политики и постепенный отход от системы жестких военно-политических связей с Соединенными Штатами, сковывавших японские внешнеполитические инициативы на протяжении всех предшествовавших лет. Именно такую направленность имела внешнеполитическая деятельность правительства К. Танаки, которая без консультаций с Вашингтоном в 1972-1973 годах установила дипломатические отношения с Китаем, ДРВ, МНР, ГДР. В разгар нефтяного кризиса, японское правительство без согласования с США пошло на прямые переговоры с арабскими странами, внесло коррективы в свою ближневосточную политику. Были заключены соглашения о предоставлении Японией арабским странам значительной экономической помощи. Более разносторонними интенсивными стали контакты Японии со странами азиатского региона, государствами Западной Европы.

Помимо укрепления своего положения в международных отношениях, Япония пошла по пути укрепления своего военного положения. Еще в конце 60-х годов японское правительство и Управление национальной обороны разработали так называемую «программу самостоятельной обороны». Суть программы сводилась к стремлению обосновать курс на дальнейшее увеличение боевой мощи японских вооруженных сил и путем широкого обсуждения военных проблем внутри страны уменьшить пацифистские настроения населения. Согласно программе, повышение боевых возможностей «сил самообороны» было решено реализовать путем их качественного совершенствования, оснащение боевой новейшей техникой, в основном отечественного производства. Конкретно это выразилось в принятии 4 пятилетнего плана строительства вооруженных сил, рассчитанного на 1972/73- 1976/77. Именно в эти годы многие политические и военные деятели стали обсуждать вопрос о том, что Япония должна иметь большую самостоятельность не только в политическом, но и в военном плане. Так, тогдашний начальник УНО Я. Накасонэ выступая в Токио в марте 1970 г. заявил: «Необходимо способствовать разработке собственной стратегии и тактике и созданию новых образцов отечественного оружия. «Силы самообороны» создавались при наличии американского оружия и американской стратегии и тактики. Самостоятельная система обороны не может существовать без получения самостоятельности в этих областях». Развивая свою мысль, он в одном из последующих выступлений призвал «искоренить положение, сложившееся в прошлом, когда мы при решении вопросов обороны рассчитывали исключительно на США и беспринципно на них полагаемся» [43, c. 89].

Очевидно, что японские правящие круги, опираясь на возросший экономический потенциал, укрепление своего положения на международной арене, а так же исходя из своих стратегических планов, решили укрепить свои позиции в военном отношении. Определили возможность влиять с помощью военной силы на внешнеполитические цели. Однако в ближайшее время, Токио будет вынужден отказаться от такой политики из-за ряда факторов:

ØНаличие противников данной политики внутри правительства;

ØАмериканский опыт ведения боевых действий во Вьетнаме показал, что применение военной силы в современных условиях не дает больших результатов.

ØНаличие «мирной» конституции, которая запрещала использование вооруженной силы за границей. Изменить конституцию не удается из-за наличия мощной оппозиции как внутри страны, так и в самой правящей партии;

ØУсиление позиций СССР на международной арене;

ØРазвитие военного дела. Появление мощных ракетно-ядерных сил. Япония же благодаря Э. Сато приняла «три неядерных принципа»;

ØНедостаточная развитость собственных японских вооруженных сил;

Как результат: японцы «поняли», что лучшее средство решения внешнеполитических проблем «дипломатические усилия государства». Так и было записано в первой «Белой книге по вопросам обороны Японии».

Таким образом, Токио ничего не оставалось, как следовать за «старшим» братом. Курс на «многостороннюю дипломатию» просуществовал не долго. Постепенно японская внешняя политика вернулась к проамериканской ориентации [42, c. 176].

В условиях ослабления позиций США в АТР, американские правящие круги пошли на сближение со своим главным партнером на Дальнем Востоке. Японская сторона так же желала укрепить японо-американские отношения. Однако Япония не желала возвращаться на позиции 50-х, именно тогда появилась новая японская внешнеполитическая доктрина «модифицированного союза с США». Концепция данного «союза» предполагает, что деятельность Японии на международной арене будет осуществляться при сохранении тесных политических, военных и экономических связей с Соединенными Штатами, но при условии большей независимости Токио от Вашингтона.

С середины 1975 г. начался, по существу, новый этап в развитии японо-американских отношений, что проявилось и в более высоком уровне военного сотрудничества и в решимости следовать согласованной политико-дипломатической линии в отношениях с третьими государствами. Встречи руководителей обеих сторон, стали носить по сравнению с предыдущим периодом более интенсивный и доверительный характер. В это время проходил постоянный обмен делегациями.

В области военного сотрудничества, американцы решили пойти по пути значительного сокращения вооруженных сил США в Японии. Если в 1973 г. на территории Японии находилось 172 американских военных объекта и 57 тыс. военного контингента, то на 1 января 1981 г. их осталось 119 и 46,4 тыс. соответственно (включая Окинаву) [10, c. 145]. В данном случае американцы преследовали цель придать союзу более равноправный характер, побудить Японию к самостоятельному наращиванию военной силы, а так же более активно участвовать в военно-стратегических планах США в Азии. США настоятельно добивались наращивания военного потенциала Японии, прежде всего военно-морского флота. Для сравнения: в 1977 г. США потратили на военные нужды 523 долл. в расчете на душу населения своей страны, Япония в свою очередь лишь 49 долл. В условиях когда за период с 1976 по 1978 год дефицит США в торговле с Японией составил 27 млрд. долл., требование США о «разделении бремени» в области обороны приобретает особое звучание [60].

Для улучшения координации совместной военной политики между двумя странами в 1975 г. было принята договоренность о проведении ежегодных консультации глав военных ведомств США и Японии. В июле 1976 г. принято решение о создании «Подкомитета по сотрудничеству в области обороны» при «Японо-американском консультативном комитете безопасности», в функции которого должна была войти координация планов американского и японского военных штабов по проведению совместных боевых операций.

В августе 1978 г. подкомитет утвердил документ под названием «Основные направления японо-американского военного сотрудничества в области обороны». [3, с. 46] Это важнейший основополагающий документ определивший характер двухсторонних взаимоотношений в военной области. Документ определял действия обеих стран в случае возможного нападения. Были выделены 3 этапа:

. В условиях позитивного развития обстановки на Дальнем Востоке, Япония должна обеспечивать нормальное функционирование американских баз на её территории.

. На этапе подготовки к предотвращению агрессии силы самообороны и вооруженные силы США осуществляют взаимодействие в разработке совместных боевых операций по обороне Японии. Стороны совместно обеспечивают техническое обеспечение войск, обмениваются информацией.

.В случае вооруженного нападения на Японию силы самообороны и вооруженные силы США стороны определяют принципы боевых операции каждой стороны. При вооруженном нападении на Японию, она должна обороняться собственными силами, если же силы самообороны не справляются, то к ним на помощь приходят вооруженные силы США. Далее указывались действия каждого подразделения в случае боевых действий [40].

Принятие «основных направлений» явилось крупнейшим событием в японо-американских отношениях со времени заключения в январе 1960 г. «договора безопасности». Характеризуя новую фазу японо-американских отношений, госсекретарь Г. Киссинджер заявил: «Для Соединенных Штатов никакие отношения не имеют более важного значения, чем союз с Японией. Обеспечение взаимной безопасности остается основой нашего сотрудничества, но в новую эпоху мы распространяем наши партнерские отношения на широкий круг общих интересов. Мы проводим более частые, откровенные и глубокие консультации, чем в любой предшествующий период» [9, c. 98]. политический оккупация американский

В течении всей второй половины 70-х годов, Америка настаивала на увеличении военной мощи Японии. Особенно остро этот вопрос встал в конце 70-х, когда во время визита министра обороны США Брауна в Токио, он потребовал от Японии увеличения военных расходов и даже пригрозил, что отказ от выполнения этого требования может оказать не благоприятное влияние на весь комплекс отношений между двумя странами [63]. США не хотели больше тратить огромные суммы на поддержание безопасности в Азии, однако и сдавать свои позиции, американцам так же не хотелось, отсюда и появились «доктрина Никсона» и все последующие доктрины того времени. Лучшим выходом из сложившейся ситуации было требовать от союзников разделения «бремени безопасности», при сохранении главенства Соединенных Штатов. Япония как партнер на Дальнем Востоке должна была поддержать, что и произошло, однако Япония, прикрываясь «мирной конституцией и придерживаясь «доктрины Ёсиды» не желала особо тратиться на оборону. Да и в утвержденных 20 мая 1976 г. СНО и Кабинетом министров «Основных принципах оборонной политики», было введено ограничение военных расходов в 1% от ВНП. Очевидно, что японские правящие круги считали, что не пришло то время, когда Япония должна увеличивать вооруженные силы. Трудно сказать однозначно хотела ли Япония превращаться в военную державу. Советские исследователи утверждают что да. А постсоветские несколько сомневаются, утверждая, что «страна, которая привыкла воспринимать себя в уютной роли младшего партнера, отнюдь не спешила выходить в полный опасностей мир» [4, c. 56]. И действительно, зачем нужно было тратиться на вооружения, когда есть «старший брат». Конечно после «шоков Никсона» уверенность в «слове» Америки, несколько поубавилась. Но и пойдя на курс «многосторонней дипломатии» Япония тоже не выиграла, ей все же пришлось вернуться в русло американской политики. Кроме того, для увеличения военной мощи нужно было увеличить взносы на военные нужды, а этого хотели не все. Хотя экономика к тому времени очень окрепла, неизвестно чем бы это закончилось. И все же японцы пошли на увеличение расходов. Если в 1974 г. Япония на военные нужды истратила 935,5 млрд. иен, то в 1980 г. она составила 2230,2 млрд. иен, то есть за 5 лет сумма была увеличена почти в 2,4 раза или на 137,4%.

Для 80-х годов характерно стремление США утвердить себя по всему миру. Эта глобальная идея предполагала готовность к созданию новых - внеевропейских блоковых объединений, первым из которых должен был стать «тихоокеанский союз». В центре такого союза неизбежно была бы Япония, имеющая экономику, которая по значимости занимала второе место в капиталистическом мире, и растущий военный потенциал. Во время визита в Японию в ноябре 1983 г. президент Рейган заявил, что великому тихоокеанскому бассейну, с его потенциалом роста и развития, принадлежит будущее [27, c. 32]. А во время встречи с премьером Судзуки в мае 1981 г. Рейган охарактеризовал Японию как понимающего и преданного союзника, которого связывают с США тесные узы, построенные на принципах гармоничных отношений [27, c. 32].

Суровое положение в мировой экономике, вступившей в 1979-1982 гг. в стадию депрессии, требовало более энергичных мер и от США и от Японии.

В мае 1981 г. премьер Судзуки посетил Вашингтон и подписал с американским президентом коммюнике, в котором было употреблено слово «союз», но премьер-министр все же отказался признать военный характер японо-американского союза.. Для обеих сторон применение именно этого термина не было случайным. Американо-японский союз стал реальностью. Речь шла о большем, чем прежде, равенстве двух сторон, об определенном повороте США в сторону Тихого океана, о новой готовности Японии выполнять более важную политическую миссию в Азии.

Японское правительство в 80-е годы начало увеличивать военные расходы примерно на 7% в год [50, с. 125]. Япония пообещала обеспечить военными силами контроль над морскими коммуникациями в радиусе 1600 км вокруг Японских островов.

