История партизанского движения в Енисейской губернии. 1918-1920 гг.


История партизанского движения в Енисейской губернии. 1918-1920 гг.


Содержание


Введение. Начало Гражданской войны и установление колчаковщины. Крушение советской власти в Енисейской губернии. Образование и развитие большевистского подполья в Енисейской губернии. Борьба колчаковского правительства против партизанского движения. Северо-Канский фронт. Северо-Ачинский фронт. Степно-Баджейская республика. Минусинский фронт и армия А.Д. Кравченко. Шиткинский фронт. Освобождение Енисейской губернии от колчаковских войск

Заключение

Список литературы


Введение


Гражданская война в России явилась закономерным итогом революционного кризиса, поразившего страну в начале XX в. Цепь событий - революция 1905 г., незавершенные реформы, мировая война, падение монархии, хозяйственная разруха, радикализация настроений масс, развал государственности и распад страны, захват власти большевиками - привела российское общество к глубокому социальному, национальному, политическому и идейному расколу. Апогеем этого раскола стала ожесточенная война в масштабах всей страны между вооруженными силами большевистского режима и белых диктатур с лета 1918 г. по осень 1920 г.

Гражданская война - величайшая трагедия в истории нашей страны. Эта борьба приняла самые крайние формы, неся с собой взаимную жестокость, террор, непримиримую злобу. Отрицание прошлого мира нередко превращалось в отрицание всего прошлого и вылилось в трагедию тех людей, которые отстаивали свои идеалы. Со второй половины 1918 года и по 1920 год война стала основным содержанием жизни страны. Большевики отстаивали завоевания Октябрьской революции. Их противники преследовали самые различные цели - от «единой и неделимой» монархической России и до России советской, но без коммунистов.

Гражданская война в России почти всегда являлась приоритетной темой отечественной историографии. Однако интерес историков к различным ее проблемам был далеко не одинаковым, а полученные ими результаты значительно отличались по своей достоверности и по глубине проникновения в суть явлений. К числу вопросов, изучавшихся до начала 1990-х годов недостаточно, но, тем не менее, подвергшихся советскими историками существенным искажениям, нужно отнести роль народных масс в победе большевиков и в частности вопрос о роли партизанского движения в разгроме Колчака. Причем актуальна эта проблема? как на общероссийском, так и на региональном - краевом уровнях.

С одной стороны, количество литературы по истории партизанского движения в Енисейской губернии нельзя назвать незначительным. Однако, почти вся она, как это ни прискорбно, либо морально устарела, и является скорее памятником определенному - советскому - этапу развития отечественной историографии, либо носит откровенно краеведческий характер и, таким образом, не подымается до серьезных научных обобщений.

С другой стороны, в постсоветское время история партизанского движения в нашем крае в годы гражданской войны оказалась попросту забытой. Постепенно стираются из памяти имена героев, уже мало кто помнит в честь кого названы улицы городов Красноярья. И более того, сами историки, за редким исключением, обходят молчанием данную тему. Показательный факт: в краевой универсальной научной библиотеке имени В.И. Ленина - хранительнице исторического прошлого региона - литература по истории гражданской войне в крае и партизанском движении списывается, раздается и консервируется как откровенно не востребованная, ненужная.

Вместе с тем, очевидно, что партизанское движение в Енисейской губернии - это страница нашей истории и такое отношение к ней недопустимо и аморально. Соответственно, в данной работе поставлена цель - исследовать историю партизанского движения в Енисейской губернии в 1918 - 1920 гг.

Гражданская война явилась высшим проявлением экономического, политического и военного столкновения, достигшим своей вершины в Енисейской губернии к началу 1918 г. В первой половине 1918 г. советская власть продолжала осуществлять на территории ее политические, военные и хозяйственные преобразования. У населений изымалось оружие, казачеству было предложено признать новую власть и др. Это вызвало негативную реакцию у некоторых слоев населения, которые были против советской власти, проводившихся ею преобразований. Ситуация в губернии осложнилась к марту. Начались выступления противников новой власти. В результате Сибирь была объявлена на военном положении. Осложнение ситуации было связано еще и с тем, что на губернию распространился и белочешский мятеж. Чехи 25 мая захватили Мариинск, 26 мая - Новониколаевск, 29 мая - Канск, 31 мая - Томск и станцию Тайга. В начале июня развивается их наступление по территории всей Енисейской губернии. В создавшейся ситуации были организованы Клюквенский и Мариинский фронты. Однако противостоять белочехам они не смогли. 18 июня советская власть в Красноярске пала.

Партизанское движение стало наиболее массовой и крупной формой борьбы с колчаковским режимом в губернии. Уже в конце 1918 г. здесь образовалось пять партизанских районов. Каждый из них имел свои особенности. Нужно подчеркнуть, что именно партизаны сыграли главную роль в освобождение Енисейской губернии от колчаковцев.


I. Начало Гражданской войны и установление колчаковщины


мая 1918 г. против большевиков выступил Чехословацкий корпус (до 45 тыс. бойцов). Сформированный на Украине русским командованием из пленных чехов и словаков, бывших офицеров и солдат австрийской армии, корпус после заключения Брестского мира был объявлен частью французской армии. По соглашению с правительством Ленина, корпус начал продвижение в эшелонах на Пензу, а от нее по Транссибирской железнодорожной магистрали во Владивосток для последующей переброски морским путем на Западный фронт. Выступив в ответ на попытку большевиков разоружить их, части корпуса заняли крупные города вдоль магистрали от Пензы до Владивостока (7 тыс. км), что дало возможность выйти из подполья и приступить к активной борьбе многочисленным офицерским организациям. Отход крестьянства Поволжья, Урала и Сибири от поддержки большевиков позволил им в короткий срок сформировать из офицеров, интеллигенции и крестьян антибольшевистские армии.

Именно эти армии при участии чехословацких частей ликвидировали слабые силы Красной армии и Советскую власть от Волги до Тихого океана. Формально подчиняясь демократическим правительствам, созданным преимущественно социалистами с целью восстановления власти Учредительного собрания, армии эти возглавлялись и формировались монархическим офицерством, стремившимся к установлению военной диктатуры как единственной, на их взгляд, силы, способной свергнуть диктатуру большевиков.

К ноябрю 1918 г., опираясь на сочувствие, поддержку и прямое участие в войне зажиточного крестьянского и казачьего населения зернопроизводящих регионов, Белое движение выросло из подпольно-партизанского состояния в малочисленные, но регулярные и хорошо организованные армии, закрепившие за собой районы Дона, Кубани, Поволжья, Урала и Сибири, богатые людскими и хозяйственными ресурсами.

Между тем неудачи на Средней Волге войск созданного в сентябре 1918 г. в Уфе Временного всероссийского правительства («Уфимская директория»), в которое входили социалисты, занятие Добровольческой армией всего Северного Кавказа и исчезновение иллюзорных надежд на широкомасштабное участие войск Антанты в войне против большевиков ускорили процесс установления белых военных диктатур на востоке и юге России.

К осени 1918 г. в антибольшевистском движении все больше усиливались сторонники Белого дела. «Демократическая контрреволюция» с ее претензией на «третий путь», поддерживаемая чехословаками, переживала серьезный кризис. Сформированное в сентябре 1918 г. в Уфе Всероссийское временное правительство - Директория (эсеры Н. Авксеньтьев, В. Зензинов, бывший эсер П. Вологодский, кадет В. Виноградов и генерал B. Болдырев) не пользовалось популярностью среди военных, не без основания отождествлявших умеренных социалистов с их лозунгами «Вся власть Учредительному собранию» с обанкротившейся ранее и ненавистной многим керенщиной. Среди офицерства армий, неудачно воюющих с большевиками КОМУЧа и сибирских областников, а также среди казачества, в общественных и деловых кругах Сибири, открыто высказывалась идея о необходимости смены «прогнившей демократии», неспособной организовать борьбу с красными, и установления твердой власти военной диктатуры.

В ночь с 17 на 18 ноября 1918 г. в Омске, куда из Уфы от наступающих большевиков перебиралось «Всероссийское временное правительство», был совершен переворот. Члены Директории эсеры Авксентьев и Зензинов были арестованы и к власти пришел недавно вернувшийся из-за границы адмирал Колчак.

Александр Васильевич Колчак (1874-1920) - Верховный правитель России, выдающаяся личность с многогранным талантом и противоречивым характером. Родился в семье морского офицера-артиллериста. В 1894 г. окончил морской кадетский корпус, ушел на флот. В 1896-1899 гг. служил на Тихом океане, серьезно занимался гидрологией, изучал иностранные языки. С 1899 г. участвовал в полярных экспедициях, стал одним из крупных исследователей Арктики. В 1901 г. организатор спасательной экспедиции барона Толля. В 1906 г. избран действительным членом Императорского Русского географического общества и отмечен его высшей наградой - большой золотой Константиновской медалью. Один из островов Карского моря был назван именем Колчака (в 1930-е гг. переименован в о. Расторгуева).

Участник русско-японской войны, командир эсминцев и батареи в Порт-Артуре. Раненым попал в плен к японцам. В апреле 1905 г. вернулся в Петербург. В ноябре награжден орденом Анны IV степени «За храбрость», в декабре 1905 г. - золотой саблей и орденом Станислава II степени «За отличие».

В 1906-1909 и 1911-1914 гг. служил в Морском Генштабе и непосредственно участвовал в разработке предвоенных программ возрождения российского флота. С начала первой мировой войны - начальник оперативного отдела Балтийского флота, командир минной дивизии, с июля 1916 г. командующий Черноморским флотом, вице-адмирал. После Февральской революции был отозван Временным правительством в Петроград и командирован в Великобританию и США, с конца 1917 г. в Японии и в Китае. В октябре 1918 г. с английским генералом Ноксом прибыл в Омск и 4 ноября назначен военным и морским министром в кабинете Директории.

В результате совершенного переворота вся полнота государственной власти в Сибири перешла к Колчаку, которому были присвоены титул Верховного правителя и звания Верховного главнокомандующего и полного адмирала. Он имел неограниченные права в военной области, для решения гражданских дел при нем учреждался Совет в составе пяти видных общественных деятелей кадетской ориентации (П. Вологодский, А. Гаттенберг, Ю. Ключников, Г. Тельберг и М. Михайлов). Кадеты выдвинули лозунг «диктатура во имя демократии» и сумели объединить вокруг Колчака представителей различных политических партий, групп и организаций от правых социалистов до монархистов.

Сам Верховный правитель стремился подняться над партийными интересами и претендовал на выражение общенациональной государственной идеи. В первый же день после переворота в своем воззвании к населению Колчак подчеркивал, что он не пойдет ни по пути реакции, ни по гибельному пути партийности. «Главной своей целью, - заявлял он, - ставлю создание боеспособной армии, победу над большевизмом и установление законности и правопорядка, дабы народ мог беспрепятственно избрать себе образ правления, который он пожелает...». Колчак пытался избежать повторения главной ошибки своих предшественников и, прежде всего, Временного правительства - угодить всем социальным слоям и партиям, включая крайне радикальные силы. Между тем ведущую роль в его правительстве играли кадеты, они же разрабатывали основные положения внутриполитического курса.

Ядром официальной идеологии режима Колчака стала идея возрождения великой государственности, лозунг «единой и неделимой России». Ключевыми элементами политической доктрины белых в Сибири были патриотизм, антибольшевизм и внепартийность - отстранение от политических течений во имя «национальной цели» - восстановление российской державы. Тем не менее на практике конкретные правительственные меры и законы социально-экономического характера не позволяли Колчаку создать стабильный и прочный тыл и целиком сосредоточиться на борьбе с красными на фронте. Так, законодательство правительства Колчака не предусматривало радикального разрешения аграрного вопроса в пользу крестьянства и откладывало его до окончания гражданской войны. Декреты Советской власти, пользовавшиеся известной популярностью в Сибири, деревня которой не испытала на себе последующих «социалистических» экспериментов большевиков, объявлялись незаконными. Прошедшее за годы революции перераспределение собственности юридически не закреплялось за земледельцами, которых в официальных документах называли «самоуправными пользователями». Крестьянство в основной массе было враждебно настроено к белым, что выразилось в широком размахе партизанского движения, охватившего многие районы Сибири. К лету 1919 г. в партизанских отрядах против Колчака сражалось по некоторым данным до 40 тыс. чел. Для борьбы с повстанцами в тылу был создан внутренний фронт в Енисейской, Тобольской и других губерниях, постоянно отвлекавший значительные силы белых, применявших в целях устрашения местного населения поджоги целых деревень.

Период военных успехов сибирских армий, пришедший на весну 1919 г. выдвинул А. Колчака на первое место среди других вождей Белого движения. В качестве Верховного правителя его признали другие лидеры антибольшевистской борьбы: А. Деникин на Юге, Е. Миллер на Севере, Н. Юденич на Северо-западе. Он был близок к дипломатическому признанию иностранными государствами, активно помогавшими омскому режиму. Для Сибири по сравнению с другими областями, занятыми белыми, выделялось значительно больше финансовых средств союзников. Великобритания предоставила белым правительствам около 100 млн. фунтов стерлингов, более половины которых была передана Колчаку. Французские инвестиции в Сибирь только в течение 1919 г. достигли 700 млн. франков. Во многом подобная щедрость Запада объяснялась тем, что в распоряжении Колчака оказалась часть золотого запаса Российской империи. Но была и сугубо политическая заинтересованность в поддержке Верховного правителя, контролировавшего огромную территорию страны и имевшего неплохие шансы на окончательную победу над красными.

Со своей стороны русский адмирал прекрасно понимал, что интервенция оскорбляет национальное достоинство народа, а представленная ему помощь далеко не бескорыстна. В отношениях с союзниками Колчак старался не допустить каких-либо непродуманных действий, способных нанести ущерб государственным интересам страны, или поставить под сомнение ее целостность и единство. Летом 1919 г., когда финский военачальник Маннергейм предложил Верховному правителю 100 тыс. солдат для поддержки наступления Юденича на Петроград в обмен на признание независимости Финляндии, Колчак отверг предложение этого бывшего царского генерала. С середины 1919 г. военная удача отвернулась от адмирала и наступила пора горьких поражений и предательств, завершившаяся зимой 1919/20 гг. стремительным падением Колчака и его личной трагедией.

Главным направлением внутренней политики правительства Колчака стало восстановление частной собственности и свободы торговли, что, на первый взгляд, отвечало интересам как крупных собственников, так и средних слоев города и деревни, прежде всего крестьян. Однако на деле эта политика не только не приостановила кризис в экономике, но ускорила ее полный развал.

Для оплаты расходов на содержание и снабжение армии, финансирования транспорта, военного производства и добычи топлива белые правительства без всяких ограничений печатали и выпускали в обращение десятки миллиардов бумажных рублей. С другой стороны, на их территории обращались рубли, выпущенные императорским, Временным и советским правительствами, а также иностранная валюта.

Неограниченная эмиссия в сочетании с чрезвычайной пестротой денежного обращения при постоянном сокращении объемов промышленного и сельскохозяйственного производства вела к падению курса рубля относительно мировых валют и росту цен на внутреннем рынке (инфляции).

В условиях обесценения рубля и острой нехватки продовольствия и промтоваров (тканей, одежды, обуви, керосина, спичек, мыла, соли, сахара и т.д.) вся внутренняя торговля приобрела характер массовой спекуляции, когда торговцы придерживали товары на складах и не пускали их в продажу в расчете на дальнейший рост цен. В итоге спекуляция еще сильнее подстегивала рост цен, что обрекало на жизнь впроголодь и обнищание широкие средние слои городского населения, включая офицерство, чиновничество и интеллигенцию.

Своекорыстная политика буржуазии, стремившейся восполнить свои материальные потери, понесенные от большевистских экспроприации, и смотревшей на армию прежде всего как на сферу выгодного приложения капитала, привела к срыву снабжения армии. В результате войсковые части вынуждены были обеспечивать себя путем грабежа и насильственных реквизиций продовольствия, фуража, одежды и т.д. у крестьян и горожан, что цинично именовалось «самоснабжением» и получением «от благодарного населения».

В Сибири, где не было помещичьего землевладения, главными причинами роста недовольства крестьян против белых стали насильственные мобилизации людей и реквизиции хлеба, скота, лошадей, повозок и прочего имущества.

Все попытки сопротивления мобилизациям и реквизициям воспринимались белыми как «большевизм» и беспощадно подавлялись расстрелами, виселицами и массовыми порками шомполами и плетьми, что вызывало озлобление крестьян и заставляло их браться за оружие (оружия, принесенного фронтовиками при демобилизации старой армии, в деревне было припрятано немало).

Свобода торговли, обернувшаяся для крестьян грабежом со стороны торговцев, восстановление помещичьего землевладения, насильственные мобилизации и реквизиции, белый террор - все это вызвало резко отрицательную реакцию крестьянства и части казачества. Надежды избавиться с приходом белых от продразверстки и террора большевистских властей быстро сменялись озлобленностью к белым и решимостью силой отстаивать свои права на землю и выращенный хлеб.

Другой крайне серьезной проблемой, не просто управленческой, а политической и экономической, было объединение всей белой территории.

Насколько сложна была эта проблема, показывают попытки Деникина объединить территории, контролируемые ВСЮР, в «единое экономическое пространство»: провести централизацию управления всеми финансовыми ресурсами и хозяйственными средствами «добровольческой» территории, Донской, Кубанской и Терской казачьих областей.

мая (12 июня) Деникин приказом №145 признал верховную власть Колчака и подчинился ему как верховному правителю России и верховному главнокомандующему русскими армиями. Главным мотивом этого акта было стремление упрочить международное положение антибольшевистской России, добиться ее официального признания странами Антанты и тем самым стимулировать их на оказание более щедрой материальной помощи. При этом Деникин считал, что он и его правительство сохранят за собой полную самостоятельность во внутреннем управлении, и в докладе, отправленном Колчаку, даже просил предоставить ему право внешних сношений по вопросам, касающихся исключительно юга России.

Ответ из Омска был получен только в конце августа (начале сентября), из которого явствовало, что, назначив Деникина своим заместителем и тем обеспечив преемственность верховного командования, Колчак очертил пределы власти главкома ВСЮР: в области внутреннего управления - вся полнота законодательной власти, во внешнеполитической - самостоятельное руководство в части, касающейся юга России. Общее руководство внешней политикой, что было вполне естественно, а также «в вопросах денежного обращения, валютной и земельной политики», что стало неприятной неожиданностью для Особого совещания при главкоме ВСЮР (правительства, состоящего при Деникине), Колчак возложил на состоявшее при нем в Омске Временное всероссийское правительство.

