Органы прокуратуры Новосибирской области в 1939–1945 гг.

Оглавление:


Введение

Глава 1. История организации и структура органов прокуратуры Новосибирской области

§ 1. Развитие органов прокуратуры

§ 2. Организация и структура

Глава 2. Кадры

§ 1. Кадровый вопрос в довоенный период

§ 2. Период Великой Отечественной войны

Заключение

Источники:

Литература

Приложения


Введение


Актуальность. Прокуратура необходима для нормального существования и развития государства. Она - один из важнейших государственно-правовых институтов страны, осуществляющий надзор за соблюдением законов и формально не зависящий от власти, однако в СССР прокуратура никогда не была самостоятельна.

С первых дней существования Советского государства все усилия властей были направлены на закрепление достигнутых в ходе революции результатов, и это делалось всеми возможными способами. Поэтому создание условий для соблюдения законности не выступало приоритетным направлением деятельности государства. Несмотря на это, главным принципом, сформулированным при воссоздании прокуратуры в 1922 г., был принцип социалистической законности, который предполагал требования точного и единообразного исполнения законов. Однако по сути, главным принципом становилось точное исполнение воли партийных властей. Особенно это проявилось в период 1937-38 гг., когда деятельность органов прокуратуры практически сводилась к выполнению директив партийного руководства. Прокуратура стала винтиком в огромной машине государственного террора.

Вопросы структуры, штатов, кадровой политики, основных направлений деятельности советской прокуратуры сталинской эпохи, в силу их причастности к массовым репрессиям, отличаются малой степенью изученности историками, а некоторые проблемы по данной тематике остаются вообще не освещенными.

Многие современные проблемы уходят своими корнями в прошлое, в связи с чем возникает объективная необходимость проанализировать события и действия, извлечь уроки из опыта предыдущих поколений. Изучение вопросов деятельности органов прокуратуры позволит исключить возможные повторения негативных моментов и использовать накопленный опыт в будущем, что актуально в условиях современного российского общества.

Актуальность исследования по избранной теме определяется не только недостаточной степенью изученности этой проблемы, но также и её региональным форматом.

Историография. Прежде всего, нужно сказать, что специальных работ по данной теме нет, но некоторые аспекты рассматриваются в работах общего характера, посвященных истории создания и деятельности советского государства и, в частности, органов прокуратуры СССР.

Весь имеющийся историографический материал можно разделить на две группы: литература, изданная в советское время, и литература, изданная в постсоветский период.

Поскольку прокуратура всегда была частью государственного аппарата, заниматься её изучением было нелегко. Практически вся литература, изданная в советское время, имела идеологизированную направленность. Общей особенностью почти всех работ по этой тематике является то, что эти работы являются не историческими исследованиями, а пособиями и учебниками по курсу прокурорского надзора. Поэтому в этих работах практически нет аналитики и какого бы то ни было критического подхода к органам прокуратуры. Весь пласт литературы, по сути, носит описательный или повествовательный характер. Тем не менее, он дает достаточно большую информацию для понимания места прокуратуры в общей системе органов Советского государства, её структуры, функций и конкретных задач.

Одной из первых работ по данной теме стала работа В. Г. Лебединского Организация работы и контроль исполнения в органах прокуратуры вышедшая в 1949 г. Книга посвящена некоторым проблемам организации и деятельности органов советской прокуратуры и, в частности, организации их работы, контролю исполнения, и осуществлению общенадзорной деятельности. В ней рассматривается организация работы подчиненными прокуратурами. Устанавливаются формы руководства органами прокуратуры: подбор кадров, планирование работы, просмотр приказов и инструкций, ревизии и проверку и т. д. Правильная организация работы заключается в умелом сочетании этих форм. Однако этому препятствует ряд серьезных недостатков, одним из которых является отсутствие должной заботы о подборе оперативных кадров, повышении их знаний и квалификации. Нередки случаи, когда районные прокуратуры полностью укомплектованы работниками, имеющими необходимый стаж прокурорско-следственной работы и юридическое образование, другие же районные прокуратуры укомплектованы работниками без необходимой юридической и практической подготовки.

Позднее вопросы организации и деятельности прокуратуры освещались в работах С. С. Студеникина и его соавторов. Работа Социалистическая законность в советском государственном управлении посвящена законодательным институтам, и их роли в обеспечении государственного строительства в СССР. Прокуратура является способом обеспечения законности и от её правильной организации зависит результат борьбы за стабилизацию закона. Автор отмечает, что в практике работы до сих пор нет строгого разграничения функций между прокурорским надзором и проверкой исполнения, осуществляемой государственным контролем. По сути, речь идет о разграничении деятельности прокуратуры и контрольных органов. Прокуратура, осуществляя надзор, опротестовывает незаконные действия, привлекая в необходимых случаях к ответственности нарушителей законности. Сама прокуратура не может ни отменить незаконное действие, ни наказать непосредственно виновника. Контрольные органы могут в необходимых случаях вмешиваться в оперативную деятельность контролируемых органов, исправлять обнаруженные недочеты, непосредственно наказывать виновников, отменять незаконные распоряжения, давать обязательные указания. Все эти различия прокурорского надзора и контроля вытекают из того, что прокуратура не является органом управления. Контрольные же органы являются особыми органами управления.

В 50 - 60-е годы вышли в свет работы В. С. Тадевосяна, В. Г. Лебединского, С. Г. Березовской, В. П. Радькова, в которых освещались отдельные аспекты организации и деятельности органов советской прокуратуры, пути их развития, роль в развитии государственного механизма.

В. С. Тадевосян в работе Прокурорский надзор в СССР поставил задачу показать, как организована и действует советская прокуратура. Автор кратко осветил значение социалистической законности в СССР, роль прокурорского надзора в укреплении законности и правопорядка в стране, место прокуратуры в системе органов Советского государства. С начала 1930-х годов прокуратура, как орган Советского государства обязывалась перестроить свою работу в соответствии с новыми задачами, вставшими перед социалистической законностью в этот период: Она должна была сосредоточить внимание на борьбе с врагами народа, с расхитителями народного добра, социалистической собственности. Великая Отечественная война потребовала перестройки всей прокурорской деятельности на военный лад. В условиях войны неизмеримо повысилась требовательность и непримиримость к гражданам, нарушавшим закон: К суровой ответственности привлекались воры, расхитители народного добра, спекулянты и жулики, пытавшиеся нажиться за счет трудностей снабжения, дезорганизаторы хозяйства, нарушители трудовой дисциплины, дезертиры всякого рода и изменники родине. Эта работа, как и большинство других, изданных в советское время, была написана в апологетическом духе. В ней автор высоко оценил деятельность прокуратуры в указанный период, указывая что в годы войны от прокуратуры требовали более суровой и решительной борьбы с попытками ослабления военной мощи.

В изданной в 1957 году работе В. Г Лебединского. и Ю. А. Каленова Прокурорский надзор в СССР освещены как некоторые теоретические положения, касающиеся проблем прокурорского надзора, так и практическая сторона организации и деятельности прокуратуры. Показаны не только задачи и функции прокуратуры, но и формы и методы осуществления этих функций.

Вопросы советской социалистической законности и способы её обеспечения со стороны государственных органов, в том числе и прокуратуры рассматриваются в работе Правовые гарантии законности в СССР. Деятельность прокуратуры является законоохранительной, что определяет специфические задачи прокуратуры в выполнении функций Советского государства. Роль прокуратуры состоит именно в охране законов от каких бы то ни было нарушений присущими прокурорскому надзору средствами; своей законоохранительной деятельностью прокуратура способствует другим органам государства в выполнении их специальных государственных задач.

Со второй половины 60-х годов и в особенности в 1970 - 1980-е годы активизировалось изучение основополагающих вопросов организации и деятельности органов советской прокуратуры. В этот период вышли в свет работы В. П. Радькова, М. П. Малярова, Г. И. Бровина, В. М. Семенова, Г. А. Мурашина, С. Г. Новикова.

В работе В. П. Радькова Организация суда и прокуратуры в СССР рассматривается система и структура органов прокуратуры, даются общие положения о Генеральном прокуроре и прокуратуре СССР, показывается структура центрального аппарата Прокуратуры. По сути, работа является сборкой нормативных положений.

В учебнике Прокурорский надзор в СССР, написанном коллективом авторов рассматриваются вопросы образования и развития советской прокуратуры, сущность, задачи и правовые средства прокурорского надзора и другие вопросы. Сущность прокурорского надзора, согласно авторам, состоит в выявлении и устранении специфическими правовыми средствами нарушений законов в целях единообразного и правильного их применения.

Работа В. М. Семенова Суд и правосудие в СССР посвящена основам судоустройства и прокурорского надзора в СССР. История развития органов прокуратуры освящена очень кратко. Очень мало сказано о деятельности прокуратуры в годы Великой Отечественной войны. Автор лишь указывает, что во время войны серьёзных организационных изменений в системе прокуратуры не произошло, хотя и возникла необходимость перестроить её работу применительно к условиям военного времени.

Место и роль органов прокуратуры в механизме Советского государства, их особенности и отличительные черты от других государственных органов рассматриваются в книге Г. А. Мурашина «Органы прокуратуры в механизме Советского государства». Автор излагает историю возникновения и развития советской прокуратуры, принципы ее организации и деятельности. Согласно автору советский прокурорский надзор является самостоятельной формой государственной деятельности, задача которой состоит в охране единой социалистической законности от каких бы то ни было нарушений. Особенности прокуратуры в отличие от других органов, её сущность заключается в том, что она: а) не имеет ни законодательных, ни административных, ни судебных функций; б) не вмешивается в оперативную деятельность органов, за законностью действий которых она наблюдает; в) не подвергает деятельность соответствующих органов управления оценке с точки зрения практической целесообразности.

Подобные вопросы рассматриваются и в труде С. Г. Новикова «Прокурорская система в СССР». Предмет исследования данной работы - структура и деятельность прокурорских органов, к которому автор подходит с позиций системного исследования. В рамках системного исследования выясняется роль и значение прокуратуры в охране законности, пути дальнейшего совершенствования прокурорского надзора и законодательства о нем. Системный подход к проблеме организации и деятельности прокуратуры предполагает исследование не только теоретических положений, но и материалов практики прокурорского надзора.

В силу того, что все работы были изданы в советское время отрицательные стороны работы прокуратуры умалчивались.

Второй пласт литературы это работы, изданные в постсоветское время. В них излагается новый критически переосмысленный анализ проблем, касающихся прокуратуры. Среди этих работ можно упомянуть работу К. И. Амирбекова и Т. А. Селиверстова «История развития российской прокуратуры». В книге в сжатой форме изложена история создания и развития органов прокуратуры, а интересующему нас хронологическому периоду уделено слишком мало внимания. Авторы подходят к прокуратуре как к оку государеву, как к инструменту для выполнения возложенных на неё государством задач. В связи с этим, авторы считают необходимым снять идеологическую и идейную напряженность (сталинские репрессии): проблема не в прокуратуре и прокурорах, а в государстве диктатуры пролетариата. Главное содержание деятельности органов прокуратуры, по мнению авторов, состояло в надзоре за исполнением законов военного времени, направленных на охрану общественного порядка, трудовой и государственной дисциплины, прав и законных интересов военнослужащих и их семей, охрану социалистической собственности от преступных посягательств. В то же время, поскольку работа написана в формате учебного пособия, практически никаких выводов и анализа в ней нет.

В последнее время активизировались исследования направленные на выяснение той или иной региональной специфики органов прокуратуры. В частности, С. С. Бобровский исследует место и роль прокуратуры в центральном Черноземье. Автор показывает, что в исследуемый период (1937-1954 гг.) присутствовал жесткий политический контроль по отношению к органам советской прокуратуры. Государство, отдавая предпочтение карательным органам, сводило деятельность прокуратуры практически к нулю. Помимо этого, в ходе репрессий и Великой Отечественной войны понесли потери около 2/3 наиболее опытных и квалифицированных прокурорско-следственных работников.

В работе С. Ж. Дугаровой освящаются вопросы деятельности органов суда, прокуратуры, милиции Бурятии в период социально-экономических преобразований на рубеже 1920-1930 годов. По мнению автора, особенности внутренней организации системы правоохранительных органов объяснялись максимальной централизацией государственного механизма. Структура органов суда, прокуратуры, милиции менялась в соответствии с целями и задачами государства, а содержание деятельности этих органов определялось целями и задачами социально-экономических преобразований рубежа 1920-1930 годов.

Еще одной важной работой регионального характера является труд В. И. Исаева и А. П. Угроватова Правоохранительные органы Сибири в системе управления регионом (1920-е гг.). В монографии исследуются история становления и развития звеньев правоохранительной системы: милиции, суда, прокуратуры, органов ВЧК-ОГПУ. Исследование процесса формирования правоохранительных органов ведется в контексте анализа системы управления в регионе. Освещены вопросы комплектования кадров профессиональной подготовки, материально-бытового положения сотрудников правоохранительных органов. Большое внимание уделено проблеме места и роли правоохранительных органов в системе управления советского государства, их взаимодействия с партийным и советским руководством. Основным постулатом работы является то, что органы государственной безопасности, суд и милиция работали в условиях жесткого диктата партийного руководства и главным принципом их деятельности стало вовсе не следование правовым нормам, а определяющее влияние политики и идеологии при принятии юридических, в том числе и судебных, решений. То же самое происходило и с прокуратурой поскольку к концу исследуемого периода прокуратура уже стала организацией, отстаивавшей законность, необходимую для нового курса сталинского руководства на создание административно-командной системы экономики и управления обществом.

Объектом исследования выступают органы прокуратуры Новосибирской области в 1939-1945 гг.

Предметом исследования служит процесс создания, развития и функционирования территориальных органов прокуратуры этого региона страны в указанный период.

Целью данной работы является осуществление ретроспективного анализа структуры, состава, задач органов прокуратуры Новосибирской области в предвоенное время и их трансформацию в годы войны (1938-1945 гг). Для достижения поставленной цели необходимо было сформулировать и решить ряд исследовательских задач в т. ч.:

показать процесс становления и развития органов отечественной прокуратуры с начала 1920-х годов по 1938 г.;

выявить изменения в структуре и организации региональных органов прокуратуры в период с 1938 по 1945 гг.;

показать изменение кадровой политики и кадрового состава в указанный период; прокуратура война кадровый орган

определить основные направления деятельности органов прокуратуры и их трансформацию накануне и в годы войны.

Хронологические рамки. Данная работа рассматривает развитие и деятельность органов прокуратуры Новосибирской области в предвоенное и военное время. Данный период работы всей советской прокуратуры является слабо изученным и освещенным в исторической литературе. Представляется интересным выяснить, как изменился механизм контроля над законностью в условиях жесткого кризиса, вызванного войной. Нижняя хронологическая рамка определена 1938 г., поскольку в это время завершилось образование Новосибирской области. Помимо этого, это время установления относительной стабильности и законности в деятельности прокуратуры. К тому же, изучение более раннего периода заставит обратиться к событиям 1937-38 годов, что является достаточно сложным и заслуживает отдельного исследования.

Верхняя хронологическая рамка определена 1945 годом, так как это год окончания Великой Отечественной войны. С этого времени начинается переход страны с военного на мирное время и соответствующая трансформация государственных органов, в частности прокуратуры.

Территориальные рамки включают в себя Новосибирскую область в соответствии с её административно-территориальными границами на момент её создания 28 сентября 1937 года общей площадью 590,6 тыс. км². Впоследствии, с выделением в 1943 г. Кемеровской, а в 1944 г. Томской областей, территориальные рамки сужаются до границ современной Новосибирской области. Выбор региона обусловлен тем, что Новосибирская область административным, экономическим и культурным центром Сибири. Помимо этого во время войны Новосибирская область стала одним из важнейших тыловых центров страны, что увеличило её значимость.

Методологическая основа

В основу работы положены общенаучные принципы, такие как системный подход и структурно-функциональный подход. Под системным подходом мы понимаем способ научного познания и практической деятельности, требующий рассмотрения частностей в неразрывном единстве с целым. В данном случае под системой понимается Советское государство. Прокуратура выступает здесь как подсистема, осуществляющая свою деятельность в соответствии с общей государственной политикой страны в данный период. Структурно-функциональный подход к исследованию системных объектов строится на основе выделения в социально-политических системах структурных составляющих и их роли (функций) в социально-политической системе.

В рамках исследования использованы общеисторические принципы историзма и научной объективности. Принцип историзма понимается нами как принцип подхода к действительности, которая находится в процессе постоянного изменения. Он включает в себя исследование возникновения и тенденций последующего развития явлений, рассматривает их в аспекте как прошлого, так и будущего. Он помогает установить причинно-следственную связь с учетом конкретных фактов и явлений в их развитии и взаимосвязи, а принцип научной объективности, позволяет отойти от идеологических и политических оценок событий, рассматривая их в реальном развитии.

В ходе работы использован ряд методов исторического исследования: сравнительно-исторический, проблемный, хронологический.

Источниковая база.

В основе систематизации источников лежит деление на документальные и нарративные группы. Настоящее исследование потребовало привлечения широкого круга документальных источников. Источниковой базой данной работы послужили документы Государственного архива Новосибирской области. Наиболее обширной группой источников, привлеченных к работе, стали:

. делопроизводственные документы фонда Новосибирской областной прокуратуры (Р - 20);

. документы фонда партийных организаций Новосибирской областной прокуратуры (П - 431).

Все использованные источники можно классифицировать следующим образом:

документы директивного характера;

документы отчетного характера;

административно-финансовая документация;

партийные документы.