В 1982 г. японским премьером стал Ясухиро Накасонэ. В качестве начальника управления национальной обороны (УНО) в 1970-1971 гг. Накасонэ отстаивал идею о том, что Япония должна иметь независимую, автономную военную мощь. Он выступал за сближение с Южной Кореей. Накасонэ объявил о планах концентрации политической власти, в частности о создании Совета национальной безопасности, где предполагалось более откровенное по существу, но скрытое от общественного контроля обсуждение проблем вооруженных сил, военных расходов, планов военного строительства, политических, острых стратегических вопросов.

Газета «Уолл-стрит джорнэл» отмечала, что на снимке участников совещания семи наиболее развитых капиталистических стран в Вильямсберге японский премьер-министр Ясухиро Накасонэ находился на переднем плане и в центре, рядом с президентом Рейганом. Сами японцы комментировали снимок так: «Этого никогда не было прежде. Наши премьеры всегда стояли в сторонке» [38, с. 21].

В Вильямсберге Накасонэ отошел от послевоенной традиции, согласно которой японцы всегда избегали намека на то, что их военная система связана с системой НАТО в Европе. Накасонэ подписал совместное заявление «семерки», поддерживающее развертывание американских ракет средней дальности в Европе.

Колоссальный рост товаропотоков между Японией и США вовсе не означал гармоничного развития связей. Если от общих цифр перейти к характеристике позиций двух сторон - американской и японской, мы увидим как первый экономический гигант капиталистического мира XX в.- США - впервые попал в положение стороны, безусловно проигрывающей экономическое соревнование. Именно об этом говорила сухая статистика, вызвавшая в США самые бурные эмоции. После падения в 1979-1980 гг., американский дефицит в торговле с Японией достиг 16 млрд. долл. в 1981 г. и вырос до 58 млрд. в 1986 г. Такого дефицита США не имели никогда ни с одной страной мира [48, c. 20].

Перед лицом растущего напора со стороны японских конкурентов Вашингтон предпринял многочисленные протекционистские меры, возводя новые барьеры на пути японских товаров в США. Со своей стороны, ощущая опасность еще большего американского ужесточения, в Токио пошли на упреждающие меры. Так, Япония вынуждена была сократить свои поставки в США телевизоров, мотоциклов, пойти в 1983 г. на еще одно «добровольное» ограничение экспорта автомобилей. В декабре 1984 г. двустороннее соглашение установило лимит на экспорт японской стали в США в размере 5,8% от объема американского внутреннего рынка. В середине 80-х годов примерно в отношении 40% японского экспорта промышленных товаров в США стала действовать определенная форма количественного ограничения.

В марте 1987 г. администрация Рейгана, мотивируя свои действия тем, что Токио не выполняет заключенное в 1986 г. соглашение с США об открытии своего рынка для американских полупроводников, ввела 100%-ную пошлину на 19 видов товаров на общую сумму до 300 млн. долл. в год [65, c. 12]. Главная задача этого шага - защитить производителей электронной аппаратуры в США. Принятая мера встретила решительную поддержку американских промышленников и конгрессменов. По мнению столичной газеты, решение президента Рейгана «возможно, окажется водоразделом в развитии американо-японских связей... Это решение администрации показывает, что разочарование Вашингтона по поводу положения в торговле достигло такой стадии, когда он готов укусить противника, а не просто лаять на него» [66, c. 23].

Именно реакция в США заставила японцев на некоторых участках своего наступления нажать на тормоза. Задача заглушить американское недовольство стала чрезвычайно актуальной. Находясь под давлением американцев и стараясь избежать прямого столкновения, правительство Накасонэ в июле 1985 г. объявило о так называемой «программе действий», которая была направлена на уравновешивание экспорта в США импортом из этой страны. Следующим шагом на пути нахождения компромиссных решений стало 20%-ное повышение курса иены по отношению к американскому доллару, объявленное 22 сентября 1985 г. на совещании министров финансов пяти крупнейших капиталистических стран.

Чувствуя растущее недовольство в США, Япония в 80-е годы обратилась более активно на западноевропейский рынок, добившись там значительных результатов. Американцы также упорно и настойчиво прилагают усилия к тому, чтобы «перенаправить» японский экспорт в западноевропейском направлении. Но реакция Европейского экономического сообщества была достаточно жесткой. Вице-президент Европейской комиссии предупредил, что торговая агрессивность японцев может быть наказана, он предвидит возможность «полного запрета на японский импорт» [50, с. 130].

В этот период времени правительства обеих стран стали все чаще обсуждать вопросы сотрудничества в производстве ядерного оружия. Еще премьер-министр Киси отмечал, что антивоенная статья конституции не запрещает Японии иметь ядерное оружие «для самообороны». Корабли военно-морского флота Японии стали активнее участвовать в маневрах с американскими кораблями - носителями ядерного оружия.

В 1986 г. правительство Накасон» пошло на то, чего не было ранее - разрешило линкору «Нью- Джерси», который имеет ядерное оружие на борту, зайти в порт Сасебо. Правительство Накасонэ сотрудничало с США при размещении на военно-воздушной базе Мисава истребителей «Ф-16», способных наносить ядерный удар. За то же время американские атомные подводные лодки побили своего рода рекорд, совершив 41 заход в японские порты. Все это доказывает, что Япония постепенно втягивалась в американскую общую стратегию, предусматривающую применение ядерного оружия.

В 1976 г. японским правительством была принята так называемая общая программа национальной обороны. Одновременно было решено в будущем сдерживать военные расходы в пределах одного процента от ВНП. Особенностью этой программы было то, что в отличие прежних, рассчитанных на пятилетний срок, она была, так сказать, «бессрочной», определяющей общие принципы. Согласно программе 1976 г., началась модернизация вооруженных сил страны на основе приобретения лицензий на самое совершенное американское оружие. Так был принят план лицензионного производства 155 американских истребителей-перехватчиков «Ф-15» и 75 патрульных самолетов противолодочной обороны «Р-ЗС» [63, c. 129].

Под нажимом американцев 9 сентября 1986 г. генеральный секретарь кабинета министров Японии М. Готода выступил с официальным заявлением о решении Японии присоединиться к реализации «стратегической оборонной инициативы», выдвинутой администрацией Р. Рейгана. Речь идет об участии в американской программе не только частных фирм, но и государственных организаций.

Вашингтон позаботился включить в новое соглашение не только чисто военную технологию, но и так называемую технологию двойного назначения, т. е. результаты гражданских научно-исследовательских работ, пригодные для применения в военных целях. США пытаются и заинтересовать своего соперника возможным сотрудничеством, и использовать его технические достижения в военных целях. Пентагон хотел бы видеть в японских фирмах поставщиков сравнительно дешевых технологических блоков и импортеров дорогого готового вооружения. Для военно-промышленного комплекса США это означало бы убить сразу двух зайцев: во-первых, ликвидировать потенциального конкурента на мировом рынке оружия и, во-вторых, извлечь прибыль от поставок готового вооружения в Японию. Но военно-промышленные круги Японии определенно не хотели бы превратиться в субподрядчиков военно-промышленного комплекса США.

Разумеется, никто в Японии не может усомниться в важности связей с крупнейшим торговым партнером - США. Рынок США был и остается главнейшим для Японии, и взаимный грузопоток, связи разного рода увеличиваются. И все же будущее не дает определенных ответов, оно скрывает разнообразные варианты поворота американо-японских отношений.

В общем и целом уже много могущественных факторов действуют в пользу того, что называется «подлинной интернационализацией» Японии. Главные из них - мировая торговля, превращение иены в международную валюту, рост промышленных инвестиций за границу, передача развивающимся странам лицензий на промышленную технологию, создание смешанных предприятий в Японии, открытие финансового рынка для иностранных банков и иностранных инвестиций, приобретение японцами иностранных акций и облигаций. Часть специалистов считает, что эти факторы ослабляют своеобразие Японии, другие полагают, что ей уже не грозит никакой «культурный шок» [5, c. 249].

Мысль, что Япония, «экономический гигант и политический пигмей», должна играть более важную роль в мировых делах является заглавной в «Голубой книге» по вопросам внешней политики за 1988 г. В качестве основы для выдвижения Японии на авансцену мировой политики рассматривается ее стабильный экономический рост, быстрый научно-технический прогресс и возросшее финансовое могущество, вызванное во многом повышением курса иены по отношению к доллару. В «Голубой книге» говорится: «Занимая на протяжении долгих послевоенных лет относительно скромное место в мировом сообществе, Япония рассматривала международную ситуацию как нечто данное. Казалось невозможным, чтобы она оказывала какое- либо заметное воздействие на обстановку в мире. Однако сегодня Япония превратилась в экономическую державу, на долю которой приходится свыше 1/10 совокупного мирового ВНП; вместе с Соединенными Штатами и странами Западной Европы она находится на передовых рубежах научно-технического прогресса. В то время как США и Советский Союз продолжали пользоваться громадным влиянием, опираясь на свою национальную мощь, Япония вместе с западноевропейскими государствами начинала играть все более важную роль в политике благодаря своему экономическому и научно-техническому развитию. Действия Японии сегодня имеют как никогда широкий резонанс не только в сфере экономики, но и с точки фении всего спектра международных отношений» [65, с. 24]

По словам экономиста Массачусетского технологического института Л. Туроу, «если дела пойдут так и дальше, мы все кончим тем, что будем работать на японцев» [21, с. 47]. А председатель правления западногерманского «Дойче банк» А. Херрхаузен утверждает, что «при жизни следующего поколения Япония станет финансовой державой номер один» [28, с. 87]. Что касается промышленности, то здесь США столкнутся с вызовом в таких видах технологии, как волоконная оптика, генная инженерия и сверхпроводимость.


Глава 3. Смена приоритетов в японо-американских отношениях в 90-х гг. ХХ в. - начале XXI в.


В 1991 г. Советский Союз распался, окончилась эпоха «холодной войны». Распалась биполярная система, определявшая международные отношения с окончания второй мировой войны. В отличие от США, которые не скрывали своего удовлетворения, Япония оказалась, пожалуй, единственной страной в капиталистическом мире, которая не только ничего не выиграла от этого, но кое в чем проиграла. Геостратегическая ситуация вокруг Японии усложнилась, привычные за последние тридцать лет внешнеполитические представления надо вновь перестраивать.

С тем, чтобы не травмировать население резким изменением военной политики, японское правительство приступило к «осаде» общественного мнения страны с целью убедить японцев в том, что Япония чуть ли не обязана как государство-член ООН участвовать своими вооруженными силами в миротворческих операциях за рубежом. И это удалось - вопреки протестам оппозиционных сил страны и при пассивности большинства населения правящая Либерально-демократическая партия в обход конституции добилась принятия в 1992 г. парламентом специального законопроекта, разрешающего направлять контингента японских вооруженных сил за пределы Японии под вывеской «сотрудничества с ООН» [26, c. 24].