На практике, сочли многие члены Особого совещания, это грозило парализовать работу некоторых управлений. Начальник Управления финансов М.В. Бернацкий заявил, что, если Омское правительство будет настаивать на своем, ему ничего не останется, как уйти в отставку. В Омск была послана составленная кадетом Соколовым радиотелеграмма с указанием на необходимость, в связи с быстрым продвижением ВСЮР на север, самостоятельно проводить срочные мероприятия по земельному вопросу. С ней вместе были посланы и развернутые возражения по вопросу денежного обращения, подготовленные Управлением финансов. На это из Омска пришла телеграмма, в которой сообщалось, что Совет министров возражения Особого совещания в целом принял и даже предложил обмениваться важнейшими законами.

Но по многим частностям практическое применение норм, установленных верховным правителем, вызывало в каждом конкретном случае противодействие управлений ВСЮР, особенно в вопросах использования черноморского торгового флота, регулирования денежного обращения и распоряжения иностранной валютой. В итоге удавалось добиться решения спорных вопросов в интересах ВСЮР, а фактически рамки самостоятельности главкома ВСЮР и Особого совещания были расширены. И лишь в области аграрной политики Колчак твердо стоял на принципе недопущения местного законодательства.

В декабре 1919г. была получена телеграмма Колчака от 19 ноября (н.ст.) о предоставлении главкому ВСЮР всей полноты власти на занимаемой территории, что фактически, ввиду поражений и отступления восточных армий, означало передачу Колчаком Деникину власти верховного правителя России.

В итоге в течение лета-осени 1919г. в настроении основной части деревни произошел перелом в пользу Советской власти. Он ярко проявился в срыве мобилизаций в белые армии, росте дезертирства, в стихийных восстаниях и распространении повстанческого движения зеленых.

Летом 1919 г. обширные пространства Сибири, южных районов России и Украины оказались быстро охвачены повстанческим движением, в котором, как и осенью 1917 г., объединились под демократическими требованиями «земли и воли» практически все слои крестьянства, включая часть кулачества. Большевистским организациям в белом тылу с трудом и далеко не везде удалось поставить под контроль повстанческие силы; многими отрядами и «армиями» руководили эсеры и анархисты. Крестьяне из своей среды выдвигали ярких вождей и талантливых командиров.

На борьбу с крестьянами-повстанцами Колчак вынужден были отвлекать значительные силы с фронта. Однако, воюя против белых и помещиков, повстанцы отнюдь не сочувствовали коммунистам и желали возвращения Советской власти без большевистского засилья в Советах и диктаторских методов управления.

Таким образом, опробовав (часто - буквально на собственной спине) политику белых военных и гражданских властей, которая живо напомнила дореволюционное хозяйничанье помещиков, хлеботорговцев и полицейских, деревня, включая часть зажиточной верхушки, поднялась на борьбу против белых, вольно или невольно оказывая тем самым помощь Красной армии.

Отнюдь не проникшись социалистической идеологией и оставаясь чуждыми большевизму, крестьяне на деле выбрали Советскую власть как меньшее из зол, как гарантию от возвращения помещиков, как силу, способную установить в стране «мир и порядок». По сути, это был выбор между ненавистным прошлым и неизвестным будущим, в котором крестьяне надеялись получить возможность вольной и сытной жизни после прекращения войны и установления в России одной, но крепкой власти.

В силу всех этих внутренних и внешних факторов положение на фронтах летом - осенью 1919г. коренным образом изменилось в пользу Красной армии.

Нежелание большинства крестьян воевать за белых вело к систематическому провалу мобилизаций, что вынуждало командование колчаковских войск ставить в строй пленных красноармейцев из тех же крестьян, мобилизованных советскими властями (на юге России белые начали практиковать это еще осенью 1918 г.). При этом доля крестьян в составе белых армий выросла до 70 - 80%. Поэтому по мере поворота крестьян против белых началось массовое дезертирство, уход к зеленым и перебежки к красным. Это резко подорвало боеспособность белых войск.


II. Крушение советской власти в Енисейской губернии


С началом восстания чехословацкого корпуса, белочехи и белогвардейцы при активной помощи эсеров и меньшевиков в течение нескольких дней захватили основные города на Сибирской железнодорожной магистрали. 25 мая они выгрузились на станции Мариинск, вошли в город и при активном участии американской миссии расстреляли почти всех работников Совета рабочих депутатов. 26 мая 1918 года при поддержке эсеров и белогвардейцев белочехи захватили Новониколаевск (ныне Новосибирск), 29 мая - Канск, 31 мая - Петропавловск, Томск и станцию Тайга. Таким образом, к началу июня Красноярск оказался отрезанным от западных и восточных районов. Возникло два фронта: Мариинский и Кокжвенский.

К восставшим по всей линии Транссибирской магистрали чехословацким мятежникам сразу же присоединяются все внутренние контрреволюционные силы Сибири. В первый день восстания свергается власть Советов в Мариинске, через четыре дня пал Канск. Енисейская губерния вступает в полосу гражданской войны и военной интервенции.

Силы белочехов были довольно значительны: только чешских легионеров под Клюквенной действовало более полутысячи, а под Мариинском - до трех тысяч. К ним сразу же присоединяются несколько тысяч белогвардейцев. В начале июня образуется и третий южный центр гражданской войны в крае. К 19 июня советский Минусинск окружается вооруженными отрядами кулаков, казаков и хакасских баев, общей численностью до 5 тысяч человек. Во главе Минусинского контрреволюционного восстания встали правые эсеры.

Кроме этих трех крупных очагов столкновения сил революции и контрреволюции, во всех уездах губернии, как грибы после дождя, возникают кулацко-белогвардейские отряды.

В этих условиях задачи вооруженной защиты власти Советов, задачи концентрации всех сил на борьбу с белочехами становятся главными в деятельности большевиков губернии. В Красноярске вводится военное положение. Руководители «сибирского Кронштадта» связываются с Иркутском, Центросибирью, пытаясь согласовать мероприятия по борьбе с мятежниками.

мая Красноярский комитет РКП (б) принимает решение о всеобщем вооружении коммунистов и призывает их возглавить борьбу с контрреволюцией. 35 ответственных работников-коммунистов во главе с Я. Ф. Дубровинским направляются в район военных действий для организации отпора мятежникам. В городах и рабочих поселках губернии спешно формируются отряды Красной гвардии, численность которых удваивается и вскоре превышает 3 тысячи. Не менее одной тысячи красногвардейцев было в сельской местности губернии. По предположительным расчетам, в июне 1918 года почти все члены большевистской партии и каждый третий - четвертый городской рабочий с оружием в руках защищали власть Советов.

События, разыгравшиеся в Сибири в мае - июне 1918 года, сразу же привлекли пристальное внимание В. И. Ленина. 10 июня он подписывает специальное обращение ко всем трудящимся с призывом к борьбе против контрреволюции в Сибири, 12 июня - декрет о призыве на военную службу рабочих и крестьян Западной Сибири.

В. И. Ленин придавал чрезвычайно важное значение сохранению власти Советов в Сибири. Еще 23 марта он говорил: «Если буржуазное правительство, опирающееся на помощь извне, удержится у власти в Сибири и Восточная Россия будет потеряна для Советской власти, то и в Западной России последняя будет до такой степени ослаблена, что вряд ли долго удержится...».

Борьба с белочехами потребовала от коммунистов губернии напряжения всех сил, большого мужества. С первых же дней она протекала в неравных условиях военно-организационного преимущества контрреволюции и более благоприятной для нее социально-политической обстановке. Учитывая это, большевистское руководство Енисейской губернии, будучи изолировано от Москвы и Центросибири, принимает самостоятельное решение: добиться мира с чехами. Такой же политической линии придерживалась и Центросибирь. Эта акция диктовалась не только необходимостью сохранения мира, но и стремлением революции предотвратить объединение вооруженных сил внешней и внутренней контрреволюции и завершить разгром разрозненных отрядов белогвардейцев внутри губернии. Однако авантюристическое руководство легионами чешского корпуса, будучи уверенным в своем военном превосходстве, отказалось от мирных форм разрешения конфликта с Советской властью.

В первых числах июня все уездные Совдепы по требованию Красноярска вводят военное положение. Повсеместно производятся аресты явных и тайных контрреволюционеров. Принимаются меры для стягивания основных вооруженных сил революции в губернском центре и непосредственно на Мариинском и Клюквенском фронтах. Минусинские большевики, несмотря на сложность обстановки в уезде, отправили в Красноярск 50 бойцов-добровольцев, 60 красногвардейцем выехали с рудника «Улень». Боевой отряд рабочих прибывает со Знаменского стекольного завода. Приток бойцов в ряды вооруженных сил революции можно было увеличить, но часто этому мешала нехватка оружия. Так, не удалось своевременно вооружить 200 добровольцев Енисейского и Канского уездов.

Существенную помощь борцам за власть Советов в Енисейской губернии оказали интернационалисты. В Красноярске они сформировали роту пехоты, артиллерийскую батарею, пулеметную команду, выделили бойцов в саперное и кавалерийское подразделения. Немало интернационалистов: было в Ачинском красногвардейском отряде.

июня командующий вооруженными силами губернии Т. П. Марковский на заседании Красноярского Совета делает доклад об общей военно-политической обстановке. Характеризуя положение как чрезвычайно трудное и сложное, он далек от его оценки как безнадежного. «Самое главное наше орудие,- заключил свой доклад Т. П. Марковский...- это сознание рабочих: они борются за себя, за свои идеалы, в то время как у чехословаков жизненных интересов бороться с нами не имеется. В этом наше преимущество».

Основные бои начались 10 июня 1918 года. В этот день на Мариинском фронте у станции Суслово красногвардейцы Ачинска и Боготола отбили атаку белочехов и вместе с отрядом интернационалистов погнали их на запад. Однако этот успех не удалось развить. 16 июня Мариинский фронт пал.

В эти же дни, предательски нарушив сроки перемирия, на красногвардейцев Клюквенского фронта напали действовавшие здесь части белочехов и после ряда боев продвинулись до станции Камарчага. Отступающие отряды красногвардейцев, разбившись на мелкие части, стали рассеиваться па центральной части губернии.

июня пал Ачинск, в этот же день восставшие белогвардейцы захватили Красноярск. За несколько часов до падения «сибирского Кронштадта» его руководители вместе с небольшим отрядом красногвардейцев отплыли на пароходах к Туруханску, чтобы затем попытаться пробиться к Архангельску. 24 июня пал последний оплот Советской власти в губернии - Минусинск.

Советская власть в Енисейской губернии, как и в других районах Сибири, пала в результате целого ряда причин. На первое место среди них следует поставить контрреволюционный мятеж белочехов.

Важным звеном в общем наступлении антисоветских сил, приведшем к временному падению Советской власти летом 1918 года, была вооруженная кулацкая контрреволюция, во главе которой стояли правые эсеры, реже - кадеты. «...Кулацкие элементы, - указывал В. И. Ленин, -...составили из себя главную и самую серьезную опору контрреволюционного движения в России». Они поставляли основную людскую силу в добровольческие белогвардейские формирования, «очищали», насколько это было возможно, сибирскую деревню от революционных элементов, свергали Советы в селах, волостях и отчасти в уездах.

Другая причина временного падения Советской власти - колебания среднего крестьянства. Начало гражданской войны и интервенции выдвинули на повестку дня чрезвычайно важный вопрос: за кем пойдет середняк - за буржуазией или за пролетариатом. Енисейский крестьянин-середняк, не испытавший помещичьего гнета, сравнительно удовлетворительно обеспеченный землей, был менее заинтересован в укреплении Советской власти, чем его российский собрат. «Мы не могли дать крестьянам в Сибири, - говорил В. И. Ленин,- того, что дала им революция в России. В Сибири крестьянство не получило помещичьей земли, потому что там ее не было, и потому им легче было поверить белогвардейцам». Еще весной 1918 года среднее крестьянство Сибири начинает проявлять колебания в определении своей политической позиции, выражает недовольство продовольственной политикой Советского государства.

Самым крупным показателем глубоко нейтралистской, а иногда и враждебной позиции части среднего крестьянства по отношению к Советской власти летом 1918 года был отказ в ее поддержке и срыв попыток военной мобилизации в деревне.

В борьбе с контрреволюцией Советская власть, большевики и рабочие губернии могли опереться в то время только на бедноту деревни, но она, несмотря на численное превосходство над кулачеством, еще не могла успешно противостоять сельской буржуазии.

Белочешский мятеж, кулацкие восстания, колебания середняка, неорганизованность крестьянской бедноты и ее оторванность от городского пролетариата и большевиков - вот основные причины падения власти Советов в Енисейской губернии, как и в других районах Сибири, летом 1918 года.

Ядро антибольшевистских сил составили бывшие офицеры, чиновники, буржуазия, часть интеллигенции. Они использовали недовольство людей продовольственной политикой, введением хлебной монополии, запретом свободной торговли. Не случайно часть кулаков и крепких середняков приняла активное участие в антибольшевистских формированиях. Наиболее последовательные противники советской власти были в городах. Бывшие чиновники стремились к восстановлению старой государственной машины, интеллигенция - к либеральным порядкам. Экономические репрессии большевиков больнее всего ударили по интересам торгово-промышленных кругов. Значительную роль в борьбе с большевиками сыграли и казаки. Из всего этого видно, что ряды антибольшевистских сил были достаточно многочисленны.

Пришедшая к власти контрреволюция немедленно принялась за восстановление дооктябрьских и дореволюционных общественных порядков. Прежде всего, были организованы массовые репрессии против большевиков, объявленных вне закона и подлежащих немедленному заключению.

За большевистскими руководителями «сибирского Кронштадта», отплывшими в низовья Енисея, срочно снаряжается карательная экспедиция. В бою у устья р. Нижняя Тунгуска, около села Монастырского, она настигает советскую флотилию. Началась дикая расправа с захваченными в плен. Среди более 100 погибших здесь революционеров - Е. Ф. Дымов, В. И. Окулов и другие видные большевики губернии. С помощью местных контрреволюционеров каратели вылавливают скрывшихся в тундре сторонников Советской власти. В конце июля 264 пленника доставляются на барже в Красноярск. По пути в тюрьму Т. П. Марковский, А. П. Лебедева и С. П. Печерский были зверски замучены казаками на берегу реки Качи..

В самом Красноярске в первые дни установления белогвардейской власти только среди железнодорожников было арестовано и заключено в тюрьму 398 человек. Забиваются до отказа и тюрьмы уездных городов. По ночам усердствует контрразведка контрреволюции, поставившая перед собой задачу физически истребить большевиков.

В ночь на 25 октября из тюрьмы были вывезены и расстреляны И. И. Белопольский, В. Н. Яковлев, Я. Ф. Дубровинский, Г. С. Вейнбаум. Вторая группа руководителей красноярских большевиков во главе с Я. Е. Боградом и А. Г. Перенсоном была расстреляна в самой тюрьме 10 мая 1919 года.

В Минусинске советская власть пала 24 июня 1918 года. В город вступили казачьи отряды и кулацкие дружины. Начались аресты партийных и советских работников. Арестованы были А. И. Плотников, Н.И. Непомнящий, Г. В. Лебедев, К. Е. Трегубенков, А. Н. Пономарев, И.С. Бузулаев и другие. Белогвардейцы зверски избили активных деятелей уездного Совета рабочих и крестьянских депутатов И. Сафьянова, М. Сафьянова, К. Гидлевского, живым закопали в землю председателя солдатской секции Совета Шаповалова, убили комиссаров овцеводческих имений Герасимова и Харлашина. Кулаки и казачья верхушка жестоко расправлялись с деревенскими коммунистами и беспартийными работниками сельских Советов.

. Образование и развитие большевистского подполья в Енисейской губернии


В начале июля 1918 года, собравшись в библиотеке рабочего кооператива «Самодеятельность» инициативная группа большевиков, оставшихся на свободе в Красноярске, избрала подпольный комитет во главе с В.Ф. Матушевским в составе П.Г. Канцелярского, Т.П. Исаева, Н. В. Попова, П. Ф. Москалева и П.Ф. Рухлова. Здесь же были разработаны программа и план борьбы с белогвардейцами. А вскоре в разных частях города появляются нелегальные революционные тройки, пятерки, изредка десятки.

«Комитет энергично взялся за работу, - пишет активный работник Красноярского большевистского подполья в годы гражданской войны А, С. Гендлин, - и в первые два месяца им была создана довольно крепкая организация. Кроме городских боевых ячеек, комитет организовал и наладил связь с боевыми ячейками Главных железнодорожных мастерских, деревообделочного завода «Абакан», Знаменского стеклоделательного завода, затона и ячейкой в военных частях, находившихся в Красноярском военном городке. Для связи с уездами комитет посылал своих представителей в Енисейск, Минусинск, Канск... Была установлена связь с Ачинском... Комитет был связан с нелегальными парткомитетами Томска, Омска, угольных копей Анжеро-Судженска».

Подпольщики Красноярска устанавливают связь с большевистским нелегальным центром Сибири, работавшим в Омске, который высылает им своего представителя. Представители большевиков Красноярска приняли участие в работе первой подпольной конференции большевиков Сибири, которая состоялась 18-22 августа 1918 года в окрестностях Томска.

Устанавливается прямая связь с Москвой. В документах Я. М. Свердлова, занимавшегося по поручению ЦК руководством революционным движением в сибирском тылу контрреволюции, среди прочих партийных явок имелась и такая: «Всесвятская. Правление кооператива «Самодеятельность». Спросить Канцелярского от омского Якова».

Подпольщики оборудуют небольшую типографию, в которой печатают прокламации, организуют связь с заключенными в тюрьму революционерами.

В октябре 1918 года, получив сведения о грозящем Вейнбауму, Белопольскому, Дубровинскому, Яковлеву и Парадовскому расстреле, подпольщики предпринимают попытку освободить их на пути к месту казни. Но этим планам не суждено было осуществиться. Заключенные в тюрьму руководители революционного Красноярска к месту казни были доставлены разными дорогами и каждый в отдельности. В ходе этой акции два подпольщика - И. Игнатов и Бирюков были убиты.

Красноярское большевистское подполье встало во главе рабочего движения в городе и губернии. В июле - августе в Красноярске было организовано 3 крупных забастовки, в ходе которых рабочие выставили политические требования. В октябре 1918 года бастовали печатники Минусинска. 7 октября 1918 года вспыхнула забастовка железнодорожных мастерских и депо ст. Красноярск. Подпольный комитет решил «приложить все усилия к тому, чтобы направить движение в определенное русло». Забастовка красноярцев была подхвачена железнодорожниками других станций (Тайга, Иркутск, Иланск, Канск, Зима, Новониколаевск, Омск, Томск) и превратилась в общесибирскую, длившуюся две недели.

Начали работать в глубоком подполье летом 1918 года большевистские комитеты и группы в уездных городах губернии. В Ачинске подпольный комитет был создан уполномоченным Красноярского комитета РКП (б) Д. Суровым. В Минусинске к осени сформировалась подпольная организация, насчитывающая до 40 человек. Крупный большевистский центр в 1918 году сложился в Канске. Почти сразу же после контрреволюционного переворота капские большевики на первом нелегальном собрании избрали руководящий орган - Военно-революционный центр.

