Эрнесто Че Гевара - национальный герой Латинской Америки


Курсовая работа

по истории

на тему

Эрнесто Гевара - национальный герой Латинской Америки


Выполнил ученик

Кобелев Игорь


Введение


Актуальность:

Недавно я прочитал книгу где увидел имя Эрнесто Гевара, в ней он описывался, как великий революционер. Ставший одним из символов революции и борьбы за свободу людей. И мне стало интересно и я решил узнать об этом человеке более подробно. В наше время образ этого человека остается актуальным даже не смотря на то что он жил 50 с лишним лет назад. Даже сейчас он остается главным символом борьбы за свободу и независимость.

Цель работы: изучение революционного пути Эрнесто Гевары.

Задачи:

1.Изучить биографию.

2.Выяснить его стороны характера.

.Изучить вопрос: почему Гевара стал национальным героем латинской Америки?

.Выяснить причину его смерти.

Эпиграфом к моей работе послужил отрывок из песня Донского:


С песней жил я, с ней умру,

С ней я странствовал повсюду,

С ней я похоронен буду...


Если в каждой человеческой жизни заложен изначальный сюжет, то жизнь Эрнесто Че Гевары - образец повествования, почти не отклонившегося от замысла. Красивая сказка о человеке, который на волне победоносной революции поднялся к вершинам всемирной славы - и с карабином и вещмешком за плечами отправился в чужедальнюю сельву, чтобы стать жертвой вселенского зла. Есть в этой сказке скорбная недомолвка, некогда завораживавшая молодые умы. От скуки и богатства бегут, это случается, от нужды и безвестности тоже уходят, но от торжествующей власти, от великих перспектив переделки жизни доверившегося тебе народа... кто ж бежит от работы Всевышнего? Чего тогда требовать от жизни вообще? Уж не смерти ли искал команданте Гевара в зеленых ущельях Боливии? Да, имела хождение и такая инфернальная версия:

«Че нашел окно открытым - и выбросился в него». Почему? А потому, что инстинкт смерти и ненависти, Танатос, сопряжен был в его натуре с инстинктом жизни и сострадания - Эросом. Эти два неистовых инстинкта и сделали в конце концов его жизнь невозможной... Подобные версии безразмерны, как гороскопы, и применимы к любому из нас. То, что Че Гевара распорядился собою именно так, а не иначе, имеет, разумеется, свои причины, но причины эти следует искать не в гибели его, а в самом течении его жизни.

Революцию творят массы. Они порождают и революционных вождей - ярких по своим способностям и поведению личностей, как правило отличающихся искренностью, мужеством, беспредельной преданностью делу, которому служат. Жизнь вождей насыщена всякого рода коллизиями, столкновениями, часто заканчивается трагически. Но грядущие поколения не забывают их имен, чтят их память, стремятся впитать в себя все лучшее, что было в них и в их деятельности.

В.И. Ленин, которого оппортунисты обвиняли в том, что Советская Россия развивается не по привычным «марксистским» схемам, указывал, что революция - это не Невский проспект. Жизнь Эрнесто Че Гевары, развитие революционного процесса в Латинской Америке, история Кубинской революции еще раз подтверждают эту истину. Революции, хотя развиваются согласно одним и тем же закономерностям, идут обычно путями, которые трудно заранее предугадать как самим революционерам, так и их противникам. Если бы было иначе, то революция, вероятно, не могла бы победить, ведь враг, зная заранее пути ее развития, сумел бы легко задушить революционный процесс в зародыше.

Че - характерное для аргентинцев междометие, выражавшее и удивление, и восторг, и печаль, и нежность, и одобрение, и протест, стало сначала прозвищем Эрнесто Гевары, а потом боевым псевдонимом, сросшимся с его именем и фамилией. После победы Кубинской революции, будучи президентом Национального банка, Гевара подписался на новых банкнотах Кубы «Че», вызвав возмущение контрреволюционеров. В ответ Эрнесто сказал: «Для меня Че означает самое важное, самое дорогое в моей жизни. Иначе и быть не могло. Ведь мои имя и фамилия - нечто маленькое, частное, незначительное».


1. Детство Че Гевары


Когда на Кубе победила Революция и Эрнесто Че Гевара стал знаменит, газеты начали писать о нем всякие небылицы. Некоторые журналисты даже высказывали сомнение, что он аргентинец. Нашлись и такие, которые утверждали, что он русский, выдающий себя за аргентинца. Но Че был коренным аргентинцем. По отцовской линии Че - аргентинец 12-го поколения, по линии матери-8-го. Среди его предков были ирландские мятежники, испанские завоеватели, аргентинские патриоты. По-видимому, Че передались по наследству некоторые черты его беспокойных предков. У него в характере было нечто такое, что влекло его к дальним странствиям, к опасным приключениям, к новым идеям.

Отец Че, Эрнесто Гевара Линч, был шестым ребенком в семье Роберто Гевары и Анны Линч.

Эрнесто-старший, учился на архитектурном факультете Национального университета в Буэнос-Айресе, но с перерывами - приходилось работать. От былых асьенд его предков остались к тому времени лишь одни воспоминания.

Мать Че, донья Селия де ла Серна-и-де ла Льоса тоже, как и её муж, принадлежала к старинному аргентинскому роду. Ее отец, Хуан Мартин де ла Серпа, вошел в историю Аргентины как основатель города Авельянеды, соседствующего с Буэнос-Айресом.