Изменения на международном уровне не могли не сказаться и на японо-американских отношениях. После завершения холодной войны американская администрация несколько умерила свою активность в АТР, полагая, что ситуация в регионе стабилизировалась, закрепив выгодное для США положение и ничего менять не надо. Однако именно в это время в регионе разворачивается общественное движение за формирование в этом регионе новых форм безопасности и ликвидации двусторонней системы. В самой Японии такие высказывания получили наибольшее распространение. За ликвидацию японо-американского союза безопасности, вывод американских войск из страны высказывались как в правительстве, партиях, так и среди японского народа. О целесообразности договора безопасности в современных условиях рассуждали и в Соединенных Штатах. На взгляд одного из американских политических деятелей З. Бжезинского, в постсоветский период японо-американский союз является анахронизмом и не может полезно функционировать в 21 в. [34, c.68]. Наличие антиамериканских выступлений в Японии и появление оппозиции в самих Штатах относительно союза с Японией, беспокоило Вашингтон, для которого потеря Японии означала бы утрату опорного пункта для защиты своих стратегических интересов на Дальнем Востоке и во всем АТР. Особенно сильно эти беспокойства проявились в середине 90-х, когда в АТР стали происходить значительные изменения в геополитическом плане. Известный японский политический деятель, бывший премьер-министр Японии Ясухиро Накасонэ, так описывает современную ситуацию в АТР: «Конец «холодной войны» не привел к драматическим переменам в регионе, подобным тем, которые наблюдались в Европе. Здесь по прежнему ощущается наличие элементов нестабильности, взаимоотношения между странами в вопросах обеспечения безопасности сохраняют «многополярный» характер. Здесь не произошло значительных и видимых перемен» [38, c. 115].

В официальных японских документах типа «Голубой книги» МИД или «Белой книге по обороне» УНО иерархия угроз в начале 90-х годов выстраивалась в следующей последовательности: Россия, «корейский узел», Китай и ЮВА (раньше имелась в виду нестабильность в Индокитае, теперь территориальные «споры» в Южно- Китайском море) [66, c.33]. Как видно из официальных документов в начале 90-х годов, Япония по-прежнему усматривала Россию, как приемника Советского Союза, в качестве основной угрозы. Вашингтон, в свою очередь видел угрозу в возможном усилении Китая и Южной Кореи, стремлении этих стран к региональному господству. Россию естественно, Соединенные Штаты не сбрасывали со счетов, но в отличие от Японии, не ставили её в качестве первостепенной угрозы, к тому же в начале 90-х годов между США и Россией наладились положительные отношения, в первую очередь из-за конструктивного диалога по разоружению. Несмотря на схожесть внешнеполитических позиций Токио и Вашингтона, в начале 90-х годов в японо-американских отношениях наметились кризисные явления. Причин охлаждения отношений несколько. Как уже говорилось ранее, в связи с исчезновением «угрозы с севера», основной причины создания японо-американского союза, политические отношения между Токио и Вашингтоном ослабли, их ослабление привело к усилению уже давно зревших экономических противоречий, которые в начале 90-х достигли открытой борьбы. Дело все в том же огромном положительном сальдо в торговле Японии с США. Японо-американские экономические отношения уже давно находятся в тяжелом положении.

К середине 90-х годов переговоры Токио с Вашингтоном по вопросам внешней торговли зашли в тупик: 11 февраля 1994 г. Хосокава и Клинтон публично и откровенно заявили о невозможности достижения на данном этапе соглашения или даже компромисса в этой области. Однако как показали дальнейшие события, это не означало наличие в двухсторонних отношениях фатально неразрешимых проблем, но в тот момент ситуация казалась исключительно серьезной. Последующие переговоры министра торговли М. Кантора и министра финансов Ц. Хаты немного смягчили напряженность, но накопившиеся проблемы, прежде всего связанные с внешнеторговым балансом, решить так и не удалось [50, c.123].

Помимо экономических противоречий, на ухудшение японо-американских отношений оказывало влияние общественное мнение, которое выражало сомнение по поводу целесообразности сохранения союза. Дискуссии на эту тему велись по обе стороны Тихого океана, в частности, известный американский политический деятель З. Бжезинский в своей работе пишет: «Если бы пришлось оценивать состояние американо-японских связей на основании общественного диалога, то был бы справедливым вывод о том, что к середине 90-х годов отношения между двумя странами вступили в критическую стадию» [9, c.43]. Если экономические проблемы и брожения в японском и американском обществах относительно необходимости союза имелись уже давно, то напряжение такого уровня в политических кругах еще не было. Вашингтон давно не устраивала пассивность Токио во внешней политике, но позиция Японии на события в Персидском заливе 1991 г. окончательно возмутила американцев. США и ООН оперативно отреагировали на Иракское вторжение в Кувейт в августе 1991 г. Япония как страна, которая пыталась представить себя в качестве мировой державы, так же не могла оставаться в стороне. Однако, «мирная» конституция запрещала вывоз японских войск за границу. Встал вопрос, каким образом Япония может оказать помощь союзникам. Эта помощь могла выразиться либо просто в денежной помощи, к счастью, «мирная» конституция не запрещала вывоз японских финансов за границу, либо это высылка японских «сил самообороны» в зону военных действий, плюс та же финансовая помощь. Насчет первого варианта понятно, благодаря развивающейся экономике Япония могла выделить средства для дела мира в мире, а вот на счет второго существовали некоторые затруднения, касающиеся все той же 9-й статьи. К последнему варианту, не смотря на запрет, склонялось большинство руководства ЛДП, включая Накасонэ и молодых лидеров во главе с Хасимото и Одзавой (именно он, а не министр иностранных дел, вел во время конфликта наиболее ответственные переговоры с представителями США), но вариант этот не получил поддержки у общественного мнения. Играя на пацифизме общественного настроения, некоторые силы призывали ограничиться только экономическим участием и не подвергать опасности жизнь японских военнослужащих [26, c.24].

Пока японцы размышляли, война в Персидском заливе шла полным ходом. Медлительность Японии вызвала недовольство со стороны союзников, а решение ограничиться финансовой помощью не прибавило симпатий к Японии со стороны США и Европы, по мнению которых японцы снова решили «откупиться» от решения общей проблемы. Чтобы хоть как-то отреагировать на резкую критику, 30 ноября премьер-министр Кайфу объявил о поддержке Японией резолюции ООН о применении силы против Ирака. Однако было поздно. Говорить о том, на сколько правильно поступило японское правительство, отказавшись от посылки своих войск в Ирак очень сложно. С одной стороны Япония, как уже говорилось ранее, претендуя на роль мировой державы, была обязана включиться в войну, возможно, после этого по-другому решался бы вопрос о легитимности японских «сил самообороны» в мире и вхождении Японии в СБ ООН. С другой стороны, это могло привести к массовым протестам среди населения Японии и которые возможно привели бы к смене правительства и явно негативно повлияли бы на последующие выборы для ЛДП. Однако говорить о том, что Япония осталась совсем уж в стороне, так же было бы не правильным. Япония выделила 13 млрд. долл. (что, кстати, превышало расходы США) для оплаты расходов многонациональных сил и предложила свои военные самолеты для перевозки беженцев из района военных действий. Однако решение о направлении самолетов так и не было одобрено парламентом [31, c. 18]. Если подвести итог, то можно сказать, что решение ограничиться финансовой помощью в духе всей послевоенной внешней политики Японии.

Однако, как говорилось ранее, неразрешимых проблем нет. Именно в середине 90-х годов происходят некоторые изменения в АТР, которые повлияли на сближение Токио и Вашингтона. Во-первых, в связи с экономическим ростом, все большую роль в регионе начинает играть Китай. Опасения американцев и японцев относительно гегемонистских проявлений Пекина, еще более усилились после проведения Китаем в 1995 г. ядерных испытаний. Увеличение Пекином ассигнований на военные нужды, также не радовало союзников. В 1997 г. Китай на военные нужды истратил около 36,6 млрд. долл. не намного уступая Японии 40,9 млрд. долл., хотя, по мнению японцев, истинные расходы Пекина на оборону гораздо больше. Между Китаем и Японией существует также давно волнующая территориальная проблема, связанная с островами Дяоюй (по-японски - острова Сэнкаку) которые фактически находятся в руках Японии. Ситуация обострилась в конце сентября 1995 г. - группа гонконгцев и тайваньцев (18 человек) решила высадиться на одном из этих островов, желая сорвать на одном из сооружений японский флаг и тем самым продемонстрировать свое несогласие с принадлежностью этих островов Японии. Эта акция вновь вынудила всех, т. е. Японию, КНР, Тайвань и Гонконг, объявить о том, что эти острова «часть их территории». Более остро стояла проблема отношений по линии Китай-Тайвань, тема присоединения Тайваня к Китаю до сих пор волнует как Токио, так и Вашингтон. Инцидент в Тайваньском проливе 1996 г. связанный с проведением крупномасштабных учений военными Китая, вызвал огромное беспокойство во всем мире [52, c.5-7].

В ответ на происшедшее американские власти отправили к Тайваньскому проливу две боевые авианосные группы. Хотя к концу 1996 г Тайваньский кризис был улажен, о полном доверии к Китаю не могло быть и речи. Во-вторых, это осложнившаяся ситуация на Корейском полуострове. В 1994 г. японская Белая книга по обороне, впервые назвала главной угрозой безопасности в регионе не Россию, а КНДР, указав в качестве дестабилизирующих факторов сохранение напряженности на Корейском полуострове [52, c.8]. Особо остро стоял вопрос возможного распространения ядерного оружия и оружия массового поражения в Северной Корее. В Южной Корее расположены крупные американские базы, по мнению Токио, Вашингтона и Сеула это единственная возможность избежать прямого столкновения двух Корей

Чтобы не допустить обострение обстановки внутри страны, которое может негативно повлиять на отношения с богатеющим Югом, Япония в рамках Официальной помощи развития проводит продовольственную программу помощи Северной Кореи. Правительственные круги в Японии и США постоянно ведут переговоры по поводу налаживания дипотношений с КНДР и возможного объединения двух Корей. Необходимо так же учитывать, что, несмотря на некоторое ухудшение отношений двух стран, правящие круги в Токио и Вашингтоне понимали необходимость сохранения союза. Для США потеря Японии означала бы потерю опорного пункта и ослабление своих позиций в АТР. Вашингтону пришлось бы пересматривать всю свою политику в данном регионе. Важность Японии для США: во-первых, это удобное, в стратегическом отношении, месторасположение Японии, а во-вторых, Япония на 70% оплачивает расходы на содержание американских баз. Конечно, Соединенные Штаты в случае распада японо-американского союза, нашли бы нового союзника, возможно, им бы стала Южная Корея, возможно Австралия или даже Китай. Однако, во-первых, это потребовало бы огромных финансовых затрат, а во-вторых, не было бы уже той зависимости внешней политики от США которая была у Японии, сложившаяся за последние 50 лет. Да и это могло дестабилизировать ситуацию в АТР, что ни как не входило в планы США. Как и для США, в японских правящих кругах так же не мыслили будущего без японо-американского союза. Несмотря на все высказывания по поводу необходимого увеличения самостоятельности Японии на международной арене, Токио, избрав курс 50 лет назад, остается верным ему и по сей день.

Представить Японию без США очень сложно, как во внешнеполитическом аспекте, так и экономическом. Япония в силу своей «мирной» конституции не может иметь крупные военные структуры, да и «три неядерных принципа» не позволяют иметь ей ядерное оружие. Между тем, ситуация в АТР остается достаточно напряженной, о чем в частности говориться в Совместной декларации, подписанной в 1995 г.

США же могут гарантировать Японии безопасность. Кроме того, Соединенные Штаты являются крупнейшим рынком сбыта японской продукции, потеря этого рынка негативно скажется на экономике Японии.