Большевистско-революционные группы были также созданы и начали активно действовать в Боготоле, Иланском, Знаменском стекольном заводе, на Черногорских копях, рудниках «Юлия», «Улень», «Богомдарованный», Маклаково и других местах. Они были почти в каждом населенном пункте, где имелось более или менее значительное рабочее населенно.

Конечной целью большевистского подполья губернии было восстание, эта цель была окончательно и четко сформулирована осенью 1918 года приехавшим в Красноярск руководителем Сибирского большевистского подполья Ф. Суховерховым, который вместе с В. Ф. Матушевским и другими подпольщиками детально разработал план восстания.

Готовясь к восстанию, красноярские большевики усилили сбор оружия, организовали два оружейных склада: один, главный, в Николаевской слободе, другой - в Алексеевской слободе. Подпольщики развернули работу в военном гарнизоне, получили взрывчатку от рабочих Анжеро-Судженска, из которой наладили производство бомб.

В ноябре 1918 года подполье приступило к практическому осуществлению плана вооруженного восстания, которое должно было опираться на рабочих-железнодорожников. В первые часы восстания намечалось освободить и привлечь к нему политических заключенных, которым было передано оружие и гранаты. В тюрьме томились свыше тысячи политических заключенных и в концлагерях - несколько тысяч пленных красногвардейцев. Восстание в Красноярске планировалось как начальный опорный пункт всесибирского восстания.

Однако контрразведка белогвардейцев и интервентов, нащупав подпольную организацию через провокатора, нанесла большевистскому подполью ряд сильных ударов. Вначале контрразведка схватила В. Ф. Матушевского и молодого наборщика. Вскоре их изуродованные трупы были найдены под железнодорожным мостом через Енисей. Поздно вечером 10 ноября 1918 г. в Николаевской слободе были арестованы еще семь подпольщиков. В числе пойманных белогвардейцами были члены комитета Н.В. Попов, Р. Петерсон и П. Г. Канцелярский. Руководящий орган Красноярского подполья, таким образом, оказался разгромленным. Почти одновременно контрреволюции нанесла крупные удары по большевистскому подполью и в других городах Сибири.

Но не прошло и месяца, как в декабре 1918 года в Красноярске организуется новый, второй, подпольный большевистский комитет, возглавивший революционное движение в губернии.

Большевики Енисейской губернии, уйдя в подполье, хорошо понимали, что в таком крае как Сибирь, развернуть успешную массовую борьбу за восстановление власти Советов без поддержки трудящихся деревни невозможно. Концентрируя свои усилия среди рабочих, большевики-подпольщики уже летом 1918 года сделали ряд шагов по организации революционных сил деревни.

Определяющим фактором в этом очень важном процессе явилось большевистское влияние на значительные слои беднейшего населения деревни. Сельские большевистские организации губернии накануне контрреволюционного переворота имелись почти в двух десятках волостей губернии, объединяя не менее 400-450 коммунистов. Значительная часть их личного состава летом - осенью 1918 года погибла в боях с контрреволюцией, была брошена в тюрьмы, расстреляна белогвардейцами, замучена и растерзана озверевшим кулачьем. В то же время летом - осенью 1918 года в деревне оказалось несколько сот городских коммунистов, советских работников, красногвардейцев, скрывавшихся там от репрессий контрреволюции. Почти сразу же после установления контрреволюционного режима они стали формировать сеть подпольных революционных ячеек.

В начальном этапе формирования сельских подпольным организаций можно отметить три очень важных моменте» Во-первых, значительная часть таких организаций, особенно крупных, образовывалась непосредственно уполномоченными городского большевистского подполья. Во-вторых, немало деревенских революционных ячеек было создано сельскими коммунистами. И, наконец, часть сельских революционных ячеек организовывалась революционно настроенными, но беспартийными крестьянами, абсолютное большинство которых было советскими активистами, красногвардейцами или солдатами-фронтовиками.

В организационном отношении сельские подпольные организации разделялись на несколько категорий. Во-первых, крупные объединенные организации, работавшие на территории нескольких волостей, в них входило до десятка ячеек со значительным количеством членов. Во-вторых, небольшие подпольные группы, работавшие в одной-двух деревнях, редко в рамках одной волости, имевшие непостоянные связи с соседними подпольными центрами, но чаще действовавшие независимо или полуавтономно от них. В-третьих, крупные объединенные рабоче-крестьянские организации, существовавшие в районе рабочих поселков, небольших городов.

Основной задачей этих организаций явилось сплочение революционных сил деревни, подготовка вооруженного выступления против контрреволюции. Для личного состава подпольных сельских организаций характерно то, что они состояли почти полностью из бедняков и некоторой части середняков, многие из крестьян-подпольщиков были солдатами-фронтовиками.

Наиболее густая сеть революционных крестьянских организаций во второй половине 1918 года была в Капском уезде. К началу сентября 1918 года ими была охвачена почти вся южная часть Канского уезда. Ведущую роль в этой части уезда играла Перовская подпольная организация, во главе которой стоял П. П. Петров. В начале августа в ее рядах насчитывалось 30 человек. В сентябре и ноябре она провела две конференции совместно с представителями Степно-Баджейской и Рыбинской организаций. На этих конференциях было решено совместить вооруженное выступление подпольщиков-крестьян с готовившимся выступлением рабочих Красноярска и Канска.

По соседству с перовцами были организованы подпольные крестьянские организации в Рыбинской, Уярской, Агинской волостях и в дер. Вознесенка и Большое Ильино.

Вторым крупным районом скопления подпольных крестьянских организаций на юге Канского уезда стали Ирбейская и Тальская волости. Подпольщики Ирбсйской, Тальской и частично Агинской волостей, насчитывавшие в своих рядах несколько десятков человек, были объединены в единую организацию, во главе которой стоял Военно-революционный комитет в составе Н.Д. Рожкова, К. А. Жестикова, Ф.С. Грибушнна, Ф.А. Гречакова и Ф.И. Курганского.

Третьим и, пожалуй, наиболее крупным районом существования крестьянских подпольных организаций в Канском уезде была северная его часть. Здесь центром подпольных сил являлась Тасеевская волость, в которой накануне контрреволюционного переворота насчитывалось около 150 большевиков. В этой части губернии подпольные организации были в Фаначетской, Рождественской, Шеломковской, Суховской, Михайловской, Ношинской, Курайской и Кучеровской волостях. Наиболее крупные из североканских подпольных организаций находились в селах Тасеево и Денисовке, в составе последней насчитывалось 50 человек. Все подпольные организации севера Канского уезда были тесно связаны между собой, в их рядах к концу осени 1918 года было около 200 человек. Руководителями североканского подполья были В. Яковенко, Ф. Астафьев, Н. Буда, Е. Рудаков и другие.

Большая группа подпольных революционных крестьянских организаций была создана к осени 1918 года в Ачинском уезде. К ноябрю в северной части Ачинского уезда была сформирована единая подпольная крестьянская организация, охватившая Чернореченскую, Большеулуйскую, Покровскую, Новоеловскую, Козульскую, Петровскую, Бирилюсскую и частично Милецкую волости. Создателем этого подполья были специально посланные для работы среди крестьян Ачинского уезда Красноярским комитетом РКП (б) рабочие-железнодорожники Е. Марутко и В. Уланов. В селах Красновка п. Нагорное Ачинского уезда почти одновременно и независимо от крестьянских подпольных групп, организованных Е. Марутко и В. Ултежым, возник другой подпольный центр, объединявший 60 крестьян. Создателем его был П. Е. Щетинкин. В декабре состоялось объединение подпольных сил североачинской деревни, которые насчитывали уже более 150 революционно настроенных крестьян и имели крепкие связи с подпольщиками Ачинска.

Кроме этой крупной подпольной организации, в Ачинском уезде осенью 1918 года было и несколько небольших локальных крестьянских групп.

В Красноярском уезде крупный центр подпольных крестьянских организаций сложился на юге, в районе Заманья, в которое входили Степно-Баджейская и соседние с ней волости. Заманская подпольная организация имела прочные» связи с Красноярским городским подпольем и крестьянским подпольем юга Канского уезда. К концу 1918 года в Заманье было создано около 20 подпольных групп, объединявших до 250 человек. Небольшие подпольные крестьянские группы в Красноярском уезде были также в Болышемуртинской, Сухобузимской волостях и в районе Знаменского стекольного завода.

В особо тяжелых условиях создавались подпольные сельские организации в Минусинском уезде. Но и здесь к осени 1918 года уже работали подпольные группы в Восточенской, Паначевской, Имисской, Абаканской, Ермаковской, Каратузской и Идринской волостях. В большинстве случаев это были малочисленные и нечетко оформленные организации.

К концу осени 1918 года почти в 40 волостях Енисейской губернии существовали подпольные революционные организации, т. е. почти в каждой третьей-четвертой волости. В рядах сельских подпольных организаций насчитывалось в это время до 900-1000 человек.

Первым результатом работы сельских подпольных организаций и первым крупным фактом начавшегося поворота среднего крестьянства енисейской деревни от позиции выжидания к позиции поддержки революции явилось массовое антимобилизационное движение осени 1918 года. Из 21 тысячи призывников-крестьян в белогвардейскую армию 7 тысяч по призыву революционного подполья тем или иным способом уклонились от мобилизации в белую армию. Впоследствии большинство из них оказалось в рядах партизан.

В ходе антимобилизационного движения большевиками, сельским революционным подпольем организуются первые вооруженные выступления против контрреволюции в деревне: в сентябре - в Большемуртинской волости Красноярского уезда и Едетской волости Ачинского уезда, в октябре - Малоимисской волости того же уезда.

Самым крупным восстанием в деревне, во главе которого встали большевики и сельские подпольщики, было минусинское восстание. Оно вспыхнуло 2 ноября 1918 года, а через две недели восставшие, насчитывавшие более 10 тысяч бойцов, уже окружили г. Минусинск и контролировали 19 из 37 волостей уезда. «Нет сомнения, - писал в своем рапорте глава белогвардейской администрации в губернии - губернский комиссар, - что руководят движением большевистские агенты, воспользовавшиеся противоправительственным настроением крестьян...». Ценой больших усилий контрреволюции удалось отбросить восставших от Минусинска и нанести им ряд крупных ударов. 25 ноября был пойман и вскоре повешен руководитель восстания С. Кульчицкий. 3 декабря был разбит последний отряд восставших в районе с. Иудино (ныне с. Бондареве).

По делу о минусинском восстании белогвардейцами было арестовано 770 человек, из которых 160 были преданы военно-полевому суду, 182 заключены в тюрьму. На 12 февраля 1919 года военно-полевым судом в Минусинске было вынесено 87 смертных приговоров, 56 человек осуждено на бессрочную и 20-летнюю каторгу. Число погибших повстанцев без суда было в десятки раз больше.


IV. Борьба колчаковского правительства против партизанского движения


К весне 1919 г. значительная часть территории Сибири и Дальнего Востока была объята пожаром повстанческой борьбы, и район ее неуклонно расширялся. Такое выражение протеста значительной части населения Сибири было обусловлено политикой, проводимой Омским правительством. К весне 1919 г. нерешенными были аграрный и национальный вопросы, происходило резкое увеличение прямых и косвенных налогов, шел катастрофический рост цен на товары первой необходимости. Самоуправство на местах должностных лиц только добавляло в массах недовольства политикой Омского правительства. Мобилизации молодежи в армию накануне посевных работ стали последней каплей в чаше терпения крестьян. В условиях, когда с каждым днем деньги все больше обесценивались и когда права граждан нарушались на каждом шагу самими представителями закона, то тут, то там вспыхнули мятежи, постепенно захватывающие все большие и большие территории. Малейшим промахом Омского правительства сразу же пользовались его противники - большевики и эсеры, проводившие активную агитацию против него. Сравнительно небольшие банды красных, ушедшие в тайгу еще в 1918 г., стали стремительно расти за счет недовольных.

Необходимо было что-то противопоставить развитию партизанщины, так как в противном случае ее дальнейшее расширение грозило скорым падением Омского правительства.

Первыми тревожными «ласточками» стали массовые восстания против власти Колчака в сибирских городах в конце декабря 1918 г., подавленные с большим трудом. Вслед за этим то тут, то там стали образовываться крупные антиправительственные отряды. Одним из важных мероприятий, проведением которых министр внутренних дел Гаттенбергер рассчитывал подавить партизан, была организация отрядов особого назначения, которые должны были специализироваться на борьбе против повстанцев. Официальной датой их создания следует считать 10 февраля 1919 г., когда последовало распоряжение министра внутренних дел А.Н. Гаттенбергера и товарища министра внутренних дел В.Н. Пепеляева, которое было по телеграфу передано всем губернаторам.

Согласно этому положению, отряды особого назначения являлись боевыми частями, предназначенными «для охраны и восстановления государственного порядка и общественного спокойствия». В эти отряды рекомендовалось набирать опытные милицейские кадры. В составе каждого отряда предусматривалось создание 4-х пеших и 1-го конного взвода. Командирами таких отрядов назначались особо доверенные лица министра внутренних дел. Командиры отрядов особого назначения сами, в свою очередь, набирали личный состав и назначали людей на командные должности в свои подразделения. Увольнение стражников отряда также могло быть произведено его командиром. Таким образом, деятельность отряда особого назначения ставилась под контроль одного лишь его начальника. Все это изначально создавало почву для возможных злоупотреблений и сокрытия преступлений. По-видимому, министр внутренних дел созданием таких отрядов рассчитывал получить для себя вооруженную опору, которую можно было бы использовать в случае неблагоприятного для него развития событий.

С самого начала создания специальных частей по борьбе против партизан отряды особого назначения принимали активное участие в защите власти Омского правительства. Так, когда в Енисейске 5 февраля 1919 г. вспыхнул мятеж, власти долгое время не имели возможности подавить его, во многом из-за того, что не имели под рукой надежных воинских частей, и лишь 27 февраля смогли овладеть районом восстания. Мало того, восстание перекинулось и на соседние с городом села. Следует отметить, что власти накануне восстания проявляли преступное бездействие, несмотря на то, что все говорило в пользу готовящегося мятежа. При подавлении важную роль сыграл небольшой еще по численности отряд особого назначения Короткова. При расследовании обстоятельств мятежа выяснилось, что в нем активное участие приняли некоторые милиционеры и представители местного земства. Все это говорило о начавшемся разложении в среде правительственных служащих Омского правительства. Мало того, уже после подавления мятежа, когда происходило расследование, были случаи отказа некоторых представителей власти, например, инспектора Покровского, от участия в Следственной комиссии, причем мотивировали они это своими убеждениями против смертной казни. Последующие события доказали, что такие люди являлись активными противниками Омского правительства, связанными с большевиками.

Следует отметить, что с самого начала создания отрядов особого назначения власти столкнулись с большими трудностями, первой и главной среди которых была хроническая и катастрофическая нехватка квалифицированных кадров, а также денег, обмундирования, оружия и боеприпасов. В итоге, на 3 июля 1919 г., когда в отрядах особого назначения Енисейской губернии насчитывалось 480 человек, их вооружение составляло 152 русские винтовки, включая устаревшие «берданки», 59 винтовок иностранного производства, 23 револьвера, 108 гранат, 28 шашек8. Патронов при этом, в зависимости от системы оружия, насчитывалось от 3 до 15 на ствол.

Долгое время партизаны в зимнее время были малоуязвимы для действий отрядов особого назначения, так как все они имели лыжи и сани, которых не было у спецчастей Колчака, и легко уходили из-под удара отрядов. Партизаны избрали тактику, при которой они избегали столкновений с крупными белогвардейскими частями, в том числе и отрядами особого назначения. В то же время они держали под постоянным напряжением заводы, прииски, железную дорогу. Долгое время власти не предпринимали мер для прочного закрепления за собой всех населенных пунктов в сельской местности. Это можно было бы сделать путем расположения там гарнизонов или создания дружин самообороны, так как местные жители сами просили власти об этом. Это делалось, но далеко не повсеместно, поэтому партизаны, уходя из одного села, перебирались в другое, где продолжали свою бандитскую деятельность.

Кроме того, продуктивную борьбу против повстанчества парализовало практически полное отсутствие обеспечения довольствием со стороны министерства продовольствия и снабжения. Среди документов МВД того времени отложилось немало телеграмм командиров отрядов особого назначения, в которых они просят, требуют, умоляют власти помочь в обеспечении уже созданных отрядов особого назначения. Среди виновных в таком состоянии особых частей колчаковцев следует назвать губернаторов, так как такие отряды подчинялись на местах исключительно им, и они не могли не знать об их бедственном состоянии. Те же губернаторы могли в экстренном порядке пытаться решить финансирование отрядов особого назначения путем информирования Совмина и постоянного давления на него, но этого сделано не было. Так, для создания отряда особого назначения из 500 человек в Енисейской губернии, требовалось 1,6 млн. рублей. Однако было выделено лишь немногим более 300 тысяч15. Представители различных органов власти Омского правительства только разводили руками, говоря об «отсутствии денег».

В то же время, известен факт, описываемый Будбергом, что только на пошив особой парадной формы своему конвою Гайда потратил 3 млн. казенных рублей. В результате такого расходования средств Гайда имел великолепно одетый конвой, однако Омское правительство потеряло отряд особого назначения Валькова, который просто разошелся по причине отсутствия финансирования16. Это было прямой причиной, почему в той же Енисейской губернии не удалось создать отряды особого назначения общей численностью в 1000 человек и ограничиться 500. В других случаях, чтобы прокормиться, отряды особого назначения начинали самовольные реквизиции. Все это вызывало сопротивление крестьянства и соответствующее отношение к Омскому правительству, защитниками которого выступали отряды особого назначения. Плохое вооружение и оснащение отряда особого назначения подпоручика Бударова привело к его разгрому отрядами Кравченко-Щетинкина 24 мая 1919 г.

Трудность борьбы была и в том, что милиция на местах была малочисленна, и даже в крупных селах количество милиционеров обычно не превышало трех-четырех человек, к тому же слабовооруженных. В этих условиях было достаточно даже небольшой по численности банды красных, чтобы овладеть любым сельским населенным пунктом. Кроме того, власти продемонстрировали полную неспособность защитить реально жизни милиционеров и их семей от бандитов, которые устраивали зверские расправы. После таких «посещений» бандами сел организовать милицию просто было невозможно - не из кого, кроме того, авторитет власти пал настолько низко, что в милицию идти просто боялись. Помимо этого, система поощрений отличившихся в борьбе с бандитизмом также была слабо развита - так, за подвиги милиционеров, связанные с задержанием особо опасных бандитов, МВД ограничивалось награждением… месячным окладом.