К первой группе источников относятся общие директивные распоряжения. Они включают в себя такие виды документов как приказы, инструкции, указания, директивы, циркуляры, распоряжения руководства Новосибирской областной прокуратуры. Эти документы имеют исключительную важность для характеристики работы органов Новосибирской прокуратуры. Они содержат необходимые данные о методах и формах деятельности органов прокуратуры, позволяют увидеть состояние органов прокуратуры, поскольку в них зачастую содержится критика существующего положения. Можно проследить меры, принимаемые руководством для улучшения работы в целом, координации работы подчиненных органов. Данная группа источников это своеобразный регулятор деятельность прокуратуры. Кроме того, через эту группу источников можно проследить тенденции государственной политики в отношении правоохранительных органов и органов прокуратуры в частности. Поскольку источники директивные, то они отличаются достаточной степенью достоверности.

Вторая группа включает в себя такие виды документов как: доклады, отчеты, информации, статистические отчеты, справки подчиненных органов прокуратуры. Эта группа документов показывает состояние органов прокуратуры в целом и по отдельным вопросам. Она показывает состояние работы в области следствия, состояние в области надзора за органами НКВД, местами заключения, надзора по судебным делам и т. д. Дается информация о результатах работы органов прокуратуры, о мерах, принимаемых для борьбы с преступностью, о выполнении приказов руководства страны и руководства прокуратуры СССР и РСФСР. Также можно проследить проблемы, с которыми сталкиваются работники органов прокуратуры в процессе деятельности, и меры, принимаемые руководством для оказания помощи. Немаловажно то, что отчеты составлялись достаточно объективно и зачастую не скрывались недостатки в работе. Достаточно интересным с нашей точки зрения является пласт документов, посвященный проблемам кадрового состава, поскольку источники располагают достаточно большой информацией о состоянии в кадровой сфере. Они показывают состояние в области образования, подготовки, опыта работы. Помимо этого имеются данные о перемещениях и назначениях отдельных работников прокуратуры, что позволяет проследить политику руководства.

К третьей группе источников относятся штатные расписания, сметы административно-финансовых расходов, финансовые отчеты о расходовании бюджетных средств, разъяснительные записки к отчетам. Эти документы показывают структуру органов прокуратуры Новосибирской области, количество сотрудников, ставки. Финансовые документы позволяют рассмотреть вопросы материального обеспечения, проследить распределение и расходование выделяемых средств.

Четвертая группа представляет собой протоколы оперативных совещаний, протоколы собраний парторганизации Областной прокуратуры, партийные характеристики, личные дела. Эти документы охватываю достаточно широкую сферу деятельности областной прокуратуры, поскольку затрагивают практически все вопросы. Они позволяют составить представление о том, что творилось внутри органов прокуратуры, об отношениях между сотрудниками, об оценке деятельности руководства и штатных сотрудников прокуратуры партийными органами. Помимо этого, по ним можно проследить задачи, возлагаемые на органы прокуратуры, партийным руководством. Также данная группа источников дает ценный биографический материал.

Другим типом источников, использованных в работе, являются законодательные источники. Нормативно-правовые акты изданы в тематическом сборнике История советской прокуратуры в важнейших документах и представляют собой собрание законодательных и иных нормативных актов касающихся деятельности прокуратуры. В него вошли законы, постановления и указы ЦИК и СНК СССР, приказы Прокурора СССР. Эти нормативные документы являлись правовой базой, определившей организационное построение органов советской прокуратуры, цели, задачи и направления их деятельности.

Несмотря на все разнообразие источников можно выделить и ряд проблем, с которыми столкнулся автор в процессе работы. Прежде всего, это неполнота источниковой базы. В силу разных причин отсутствуют данные по некоторым вопросам за 1942 г., а за вторую половину 1944 г. и первую половину 1945 г. данных нет вообще. Помимо этого некоторые виды источников одной тематики зачастую различаются объемами приводимой информации, стилем изложения, различаются по структуре, что затрудняет их изучение. Но отложившиеся в архивах материалы в совокупности позволяют исследовать основные условия и направления развития и деятельности органов прокуратуры Новосибирской области в указанный период. Принимая во внимание особенности источников, автор считает допустимым по некоторым вопросам отойти от заявленных хронологических рамок для наиболее полного освещения темы.

Глава 1. История организации и структура органов прокуратуры Новосибирской области


§ 1. Развитие органов прокуратуры


Декретом № 1 СНК РСФСР "О суде" от 22 ноября 1917 года были упразднены дореволюционный суд, институты судебных следователей и прокурорского надзора. Некоторые прокурорские функции возлагались на различные государственные органы: ВЦИК, СНК, Народные комиссариаты юстиции, исполкомы Советов.

Институт прокуратуры в Западной и Восточной Сибири был упразднен в декабре 1917 г. - феврале 1918 г., а летом 1918 г., после изменения обстановки в Сибири, Омская и Иркутская судебные палаты и стоящие при них чины прокурорского надзора были вновь восстановлены Временным Сибирским правительством. Окончательно прокуратура в её прежнем виде была упразднена в Западной Сибири в ноябре-декабре 1919 г., в Восточной Сибири - феврале 1920 г.

С окончанием гражданской войны необходимость создания в стране единого специального государственного органа, обеспечивавшего контроль над правопорядком, становилась все более очевидной. В интересах борьбы с преступностью, 28 мая 1922 г. постановлением ВЦИК была учреждена государственная прокуратура. Согласно постановлению, перед прокурорами ставились следующие функции:

Осуществление надзора от имени государства за законностью действий всех органов власти, хозяйственных учреждений, общественных и частных организаций и частных лиц и опротестования нарушающих закон постановлений и распоряжений.

Возбуждение уголовного преследования против лиц, нарушающих уголовные законы.

Непосредственное наблюдение за деятельностью следственных органов дознания в области раскрытия преступления, а также за деятельностью органов государственного политического управления.

Поддержка обвинения в суде.

Наблюдение за правильностью содержания заключенных под стражей.

Положение о прокурорском надзоре определяло следующее организационное построение органов прокуратуры: она входила в качестве отдела в состав Народного Комиссариата Юстиции (НКЮ), прокурором являлся народный комиссар юстиции (первым прокурором республики стал Нарком юстиции СССР Д. И. Курский). По мысли В. И. Ленина, прокуратура должна была быть образована не только как орган обвинения, но и как орган, осуществляющий государственный надзор за точным исполнением законов на всей территории Российской Федерации. А это означало, что прокуратура на местах должна была подчиняться только прокуратуре республики, минуя исполкомы. Однако на деле этого никогда не было.

и 26 июня 1922 г. ВЦИК рассмотрел и утвердил штаты отдела прокуратуры НКЮ, а 29 июня - штаты губернских прокуроров. В Наркомюсте был организован отдел Государственной прокуратуры (6-й отдел) со следующими подотделами: общего надзора, надзора за органами следствия и дознания, государственного обвинения и секретариата. Штаты отдела включали одного старшего помощника прокурора республики, четырех прокуроров при НКЮ, четырех - при Верховном трибунале, тридцать военных прокуроров, шестьдесят губернских и областных, восемь следователей по важнейшим делам, двенадцать помощников прокуроров и необходимый технический персонал.

Губернская прокуратура должна была иметь отделение общего надзора и наблюдения за местами заключения, по организации обвинения и надзора за следованием и дознанием (включая органы ГПУ) и секретариат. Для местных прокуратур предусматривались следующие штаты: губернский, три его помощника в городе (один при трибунале, двое при совнарсуде), по одному помощнику на каждый уезд, три консультанта и технический персонал.

Организация прокуратуры в Сибири была насущным вопросом. Сибирь представляла собой огромную территорию с населением около 13 млн. чел. К марту 1922 г. на сибирской территории работало 275 народных судов , 7 губернских, 3 железнодорожных трибуналов и 152 следователя. 6 августа 1922 г. Прокурор республики назначил прокурора Сибирского отделения Верховоного трибунала ВЦИК (Сиботделение Верхтриба). Отделение сменило действовавший в Сибири в 1920 г. - августе 1922 г. отдел юстиции Сибревкома. При прокуроре Сибирского отделения Верховного трибунала работали:

помощники прокурора - 3

секретарь - 1

помощник секретаря - 1

делопроизводитель - 1

машинистки - 2

кочегары - 2

Возникновение прокуратуры в губерниях Сибири относится к сентябрю 1922 г. 25 октября 1922 г. приказом Народного Комиссара юстиции и прокурора Республики прокурор Сиботделения верхтриба был назначен областным прокурором Сибири со всеми вытекающими отсюда последствиями, правами и обязанностями. На него возлагалось общее руководство и наблюдение за деятельностью всех губпрокуроров Сибири. Все отчеты губернских прокуроров должны были предварительно направляться к областному прокурору Сибири и с его заключением и общей сводкой - в отдел прокуратуры НКЮ. Заместитель прокурора занимался технической подготовкой по сводке материалов ежемесячных отчетностей губпрокуроров Сибири, а областной прокурор давал общее заключение по отчетности дел НКЮ.

Областной прокурор, являясь представителем прокурора Республики в Сибири, наблюдая за работой прокуратуры и следственных органов, получал периодические отчеты о деятельности от губернских прокуроров Сибири, производил ревизии их делопроизводство, давал указания, возбуждал судебные преследования и выступал в качестве обвинителя по любому процессу в Сибири, имеющему серьезное значение. В свою очередь областной прокурор в деятельности своей в установленном порядке и в установленные сроки отчитывался перед прокурором Республики. Что касается штатного количества помощников областного прокурора, то указанное в штатном расписании минимальное количество необходимо было для очередных выступлений в качестве обвинителей по назначению прокурора.

Основополагающее значение для деятельности прокуратуры имело Положение о судоустройстве в РСФСР. 7 июня 1923 г. Положение было дополнено главой о государственной прокуратуре РСФСР. Положение значительно оживило работу прокуратуры, детализировало её структуру, вводило организацию областной прокуратуры наряду с губернской.

июня 1923 г. прокурор Республики утвердил Положение об областной прокуратуре. Особое значение придавалось организации областной прокуратуры в Сибири и на Дальнем Востоке ввиду отдаленности их от центра, их экономических и политических особенностей.

Положение предполагало непосредственное осуществление областным прокурором надзора за деятельностью административных органов (в том числе Сибревкома) и всех иных органов и учреждений областного масштаба, направление и надзор за деятельностью подведомственных ему губерниях прокуроров, издание в необходимых случаях циркуляров, инструкций и распоряжений, как общего характера, так и по отдельным вопросам. Этим правом наделялась только областная прокуратура Сибири и Дальнего Востока. Правовая регламентация деятельности областной прокуратуры вызывалась необходимостью объединения деятельности губернских прокуроров, связи между ними и прокуратурой Республики.

К 1923 году в состав Сибирской областной прокуратуры входили следующие губернские прокуратуры:

. Новониколаевская

. Томская

. Омская

. Алтайская

. Енисейская

. Иркутская

. Бурято-Монгольская

. Ойротская.

Штаты областной прокуратуры на 10 ноября 1923 г. были следующими:

прокурор - 1

ответственный сотрудник для поручений - 1

секретарь - 1

бухгалтер - 1

делопроизводитель - 1

машинистка - 1

курьер-кучер - 1

В деятельности Сибирского прокурорского аппарата можно выделить два отдельных периода: первый период начинается с момента возникновения прокуратуры и оканчивается приблизительно началом 1923 г. и носит характер чисто организационной работы. Прокуратура должна была прежде всего найти свое место в общей системе госорганов, прочно его занять, а тогда уже, постепенно поднимая свой авторитет и популярность среди населения, приступить к неуклонному выполнению возложенных на нее задач.

Второй период охватывает собою 1923 г. и является по характеру своей работы и достигнутым результатам совершенно иным, т. к. именно в этот период началась фактическая работа по проведению в жизнь принципов революционной законности и по осуществлению тщательного надзора за закономерностью действий госорганов и различных хозучреждений, а также работа по постановке органов дознания и следствия и по налаживанию связи с населением города и деревни.

Новая реорганизация прокуратуры Сибири началась в октябре 1925 года и она была связана с районированием края. Окончательное свое оформление она получила только к январю 1927 г. В 1925 г. был образован Сибирский край из 6 бывших губерний и 1 области, в который вошли 19 округов, 1 область, 69 участков.

На реорганизацию прокуратуры, кроме административных перемен в крае, повлияло принятие Положения о судоустройстве РСФСР 1926 г. Согласно положению 1926 г. все губернские и уездные прокуратуры с 1 октября 1925 г. расформировывались и учреждались управления старшего помощника краевой прокуратуры Сибири по округам, а также управления помощников краевого прокурора по участкам. Новониколаевское управление областного прокурора было преобразовано в управление краевого прокурора Сибири. Краевой прокурор назначался и увольнялся прокурором Республики. При нем состояли два заместителя, а также его помощники, действовавшие как при управлении краевой прокуратуры, так и на местах. Помощники, стоявшие во главе прокуратур округов, именовались окружными прокурорами. Помощники, возглавлявшие прокурорские участки, образуемые из нескольких районов, именовались участковыми прокурорами и подчинялись окружному прокурору. Помощники, работавшие непосредственно при управлении краевой прокуратуры, именовались камерными помощниками.

Права и обязанности краевого прокурора регламентировались Положением о прокуратуре, соответствующими статьями Уголовно-Процессуального и Гражданско-Процессуального кодекса и Положением о судоустройстве, а также распоряжениями центральной прокуратуры. В своей деятельности он руководствовался следующим:

а) в пределах края выполнял функции, предусмотренные ст. 78 Положения о судоустройстве, причем в отношении органов и учреждений краевого масштаба непосредственно, а на местах - через соответствующих старших помощников краевого прокурора;

б) осуществлял всестороннее руководство, направление и надзор за деятельностью всех подведомственных ему помощников краевого прокурора и в соответствии с этим издавал в необходимых случаях циркуляры, инструкции, приказы и распоряжения, как общего характера, так и по отдельным вопросам;

в) представлял периодически отчеты в центральную прокуратуру о деятельности прокурорского надзора в пределах края.

Старшие помощники краевого прокурора и прокурор действовали на основании тех же документов, а также инструкций и распоряжений краевого прокурора, в частности, прокурор распределял работу между помощниками краевого прокурора, производил регулярные ревизии с немедленным представлением копий актов ревизий краевому прокурору.

На старших помощников прокурора в тех округах, где имелись судебно-кассационные сессии краевого суда, помимо выполнения функций окружного помощника прокурора, возлагалось:

а) участие в судебных и распорядительных заседаниях сессий краевого суда;

б) Непосредственное опротестование в кассационном порядке определений, приговоров и решений Краевого суда с немедленным сообщением копии протеста краевому прокурору.

Недостаточное количество работников и особенно квалифицированных требовало интенсивного руководства со стороны вышестоящих органов. Как руководящий орган, краевая прокуратура должна была иметь полный и квалифицированный состав работников, знакомых с условиями работы в Сибирском крае. Значительным затруднением в работе являлось неоднократное изменение установленных на 1925-26 годы штатных расписаний, присылаемых отделом прокуратуры НКЮ. Первоначально штаты были установлены для 59 участковых прокуратур, но к открытию разрешены были только 44. В конце июля разрешено было открыть остальные 15 участков, к организации которых приступили с августа. В сентябре были спущены новые штатные расписания на 1926-27 гг, определявшие число участков 69, а уже 5 - 6 ноября в связи с районированием бывшей Иркутской губернии, поступили окончательно утвержденные штатные расписания в которых число участков было определено в 66.

До районирования в Сибирском крае было 98 прокуроров, после 159, из которых 66 работали в участках, преимущественно в деревне. В среднем 1 прокурор обслуживал 4 района с территорией в 64 тыс. км². и 122 тыс. человек населения.

Общий надзор осуществлялся прокуратурой в целях борьбы с нарушителями революционной законности; занимал одно из видных мест в работе прокурорского надзора. Осуществлялся он путем участия в заседаниях исполкомов, предварительного и последующего просмотра обязательных и других постановлений, опротестования незаконных постановлений; путем обследования административных органов; участия в заседаниях Сибкрайисполкома, окружных и районных исполкомов, сельсоветов; путем рассмотрения жалоб частных лиц и учреждений.

Работа по общему надзору краевой прокуратуры распределялась в 2-х направлениях: непосредственный надзор за краевыми органами власти, и руководство работой окружных прокуратур. Непосредственной работой по надзору за судебными органами в Краевой прокуратуре являлся надзор за деятельностью краевого суда, как судебного органа. Основной деятельностью прокуратуры в этой области работы было участие в заседаниях президиума и пленума Сибкрайсуда. Все они проходили с участием либо краевого прокурора, либо лица, его заменяющего.

Работники органов прокуратуры выполняли политическую работу: делали доклады на правовые темы, выступали в органах печати со статьями и заметками. Они знакомились со всеми газетами края и принимали меры к расследованию заметок рабселькоров, на прокуратуре лежала обязанность организации общественного обвинения - выступления населения в суде в качестве обвинителей. Общественных обвинителей в Сибири было свыше 1000 человек. С ними работники прокуратуры регулярно проводили беседы и курсовые занятия, выступали с ними совместно на суде. Вся их работа велась под руководством прокуратуры. Оказание юридической помощи населению выражалось в организации столов справок и юридических бюро, даче советов и консультаций.