С середины 90-х начинается новый виток в отношениях Токио и Вашингтона, характерной чертой которого стало взаимное стремление к укреплению союза. Это выразилось, прежде всего, в появлении на свет новых совместных документов, которые были направлены на то чтобы, сохранить и упрочнить японо-американский союз, сделать его более жизнеспособным в 21 веке. Первым документом, положившим начало реформирования всей японо-американской системы, стало принятие в 1995 г. новых «Основных направлений программы национальной обороны на период с 1996 г.», наиболее важным событием стало подписание 17 апреля 1996 г. президентом США Б. Клинтоном и премьер-министром Японии Р.Хасимото «Совместной декларации по безопасности». Следующим шагом в реформировании союза стало утверждение 23 сентября 1996 г. - «Руководящих принципов японо-американского сотрудничества в области обороны». До 1996 г. оборонная политика Японии осуществлялась на основе специальной программы - «Основные направления в области безопасности» принятой в 1976 г., которая была рассчитана на 20 лет и заканчивалась в 1996 г. В связи со сменой международной обстановки японское правительство, при поддержке американских военных, выработало новую оборонную концепцию.

Предложение частично пересмотреть «Основные направления» 1976 г. появились еще в середине 80-х, при премьер-министре Я. Накасонэ. Тогда он предлагал пересмотреть 1% ограничение расходов на военные нужды, которое было определено именно в этом документе. Конечно о полном изменении «направлений» в то время никто не говорил, да и не было необходимости, на тот момент положения программы как нельзя лучше подходили для Японии.

ноября 1995 г. Совет безопасности и Кабинет министров Японии приняли «Основные направления программы национальной обороны на период с 1996 г» [54]. Программа была рассчитана на 15 лет, на её основе 5 декабря 1995 г. был принят очередной Среднесрочный план оборонного строительства Японии с 1996 по 2000 г. В отличие от «Направлений 1976 г.» новая программа предусматривала сокращение численности личного состава на 20% (с 300 тыс. до 245 тыс. человек) это делалось и с тем расчетом, что по прогнозам специалистов к 2010 г. численность молодежи призывного возраста сократится. Предусматривалось так же уменьшение количества пехотных дивизий с 12 до 8. Сокращение боевой техники и вооружений на 10-15; создание Центрального разведывательного управления численностью в 1700 человек; принятие на вооружение новых истребителей непосредственной поддержки F-2; создание мобильных подразделений, оснащенных высокотехнологичным оружием; изучение вопроса о создании совместно с США противоракетной обороны театра военных действий. Вновь вводилось 1% (от ВНП) ограничение военных расходов, однако делалась оговорка «если не произойдут непредвиденные изменения в международной обстановке» [54].

Программой намечалось расширение функций Сил самообороны, переключение их с чисто оборонительных задач по защите территории Японии на участие в миротворческих операциях ООН, международных спасательных операциях по ликвидации последствий стихийных бедствий в любом районе земного шара, обеспечение мира, стабильности, безопасности и процветания АТР. Заметное место в программе уделено японо-американским мероприятиям в сфере безопасности, которые были выделены в специальный пункт [39, c.5]. Отмечено, что мероприятия по безопасности с США как неразрывная часть безопасности Японии по-прежнему продолжают играть ключевую роль в достижении мира и стабильности в районе Японии.

Для укрепления японо-американского сотрудничества решено прилагать усилия для налаживания обмена информацией и проведения политических консультации, создание наиболее приемлемых условий сотрудничества в таких сферах, как совместное обучение, маневры и тренировки, проведение совместных разработок в военно-технической области, сохранение американских войск на японской территории. При этом подчеркивалось, что Япония при проведении военной политики остается приверженной оборонительному курсу и трем безъядерным принципам и что комплексность является обязательным условием проводимых совместно с США мероприятий.

Отличительная черта новой схемы обороны - условия, относящиеся к реагированию на агрессию. В соответствии с прежними «Направлениями» Япония должна была отражать ограниченную, маломасштабную агрессию самостоятельно. Согласно же новой схеме, в случае чрезвычайного положения, вызванного прямой агрессией, Япония должна отражать её во взаимодействии с Соединенными Штатами [42, c.3].

Документы, провозгласившие пересмотр японской оборонной политики, вызвали негативные отклики, как в самой Японии, так и в ряде азиатских государств, в первую очередь в КНР и КНДР. Критики обвиняли Японию в военной экспансии и сговоре с США, высказывали предположения о неизбежном вовлечении Токио в военные операции Пентагона в случае возникновения в АТР серьезного конфликта.

Обозреватели высказывали даже мысль о возможном нарушении Японией конституционного запрета на участие Сил самообороны в коллективной обороне [60, c.12].

События последних лет привели, однако, к непредвиденным для Пентагона осложнениям. Одно из них - вспышка гневных антиамериканских выступлений жителей японского острова Окинавы, происшедших осенью 1995 года в связи с преступным надругательством трех американских солдат над малолетней японской школьницей. Подозреваемые были задержаны полицией префектуры, но дело не дошло ни до возбуждения уголовного дела, ни до лишения свободы. В соответствии с "Соглашением о статусе американских военных на территории Японии" даже в случае, если преступление кого-то из них выходит за рамки административного, японская сторона имеет право только возбуждать уголовные дела, а меры по ограничению свободы американских граждан, совершивших преступление, осуществляются руководством американской военной администрации. Таким образом, полиция Окинавы была вынуждена передать задержанных именно в ее руки.

Мерзость преступления и циничная возня вокруг его фигурантов вызвали у населения Окинавы чувства негодования, вылившиеся в массовые выступления протеста. 25 октября 1995 года начал работу "Всеокинавский съезд", в котором приняли участие около 85 тысяч человек, включая даже консерваторов, в принципе благосклонно настроенных по отношению к американским военным. На этом съезде были выдвинуты следующие требования:

Øполное прекращение преступлений, совершаемых американскими военными;

Øпринесение извинений пострадавшим и полная гарантия безопасности японских граждан;

Øсрочный пересмотр "Соглашения о статусе американских военных на территории Японии";

Øускоренное сокращение и реорганизация американских военных баз.

Из-за резкого усиления антиамериканского движения проблема присутствия американских баз на Окинаве стала камнем преткновения в американо-японских политических отношениях. Правительства двух стран были вынуждены создать комитет SАСО (комитет специальных действий в отношении строений и земель в префектуре Окинава) и начать подготовку к сокращению числа военных баз [51, c. 36-38].

Буря протестов, перекинувшаяся на всю страну, воочию показала правящим кругам Японии и США, сколь негативно широкие слои японского населения относятся к "договору безопасности" и пребыванию на ее территории американских войск. И не случайно президенту Б. Клинтону пришлось долгое время откладывать его запланированный визит в Токио для обсуждения с премьер-министром Р. Хасимото комплекса острых вопросов, связанных с находящимися в Японии военными базами США. Их встреча состоялась лишь в апреле 1996 года. В ходе переговоров Клинтон вынужден был согласиться на сравнительно небольшое сокращение территории военных баз США, расположенных на Окинаве.

Но главным итогом этой встречи, нашедшим отражение в совместной японо-американской декларации по безопасности, подписанной Клинтоном и Хасимото, стала договоренность о пересмотре целей и расширении рамок японо-американского "договора безопасности" в сторону дальнейшего увеличения масштабов военного сотрудничества двух стран. В связи с этим и было решено пересмотреть согласованные в 1978 году цели, принципы и порядок сотрудничества их вооруженных сил. Судя по сообщениям печати, договоренность предусматривает более активное участие японских "сил самообороны" в поддержании боевых операций американской авиации, базирующейся на японские аэродромы. Кроме того, этим силам вменяется теперь в обязанность оказание американской армии транспортных услуг на море, а также помощи в снабжении боеприпасами за пределами Японских островов и в блокаде побережий соседних стран [54].

Примечательно и другое: в упомянутой выше совместной декларации подчеркивается, что военное сотрудничество США и Японии наряду с защитой ее территории от нападения извне ставит своей целью совместные действия по ликвидации конфликтов, возникающих в сопредельных с Японией районах АТР.

После подписания этой декларации японские военнослужащие стали появляться под национальным флагом «Хи-но мару» в различных уголках мира - в Мозамбике, Заире, Кампучии, Восточном Тиморе. Правда, находясь в составе войск ООН, японские солдаты выполняли в основном вспомогательные задачи, не принимая прямого участия в боевых действиях. Это было необходимо для того, чтобы демонстрировать японскому народу не столько военные, сколько гуманитарные цели пребывания «сил самообороны» за рубежом. В том же случае, когда американцам требовалось «пушечное мясо», японское правительство предпочитало откупиться деньгами [26, c.24].

Что же понимать под "совместными действиями по ликвидации конфликтов в окружающих Японию районах?" Такое нарочито неясное определение новых территориальных рамок действия "договора безопасности" позволяет американским и японским государственным деятелям давать этим рамкам весьма произвольные толкования. И это породило недоумение и тревогу у зарубежных наблюдателей.

По сообщениям японской печати, в ходе пребывания премьер-министра Японии Р. Хасимото в Пекине в начале сентября 1997 года китайские руководители, включая Президента Цзян Цзэминя, высказывали довольно прозрачно свои подозрения по поводу подлинного "пересмотренного" содержания "договора безопасности". "Китай, - сообщалось, например, в газете "Джапан тайме", - был возмущен секретностью, сопровождающей пересмотр японо-американской оборонной программы и, в частности, тех ее разделов, где определяются масштабы японских военных мероприятий, предусматриваемых на случай чрезвычайных обстоятельств". Китайский президент обратил внимание Хасимото на то, подчеркивала эта газета, что "в некоторых кругах сегодняшней Японии все еще дает о себе знать милитаристское мышление [31, c.19].

Совместная декларация представляла собой соглашение о намерениях, она не определяла конкретного комплекса вопросов, которые должны решать вооруженные силы обеих сторон в ходе боевых действий, для этого нужен был специальный механизм. Именно таким механизмом должны были стать новые «Руководящие принципы японо-американского сотрудничества в вопросах обороны», которые заменили бы уже устаревшие «Руководящие принципы 1978 г.». Об этом, кстати, и было оговорено в Совместной декларации.

Принятие Руководящих принципов японо-американского сотрудничества в области обороны.

Работа над пересмотром Руководящих принципов, проводилась и в Токио, и в Вашингтоне в течение шестнадцати месяцев. В июне 1996 г. возобновил свою работу японо-американский Подкомитет оборонного сотрудничества, созданный ранее в интересах пересмотра Руководящих принципов на основе Основных направлений программы национальной обороны Японии, принятой в ноябре 1995 г. и американо-японской Совместной декларации.

сентября 1997 г. пересмотренный вариант Руководящих принципов японо-американского сотрудничества в области обороны был одобрен в Нью-Йорке японо-американским Консультативным комитетом по безопасности, в состав которого входили министр иностранных дел Японии К.Обути, начальник Управления национальной обороны Ф.Кюма, государственный секретарь США М.Олбрайт и министр обороны США У.Коэн.

Японо-американские руководящие принципы состоят из 7 разделов:[46]

1. Цели Руководящих принципов определены следующим образом: «.Создание солидного фундамента для более эффективного и надежного американо- японского сотрудничества в нормальных условиях обстановки, на случай внезапного вооруженного нападения на Японию, а также резкого изменения обстановки в районах, окружающих Японию. Руководящие принципы определяют общие рамки и концепцию ролей миссий обеих государств, равно как и пути сотрудничества и координации, как в нормальных условиях обстановки, так и в период её обострения».