Из-за нехватки кадров в отряды особого назначения стали набирать даже из запасных солдат и выразивших желание служить там пленных красноармейцев. Тем самым, идея создания специальных частей для борьбы против партизан терпела неудачу, так как в отряды особого назначения требовались подготовленные совершенно иначе, чем в обычных боевых подразделениях, люди. Вместе с зачислением бывших красноармейцев в такие отряды неизбежно попадали специально посланные туда для разложения изнутри данных подразделений большевики.

В то же самое время власти сами не могли додуматься до простого решения вопроса обороны сел от бандитов. Так, во время поездки помощника управляющего Енисейской губернией Яновича по районам, пострадавшим от действий банд, выяснилось, что красные отбирали у крестьян продукты, деньги, скот, подводы и чинили всяческие бесчинства. В ответ на это крестьяне ряда сел, например, Березовской волости, организовали собственные отряды самообороны для защиты. Эти отряды сыграли одну из главных ролей при разгроме к 29 марта 1919 г. той самой банды, которая до этого терроризировала местных жителей26. Вместе с тем, власти фактически проигнорировали эти положительные порывы населения и лишились мощной поддерживающей силы. П.В. Вологодский, в ноябре 1919 г. описывавший ситуацию в Сибири, высказал свою точку зрения на это так - подобным дружинам власти просто не доверяли, то есть боялись опереться на народ в борьбе против бандитизма.

В то же время, Бологов проявил как представитель власти твердую решимость раз и навсегда искоренить бандитизм в селах Березовской волости Енисейской губернии: по его приказу, активные участники банды, которые примкнули к ней во время ее нахождения в селах, передавались военно-полевому суду и предавались казни. Те же, кто участвовал только в грабежах имущества представителей власти, наказывались менее строго. Так, повинных в этом женщин казаки пороли27. Таким образом, жителям твердо внушалась мысль о неотвратимости наказания за содеянное. Однако здесь было много крупных перегибов. Таким примером может служить приказ N 76 о военном положении, параграф 5-й которого гласил, что имущество ушедших в банды крестьян подлежит конфискации. Естественно, что злоупотреблений при таких конфискациях было много. Следует отметить, что в большинстве случаев зажиточное сибирское крестьянство поначалу было не против Омского правительства. Однако, начальники отрядов особого назначения, стремясь зачастую нажиться, проводили конфискации не у сторонников большевизма, у которых особенно отбирать было нечего, а как раз у таких зажиточных крестьян. Это явилось одной из причин, почему ранее лояльное омской власти крестьянство перешло в оппозицию. В то же время, далеко не всегда представители власти действовали так же самоотверженно, как Бологов. Многие, повторяя старую эсеровскую песню «о необходимости отмены смертной казни», предпочитали не уничтожать на месте бандитов, которые были пойманы с оружием в руках, как того требовали условия военного времени, а передавать в разные следственные комиссии, откуда многие из матерых большевиков бежали. Мало того, бывали нередки случаи, когда активные противники Омского правительства не получали никакого наказания за свои действия. Пример - главарь Урянхайского Совдепа Ф. Шульгин, понесший «наказание» за свои деяния в виде высылки из Урянхайского края в Минусинский уезд. Такие казусы вызывали у противников Омского правительства ощущения его слабости и боязни железной рукой покарать тех, кто выступал против. Здесь проявилась слабость Омского правительства - неспособность предотвратить кару невинных и невозможность зачастую наказать истинных преступников.

В то же время, деятельность правительственных сил во многом парализовывалась органами снабжения. Так, стратегически важный район Южно-Енисейских золотоносных приисков, обеспечивавших Омское правительство валютой, жестоко страдал от голода. В конце концов, отряд милиции и особые части по этой причине были вынуждены его оставить партизанам, получившим новый источник финансирования своих банд. Директор департамента милиции Агарев напрямую ставил вопрос о принятии срочных мер для охраны золотоносных приисков перед Омским правительством, но положительных шагов в данном направлении предпринято не было30. Та же картина наблюдалась и в отношении стратегически важных металлургических и кожевенных заводов, причем с последних партизаны активно вывозили продукцию, столь необходимую армии.

Несмотря на все отрицательные складывавшиеся условия для нормального функционирования органов власти по борьбе с партизанщиной, отряды особого назначения проявили себя в Енисейской губернии и с хорошей стороны. Так, они успешно участвовали в карательной операции в мае-июне 1919 г. в составе сил генерала Розанова по уничтожению банд Кравченко-Щетинкина и в дальнейшей экспедиции Бологова в Урянхайский край, где понесли большие потери от партизан. В то же время, проявились сильные трения гражданских и военных властей из-за подчинения отрядов особого назначения. Хотя они создавались в лоне МВД и подчинялись его высшим чинам и губернатору в первую очередь, но в случае объявления военного положения в той или иной местности полнота власти передавалась органам военного управления. В этом случае положение отрядов особого назначения резко ухудшалось: при переброске их для проведения операций в отдаленных местностях они лишались продовольственного обеспечения со стороны тех районов, к которым были приписаны, а военные отказывались их снабжать из собственных запасов. Выход был один: чтобы выжить, нужно было ограбить местное население, что и делалось.

Несмотря на все негативные моменты в организации отрядов особого назначения и осуществлении борьбы против повстанчества, подобные подразделения были созданы не только в Красноярске, но и в Томске, Благовещенске, Владивостоке, Иркутске, Барнауле, Семипалатинске. Они вели борьбу против партизан с переменным успехом, но были на счету отрядов особого назначения и блестящие победы. Так, в результате проведенной операции в районе деревни Мажар отряд подхорунжего Власова ликвидировал 4 ноября 1919 г. при помощи крестьян крупную большевицкую банду Копылова, окружив и внезапно напав на нее. В результате таких действий банда была полностью уничтожена, сам Копылов - убит, при этом были захвачены важные документы, позволяющие контрразведке осуществить захват большевицкого подполья в Красноярске, руководящего партизанской борьбой в Енисейской губернии. Эта операция, как и другие, закончившиеся успешно, продемонстрировали то, что отряды особого назначения могут победоносно действовать лишь при активной поддержке местного населения.

Следует отметить, что, несмотря на все усилия, которые были произведены чинами милиции, отрядов особого назначения, контрразведки и армии, добиться победы над партизанами не удалось Омское правительство пало, и последний удар ему нанесли именно повстанцы.


V. Северо-Канский фронт


Северо-Канский партизанский фронт образовался в декабре 1918 года на базе рабочих и крестьянских восстаний в границах современных Тасеевского, Дзержинского, Абанского, Канского, Нижнеингашского, Казачинского и Енисейского районов. Основным центром его было большое волостное село Тасеево, расположенное в 150 километрах севернее города Канска. Важную мобилизующую роль здесь сыграли восстания рабочих в городах Канске, Иланске и Енисейске.

В 1918 году в Тасеево насчитывалось около 400 дворов с населением две тысячи человек. В селе имелись кожевенный завод, несколько кустарных мастерских, две водяных мельницы, семь лавок, конторы почтово-телеграфная, мирового судьи и начальника милиции. Из культурных учреждений были церковно-приходская трехклассная школа, двухклассное училище и больница, в которой работали два врача и три фельдшера. В центре возвышалась каменная церковь.

Подпольная организация РСДРП (б) возникла в Тасеево еще до 1917 года. Ее организатором и руководителем был ссыльный большевик Павел Иванович Денисов. Активными работниками партийной организации являлись С. И. Васильев, М. Т. Гришненко, Ф. Н. Загорский, Ф. В. Гусаров, К. А. Егоров, И. И. Крылов, В. М. Бовинов, Я. М. Трейман, А. Я. Каулин и другие. К июлю 1917 года в Тасеевской волостной большевистской организации насчитывалось 150 человек, она была одной из самых крупных в Сибири.

Город Канск был захвачен белогвардейцами 29 мая 1918 года. После падения Советской власти в уезде Тасеевский исполком Совета рабоче-крестьянских депутатов во главе с В. Г. Яковенко созвал волостной съезд, отчитался перед своими избирателями и призвал население к самоотверженной борьбе против контрреволюции.

На рассвете 17 июля в Тасеево нагрянул карательный отряд. Белогвардейцы по списку, подготовленному предателем Тихоном Фефеловым, арестовали 30 наиболее активных товарищей и увезли в канскую тюрьму. Руководителя тасеевских большевиков П. И. Денисова, его брата Алексея и Анатолия Буду отправили в Иркутск и там расстреляли. Белогвардейцы, полагая, что «усмирили» крестьянский бунт, вернулись в Канск.

Однако уже в сентябре оставшиеся на свободе большевики собрали всех рассеявшихся по тайге товарищей. На заимке братьев Астафьевых состоялось первое нелегальное партийное совещание. Решили: всем скрывающимся уйти дальше в тайгу, на реку Ону. Федору Астафьеву поручалось установить связь с Красноярским и Канским большевистскими подпольными комитетами. Это задание он успешно выполнил, получил от них практические указания по работе в нелегальных условиях.

Большевики копили силы. В деревнях Тасеевской, Шеломковской, Фаначетской, Рождественской, Михайловской и других волостей они создали небольшие группы по 3-5 человек. Группы развернули энергичную агитационную работу среди крестьян, доставали оружие и боеприпасы, готовились к вооруженному восстанию. В руководящий центр вошли пять товарищей: Василий Григорьевич Яковенко, Федор Александрович Астафьев, Матвей Тимофеевич Гришненко, Николай Петрович Вахрушев, Николай Мартемьянович Буда.

В течение нескольких дней Советская власть была восстановлена в Тасеевской, Шеломковской, Суховской, Михайловской, Фаначетской, Рождественской и других волостях Канского уезда. Так возник Северо-Канский партизанский фронт. Во главе его стояли замечательные руководители народной освободительной войны В. Г. Яковенко, Ф. А. Астафьев, Н. М. Буда, Е. К. Рудаков, И. А. Вашкорин, Ф. Я. Бабкин, И. 3. Нижегородов, Д. А. Расторопов, Н. П. Вахрушев и другие.

Северо-Канский партизанский фронт, в отличие от Южно-Канского, сложился с более широким участием среднего крестьянства. Здесь с начала восстания центральной фигурой стал середняк. В. Г. Яковенко, хорошо знавший состав партизан, прямо утверждал, что северо-канская партизанская «армия была исключительно из середняцких слоев на 80 процентов».

Руководящим органом Северо-Канского фронта сначала был Военно-революционный штаб. Обязанности между его членами распределились следующим образом: председатель штаба - В. Г. Яковенко, командующий войсками - Ф. А. Астафьев, заведующий хозяйственной частью - Н. П. Вахрушев, отдельные ответственные задания выполнял Н. М. Буда, секретарь штаба - М. Т. Гришненко.

Расширение зоны тасеевского восстания, выступление в это время рабочих Иланска и Канска вызвали серьезное беспокойство командования колчаковских войск. Для подавления восстания из Иркутска был выслан карательный отряд в составе сотни солдат, 50 милиционеров, при двух пулеметах. 14 января 1919 года из Канска в Тасеево вышел новый, более крупный карательный отряд под командованием капитана Мартына. Численность его - 700 человек. Отряд имел две пушки и шесть пулеметов. Так же, как и в прошлый раз, белогвардейцы на своем пути зверски расправлялись с мирным населением. Только в селе Бакчет за одну ночь они замучили и расстреляли шестерых крестьян.

Прежде чем начать наступление, капитан Мартын решил морально воздействовать на партизан - запугать их. 22 января он отправил приказ жителям Тасеево о немедленной сдаче оружия, оплате податей и аресте руководителей повстанцев. В случае невыполнения этих требований, говорилось в приказе, население понесет суровое наказание. Этот ультиматум партизаны отвергли.

К этому времени в Тасеево были стянуты все партизанские силы. Всего 375 бойцов. К обороне Тасеево партизаны готовились длительное время. В двух километрах от села была создана круговая линия обороны. Блиндажи и окопы из бревен и снега, политые водой при сильных морозах, превратились в прочные ледяные сооружения. Они надежно защищали партизан, давая им возможность вести прицельный огонь. Утром 24 января 1919 года колчаковцы под прикрытием артиллерийского и пулеметного огня перешли в наступление. Но вскоре из-за сильного мороза орудия у них перестали действовать. Это подняло боевой дух партизан. С укрытых позиций они вели меткий огонь, в результате чего потери белых стали быстро возрастать. Отлично сражались бойцы «серебряной роты». Опытные таежные охотники подпускали карателей на самые близкие дистанции и били без промаха. Одновременно с этим команда лыжников в белых маскировочных халатах производила вылазки в различных пунктах обороны, вела на ходу огонь, создавая впечатление участия в бою больших сил лыжников. После четырехчасового боя, не добившись цели, потеряв 30 человек убитыми и более сотни ранеными, колчаковцы вынуждены были отступить. Партизаны захватили 47 винтовок, 50 тысяч патронов, много гранат.

Таким образом, первое крупное наступление колчаковцев на Тасеево провалилось. Капитан Мартын, добравшись до села Рождественское, запросил подкрепление из Канска. В этом бою успехи партизан определялись не только их мужеством и героизмом, но также хорошо организованной обороной в зимних условиях, слаженностью тактических действий всех отрядов.

Теперь колчаковцы почувствовали, что имеют дело не с обычным крестьянским бунтом, а с хорошо организованным крупным очагом партизанской борьбы, охватившим северную часть Канского уезда. Для ликвидации его требовались новые силы. В свою очередь, руководители партизанского фронта хорошо понимали, что предстоят новые серьезные испытания и тяжелые бои. Поэтому в Тасеево происходила перегруппировка частей, пополнение их за счет вновь прибывших повстанцев, усиленная боевая учеба, совершенствовались оборонительные сооружения.

Под непосредственным воздействием победы тасеевских партизан в конце января 1919 года начались вооруженные восстания в Фаначетской, Абанской, Долгомостовской и других волостях.

В начале февраля 1919 года колчаковское командование решило ликвидировать этот очаг партизанской борьбы. С этой целью оно направило сюда из села Рождественское отряд солдат и кулацких дружинников численностью 350 человек. Караул встретил его ружейным огнем. По ходам сообщения быстро подошли партизаны и также открыли огонь. Одновременно отряд лыжников двинулся в обход белых с правой стороны мельницы.

В этот день все попытки колчаковцев прорвать линию обороны партизан окончились безрезультатно. Потеряв десять человек убитыми и еще больше ранеными, белогвардейцы отошли в Рождественское.

Эта весть быстро облетела окружающие деревни. В Фаначет потянулись крестьяне с просьбами принять их в партизаны. Численность партизанского отряда возросла до 250 бойцов.

Третьим очагом партизанской борьбы после Тасеевского и Фаначетского было восстание в Абанской волости, начавшееся 5 февраля 1919 года. До этого Тасеевский Военно-революционный штаб направил сюда Михаила Щекотурова, который создал здесь боевую группу из 15 надежных людей. Группа Щекотурова обезоружила волостную милицию, захватила оружие и подняла восстание. Командиром созданного отряда избрали Трифона Витюкова, начальником штаба - Даниила Апоновича, секретарем - Евлампия Бурмакина. Отряд расположился в деревнях Самойловка и Молоканка.

В середине февраля из Канска в Абан прибыл крупный отряд колчаковцев, насчитывавший около 400 штыков. Партизаны не могли противостоять такой большой силе и отошли в глубь тайги.

Так же, как и на Южно-Канском фронте, здесь, на севере Канского уезда, были не только успехи, но и временные поражения. Примером тому может служить неудачная попытка Трифона Витюкова силами только своего отряда освободить Абан. Потеряв 32 человека убитыми и ранеными, Витюков вынужден был отступить.

Встревоженное ростом партизанского движения в северной части Канского уезда, колчаковское командование во второй половине февраля решило окончательно покончить с партизанами. Для этого из Канска в район Тасеево была направлена усиленная стрелковая бригада численностью около двух тысяч солдат и офицеров, с 6 орудиями и 10 пулеметами. Командовал бригадой полковник Красильников.

К этому времени оборонительная линия вокруг Тасеево была укреплена, построили новые блиндажи, соединенные ходами сообщений. Для защиты от конницы и вражеской пехоты на главных направлениях перед блиндажами и окопами были в три ряда разбросаны зубьями вверх конные бороны.

Наступление белых началось утром 17 февраля с трех сторон, по лукашинской, суховской и хандальской зимним дорогам. Главные силы, более тысячи человек, под непосредственным командованием Красильникова двигались по лукашинской дороге.

Бои развертывались следующим образом. Партизанская разведка еще за сутки до наступления белых доложила своему командованию о численности и направлении движения белогвардейских колонн. Чтобы рассредоточить силы противника и ослабить его согласованный удар по Тасеево, партизаны решили встретить белых еще в пути, на дальних подступах к селу. Это явилось полной неожиданностью для колчаковцев, замедлило темп их продвижения и предотвратило их совместный удар.

Оперативный план полковника Красильникова был сорван в самом начале его осуществления, силы колчаковцев были значительно ослаблены. Теперь, сдерживая наступление колчаковцев, командование партизан одновременно начало стягивать основные силы к тасеевской оборонительной линии. Штурмуя укрепления партизан, белые несколько раз переходили в атаку, и каждый раз отбрасывались назад метким уничтожающим огнем. К исходу дня колчаковцы вынуждены были отступить, потеряв убитыми и ранеными 172 человека, в том числе 30 офицеров.

В течение последующих дней февраля и в начале марта белогвардейцы предприняли еще несколько попыток овладеть селом Тасеево, но все они оказались безуспешными. После этого колчаковское командование решило отложить штурм партизанских позиций до наступления лета.

К лету 1919 года из нескольких тасеевских отрядов а также Северного, Таежного рабочего и конницы Нижегородова выросла единая партизанская армия. Колчаковцы не могли примириться с мыслью о том, что она остается неуязвимой и продолжает действовать. В середине июня они начали готовить новое большое наступление на Тасеево. Для этого с Восточного фронта были сняты 1-й и 2-й Ставропольские стрелковые полки, 1-й Оренбургский казачий полк, значительно усилены бригада Красильникова, части белочехов и кулацкие дружины. Общая численность белогвардейских войск составила около 15000 штыков и сабель. Эти войска имели на вооружении 10 орудий, 35 пулеметов и 14 минометов.

Военно-революционный штаб партизан решил сосредоточить все силы в единый кулак. Долго спорили, где встречать белых. Одни говорили, что их нужно разгромить еще на подступах к Тасеево. Но теперь, летом, село стало доступным для противника с любого направления, да и вооружение партизан составляло одну самодельную пушку и три пулемета. В итоге обсуждения было принято решение: в Тасеево боя не давать, отступить дальше в тайгу, в район Троицкого солеваренного завода, и там укрепиться, держать оборону.

С грустью партизаны оставляли свою столицу. Вместе с ними уходили их семьи и многие жители Тасеево. Тяжелым был этот путь. По дикой и болотистой тайге нужно было пройти более 100 километров. Как только пришли на реку Кайтым, сразу же приступили к сооружению оборонительных укреплений. В землянках организовали выпечку хлеба. С продуктами было плохо.