В конце 20-х годов Эрнесто-старший, получив от отца в наследство небольшую сумму денег, купил 200 га земли в районе порта Карагуатай, что на границе с Парагваем. Он хотел превратить эти земли в образцовую плантацию по производству йерба-матэ (парагвайский чай). Цены тогда на йерба-матэ были высокими, недаром ее называли «зеленым золотом». Эрнесто Гевара купил самые современные машины, попытался облегчить труд рабочих-сезонников, занятых сбором этой культуры.

В 1930 г. семья Гевары переехала в Сан-Исидро, городок на реке Ла-Плате, неподалеку от столицы. Там Эрнесто-старший владел, на пару со своим родственником, небольшой верфью.

Вскоре в связи с болезнью Тэтэ по совету врачей семья перебралась в Кордову, самую «здоровую» аргентинскую провинцию, расположенную на западе страны в гористой местности. Ее чистый, прозрачный воздух, насыщенный ароматом хвойных лесов, считается целебным. Гевара приобрел дом - «Виллу Нидию» в местечке Альта-Грасия, расположенном близ города Кордова, на высоте 1000 м над уровнем моря. Эрнесто-старший стал работать подрядчиком по строительству домов, Селия смотрела за ребенком. У Че почти еженощно повторялись приступы астмы. Отец спал рядом с его кроваткой и, когда малыш начинал задыхаться, брал его на руки, качал и успокаивал, пока не проходил приступ.

Вслед за Тэтэ у Гевары родилось еще четверо детей - Селия, Роберто, Анна Мария и Хуан Мартин. Все они получили высшее образование. Дочери стали архитекторами, Роберто - адвокатом, Хуан Мартин - проектировщиком. Росли они нормально, особых забот родителям не доставляли.

С Эрнесто было совсем иначе. Он даже не смог поступить в школу. Два года мать занималась с ним дома. Читать он начал с четырех лет и с того времени стал страстным любителем чтения.

В доме была большая библиотека, в которой наряду с классикой - от испанской до русской - имелись книги по истории, философии, психологии, искусству, работы Маркса, Энгельса, Ленина, Кропоткина, Бакунина. Аргентинские писатели были представлены Хосе Эрнандесом, Доминго Сармьенто и другими. Были книги на французском языке. Селия свободно владела французским, знала английский. Она учила языкам детей, в частности Тэтэ.

У Че были свои излюбленные авторы. В детстве он читал книги Сальгари, Жюля Верна, Дюма, Гюго, Джека Лондона. Затем он увлекся Сервантесом, Анатолем Франсом. Знал и любил Толстого, Достоевского, Горького. Он прочел и все модные тогда латиноамериканские социальные романы, повествующие о тяжелой жизни индейцев и рабском труде рабочих в поместьях, на плантациях.

Че любил и поэзию, зачитывался Бодлером, Верленом, Гарсия Лоркой, Антопио Мачадо, Пабло Нерудой, множество стихов он знал наизусть. Он и сам писал стихи. Он как-то назвал себя революционером, который так никогда и не стал поэтом. В письме к испанскому поэту-республиканцу Леону Фелипэ, книгу стихов которого «Олень» обычно держал у изголовья, Эрнесто охарактеризовал себя как «неудавшегося поэта». Кубинец Роберто Фернандес Ретамар, сам известный поэт, рассказывает, что незадолго до того, как Эрнесто навсегда покинул Кубу, он одолжил у Роборто антологию испанской поэзии, откуда выписал стихотворение Пабло Неруды «Прощай!»

Че не расставался с поэзией до самой смерти. В Боливии в рюкзаке вместе со знаменитым «Боливийским дневником» была обнаружена тетрадь с его любимыми стихами.

Эрнесто увлекался также живописью, знал хорошо ее историю, сам неплохо рисовал акварелью. Больше всего ему нравились импрессионисты. Увлекался он и шахматами. Только в музыке он не разбирался. У него не было слуха. Он не мог отличить танго от вальса и не умел танцевать, что вовсе нетипично для аргентинца.

Тэтэ увлекался не только поэзией и искусством. Он был силен и в математике и в других точных науках. Родители думали даже, что со временем он станет инженером.

С раннего возраста Тэтэ занимался спортом. Он любил плавать, когда семья проводила лето на побережье, в Мар-дель-Плате. Море он называл своим старым другом. Он словно стремился доказать, что способен, несмотря на свою астму, делать не только все то, что делают другие его сверстники, но даже больше и лучше их: играл в футбол, регби, занимался конным спортом, альпинизмом, увлекался гольфом и даже планеризмом, а главной страстью его детских и юношеских лет был велосипед.

В 1941 г., когда Че исполнилось 13 лет, он сдал экзамены в государственный колледж имени Деан-Фунеса в Кордове. В 1945 г. он поступил на медицинский факультет университета в Буэнос-Айресе, здесь трудился в лаборатории известного аргентинского специалиста в области аллергии доктора Сальвадора Писани. Вместе с тем он стремился подработать, чтобы самому платить за учебу: служил в муниципалитете, оборудовал дома производство инсектицидов, торговал обувью..."