. Основные предпосылки и принципы.

Выделим наиболее важные принципы: «Права и обязанности по Договору о взаимном сотрудничестве и безопасности между США и Японией остаются неизменными». Япония осуществляет все свои действия в рамках Конституции, а так же ориентируясь исключительно на оборону и три неядерных принципа. Все действия подписантов должны соответствовать международному праву и Уставу ООН.

. Сотрудничество в нормальных условиях. В нормальных условиях каждое правительство обязывалось поддерживать собственный оборонный потенциал, Япония - в соответствии с «Основными направлениями»(1995 г.), а Соединенные Штаты поддерживать потенциал ядерного сдерживания и силы передового базирования в АТР.

4. Действия на случай вооруженного нападения на Японию. «Когда вооруженное нападение на Японию считается неизбежным, оба правительства предпринимают шаги для предотвращения дальнейшего обострения ситуации и делают необходимые приготовления к обороне Японии. В случае свершения вооруженного нападения на Японию, оба правительства предпринимают соответствующие взаимные действия для его отражения на возможно ранней стадии». Далее предусматривается два варианта:

а) При неотвратимости вооруженного нападения на Японию. Оба правительства будут вести интенсивный обмен информацией, проводить консультации, совместно наращивать сбор разведывательных данных, проводить наблюдения, предпринимать попытки, включая дипломатические усилия, для недопущения дальнейшего обострения обстановки, готовиться к обороне и разрабатывать меры противостояния.
б) Когда вооруженное нападение на Японию свершилось. В этом случае на Японию возлагается прямая ответственность за реализацию всех необходимых мер с целью скорейшего отражения вооруженного нападения. На США - предоставление соответствующей помощи Японии. Такое сотрудничество может варьироваться в зависимости от масштабов, типа, фазы и других факторов вооруженного нападения. При проведении совместных операций, войска США и силы самообороны Японии должны действовать скоординировано, своевременно и эффективно. Соединенные Штаты своевременно направляют войска усиления, а Япония создает базу и готовит условия для их приема и размещения. . Сотрудничество в период возникновения таких ситуаций в районе, окружающем Японию, которые могут оказать серьезное влияние на мир и безопасность Японии (ситуации в районах, окружающих Японию).

Предполагаются два варианта:

) Когда ожидается возникновение напряженной обстановки в районах, окружающих Японию. В данной ситуации оба правительства проводят совместные консультации, обмен информацией, ведут разведку, прилагают усилия для предотвращения дальнейшего обострения обстановки.

) Реагирование на напряженную ситуацию в районах, окружающих Японию. Действия в данной ситуации подробно излагаются в специальном приложении к Руководящим принципам «Функции, области и объекты сотрудничества в напряженных ситуациях вокруг Японии».

. Двусторонние программы для повышения эффективного сотрудничества в соответствии с Руководящими принципами. Для повышения эффективности взаимного сотрудничества, предполагалось создать два механизма:

а) двусторонняя работа по планированию и созданию общих стандартов и процедур.

б) двусторонний координационный механизм.

. Своевременный и соответствующий пересмотр руководящих принципов. В данном разделе говорится: «Оба правительства своевременно и надлежащим образом будут пересматривать Руководящие принципы в случаях, когда произойдет изменение ситуаций, которые могут оказать влияние на американо-японские отношения безопасности и когда это будет признанно необходимым в связи с определенными обстоятельствами будущего».

Как и все предыдущие документы, Руководящие принципы получили негативную оценку со стороны Китая, КНДР которые видели в них угрозу своей безопасности. Таким образом, можно сказать, что все подписанные между Токио и Вашингтоном документы имели цель - укрепить японо-американский союз, сделать его более приспособленным к новым международным условиям. США преследовали также цель не допустить преобладающего влияния Китая в регионе. Это вызвало неоднозначные реакции в соседних странах, прежде всего Китае и КНДР, но были и те, кто по достоинству оценил японо-американскую систему безопасности, к их числу можно отнести и Россию [33, c.22]. Однако укрепление дипотношений между Японией и США не решило их внутренних проблем, прежде всего внешнеторговых и социальных, которые продолжают беспокоить обе стороны и по сей день.

Как уже говорилось ранее, вторая половина 90-х время укрепления союза. Подписание Совместной декларации и Руководящих принципов в 1996 г. показало действительный прорыв в отношения Токио и Вашингтона. Союз стал еще более равноправным, однако говорить о равнозначной роли двух стран в рамках союза пока рано. Основная цель присутствия американских войск в Японии - защита её территории от гипотетического нападения. Токио же, по Конституции, не может сделать то же самое в отношении Вашингтона. Защита союзника за пределами японской территории была бы неизбежно связана с использованием так называемого «права на коллективную оборону», что не допустимо в соответствии с основным законом Японии. Помощь Токио ограничена тыловой поддержкой США в случае чрезвычайной ситуации в самой Японии или непосредственно прилегающих к ней районах. Призывы увеличить военную роль Японии имелись уже давно, но в последние десятилетие они стали еще сильнее, указывая на изменение международной обстановки и появление новой угрозы - терроризма. Призывы частично осуществились после событий 11 сентября 2001 года. Сразу после террористических актов в Вашингтоне и Нью-Йорке, японский премьер-министр заявил, что Япония твердо поддерживает решимость США не склонять головы перед терроризмом. Правительством Японии были приняты законы, предусматривающие введение ряда чрезвычайных мер, призванных обеспечить предотвращение подобных актов в Японии. Премьер-министр Коидзуми 17 сентября дал указание срочно приступить к разработке таких поправок в «закон о силах самообороны», которые позволили бы японской армии оказывать вооруженным силам США более активную, чем прежде, «тыловую поддержку» как в районах окружающих Японию, так и за их пределами, включая зону Индийского океана [33, c.21]. Была составлена специальная программа, которая получила в дальнейшем название «Семь пунктов Коидзуми», её пункты сводились к следующему:

. Принять законодательные меры, позволяющие силам самообороны оказывать тыловую поддержку вооруженным силам США, ведущим где-либо боевые действия.

. Усилить охрану важных объектов на территории Японии, включая военные базы США.

. Направить силы самообороны за рубеж с целью сбора информации.

. Усилить контроль над иммигрантами.

. Направлять гуманитарную и экономическую помощь таким странам как Пакистан и Индия.

. С помощью сил самообороны оказывать содействие беженцам в районах, где ведутся военные операции американских вооруженных сил.

. Сотрудничать с другими государствами в предотвращении возможных беспорядков в экономических системах Японии и других стран [34, c. 162].

На встрече с президентом США Дж. Бушем 25 сентября в Вашингтоне Коидзуми заверил его в твердой решимости Японии поддерживать США в борьбе против мирового терроризма, но в то же время заметил, что эта поддержка не будет включать применения вооруженной силы. За рекордный для японского законотворческого процесса сроки (25 дней) через парламент был проведен так называемый «антитеррористический пакет», основой которого стал закон о специальных мерах, позволивший силам самообороны осуществлять снабжение, транспортное и техническое обслуживание войск США и других стран (за исключением поставок оружия и боеприпасов); проводить мероприятия по спасению и поиску военнослужащих, осуществлять помощь беженцам, в том числе на территории других государств (с их согласия), применять оружие с целью защиты «лиц, находящихся под их управлением». Были приняты также поправки к Закону о силах самообороны, дающие право охранять военные объекты на японской территории, включая американские базы. Были сняты ограничения на участие сил самообороны в операциях по поддержанию мира под эгидой ООН и т.д. [55, c. 8].

Таким образом, Япония впервые за всю послевоенную историю смогла отправить силы самообороны за рубеж для оказания тыловой поддержки американским и английским войскам. Следующая возможность отправить силы самообороны за рубеж представилась Токио после начала операции «Шок и трепет» в 2003 г. Под предлогом обнаружения в Ираке оружия массового поражения, Вашингтон ввел свои войска, получив при этом огромное сопротивление местного населения. На начальной стадии Токио в операции не участвовал. Решение отправить в Ирак подразделение сил самообороны последовало после захвата иракскими террористами трех граждан Японии в заложники. 9 апреля правительство Японии сделало официальное заявление о том, что ввиду реальной угрозы, нависшей над жизнью трех японских граждан, захваченных иракскими террористами, для их освобождения в Ирак отправлен отряд специального назначения сил самообороны Японии. .Ввиду чрезвычайной ситуации отряд специального назначения сопровождает первый министр иностранных дел Японии Иитиро Аидзава [45].

Таким образом, Япония постепенно начинает проводить более активную внешнюю политику, что не может не радовать Соединенные Штаты. Очень часты в последнее время разговоры об отмене 9 статьи конституции, японская газета Иоминури приводит данные опроса депутатов палаты представителей парламента в 2004 г. результаты показали, что 83% депутатов, участвовавших в этом опросе, поддерживают проект пересмотра конституции страны. Эта цифра намного превышает данные опросов, проводимых в прошлом. По данным аналогичных опросов, проводимых в 1997 и 2002 годах, сторонники внесения поправок в конституцию составляли 62% и, соответственно, 74%.[8, c. 3] Однако по мере усиления в стране неоконсервативных тенденций отчетливо обозначилось стремление высшего руководства страны отказаться от пацифистских статей конституции. Именно эту цель преследует принятый в мае 2007 г. законопроект о проведении референдума по вопросу о конституции. Его инициатором выступила Либерально-демократическая партия, которая выдвинула ряд конкретных предложений по внесению изменений в ее основополагающие статьи.

Одновременно предпринимаются шаги по повышению статуса нынешних «сил самообороны». Так, в конце декабря 2006 г. большинством голосов депутатов нижней и верхней палат парламента Японии был одобрен законопроект о преобразовании Управления национальной обороны в Министерство обороны. Событие, прямо скажем, неординарное, ибо речь идет не о формальной смене вывесок, а фактически о придании вооруженным силам характера полноправного атрибута государства. Нововведение противоречит конституционному положению о том, что «никогда впредь не будут создаваться сухопутные, морские и военно-воздушные силы, равно как и другие средства войны. Право на ведение государством войны не признается» [24].

Руководство страны не скрывает, что считает эти положения устаревшими. На состоявшейся 9 января 2007 г. церемонии преобразования Управления обороны в министерство премьер-министр Синдзо Абэ заявил, что принятие закона о повышении статуса военного ведомства является «первым большим шагом» к созданию основ для «отхода от послевоенных структур» и строительства нового японского государства. Эволюция взглядов в правительстве относительно «мирной» статьи на лицо, возможно, в недалеком будущем, эта статья уйдет в историю[26, c.23].

Ситуация в АТР на рубеже веков оставалась очень сложной. Так, в прогнозе министерства обороны США, содержащим анализ тенденций в развитии системы международных отношений до 2020 года, «Общее видение 2020» прямо отмечается, что районом возможной силовой конфронтации великих держав в борьбе за глобальную гегемонию может стать Восточная Азия. Именно в этом регионе Соединенные Штаты проводили большинство военно-морских учений. Еще в конце 90-х американское правительство передислоцировало сюда из Индийского и Атлантического океанов подводные лодки, оснащенные ракетами «Томагавк». Особо большое внимание уделялось началу строительства совместной японо-американской противоракетной обороны (ПРО). Первоначально Токио противился каким-либо совместным противоракетным программам, однако после полета северокорейской ракеты над территорией Японии в 1998 г. мнение японских властей несколько изменилось.[23, c.145] Согласившись участвовать в совместной ПРО начальник УНО, во время визита в США в июне 2001 г., все же четко дал понять, что совместно исследуемая система (ПРО ТВД) в случае её создания «должна защищать территорию Японии и находиться в её независимом управлении» [20, c.67].