Тасеевская республика во многом отличалась от Степно-Баджейской партизанской республики. Отличия эти можно свести к следующим основным положениям:

  1. Тасеевская республика называлась республикой, но официально ни в каких документах таковой не провозглашалась. О создании же Степно-Баджейской республики было официально объявлено на первом армейском съезде в деревне Умбаж.
  2. В отличие от Степно-Баджейской, Тасеевская республика в составе 11 волостей с населением 85 тысяч человек не имела четких постоянных территориальных границ. В июле-августе 1919 года, в связи с уходом партизан в тайгу, почти вся ее территория была занята колчаковцами. И только с сентября партизаны постепенно вновь стали занимать районы, которые они контролировали раньше.
  3. В отличие от Степного Баджея, в Тасеево Военный Совет являлся не только главным политическим и административным органом партизанской армии, но и высшим органом Советской власти. Объединенного Совета здесь не было. Сельские и волостные Советы непосредственно подчинялись Военному Совету. Комиссаром по гражданским делам был назначен Д. А. Расторопов. Под его руководством на освобожденной территории создавались сельские и волостные Советы, в которые избирались преданные Советской власти люди. Главными задачами Советов являлись обеспечение партизанской армии всеми необходимыми материальными средствами, помощь партизанским семьям, налаживание хозяйственной и культурно-массовой работы в деревне.

Всей хозяйственной деятельностью в Тасеевской республике занимался Совет народного хозяйства на правах отдела Военного Совета. Он был создан на втором армейском съезде в количестве 8 человек. В Совет вошли Гришненко (председатель), Вахрушев, Данилов, М. Буда, Забелин, Шадрин, Бадин, Швецов.

Совнархоз действовал на основе инструкции, разработанной Военным Советом. Через сельские и волостные Советы он руководил проведением весеннего сева и уборкой урожая в контролируемых населенных пунктах, занимался вопросами снабжения армии, осуществлял налоговую и финансовую политику. В целях борьбы со спекуляцией совнархоз установил твердые цены на хлеб и другие сельскохозяйственные продукты, нормы обмена хлеба на соль, получаемую с Троицкого завода. Многое было сделано для установления правильных взаимоотношений трудового крестьянства с владельцами мелких кустарных предприятий, мельниц и т. д. Важной мерой явилась национализация Троицкого солеваренного завода, положившая начало созданию социалистического уклада в экономике партизанской республики.

В связи с нехваткой продовольственных ресурсов Совет народного хозяйства создал специальные команды рыбаков и охотников, задачами которых являлась заготовка рыбы и мяса диких животных и птицы.

Были созданы военные мастерские, в которых ремонтировали оружие, изготовляли патроны, гранаты и даже пушки. Одна из таких пушек хранится сейчас в Тасеевском районном музее. Кроме того, развернули целую сеть кузнечно-слесарных, портновских, сапожных, пимокатных, столярных и других мастерских и цехов, продукция которых шла для армии и населения. Для работы на этих предприятиях широко привлекалось гражданское население.

В отличие от Степного Баджея, в Тасеевской республике не было четко установленных постоянных методов и норм натурального и денежного самообложения крестьянства для содержания армии. Здесь проводили реквизиции хлеба, скота и других сельскохозяйственных продуктов с выдачей крестьянам специальных долговых расписок, по которым предполагался расчет после восстановления Советской власти.

Тасеевская партизанская республика остро нуждалась в денежных средствах. Для покрытия расходов и различного рода платежей здесь был выпущен внутренний заем, реализация которого дала около двух миллионов рублей.

При Военном Совете действовал агитационно-политический отдел армии, который возглавлял И.А. Вашкорин. Кроме него, здесь работали пропагандисты Рытиков, Гаворик, Строганов, Овчинников. Они на гектографе печатали газету «Военные известия» тиражом до 150 экземпляров. Несмотря на ограниченные возможности, она выходила один раз в неделю и распространялась в партизанских частях, среди населения и вражеских солдат. Газета четко формулировала цели народной освободительной борьбы, оперативно освещала боевые действия партизанской армии на фронте, состояние тыла. В ней публиковались воззвания Военного Совета к населению, письма к солдатам колчаковской армии.

К осени 1919 года, в связи с решающими ударами Красной Армии по войскам Колчака на Восточном фронте и успешными действиями партизанской армии Кравченко-Щетинкина на юге Енисейской губернии, натиск белых на Тасеево значительно ослаб. Партизаны Северо-Канского фронта в начале сентября вернулись из тайги и начали занимать свои прежние позиции. Стремительным натиском они выбили колчаковцев из Троицкого солеваренного завода и 23 сентября освободили свою «столицу» - Тасеево. После этого были заняты деревни Сухово, Бакчет, Хандала, Канарай, Борки, Денисове и другие.

В период с конца сентября 1919 года и до соединения с частями Красной Армии партизаны Северо-Канского фронта завершили освобождение северной части Канского уезда от колчаковских войск. В октябре-ноябре прошли ожесточенные бои с белыми за овладение деревнями Топол, Поповичи, селом Рождественское и другими населенными пунктами. В это время особенно успешно действовал эскадрон И.3. Нижегородова, конники которого лихо врывались в расположение белогвардейских частей, сеяли панику среди солдат или, взаимодействуя с пехотинцами, преследовали врага.

Вообще боевые действия партизан характеризовались большой маневренностью, внезапными стремительными атаками против обороняющихся гарнизонов белых. В результате активных наступательных боев было уничтожено значительное количество живой силы и техники противника, захвачено много оружия, патронов и снаряжения.

В середине октября управляющий Канским уездом с тревогой доносил в Красноярск: «Красные за последнее время усиливают свою деятельность, разъезды их уже появляются на полях села Анциферовского, в 25-30 километрах от Канска. Вчера телеграф и телефон с Рождественским прерван. Наши войска бездействуют и, если так будет продолжаться, то положение в уезде станет еще серьезнее».

Во второй половине ноября партизаны разгромили колчаковцев в деревнях Орловка и Покровка Рождественской волости и в Николаевке Михайловской волости. Теперь границы Тасеевской республики значительно расширились во всех направлениях. Военный Совет по-прежнему оставался в Тасеево, а главный штаб партизан перенесли в деревню Борки, поближе к наступающим частям.

декабря 1919 года в районе озера Улюколь произошел последний крупный бой. Он длился с раннего утра до позднего вечера и неоднократно переходил в рукопашные схватки. Белогвардейцы потеряли 175 человек убитыми и более двухсот ранеными, 40 солдат было взято в плен. Партизаны захватили 317 винтовок, много патронов, 3 полевых телефона и другие трофеи. Со стороны партизан погибло 14 человек, в том числе командиры эскадронов Прохоров и Какаулин, 16 человек было ранено.

После этого боя колчаковские гарнизоны стали один за другим прекращать сопротивление и сдаваться в плен. Одновременно Военный Совет партизанского фронта стал стягивать свои силы в район Канска. Одна группа войск двигалась из Курая и остановилась в 10 километрах от города. Другая, двигавшаяся из Абана, сосредоточилась в Поповичах и соседних деревнях северо-восточнее Канска. Третья группа партизан вышла к линии железной дороги западнее Канска, к станциям Солянка и Филимоново..

Таким образом, Канск был окружен. В городе находились 32-й и 55-й иркутские стрелковые полки, казачий полк и части белочехов. Теперь можно было штурмом взять Канск, тем более солдаты гарнизона уже колебались. Но в этом случае город пострадал бы от артиллерийского огня, а железнодорожный мост через реку Кан, вероятно, был бы взорван отступающими на восток белогвардейцами.

Поэтому по инициативе Военного Совета партизанского фронта начались переговоры с белочехами, продолжавшиеся два дня. В результате достигнутого соглашения Военный Совет с небольшой охраной переехал в Канск, не вводя туда свои войска. Чехи обязались покинуть город, и после того, как последний их эшелон пройдет железнодорожный мост, снять свои караулы и передать мост партизанам в целости и сохранности.

января 1920 года партизанские войска вступили в город Канск. 32-й и 55-й колчаковские стрелковые полки в полном составе перешли на сторону партизан. Казачий полк также не оказал сопротивления и был разоружен.

января в Канск вступили войска 30-й дивизии 5-й Красной Армии. Они с большой радостью были встречены партизанами и городским населением. Северо-Канский партизанский фронт прекратил свое существование.


VI. Северо-Ачинский фронт


В конце 1918 года в Ачинском уезде партийные ячейки действовали в Жуковской, Козульской, Покровской, Ново-Еловской, Бирилюсской, Бычковской и Петровской волостях. Вокруг них нелегально создавались партизанские группы, которые первое время занимались индивидуальной вербовкой новых членов и сбором оружия и боеприпасов.

декабря 1918 года по инициативе Е. Т. Марутко в д. Лапшиха состоялся районный съезд представителей партийных ячеек и партизанских групп. На съезде присутствовало 50 человек. Выставив караулы для охраны, съезд приступил к работе. Здесь были обсуждены вопросы, связанные с дальнейшим усилением агитационной работы среди крестьянства в уезде, и принято решение о немедленной организации партизанского отряда путем слияния существующих групп. В качестве руководящего органа был избран нелегальный районный партийный комитет и утвержден представитель в Енисейский губернский комитет партии для связи.

В день открытия съезда партизаны привели к Е. Т. Марутко неизвестного плотника, который перед этим в течение двух недель ходил по деревням в поисках работы. Одет он был в старые пимы и поношенное драповое пальто. В паспорте значилась фамилия Еремин. Одежда и весь вид задержанного человека не соответствовали профессии плотника. После длительного взаимного изучения «плотник» распорол воротник пальто и предъявил мандат Ачинского совдепа и удостоверение штабс-капитана. Это был Петр Ефимович Щетинкин. На съезде нашлись люди, подтвердившие личность Щетинкина.

Съезд поручил П. Е. Щетинкину, продолжая агитационную работу среди крестьянства, создать партизанские группы в деревнях Нагорная и Красновка. Делегаты съезда разъехались по местам для практического осуществления принятых решений.

Первое столкновение повстанцев с представителями колчаковской власти произошло 5 января 1919 года в деревне Стрелка. Здесь неожиданно появилась группа вооруженных людей, которая освободила арестованных; крестьян, а старшего милиционера расстреляли за деревней. Руководил освобождением крестьян все тот же приезжий «плотник».

Для ликвидации появившихся в уезде партизан из Красноярска прибыла карательная экспедиция. Формирование партизанского отряда к этому времени еще не было закончено. Поэтому, по предложению Щетинкина, партизаны на время разошлись по своим домам. Карательный отряд, жестоко выпоров плетями несколько крестьян, вернулся в Красноярск.

Боевые действия Ачинского партизанского отряда начались с похода на крупное кулацко-купеческое село Игинка, являвшееся базой ачинского белогвардейского гарнизона. Игинские кулаки снабжали всем необходимым ачикский гарнизон, сжигали избы и расстреливали крестьян, сочувствующих Советской власти. В ответ на эти действия Щетинкин послал игинским кулакам следующее предупреждение:

«Игинскому обществу». Наказ.

февраля 1919 года.

Прошу прекратить в город доставку дров, сена и хлеба. За неисполнение Наказа виновные будут подлежать строгой ответственности вплоть до расстрела.

Товарищ Щетинкин».

Посланный наказ кулаки встретили насмешками и выполнять отказались. Скоро они за это жестоко расплатились. Партизаны сожгли кулацкую станицу, а реквизированный хлеб роздали беднякам соседних сел. После разгрома партизанами Игинки колчаковцы решили принять срочные меры для подавления ачинского восстания.

В Ачинск был послан хорошо вооруженный карательный отряд в количестве 606-человек..

Первый бой партизан с колчаковцами произошёл ночью около деревни Ольховка.21-22 февраля 1919 г. Активную поддержку партизанам в бою оказало местное население. С помощью крестьян, вооруженных охотничьими ружьями, железными вилами, топорами (они ударили в тыл), партизаны разбили белогвардейский отряд и обратили его в бегство. Белые оставили 30 человек убитыми и более сотни ранеными, много повозок, лошадей и 20 тысяч винтовочных патронов. Это была первая победа ачинских партизан. Теперь в партизанском отряде насчитывалось 450 человек.

Через два дня после Ольховского произошел бой в деревне Козловка. Вскоре после боя в Козловке в селе Большой Улуй собрался районный съезд представителей повстанческих волостей - Покровской, Чернореченской, Ново-Еловской, Больше-Улуйской, Новоселовской, Бирилюсской, Петровской. Съезд избрал исполком повстанческого района в составе Щетинкина, Марутко и Уланова. Были приняты решения:

  1. Запретить вывоз сельскохозяйственных продуктов, сена и дров в г. Ачинск.
  2. Установить твердые цены на сельскохозяйственные продукты.
  3. Поднять, по возможности, уровень культурной работы в повстанческом районе, для чего расширить сеть сельских школ и закончить строительство в Большом Улуе народного дома.

Енисейский генерал-губернатор решил покончить с отрядом Щетинкина, поставив целью окружить и уничтожить партизан. В начале марта первый отряд колчаковцев в количестве 900 человек вышел из Енисейска и занял линию Бирилюссы-Улуйское. Второй отряд - 800 штыков - был направлен из Ачинска, третий - 800 человек - из Красноярска и четвертый - из Томска, в количестве 200 человек.

Таким образом, партизаны оказались окруженными со всех сторон. Четыреста пятьдесят человек - против двух тысяч семисот. Иначе говоря, на каждого партизана шло шесть солдат с винтовками, пулеметами и пушками. Казалось, конец отряда Щетинкина неминуем.

После ожесточенного боя под Курбатово, где партизаны показали исключительный героизм и отвагу, отряд потеряв около тридцати человек убитыми и ранеными, вынужден был отступить.

В течение нескольких дней бои шли одновременно на четырех направлениях. Белогвардейское кольцо сжималось вокруг партизан. Территория, занятая партизанами, равнялась всего 32 квадратным километрам.

По ночам пылали огромные зарева пожарищ. Это белые жгли окружающие деревни и хутора, рассчитывая запугать партизан и морально воздействовать на них.

Весь партизанский отряд пришлось стянуть в Красновку. Как быть дальше? - вот вопрос, на который Щетинкин должен был дать немедленный ответ сотням людей своего отряда. Нашлись «советчики», которые предлагали уйти в тайгу и там по одному разойтись по домам. Щетинкин решительно отверг это предложение. Утром 7 марта он предложил героический план прорыва. План был одобрен большинством отряда. Партизаны немедленно начали приводить его в исполнение.

Разведка установила, что наиболее слабым звеном в цепи противника является село Ко-робедниковр._3десь было двести колчаковцев. В ночь на восьмое марта партизанский отряд двинулся по маршруту Нагорново - Журавлево - Слопцовка. Вслед за партизанами потянулся обоз беженцев и партизанских семей с хлебом, скотом и домашним скарбом.

Белые не ожидали стремительного прорыва партизан, тем более на этом участке. Отряд Уланова, внезапно налетев на колчаковцев, разбил их и захватил 60 человек в плен.

Необходимо было быстро уходить дальше, но возникло новое затруднение. Беженцы и семьи партизан не хотели отставать от отряда. На проведенном митинге едва удалось убедить их вернуться обратно. Это значительно облегчило дальнейшее продвижение отряда.

Отряд стремительно двигался по намеченному маршруту. Крестьяне охотно предоставили партизанам лошадей. Вслед за отрядом разъяренными волками гнались колчаковцы, но было уже поздно.

Шестого апреля (25 марта по старому стилю) партизаны вступили в село Яново. Не успела головная часть отряда войти в деревню, как в хвосте завязался бой с отрядом капитана Сотникова. Бой длился шесть часов и закончился победой партизан.

Впереди было село Покровское - последний, населенный пункт перед тайгой. Колчаковцы уже не имели возможности преследовать партизан.

Итак, прорыв осуществлен. Но цель, ради которой он совершался, внезапно отпала. Дело в том, что Щетинкин хотел соединиться с партизанским отрядом Перевалова, действовавшим где-то на границе Красноярского и Ачинского уездов, В Покровском партизаны узнали, что отряд Перевалова разгромлен.

Встал вопрос: куда идти дальше? С флангов и с тыла были враги. Поддержки ждать неоткуда. Оставался единственный выход - соединение с Баджейским фронтом. Все понимали, что это чрезвычайно трудная и тяжелая задача, однако решение о соединении было принято.

Через прииск Карачинский отряд взял курс на Степной Баджей. Впереди шли разведчики-лыжники, за ними взвод Уланова прокладывал тропы и, наконец, шла остальная часть отряда.

Пять дней и ночей через глухую бездорожную тайгу, ориентируясь по солнцу и звездам, пробирались щетинкинцы. Люди утопали по пояс в снегу, изнемогали от голода и усталости, но находили в себе силы, поднимались и снова шли. Остановка означала смерть. Жизнь определялась движением, поэтому девизом было одно слово: «Вперед!».

В отряде было несколько женщин, были больные и тридцать шесть человек раненых. Их вели под руки и везли на самодельных нартах. В нарты впрягались по очереди.

Утром семнадцатого апреля (4 по старому стилю) сторожевой пост Майского полка на скотопрогонной тропе Кувай обнаружил приближающихся вооруженных людей. Вышедшие из тайги назвали себя разведкой отряда Щетинкина. Они не имели никаких документов для подтверждения своих слов, поэтому бы ли задержаны и разоружены.

На второй день сюда прибыл весь отряд во главе с П. Е. Щетинкиным и его боевым помощником Замураевым. Они выехали в Баджеи для, встречи с А. Д. Кравченко. Произошла радостная встреча. Когда Кравченко прибыл в отряд Щетинкина, он встретил среди партизан многих своих старых знакомых по Ачинску. Состоялся митинг, на котором отряд Щетинкина был доукомплектован новыми бойцами и переименован в «Северо-Ачинский партизанский полк». Командиром полка единогласно избрали П. Е. Щетинкина.


VII. Степно-Баджейская республика

енисейская губерния колчаковский партизанский

Важнейшим результатом освободительной классовой борьбы пролетариата и крестьянства в Енисейской губернии явилось образование нескольких советско-партизанских районов. Именовались они республиками, имели своеобразную организационную структуру народной власти. Руководители этих районов в то время, очевидно, имели в виду в качестве прообраза «Красноярскую рабочую республику» 1905 года, хотя она во многом отличалась от партизанских республик по классовому составу, территории и характеру боевых действий.

В 1918 году в Степно-Баджейскую волость входило 32 населенных пункта, в которых проживало 4000 человек (около 700 хозяйств). По социальному составу более 50 процентов составляли беднота и батрачество. Трудности освоения тайги - необходимость раскорчевки лесов и осушения болот - заставляли заманцев заниматься главным образом добычей кедрового ореха, рыбной ловлей и охотой на пушного зверя. Жили они бедно, но вольно. Начальство редко заглядывало сюда. Социальный состав заманцев определял их политические взгляды.