Во время второй мировой войны вся семья Гевары и их друзья горячо сочувствовали союзникам, Советскому Союзу, желали поражения странам «оси» и радовались победам Красной Армии. Огромное впечатление произвела на них Сталинградская битва. Родители Че принадлежали к числу активных участников оппозиционного демократического движения. Селия даже была арестована во время одной демонстрации в Кордове.

Тогда в Аргентине существовало множество подпольных боевых организаций, выступавших против полицейского террора. В одной из таких организаций, действовавших на территории Кордовы, участвовал и отец Че. В доме, где жила семья Гевары, изготовлялись бомбы, которые использовались для защиты от полицейских во время Демонстрации. Все это делалось на глазах у Тэтэ, который однажды сказал отцу: «Папа! Или ты разрешишь помогать тебе, или я начну действовать самостоятельно, вступлю в другую боевую группу». Отцу пришлось разрешить, чтобы иметь возможность контролировать действия сына и таким образом обезопасить его от провала и полицейских репрессий. Как известно, Че выбрал профессию врача. Возможно, что тому была причиной его собственная болезнь или неизлечимая болезнь его бабушки, матери Селии, которую он сильно любил и которая ему отвечала тем же. У нее был рак, от которого она и умерла, как, впрочем, и Селия.

2. Цель Че Гевары - революция


Целью жизни Че была революция, активное участие в ней. Именно эта путеводная нить привела его в маленькую Гватемалу 1954 года, где бушевала революция. Принять в ней участие Че Геваре не удалось - ему как иностранцу не доверяли левые партии. Правительство отказало ему в предоставлении права на врачебную практику. Он метался в поисках выхода своей энергии, но тщетно. Поражение революционных сил и угроза расправы заставили Че искать убежища в аргентинском посольстве. Опыт гватемальской революции оказался для него очень полезным.

Вспоминая Гватемалу тех лет, Гевара не раз касался вопроса о роли личности в революционном процессе. Он с грустью говорил о недостатках именно субъективного характера, полагая, что президент Арбенс и другие гватемальские руководители не выполнили своего долга перед народом и историей страны. Че вспоминал, как несколько дней спустя после вступления в Гватемалу наемников во главе с Кастильо Армасом группа пьяных бандитов нанесла оскорбление гватемальским кадетам. По их докладу начальник военного училища вывел ночью весь личный состав курсантов в город, арестовал ядро «армии» Кастильо Армаса и на рассвете провел колонну помятых, еще не протрезвевших «освободителей» по площадям и улицам просыпающейся столицы. В этом месте рассказа Че вскакивал и восклицал: «Контрпереворот был практически осуществлен даже не помышлявшим об этом полковником. Надо было Арбенсу или кому-нибудь другому из руководителей свергнутого правительства выйти из своего дипломатического убежища, поздравить полковника с победой, назначить его министром обороны и идти вместе вперед. Но нет, этого не произошло!»

Размышляя над исходом многочисленных государственных переворотов в Латинской Америке, Гевара ставил вопрос о правомерности ухода в отставку главы государства, избранного на этот пост волей нации, а покидающего его вследствие личной слабости, под давлением сил внешней или внутренней реакции. Он всегда высказывался за то, что лидер государства или движения обязан отстаивать свои программные взгляды до конца, и если надо, то ценой своей жизни. Он подчеркивал, что, как бы ни сложилась жизнь политического деятеля, он всегда должен искать возможности продолжить борьбу, чтобы не обмануть чаяний тех, кто ему верил, кто связал с ним свою судьбу.

В первый свой приезд в Москву в I960 году, когда положение на Кубе было нестабильно и исход революции еще не был предопределен, ему часто задавали вопросы о том, чем кончится борьба кубинского народа, удержат ли революционеры власть в своих руках. Гевара обычно отвечал так: «Не берусь гадать об исходе, но сам сделаю все для окончательной победы революции. Если понадобится - возьму автомат и займу свое место на баррикаде. Одно могу гарантировать; в случае неудачи вы не найдете меня среди укрывшихся в иностранных посольствах, ищите меня среди погибших. Хватит с меня поражения в Гватемале».

Сжигаемый своим призванием борца, Гевара постоянно искал бури. Он занимал ответственные посты в кубинском правительстве, активно участвовал в руководстве народным хозяйством Кубы, целиком отдаваясь новому делу, как это делали в Советской России революционеры старой ленинской гвардии. Но нет-нет да и появлялась у него затаенная мечта о новых боях. Часто (больше для себя, чем для слушателей) он говорил, что надо уметь делать все, что приказывает революция; но все-таки, наверное, те, кто придет позже, будут лучшими созидателями. Кругом еще столько несправедливости, столько явных причин для народного горя и слез...

Че обладал такими, казалось бы, редкими для латиноамериканца качествами, как дисциплинированность, организованность и умение организовать других, самокритичность. Слова Че никогда не расходились с делами. Его можно было упрекнуть в недостаточной гибкости, зато он всегда был принципиальным. Неудивительно, что благодаря этим качествам он выделялся в своем окружении. Он много читал: еще в Гватемале обстоятельно изучил основные труды классиков марксизма-ленинизма. А прибыв в Мексику в 1954 году, продолжил самообразование. Гевара не гнушался даже работы сторожа в книжных магазинах, если это давало ему возможность читать новинки политической литературы.