Очевидным является тот факт, что система совместной противоракетной обороны направлена, прежде всего, против Северной Кореи и Китая. По крайней мере, официальные документы типа «книг» в качестве основных угроз называют именно эти страны. В частности, «Белая книга по обороне» за 2004 г. заявляет, что «программа Северной Кореи по созданию ядерного оружия и развертыванию баллистических ракет является фактором дестабилизации международной обстановки и вызывает сильное беспокойство». Выражается также озабоченность истинных расходов Китая на военные нужды. «Китай модернизировал своё ядерное и ракетное оружие, а также военно-морские и воздушные силы - говорится в документе - тщательный анализ этой тенденции позволяет сделать вывод, что цели модернизации такого масштаба значительно превосходят те рамки, которые необходимы для защиты Китая, поэтому его дальнейшие шаги в этой области заслуживают самого пристального внимания» [68, c.54].

На сегодняшний день процесс нового позиционирования Японии на международной арене определяется термином «нормализация». Несколько ранее он использовался применительно к Германии - союзнице Японии во Второй мировой войне. Его основным признаком является установление контроля над ходом восстановления государственности в целом и за форматом военного строительства побеждённой страны, в частности, со стороны победителей.

В Японии распространена точка зрения, согласно которой её впечатляющие успехи в области экономики во многом обусловлены тем, что неизбежные издержки, связанные с решением проблемы обеспечения национальной безопасности, в послевоенные годы в основном несли на себе США. Потерпевшая поражение в войне Япония не могла самостоятельно определять свою послевоенную политику, но продиктованный ей политический курс оказался очень удачным для процесса восстановления и развития.

Однако с начала 90-х гг. минувшего столетия относительная пассивность японского руководства в вопросах национальной и международной безопасности стала подвергаться возрастающей критике как внутри страны, так и за рубежом. Указывалось, в частности, что Япония не может больше оставаться «сторонним наблюдателем» за новыми процессами на мировой арене [56, c.2].

Вышедшая в 2007 г. книга известного американского специалиста по проблемам Азии К.Б. Пайла «Возвышение Японии: возрождение японской мощи и цели» обратила на себя внимание уже заголовком, поскольку до сих пор термин «возвышение» неизменно использовался только в отношении КНР. Основной вывод, который делает её автор, заключается в том, что уже в ближайшем будущем Япония будет оказывать не меньшее влияние на развитие событий в АТР, чем Китай[67, c.159].

В общей дискуссии о необходимости участия Японии в строительстве нового миропорядка все чаще всплывает мотив «силового» обеспечения потребностей экономики в необходимых сырьевых ресурсах (большинство из которых в стране отсутствует) и надёжность транспортировки японских товаров морскими путями. В Японии полагают, что необходимые для этого акции на мировой арене (в том числе и военные) целесообразнее всего проводить совместно с США (даже находясь на вторых ролях). Во-первых, потому, что в АТР сохраняется негативная историческая память о Японии периода Второй мировой войны и, во-вторых, потому, что в ближайшей перспективе японский военный потенциал не достигнет достаточно высокого уровня. Одной из главных задач, которую намерено решить нынешнее руководство Японии, заключается в преодолении «негативной репутации» страны, обусловленной упомянутой выше исторической памятью народов Азии. Для этого Япония настойчиво и в то же время ненавязчиво преподносит себя как государство, обладающее «достаточной, но вовсе не опасной военной мощью».

На состоявшемся в мае 2007 г. совещании экспертов, посвященном оценке возможностей Японии выполнять свой союзнический долг без изменения конституции, тогдашний премьер-министр С.Абэ назвал «драматически ужесточающейся» ситуацию в сфере безопасности. Тогда же обе палаты японского парламента проголосовали за проведение до 2010 г. всенародного референдума относительно необходимости внесения поправок в 9-ю статью национальной конституции. Образованная премьер-министром так называемая «Группа 13-ти» занимается в настоящее время изучением возможностей реализации Японией права на коллективную оборону без «модификации» конституции. «Группе» поручено дать ответы на следующие вопросы:

Øкакими должны быть действия боевых японских кораблей в случае нападения на ВМС США?

Øдолжна ли японская система ПРО участвовать в отражении ракетного удара по территории Соединенных Штатов?

Øмогут ли подразделения ЯССО в Ираке открывать ответный огонь?

Øможет ли ЯССО предоставлять транспортные услуги и обеспечивать тыловую поддержку ВС США и других государств?

Сам факт формирования «Группы 13-ти» и характер поставленных перед нею вопросов (фактически предопределяющий ответ) свидетельствуют о желании правящих кругов Японии получить право на коллективную (совместно с США) оборону пока без внесения поправок в конституцию, а лишь путем новой трактовки ее 9-й статьи.

В последние годы активизируются контакты высокопоставленных представителей Японии и Североатлантического союза. Значительным событием в японской внешней политике стал: визит бывшего министра иностранных дел Т. Асо в штаб-квартиру Совета НАТО в Брюсселе в мае 2006 г. Японский министр и генеральный секретарь НАТО Я.де Хооп-Схеффер, годом ранее посетивший Японию, выразил готовность развивать и углублять взаимодействие между сторонами.

Апогеем же двухлетнего взаимного зондажа позиций стал первый в истории отношений Японии с Североатлантическим союзом визит премьер-министра С. Абэ в штаб-квартиру альянса в Брюсселе, состоявшийся в январе 2007 г. В своей речи он отметил общность целей, преследуемых Японией и НАТО на мировой политической арене, поддержал все международные акции блока (в частности, в Афганистане) и подчеркнул готовность своей страны расширять партнерские отношения с ним. Тем самым Япония заявила о себе как о «восточном партнере НАТО» [56, c.3].

В США до сих пор нет единого мнения относительно того, как далеко может зайти процесс «нормализации» Японии, и какими последствиями он грозит американским интересам в АТР. Весьма распространена, например, точка зрения, согласно которой на первое место в раскладе сил в регионе выходит японо-китайское стратегическое соперничество, которое постепенно вытесняет американо-китайское противостояние. В Вашингтоне уже рассматривается вопрос об адаптации собственного стратегического курса США в АТР с учетом нарастающей конкуренции между КНР и Японией за региональное лидерство.

В последние годы в американской политической элите распространились два достаточно противоречивых подхода к проблеме обеспечения безопасности и защиты американских интересов в АТР. Эксперты Центра стратегических и международных исследований К.М.Кэмпбелл и Д.Чёлит утверждают, что в американском истэблишменте существуют две основные группировки, для обозначения которых они используют термин «клики». По их мнению, без учета факта существования этих группировок (консолидированных на базе взаимной лояльности их членов) невозможно понять характер эволюции, происходящей в последнее время во внешней политике США.

Суть первого подхода, который связывают с именем бывшего заместителя госсекретаря Р.Зелика, состоит в утверждении того, что приоритет следует отдавать налаживанию конструктивных отношений с Китаем и постепенному вовлечению его в мировые политические и экономические процессы. При этом Р.Зелик не отрицает значимости Японии как одного из основных союзников США в регионе и в мире в целом.

Согласно другому подходу, сторонниками которого являются в том числе предшественник Р.Зелика на посту заместителя госсекретаря Р.Армитедж и профессор Гарвардского университета Дж.Най, именно Японии отводится важнейшая роль в обеспечении национальной безопасности и интересов Соединенных Штатов в Азиатско-Тихоокеанском регионе, а КНР причисляется, скорее, к потенциальным источникам вызовов этим интересам.

Американские политические круги относятся к процессу японской «нормализации» как к данности, которая слабо или вообще не подвержена внешнему влиянию. При этом они склонны поощрять «нормальных националистов», поскольку их взгляды гарантируют дальнейшее военное присутствие США в Японии. В то же время не связанные официальными рамками политологи высказывают опасения относительно того, что в ходе нового внешнеполитического курса верх могут взять взгляды тех японских политиков, выразителями которых выступают «неоавтономисты» [56, c.6].

И, тем не менее, американо-японский военно-политический союз по-прежнему выглядит прочным. Одним из свидетельств этой прочности является характер распределения финансового бремени по обеспечению условий для пребывания американских военнослужащих, входящих в расквартированную в Японии группировку. Японская сторона возложила на себя свыше 70% соответствующих затрат. Примерно в таком же соотношении находится и распределение расходов на инициированный двусторонним соглашением 2006 г. процесс частичного вывода (до 2014 г.) экспедиционной группировки Корпуса морской пехоты с Окинавы на архипелаг Гуам, объем которых составит 10,27 млрд. долл. В целом, общие затраты на реализацию всех мероприятий, предусмотренных упомянутым соглашением, могут составить 26 млрд. долл.

Под лозунгом «смены политического режима» Демократическая партия Японии (ДПЯ) 30 августа 2009 г. одержала беспрецедентную в истории победу на выборах в палату представителей парламента, получив 308 мандатов из 480. В прежнем составе этого ключевого органа законодательной власти она имела лишь 115 мест.

Демократы совершили головокружительный рывок, фактически поменявшись местами с Либерально-демократической партией (ЛДП) в национальной политике. Либерал-демократы находились у власти с 1955 года, и созданная тогда политическая система так и называлась «системой 1955 года», в которой действовала правящая партия и разнородная оппозиция [37, c. 17].

Выборы продемонстрировали качественно новые требования и к политическим кадрам. ДПЯ явно превосходит ЛДП по той причине, что ее депутатский корпус моложе по возрасту, образованнее (в частности, в нем больше выпускников наиболее престижного Токийского государственного университета), у ее представителей богаче опыт практической работы (выше доля выходцев из государственной бюрократии).

Правительство демократов озаботилось тем, чтобы поднять международный статус Японии, активизировать дипломатию и политику национальной безопасности.

Еще во время предвыборной кампании Хатояма обещал установить более равноправные и независимые отношения с Вашингтоном, прежде всего, имелось в виду изменение условий размещения американских баз на японской территории. Разговоры об этом идут уже более 10 лет [55, c.4].

На сегодняшний день наиболее болезненным является вопрос о судьбе авиабазы морской пехоты США Футэмма на острове Окинава, соглашение о переносе которой из города Гинован в город Наго на том же острове к 2014 г. было заключено в 2006 г. Большинство окинавцев выступает за полный вывод базы с острова, в чем их поддерживает СДПЯ и значительная часть демократов. Для решения этой проблемы была создана двусторонняя рабочая группа высокого уровня, но США заняли жесткую позицию, требуя неукоснительного соблюдения ранее достигнутых договоренностей и решения проблемы до конца 2009 г. Премьер Хатояма, несмотря на прямое давление Вашингтона, заявил, что лично примет окончательное решение с учетом «многолетних страданий окинавцев от соседства с базой» в начале текущего года.

Во время визита Барака Обамы в Токио в ноябре 2009 г. лидеры обеих стран подтвердили приверженность идее «обновленного конструктивного японо-американского союза». Президент США подчеркнул, что их партнерство «важно для США, важно для Японии и важно для всего Азиатско-Тихоокеанского региона». Несмотря на возникшие в последнее время некоторые размолвки, вне всякого сомнения, японо-американский военно-политический союз остается главным фактором азиатской стратегии США.