Работа в деревне заключалась в выездах в деревню с дачей юридических советов, обследовании низовых органов власти (райисполкомов, сельсоветов, земельных комиссий и пр.), принятии жалоб, опротестовании постановлений административных органов, возбуждении против представителей низового аппарата дисциплинарных и уголовных преследований.

Особое значение в данных условиях приобретала правильная постановка работы краевой прокуратуры по руководству местами. Если областная прокуратура в силу своей организационной структуры не могла руководить в полном объеме работой губернских прокуратур, то после районирования краевая прокуратура по своему организационному построению, являлась связующим центром всех органов прокуратуры Сибирского края, должна была полностью осуществить руководство работой мест. Количественное увеличение административных единиц увеличило во много раз работу даже по ее объему. Если областная прокуратура имела дело с 5-ю губерниями, то теперь приходилось руководить работой 16-ти округов, одной губернии и одной автономной области. Вместе с увеличением объема расширялось содержание работы. Укреплялась связь краевой прокуратуры с местами, руководство распространялось не только на округа, но и на участки, которые больше всего в нем нуждались.

Достаточно важной работой было привлечение рабочих и крестьян к общественному обвинению. Всего по Сибири в 1924 г. - 304 общественных обвинителей, а в 1925 г. зарегистрировано 508 выступлений общественных обвинителей в судебных процессах, которые поощрялись прокурором области. Работа общественных обвинителей систематически обобщалась. После тщательного изучения их работы выявлялись кандидаты на выдвижение на работу в органы прокуратуры.

В целях координации деятельности административных органов по борьбе с преступностью при губернских прокуратурах систематически проводились совещания. Деятельность прокуратуры была весьма широкой - от общенародных проверок и многообразных форм реагирования на нарушения законности до снабжения органов милиции и дознания юридической литературой.

Прокуратура Сибири развивалась в соответствии с возложенными на нее задачами и отзыва местных партийных органов свидетельствовали о доверии, которым прокуратура пользовалась у местных организаций, учреждений и у населения.

Воспитанию кадров в прокуратуре уделялось большое внимание. В 1929 г. партийная прослойка в прокуратуре Сибирского края по сравнению с 1926 г. увеличилась до 93%. Прокуратура была очищена от классово чуждых и бюрократических элементов. Все эти меры способствовали улучшению деятельности прокурорского надзора. Однако в связи с нехваткой в крае юристов не только специальный, но и общеобразовательный уровень прокуроров был низким. На 1 октября 1926г. 59% всех сотрудников имели низшее образование, 27% среднее и только 13% высшее.

С целью переподготовки работников прокуратуры и др. органов юстиции в г. Омске и в г. Иркутске работали юридические курсы. В 1926-29 гг. на них обучалось 334 чел. Для обучения рабочих-выдвиженцев прокуратуры многих округов организовали специальные вечерние курсы.

История и деятельность прокуратуры Новосибирской области неразрывно связана с историей организации территории области. В административно-территориальных преобразованиях Сибири можно выделить следующие периоды:

С августа 1920 года по декабрь 1925 года - губернская система: губерния, уезд, волость.

С декабря 1925 года по август 1930 года - окружная система: край, округ, район.

С августа 1930 года по 1987 год - районная система. 23 июля 1930 года ЦИКявлялась связующим центром всех органов прокуратуры Сибирского края, должна была полностью объемеработой губернских прокурату и СНК СССР приняли постановление о ликвидации округов. Из Сибирского края были образованы Восточно-Сибирский и Западно-Сибирский края.

Постановлением ЦИК СССР от 28 сентября 1937 года край был разделен на Новосибирскую область с центром в Новосибирске, и Алтайский край с центром в г. Барнауле.

В последующие годы происходят местные административно-территориальные преобразования и связанные с ними изменения в штатном расписании областной прокуратуры.

Важные изменения, происходившие в системе союзной и республиканской прокуратуры, также влияли на организацию деятельности подчинявшейся им краевой (областной) прокуратуры. Ниже приводятся важнейшие моменты этих изменений:

августа 1928 г. - преобразование отдела прокуратуры Наркомата в управление прокуратуры. Его возглавлял заместитель наркома юстиции РСФСР. В июне 1933 года, в целях дальнейшего укрепления социалистической законности - создание союзной Прокуратуры. Объединение органов прокуратуры в союзном масштабе. Возложение на Прокурора СССР руководства деятельностью прокуратур союзных республик. Но централизация при этом не была доведена до конца. Прокуроры республик оставались по-прежнему в системе Наркоматов юстиции и, таким образом, подчинялись не только прокурору СССР, но и Наркому юстиции СНК и ЦИК своей союзной республики.

декабря 1933г. ЦИК и СНК СССР утвердили Положение о Прокуратуре СССР. Основной задачей прокуратуры СССР являлось укрепление социалистической законности и охрана общественной собственности от покушений со стороны противообщественных элементов на всей территории страны. Этим положением создавалась единая общесоюзная система органов прокуратуры. Во главе советской прокуратуры стоял Прокурор СССР (первым прокурором СССР был И. А. Акулов), который назначался ЦИК СССР и был ответственен перед ним, его Президиумом и перед СНК СССР. Прокурор СССР по согласованию с ЦИКом союзной республики назначал и отзывал прокуроров республик. С его согласия прокуроры союзных республик назначали и отзывали прокуроров автономных республик, краев и областей. При прокуроре ССР состояли старшие помощники и помощники прокурора СССР. Старшие помощники прокурора СССР утверждались президиумом ЦИК СССР по представлению прокурора СССР. Заместители старших помощников прокурора СССР и помощники прокурора СССР, ведающие отдельными частями работы, назначались прокурором СССР. Также при прокуратуре СССР состояли следователи по важнейшим делам, действовавшие на всей территории СССР по полномочию прокурора СССР, а также прокуроры отделов прокуратуры СССР.

Согласно "Положению о прокуратуре" от 1933 г на прокуратуру СССР возлагался надзор за законностью постановлений и распоряжений ведомств Союза, союзных республик и подчиненных им учреждений, наблюдение за правильным и единообразным применением законов судебными учреждениями, возбуждение уголовного преследования и поддержание обвинения в судебных инстанциях на всей территории СССР, надзор за законностью и правильностью действий ОГПУ, милиции и исправительно-трудовых учреждений.

На прокуратуру СССР было возложено и общее руководство деятельностью прокуратур республик. Прокурор СССР имел право участвовать в заседаниях Президиума ЦИК, СНК, Совета Труда и Обороны, Комиссии исполнения при СНК СССР. Он был наделен правом законодательной инициативы. Указания и распоряжения Прокуратуры СССР являлись обязательными для всех без исключения органов прокуратуры сверху донизу, что составляло основу принципа централизации прокурорских органов.

До учреждения Прокуратуры СССР главная военная прокуратура под названием Центральной военной прокуратуры входила в систему Верховного Суда СССР. После организации Прокуратуры СССР военная прокуратура вошла в ее систему, а главный военный прокурор возглавил управление военной прокуратуры в составе Прокуратуры СССР.

С образованием Прокуратуры СССР по постановлению ЦИК и СНК СССР от 27 августа 1933 г. железнодорожная прокуратура, находившаяся до этого в системе прокуратур союзных республик, была полностью централизована и подчинена Прокурору СССР, на всех железных дорогах созданы прокуратуры дорог и участков со следственным аппаратом. В составе Прокуратуры СССР была создана Главная транспортная прокуратура, которая осуществляла руководство прокуратурами железных дорог. 7 июня 1934 г. «в целях борьбы с нарушениями социалистической законности, охраны социалистической собственности и укрепления дисциплины на водном транспорте» была организована воднотранспортная прокуратура, которой подчинялись прокуратуры всех морских и речных бассейнов.

В июле 1936 г. - полная централизация Прокуратуры. С образованием Наркомата юстиции СССР прокуратура РСФСР вышла из состава Наркомата юстиции РСФСР и стала самостоятельным независимым органом, подчинявшимся лишь прокуратуре СССР.


§ 2. Организация и структура


Согласно постановлению СНК СССР от 5 ноября 1936 г. структура прокуратуры СССР была следующей: Главная военная прокуратура, главная прокуратура железнодорожного транспорта, главная прокуратура водного транспорта, отдел общего надзора, уголовно-судебный отдел, гражданско-судебный отдел, следственный отдел, отдел по специальным делам, отдел по надзору за местами заключения, отдел по жалобам, отдел кадров, группа учета и информации, особый сектор, управление делами, секретариат. Подобная структура была установлена для прокуратур союзных и автономных республик, краев и областей (в том числе и в Новосибирской).

В штате областной прокуратуры в 1938 г. состоял прокурор области, заместитель, 10 прокуроров отделов, 15 прокуроров и следователей. В 1940 г. в структуре центрального аппарата обл. прокуратуры был образован отдел по надзору за органами милиции со штатом в 8 человек. Помимо этого был расширен отдел по спецделам, количество сотрудников которого было увеличено до 12 человек. Это объяснялось спецификой задач, возложенных на этот отдел (см. ниже) и общим увеличением работы этого отдела в связи с ликвидацией перегибов 1937-38 гг. В то же время подлежали ликвидации отделения центрального аппарата.

В 1941 г., после начала войны, количественный состав аппарата изменился. Уменьшилось общее количество служащих и составило 63 чел. (87 чел. в 1939 г.). Соответственно штат отделов прокуратуры уменьшился на 2-3 человека, что было связано с мобилизациями в Красную Армию.

К 1943 году общее количество сотрудников центр. аппарата вновь подверглось увеличению и составило 84 чел. В отделе кадров появился нач. отдела. Количество сотрудников в отделах увеличено на 2-3 человека.

Административные перекройки Новосибирской области (выделение из её территории Кемеровской и Томской областей) не затронули областной аппарат Новосибирский прокуратуры. В 1944 г. количество сотрудников аппарата уменьшилась незначительно и составило 77 человек.

На отделы областного аппарата были возложены следующие задачи: отдел общего надзора осуществлял надзор за соблюдением законности в административных учреждениях и организациях, руководил работой по общему надзору в подчиненных прокуратурах, разрабатывал соответствующие мероприятия по дальнейшему совершенствованию этой работы. На него была возложена задача подготовки и проведения через областного прокурора всей работы, связанной с осуществлением общего надзора за законностью действий органов власти Новосибирской области. Он разрабатывал инструкции и приказы областного прокурора по общему надзору, давал заключения и соображения по отчетам и актам ревизий окружных прокуратур в части, касающейся общего надзора, наблюдал и руководил через областного прокурора оперативной работой периферийных прокуратур в области осуществления общего надзора, путем дачи разъяснений и указаний. Помимо этого, в его функции входило разрешение жалоб на действия и постановления административных органов и должностных лиц и представление в соответствующих случаях заключений областному прокурору по вопросу о возбуждении уголовного и дисциплинарного преследования, использование прессы в целях осуществления общего надзора, путем расследования по заметкам, имеющим краевое значение, а также и наблюдением за этой работой окружных прокуратур.

Следственный отдел занимался вопросами расследования по наиболее сложным делам, организовывал совместно с органами охраны общественного порядка мероприятия по раскрытию и расследованию этих преступлений, руководил работой по расследованию в подчиненных прокуратурах, осуществлял надзор за соблюдением законности в деятельности следственного аппарата и органов дознания, обобщал опыт следственной работы, давал методические указания по вопросам расследования и принятия мер к предупреждению преступлений, по организации надлежащего взаимодействия с административными органами и общественностью. Следственный отдел руководил органами следствия в Новосибирской области. Также разрабатывал указы и инструкции, принимал участие в обследованиях следственных камер. В его функции входило непосредственнее наблюдение за работой следователей по важнейшим делам, а также непосредственное наблюдение за работой милиции и розыска.

Отдел по спецделам осуществлял аналогичные со следственным управлением полномочия в отношении дел, по которым дознание и предварительное следствие ведется органами Государственной безопасности. Прокуроры этого отдела поддерживали государственное обвинение и осуществляли надзор за законностью приговоров и определений, вынесенных по определенной категории дел. В его задачи входило непосредственное наблюдение за НКВД по области и составление заключений по поступающим из этих органов делам, рассмотрение жалоб на действия НКВД и жалоб административно-ссыльных, наблюдение за арестантскими помещениями при НКВД, а также ведение секретного делопроизводства.

Уголовно-судебный отдел проверял законность и обоснованность приговоров и определений судебных органов, подготавливал протесты в порядке надзора, руководил работой по судебному надзору в подчиненных прокуратурах, организацией выездных процессов, привлечению общественности к борьбе с правонарушениями.

Гражданско-судебный отдел осуществлял в области гражданского судопроизводства полномочия, аналогичные с отделом по надзору за законностью рассмотрения уголовных дел в судах.

Отдел по надзору за местами заключения следил за соблюдением законности в местах лишения свободы, руководил этой работой в подчиненных прокуратурах, разрабатывал мероприятия по обеспечению полного исправления и перевоспитания осужденных. В его функции входил учет и изучение жалоб заключенных и построение выводов из результатов этого изучения, участие в укомплектовании комсостава мест заключения, разработка циркуляров и инструкций по наблюдению за местами заключения, дача указаний окружным прокуратурам по отдельным конкретным вопросам по работе мест заключения. Помимо этого он наблюдал и принимал участие в работе Комитета по оказанию помощи освобожденным из мест лишения свободы.

Структура по прокуратурам округов, городов, городских и сельских районов Новосибирской области в 1940 г. была следующей:

Городские: Сталинская, Кемеровская, Прокопьевская, Томская, Ленинск-Кузнецкая, Анжеро-Судженская, Киселевская, Осинники, Тайгинская. Горпрокуратура г. Новосибирска была образована в 1944 г.

Районы в городах: Новосибирск - Дзержинская, Когановическая, Октябрьская, Кировская, Первомайская, Центральная, Иподромская, Заельцовская; Томск - Кировская, Вокзальная, Куйбышевская; Кемерово - Рудничная, Кировская.

Город. сельские: Новосибирская, Кузнецкая, Прокопьевская, Ленинск-Кузнецкая, Томская, Анжеро-Судженская, Кемеровская, Киселевская.

А также 54 сельских и 14 районных.

В 1941 г. была создана Беловская гор. прокуратура со штатом в 3 оперативных единицы (прокурор, пом. прокурора, нарследователь). В 1942 г. в г. Кемерово была образована горрайпрокуратура центрального района в составе 4 оперативных единиц. Возросшее во время войны значение города Сталинска проивело к тому, что в составе гор.прокуратруры было образовано 3 горрайпрокуратуры (Куйбышевского, Старо-Кузнецкого и Орджоникидзевского районов). В 1943 и 1944 годах были проведены административно-территориальные деления Новосибирской области и штаты местных прокуратур были значительно уменьшены.

С целью укрепления органов прокуратуры в сентябре 1943 г., указом Президиума Верховного Совета СССР, в прокуратуре была введена система классных чинов, а постановлением СНК СССР введена форменная одежда. Для прокурорско-следственных работников органов прокуратуры были установлены следующие классные чины: Действительный государственный советник юстиции - высший классный чин, присваиваемый Указом Президиума Верховного Совета СССР; Государственный советник юстиции 1, 2 и 3-го классов - чины, присваиваемые Прокурором СССР.

Действительный государственный советник юстиции и Государственные советники юстиции 1, 2 и 3-го классов относились к высшему составу прокурорско-следственных работников. К старшему составу относились Старший советник юстиции, Советник юстиции, Младший советник юстиции.К среднему составу - юрист 1-го класса, юрист 2-го класса, юрист 3-го класса, младший юрист.

Согласно положению о классных чинах работников органов Прокуратуры СССР перечисленные выше гражданские чины присваивались прокурорско-следственным работникам, исходя из занимаемой ими должности, аттестации, образования и служебного стажа. Продвижение прокурорско-следственных работников по работе производилось, как правило, с присвоением очередного классного чина.

Сроки пребывания в каждом чине устанавливались в зависимости от классного чина и от наличия или отсутствия у работника высшего юридического образования от 1 до 4 лет. Сроки выслуги для чинов 4-го и выше классов не устанавливались. Производство в чин этих классов могло быть только в случаях: а) повышения по должности, б) за особые отличия в работе по ходатайству прокуроров республики, краев и областей.

Постановление о введении форменной одежды вводило для прокурорско-следственных работников органов прокуратуры СССР парадную и повседневную (зимнюю и летнюю) форменную одежду, утверждало правила ношения, образцы и описание знаков различия. В приложении к постановлению указывалось, что парадная форма одежды надевается на сессии Верховного совета, на съезды и конференции ВКП (б), при личных встречах высокого уровня, в дни праздников, при участии в рассмотрении дел в Верховном суде и т. п. Во всех остальных случаях носилась повседневная форма. Особо оговаривалось обязательное ношение формы при исполнении служебных обязанностей.

Финансовое обеспечение органов прокуратуры характеризовалось следующими цифрами: согласно смете административно-управленческих расходов на прокуратуру Новосибирской области в 1939 г. было выделено 4300 тыс. руб, из которых 3014 тыс. составляли средства на выплату зарплаты, включая премиальные, надбавки за секретную работу и надбавки за работу в отдаленных областях. Основной фонд зарплаты составлял 2 млн. 710 тыс. руб. + 49 тыс. составляли премиальные и надбавки за секретную работу и работу в отдаленных местностях. Надбавки за секретную работу назначались сотрудникам имевшим доступ к закрытой информации.