На латиноамериканских политэмигрантов, находившихся в Мексике, Гевара производил сильное впечатление. Позже Рауль Роа, ставший министром иностранных дел революционной Кубы, а в те годы случайно встретившийся ему человек в Мексике, напишет: «Уже тогда Че возвышался над узким горизонтом креольских националистов и рассуждал с позиций континентального революционера». Фидель Кастро впоследствии писал о встрече с Че Геварой в Мексике: «Он имел более зрелые по сравнению со мной революционные идеи. В идеологическом, теоретическом плане он был более развитым. По сравнению со мной он был более передовым революционером».

Че обладал такими, казалось бы, редкими для латиноамериканца качествами, как дисциплинированность, организованность и умение организовать других, самокритичность. Слова Че никогда не расходились с делами.


. Революционный путь Че Гевары


«Нужны социальные изменения общества». Такой вывод делает Гевара еще в студенческие годы. И поэтому, получив диплом врача, он не надел белый халат, а включился в революционную борьбу. Сначала его путь лежал в Боливию. Здесь произошла 179-я по счету революция. Однако последняя революция, как и все предшествующие, не принесла народу избавления от власти иностранных монополий. Гевара работал в Управлении информации и культуры, потом в ведомстве по осуществлению аграрной реформы. Он много ездил по стране.

Время истинных революционных изменений в Боливии тогда, в 1953 году, еще не наступило. Ловкие буржуазные политики верно служили иностранным монополиям и изо всех сил пытались затормозить революционный процесс. Коммунистическая партия Боливии, появившаяся на свет только в 1950 году, еще не могла играть значительной роли в политической борьбе.

Из Боливии Гевара отправляется в Гватемалу. В те годы вокруг Гватемалы кипели политические страсти. Правительство Арбенса, пришедшее к власти, отважилось национализировать часть земель «зеленого чудовища» - «Юнайтед фрут компани».

«Я впервые почувствовал себя революционером в Гватемале сложилось довольно ясное марксистское мировоззрение. Он проштудировал Маркса и Ленина. Прочитал целую библиотеку марксистской литературы». Семнадцатого июня 1954 года наемники американских монополий во главе с полковником Кастильо Армасом вторглись на территорию Гватемалы. В руках президента Арбенса была армия, насчитывающая шесть-семь тысяч человек, и, конечно, отряды интервентов, в которых было всего восемьсот человек, не представляли особой опасности. Но президент Арбенс не рискнул пустить в ход армию. Он пытался разрешить критическое положение мирными средствами. Он обратился в Совет Безопасности ООН, требуя немедленного вывода из страны вооруженных банд интервентов. Однако Совет Безопасности действенных мер не принял.

Очевидно, в те дни в Гватемале впервые перед Геварой встал вопрос, какими путями должна двигаться революция. Революция, конечно, может быть мирной. Об этом писал в свое время Ленин. Но она должна уметь защищать себя. Гевара призывает руководителей левых партий Гватемалы немедленно создать народные дружины, дать трудящимся оружие. Но голос Гевары остается голосом вопиющего в пустыне.

Двадцать седьмого июня, через десять дней после начала интервенции, Арбенс отказался от поста президента и укрылся в мексиканском посольстве.

Когда новоявленный диктатор Кастильо Армас вступил со своими наемниками в столицу, начались массовые аресты и расстрелы.

Молодой аргентинец Че Гевара, призывавший гватемальцев взяться за оружие и защищать демократическое правительство Арбенса, конечно, был зачислен агентам ЦРУ в черные списки. Аргентинский посол в Гватемале узнав об этом, предложил Геваре вернуться на родину. Но там властвовал Перон, демократические свободы был подавлены. Гевара отказался от этого предложения, уехал в Мексику.

Гватемальские события еще раз убедили его в том, что революцию надо делать вооруженным путем, что она должна опираться на рабочий класс и крестьянство. И когда Гевара узнал, что кубинские эмигранты, проживающие в Мексике, готовят вооруженный десант на Кубу, чтобы свергнуть диктатора Батисту, он, не раздумывая, присоединился к ним.

В июне 1957 года, через полгода после высадки десанта, Фидель Кастро разделил повстанческий отряд на две колонны. Командование одной колонны взял на себя, командование другой поручил Че Геваре, присвоив ему звание майора - высший чин в повстанческой армии. Через год, когда повстанческая армия уже обрела силу, когда значительная часть восточных провинций была освобождена от тирании диктатора Батисты, Фидель назначил Че Гевару «командующим всеми повстанческими частями, действовавшими в провинции Лас-Вильяс, как в сельской местности, так и в городах».

Гевара принадлежал к той породе людей, которые видят смысл жизни в борьбе. И хотя Гевара занимал высокие правительственные посты на Кубе, был министром, он всегда обращал свой взор к тем странам Латинской Америки, где свобода была порабощена. Он написал книгу «Партизанская война», в которой открывал тайны этой войны для своих угнетенных братьев в Латинской Америке.

Вскоре после этого Гевара добровольно оставил свой министерский пост и отправился в Боливию бороться за освобождение этого народа. Это была трудная и изнурительная борьба. Каждый день Гевара был на грани жизни и смерти. Его предавали, он опухал от голода, против него были брошены отборные войска под руководством опытных генералов.