А американский президент приветствовал также решение Токио о предоставлении Афганистану экономической помощи на сумму $5 млрд., которое рассматривается как своего рода откуп за отказ Японии заправлять топливом в Индийском океане суда, обслуживающие контингент войск НАТО в Афганистане.

Новая программа помощи этой стране предусматривает адаптацию к гражданской жизни бойцов «Талибан», осуществление ряда инфраструктурных проектов, включая строительство нового города к северу от Кабула и другие мероприятия, которые преследуют исключительно мирные цели [37, c.21].

ДПЯ пришла к власти во время глобального финансового кризиса, на фоне которого продолжала ухудшаться социально-экономическая ситуация в стране. Свое воздействие оказала также неспособность лидера ДПЯ Хатоямы выполнить обязательства, касающееся военно-воздушной базы США в Футэмма (о. Окинава). Хатояма так и не смог найти приемлемый для японской и американской сторон вариант с переносом базы, что было, по сути, признанием собственного бессилия и нанесло огромный ущерб авторитету ДПЯ в целом. База осталась на месте.

На это накладывался и ряд субъективных моментов, связанных с ухудшением имиджа партийных лидеров ДПЯ в глазах рядовых избирателей.

Особенно сильно сказались политические последствия скандалов, связанных с нарушением законов о политических фондах, в которые оказались втянутыми оба лидера партии - председатель ДПЯ Ю.Хатояма и генеральный секретарь И.Одзава. Хатояма обвинялся в небрежности, проявленной при оформлении политических пожертвований, полученных от собственной матери. В свою очередь, Одзава оказался под огнем критики в связи с обвинениями токийской прокуратуры по поводу злоупотреблений, связанных с приобретением в 2004 г. недвижимости его личной политической организацией. 2 июня 2010 г. было объявлено об отставке председателя партии Хатоямы и генерального секретаря Одзавы. После назначения на пост председателя Н.Кана рейтинги партии несколько повысились.

Наото Кан представляет собой новый тип японского политика, пользующегося симпатиями широких масс избирателей.

Он стал первым с 2001 г. премьер-министром, который не относится к представителям одного из семейных политических кланов. Не является Кан, в отличие от своих предшественников на посту премьер-министра С.Абэ, Я.Фукуды, Т.Асо и Ю.Хатоямы, и потомком послевоенных глав правительств. Будучи непрофессионалом в политике, набравшимся опыта работы в «движении корней травы» (неправительственных организаций), Кан импонировал рядовым японцам как политик, построивший свою карьеру полностью собственными руками, в отличие от многих депутатов, «унаследовавших» место в парламенте от родителей или других родственников. Многим избирателям нравилось и то, что прежде чем стать в 1980 г. депутатом парламента, Кан трижды проигрывал на выборах, что говорит о его бойцовских качествах.

Выбор Кана в качестве лидера ДПЯ стал своего рода сигналом антиконсервативным, критически мыслящим слоям электората в надежде на их поддержку. Сменив руководство, ДПЯ пришла к выборам в палату советников с новыми предвыборными программами («манифестами») в сфере экономики и финансов, социальной политики, административного управления и внешней политики. Базовый подход ДПЯ к экономической стратегии содержался в программном документе кабинета Хатоямы, озаглавленном «Новая стратегия роста», а также в программной речи Кана в парламенте 11 июня 2010 г.

Центральное место в обоих документах занимает концепция «третьего пути», которая предусматривает, в первую очередь, экономической интеграции Японии с азиатскими странами, приоритетному развитию туризма, разработке экологических технологий, помощи семьям с детьми и пожилым гражданам страны[55, c.7-8].

Таким образом, достигнутые Клинтоном и Хасимото договоренности нашли свое конкретное воплощение в соглашении о новых основных направлениях американо-японского военного сотрудничества, которое было подписано в Вашингтоне в конце сентября 1997 года министрами иностранных дел и военными министрами обеих стран (этот документ заменил собой соглашение об основных направлениях военного сотрудничества, заключенное в 1978 году). Его подписание знаменует собой новый этап на пути упрочения и расширения сферы действия военного союза США и Японии, скрепленного "договором безопасности". Но это плохо вяжется с общим улучшением международной обстановки в последние годы, идет вразрез с требованиями времени. Никто не знает, что будет с Японией либо с США через некоторое время. Однако, несмотря на смену правящей партии, Япония остается главным союзникам США в АТР.


Заключение


За более чем 50-ти летнюю историю своего существования японо-американский союз претерпел значительные изменения. Начавшись как односторонние, полузависимые, японо-американские отношения спустя полвека превратились действительно в партнерские. Первый совместный документ, который предопределил дальнейшее развитие отношений двух стран - это «Договор о гарантии безопасности между США и Японией». По данному договору США брали на себя обязательство обеспечить Японии безопасность, при этом Япония предоставляла свою территорию для расположения на ней американских вооруженных баз. В Японии было дислоцировано около 200 тыс. американских солдат. Срок договора не ограничивался. Такое положение не устраивало Японию. Хотя следует отметить, что пребывание американских баз и войск принесло Токио немало дивидендов. В частности, во время войны в Кореи военная техника и снаряжение, поступающее для американской армии, производилось в Японии на основе «спецзаказов» (токудзю), принесшие Японии в 1952 г. 824,166 млн., а в 1953 г. - 809,479 млн долл. [35, с. 45].

В течение 50-х годов в Японии были сформированы собственные вооруженные силы, однако из-за своей «мирной» конституции, которая запрещала иметь вооруженные силы, данные военные образования были названы «силами самообороны». Ненавистный японцам односторонний договор удалось сменить только с приходом к власти нового премьер-министра Н. Киси. В 1960 г. в Вашингтоне был заключен новый японо-американский договор безопасности, который был более равноправным, во-первых, он ограничивался 10 годами; во-вторых, США потеряли право вмешиваться во внутренние дела Японии; в-третьих, Япония становилась партнером США по защите Дальнего Востока; в-четвертых, страны договорились развивать экономические отношения.

С 60-х годов начался новый этап в отношениях двух стран. С окончанием «холодной войны», после непродолжительного охлаждения между странами, отношения США и Японии продолжили укрепляться, об этом, в частности, свидетельствуют подписанная в 1996 г. «Совместная декларация по безопасности» и принятые «Руководящие принципы». Однако в новых условиях отношения претерпели некоторые изменения: во-первых, по заключенной Совместной декларации, которая дополняла договор 1960 г. в новых условиях, расширялась сфера действия договора на весь Азиатско-Тихоокеанский регион (АТР), до этого сфера ограничивалась Дальним Востоком; во-вторых, стало больше внимания уделяться миротворческим операциям в составе ООН; в-третьих, с распадом СССР сменились потенциальные противники, все больше стали говорить об угрозе с китайской стороны и возможного конфликта на Корейском полуострове, много внимания стало уделяться борьбе с терроризмом, особенно после событий 11 сентября 2001 г. [8].

Америка оказала огромное влияние на всю послевоенную историю Японии. Военный союз с Америкой позволил Японии сократить до минимума расходы на военные нужды, что очень позитивно сказалось на экономике страны. Токио тратил только 1 % от ВВП на военные расходы в то время, как США - примерно 7-8 %. Такая ситуация стала сильно волновать правительство США, потому что в 70-80-ые годы экономика Япония поднялась на новый уровень - что стало предметом частых конфликтов с Соединенными Штатами. Принимая самое активное участие в развитии японской экономики путем открытия своего внутреннего рынка, инвестиций, предоставления новейших технологий, Вашингтон и не догадывался, что спустя всего два десятилетия, окрепшие японские коммерсанты станут их первыми конкурентами. Экономические противоречия появились в 1965 г., когда впервые импорт Японии в США превысил экспорт. Как бы ни старались американские власти, пассив в торговле постоянно растет. В 90-е годы он составил более 50 млрд. долл. Сегодня, несмотря не некоторую стагнацию японской экономики в начале 90-х гг., экономика Страны восходящего солнца является одной из наиболее развитых в мире.

Встав, с подачи держав-победителей и, прежде всего, США, на путь демократизации и демилитаризации, Япония достигла на этом поприще огромных результатов, став одним из самых демократических государств в мире. Сегодня Япония - активный борец за права человека и демократические ценности во всем мире, постоянный участник миротворческих операций в составе ООН, помощник в становлении развивающихся стран. Япония стремится стать примером для всего мира, о чем не раз заявлялось во всеуслышание еще со времен правления Я. Накасонэ [39, c.6]. Многие исследователи считают, что такие гегемонистские устремления Япония перехватила от Соединенных Штатов. С данным положением автор согласен не полностью, - желание играть главную роль, связано, прежде всего, с развитием экономики, переносом её интересов - с начала на региональный, а затем и на глобальный уровень, появлением так называемых транснациональных компаний. Однако если Америка допускает возможность применения вооруженных сил для установления своих ценностей, что проявляется на протяжении всей её послевоенной истории, то Япония стремится содействовать установлению нового миропорядка прежде всего мирным путем. Возможно, такая позиция появилась потому, что японцы понимают, что они все же часть Азии, а агрессивная политика Америки направлена, прежде всего, на Азиатские страны. Япония не имеет тех сырьевых ресурсов, которые имеют США, поэтому Токио приходится вести очень осторожную политику, дабы не потерять рынки сбыта и сырьевых ресурсов. Японцы уяснили это еще во время энергетического кризиса 1972 73 годов. Стремлению вести мирный диалог способствуют также опасения японских властей появления антияпонских воззрений в мире и пацифистские настроения населения.

Японская внешняя политика не отличается особой активностью и самостоятельностью - это проявлялось во время холодной войны, да и после её окончания, спустя некоторое время (1991 - 1995 гг.) Япония вновь попала под влияние Соединенных Штатов, пусть и не такое большое, как раньше. Если проследить всю историю японо-американских взаимоотношений, то можно сделать вывод, что они полностью зависели от внешней политики США.

Из всего вышесказанного можно сделать вывод, что Америка использовала Японию для укрепления своих внешнеполитических позиций, в первую очередь в АТР. Однако было бы неверным выставлять Японию как «белую овечку», а США как «хитрую лису» - вопрос о том, кто кого использовал, очень спорный. Как уже говорилось ранее, Японии, благодаря союзу с Америкой, удалось развить свою экономику до лидирующих позиций, Токио, используя союз с Вашингтоном, сумел добиться мирового признания и избежать в то же время враждебности Азии. Таким образом, можно сделать вывод, что японо-американские отношения выгодны для обеих сторон.

Если говорить о перспективах на будущее то, скорее всего, Япония будет постепенно отходить от США, стремиться к самостоятельности, но в рамках союза. Это связано, прежде всего, с неминуемым ослаблением позиций США на международной арене и укреплением Японии, а также активизацией на международной арене России и Китая. Отдаление США и Японии будет сопровождаться стремлением последней к сотрудничеству с соседними странами. Пока же это не представляется возможным, так как в АТР еще имеются проблемы, которые без помощи США невозможно решить, да и в памяти Азии хранятся агрессивные поступки японской императорской армии, что негативно влияет на отношение стран АТР к современной Японии.


Список использованных источников и литературы


1.Административное соглашение 1952 [Электронный ресурс]. - Режим доступа: www.japantoday.ru.- Дата доступа: 25.02.2010.