В следующем, 1940 году сметой было утверждено 4905 тыс. руб. На выплату зарплаты выделялось 3725 тыс. руб., из которых 3530 тыс. составлял основной фонд зарплаты, и 110 тыс. включали в себя премиальные, надбавки за секретную работу и за работу в отдаленных областях. Помимо этого 85 тыс. составляла зарплата внештатным сотрудникам, чего не было в 1939 г. В 1942 г. на облпрокуратуру было выделено 5400 тыс. руб. из них 4220 тыс. на зарплату. Основной фонд зарплаты составил 3973 тыс. руб. + 305 тыс. (премирования, персональные оклады, надбавки за отдал. местность и спецнадбавки, выходные пособия и компенсация за отпуск). В 1943 г., в связи с административным делением области, областная прокуратура получила 4224 тыс. руб., из которых 3333 тыс. составляли средства на выплату заработной платы. В 1944 г. цифры составили 3836 тыс. руб. и 2860 тыс. руб. соответственно. Помимо зарплаты, средства расходовались на административно-хозяйственные нужды (наём и содержание помещений, ремонт, канцелярские расходы и т. д.).

Зачастую в дополнительных записках к годовому финансовому отчету сообщалось о недостаточности выделяемых средств. Например, в 1939 г. был допущен перерасход выделенных средств поскольку в течение 1939 г. организовано 27 вновь открытых райпрокуратур, на оборудование которых требовались очень большие средства. Подобные проблемы имели место и в 1940 г. поскольку в этот год были вновь организованны 5 райпрокуратрур, без отпуска дополнительных штатных единиц и средств на организационные расходы. Эти райпрокуратуры организовывались и снабжались, необходимым инвентарем, путем изъятия этого имущества от других райпрокуратур. Кроме этого, с 1.11. 1940 г. оперативным работникам полагалась прибавка к зарплате, но ввиду недоассигнования дополнительных средств, их пришлось выделись из хозяйственных средств.

Традиционной проблемой являлась проблема с жилыми и рабочими помещениями, которая в годы войны обострилась еще больше. В июне 1941 г. на заседании партбюро парторганизации областной прокуратуры был заслушан доклад облпрокурора К. Я. Румянцева о состоянии жилфонда, который отметил, что дома, в которых проживают сотрудники прокуратуры, находятся в запущенном состоянии, требуют капитального ремонта. На Румянцева возлагалась задача принять все зависящие меры к приведению жилищного фонда надлежащее состояние, для чего перед прокуратурой РСФСР нужно было поставить вопрос об отпуске средств.

Достаточно тяжелая ситуация складывалась и с помещениями под райпрокуратуры, которые также нуждались в строительстве и капитальном ремонте. Райисполкомы не могут представить надлежащих помещений и за отсутствием средств не производят никакого ремонта, но идя навстречу в разрешении этого наболевшего вопроса, безвозмездно передают дома по балансовой стоимости в собственность райпрокуратур. В 1940 г. Беловским, Зырянским и Купинским райисполкомами были переданы дома в собственность райпрокуратур. Данная проблема имела место в течение всего рассматриваемого периода и к концу войны положение не улучшилось.

В 1941 г. в связи с началом войны возникли некоторые проблемы с финансированием хозяйственных расходов. В частности, на отопление помещений было выделено всего 32 тыс. руб., хотя в 1939 и 1940 гг. было выделено 52 тыс. руб. и 78 тыс. руб. соответственно. Учитывая длительность сибирской зимы в семь месяцев, на каждую точку по смете мы могли выделить только по 250 руб. безотносительно в какой местности находится прокуратура, а ведь 40% районов находится в безлесистой местности. В результате к концу года имелся перерасход средств, который доходил до 100%. В 1943 г. на отопление также было выделено порядка 32-33 тыс. руб., но, учитывая административное деление, этих средств было достаточно.

Подобная проблема имелась и с содержанием гужевого транспорта, поскольку не хватало средств на его содержание. Назначенные по смете на содержание транспорта 50 т. р. крайне недостаточны, т. к. в среднем приходится 500 руб. в год на прокуратуру или по 45 руб. в месяц, тогда как только один овес стоит в месяц 50-70 руб.. В 1939 г. и в 1940 г. на содержание гужевого транспорта выделялось 69 и 49 тыс. руб. соответственно, но поскольку рыночные цены на корм в довоенное время были значительно ниже, то этих средств было достаточно. В 1943 и 1944 гг. на содержание транспорта выделялось также порядка 60-65 тыс. руб., что в условиях сокращения территории НСО было достаточно.

Средняя месячная заработная плата на одного работника в 1939, 1941 и 1942 составляла 352, 424 и 509 рублей соответственно. Эти цифры включали в себя не только оперативный состав, но и технический и обслуживающий персонал. Динамику развития заработных выплат оперативно-следственного состава можно представить в виде следующей таблицы:


Таблица 2

Динамика развития среднемесячных выплат по Прокуратуре Новосибирской области в 1938-1945 гг.*

ГодОбластной аппаратпериферия19386645161939-5001940-660194110307401942-81719431160-19441160-1945(1)1038-* Составлено по: ГАНО, ф. Р-20, оп. 1, д. 258, л. 4-7; д. 275, л. 8-11; д. 288, л. 1-5, д. 304, л. 1, д.325, л. 1, д. 247, л. 3-8


Хотя рост заработной платы был налицо, это не меняло положения служащих, поскольку в условиях войны был неизбежен быстрый рост рыночных цен. В 1942 г. они превышали в 7 раз, а в 1943 г. в 15 раз уровень цен 1941 г. и превышали уровень пайковых цен в 20 раз. При среднемесячной заработной плате рабочих и служащих города, составлявшей около 400 руб. в денежном исчислении того времени, 1 кг картофеля на Ипподромском рынке в мае 1943 г. стоил 45 руб., квашеной капусты - 40, моркови - 65, говядины - 400, свинины - 500, сливочного масла - 850, литр молока - 80 руб. Чрезвычайно дорого ценились кондитерские изделия. За плитку шоколада требовалось уплатить 150 руб., за два пряника - 25, за 1 кг сахара - 500 руб. Иными словами, рабочий, получив весь свой месячный заработок и зайдя на рынок, мог приобрести ведро картофеля или 1 кг мяса, а ведь еще нужно было оплатить многочисленные налоги, подписаться на облигации госзаймов, внести квартплату и т. д. И лишь на завершающем этапе войны в связи с увеличением государственных ресурсов, укреплением продовольственной базы города стоимость продуктов на неорганизованном рынке заметно уменьшалась.

В условиях военного времени до крайних пределов обострились существовавшие и возникли новые социальные проблемы. В полной мере проявились они в Новосибирске - одном из мощных оборонных центров страны, крупном транспортном узле. Материальные и людские ресурсы города направлялись на обеспечение потребностей фронта, практически прекратилось производство потребительских товаров гражданского назначения. Прибытие эвакуированных, массовое привлечение сельского населения для работы в промышленности резко обострили жилищный кризис. С напряжением и постоянными перебоями действовало коммунальное хозяйство. В полной мере эти проблемы относились и к работникам прокуратуры.

Органы прокуратуры Сибири прошли сложный путь. Почти сразу же после революции 1917 г. большевики отменили все институты юстиции, существовавшие в прежнее время. Наличие органа, осуществлявшего надзор за соблюдением законности, не отвечало интересам государства на данном этапе. Однако вскоре после окончания гражданской войны необходимость в таком органе стала осознаваться. Несмотря на формальный отказ от дореволюционной системы юстиции, при воссоздании прокуратуры пришлось использовать именно её. Система органов прокуратуры неоднократно менялась в соответствии с проводимыми в стране преобразованиями, но её положение всегда было приниженным. Фактически, используя прокуратуру как один из рычагов управления страной, руководство страны мало уделяло ей внимания. Это приводило к нестабильному положению в этих органах, в частности, к слабости материально-технического обеспечения.


Глава 2. Кадры


§ 1. Кадровый вопрос в довоенный период


Решающее значение для эффективной работы государственного аппарата имеет наличие профессиональных и преданных своему делу кадров. Во все времена к работникам прокуратуры, призванным осуществлять надзор за всеми учреждениями, должностными лицами и гражданами, предъявлялись высокие требования. Советская пропаганда всегда подчеркивала, что политический, моральный и культурный облик прокурора и следователя должен был соответствовать важным задачам, которые в Советском государстве были возложены на прокуратуру. От органов прокуратуры Советское государство всегда требовало очень многого, однако оно не всегда уделяло должное внимание этой категории государственных служащих. В данном разделе будет дана попытка выяснить вопросы состава, образования, подготовки работников органов прокуратуры и трансформацию этих признаков в условиях Великой Отечественной войны.

Согласно штату на 1940 г. по Новосибирской области предусматривалось иметь 382 работника прокуратуры. Однако после произведенного кадрового сокращения фактически на 11 ноября того же года в штате имелся 361 чел (см. табл. 1).


Таблица 1

Состав кадров Новосибирской областной прокуратуры в 1940 г.*

СотрудникиПо штатуфактическиТрудовой стажДо годаОт 1 до 3Свыше 3Областной аппарат32344327Горрайпрокуроры9897145429Пом. горайпрокуроров102104523616Нар. следователи128126643428Итого:360361134127100

* Составлено по: ГАНО, ф. Р-20, оп. 1, д. 256, л. 65


Таблица 2

Движение кадров Новосибирской областной прокуратуры в 1940 г.*

СотрудникиДвижение кадровОбл. аппаратГоррай-прокурорыПом. горрайпрокуроровНар. следователиИтого:Прибыло:13234446126Убыло:8153959131Из них:Назначено на другие должности:24181135Уволено:По собств. желанию2351626По ст. 47 КЗОТ278926Сокрашение штата1-348Уход в РККА-151824* Составлено по: ГАНО, ф. Р-20, оп. 1, д. 256, л. 66-67


Причину такого положения дел многие работники органов прокуратуры того времени усматривали в деятельности руководства и в частности облпрокурора А. В. Захарова.

Сам Анатолий Васильевич Захаров родился в семье крестьян - бедняков1903 г. Получил незаконченное высшее образование и начал прокурорскую работу в 1926 г. Прокурором Новосибирской области был назначен в 1939 г. Таким образом, А. В. Захаров имел достаточно большой опыт работы в области прокурорско-следственной работы, но в области организации деятельности органов прокуратуры его усилия оказались недостаточными.

Однако следует иметь в виду, что кадровый вопрос в Новосибирской прокуратуре традиционно был очень сложным. К моменту вступления А. В. Захарова в должность, т. е. к 22 октября 1938 года, положение в органах прокуратуры также было тяжелым. На тот момент из 28 оперативных работников прокуратуры в наличии было лишь 14 человек. Недоставало двух заместителей Облпрокурора (по общим делам и спецделам), начальника уголовно-судебного отдела (УСО), начальника гражданского отдела, двух прокуроров по спецделам и одного прокурора в УСО. Еще тяжелее было положение с кадрами на периферии, так как не хватало 17 горрайпрокуроров, 43 пом. горрайпрокурора и 8 нарследователей. Из имевшихся горрайпрокуроров по области и Нарымскому округу в большинстве своем работали лица, которые в органах прокуратуры работали только с октября- ноября 1938 г. и большая часть из них не имела никакого юридического образования и опыта прокурорской работы. Только 19 человек имели стаж работы в органах прокуратуры от 1 года и выше. 80 % пом. горрайпрокуроров работали с октября-ноября 1938 г. и в большинстве своем также не имели юридического образования и опыта работы. Помимо этого имелся контингент работников непригодных к работе вследствие разных причин (политических, образовательных, профессиональных), но которые продолжали работать, так как заменить их было попросту некем.

Вопросы текучести кадров являлись частым предметом обсуждения на партийных собраниях прокуратуры. В январе 1940 года на общем собрании парторганизации деятельность А. В. Захарова подверглась жесткой критике. В частности К. С. Чернышенко (пом. обл. прокурора, род. в 1911 г. в крестьянской семье; с высшим юридическим образованием, на судебно-прокурорской работе с 1934 г.) говорил, что подбору прокурорских работников должного внимания не уделяется. Прокурор, по его утверждению, должен быть грамотный общеобразовательно, политически. А фактически создалось такое положение, что на прокурорскую работу направляют почти не грамотных или малограмотных работников неспособных справиться с такой большой политической работой как прокурорской. Помимо этого, документы фиксируют, что в самом аппарате среди сотрудников сложились нездоровые отношения, вызванные недовольством со стороны руководства. Многие работники увольнялись по причине того, что не могли сработаться с А. В. Захаровым, поскольку он не воспринимал никакую критику. Имелись факты снятия с работы и переброски в отдаленные районы прокуроров, несогласных с действиями Облпрокурора. А. Р. Комаров (нач. следственного отдела, род. в 1900 г. в крестьянской семье; с высшим юридическим образованием, на прокурорской работе с 1932 г.) отметил, что имел место и ряд личных оскорблений.

Большие проблемы существовали в кадровой сфере. Для работы в органах прокуратуры набирали людей неподготовленных, неграмотных, которые не могли справиться с работой и в силу этого часто увольнялись или были уволены. Несмотря на то, что Облпрокурор должен лично ознакомиться с кандидатурами, представленными на утверждение, имелись факты утверждения и зачисления в штат помощников прокуроров и следователей лиц без должной проверки.

Довольно сложным являлся вопрос профессионального роста работников прокуратуры. Несмотря на то, что были сотрудники, которых можно было продвинуть в работе, повышениями почти не занимались. Практически не проводилось никакой работы по формированию кадрового резерва. Из списка в количестве 16 человек, было выдвинуто на более ответственную работу 7 человек. Помимо списка резервов продвижение по службе получили 15 человек. Однако, имеющееся выдвижение работников проходило стихийно, по мере назревания вопроса.

Согласно документам, со стороны руководства отсутствовало необходимое внимание к условиям работы. Районные прокуроры зачастую не имели помещения ни для прокуратур, ни квартир, что создавало очень тяжелые условия для нормальной деятельности. В течение года более половины работников прокуратуры не пользовались отпусками. Таким образом, для органов прокуратуры данного периода характерно недостаточное внимание к кадровой политике и проблемам кадрового состава.

Этим объясняется то, что всего 27% сотрудников обладало стажем более 3 лет. Причем треть этой цифры составляли сотрудники Областного аппарата, что вполне понятно, так как передвижка сотрудников в областной аппарат осуществлялась только после получения сотрудниками определенных знаний, навыков и опыта работы.

Сложнее обстояло дело с Горрайпрокурорами и помощниками горрайпрокуроров. Больше половины из них не обладали достаточным опытом работы (стаж менее 3-х лет), тем не менее занимали достаточно ответственную должность. А если учесть, что 1/3 горрайпрокуроров и более половины помощников горрайпрокуроров не имели вообще какой бы то ни было юридической подготовки, то ситуация вырисовывается достаточно тяжелая. Народные следователи в основной массе также не имели достаточного опыта работы, а количество юридически неподготовленных сотрудников составляло 2/3.


Таблица 3

Образование работников прокуратуры Новосибирской области в 1940 г*.

ОбразованиеСотрудники:Высш. обр.Высш. юр. курсы6 и 3 мес. курсы Годичн. юрид школаНе им. юр. подготовкиОбластной аппарат1128110Горрайпрокуроры32441830Пом. горрайпрокуроров3-361253Нар. следователи3-192381Итого:20410754174* Составлено по: ГАНО, ф. Р-20, оп. 1, д. 256, л. 65-66

Таким образом, высшее образование имели только 5.5% (!) сотрудников Новосибирской прокуратуры, причем большая часть из них работала в областном аппарате. Почти во всех районах Новосибирской области отсутствовали квалифицированные кадры. Половина общего количества сотрудников прокуратуры (49%) не имела юридического образования вообще. При этом не имела юридического образования и 1/3 сотрудников облаппарата. Поэтому, вопрос повышения юридической квалификации и образования стоял в прокуратуре очень остро. Поскольку уровень его был недостаточным, можно сказать катастрофическим, то вопрос подготовки и переподготовки оперативных сотрудников являлся первоочередной задачей.

В этих целях организовывались учебно-методические семинары, проводились стажировки работников в аппарате областных, краевых и республиканских прокуратур, читались доклады и лекции по советскому законодательству. Практические работники, не имеющие высшего юридического образования, обучались во Всесоюзном юридическом заочном институте и на заочных отделениях юридических факультетов университетов.

К июню 1940 г. 29 человек закончили 6 месячные курсы. Заочно обучалось 54 человека. Из них 11 человек в юридическом институте, 7 в правовой академии, 36 в юридической школе. Помимо этого, с ноября 1940 года начали работать 3-х месячные юридические курсы с составом 20 человек: 10 райпрокуроров и 10 помощников.

Для сотрудников, не имевших возможности приехать к началу вступительных испытаний, организовывался дополнительный прием. Например, с 11 ноября 1940 г. начались приемные испытания для 15 работников, которые участвовали в проведении уборочной кампании и не имели возможности приехать вовремя.

Учебой и подготовкой старались охватить почти всех. Для 15 работников, которые на 1940 год нигде не учились, был организован кружок на котором читались лекции по юридическим дисциплинам.

Помимо этого, планом на 1941 г. было предусмотрено направить на заочное обучение 44 человека. Из них: 4 человека в юридический институт, 10 в правовую академию, 30 в юридическую школу, а также командировать на 6 месячные курсы 40 человек, в два потока.

Для контроля учебное заведение систематически ставило в известность отдел кадров Облпрокуратуры о ходе учебы. Помимо этого было предусмотрено проведение ежемесячных оперативных совещаний с заслушиванием сообщений заочников и руководителей заочной школы и филиала заочного института.