гевара революционер боливия

4. Конец жизни Че Гевары


В Лапласе сообщения о Че Геваре появились где-то в мае месяце. В то время в обширных районах труднопроходимых джунглей оперировали маленькие группы партизан. Были отмечены военные столкновения.

июля примерно в 10:00 недалеко от Лос-Куэвас группа партизан вышла на шоссе, которое вело из Санта-Крус в Кочабамбу. Водители проезжавших машин заметили вооруженных людей и сообщили об этом в полицию. Начальник местного гарнизона, получив сигнал из полиции, немедленно отдал приказ подразделению рейнджеров в Сумаипате о преследование партизан.

Партизаны подслушали телефонный разговор. По дороге они захватили автобус, на котором доехали до военного объекта в Сумаипате, где захватили оружие и боеприпасы. В перестрелке был убит один солдат, Че Гевара получил легкое ранение. Потом партизаны перерезали телефонные провода. В местной аптеке они взяли антибиотики и лекарства от астмы.

Вот что Че Гевара написал об этой акции в своем дневнике 6 июля 1967 года:

Рано утром мы вышли в направлении к Пенья-Колорадо. Жители этого района нас боялись. К вечеру мы подошли к Альто-де-Палермо. С высоты 1600 метров спускались к маленькому трактиру. Было уже темно, когда мы вышли на шоссе в том месте, где рядом с дорогой в маленьком домике жила пожилая женщина. По плану мы должны были задержать какую-нибудь машину из Сумаипаты, попытаться разведать ситуацию, взять в местной аптеке или конфисковать в больницах необходимые лекарства, купить консервы и возвратиться назад. Нам пришлось изменить план. Со стороны Сумаипаты не проехал ни один автомобиль. Кроме того, мы узнали, что здесь никто не останавливается. Это усложнило ситуацию. В акции принимали участие Коко Рикардо, Пачо, Анисето, Хулио и Чино. Они остановили грузовой автомобиль, ехавший со стороны Санта-Крус. За ним ехал еще один грузовик, который также остановился. Нам ничего не оставалось делать, кроме как задержать и его. Затем произошло недоразумение с женщиной, которая не хотела выходить из машины. Между тем остановилась третья машина, а потом, пока мы вели переговоры, четвертая. Но все оказалось гораздо проще, чем мы думали. Шофер последней машины просто хотел здесь отдохнуть. Потом на одном из этих грузовиков мы приехали в Сумаипату, взяли там в плен двух жандармов, начальника гарнизона лейтенанта Вакафлора и одного сержанта, у которого выпытали пароль. Затем молниеносной атакой мы захватили гарнизонную казарму, где находились десять солдат. Один из них оказал сопротивление, но перестрелка длилась недолго. Мы захватили пять винтовок системы маузер, пулемет и десять пленных, которых в километре от Сумаипаты раздели догола и отпустили. Что касается захвата продовольствия, то акция не удалась. Чино поддался на уговоры Пачо и Хулио, и они не купили ничего из нужных лекарств, хотя самое главное достали. Акция проходила на глазах местных жителей и жителей из других деревень, так что слух обо всем виденном разнесся далеко. В два часа мы с трофеями отправились в обратный путь.

Событие, происшедшее 24 сентября, заслуживает внимания сразу по нескольким причинам, хотя сведения о нем расходятся. На утро 24 сентября жители маленькой горной деревушки Альто-Секо обнаружили, что деревня занята партизанами, которые обыскали дом старосты и перерезали телефонный провод. Потом приехал на муле командир партизан. Они увидели, что он был среднего роста, с бледным лицом и длинными волосами, вероятно, болен и утомлен.

Затем партизаны скупили в деревне все продукты и разместились в заброшенном доме примерно в двухстах мерах от деревни. В тот же вечер в местной школе они устроили политический митинг, на котором выступили двое ораторов - Коко Передо и Че Гевара. В западной печати появились цитаты из выступлений обоих ораторов, хотя маловероятно, что их кто-то записывал, и, уж конечно, там не было никого из журналистов, слушатели большей частью были неграмотные.

Коко Передо якобы сказал, что партизаны будут продолжать сражаться. О нас говорят, что мы бандиты, но мы воюем за вас, за трудящихся, за рабочих с низкой заработной платой. Правительственные солдаты получают королевское жалованье, а кто их содержит и кормит? Вы! Сделали ли они для вас что-нибудь хорошее? Несколько минут назад мы перерезали телефонные провода, думая, что телефон действует. А оказалось, что даже телефон и тот не работал. У вас нет воды, электричества. Вы забыты, как и все боливийцы. Поэтому мы за вас сражаемся.