.Административное соглашение 1960 [Электронный ресурс]. - Режим доступа: www.japantoday.ru.- Дата доступа: 15.02.2010.

.Анисемцев, Н. Япония. Закон о референдуме - шаг к пересмотру конституции? / Н. Анисемцев // Азия и Африка сегодня. - 2007. - №10. - С. 3-8.

.Арин, О.А. Россия: ни шагу вперед / О.А. Арин. - М.: Эксмо, 2003. - 352 с.

.Арин, О. А. Япония: национальные интересы и безопасность / О.А. Арин. - М.: Полиграф, 1997. - 347с.

.Арин, О.А. Япония: политика и внешняя политика / О.А. Арин. - М.: Полиграф, 1994. - 285с.

.Арин, О.А. Японский национализм: синдром превосходства или ущербности? / О.А. Арин. - М.: Полиграф, 1991. - 390с.

.Более 70% депутатов парламента выступают за пересмотр 9-й статьи конституции [Электронный ресурс]. - газ. «Иомиури», 2004.- Режим доступа: www.japantoday.ru/znakjap/politik/0304/P-Y19.shtml. Дата доступа: 22.11.2010.

.Бжезинский, З. Великая шахматная доска / З. Бжезинский. - М.: Полиграф, 1999. - 320с.

. Бунин, В. Н. Реформа завершена / В.Н. Бунин. - М.: Полиграф, 1989. - 470с.

. Бунин, В. Н. Японо-американский союз / В.Н. Бунин. - М.: Полиграф, 2000. - 270с.

. Бухаров, Б. И. Образование Американо-японского военного союза / Б.И. Бухаров. - М.: Цветные традиции,1968. - 450с.

. Вербицкий, С.И. Японо-американский военно-политический союз (1951-1970) / С.И. Вербицкий. - М.: Наука, 1972. - 285с.

. Говоров, Ю.Л. История Азии и Африки в новейшее время / Ю.Л. Говоров. - Кемерово: Радость,1997. - 369с.

.Грайнер, Б. Американская внешняя политика от Трумэна до наших дней / Б. Грайнер. - М.: Полиграф, 1986. -267с.

.Дзэнго, О. Коллективная безопасность и японская дипломатия / О. Дзэнго. - Токио, 1960. - 390с.

.Договор о взаимном сотрудничестве и безопасности 1960 [Электронный ресурс]. - Режим доступа: www.geocities.com/alexfli/Acts/cj.htm. - Дата доступа: 27.03.2010.

.Договор о гарантии безопасности 1951 [Электронный ресурс]. - Режим доступа: www.geocities.com/alexfli/Acts/cj.htm. - Дата доступа: 16.02.2011.

.Игнатущенко, С.К. Япония и США: конкуренты и партнеры / С.К. Игнатущенко. - М.: Наука, 1970. - 245с.

.Иногути, Т. Японская внешняя политика в условиях американской однополюсности / Т. Иногути. - М.: Полиграф, 2001. - 340с.

.Картер, Э. Б. Превентивная оборона: новая стратегия безопасности США / Э.Б. Картер, У. Дж. Перри. - М.: Инфоцентр, 2003. - 290с.

.Киссинджер, Г. Нужна ли Америке внешняя политика? / Г. Киссинджер. - М.: Инфоцентр, 2002. - 360с.

.Кодзухиро, Т. Эффективная противоракетная оборона возможна только при тесном сотрудничестве с США / Т. Кодзухиро. - М.: Инфоцентр, 2002. - 320с.

.Конституция Японии 1947 [Электронный ресурс]. - Режим доступа:www.geocities.com/alexfli/Acts/cj.htm. - Дата доступа: 21.03.2010.

.Косаку, Т. Оборона свободного мира и новый японо-американский договор безопасности / Т. Косаку. - Токио, 1960.

.Кошкин, А. Кому не нравится конституция Японии? / А. Кошкин // Азия и Африка сегодня. - 2008. - №3. - С. 23-24.

.Крупянко, М., Арешидзе, Л. Япония - США: новые задачи старого союза / М. Крупянко, Л. Арешидзе // Азия и Африка сегодня. - 2000. - №5. - С. 31-38.

.Крупянко, М.И. Япония 90-х. В поисках модели отношений с новой Россией / М.И. Крупянко. - М.: Восточная литература, 1997. - 340с.

.Кумао, Н Дискуссия по договору безопасности / Н. Кумао. - Токио,1969.

.Кутаков, Л. Н. Внешняя политика и дипломатия Японии / Л.Н. Кутаков. - М.: Коммунист, 1964. - 430с.

.Латышев, И. Договор безопасности, таящий угрозу / И. Латышев // Азия и Африка сегодня. - 2002. - №3. - С. 17-19.

.Латышев, И. Япония в дни политических бурь / И. Латышев. - М.: Наука, 1962. - 385с.

.Латышев, М. Японские эсминцы вошли в Индийский океан / М. Латышев // Азия и Африка сегодня. - 2002. - №2. - С. 20-25.

.Левчук, А.Н. Военное присутствие США в Японии. Проблема американских баз на Окинаве / А.Н. Левчук. - М.: Европеум-Пресс, 2001. - 250 с.

.Лешке, В.Г. Японо-американский союз: итоги трех десятилетий / В.Г. Лешке. - М.: Современная школа, 1983. - 251с.

.Молодняков, В. Три интернационализации Японии [Электронный ресурс] / В. Молодняков. - Режим доступа: www.japantoday.ru. - Дата доступа: 16.09.2010.

.Молоднякова, Э.В. Япония: смена политического режима / Э.В. Мололнякова // Азия и Африка сегодня. - 2010. - №2. - С. 17-22.

.Накасонэ, Я. Государственная стратегия Японии в 21 веке / Я. Накасонэ. - М.: Полиграф, 2001. - 360 с.

.Носов, М. Япония и миротворческая деятельность ООН [Электронный ресурс] / М. Носов. - Режим доступа: www.japantoday.ru/znakjap/politik/020_01.shtml. - Дата доступа: 13.01.2011.

.Основные направления японо-американского военного сотрудничества в области обороны в период с 1996г. [Электронный ресурс]. - Режим доступа: www.asiapacific.narod.ru. - Дата доступа: 23.09.2010.

.Панов, А.Н. Японская дипломатическая служба / А.Н. Панов. - М.: Полиграф, 1987. - 380с.

. Перри, У. Превентивная оборона: новая стратегия безопасности США[Электронный ресурс] / У. Перри. - Режим доступа: www.asiapacific.narod.ru. - Дата доступа: 24.05.2010.

.Петров, Д. В. Внешняя политика Японии после второй мировой войны / Д.В. Петров. - М.: Престиж, 1965. - 542с.

.Пинаев, Л.П. Эволюция военной политики Японии / Л. П. Пинаев. - М.: Восточная литература, 1982. - 420с.

.Подразделение спецназа ССО направляется в Ирак [Электронный ресурс]. - газ. «Иомиури», 2004. - Режим доступа: www.japantoday.ru/znakjap/politik/0404/P-Y9-1.shtml. - Дата доступа: 15.12.2010.

.Руководящие принципы японо-американского сотрудничества в области безопасности 1997 [Электронный ресурс]. - Режим доступа:www.japan-assoc.ru/publics/conferences/texts/t51index.html. - Дата доступа: 16.02.2011.

.Русаков, Е.М. В плену патриархальщины и провинциализма / Е.М. Русаков // Азия и Африка сегодня. - 2010. - №12. - С. 8-11.

.Русаков, Е.М. Это только начало? / Е.М. Русаков // Азия и Африка сегодня. - 2009. - №1. - С. 18-23.

.Сан-францисский мирный договор 1951[Электронный ресурс]. - Режим доступа: www.japantoday.ru/offic/1951.shtml. - Дата доступа: 22.09.2010.

.Сафронов, В.Н. СССР-США-Япония в годы холодной войны 1945-1960г. / В.Н. Сафронов. - М.: Цветная печать, 2003. - 380с.

.Сёдзи, Ф. Окинава - остров-база / Ф. Сёдзи // Азия и Африка сегодня. - 2000. - № 10. - С. 35-41.

.Семин, А.В. Китай - Япония: лед тронулся / А.В. Семин // Азия и Африка сегодня. - 2010. - № 9. - С. 2-7.

.Славинский, Б. Изменчивые образы безопасности Японии [Электронный ресурс] / Б. Славинский. - Режим доступа: www.japantoday.ru. - Дата доступа: 25.10.2010.

.Совместная декларация по безопасности 1996 [Электронный ресурс]. - Режим доступа: www.japantoday.ru/offic/1996.shtml. - Дата доступа: 10.01.2011.

.Стрельцов, Д.В. Политическая система - стеклянный дом / Д.В. Стрельцов // Азия и Африка сегодня. - 2010. - № 11. - С. 4-11.

.Терехов, В. Военно-политическое становление Японии / В. Терехов// Азия и Африка сегодня. - 2008. - № 7. - С. 2-8.

.Устинова, Т.Н. Политика США и Японии в АТР и проблемы безопасности / Т.Н. Устинова. - М.: Европеум-Пресс, 2001. - 279 с.

.Уткин, А. И. США-Япония: вчера, сегодня, завтра / А.И. Уткин. - М.: Наука,1990. - 231 с.

.Федулова, Н.. Эволюция политики США в АТР 70 - 80 годы / Н.Г. Федулова. - М.: Наука, 1987. - 280 с.

.Цутому, В. Американские эсминцы "Эгида" будут дислоцированы в Японском море [Электронный ресурс]. / В. Цутому. - Режим доступа: www.japantoday.ru/znakjap/politik/0304/P-A24.shtml. - Дата доступа: 20.05.2010.

.Чугров, С. В. Роль Японии в международных отношениях эпохи глобализации [Электронный ресурс] / С.В. Чугров. - Режим доступа:www.japan-assoc.ru/publics/conferences/texts/t51index.html. - Дата доступа: 26.03.2011.

.Шарков, А.М. Япония и США: анализ современного экономического положения / А.М. Шарков. - М.: Цветные традиции, 1971. - 380с.

. Arinori, M. Life and resources in America / M. Arinori. - Washington, 1982. - 320p.

.Barnet, P. Alliance. America, Europe, Japan. Makers of the postwar world. / P. Barnet. - New York, 1983. - 360 p.

.Diplomatic Bluebook 1988 [Электронный ресурс]. - Ministry of Foreign Affairs of Japan. - Режим доступа: www.mofa.go.jp. - Дата доступа: 22.04.2010.

. Diplomatic Bluebook 1998 [Электронный ресурс]. - Ministry of Foreign Affairs of Japan. - Режим доступа: www.mofa.go.jp. - Дата доступа: 12.10.2010.

. Pile, K.B. Japan rising: resurgence of Japanese power and purpose / K.B. Pile. - Washington, 2007. - 254p.

.The white book for defense 2004 [Электронный ресурс]. - Ministry of Foreign Affairs of Japan. - Режим доступа: www.mofa.go.jp. - Дата доступа: 12.12.2010.

. Ward, R. U S international economic policy in an independent world / R. Ward // New York times. - 1987. - March 28. - P. 12-14.

. Wilmot, Ch. Struggle for Europe / Ch. Wilmot. - Washington Times Gerald. - 1987. -March 30. - P. 23-25.


Теги: Эволюция японо-американских отношений  Диплом  История
Просмотров: 32416
Найти в Wikkipedia статьи с фразой: Эволюция японо-американских отношений
Назад