Однако не всегда усилия, направленные на повышение квалификации были успешными. Недостатки в получении образования являлись как следствием недостаточного внимания со стороны работников, которых обучали, так и просчетами со стороны руководства. В частности, недостаточно внимания уделялось организованным Областной прокуратурой методическим конференциям. По поводу них на партийном собрании 2 января 1940 г. было сказано следующее: Проводимые Областной прокуратурой методические конференции подготавливаются плохо. Не подготавливают заранее доброкачественное помещение, народ скитается где попало, нет расписания преподавателей, учебу срывают. Такая постановка работы отбивает охоту ездить на конференции.

Не проводилось никакой подготовительной работы и с молодыми сотрудниками, только что закончившими обучение. Так, в Нарымский округ отправляли сотрудников, которым было отказано в практической подготовке и которые практической работы не знают, не умеют излагать свои мысли. Фактически оказались бесполезными организованные облпрокуратурой десятидневные семинары для райпрокуроров, поскольку срок был очень маленький и в каждом отделе Облпрокуратуры им приходилось работать всего по 2 дня.

Поступали предложения изменить создавшееся положение. Например, было предложено изменить работу семинаров таким образом, чтобы прокуроры практиковались в каждом отделе 8-10 дней, причем днем они работали бы в отделах, а вечером им читались бы лекции. Но сделано ничего не было.

Многие сотрудники облаппарата того времени приписывали такое положение дел деятельности А. В. Захарова, который, по их мнению, не всегда принимал меры по организации учебы среди работников. А. Р. Комаров отмечал, что А. В. Захаров неверно подходил к проведению методических конференций, так как, выделив прокуроров для проведения занятий, фактически работы им не доверял и организовывал всё самостоятельно.

На общих собраниях парторганизации Областной прокуратуры отмечалось, что Захаров имеет несерьезный подход к подготовке кадров, так как в 1939 году заменил утвержденного общепартийным собранием кандидата (Черкасов) на учебу в академии другим (Кравченко), руководствуясь личными мотивами. И в результате место в академии было потеряно.

Как уже было сказано, причинами неудач в учебе были как просчеты администрации, так и вина самих обучаемых. Так, в отчете за 20 января 1941 г. говорится, что учеба заочников идет слабо, большинство оставлено на 2 год. В качестве примера приводится В. И. Дубовцев (нач. отдела общего надзора Облпрокуратуры, род. в семье рабочих в 1901 г., среднее образование, в органах прокуратуры с 1927 года), который в течение ряда лет все еще являлся студентом первого курса.

Нельзя не отметить еще одной причины низкого качества подготовки сотрудников - полное (в ряде районов) или практически полное отсутствие юридической литературы и кодексов.

Во многих приказах и директивах неоднократно указывалось, что работа прокуроров не только правоохранительная, но и политическая. Для её успешного выполнения работники советской прокуратуры должны были отличаться глубокой идейностью, принципиальностью, беззаветной преданностью интересам партии и государства, поскольку они, как часть государственного аппарата участвовали во всех политических кампаниях.


Таблица 4

Партийный состав работников прокуратуры в 1940 г.*

ПартийностьСотрудникиЧлены ВКП (б)Канд. в члены ВКП (б)Члены ВЛКСМБеспартийныеОблаппарат22516Горрайпрокуроры889Пом. горрайпрокуроров602978Нар. следователи19303542Итого:189734356* Составлено по: ГАНО, ф. Р-20, оп. 1, д. 256, л. 65-66


К 1940 году половина сотрудников прокуратуры Новосибирской области являлись членами ВКП (б) и еще 20% являлись кандидатами в члены ВКП (б). Беспартийных насчитывалось всего 15%. Такое положение дел соответствовало одному из принципов набора сотрудников, согласно которому на должности прокуроров набирались исключительно политически зрелые работники.

Партийный контроль присутствовал на всех этапах деятельности работников прокуратуры. Порядок назначения или перемещения любых должностных лиц предполагал прежде всего утверждение в партийных органах. Например, кандидаты на должность горрайпрокуроров и начальников отделов Облпрокуратуры сначала представлялись на утверждение Обкома ВКП (б), после чего делалось представление на утверждение Прокурору РСФСР. Та же процедура была и в отношении помощников райпрокурора, которые утверждались на бюро Райкома ВКП (б) и после этого решался вопрос о назначении. Иным был порядок назначения помощников Облпрокурора, поскольку они представлялись на утверждение Обкома после их назначения Облпрокурором на эту должность. И только нар. следователи назначались на должность Облпрокурором без рассмотрения в партийных органах.

Любые перемещения работников прокуратуры также согласовывались с партийными организациями. Членство в рядах ВКП (б) фактически было обязательным условием для успешного карьерного роста и давало определенные гарантии. Например, зачастую в среде работников прокуратуры возникали конфликты, приводившие к немотивированным увольнениям и только разбор подобных случаев на партсобраниях приводил к восстановлению в должности.

По отношению к органам прокуратуры всегда существовала система двойного подчинения. Примечателен в этом отношении отрывок из приказа Областного прокурора от 16 августа 1940 г.: Бюро Обкома вскрыло ряд фактов неправильных взаимоотношений отдельных районных и городских Прокуроров с райкомами и Горкомами ВКП (б). Эти неправильные взаимоотношения являются результатом неправильного понимания отдельными прокурорами статьи 117 Конституции СССР, которая гласит: что органы прокуратуры осуществляют свои функции независимо от каких бы то ни было местных органов, подчиняясь только прокурору СССР. Районные и городские прокуроры должны понять, что органы прокуратуры работают под руководством и контролем партийных органов и это обязывает всех горрайпрокуроров всю свою работу контактировать и согласовывать с местными партийными органами, обеспечив своими организационными мероприятиями выполнения хозяйственно-политических задач стоящих перед нами. Всякое противопоставление Прокуратуры райкомам и горкомам или желание отдельных райпрокуроров уйти от партийного контроля может привести этих райпрокуроров к отрыву от партии и к потере своей партийности.

На местах зачастую в оперативную деятельность прокуроров вмешивались практически все (райком, РИК, райЗО). Имелись факты снятия с работы партийными органами, однако руководство прокуратуры практически никогда в подобные дела не вмешивалось. Мало того, в результате одного из таких инцидентов, когда в августе 1940 г. прокурор Сузунского района Губкин (и. о. неизвестно) отказался делать доклад о работе Прокуратуры на Бюро Райкома ВКП (б), руководством Областной прокуратуры был принят ряд мер, направленных на усиление взаимодействия прокурорских органов и райкомов и горкомов. В частности, горрайпрокурорам было предложено установить тесную связь с городскими, районными комитетами ВКП (б), всю работу контактировать и согласовывать с горкомами и райкомами, установить правильные взаимоотношения в работе, добиваясь периодической отчетности.

Несмотря на достаточно тяжелое положение в кадровой сфере, органы прокуратуры всегда выполняли большой объем работ. Помимо общих задач, которые возлагались на прокуратуру положением и конституцией СССР, прокуратура СССР ставила перед органами прокуратуры на местах ряд практических задач. К ним относились: общий надзор, следственная работа, уголовно-судебный и гражданский надзор, работа по наблюдению за органами милиции и НКВД. Общий надзор являлся одним из важнейших функций органов прокуратуры. Под общим надзором подразумевалось осуществление органами прокуратуры наблюдения за соответствием постановлений и распоряжений отдельных ведомств СССР и Союзных республик и местных органов власти - Конституции СССР, постановлениям и распоряжениям правительства СССР. К числу конкретных задач относилась сплошная проверка всех действующих обязательных постановлений, изданных горсоветами, райисполкомами и сельскими советами. Как гласят документы, это мероприятие необходимо было потому, что за последние годы органы прокуратуры на местах перестали совсем осуществлять надзор за законностью обязательных постановлений, которые касаются главным образом широких трудящихся масс, и проверка их с точки зрения законности составляет одну из серьезных обязанностей органов прокуратуры.

Проверка, проведенная в декабре 1938 года, показала, что все обследованные райпрокуратуры показали низкий уровень работы. Во многих районах было обнаружено и опротестовано около 300 разных незаконных постановлений, причем большинство этих постановлений проверялись райпрокурорами, но не опротестовывались. Это объяснялось тем, что райпрокуроры подходили к проверке формально, не знали и не изучали административного законодательства. Для исправления существующего положения был принят ряд мер. Прокуроры должны были систематически просматривать как обязательные, так и протокольные постановления РИКов и приказы и распоряжения райорганизаций. Все постановления должны были быть представлены в копиях горрайпрокурорам, а все незаконные постановления немедленно опротестовывались. Для контроля один раз в месяц прокуроры должны были проверять все изданные постановления. Помимо этого, во всех крупных предприятиях, совхозах и колхозах создавались группы содействия прокуратуре.

В рамках общего надзора на прокуратуру возлагался ряд задач хозяйственно-политического значения. В частности, на прокуратуру возлагался ряд задач по наблюдению за исполнением и реализацией постановлений СНК СССР. В рамках мобилизационной политики режима был принят ряд указов, касающихся трудовых отношений. В частности, в рамках постановления от 28 декабря 1938 г. О мероприятиях по упорядочению трудовой дисциплины, улучшению практики государственного социального страхования и борьбе с злоупотреблениями в этом деле за два месяца его действия в Новосибирской области было возбуждено 40 дел и привлечено к ответственности 53 человека. До момента опубликования указа от 26 июня 1940 г. этому постановлению было уделено значительное внимание в надзорной работе Облпрокуратуры. Основной упор работы по проведению в жизнь этого постановления был сделан на выявлении всех нарушений трудового законодательства и на борьбу с прогулами на производстве. По данным за первое полугодие 1940 г. прокурорами было проверено 260 предприятий - приказы администрации, учет рабочей силы, заполнение трудовых книжек, оплата бюллетеней по временной нетрудоспособности и т. д. На различные нарушения трудового законодательства было вынесено более 150 протестов. Одновременно с этим выявлялись руководители, покрывавшие прогульщиков. 153 чел. были привлечены к ответственности и осуждены к разным мерам наказания.

Большое значение имел указ от 26 июня 1940 г. О переходе на 8-ми часовой рабочий день, на семидневную рабочую неделю и о запрещении самовольного ухода рабочих и служащих с предприятий и учреждений. Этот указ, во-первых, запрещал увольнение работников и окончательно закреплял их за предприятием; во вторых, криминализировал целую область производственных отношений, переведя в разряд уголовных преступлений один из самых распространенных видов нарушений в советской экономической системе - самовольные уходы с работы, опоздания и прогулы. Указ устанавливал следующие меры наказания: любой работник государственного предприятия (учреждения), который покидал место своей работы без разрешения администрации, подвергался тюремному заключению на срок от 2 до 4 мес; за прогулы более 20 минут предусматривалось наказание в виде шести месяцев исправительно-трудовых работ с вычетом до 25% из заработной платы. Уголовную ответственность, согласно Указу, несли также руководители предприятий, укрывавшие прогульщиков и других нарушителей дисциплины, не сообщавшие о них в правоохранительные органы.

С момента опубликования указа от 26 июня 1940 г. прокуратурой была проведена большая работа, в результате которой на отдельных предприятиях резко снизилось количество прогулов: Основной удар был нанесен по махровым лодырям и летунам и дезорганизаторам производства . Изучая категории дел, многие прокуроры отмечают, что, в основном, нарушителями труддисциплины являются люди, впервые пришедшие на производство. Так, например, по прокуратуре Центрального района гор. Новосибирска по трудовому стажу было осуждено лиц, работавших до 1 года - 72%, до 2 лет - 12,5%, до 3 лет 7%. Подобная ситуация была характерна для всех районов области. Прогулы совершают преимущественно те рабочие, которые имеют незначительный трудовой стаж, т. е. временные рабочие или работающие до года. Помимо этого необходимо отметить, что наибольший процент прогульщиков приходится на молодых рабочих до 20 лет, так, например, на обувной фабрике им. Кирова осуждено до 18 лет - 38 человек, до 20 лет - 37, до 25 - 25, до 30 - 18. Зачастую среди привлеченных к уголовной ответственности прогульщиков выявлены и такие люди, которые уже не раз увольнялись за прогулы в прошлом и успели переменить втечение года несколько предприятий.

Наряду с надзорной работой по Указу проводилась и массово-разъяснительная работа. Прокурорами проводились беседы с членами групп содействия прокуратуре. Проводились совещания и делались доклады по указу на крупных предприятиях городов области, а также на призывных пунктах. Например, к сентябрю 1940 г. прокурор г. Томска сделал 12 докладов и провел 8 бесед на крупнейших предприятиях города. Созвал 3 инструктивных совещания с работниками суда и прокуратуры, с помощью членов ГСП проверил состояние труддисциплины на 23 предприятиях, и по результатам проверки им было опротестовано 125 незаконных приказов администрации. Большинство прокуроров систематически помещали в печати статьи, сообщения и информации по Указу от 26 июня, доводили до сведения рабочих приговоры над прогульщиками, случаи привлечения руководителей предприятий, покрывавших прогульщиков, к ответственности. В целом, в рамках реализации Указа от 26 июня 1940 г., за 3 месяца по области было проведено 245 совещаний с руководителями учреждений и предприятий, было сделано 279 докладов на собраниях рабочих и служащих, было проведено 408 бесед, было проверено 384 предприятия и организации, а также было сделано 126 выступлений в печати и по радио. Однако документы говорят, что эти цифры далеко еще не точны и полностью не отражают огромной проделанной работы.

Одновременно с этим на прокуроров возлагалась задача усиления надзора за деятельностью судов по делам о нарушении труддисциплины и вынесения протестов по поводу либеральных незаконных приговоров. В процессе осуществления надзорной деятельности по Указу руководство прокуратуры стремилось не допускать односторонней деятельности, поэтому, когда стало ясно, что прокуроры сосредоточили свое внимание на выявление и наказание прогульщиков, Облпрокуратурой был дан ряд директивных указаний о перестройке работы. В результате чего прокуратура стала затрагивать и ряд хозяйственных вопросов, таких, как высвобождение рабочей силы, изучение производственной эффективности и снижение себестоимости продукции, нормы выработки и т. д., т. е. фактически прокуратура стала напрямую вмешиваться в деятельность предприятий.

Документы отмечают, что в процессе этой работы прокурорами были установлены значительные сдвиги производственной эффективности в предприятиях и др. организациях. Для примера приводится угольная промышленность. После проверок, проведенных в шахтах Кемеровского рудника, суточная добыча угля должна была увеличиться на 260 тонн, и к концу 1940 г. они должны были дать угля на 48 тыс. тонн больше, чем в прошлом году. Помимо этого до 1,5 млн. руб. снизилась себестоимость добычи, вследствие чего во 2-м полугодии 1940 г. был получен 1 млн. руб. экономии. Трест Кемеровоуголь в сентябре и октябре 1940 г. усилил работу, выполняя план на 108-109%. За счет укрепления трудовой дисциплины наблюдались значительные производственные достижения на Кемеровском коксохимическом заводе. По сравнению с 1 полугодием больше чем наполовину снизились прогулы и самовольные уходы. Производительность труда возросла по сравнению с 1-м полугодием на 20,5%., а себестоимость производства снизилась на 2,9%. по сравнению с 1-м кварталом. Аналогичные показатели наблюдались и в других отраслях промышленности области. Фактически за 2,5 месяца по Указу от 26 июня в суды Новосибирской области поступило 27 154 дела, по которым было осуждено за прогулы и самовольный уход почти 22 тыс. человек. Кроме того, к ответственности было привлечено порядка 100 должностных лиц.

Еще одной функцией прокуратуры являлся надзор за состоянием сельского хозяйства. Прокуратура должна была отслеживать случаи нарушения устава сельхозартели, в частности по вопросу количества скота, находившегося в личном пользовании колхозников, причем все мероприятия по приведению количества скота в соответствии с уставом, должны были быть проведены не путем администрирования, а путем проведения массово-разъяснительной работы.

На прокуратуру возлагалась задача проверки готовности к посевной кампании: в каждом районе прокурор сейчас уже должен знать состояние готовности к севу: отремонтированы ли трактора, все ли в исправности, полностью ли обеспечены семенами. От прокуроров требовалось пресекать случаи антигосударственной практики, затяжки выполнения зернопоставок, растранжиривания урожая, неправильного авансирования колхозников или хищения хлеба. Причем для помощи прокуратуре в этом вопросе привлекался колхозный актив и члены групп содействия прокуратуре, для чего гор и райпрокуроры проводили с ними совещания. На этих совещаниях их знакомили с постановлениями ЦК и СНК СССР, им разъяснялась их роль и обязанность сигнализировать прокуратуре о всех выявленных случаях нарушений. По сигналам актива и членов ГСП с первых же дней уборки выявлялись и пресекались отдельные случаи антигосударственной практики со стороны некоторых председателей колхозов, а также и отдельных руководителей районов. Наиболее распространенным видом, выявленных в уборочную преступлений, являлись незаконные авансирования колхозникам хлебом из первого урожая, в то время как не была выполнена норма сдачи хлеба государству. Также прокуроры занимались вопросами борьбы с потерями урожая. В частности, принимались меры к устранению срыва строительства зерносушилок и крытых токов, перерасхода горючего и качеству уборки урожая и другим вопросам. В особо злостных случаях виновных привлекали к ответственности. Для более успешного надзора в вопросах сельского хозяйства традиционной практикой было усиление работы с колхозным активом и членами ГСП, систематическое освещение в печати характерных случаев нарушений и приговоров нарсудов по особо интересным делам о лицах, действия которых тормозили успехи уборочной.