После белогвардейского переворота в мае 1918 года Заманье не признало омское эсероменьшевистское правительство, отказалось платить налоги и давать в армию солдат.

Слух об этом быстро облетел окружающие деревни и села. В Баджей потянулись недовольные властями крестьяне и преследуемые рабочие из городов. На этой благодатной почве скрывавшиеся большевики и советские работники развернули энергичную агитационную и организаторскую деятельность. Большевистская организация Заманья становилась идейным и руководящим центром освободительной борьбы.

Партийные подпольные организации в Заманье стали создаваться сразу же после белогвардейского мятежа. К концу 1918 года в Заманье было 20 партийных ячеек и групп, объединявших около 250 коммунистов и сочувствующих. Степно-Баджейская подпольная большевистская организация оформилась в июле 1918 года. Вскоре в Заманье прибыл Александр Диомидович Кравченко, ставший во главе вооруженного восстания.

В истории народно-освободительной борьбы трудящихся Сибири против иностранных интервентов и колчаковщины достойное место отводится талантливому вожаку красных партизан - коммунисту А. Д. Кравченко.

В Заманской большевистской организации и позднее в партизанской армии Кравченко имел огромный, непоколебимый авторитет. Бойцы и командиры верили ему, беспрекословно подчинялись и выполняли все его приказы. Главными его особенностями были необычайное сочетание твердости характера; внимательным отношением к подчиненным, добродушия с железной волей. Быстрое ориентирование в обстановке, принятие смелых боевых решений, последовательность, краткость и четкость приказов, постоянный контроль за их выполнением - таковы основные черты командующего партизанской армией.

С падением Советской власти в Красноярске, в июне 1918 года, А. Д. Кравченко перешел на нелегальное положение и укрылся на своем хуторе. Человек энергичный и деятельный, он быстро установил связи с большевиками, политическими ссыльными и бывшими красногвардейцами Заманья.

Колчаковская контрразведка в секретных документах характеризовала А. Д. Кравченко как опасного противника, хорошо знающего военное дело, пользующегося большим доверием и уважением крестьянства и партизан. Предпринимались меры к тому, чтобы скомпрометировать его в глазах народа, публиковались клеветнические листовки, была обещана награда за поимку его или убийство.

В конце октября 1918 года под руководством А. Д. Кравченко и Ивана Богана в Степном Баджее состоялось нелегальное собрание всех действовавших в Заманье подпольных революционных групп, на котором было решено приступить к организации партизанского отряда.

В двадцатых числах ноября 1918 года в Степной Баджей. прибыл отряд милиции, но не решился производить аресты. Начальник милиции Баженов со своим отрядом вернулся в Шало и оттуда обратился в Красноярск с. просьбой направить в Степной Баджей карательный отряд в 100-150 человек. В это время Баджейская подпольная организация арестовала волостного милиционера и, обнаружив у него копии донесений колчаковским властям, расстреляла его. В связи с этим событием экстренно было созвано собрание всех членов организации и сочувствующих лиц, на собрании было принято решение о начале восстания.

Волостная земская управа была упразднена. Вместо нее создали Революционный сельский комитет, председателем которого избрали старого большевика В. Ф. Рутковского Ч Со всех деревень Заманья прибывали в Степной Баджей добровольцы, из которых формировался партизанский отряд. У многих бывших красногвардейцев, воевавших на Клюквенском фронте, сохранились винтовки, гранаты, но большинство имели охотничьи ружья.

Командиром отряда избрали фронтовика, бывшего царского офицера Константина Лидина-Пуляева, начальником штаба - Ивана Богана. На А. Д. Кравченко было возложено общее руководство восстанием, так как предполагалось значительное расширение партизанского движения за счет крестьян соседних волостей.

Первая встреча с белогвардейцами произошла у речки Барзаначки. В сумерках прибыл разведчик и доложил Кравченко о продвижении отряда белых численностью свыше ста человек.

Замаскировавшись в кустах, партизаны залегли вдоль дороги. Пропустив до пятидесяти подвод вперед, по звуковому сигналу (подражание крику совы) партизаны залпами открыли огонь. Захваченные врасплох, белогвардейцы в панике и беспорядке бежали к станции Камарчага. Эта первая победа над превосходящим по численности и вооружению противником была встречена с большой радостью населением. Она подняла боевой дух партизан, вселила в них уверенность в собственные силы.

Второй бой разыгрался на подступах к Тюлюпу. Здесь противник тоже был разбит и отброшен к линии железной дороги. В этом бою были взяты первые трофеи: два станковых пулемета с запасными стволами и несколько десятков винтовок. На второй день партизанский отряд перебазировался в деревню Кияй. Здесь в него влилась новая группа партизан. Наступил период дальнейшего собирания сил и организационного укрепления отряда.

Сам А. Д. Кравченко в своих воспоминаниях о первых шагах партизанской борьбы пишет так: «Первые бои под Нарвой у речки Барзаначка и у деревни Тюлюп произошли 20-22 декабря 1918 года и окончились поражением белых отрядов. Мы заполучили два пулемета - «максим» и «кольт» с запасными стволами и полным комплектом пулеметных лент, а также несколько десятков винтовок. Прибыло и первое подкрепление в 40 вооруженных повстанцев из Умбажа и Солонечно-Талой, спешивших к нам на помощь. Мы продвинулись вперед и заняли деревню Кияй, где присоединилось еще 12 человек с оружием. Колчаковские власти начали стягивать воинские отряды для разгрома Заманья. Положение было такое, что белые могли если не разгромить нас, то по крайней мере запереть в тайге. Необходимо было расширять фронт борьбы».

К весне 1919 года, еще до соединения с партизанами П. Е. Щетинкина, в Заманье из первоначального отряда А. Д. Кравченко выросло три больших отряда - Канский, Манский и Тальский, в которых насчитывалось около двух тысяч бойцов. Это была уже хорошо спаянная и накопившая некоторый боевой опыт партизанская армия, способная к крупным боевым операциям.

К марту на фронте наступило затишье. Используя благоприятную обстановку, партизаны созвали первый армейский съезд, который состоялся первого марта 1919 года в д. Умбаж.

Съезд единогласно решил:

1. Территорию, занятую партизанской армией, между реками Енисеем и Каном, объявить Степно-Баджейской советской республикой, во главе которой будет стоять Объединенный Совет рабочих, крестьянских и партизанских депутатов.

2. Реорганизовать и доукомплектовать действующие отряды по принципу построения Красной Армии в Канский, Майский и Тальский полки. Провести выборы командного состава.

  1. Для борьбы с враждебными элементами, разлагающими армию, и грубыми нарушениями воинской дисциплины установить высшую судебную инстанцию - Главный военный трибунал. При полках организовать полковые суды.
  2. Поручить Главному штабу армии установить постоянную связь с красноярскими рабочими и рабочими других городов и обеспечить военные мастерские партизан боеприпасами.

Обсудив второй пункт повестки дня, съезд избрал армейский Совет как главный политический и административно-хозяйственный орган партизанской армии. Председателем армейского Совета партизаны единогласно избрали С. К. Сургуладзе. Одним из членов Совета - начальником снабжения армии был избран Я. Ф. Ксензов.

Съезд избрал Главный штаб армии, который являлся военно-оперативным органом. В состав его вошли Кравченко, Александров, Логвинов, Яковлев, Турбаков и другие. Равноправным членом Главного штаба являлся и председатель армейского Совета Сургуладзе.

На заключительном заседании съезда был избран высший орган Советской власти в республике - Объединенный Совет рабочих, крестьянских и партизанских депутатов, в который вошли представители партизанской армии и тыла. Председателем Объединенного Совета избрали П. П. Петрова.

После реорганизации партизанская армия получила четкую организационную структуру. Она теперь имела четыре полка, в которых насчитывалось 2700 штыков, эскадрон конницы - 350 сабель, пулеметную роту и свыше тысячи человек в хозяйственных командах и на предприятиях, обслуживающих армию. В разное время, в порядке очередности, командирами полков были: Каннского - М. В. Александров, Сабаев и К. М. Логвинов; Манско-го - Федор Боган и В. И. Гусев; Тальского - Ф. С. Грибушин, Семен Семешов и А. М. Марченко; Ачинского - П. Е. Щетинкин.

Наступила весна. Из-за полного бездорожья на фронте наступило длительное затишье. Возникли затруднения с обеспечением боеприпасами. Патроны были на исходе. Мастерские по изготовлению боеприпасов работали с перебоями из-за недостатка свинца, баббита, металла для изготовления оболочек пуль и гранат. Начала также ослабевать дисциплина в партизанских частях. Появились самовольные отлучки, распускались слухи о возможной частичной демобилизации, о готовящихся длительных отпусках. И было немало случаев, когда партизан, отпущенный домой на три-четыре дня, возвращался в полк лишь на десятый, пятнадцатый день.

В такой обстановке Главный штаб и армейский Совет армии взяли курс на дальнейшее укрепление связей фронта с тылом, усиление боевой и политической подготовки бойцов. Многое решала хорошая постановка партийно-политической работы в частях.

Во всех подразделениях и хозяйственных командах состоялись собрания, на которых резко критиковались факты ослабления боевой дисциплины. Агитационный отдел при армейском Совете разработал тезисы популярных докладов на темы: «За что мы воюем?», «Кто такие большевики и чего они хотят?», «Железная дисциплина - первое условие победы». Предварительно прослушав инструктивные доклады, агитаторы направлялись в части.

Тем временем партизанская армия усиленно готовилась к новым боям. Отдохнувшие полки были приведены в боевую готовность. На полную мощность работали военные мастерские по ремонту оружия и по изготовлению боеприпасов.

Пятнадцатого мая 1919 года началось новое большое наступление белых. Общее количество белогвардейских и союзных войск составляло теперь свыше двенадцати тысяч человек с 25 орудиями и 50 пулеметами. Наступление началось одновременно шестью группами со станций Камарчага, Клюквенная и Заозерная с расчетом прижать партизанскую армию к реке Мана, окружить ее в районе Степного Баджея и уничтожить

В соответствии с тактикой оборонительных боев, выработанной Главным штабом, партизанская армия планомерно отходила в тайгу, к реке Мана. К 23 мая отступление по намеченному плану было закончено. Майский полк занял деревню Нарва, Северо-Ачинский - Унгут, Тальский - Солонечное-Талое, Канский удерживал в своих руках Вершино-Рыбное. На подступах к этим рубежам развернулись упорные кровопролитные бои. Усталые и голодные, партизаны по нескольку раз в день поднимались в контратаки, отражая бешеный натиск противника.

Около восьмисот белогвардейцев было уничтожено в этом бою. Колчаковцы оставили на поле боя несколько орудий, много ящиков со снарядами, десять пулеметов, сотни винтовок, массу обмундирования и тысячи патронов.

Через несколько дней таежную деревушку Тюлюп заняла другая белогвардейская часть, а в деревню Унгут прибыл гусарский полк. В одну из ночей партизаны окружили здесь белогвардейцев и полностью уничтожили.

Из документов, найденных у убитых в последнем бою офицеров, было установлено, что противник предпринял обходное движение, пытался обойти партизан с правого фланга. Необходимо было нанести новый немедленный удар. Эту задачу замечательно выполнил Северо-Ачинский полк под командованием П. Е. Щетинкина.

Быстро перебросив свой полк к месту боя, Щетинкин расположил его против указанной на карте переправы. Скоро послышалась нерусская речь. Интервенты начали форсировать реку, переправляясь на лодках на левый берег. Когда на берег высадилось около двух рот и началось построение солдат, по ним был открыт пулеметный и ружейный огонь. В течение часа интервенты были сброшены в Ману и уничтожены. Лишь несколько человек достигли правого берега.

В период майских боев на Мане Канский партизанский полк потерпел серьезное поражение в бою у д. Вершино-Рыбное.

В связи с большими боями в партизанской армии снова стал ощущаться острый недостаток боеприпасов. Из-за отсутствия материалов военные мастерские резко сократили производство патронов. А противник продолжал развивать активные действия, неоднократно пытался перейти Ману.

Стало ясно, что удобную, но слишком растянутую позицию на левом берегу Маны партизанская армия удержать не сможет. Это означало падение Степного Баджея, так как защищать его в сложившейся обстановке становилось с каждым днем все труднее. Необходимо было правильно оценить соотношение сил, продумать все возможности и принять немедленное решение.

В Главном штабе и армейском Совете шли бурные дискуссии о дальнейшей судьбе партизанской армии и республики. В основном обсуждались два варианта: активной обороны и отступления. Товарищи, предлагавшие отступление, не могли дать удовлетворяющих ответов: куда отступать, каким образом, как быть с мастерскими и всем сложным хозяйством? В эти дни особенно ярко проявился военный талант А. Д. Кравченко, предложившего план Саянского похода.

Вначале этот план показался настолько фантастическим по замыслу и трудностям осуществления, что многие командиры, хотя и верили в способности своего командующего, все же объявили его предложение неосуществимым. Однако после тщательного и всестороннего обсуждения предложенный план был принят большинством членов армейского Совета и Главного штаба.

Основная мысль плана состояла в том, чтобы полностью сохранить партизанскую армию, все ее вспомогательные службы и учреждения для дальнейших боев. Армия должна была перевалить через таежный Саянский хребет, выйти в Минусинский уезд и отсюда направиться в Урянхайский край (ныне Тувинская автономная республика). Здесь она должна была отдохнуть, переформироваться, обеспечить себя оружием и боеприпасами и снова вернуться в Минусинский и Красноярский уезды.

К началу эвакуации из Степного Баджея армия насчитывала 3275 бойцов, не считая раненых и больных, рабочих мастерских и хозяйственных команд. В последние дни в Заманье непрерывным потоком потянулись беженцы - партизанские жены с детьми, со скотом и всем имуществом. Никто из них не хотел оставаться в тылу врага, несмотря на уговоры и просьбы. Это, конечно, сковывало армию, но иного выхода не оставалось. Было решено взять с собой семьи и некоторую часть беженцев.

Встал вопрос: как быть с больными и ранеными, которых насчитывалось около 250 человек. Слезами радости и благодарности встретили находившиеся на излечении бойцы решение Главного штаба и армейского Совета взять с собою весь лазарет. Всего, таким образом, с беженцами и ранеными собралось около шести тысяч человек.

июня 1919 года началась эвакуация из Степного Баджея. С утра потянулись в тайгу телеги с ранеными и больными, затем было отправлено имущество, медикаменты и документы. После этого двигались армейские учреждения и обоз с семьями и беженцами, растянувшийся на несколько километров. Во второй половине дня выступили партизанские части.

Баджейская республика просуществовала семь месяцев и восемь дней. Начался героический переход через Саянский хребет. Ориентируясь по компасу, неуклонно шли на юг. Там, за дремучей тайгой и труднопроходимыми тропами, у белых вершин Саянских отрогов, стоял богатый хлебный город Минусинск. Это была ближайшая цель движения.

Из шести тысяч человек, отступивших из Баджея, осталось 1370 бойцов и около 3000 рабочих мастерских, беженцев, больных и раненых. Произошло естественное очищение армии от маловеров и ненадежных людей. Остался костяк армии, способный вынести любые невзгоды и трудности.

Начался второй этап легендарного Саянского похода. Теперь впереди шла разведка, за ней саперный батальон прокладывал тропы, делал мосты и переправы. За саперами тянулся лазарет, и, наконец, шли боевые части.

Преодолев неимоверные трудности, голод и смертельную усталость, партизаны в течение десяти суток пробились через тайгу и 24 июня 1919 года вышли к деревне Козино Минусинского уезда. С выходом из тайги начался третий этап Саянского похода партизанской армии, который длился еще 24 дня.

Появление партизан в Минусинском уезде явилось для колчаковцев громом среди ясного неба. Еще недавно официальные сводки белого командования, опубликованные в печати, уверяли, что степно-баджейские партизаны окончательно уничтожены, немногочисленные остатки их рассеяны по тайге и постепенно вылавливаются.

Вскоре большинство беднейшего и среднего крестьянства Минусинского уезда поднялось на борьбу против колчаковщины. По данным армейского Совета, около восьми тысяч минусинских крестьян, организованных в отдельные отряды, могли пойти на штурм Минусинска. Но многие из них не имели оружия.

Важнейшей задачей армейского Совета стало вооружение тех рабочих и крестьян, которые добровольно приходили в полки. Вновь была организована мастерская (теперь походная) для изготовления патронов и бомб. Свинец, баббит, порох и другие материалы добывались, главным образом, путем реквизиции в сельских потребительских обществах. Сюда для охотников, в обмен на пушнину, еще в давние годы было завезено большое количество боеприпасов.

Партизанская армия двигалась строго по намеченному маршруту. Взятие Минусинска не входило в это время в план командования. Поэтому, огибая город, армия с боями стала уходить все дальше на юг.

В последних числах июня Северо-Ачинский полк, выбив белых из деревни Козловой, встретил серьезное сопротивление противника у станицы Казанцевой. Здесь бой продолжался шесть часов. Колчаковцы, получив подкрепление, перешли в контрнаступление. Партизанам пришлось отступить.

На другой день белые повели наступление на Майский полк, находившийся в селе Ермаковское. Завязался тяжелый бой, в ходе которого манцам пришлось оставить Ермаковское.

После неудач под Казанцевой и Ермаковским стало ясно, что партизанская армия нуждается в серьезной передышке для того, чтобы привести себя в боевой порядок после тяжелого перехода. Поэтому командование армией приняло решение форсировать отход к Усинскому тракту. Выйдя на тракт, партизаны взяли курс на Белоцарск - центр Урянхайского края (Тува).


VIII. Минусинский фронт и армия А.Д. Кравченко


Восемнадцатого июля 1919 года, после успешного завершения Саянского похода, партизанская армия вступила в Белоцарск. Находившийся здесь колчаковский гарнизон еще накануне в панике покинул город, оставив 120 пудов пороха, 600 пудов свинца и баббита, более тысячи винтовок, до 200 тысяч патронов и продовольственные склады. Белые отступили настолько поспешно, что на складах боеприпасов и продовольствия остались висеть замки, которые пришлось сбивать. Для партизан, прошедших перед этим от Степного Баджея до Белоцарска около 800 километров, такая база имела огромное жизненное значение.

Однако рассчитывать на безмятежный отдых было нельзя. В степи около Белоцарска собирал свои силы есаул Бологов, который мог получить подкрепление из Минусинска. Повсюду действовали многочисленные кулацкие банды. Не ясно также было, чью сторону займет Урянхайский нойон (наместник) со своим большим отрядом тувинцев.

Ввиду этого Главный штаб и армейский Совет партизанской армии поставили перед командирами полков две задачи: укрепить оборону города и организовать бесперебойное снабжение армии продовольствием и боеприпасами, сделав соответствующие запасы. Началось сооружение окопов по всем правилам саперного искусства, с ходами сообщения и гнездами для пулеметов. Особенно была усилена оборона со стороны Турана. Здесь предполагалась встреча с отрядом есаула Бологова.