Потом он призвал присутствующих мужчин присоединиться к борцам за свободу страны и помочь таким образом свергнуть генерала Баррьентоса. Че Гевара будто бы еще подчеркнул, что речь идет об интернациональной борьбе. Партизаны будут сражаться в каждой стране, чтобы освободиться от американского угнетения. Цитируем теперь дневник Че Гевары. Об этом событии он написал следующее:

Когда ядро нашего отряда вступило в деревню Альто-Секо, мы выяснили, что староста уже вчера куда-то уехал. Очевидно, он хотел предупредить соответствующие власти. Жители деревни знали, что мы находимся поблизости. В качестве наказания мы конфисковали все его имущество. Альто-Секо - деревня, состоящая из пятидесяти домиков, расположенная на высоте 1900 метров. Люди приняли нас с чувством страха и любопытства. Мы начали запасаться продуктами. Вскоре в наш лагерь, в заброшенный дом недалеко от колодца, мы принесли достаточно много продуктов. Грузовик, который должен был приехать из Вальегранде, не приехал. Мы догадывались, что в этом виноват староста, который рассказал о нашем приходе. Несмотря на это, я терпеливо выслушал причитания его жены. Взывая к богу, она умоляла нас ради ее детей заплатить за конфискованные вещи. Мы отказались это сделать. Вечером мы с Инти устроили в местной школе беседу. Инти выступил перед пятнадцатью удивленными и молчаливыми крестьянами и рассказал о целях нашей революции. Единственным жителем деревни, который принял участие в беседе, был учитель. Он спросил нас, сражаемся ли мы непосредственно в населенных пунктах. В нем было что-то от наивного простака, деревенского хитреца и немного от образованного человека. Он нас расспрашивал, хотел побольше узнать о социализме. Один молодой человек, который вызвался нас вести дальше, предупредил нас, что учитель - хитрая лиса и его следует опасаться. В половине второго ночи мы вышли в направлении Санта-Элены и прибыли туда в 10:00. Высота 1300 метров.

Бывший боливийский министр иностранных дел, а затем командир 8-й дивизии полковник Сентено бросил на борьбу с партизанами около шестиста свежих, обученных по американскому образцу рейнджеров. Те немедленно пустились по следам партизанских отрядов. В одной из операций им удалось взять в плен Уго Чоке Сильву. Тот, недолго думая, перешел на сторону правительственной армии. А так как он знал о некоторых тайных складах в горах, солдаты обнаружили тайник, в котором, кроме всего прочего, нашли несколько фотографий. На одной из них вместе с Инти и Коко сидела красивая молодая девушка.

Командир рейнджеров послал фотографию в уголовный отдел боливийской полиции. Полиции удалось установить имя девушки, и партизаны понесли одну из самых тяжелых потерь. Полиция обнаружила и ликвидировала обширную организацию, которая действовала в нескольких городах и осуществляла финансирование освободительных отрядов.

Лойола Гусман училась в Университете Сан-Андре в Ла-Пасе. Когда к ней на квартиру нагрянула полиция, она поняла в чем дело, но не смогла никого предупредить о случившемся. Целых двадцать дней полицейские держали ее в одиночке и никому не говорили об ее аресте. Партизаны ничего не подозревали и продолжали посылать сведения по ее адресу. Таким образом, в руки полиции попало много ценной информации. В печати появилось сообщение о ее аресте лишь после того, когда Лойола Гусман попыталась выброситься из окна третьего этажа.

В воскресенье, 8 октября 1967 года, разведчики сообщили карательному отряду рейнджеров о передвижении партизан Че Гевары по длинному узкому ущелью Юро. В 13:30 рейнджеры получили приказ об атаке. Они осторожно начали спускаться в долину. Потом раздались первые автоматные очереди. Часть отряда Че Гевары пыталась пробиться из окружения, но кечуа имели многократное преимущество в силе и более выгодные позиции. У партизан был только один выход - пробираться по крутым скалам. Все выходы из ущелья Юро были перекрыты.

Че Гевара вместе со своими бойцами сражался до последней возможности. Он был ранен в ноги. Очередная пуля выбила у него из рук оружие. Ствол его автомата разорвало при выстрелах, обойма в пистолете была пуста, сам он уже не мог встать на ноги. Сражение в ущелье Юро, примерно в двух километрах от деревни Игера, окончилось затемно. Когда в деревне Игера в окнах глиняных лачуг зажглись свечки и карбидные лампы, у школы появилась группа боливийских рейнджеров вместе с двумя пленниками. Одного из них солдаты буквально тащили по земле. Это был партизанский командир Че Гевара. Вторым был его товарищ по оружию Симон Куба, бывший лидер боливийской организации горняков. Руки его были связаны за спиной. Обоих пленников закрыли в школе, порознь.

В 10 часов утра 9 октября на краю деревни приземлился военный вертолет, на борту которого были главнокомандующий боливийской армией Альфредо Овуандо Кандиа, Давид Лафуэнте Сото и кубинский эмигрант, находящийся на службе в ЦРУ, Гонсалес. На другом самолете прилетели генерал Хоакин Сентено и вице-адмирал Горацио Угартече. В горной деревушке, таким образом, собрались высшие чины боливийской армии. Один за другим они заходили в школьный класс, в котором находился раненый Че Гевара. Еще до обеда, прежде чем сесть в свои самолеты, они отдали приказ об убийстве. Потом они улетели в Вальегранде, расположенный неподалеку, чтобы обеспечить себе алиби.

Торрико-Винсенти на основе рассказов свидетелей описал последние минуты Че Гевары: Марио Теран взял свою американскую автоматическую винтовку М-2 и вошел в класс. Спокойным, приветливым голосом он сказал Че Геваре, чтобы тот сел. Зачем? - спросил пленник.- Застрелить меня ты можешь и так. Солдат растерялся. Он пошел было к двери, но потом вдруг обернулся и дал очередь. Че Гевара инстинктивно поднял руку, как бы пытаясь защититься. Пули пробили ему руку и прошли через грудную клетку, поразив сердце. На стене школьного класса остались следы от пуль...