Одной из важнейших задач органов прокуратуры в области промышленности являлся повседневный надзор за выполнением предприятиями постановлений правительства и техники безопасности, а также надзор за принятием мер по борьбе с травматизмом. Отраслью, которая лидировала по количеству травм, тяжелых и смертельных случаев была угольная промышленность Кузбасса. За 10 месяцев 1940 г. общее количество несчастных случаев, привлекших к травмам составило 15 тыс. Основными причинами роста несчастных случаев были: неправильная расстановка специалистов, частые переброски рабочих с участка на участок и с одной работы на другую без соответствующего инструктажа и без прохождения техминимума на новой работе, нарушение трудовой дисциплины, отсутствие на многих шахтах правил внутреннего распорядка. Однако основной причиной роста смертельных несчастных случаев было недостаточное внимание руководства предприятий соблюдению правил техники безопасности и отсутствие проверки состояния техники безопасности.

Зачастую на прокуратуру возлагалась ответственность за недостаточное внимание контролю над выпуском бракованной продукции. Отмечалось, что по области, и в особенности в промышленных районах, надзор за выполнением предприятиями соответствующих постановлений стоял на достаточно низком уровне. Некоторые из горрайпрокуроров проявляли слабую инициативу и не организовывали проверку предприятий и выявление выпуска или поступления недоброкачественной продукции. Некоторые прокуроры вместо пресечения выпуска бракованной продукции в крупных, ведущих отраслях промышленности ограничивались второстепенными. Прокуратура области неоднократно указывала, что прокуроры должны чаще бывать на предприятиях и в первую очередь на оборонных и решающих отраслях промышленности, контролировать выпуск продукции и при выявлении случаев выпуска некачественной, некомплектной или нестандартной продукции - возбуждать с санкции облпрокуратуры уголовные дела и привлекать виновных к ответственности.

В области уголовно-судебного и гражданского надзора прокуратура должна была заниматься правильным и единообразным применением законов судебными учреждениями, поддержанием обвинения в судебных инстанциях. Для прокуроров данного периода было характерна ситуация, когда прокуроры формально участвовали в подготовительных заседаниях нарсудов, что приводило к многочисленным нарушениям в процессе судопроизводства, в результате чего дела из судебного заседания возвращались для доследования или получали оправдательный приговор. Очень часто прокуроры халатно относились к своим обязанностям, в результате чего не имели возможности путем принесения кассационных протестов исправить допущенные судами ошибки.

В то же время в функции прокуратуры входил контроль над решениями судов, который осуществлялся в русле общего ужесточения системы правосудия. Фактически прокуратура отслеживала вынесение судами тех или иных неправильных приговоров. Примером может служить ситуация с такими видами преступлений как растраты, кражи и спекуляция. Применение меры наказания, связанной с лишением свободы в отношении спекулянтов составляло 20%, а в отношении воров и расхитителей социалистической собственности 25%. Отмечалось, что этих цифр было недостаточно, поскольку несмотря на требования закона и указаний НКЮ СССР и Прокуратуры СССР, народные суды не применяли более жестких мер судебной репрессии.

Работа по наблюдению за органами милиции и НКВД осуществлялась в виде надзора за законностью и правильностью действий ОГПУ, милиции и исправительно-трудовых учреждений. Положение в этой части работы было достаточно тяжелым. Отмечалось, что надзор за расследованием дел в горрайотделах НКВД осуществлялся весьма плохо. Зачастую обвинения предъявляемые тому или другому лицу обосновывались только на личном признании обвиняемого без достаточной проверки всех фактов и обстоятельств дела и не подтверждались другими доказательствами (показаниями свидетелей, документами, актами обследования, экспертизы, вещдоками и т. д.). Документы приобщались к делам без протоколов и соответствующих постановлений; протоколы обыска составлялись в отсутствии обвиняемого и понятых с нарушением установленных УПК требований, экспертные комиссии создавались из лиц несведущих в тех или иных вопросах.

Для повышения контроля над этими органами Областной прокуратурой, на основании приказов и распоряжений прокурора СССР, давались четкие инструкции по вопросам надзора за органами НКВД и милиции. Например, по приказу от 5 января 1939 года четко регламентировался порядок работы с органами НКВД и милицией. Было приказано давать милиции санкции на арест только в тех случаях, где это было действительно необходимо и только после просмотра материалов дела, ежемесячно необходимо было проверять все следственные дела в милиции и УГБ НКВД и давать по ним свои указания, тщательно проверять перед направлением в нарсуд поступающие дела из милиции и пресекать случаи недоследования дел, ежедекадно проверять камеры предварительного заключения при отделах милиции.


§ 2. Период Великой Отечественной войны


Начавшаяся Великая Отечественная война потребовала консолидации усилий, направленных на защиту законности. Еще до войны старое руководство Новосибирской прокуратуры было заменено. С 16 января 1941 г. прокурором Новосибирской области был назначен Константин Яковлевич Румянцев, до этого работавший прокурором Сталинградской области. К. Я. Румянцев родился в 1901 г. в семье рабочих в Ярославле. Окончил начальную 3-х классную школу и с 1911 по 1917 год работал учеником слесаря на нескольких ярославских предприятиях. В 1918 г. добровольно вступил в 35 батальонные войска ВЧК при Ярославской губ. комиссии. Прослужил до 1922 года. В 1923-1924 гг. учился на Ярославских межобластных юридических курсах, по окончании которых был назначен нарсудьей Ростовского уезда. С 1926 года начал работать в системе органов прокуратуры. После окончания Высших юридических курсов в г. Москве в 1935 г. был назначен заместителем прокурора Сталинградской области, с 1939 - прокурор.

С началом Великой Отечественной войны на работников прокуратуры были возложены дополнительные задачи, связанные с обеспечением тыла. Однако организационных изменений не последовало. Штатное расписание не изменилось. В областном аппарате по-прежнему было предусмотрено 33 оперативных единицы. Однако начавшаяся война к тому, что в ряды РККА было мобилизовано восемь человек, что привело к недокомплекту трех прокуроров спецотдела. Помимо этого были мобилизованы шесть горрайпрокуроров, трое их которых были заменены. В результате не были подобраны кандидатуры на должности прокуроров Вокзального района гор. Томска, Ордынского района и Мысковского района. Из 94 помощников горрайпрокурора в РККА были мобилизованы 30 человек, а также 57 следователей из 128.

Несмотря на войну и нехватку работников, в органах прокуратуры продолжалась работа по очищению аппарата от некомпетентных сотрудников. К августу 1941 года был уволен с работы прокурор Куйбышевского района Бегищев, как необеспечивший работы. Прокурор Кузедеевского района Иушин подлежал увольнению за морально-бытовое разложение, а прокурор гор. Ленинска-Кузнецкого Захаренко покинул должность из-за того, что не обеспечил борьбы с распространением ложных слухов и не осуществлял надзора за следствием в органах НКВД.

Замена работников уволенных и мобилизованных в ряды РККА, производилась за счет выдвижения из числа технических работников, работников других организаций на местах и за счет эвакуированных из прифронтовой местности работников прокуратур, направляемых центральными аппаратами прокуратур ФСР и СССР. Однако данный контингент не обладал стабильностью, поскольку эвакуированные работники часто перебрасывались с места на место. Помимо этого имелись случаи посылки на работу сотрудников, которые впоследствии себя дискредитировали. Так, вместо мобилизованного помощника прокурора Мариинского района на работу был принят Бурыкин, эвакуированный из гор. Смоленска. Но впоследствии он подвергся увольнению с работы и отдаче под суд по ст. 58-10 ч 2 УК.

Таким образом, вопрос подготовки собственных компетентных кадров по-прежнему стоял очень остро. Во время войны не прекращалась работа по подготовке оперативных работников. Обучение осуществлялось в Новосибирске через заочную сеть юридического института и юридической школы. В 1941 г. из 354 сотрудников учились во Всесоюзном юридическом заочном институте - 19 человек и Центральной юридической заочной школе - 53 человека.

К сожалению, полной информации о состоянии кадров Новосибирской областной прокуратуры в 1942 году не имеется. Документы располагают информацией лишь о составе и движении следственных работников. Однако по ним можно составить представление о тенденциях решения кадровой проблемы в Облпрокуратуре в целом в данный период.


Таблица 5

Личный состав народных следователей на 1 ноября 1942 г.*

Число следователейПо штату140Фактическое134ВозрастДо 25 лет54До 40 лет63Свыше 40 лет17ПартийностьКанд и чл. ВКП (б)49Члены ВЛКСМ36Беспартийные49СтажДо 1 года48 (36%)От 1 года до 3 лет57 (43%)От 3 до 5 лет3 (2,3%)Свыше 5 лет25 (19%)ОбразованиеОбщееНачальное24Незак. среднее41Среднее62Незак. высшее7ЮридическоеЮркурсы21Юридшкола34Незак. высшее6Высшее20Без юр. образ.53* Составлено по: ГАНО, ф. Р-20, оп. 1, д. 8, л. 9-10


Общее количество следователей увеличилось на 12 человек, но штат был не укомплектован на 6 единиц. 41% сотрудников, при этом, составляли лица моложе 25 лет. 79% сотрудников обладали общим стажем работы менее 3 лет, а в числе следователей со стажем работы от 1 года до 3 лет было около половины работников со стажем работы менее 2 лет. Фактически, Следственному отделу Облпрокуратуры в течение 1942 года необходимо было осуществлять руководство работой следователей, более половины которых только начинали работать в прокуратуре. Помимо этого, по состоянию на 1 ноября 1942 года в райгорпрокуратурах имелось 30% следователей, работающих от 1 до 6 месяцев. Эта ситуация объясняется тем, что начавшаяся война потребовала мобилизации работников прокуратуры в ряды РККА, а поскольку на работников областного аппарата существовала бронь, то мобилизации подверглись в основном сотрудники младшего звена.

По сравнению с довоенным временем образование сотрудников прокуратуры улучшилось. К 1942 году высшее юридическое образование имели уже 20 человек (в 1940 году эта цифра составляла 3), а количество лиц без юридического образования уменьшилось с 81 до 53. Однако процент работников, не имеющих юридического образования, по-прежнему оставался очень высок и составлял около 40%. И хотя, налицо был прогресс в подготовке профессиональных кадров, ситуацию осложняла их высокая текучесть. По состоянию на 1 июля 1942 г. только в течение 1 года по области был освобожден от работы по разным причинам 141 следователь, что даже превышало среднегодовую штатную численность этой категории. Эта цифра почти в три раза превышает показатель 1940 г., что прежде всего было связано с периодическими мобилизациями в Красную Армию.

К 1944 году вопрос расстановки кадров по-прежнему оставался одним из труднейших в работе прокурорско-следственных органов. Это объяснялось специфичностью работы органов прокуратуры и дефицитом опытных, квалифицированных кадров на местах. По состоянию на 1 января 1944 года штат Новосибирской областной прокуратуры имел недокомплект оперативно-следственных работников в 25 человек. Из них 7 чел. по областному аппарату, 5 райпрокуроров, 5 пом. прокуроров, 5 нар. следователей.

Недокомплект объясняется тем, что за второе полугодие 1943 года из органов прокуратуры убыло по разным причинам 65 чел. Из них 33 чел. откомандировано в распоряжение Прокурора СССР для работы в освобожденных районах, 10 чел. было выдвинуто на работу в Облаппарат прокурорами отделов, следователями, райпрокурорами и по разным причинам убыло еще 22 человека (См. табл. 8. Данные на начало апреля 1944 г.).


Таблица 8

Наличие штатных сотрудников на 1/IV 1944 г*.

Наименование должностиПо штатуФактическое наличиеОблаппарат4235Райпрокуроров5453Горрайпрокуроров1110Пом. прокуроров6255Следователей8480Итого:253233* ГАНО, ф. Р-20, оп. 1, д. 322, л. 7


Общее количество штатных сотрудников уменьшилось, поскольку 26 января 1943 года в обстановке коренного перелома на фронте Президиум Верховного Совета СССР принял решение о выделении из Новосибирской области Кузбасса и создании на его территории Кемеровской области, с целью увеличения добычи угля, выпуска металлов и военной продукции для нужд фронта на предприятиях Кузбасса. В новую область вошли 17,5% территории Новосибирской области, 9 из 12 городов областного подчинения, 17 из 20 рабочих поселков, 23 из 75 районов. Соответственно все городские и районные прокуратуры перешли в подчинение новообразованной Прокуратуры Кемеровской области. Общее количество сотрудников Новосибирской областной прокуратуры уменьшилось на 100 человек, но качественных изменений состояния органов прокуратуры (уровень образования, подготовки, опыт работы и т. д.) не последовало, поскольку выделение Кемеровской области и образование прокуратуры Кемеровской области сопровождалось не созданием новых структур и переброской в них наиболее квалифицированных кадров, а реорганизацией в системе подчинения.

Помимо этого, во втором квартале 1944 г., в связи с организацией гор. прокуратуры г. Новосибирска, из состава прокуратуры Новосибирской области был выделен штат оперативно-следственных работников в 45 чел. В их числе 6 райпрокуроров, 20 помощников прокуроров и 19 народных следователей. Таким образом к 1 июля 1944 г. штат оперативного состава составил 208 чел. с фактическим наличием 191 чел.

Как отмечают документы, за первый квартал 1944 г. удалось добиться уменьшения недокомплекта оперативных сотрудников на 5 человек. Однако полностью укомплектовать этот штат не представилось возможным, т. к. за это же время по разным причинам убыло 14 человек. В их числе было откомандировано в распоряжение Прокурора СССР 3 человека: начальник уголовно-судебного отдела Удрас, помощник прокурора Куйбышевского района Аксенов, помощник прокурора Татарского района Шевцова.

Помимо этого, из облаппарата был уволен прокурор отдела общего надзора Рохлин, за ряд служебных проступков снят с поста райпрокурор Михайловского района Фокин, а также за дискредитацию органов прокуратуры снят с работы и понижен по должности райпрокурор Колыванского района Кривоногов.

Среди народных следователей убыло по разным причинам 6 человек. В частности, за дискредитацию органов прокуратуры уволен следователь прокуратуры Барабинского района Некрасов. От работы освобождались и в связи с учебой. Два следователя были освобождены от работы в связи с уходом на учебу в юридический очный институт. Помимо этого на 1 апреля 1944 года имелся ряд работников, не утвержденных в должности Прокурором СССР или Облпрокурором. Их количество составляло 28 чел., причем 18 чел. не утверждались вследствие того, что срок их стажировки еще не истек.

За период второго квартала 1944 г. было отозвано в распоряжение прокурора СССР 3 человека. В частности, из Облаппарата был отозван зам. прокурора по спецделам К. А. Назарюк (Род. в крестьянской семье в 1903 г., образование высшее юридическое, с 1931 г. член ВКП (б), на прокурорской работе с 1922 г.), который назначен на работу Прокурором Куйбышевской области. Помимо него, в распоряжение прокуратуры УССР были отозваны пом. прокурора по спецделам прокуратуры Нарымского округа Гудван, а также, в аспирантуру юридического института (Москва), нар. следователь Вокзального района г. Томска Хмельницкая.

Также по разным причинам убыло 7 оперативно-следственных работников. И. о. следователя Барабинского района Тетюник была освобождена в связи с отъездом в Москву по семейным обстоятельствам, и. о. следователя В-Ирменского района Маслова была освобождена по собственному желанию. На основании ст. 47 КЗОТ РСФСР за дискредитацию органов прокуратуры были освобождены от работы и. о. следователя Коченевского района Сергеев и нарследователь прокуратуры здвинского района Романов. Помимо этого по распоряжению заместителя прокурора РСФСР Арбузова был снят с работы и переведен в Кемеровскую область нар. следователь прокуратуры г. Томска Дубский.

К 1944 году активизируется работа по изучению кадров и резервного состава. Несмотря на то, что не проводилось плановых проверок, за исключением отдельных выездов на места и личных выездов Облпрокурора в райпрокуратуры, к середине 1944 г. все-таки удалось организовать несколько комплексных проверок работы горрайпрокуратур. В частности, были проверены прокуратура г. Томска, райпрокуратуры Сузунского, Барабинского, Убинского, Легостаевского, Чановского районов. Эти проверки давали некоторую возможность изучить кадры прокурорских работников в этих прокуратурах, установить качество их работы, юридической квалификации, повышения идейно-политического уровня. Подобное внимание кадрам было характерно для К. Я. Румянцева. Как правило, он всегда уделял внимание уровню подготовки работников прокуратуры, а также отстаиванию их интересов. Еще будучи помощником прокурора Ярославской области, подверг критике председателя областного суда Ярославской области и облпрокурора Драгунского за небрежное отношение к кадрам, за что получил партийное взыскание, впоследствии отмененное.