К приходу партизанской армии в Урянхай здесь сложилась чрезвычайно сложная обстановка. Она определялась агрессивной политикой империалистической Японии в отношении Советской России. В генеральном штабе японской армии разрабатывались планы расширения агрессии против Советской республики. Япония поставила целью объединить все силы контрреволюции на Дальнем Востоке вокруг атамана Семенова и двинуть их в Восточную Сибирь. В восточной Монголии должны были поднять мятеж генерал Казанцев и барон Унгерн. Им поручалось, после захвата Тувы и Минусинска, выйти к сибирской железнодорожной магистрали в районе Ачинск - Красноярск, отрезав тем самым Восточную Сибирь.

Такую же недружелюбную, а, в сущности, агрессивную политику в отношении Советской республики проводили и реакционные правители Китая. Они еще в 1918 году ввели свои войска в Монголию под предлогом защиты ее от «угрозы» большевизма. С этого плацдарма китайский вооруженный отряд осенью 1918 года вторгся в юго-западную часть Тувы, а в марте 1919 года оккупировал ее западные районы. Одновременно с оккупационным отрядом китайских милитаристов в южные районы Тувы вступил отряд монгольских феодалов. Здесь он встретил соответствующую поддержку со стороны тувинских феодалов и высшего ламского духовенства. Все они встали на сторону колчаковцев.

Одновременно с дипломатическими переговорами об установлении дружественных отношений с местными властями и монгольским правительством развернулась боевая и политическая подготовка армии. Главный штаб занялся переформированием полков, вооружением их и боевой учебой бойцов. Командование спешно готовило партизан к боевым действиям. Настойчиво разъяснялась бойцам и командирам мысль о том, что Колчак может вступить в переговоры с монгольским правительством и договориться с ним о выдаче партизан. Усиленная же подготовка к боевым действиям лишит белогвардейцев этих возможностей, а монгольское правительство, почувствовав силу партизанской армии, будет соблюдать нейтралитет.

Практическое осуществление всех этих мероприятий сделало армию неузнаваемой. Теперь она по своей структуре приближалась к регулярным соединениям Красной Армии. Повысилась маневренность боевых частей, укрепилась дисциплина среди бойцов. Всеми этими качествами партизанская армия выгодно отличалась от белогвардейских банд, которые рыскали по Урянхаю, занимаясь убийствами, грабежами и мародерством, вызывая этим ненависть и протесты местного населения.

Ведя настойчивую борьбу за создание организованной боеспособной армии, армейский Совет одновременно обратил внимание на укрепление тыла, установление дружеских отношений с населением. В русские поселки и тувинские улусы была направлена большая группа докладчиков и агитаторов, которые разъясняли политическое положение в стране, рассказывали о замечательных победах отрядов Красной Армии на Восточном фронте, о героической борьбе сибирских партизан и причинах появления партизанской армии в Туве.

Взаимоотношения с тувинцами и монголами с каждым днем все улучшались. Этому содействовало и то, что армейский Совет развернул широкий обмен и торговлю с тувинцами и монголами промышленными товарами и продуктами, брошенными усинскими и бело-царскими купцами при поспешной эвакуации из Белоцарска. Кроме того, партизанские власти реквизировали товары казенных факторий. Этим самым был ослаблен товарный голод в крае.

Дружественное отношение к местному населению, образцовая дисциплина и порядок в армии, широко развернувшаяся массово-политическая работа в тылу - все это дало хорошие, ощутимые результаты. Партизанская армия навела революционный порядок в крае.

Со всех концов к партизанам потянулись русские рабочие, крестьяне, скотоводы-тувинцы, которые привозили оружие, боеприпасы, хлеб, мясо, масло и другие сельскохозяйственные продукты. В Белоцарске был создан центральный продовольственный склад. Хлеба и мяса оказалось настолько много, что было отдано распоряжение сушить сухари и вялить мясо.

Захваченные при вступлении в Белоцарск трофеи и привозимые населением боеприпасы позволили вновь создать крупную военную фабрику, которая работала круглые сутки.

Местное население оказало помощь партизанам не только боеприпасами и продуктами. Более 500 человек вступили добровольцами в ряды партизан, среди них было немало и тувинцев. Здесь, еще до прихода партизан, на территории Улуг-Хемского хошуна в местечках Баянн-Кол, Ийи-Тал, Демир-Суг и Эжим возникли революционные группы, из которых был создан отряд тувинских аратов, руководимый Адыг-Тюлюшем Чульдумом. Этот отряд в полном составе влился в партизанскую армию.

Ответа на партизанскую ноту 20 июля 1919 года от монгольского князя Богдохана не поступило. Он занял выжидательную позицию. В Главном штабе партизанской армии горячо обсуждался вопрос о дальнейших планах. Дебатировался вариант соединения с Туркестанским советским фронтом. В эти дни командование направило еще одну ноту урянхайскому нойону и князю Богдохану, в которой повторило свои просьбы и требования.

В середине августа обстановка резко изменилась. Казачий есаул Бологое, собрав три тысячи казаков и офицеров и хорошо вооружив их (они имели 14 пулеметов и два горных орудия), 28 августа подошел к Енисею, сбил сторожевое охранение Майского полка и под прикрытием орудийного и пулеметного огня на лодках начал форсировать Енисей. Не выдержав натиска превосходящих сил противника, Майский полк стал отступать.

Рано утром 29 августа в Главный штаб партизанской армии прибыл разведчик Тальского полка с сообщением, что манцы отступают, а вслед за ними к Белоцарску идут колчаковцы. Немедленно было собрано экстренное заседание Главного штаба и армейского Совета, на котором приняты следующие решения:

. Тальскому полку выделить один батальон для оказания помощи манцам. С этим приданным батальоном Майский полк должен был задержать наступление Бологова, чтобы дать возможность главным силам армии подготовиться к бою.

  1. Сосредоточить все батальоны Канского, Тальского и Северо-Ачинского полков и другие подразделения в один общий кулак в Белоцарске.
  2. Общее руководство операцией возложить на помощника командующего армией П. Е. Щетинкина.

Приняв это решение, Главный штаб определил дальнейший план операции. П. Е. Щетинкин предложил смелый тактический маневр: выйти из Белоцарска, создать впечатление полного отвода частей из города и, как только белогвардейцы войдут в него, взять их в плотное кольцо и уничтожить. Обмануть противника было тем более легко, что с противоположной гористой местности Бологов мог хорошо наблюдать начавшуюся «эвакуацию. План П. Е. Щетинкина был принят. Главные силы были выведены из Белоцарска и подготовлены к атаке.

Чтобы у белых не осталось никакого сомнения в «бегстве» партизан, на окраине города оставили два батальона пехоты, которые якобы должны были прикрывать отступление партизанской армии. В действительности же перед ними поставили задачу: принять на себя первый удар бологовского отряда, оказать ему энергичное сопротивление и медленно отходить в город. Это, конечно, означало, что до подхода главных партизанских сил эти два батальона, вероятно, будут разгромлены и уничтожены. Но риск оправдывала большая цель. И бойцы, и командиры оставшихся в Белоцарске батальонов без колебания приняли на себя выполнение нелегкой боевой задачи.

Бой развертывался стремительно. Оттесняя партизан, Бологов во второй половине дня ворвался в Белоцарск. После этого партизанские полки стали плотнее окружать город. Смеркалось. Горизонт заволакивали грозовые тучи. Все ярче сверкали молнии. Наконец, начался сильный ливень. В это время партизаны со всех сторон обрушились на город. Оружейная стрельба, огонь двух десятков пулеметов - все это сливалось в оглушительный грохот.

Начался рукопашный бой. Не выдержав натиска партизан, белогвардейский заслон покатился в город. На плечах отступавших партизаны ворвались на окраины города и стали занимать одну улицу за другой, выбивая из каждого дома упорно обороняющихся колчаковцев.

Наконец, Бологов понял, что попался в ловушку и неизбежна гибель всего отряда. Его штаб стал поспешно отступать к Енисею. Но это лишь усилило панику среди белогвардейцев, и отступление превратилось в беспорядочное бегство. Прижатые к Енисею, болотовцы стали бросаться в воду, спускали в реку бревна и, цепляясь за них, пытались переплыть на другой берег. Но здесь их настигал огонь партизанских пулеметов.

Из трехтысячного отряда белогвардейцев спаслось не более 150 человек, 280 сдались в плен. Это был полный разгром отряда Болотова, являвшегося авангардом контрреволюционных сил в Туве.

В числе трофеев, захваченных партизанами, было 2 орудия, 14 пулеметов, до двух тысяч винтовок, около 200 тысяч патронов, много кавалерийских седел и обмундирования. У партизан убитых оказалось 37 человек, раненых 44.

Белоцарский бой подвел итог боевых действий партизан на территории Урянхайского края. Он наглядно свидетельствовал о том, что после тяжелого Саянского перехода партизанская армия снова окрепла, закалилась и готова была к новым боям.

Тридцатого августа из своего лагеря в Белоцарск прибыла тувинская делегация во главе с нойоном Максаржабом. Он поздравил Кравченко, Щетинкина и Сургуладзе с победой, выразил свое восхищение отвагой и мужеством партизан. В знак выражения наилучших чувств и дружественных отношений нойон передал руководителям армии несколько кусков желтого сахара, обернутого в голубую шелковую ткань. При этом заявил, что с вершины большой горы, где стоял его отряд, он внимательно наблюдал за ходом боя и вначале сомневался в победе партизан. Теперь, на приеме в армейском Совете, он широко улыбался и с поднятым вверх указательным пальцем правой руки говорил:

Очень, очень хорошо дрались ваши солдаты!.

Ради исторической правды следует сказать, что, несмотря на некоторые колебания, проявленные Максаржабом в период переговоров с руководителями партизанской армии, он сумел сохранить нейтралитет своего отряда в Белоцарском бою, затем помог приобрести хороших лошадей для партизанской конницы.

Отдохнувшая и приведенная в боевой порядок партизанская армия выступила из Белоцарска на Минусинск. В приказе Главного штаба армии говорилось, что в 8 часов утра 8 сентября 1919 года партизаны оставляют Белоцарск и переносят свою штаб-квартиру в Туран, отправляют туда военный лазарет на 120 подводах. В этот же день в Туран следуют боевые части, армейский обоз, оружейная и другие мастерские.

В г. Белоцарске временно остается 1-й Канский полк со своей артиллерией. Начальником гарнизона и Заенисейского района назначается командир 1-го Канского полка К. М. Логвинов.

Задержка на несколько дней в Белоцарске 1-го Канского полка вызывалась следующими соображениями. Необходимо было обезопасить совершающую марш армию от возможного удара различных банд с тыла, помочь укрепиться местным Советам, а также запастись продовольствием для ушедших вперед партизан. Последующие дни подтвердили правильность этого решения.

Укрывшиеся в горах остатки бологовского отряда попытались задержать партизан, двигавшихся на Минусинск. Соединившись с белогвардейской дружиной численностью в 500 человек, высланной из Минусинска, они встали на перекрестке белоцарского и усинского трактов и решили здесь дать бой. Но теперь превосходство во всем было на стороне партизанской армии. Под ударами партизан колчаковцы стали стремительно откатываться к Минусинску.

После боев на Думной горе и за Даниловский завод 13 сентября 1919 года Минусинск был освобожден от белогвардейских войск. Вот как описывал позднее, в 1922 году, вступление партизанских отрядов в город П. Е. Щетинкин в минусинской газете «Власть труда»:

«13 сентября победоносно, с пением рабочей «Марсельезы» партизаны заняли город Минусинск. Мертвый от ужасов белых город воскрес, проснулся, и красная молодежь с знаменами и букетами цветов бросилась навстречу своим братьям партизанам. В походном боевом порядке отряд двинулся на кладбище почтить память зверски замученных товарищей. Члены их семейств с волнением слушали речи выступающих ораторов. Всюду раздавались голоса: «Беспощадная месть паразитам трудящихся масс!».

Вслед за головными отрядами в Минусинск стали входить остальные силы армии. Бесконечными обозами шли различные хозяйственные команды и учреждения второго эшелона. Общая численность партизанской армии теперь составляла около 10.000 бойцов, а к концу ноября 1919 года возросла до 18.000, партизаны имели 153 пулемета и пять орудий.

Население Минусинского уезда с большой радостью встречало партизан и оказывала им всяческую поддержку. Большую заботу об армии проявляли трудящиеся Минусинска и, в частности, сразу же начавший действовать Минусинский городской Совет рабочих и крестьянских депутатов. Вскоре каждому бойцу были изготовлены комплект нового белья, валенки и черный дубленый полушубок. Впервые за все время партизанская армия получила однотипную форму одежды.

Одним из важных мероприятий партизанской армии по упрочению Советской власти в Минусинском уезде явилась борьба с бандитизмом. Остатки разбитых белогвардейских отрядов и кулаки рассеялись по уезду и открыто стали нападать на партийных и советских работников, срывали общие собрания граждан, грабили крестьян, забирая у них скот, хлеб и домашнее имущество. Для борьбы с бандитизмом Главный штаб армии выделил несколько подвижных отрядов, которые вылавливали и ликвидировали затаившихся колчаковских офицеров и кулацких бандитов.

Иногда борьба с контрреволюцией принимала более крупные масштабы. Так, в октябре белогвардейско-кулацкие банды предприняли попытку захватить Минусинск. В авангарде своих сил они двинули отборный, так называемый батальон смерти. Ему удалось подойти к протоке, на другом берегу которой уже начинались центральные улицы города.

В это время в Минусинском театре шло представление. Когда неожиданно на улицах началась стрельба, на сцену поднялся Щетинкин, успокоил зрителей и актеров и распорядился продолжать спектакль. Выйдя затем из театра, он скрытно подвел к реке два батальона. Партизаны подождали, пока «смертники» высадятся на берег, после чего с двух сторон залпами ударили по ним. Щетинкин шел во главе атакующих. Бой продолжался недолго, лишь немногим белогвардейцам удалось добежать до своих лодок. После этого Петр Ефимович вернулся в театр досматривать спектакль. По окончании его партизаны вместе с актерами и зрителями устроили небольшой вечер. Щетинкин попросил сыграть «русскую» и плясал, как будто бы и не он час тому назад водил партизан в атаку.

Одной из главных задач Минусинского городского и уездного Советов стала организация бесперебойного снабжения партизанской армии боеприпасами, одеждой, продовольствием. Она рассматривалась как важнейшая гражданская обязанность и успешно была решена при активной помощи сельских и волостных Советов.

Во второй половине октября 1919 года в уезде вспыхнула сильная эпидемия сыпного тифа. Больницы оказались переполненными, медицинского персонала не хватало. Армейский Совет принял энергичные меры к ликвидации эпидемии, мобилизовав весь свой медицинский персонал в помощь уездному Совету.

сентября 1919 года открылся первый чрезвычайный съезд представителей рабочих и крестьян освобожденного уезда с участием представителей партизанской армии. На нем присутствовало 145 делегатов, в том числе 125 крестьян, 17 рабочих и 3 представителя от партизан. В числе делегатов-крестьян имелись даже представители волостей, которые еще не были очищены от колчаковских войск. Съезд заслушал вопрос о восстановлении Советской власти на освобожденной территории, продемонстрировал полное единство трудового народа и партизанской армии. Съезд избрал уездный Совет рабочих, крестьянских и партизанских депутатов.

Второй съезд Советов Минусинского уезда с участием партизан открылся 20 декабря того же года. В эта время партизанская армия уже вела боевые действия на подступах к Ачинску. В решениях первого и второго съездов Советов законодательно была закреплена победа Советской власти в уезде.

IX. Шиткинский фронт


В первые дни после чешского переворота в сибирских деревнях, постепенно охвачиваемых восстанием, не было никаких общественных организаций. Часть коммунистов, которых чешский переворот застал в деревне, вынуждена была скрываться. Правда, под влиянием отдельных коммунистов в деревне сразу же после чешского переворота возникли небольшие политические группы. Но эти политические группы первоначально действовали независимо друг от друга. Отсутствовала взаимная связь и единое руководство.

Работа этих групп велась в подполье, в условиях жесточайшего преследования со стороны временного правительства. Но были и такие случаи, когда в некоторых селениях большевики почти до самого восстания жили легально. Например, в селе Н. Заимка Конторской волости в июле 1918 года местному населению и сельской власти было приказано арестовывать всех сторонников большевизма и направлять их в Тайшет к чешскому коменданту. Из местных крестьян нашелся только один человек. Сельский староста Сидоров Емельян, который настаивал на сельском сходе, чтобы чешский приказ был выполнен. Он говорил так: «У нас, граждане, есть строгий приказ чехов, по которому мы должны арестовывать большевиков и отправлять в Тайшет к чешскому коменданту, а вот, мол, Рахманов Ф.А., Соколов А.В., Криволуцкий П.Д., Кочергин Е.Г. и другие - большевики, их надо арестовать и отправить к чешскому коменданту, а то, мол, нам плохо будет». Но сельский сход почти единодушно не согласился с мнением старосты, возражали лишь явные противники Советской власти из богачей. Было принято решение: «Если в обществе найдутся еще такие люди, как Сидоров, то их считать изменниками своего общества на месте» (такое предупреждение было вынесено крестьянином села Н. Заимка Кочергиным Н.Ф.)

В августе, когда Временное правительство проводило мобилизацию новобранцев, часть членов Коммунистической партии и более революционно настроенные элементы из беспартийных решительно боролись против этой мобилизации. В Н. Заимке, например, была проделана громаднейшая работа. С другой стороны, кулачество и купцы всеми силами оказывали содействие Временному правительству. Они постарались придать торжественный характер проводам новобранцев. По их инициативе новобранцы были собраны в одно место, где кулачье пыталось им внушить, что, идя в армию, они будут защищать Учредительное собрание, государственность, порядок, народоправство и т.п.

Несмотря на строжайшие приказы правительства о явке дезертиров, абсолютное большинство новобранцев на военную службу все же не являлось. В этом их поддерживали родственники.

Учитывая создавшуюся политическую обстановку, коммунисты и революционно настроенная часть фронтовиков начали сговариваться насчет организации восстания.

Осенью 1918 года подпольная военно-революционная группа по организации Шиткинского фронта налаживает связь между нелегальными группами в селениях, а в декабре, после того, как вспыхнуло уже Тасеевское восстание, деятельность этой организации еще более оживилось. Учитывалось оружие, велась вербовка добровольцев, проводились совещания. Была установлена связь между нелегальными группами волостей: Шелаевской, Неванской, Конторской, Тайшетской и Баерской, входящих тогда в Канский и Нижнеудинский уезды Енисейской и Иркутской губерний.