Че Гевара умер не сразу. Несколько минут он лежал в агонии. В помещение вошел старший лейтенант Перес, вынул пистолет и выстрелил умирающему в упор в затылок. Но в тот же день боливийские власти заявили всему миру, что небольшая рана в затылке - глубокий надрез, который должен был сделать доктор Мойсес Абрахам Б., когда препарировал труп.

Уже за несколько дней до этого полковник Сентен выступая перед представителями зарубежной печати сказал, что в самое ближайшее время Че Гевара будет пойман и обезврежен. Поэтому шустрые репортеры 9 октября, были уже наготове на аэродроме в городке Вальегранде. Полковник Сентен, который прилетел с гор на военном вертолете, заявил журналистам, что Че Гевара мертв, он видел его труп собственными глазами. Потом вертолет поднялся в воздух и полетел обратно в горы. В 17 часов он снова появился на горизонте, сопровождаемый взглядами жителей городка нескольких десятков иностранцев. Среди них был агент ЦРУ, которого хорошо знали журналисты.

Вертолет приземлился сравнительно далеко от любопытных, солдаты сразу же окружили его и никого близко не подпускали. Но люди видели, что к шасси было привязано мертвое тело. Это был убитый Че Гевара.

О дальнейшем ходе событий рассказывает репортер американской газеты Нейшн. Мертвое тело погрузили в закрытый шевроле, который сразу же уехал Мы прыгнули в свой джип. Наш шофер неотступно следовал за шевроле. Так мы ехали около километра. Потом машина неожиданно свернула и въехала во двор небольшой больницы. Мы почти вплотную ехали за ней, поэтому ворота больницы закрыть не успели Шевроле с трупом въехал по крутому подъему и остановился у сарая с бамбуковой крышей. Это была, очевидно, временная прачечная. Мы быстро выскочили из джипа и побежали к шевроле. Задняя дверь его была еще закрыта. Потом она открылась, и оттуда выскочил агент ЦРУ. Внутри на носилках лежало тело Че Гевары. Я видел его четыре года назад в Гаване. Он был личностью, которую не забывают.... Он показался мне меньше ростом и более худым, чем тогда, в Гаване. Видимо, месяцы, проведенные в джунглях, сделали свое дело. Я не хотел верить своим глазам, но, когда труп вынесли и положили на стол в сарае, я понял, что это он. Черты лица, редкая борода, непричесанные вихры исключали ошибку. Он был одет в зеленую форму с курткой на молнии. На ногах были зеленые носки и мокасины домашней работы. Пока он был одет, ран не было видно. Только у основания шеи были видны две маленькие дырки...

Мертвого Че Гевару сожгли, а пепел куда-то высыпали, чтобы его могила не стала местом паломничества угнетенных, мечтающих о свободе... Но и это мероприятие шефа боливийской разведывательной службы полковника Аугусто Риосе не достигло цели. Есть люди, которые не умирают. Че Гевара - один из них. Он продолжает идти в колоннах демонстрантов в Лондоне, Париже, Буэнос-Айресе. Несмотря на заблуждения и допущенные ошибки, он стал примером для бойцов антиимпериалистической революции в Латинской Америке. В своем последнем письме родителям он писал:

Люди могут сказать обо мне, что я авантюрист. Да, это так, но я авантюрист особый. Я один из тех, кто рискует жизнью, чтобы доказать свою правду. Кто знает, может, я прощаюсь с вами навсегда. Я не мечтаю о смерти, но обстоятельства логично заставляют меня считаться с этой возможностью. Я вас очень любил, но не мог выразить свою любовь. Во всем, что я когда-либо делал, я был несговорчив. Думаю, что иногда вы меня не понимали. Воля, которую я с удовольствием закалял, будет теперь поддерживать мои больные ноги и укреплять уставшие легкие. Вспоминайте иногда своего маленького кондотьера двадцатого века...

Последняя часть трагедии разыгралась после смерти Че Гевары. Вскоре после того, как все ведущие зарубежные газеты напечатали его дневник, в Боливии исчез министр внутренних дел Антонио Аргедас. В обязанности министра входило и руководство боливийской секретной службой, которая сыграла немалую роль в обнаружении в горах отряда Че Гевары. Затем министр Аргедас появлялся в некоторых латиноамериканских странах, резко критиковал правительство генерала Баррьентоса, называя его орудием в руках американского империализма, и опять исчез.

В 1968 году Аргедас появился в Лондоне, затем в Нью-Йорке и в Перу. Все это время за ним следили агенты ЦРУ. Они попеременно то сулили ему золотые горы, то угрожали расправой. Тем самым они косвенно вынудили его сделать заявление, что он был агентом ЦРУ с 1965 года, что на расчетной ведомости ЦРУ рядом с его фамилией стояли фамилии других высоких боливийских деятелей. Кроме этого, он описал обстоятельства, при которых его завербовало ЦРУ, и обвинил агентов этой разведывательной организации в шантаже.