Новое руководство уделяло больше внимания защите работников прокуратуры перед партийными органами. Так, 7 ноября 1943 года, решением бюро Маслянинского района ВКП (б) райпрокурор Маслянинского района Третьяков был исключен из партии со снятием с работы, за систематическое невыполнение решений и указаний Райкома ВКП (б), выразившееся в срыве фронтового декадника по хлебоотдаче и за покровительство расхитителей колхозного хлеба. После проверки, проведенной Облпрокуратурой совместно с работниками Обкома ВКП было установлено, что прокурор Третьяков не выполнил решение Райкома ВКП (б) о выезде в колхозы по вопросу вывозки хлеба государству. После чего Обкомом было вынесено постановление об отмене постановления Бюро Маслянинского РК ВКП (б) об исключении Третьякова из членов ВКП (б) и снятия с работы. Однако Третьякову был объявлен выговор за нарушение партийной дисциплины, и он был переведен на работу в другой район. Схожая ситуация произошла и с райпрокурором Асиновского района Шелонина, в отношении которого Райком ВКП (б) Асиновского района в октябре 1943 г. вынес постановление о снятии с работы за оторванность от партийной организации и невыполнение ряда поручений, по подготовке и уборке урожая и хлебосдаче зерна государству. Все обвинения были тщательно проверены и фактов, подтверждающих их, найдено не было. В итоге Шелонин был восстановлен на работе, однако также был переведен в другой район.

Замена недостающих работников производилась за счет резервных кадров, с которыми работали достаточно плотно. На 1 апреля 1944 года Новосибирская прокуратура имела резерв из партийно- советского актива - 26 человек. Работа с активом проходила, как правило, в районах. С ними проводили беседы, прикрепляли к помощникам прокуроров или следователям, которые приобщали их к работе, поручая проверку материалов, расследование несложных дел и т. д. После 2-3-х месяцев работы, райпрокурор высылал в отдел кадров характеристику и свое мнение о возможности использования того или иного работника на должности пом. прокурора или следователя. Так, за первый квартал 1944 года из резерва партийно-советского актива было подготовлено 4 пом. прокурора и 4 нар. следователя. Во втором квартале из имевшегося списка резерва удалось выдвинуть на вышестуящую должность внутри облаппарата - 2 человека, из партийно-советского актива -3 чел. В 3-м квартале 1944 года, для работы в Областном аппарате, предполагалось укомплектовать за счет кадров партийно-советского актива 2 чел. Необходимо отметить, что к середине 1944 г. резерв партийно-советского актива значительно уменьшился вследствие того, что часть резерва отошла реорганизованной горпрокуратуре г. Новосибирска.

Помимо резерва, дефицит сотрудников пополнялся за счет лиц, проходящих обучение. В частности, областной аппарат должен был получить 12 выпускников двухгодичной правовой юридической школы, 10-13 чел. слушателей трехмесячных межобластных юридических курсов, а также 7 чел. путем продвижения по службе младшего состава.

Состояние в сфере образования было следующим: к концу первого квартала, из 233 чел., числившихся по штату, 2 чел. имели высшее общее образование, 22 чел. - высшее юридическое, 7 чел. - незаконченное высшее юридическое, 3 чел. - среднее, 53 чел. - средне-юридическое, 66 чел. окончили юридические курсы и 79 человек не имели специального образования или имели низшее. При этом, не имели специального образования 6 сотрудников областного аппарата, 19 райпрокуроров, 18 пом. райпрокуроров и 36 следователей. По сравнению с 1940 г. высшее образование имели уже 10% сотрудников облпрокуратуры, а количество лиц без юридической подготовки уменьшилось до 33%. Количество неквалифицированных работников облаппарата составило 17%.

После выделения гор. прокуратуры Новосибирска, ситуация несколько изменилась, так как из состава облпрокуратуры были выделены наиболее квалифицированные кадры. К середине 1944 г. из 191 чел. фактического состава высшее образование имели 16 чел., 5 чел. имели незаконченное высшее юридическое, 31 - средне юридическое, юридические курсы окончили 85 чел., общее среднее и низшее имели 50 чел. Таким образом, из приведенных данных видно, что наибольшее количество (до 70%) оперативно-следственных работников составляли сотрудники с низшим образованием (юрид. курсы, общее среднее и низшее образование). Это можно объяснить тем, что за время Великой отечественной войны в прокуратуру вливались кадры, которые зачастую не имели специально-юридического образования и опыта работы. Но, тем не менее, по сравнению с довоенным временем количество работников с низшим образованием уменьшилось на 20%. В целом, работа по подготовке кадров не прекращалась и ситуация в этой области несколько улучшилась. Имелся резерв студентов, закончивших 1-го августа 1944 года 2-х годичную юридическую школу, в составе 9 человек, которые были распределены и аттестованы по должности народного следователя. Помимо этого, в ВЮЗИ и ЦЗЮШ обучались 45 чел. оперативного состава. Из них обучались в ВЮЗИ на 1-м курсе - 14 чел. и в ЦЗЮШ на 1 курсе 28 чел. и на 2 курсе 3 чел. C учащимися этих учебных заведений были некоторые проблемы. Во втором квартале отделом кадров областной прокуратуры была проведена проверка заочного обучения и выполнения учебного плана заочниками ВЮЗи и ЦЗЮШ. В результате проверок оказалось, что среди учащихся прокурорско-следственных работников заочного обучения ВЮЗИ и ЦЗЮШ большая часть из них не выполняет учебного задания и не работает над собой. Но, подобная ситуация была характерна и для довоенного времени, поэтому особо на состояние проф. подготовки не влияла. Тем не менее, по результатам проверки, на оперативном совещании облпрокуратуры был заслушан доклад о состоянии в этой области и было решено провести работу по вовлечению в 1944-45 гг. всех оперативных работников, не имеющих высшего и средне-юридического образования в заочный юридический институт и заочно-юридическую школу. Таким образом, заметен прогресс в подготовке сотрудников, что во многом было связано с некоторой стабилизацией в кадровой сфере.

К 1944 году практически прекратились периодические мобилизации в армию и переброска работников для работы в западные области. Во многом этому способствовала организация 3-х месячных юридических курсов по подготовке прокурорско следств. работников для работы в УССР и БССР. Работа курсов была начата 5 февраля 1944 года, и на 1 апреля количество слушателей этих курсов составило 65 чел. Впоследствии была проведена большая работа по выпуску и распределению студентов, закончивших эти курсы. В мае 1944 года было направлено по окончанию курсов на прокурорскую работу в прокуратуру УССР - 7 чел., в прокуратуру БССР - 8 чел., в военную прокуратуру Морского Военного флота -5 чел., 15 чел. распределены были в Новосибирской, Кемеровской областях и Алтайском крае. Затем, к августу, удалось добиться незначительного компенсирования кадров оперативного состава путем получения студентов, закончивших 2 поток 3-х месячных курсов в составе 11 человек. 3 человека были распределены для работы в горпрокуратуре и 8 чел в прокуратуре Области.

Для проведения занятий на курсах привлекались квалифицированные преподавателя из юридической школы, работники облаппарата, облсуда и адвокаты, причем успеваемость курсантов на отлично и хорошо составила 85%, остальные удовлетворительно.

Таким образом, видно, что к работе старались привлекать сотрудников, имеющих минимальный уровень юридического образования, что не может не служить показателем улучшения работы в данной области. Но все же образовательный уровень служащих оставлял желать лучшего, поэтому работниками облаппарата и периферии было организовано проведение занятий по русскому языку, причем для работников оперативного состава областной прокуратуры занятие по русскому языку организовано в обязательном порядке два раза в неделю.

Учеба сотрудников прокуратуры не завершалась получением профессионального образования. В целях повышения квалификации прокурорско-следственных работников в первом квартале 1944 г. оперативными отделами облаппарата было организовано прохождение стажировки райпрокуроров, пом. прокуроров, научно-методическая конференция следователей. В результате чего было охвачено научно-методической конференцией 55 следователей и 30 райпрокуроров. Как правило, конференции длились неделю и проходили очень организованно. К чтению лекций привлекались как преподавательский состав юридической школы, так и руководители отделов Новосибирской облпрокуратуры. Фактически, периодический созыв учебно-методических конференций оказывался единственным более или менее действенным методом повышения квалификации следователей.

В то же время, после начала войны помимо имеющихся задач, военная обстановка ставила перед органами прокуратуры ряд новых:

обеспечить аккуратную в смысле установленных сроков и надлежащую по качеству поставку транспортных средств и др. имущества для Красной Армии, решительно пресекая всякие попытки уклониться или поставить недоброкачественное имущество;

усилить работу по надзору за выполнением оборонных заказов, немедленно привлекая к ответственности лиц срывающих или тормозящих выполнение заказов;

усилить борьбу с дезертирством, с уклонением от выполнения обязательных поставок и налогов.

За период военного времени органы прокуратуры усилили работу в области общего надзора. После объявления войны содержанием деятельности органов прокуратуры стали вопросы, связанные с мобилизацией кадров, транспорта и имущества для Красной Армии; борьбой с враждебными элементами, уклонением от мобилизации и поставок; с выполнением оборонных заказов; организацией госпиталей; сторожевой и противопожарной охраны предприятий и учреждений и с соблюдением льгот для призванных в РККА и их семей.

Кроме того, центром внимания прокуратуры были вопросы соблюдения трудовой дисциплины на промышленных предприятиях и предприятиях, связанных с уборкой урожая и заготовкой сельхозпродуктов. Статистические данные о работе органов прокуратуры показывали увеличение числа предприятий, учреждений и организаций, в которых проверялись решения, приказы и распоряжения, а также увеличение количества докладов и бесед работников прокуратуры, что объяснялось общим увеличением количества срывов оборонных заказов.

В порядке общего надзора, совместно с партийными комитетами и соответствующими руководителями проводились проверки состояния сторожевой и противопожарной охраны на предприятиях, проводились проверки выполнения оборонных заказов кооперативных и государственных предприятий, а также организации госпиталей, проверки правильности назначения и выплаты пособий семьям военнослужащих.

Одной из важнейших задач в годы войны стала проверка состояния работы местных органов власти по расселению и трудоустройству эвакуированного населения, создании им нормальных бытовых условий. В результате проверок оказывалось, что очень часто положение эвакуированного населения было очень тяжелым. Имели место случаи, когда эвакуированным семьям не выделялись пособия, они плохо обеспечивались жильем. Зачастую по 2 и 3 семьи вынуждены были ютиться в одной небольшой комнате. Жилищно-бытовые условия эвакуированных граждан в отдельных случаях не соответствовали элементарным требованиям санитарии. В частности в г. Новосибирске, на ул. Фрунзе общежития содержались в антисанитарном состоянии, жильцы не обеспечивались самой необходимой мебелью: столами, стульями, шкафами, вешалками и т. п., не обеспечивались кипяченой водой. Всё это создавало антисанитарию помещений, способствовало стопроцентной вшивости проживающих там лиц и значительной заболеваемости среди них. Помимо этого, ряд райисполкомов не занимался вопросами трудоустройства эвакуированных граждан.

Достаточно большое внимание уделялось борьбе с дезертирством. Согласно приказу № 62 от 28 июня 1942 г. на каждом крупном предприятии военной и угольной промышленности заводился специальный учет состояния трудовой дисциплины. За шестидневную рабочую неделю по каждому из предприятий учету подлежали:

Количество прогулов и опозданий (по результатам проверки предприятий);

Количество самовольных уходов;

сроки передачи дел в суды о прогульщиках и материалов прокурору в отношении дезертиров;

сроки передачи дел прокурорам в трибуналы на дезертиров;

Количество разысканных и арестованных дезертиров;

остаток неоформленных дел о дезертирах, находящихся в прокуратуре;

сроки рассмотрения дел в судах на прогульщиков;

выявленные недостатки в организации табельного учета, организации труда, жилищно-бытового обслуживания рабочих и т. п. способствующие прогулам и дезертирству;

какие приняты реальные меры к устранению выявленных недостатков (внесение представлений в партийные и хозяйственные органы, привлечение к уголовной ответственности и др.).

На прокуроров возлагалась личная ответственность за установление учета состояния трудовой дисциплины. При этом особо оговаривалось, что проведение особого повседневного контроля состояния трудовой дисциплины по крупнейшим предприятиям оборонной и угольной промышленности не снимало обязанности с прокуроров осуществлять прокурорский надзор за состоянием трудовой дисциплины по всем остальным предприятиям города или района.

Работа органов прокуратуры по уголовно-судебному надзору была направлена на усиление борьбы с дезорганизаторами тыла, на усиление борьбы с растратчиками, расхитителями социалистической собственности, хулиганами, спекулянтами и дезорганизаторами производства. В первый период войны количественно выступлений горрайпрокуроров при рассмотрении дел в подготовительных и судебных заседаниях несколько снизилось. Это делалось в соответствии с требованиями прокурора Союза ССР об обеспечении участия прокуроров при рассмотрении наиболее сложных дел. Рассмотрение дел с участием прокуроров в судебных заседаниях во II-м квартале 1941 г. составило 2950, а в III квартале - 2323 дела. В условиях военного времени наблюдалось общее ужесточение в сфере юстиции: в основном карательная политика по особо опасным видам преступлений является выдержанной и почти каждый случай ослабления карательной политики по таким делам горрайпрокурорами опротестовывается. Облпрокуратура следила за тем, чтобы по таким делам как растраты, хищения, спекуляции и хулиганство в качестве меры наказания назначалось лишение свободы, однако, несмотря на ряд приказов вышестоящих органов прокуратуры, по такого рода преступлениям заключение под стражу назначалось только по 60% всех подобных дел. В то же время, вынесенные оправдательные приговоры и приговоры с мягкой мерой наказания опротестовывались, и протесты по ним в большинстве случаев удовлетворялись, так как, по мнению прокуратуры, суды должны были обеспечивать жесткую борьбу с наиболее опасными видами преступлений, и вынесение оправдательных приговоров в большинстве случаев нарсудами применялось неосновательно.

Поскольку Новосибирская область была тыловым центром, то этим видам преступлений в военное время уделялось особое внимание и в целом по данным видам преступлений количество дел, поступающих в прокуратуру, сравнительно уменьшилось. Но увеличились растраты и недостачи, так как прокуратура плохо следила за работой контрольно-ревизионных органов, в результате чего многие выявленные растраты оформлялись очень медленно, а зачастую в некоторых торгующих организациях ревизии не производились месяцами. Помимо этого имелись случаи, когда многие материально ответственные лица, подлежавшие призыву в армию, не успевали сдать подотчетные ценности, так как время явки на призывной пункт было ограничено. Прокуратура также занималась обеспечением возмещения ущерба, причиненного государственным и кооперативным торговым организациям, для чего прокуроры обязаны были по каждому делу производить опись и арест имущества, однако это делалось лишь в 40 - 50% случаев.

Прокуратура занималась вопросами обеспечения мобилизации транспорта и другого имущества в пользу РККА. За несвоевременную и недоброкачественную поставку имущества к уголовной ответственности привлекались хозяйственные работники и руководители. Кроме того, к уголовной ответственности привлекали за срыв заданий по выполнению оборонных заказов, а также за уклонение от выполнения налоговых обязательств и натурпоставок.

Облпрокуратура неоднократно указывала, что в период военного времени работа прокуратуры должна быть усилена, для чего необходимо было сокращать сроки расследования. Однако здесь существовали определенные трудности. Ежемесячно по области в прокуратурах оставалось до 24% всех дел с превышением 2-х месячного срока расследования, по которым всегда почти до 50% обвиняемых содержатся под стражей. Помимо этого наблюдался высокий процент прекращения уголовных дел, который в октябре 1941 г. достиг 16,5% (11% в мае). Это происходило за счет неосновательного возбуждения уголовных дел. Причина такого положения заключалась в том, что в период военного времени был ослаблен контроль над качеством расследования. Кроме того, в этот период в органы прокуратуры влились новые сотрудники, которые зачастую не имели достаточной квалификации и опыта работы.

Война была тяжелым временем, как для всей страны, так и для органов прокуратуры в частности. К началу войны в органах прокуратуры сохранился импульс нестабильности, заложенный еще в предвоенные годы, вызванный недостаточным вниманием проблемам кадрового состава со стороны руководства, общей слабостью профессиональной подготовки и т. д. Положение усугубляли постоянные мобилизации, под которые зачастую попадали наиболее квалифицированные работники. Эвакуация населения из западных районов позволила несколько компенсировать недостаток работников, однако этого было недостаточно. Поэтому приходилось доукомплектовывать штат неопытными и малограмотными сотрудниками. Впоследствии, примерно с середины 1943 года, когда начался коренной перелом ходе войны, мобилизациям подвергалось все меньшее и меньшее количество сотрудников, но значительные группы кадровых работников перебрасывались для работы в освобожденных районах. И лишь с 1944 года, состояние в кадровой сфере можно было назвать стабильным, поскольку работников для западных районов стали готовить специально, а не выдергивать из штата.

Тем самым, благодаря активизации и устойчивости осуществления кадровой политики в годы войны удалось не только сохранить кадровый состав и не допустить снижения профессионального уровня прокурорских работников, но даже и повысить его в сравнении с предвоенным периодом.


Заключение


В мире не существует единой модели института прокуратуры, ни с организационной, ни с функциональной точек зрения. Многообразие форм прокуратуры объясняется тем, что сходные правовые функции, необходимые в любом обществе могут реализовываться через различные правовые институты и механизмы в соответствии с национальными, социально-экономическими и правовыми традициями. Тем не менее, выполнение этих функций является обязательным для любого государства. После революции 1917 г. новая Советская власть отказалась от предыдущей системы юстиции, поскольку перед ней стояли более насущные проблемы, которые требовали своего решения в т. ч. вне правового поля. Действуя в условиях революционной законности, советская власть не видела необходимости в создании особого надзорного органа, а если быть точнее, то такой орган ей попросту мешал. Однако вскоре после установления относительной стабильности сложилась объективная необходимость восстановления порядка в стране. Для этих целей был восстановлен институт прокуратуры. Государственный механизм в молодом советском государстве строился с учетом обеспечения наиболее эффективного выполнения задач диктатуры пролетариата, и прокуратура явилась частью этого механизма. Прокуратура стала одним из важнейших инструментов, с помощью которого партийные органы осуществляли государственную политику.