Министр Аргедас далее представил репортеру Нью-Йорк таймс доказательства участия ЦРУ в убийстве Че Гевары, когда назвал офицеров, с которыми он сотрудничал. Шефом резидентуры был Хьюго Мэррей. В его штабе на территории Боливии работали Джон С. Хилтон, полковник Эд Фоке, Ларри Стирнфилд и Ник Лендирис. Аргедас назвал также некоторых работающих по контракту с ЦРУ служащих, которые принимали участие в поимке Че Гевары. Это были кубинский эмигрант Хулио Габриэль Гарсиа и боливийцы Эдио и Марио Гонсалес.

Че Гевара умер в октябре 1967 года.


Заключение


Когда смотришь на события, которые произошли в Латинской Америке после гибели Эрнесто Че Гевары, невольно вспоминаешь совет известного Туда Шульца, автора книги «Ветры революции», заклинавшего своих коллег не следовать правилам рассудка или логики, анализируя здешнюю действительность. Главное же, предупреждал Шульц, не пытайтесь предсказывать ход событий, если не хотите остаться в дураках: сцена слишком заполнена актерами, они действуют слишком быстро, движимые видимыми и крытыми пружинами огромной силы.

Эрнесто Че Гевара - возможно, самая парадоксальная личность в истории уходящего столетия. Вот уже больше сорока лет прошло со дня его трагической гибели, но его портрет по - прежнему можно встретить на страницах респектабельных газет, молодежных журналов, на политических листовках, на рекламных постерах, обложках компакт - дисков и даже на футболках. Он и после смерти продолжает оставаться врагом всяческого истеблишмента, ставший символом политической и гражданской революции. Почти всю свою жизнь он посвятил войне. Война сделала его человеком - легендой. Война отняла его жизнь. И книги он писал, конечно, тоже о войне. Благородный фанатик, сентиментальный смельчак, целеустремленный романтик и жестокий альтруист - таким предстает со страниц своей книги человек, сам себя считавший авантюристом, которого один из крупнейших философов века Жан - Поль Сартр назвал самым совершенным человеком двадцатого века.

Коменданте Че не смог разжечь "партизанский очаг" в Боливии, в этой адской стране и перекинуть оттуда пламя революционной войны на всю Южную Америку, о чем мечтал. Он так и не добрался до своей родной Аргентины. Гевара погиб в соседней Боливии, не понятый местными крестьянами-индейцами, которых хотел освободить. Он принес себя в жертву своим убеждениям. Но его несомненные достоинства так же велики, как и его заблуждения, хотя и то, и другое соединилось в его личности в цельном монолите. И пусть коменданте не доказал своей правоты, он оставил нетленный пример бескорыстия и самопожертвования борца, которого вело по жизни обостренное чувство социальной справедливости.

Некоторые люди считают, что Эрнесто Че Гевара просто миф, раскрученный советским правительством, что он вор, который хитроумно проник в высшие органы Кубинского правительства. Они думают, что Че никогда не проливал кровь ради Латиноамериканского народа, ради его свободы и независимости от империалистической сверхдержавы.

Но они ошибаются! Я думаю, что Эрнесто Че Гевара настоящий революционер и «конкистадор свободы». Он не побоялся трудностей появившихся на его пути, он смело встретил противостояние империализма. Он победил! Его мечты и взгляды тесно влились в новую свободную Кубу.

Куба- это символ пришедшего социализма в Латинскую Америку. И ориентируясь на этот символ, на этот маяк, многие страны, униженные империализмом, нашли путь к социализму и свободе. Для многих из них этот путь закончился еще, не начавшись, но Куба своим примером показала им, что ни одна сверхдержава не в силах остановить народ, который, веря в свою силу, стремится к свободе и независимости.

В прочитанных мною книгах и газетах некоторые авторы (А. Шубин) описывают Эрнесто Че Гевару как дьявола, который вырвался на землю с целью уничтожить всё человечество. Другие же (Е. Долматовский, А.А. Сосновский) считают его богом, пришедшим, чтобы спасти общество от угнетения империализма.

Я же считаю, что Эрнесто Че Гевара гуманист, отвергнувший старое общество, поняв, что оно прогнило до основания. Его главной целью было свержение всех империалистических государств. Многие сказали бы, что это ему не удалось, но я думаю, что он сделал это. Своей жизнью он показал нам, что каждый человек способен и должен вершить свою судьбу сам. В каждом человеке есть искра, которой всего лишь надо помочь вспыхнуть и тогда не одна сила ни сможет эту искру погасить.


Список использованной литературы


1.Алексеев В.А. Скромный кондотьер: Феномен Че Гевары. М., 1995.

2.Григулевич И.Р. Эрнесто Че Гевара и революционный процесс в Латинской Америке. М., 1990.

.Боровичка В. Выстрелы из засады. М., 1976.

.Че Геваре. Издательство «Хосе Марти», Гавана, 1991.

.Лаврецкий Л. "Эрнесто Че Гевара". М., 1995.

.Б. Пономаре в, секретарь ЦК КПСС. Актуальные проблемы теории мирового революционного процесса. «Коммунист», 1971, октябрь, М 15, стр, 62.

.Guevara Lynch Е. Mio figlio il Che. Roma, 1981.

8.Маркс К., Энгельс Ф. Соч. 2-е изд., т. 14, с. 176-177.


Теги: Эрнесто Че Гевара - национальный герой Латинской Америки  Курсовая работа (теория)  История
Просмотров: 2117
Найти в Wikkipedia статьи с фразой: Эрнесто Че Гевара - национальный герой Латинской Америки
Назад