В процессе своего развития органы прокуратуры Сибири прошли сложный путь. Так как новая власть отказалась от системы органов юстиции, существовавшей в царской время, ей необходимо было создать орган, отвечающий за соблюдение закона, практически заново. Но в начальный период своего существования у молодого советского государства не было ни возможности, ни желания создавать что-то новое. Поэтому при воссоздании органов прокуратуры пришлось использовать дореволюционный опыт и система органов советской юстиции в общих чертах копировала предыдущую. Впоследствии система органов прокуратуры неоднократно менялась в соответствии с проводимыми в Сибири преобразованиями. Лишь спустя значительное время, к середине 1930-х годов, накопив соответствующий опыт путем проб и ошибок, прокуратура окончательно оформилась как самостоятельный и формально независимый орган.

В течение всего периода существования Советского государства для него была характерна цикличность по отношению к органам прокуратуры. Несмотря на то, что прокуратура изначально задумывалась как независимый орган, осуществляющий надзор за законностью, этого партийно-советское руководство никогда не допускало. В условиях формирования и утверждения тоталитарной системы все государственные органы были винтиками огромной машины. То же самое относится и к прокуратуре. Это механизм, который включали, когда он был нужен и выключали, когда необходимость в нем отсутствовала. В период массовых репрессий конца 1930-х годов из ведения прокуратуры были выведены не только крупные дела о терроризме, бандитизме, система НКВД в административном порядке присвоила себе судебные и прокурорские функции, а особая коллегия Верховного Суда - функции надзора и протеста. Эти изменения фактически привели прокуратуру в зависимое состояние, заставив надеть одежды так называемой социалистической законности. Прокуратура превратилась в структуру, механически дублировавшую партийно-государственные решения на всех уровнях. В дальнейшем все структурные преобразования в системе органов прокуратуры производились в соответствии с теми функциями, которые она выполняна.

Государство ставило перед органами прокуратуры достаточно много задач. Будучи блюстителем закона, прокуратура должна была следить за точным его исполнением. Прокуратура это наблюдательный орган, и его наблюдательная функция состояла из двух связанных между собой частей: профилактически-предупредительная деятельность, направленная на недопущение нарушения закона, и карательная функция, направленная на восстановление нарушенного порядка средствами уголовной репрессии. В Советское время, и особенно в Сталинский период, профилактически-предупредительная деятельность органов прокуратуры реализовывалась в русле общей политики режима. Прокуратура контролировала точное выполнение всех директив и распоряжений руководства страны и в тех случаях, когда эти директивы не выполнялись, прокуратурой применялись репрессивные меры в форме уголовного преследования.

Помимо общих функций, которые возлагались на прокуратуру положением и конституцией СССР, она должна была выполнять ряд задач хозяйственно-политического значения, которые были ей не свойственны. Она участвовала в хлебозаготовительных кампаниях, на нее возлагалась ответственность на проведение в жизнь ряда указов, направленных на ужесточение трудовых отношений. Зачастую прокуратура вмешивалась в хозяйственную деятельность предприятий промышленности. С целью обеспечения более качественного выполнения тех или иных распоряжений партийного руководства, прокуратура проводила массово-разъяснительную работу среди населения. После начала войны помимо имеющихся задач, военная обстановка поставила перед органами прокуратуры ряд новых. Содержанием деятельности органов прокуратуры стали вопросы, связанные с мобилизацией кадров, транспорта и имущества для Красной Армии; борьбой с враждебными элементами, уклонением от мобилизации и поставок; с выполнением оборонных заказов. Одной из важнейших задач в годы войны явилась проверка состояния работы местных органов власти по расселению и трудоустройству эвакуированного населения, создании им нормальных бытовых условий. Помимо этого прокуратура должна была уделять достаточно большое внимание борьбе с трудовым дезертирством. В целом, в указанный период, деятельность прокуратуры проходила в русле общей мобилизационной политики режима, однако спецификой деятельности Новосибирской прокуратуры являлось то, что она решала широкий круг задач хозяйственного значения, так как Новосибирская область являлась одним из важнейших тыловых центров страны.

В то же время, во внутренней государственной политике политическое руководство всегда уделяло больше внимания карательным органам (ОГПУ-НКВД), а отнюдь не органам прокуратуры. В плане материально-технического оснащения это проявилось в том, что зачастую прокуратура испытывала острую нехватку не только служебных зданий и помещений, но также была мало обеспечена транспортными средствами, сейфами, следственными чемоданами, пишущими машинками, бумагой и иными канцелярскими принадлежностями, что в целом, безусловно, отрицательно влияло на организацию их служебной деятельности. Материальное стимулирование государством труда работников прокуратуры оставалось на достаточно низком уровне. Несмотря на то, что средняя зарплата работника прокуратуры не существенно отличалась от среднестатистической зарплаты по стране, её все равно было недостаточно. В годы войны эти вопросы обострились еще больше. Такая государственная политика в сфере оплаты труда советских прокуроров и следователей не способствовала делу укрепления законности, повышению авторитета органов прокуратуры и реальному обеспечению их независимости при осуществлении прокурорско-следственной работы.

Традиционно очень сложным для прокуратуры был кадровый вопрос. После периода 37-38 гг. в Новосибирской областной прокуратуре ощущался острый недостаток кадров. Большинство сотрудников не имело необходимого образования и достаточного опыта работы. Основная масса сотрудников обладала стажем менее 3-х лет. Ситуация осложнялась некомпетентностью и плохим руководством. С началом войны в органах прокуратуры стали проводиться периодические мобилизации, которые вымывали из органов прокуратуры более опытных работников. Это приводило к тому, что люда вливались либо новые неопытные сотрудники, либо к работе привлекали сотрудников прокуратуры эвакуированных из прифронтовой полосы. Эта ситуация продолжалась вплоть до 1942 года. Затем положение на фронте стало постепенно улучшаться. Периодические мобилизации практически закончились. Улучшилось положение в сфере образования и подготовки сотрудников, так как этому стало уделяться больше внимания. Работников для освобожденных районов стали готовить специально, поэтому прекратились переброски штатных сотрудников на запад. Помимо этого, государство стало уделять внимание повышению авторитета прокурорских работников. Для этих целей для них была установлена система чинов и введена форма.


Источники:


Архивные данные:

ГАНО. Ф. Р-20. Прокуратура Новосибирской области 1920-1970 гг. Оп. 1. д. 1, 6, 8, 9, 71, 104, 105, 159, 238, 239, 241, 243, 244, 245, 246, 247, 248, 255, 256, 258, 259, 271, 273, 275, 276, 286, 287, 288, 289, 300, 301, 302, 304, 305, 321, 322, 323, 324, 325, 326, 339, 340, 342, 343.

ГАНО. Ф. П-431. Партийные организации Новосибирской областной прокуратуры 1927-1987. Оп. 1. д. 37, 39, 40, 42.

Опубликованные документы:

История советской прокуратуры в важнейших документах. М., 1947.

Литература:

Амирбеков К. И. Селиверстов Т. А. История развития российской прокуратуры. М., 2002.

Березовская С. Г. Правовые гарантии законности в СССР. М. 1962.

Бровин Г. И. Михайлов В. Т. Прокурорский надзор за законностью исполнения приговоров. М., 1977.

Власов В. А. Студеникин С. С. Советское административное право. М., 1959.

Гальперин И. М. Взаимодействие государственных органов и общественности в борьбе с преступностью. М., 1972.

Горшенин К. П. Советская прокуратура. М., 1947.

Исаев В. И., Угроватов А. П. Правоохранительные органы Сибири в системе управления регионом (1920-е гг.). Новосибирск, 2006.

Карев Д. С. Советское судоустройство. М., 1951.

Лебединский В. Г. Организация работы и контроль исполнения в органах прокуратуры. М., 1949.

Лебединский В. Г. Каленов Ю. А. Прокурорский надзор в СССР. М., 1957.

Лунев А. Е. Студеникин С. С. Социалистическая законность в советском государственном управлении. М., 1948.

Мурашин Г.А. Органы прокуратуры в механизме советского государства. Киев, 1972.

Новиков С. Г. Прокурорская система в СССР. М., 1977.

Прокурорский надзор в СССР. Отв. ред. М. П. Маляров. М., 1973.

Радьков В. П. Организация суда и прокуратуры в СССР. М., 1965.

Семенов В. М. Суд и правосудие в СССР. М., 1984.

Тадевосян В. С. Прокурорский надзор в СССР. М., 1956.

Березовская С. Г. Звирбуль В. К. Демократические основы прокурорского надзора и их развитие // Вопросы борьбы с преступностью. Вып. 6, М., 1967.

Букин С. С. Жизненная среда Новосибирска в военное лихолетье //Западная Сибирь в Великой Отечественной войне (1941-1945 гг.). Новосибирск, 2004.

Кожевников М. В. Пути развития советской прокуратуры // Ученые записки МГУ. Кн. 5-я. М., 1950.

Папков С. А. Контрреволюционная преступность и особенности её подавления в Сибири в годы Великой Отечественной войны (1941-1945) // Урал и Сибирь в сталинской политике. Новосибирск, 2002.

Папков С.А. Правосудие - как инструмент репрессий в СССР в годы Великой Отечественной войны //Западная Сибирь в Великой Отечественной войне (1941-1945 гг.). Новосибирск. 2004.

Рагинский М. Ю. Участие общественности в деятельности прокуратуры // Становление и развитие прокурорского надзора в СССР. М., 1976.

Руденко Р. А. Под знаменем Великой Октябрьской Социалистической революции // Социалистическая законность. М., 1957. № 10.

Терехов Г. А. Развитие коллегиальности в деятельности советской прокуратуры // Становление и развитие прокурорского надзора в СССР. М., 1976.

Бобровский С. С. Становление и развитие территориальных органов прокуратуры СССР в Центральном Черноземье (1934-1953 годы). Автореф. канд. ист. наук. Курск, 2000.

Дугарова С. Ж. Органы суда, прокуратуры, милиции Бурятии в 1928-1932 гг. Автореф. канд. ист. наук. Улан-Удэ. 1998.

Марина И. Х. Прокуратура Сибири в период восстановления народного хозяйства СССР (1922-1925). Автореф. канд. ист. наук. М., 1974.


Приложение № 1*


Штатное расписание областного аппарата Новосибирской областной прокуратуры на 1938 г.

№ДолжностьКоличество1Прокурор области12Зам Прокурора13Секретариат прокурора областиЗав. секретариатом1Секретари1Стенографистки14Следственный отделПрокурор Отдела1Прокурор1Следователь4Секретарь отдела 1Секретарь15Отдел общего надзораПрокурор отдела1Прокурор1Секретарь отдела16Отдел кадровПрокурор1Ст. инспектор17Угол. Судебный отделПрокурор отдела1Прокурор2Секретарь отдела18Гражданско-Судебный отделПрокурор отдела1Прокурор2Секретарь отдела19Отдел по надзору за м. з.Прокурор1Секретарь отдела110Отдел по Спец. деламПрокурор Отдела1Секретарь111Первое отделениеПрокурор отдела1Прокурор1Секретарь отделения112Второе отделениеПрокурор отделения1Прокурор1Секретарь отделения113Третье отделениеПрокурор отделения1Прокурор1Секретарь отделения114Отдел по жалобамПрокурор отдела1Прокурор1Секретарь отдела115Особый секторНачальник отдела1Зав. секретн. делопроизводством1Шифровальщик1Секретари1Машинистки1Ротаторщик116Управление деламиУправляющий делами1Кодификатор1Зав. Архивом1Глав. Бухгалтер1Бухгалтер1Ревизор1Счетовод1Кассир1Машинистки3Регистраторы2Экспедиторы117ХозчастьКомендант3Уборщицы3Курьеры2Шоферы2Итого73* ГАНО, ф. Р-20, оп. 1, д. 238, л. 7-8. Машинописная копия.

Приложение № 2


Штатное расписание областного аппарата Новосибирской областной прокуратуры на 1943 г.

№ДолжностьКоличество1Прокурор области1Зам. прокурора области3Ст. референт1Инспектор по стат1Секретарь-стенографист12Отдел кадровСт. пом. пр-Ра обл. - нач. отд.1Прокурор1Инспектор13Отдел по спецделамЗам. пр-ра обл. - нач. отд.-Прокурор6Ст. секретарь1Секретарь-машинистка14Следственный отделСт. пом. пр-ра обл. - нач. отд.1Прокурор5Ст. следователи4Ст. секретарь1Секретарь15Угол. - суд. отделСт. пом. пр-ра обл. - нач. отд1Прокуроры5Ст. секретарь1Секретарь16Гражд. - суд. отделПом. пр-ра обл. - нач. отдела1Прокурор2Ст. секретарь17Отдел общего надзораСт. пом. пр-ра обл. - нач. отд1Прокуроры5Ст. секретарь18Отдел по надзору за милициейПом. пр-ра обл. - нач. отдела1Прокуроры4Ст. секретарь29Отдел по надзору за МЗПом. пр-ра обл. - нач. отдела1Прокурор110Особый секторНач. сектора - шифровальщик1Ст. секретарь1Секретарь-машинист1Ротаторщик111Адм. - фин. отделНачальник отдела1Главн. бухгалтер1Бухгалтер-ревизор1Бухгалтер-кассир1Нач. канцелярии1Секретарь3Машинистки2Экспедитор1Архивариус1Курьер1Завхоз - комендант1Сторожа3Истопник1Уборщицы2Шоферы2Итого:84* ГАНО, ф. Р-20, оп. 1, д. 304, л. 2-3. Машинописная копия.


Приложение №3


Характеристики

Назарюк Кирилл Алексеевич. Род. в 1903 г., член ВКП (б) с 1931 г., по происхождению из крестьян. Пом. облпрокурора по спецделам. Заочно заканчивает юридический институт. Принимает активное участие в массово-политической жизни коллектива. Является членом партбюро и председателем профорганизации. Работает над повышением своего идейно-политического уровня.

Чернышенко Кузьма Степанович. Род. в 1911 г., член ВКП (б) с 1931 г., по происхождению из крестьян. Образование высшее юридическое. Работает на судебно-прокурорской работе с 1934 г. В данное время работает помощником областного прокурора. Судебно-прокурорскую работу знает хорошо. Отношение к работе хорошее. В общественно-политической жизни принимает участие, в данное время работает агитатором и в редколлегии стенгазеты. Политически развит, работать с книгой может самостоятельно.

Дубовцев Василий Иванович. Род. в 1901 г., служащий, член ВКП (б) с 1925 г., образование среднее. Работает в органах прокуратуры с 1927 г., в данный момент нач. отдела общего надзора Облпрокуратуры. Работу знает, политически развит. В общественной жизни коллектива принимает участие, партпоручения выполняет, агитатор и член бюро совета воинствующих безбожников. Имеет партвзыскание - выговор, данный в 1940 г. за утерю партдокумента.

Эпштейн Рувим Григорьевич. Род в 1898 г., по происхождению из рабочих, член ВКП (б) с 1919 г. Образование высшее юридическое и партийно-политическое. Работает в данное время заместителем областного прокурора по спецделам. В общественно-политической жизни принимает активное участие, является членом парт. бюро парторганизации Облпрокуратуры и консультантом по пропаганде при Центральном райкоме ВКП (б). Дисциплинирован. Работать может самостоятельно над разработкой отдельных теоретических вопросов.

Комаров Андрей Романович. Род. в 1900 г., член ВКП (б) с 1931 г. Происхождение из крестьян. Образование высшее юридическое. На прокурорской работе с 1932 г. В данное время работает нач. Следственного отдела Облпрокуратуры. Партпоручения выполняет аккуратно. Политически развит, может работать самостоятельно с книгой. В производственной работе имеются недостатки в части руководства следствием на периферии.

Яковлев Андрей Иванович. Член ВКП (б) с 1926 г. На прокурорской работе работает с 1926 года. В парторганизации Облпрокуратуры состоит на учете с 30 мая 1937 г. Работает помощником Облпрокурора. Прокурорскую работу знает, но недостаточно инициативен. В общественной работе участие принимает слабое, к партпоручениям неаккуратен, имеет партвзыскания за пьянство в 1940 г. - выговор.

Попов Михаил Семенович. Род. в 1903 г. Состоит в рядах ВКП (б) с 1925 г. По социальному положению рабочий. С 1923 по 1928 г. состоял членом ВЛКСМ. Имеет высшее образование. В настоящее время работает в должности начальника Гражданско-судебного отдела Облпрокуратуры. За хорошие показатели в работе приказом прокурора области тов. Попов занесен на областную доску почета и является ударником. Дисциплинирован. Принимает активное участие в работе парторганизации, является редактором стенной газеты Социалистическая законность и другие партпоручения выполняет добросовестно.

Тарасенко Иван Самсонович. Род. в 1912 г., служащий, окончил одногодичные высшие академические курсы, член ВКП (б) с 1938 г. В органах прокуратуры работает с 1935 г, в данное время пом. Облпрокурора по спецделам, работу знает, политически развит, парт. поручения выполняет - техн. секретарь партбюро и агитатор. Над повышением своего идейно-политического уровня работает.


Теги: Органы прокуратуры Новосибирской области в 1939–1945 гг.  Диплом  История
Просмотров: 22389
Найти в Wikkipedia статьи с фразой: Органы прокуратуры Новосибирской области в 1939–1945 гг.
Назад