В подпольной военно-революционной организации Шиткинского фронта состояли и беспартийные, но ведущая роль принадлежала, безусловно, коммунистам. Хотя парторганизация не была оформлена даже в момент открытой борьбы, коммунисты всегда были вместе и вместе отстаивали свои позиции.

В период подпольной работы члены боевых групп объединялись под общими лозунгами необходимости свержения правительства Колчака и «За власть Советов». Центром подпольной работы Шиткинской военно-революционной организации была Шелаевская волость. В результате ее подпольной работы к декабрю 1918 года большинство крестьян этой волости было готово воевать против Колчака.

Время между февралем и маем 1919 года характеризуется успешным развертыванием восстания и рядом ожесточенных боев шиткинских партизан с колчаковщиной по линии железной дороги между станциями Тинская и Нижнеудинск.

Назавтра, после первого боя в селе Шиткино, к выступившей группе примкнули 150 крестьян (в большинстве - фронтовики). Из ближайших селений стали собираться колчаковские дезертиры и новобранцы.

Начальником штаба был избран Е.Г. Кочергин; заместителем - Чайковский Ф.М.; начальником всех партизанских отрядов - Москвитин К.М.; начальником Акульшетского отряда - Воронин И. (сразу замененный тов. Дерюшкиным); Бирюсинского - Москвитин Я.М; Конторского (отряд лесных братьев) - Бич И.А.; Гоголевского - Криволуцкого П.Д.; летучего отряда (для операций в тылу) - Пепул Я. Кроме того, часть людей была выделена в тыловой отряд при штабе, а также в разные учреждения и ружейные мастерские.

В каждом отряде было по 30-40 человек. Несмотря на малочисленность, на другой же день все отряды двинулись к железной дороге, заняли село Нижняя Заимка, а затем каждый отряд продвинулся на свои позиции, то есть заняли селения Конторка, Бирюса, Акульшет и Гоголевский.

Перед занятием Нижней Заимки комсостав так расставил людей, что каждый знал, кому что делать. Был дан наказ не выпустить из села кулаков и попа, которые, по имеющимся сведениям, собирались бежать к белогвардейцам.

Не говоря уже о самих партизанах, все население было настроено по-боевому. Подвод было достаточно. Двигались быстро. Верилось, как каждый шаг вперед расширяет движение, увеличивает наши силы и приближает победу над классовым врагом.

Товары и имущество торговцев, оказавших содействие белогвардейцам, сразу же при захвате селений конфисковывались революционным штабом.

Партизанские отряды Шиткинского фронта на своем пути боролись еще и с таким врагом, как винокурение. На участках Костомарово, Паренда, Квиток, Шевченко, Короленко, Н. Гоголевский, В. Гоголевский при Колчаке стали быстро развиваться винокурение и сбыт самогона. На лежащих около железной дороги участках (например, В. Гоголевский) это стало основным занятием населения. Участок, явившийся стратегическим пунктом, где партизанскому отряду пришлось укреплять позиции, оказался в тоже время главным рассадником пьянства и винокурения. Почти у каждого хозяина этого участка был свой самогонный аппарат. Хлеба жители почти не сеяли и добывали его в обмен на самогон через Тайшетский район.

После захвата новых селений в них создавались волостные и сельские революционные комитеты, с непосредственным подчинением их военно-революционному штабу. Эти комитеты должны были работать впредь до созыва гражданской конференции и создания такого органа гражданского управления, который мог бы объединить все волости, охваченные восстанием, под лозунгом укрепления Советской власти и победы над колчаковщиной.

Начались почти ежедневные боевые схватки шиткинских партизан с белогвардейцами по линии железной дороги (в районе между городами Канск и Нижнеудинск). Успешному развертыванию боевых операций со стороны красных партизан способствовала сибирская зима: почти половина партизан имела лыжи, в то время как противник лыжами не располагал. Красным партизанам удавалось на лыжах вплотную подходить к противнику, обстреливать его и быстро в случае необходимости скрываться в тайге с наименьшими потерями. Снег был еще глубокий, лыжники-партизаны действовали отлично. Не только среди солдат, но и среди колчаковского офицерства появились растерянность и паника. Один из штаб-офицеров, находившийся для поручений при штабе Иркутского военного округа, в своем кратком описании событий со станции Тайшет, пишет: «Из ночных разговоров по прямому проводу (в ночь на 17 марта) выяснилось: 1. Полная ненадежность в гарнизоне ст. Тайшет, не только у посторонних лиц, но даже у начальника гарнизона».

Была налажена связь с Тасеевским фронтом. Из Тасеево ездили делегаты на Шиткинский фронт. От Шиткинского фронта также посылались делегаты в Тасеевский штаб. Из Шиткино ездили: Москвитин М., Швейдецкий В.И. и другие. Шиткинский штаб получал регулярные сведения об успешной борьбе тасеевских партизан с колчаковщиной. Объявляя эти сведения на собраниях партизанских отрядов, мы укрепляли уверенность в окончательной победе над врагом. Кроме того, каждый чувствовал, что мы - не одни, что есть могучая Красная Армия, способная защитить завоевания революции.

С конца мая1919 года успехи шиткинских партизан в борьбе с белогвардейцами временно сменились поражениями и неудачами. Противник, превосходящий нас численностью и вооружением, после того, как стаял снег, стал оттеснять партизанские отряды от железной дороги.

Отступление партизан от занимаемых ими зимних позиций началось с 25 мая 1919 года. Причины этого отступления следующие:

. Военно-революционная организация пользовалась громаднейшим доверием и большой поддержкой со стороны широких трудящихся масс. Однако оперировавшие в тылу партизанского фронта с самого начала восстания два небольших продовольственных отряда под руководством Пепула Я. и Смолина И. допустили в своей деятельности ряд ошибок. Этим они вызвали справедливое недовольство населения.

. Предшествовавшая мобилизации деятельность летучих отрядов не могла не отразиться на политических настроениях широких масс. В партизанскую армию были насильно мобилизованы крестьяне, не желавшие этого. Усугубил положение тот факт, что мобилизация захватила жителей Чуны, до этого никогда не служивших в армии и не имевших боевого опыта. В результате мобилизация не укрепила ряды партизан, а только ослабила.

. С наступлением лета белогвардейцам и белочехам представилась возможность большими силами заходить в тыл партизанских отрядов, что создавало среди партизан панику и неуверенность в успехе операций.

. Во время наступления на станцию Тайшет 8 мая партизанские отряды потеряли многих лучших бойцов, что отразилось на боеспособности партизанских отрядов.

. В начале мая 1919 года колчаковскому командованию при помощи белочехов удалось с успехом провести операцию в Степно-Баджейском районе против отрядов Кравченко, что позволило белым перебросить часть сил из этого района на борьбу против тасеевских и шиткинских партизан.

. Ухудшению настроения в партизанских рядах способствовало и неблагополучное положение на южном фронте России, хотя Красная Армия к этому времени и нанесла решительный удар колчаковской армии.

Таковы основные причины, создавшие неблагоприятную политическую обстановку для партизанских отрядов Шиткинского фронта.

мая 1919 года несколькими отрядами чешских войск противник двинулся в наступление, и в этом бою впервые шиткинским партизанам пришлось отступить от занимаемых позиций (селения Конторка, Бирюса, Акульшет, Гоголевский). Чехи и белогвардейцы, заняв оставленные партизанами селения, сожгли их, не оставив даже развалин.

Не говоря уже о партизанах и их семьях, мирные жители, не успевшие бежать из оставленных партизанами селений, подверглись пыткам.

В Гоголевский, Акульшетский, Бирюсинский и Конторский партизанские отряды сначала отступили от занимаемых позиций до села Нижняя Заимка. Однако укрепить свои позиции в этом селе им не удалось. В связи с новой обстановкой возникла необходимость сконцентрировать все партизанские отряды в селе Шиткино - наиболее удобном стратегическом пункте.

В первые дни после отступления от зимних позиций военно-революционный штаб пытался определить дальнейшие пути партизанской борьбы, устранить недочеты в организационной структуре отрядов, приблизить к ним медицинскую помощь и т.п., но состояние Шиткинского фронта в этот момент было уже сильно ослаблено.

С отступлением в село Шиткино район, охваченный восстанием, намного уменьшился. Шелеховская волость, а также селения Конторской и Тайшетской волостей отошли к белогвардейцам. За партизанами остались лишь волости: Неванская, Червянская, Шелаевская, Баерская и часть Кежемской. В отрядах после отступления началась паника. Мобилизованные стали разбегаться по домам. Со всех сторон ожидалось нападение противника. Противник принимал меры к окружению Шиткинского фронта и его ликвидации.

Кроме группы 3-й чехословацкой дивизии из Иркутска по Ангаре в тыл шиткинцам были брошены дополнительные силы. Шиткинскому штабу пришлось отрывать часть своих сил, чтобы задержать продвижение противника с тыла. Штаб постановил командировать в Приангарье 80 человек. В действительности же туда под руководством Кочергина и Москвитина было отправлено не менее 150 человек. В результате Шиткинский фронт был еще более ослаблен.

С этого момента для отряда особого назначения наступил особенно тяжелый период. Пришлось прятаться в тайге подчас без продовольствия или выходить к селениям, занятым колчаковсими войсками.

Встречая разбежавшихся мобилизованных партизан, мы получали сведения, что чехи пообещали не карать тех, кто вернется в деревню и откажется от борьбы с белыми, что многие из мобилизованных уже являются к чехам и живут у себя дома.

Все это начинало колебать боеспособность особого отряда. Измученные долгой упорной борьбой добровольцы стали под разными предлогами убегать из отряда сначала поодиночке, а потом и группами. Часть бойцов, попав на удочку чешской агитации, вернулись в занятые селения, рассчитывая на милость победителей. Таким образом, белогвардейцам удалось ликвидировать Шиткинский фронт.


X. Освобождение Енисейской губернии от колчаковских войск


К концу 1919 года почти вся Енисейская губерния, кроме узкой полосы вдоль железной дороги, была освобождена партизанами от интервентов и белогвардейцев. Партизанская армия Кравченко - Щетинкина стояла на ближних южных подступах к Красноярску и Ачинску, контролируя Минусинский уезд, Туву и значительную часть Ачинского и Капского уездов. Части североканских партизан находились в 15-20км от Канска, контролируя север уезда. Один полк североканских партизан во главе с Ф. Я. Бабкиным занял в начале января 1920 года г. Енисейск и провозгласил восстановление власти Советов в Енисейском уезде.

Однако главную роль в окончательном освобождении губернии сыграла героическая Красная Армия, разгромившая интервентов и Колчака на Восточном фронте. Боевые действия Красной Армии на территории губернии не только закрепили успех партизан, но и создали прочную военно-политическую базу для полного восстановления власти Советов, диктатуры пролетариата.

Менее месяца понадобилось частям V Красной Армии, чтобы пересечь по линии железной дороги с запада на восток Енисейскую губернию. Боевые операции на территории губернии начались в конце декабря 1919 года. Наступление осуществлялось силами двух дивизий (30-й и 35-й) V армии под командованием Г. X. Эйхе. Особую роль в восстановлении Советской власти в Енисейской губернии сыграли коммунисты этих дивизий. Они показывали чудеса героизма и боях, самоотверженно трудились на освобожденной территории после того как решением политотдела их переводили в различные звенья партийного и государственного аппарата губернии.

Второго января 88-я бригада 30-й дивизии под командованием И. К. Грязнова ворвалась в Ачинск и после упорных уличных боев заняла город. После освобождения Ачинска части Красной Армии продолжали стремительное наступление на Красноярск. Особенно быстро и смело действовала 30-я стрелковая дивизия (командир А. Я. Лапин).

Стремясь опередить события и создать на пути Красной Армии буржуазно-демократический буфер, 23 декабря командующий войсками в Енисейской губернии генерал Зиневич и один из лидеров правых эсеров Сибири Колосов, заручившись поддержкой белочехов, объявляют «переворот» против Колчака и передают власть в Красноярске эсеро-меньшевистскому Комитету общественных организаций.

Рабочие и солдаты Красноярска встретили новую эсеро-меньшевистскую «власть» открыто враждебно. Они потребовали от Зиневича и Колосова освободить заключенных в тюрьму большевиков, что новая власть очень неохотно вынуждена была сделать. 2 января Зиневич и Колосов, связываются по телеграфу с командованием 88-й бригады 30-й дивизии, только что освободившей Ачинск. Они пытаются приостановить продвижение Красной Армии, предлагают заключить перемирие. В ответ последовало требование безоговорочной капитуляции.

Большевистское подполье города уже давно готовило восстание. Начаться оно должно было в момент непосредственного приближения к Красноярску Красной Армии. Так решило Сиббюро ЦК РКП (б), руководившее революционной борьбой Сибири из-за линии фронта, и Общесибирский подпольный центр. Большевики Красноярска сделали серьезные выводы из поражения июльского восстания в военном городке. «События в военном городке со всей решительностью поставили перед нелегальной организацией боевую задачу, - писал Н. X. Молчанов, - принять самые срочные меры к укреплению партийных ячеек в военных частях. Лучших подпольщиков привлекли к работе с военными... Квартира Сачкова в закачинской слободе стала центром организации ячеек в воинских частях. Работа стала успешно развертываться. Быстро росли тройки, четверки. Специально для воинских частей печатались листовки и прокламации».

Цель восстания определялась четко и ясно: преградить отступление колчаковцам по линии железной дороги, не допустить их в город, спасти Красноярск от разграбления и разрушения.

Установив связь с наступающими частями Красной Армии и партизанами Кравченко - Щетинкина, Военно-революционный комитет, выделенный большевиками для подготовки и руководства восстанием, усилил скопление оружия и боеприпасов в тайных складах, расположенных в Николаевской слободе. В частях гарнизона уже давно работали коммунисты, и большинство солдат было готово к восстанию вместе с рабочими. 2 января на нелегальной квартире Д. Зорина состоялось заседание революционного комитета, который назначил на 4 января вооруженное выступление. Для непосредственного оперативного руководства создается Военно-революционный штаб.

Восстание началось в ночь с 3 на 4 января. Назначенные Военно-революционным штабом командиры и комиссары, разъехавшиеся в 5 часов утра по воинским частям, к 10 часам утра собрали на Старобазарной площади гарнизон и городское население. Первыми на площадь под красным знаменем и с оружием в руках явились 18-й железнодорожный батальон и инженерный дивизион 8-й Сибирской дивизии, затем остальные части гарнизона.

«Митинг восставших был многолюден, - вспоминает активный участник этих событий К. И. Дементьев, - вся рыночная площадь, примыкающие к ней улицы были запружены народом. Представитель Военно-революционного комитета объявил, что власть Колчака в городе пала, и в ответ загремело несмолкаемое «ура» и гром рукоплесканий. Затем он сообщил, что создалась угроза Красноярску от надвигающейся банды каппелевцев... От имени ревкома он обратился с призывом записываться в создаваемые подразделения самообороны для защиты города. Штаб обороны, где производилась запись бойцов и выдача оружия, находился по Большой улице, в Доме общественного собрания (ныне Дом офицеров). Красноярцы с радостью откликнулись на призыв ревкома. Скоро все оружие было роздано, многим не хватило, некоторые пошли в бой с берданками. Кроме того, запись производилась прямо в железнодорожных мастерских, на других предприятиях»62. Крупные боевые дружины создали рабочие железнодорожных мастерских, депо и затона.

После митинга части восставших получают оперативное задание. Генерал Зиневич, его штаб и наиболее видные контрреволюционеры были арестованы солдатами железнодорожного батальона.

Кипучую деятельность в эти ответственные дни и часы по подготовке города к обороне развили члены комитета большевиков, ревкома и штаба. У повстанцев было 8 тысяч штыков, 200 сабель, 40 пулеметов и 25 орудий. Командующим революционными войсками назначается И. Яковлев, комиссаром - Ф. Клешнин.

Днем 5 января со стороны станции Минино показались передовые части белогвардейцев. На восставший Красноярск белое командование бросило 15 тысяч солдат и офицеров под командованием генерала Войцеховского. Командование восставших, пытаясь предотвратить кровопролитие, высылает навстречу белым частям представителя с условиями сдачи в плен, но его встречают пулями. Вторую половину дня 5 января и всю ночь на 6 января идут тяжелые, с переменным успехом бои в различных частях города.

О событиях 6 января II. X. Молчанов рассказывает: «Утром 6 января повстанцы всем фронтом повели наступление на белых, и те, не выдержав, начали отступать, отказавшись от плана взятия города Красноярска. Миновав военный городок, белые направились в сторону деревни Коркино. Обозы же их, отставшие от передовых частей, были захвачены повстанцами. Следом за Войцеховским двигались части генерала Сахарова, который упорно пытался взять город, но и эти бои также кончились победой повстанцев. Тогда стали являться от белых парламентеры с предложением о добровольной сдаче. Победа была обеспечена, путь Красной Армии был очищен».

Успех повстанцев Красноярска в значительной степени был обусловлен действиями 30-й дивизии Красной Армии, которая в этот день вплотную подошла к ст. Минино. Здесь красноармейцы 90-й бригады 30-й дивизии в ожесточенных боях не только отразили контрнаступление 5 колчаковских дивизий, но и, окружив их, принудили большую часть к сдаче в плен. На ст. Бугач эта бригада разоружила 8 эшелонов белополяков и в 8 часов вечера вошла в город. Один полк 90-й бригады сразу же был переброшен далеко на восток к селу Вознесенскому, где перекрыл пути отступления рассеявшимся частям противника. В ночь с 6 на 7 января в Красноярск вошла и другая - 88-я бригада 30-й дивизии, взявшая и плен 3-ю колчаковскую армию.

Зажатая с запада Красной Армией, с востока - восставшим Красноярском, с юга - партизанами Кравченко и Щетинкина, колчаковская армия прекратила свое существование как организованная боевая сила, так и не достигнув берегов Енисея. Лишь нескольким тысячам белогвардейцев в районе Коркино - Кубеково и Овсянки удилось перейти по льду на восточный берег реки.

тысяч колчаковцев, в том числе 1500 генералов и офицеров, сдались повстанцам и Красной Армии. Несколько дней проходила сортировка пленных, немалая часть которых была больна тифом: солдаты направлялись в казармы военного городка, офицеры - в тюрьму; 40 орудий, 30 тысяч снарядов, 200 пулеметов, 40 тысяч винтовок, 4 бронепоезда, 8 автомобилей, 10 тракторов, 4 самолета, 2 радиостанции, 14 несгораемых ящиков с золотом и серебром -таков далеко неполный перечень трофеев повстанцев и Красной Армии под Красноярском.

убитых и несколько сот раненых - потери восставших. Вечером 7 января тела погибших были торжественно похоронены в братской могиле на Плац-Парадной площади (ныне Красная площадь).

января под звуки песни «Смело, товарищи, в ногу» в город вступили части 30-й дивизии, не принимавшие участия в боях за город, и несколько отрядов партизан Кравченко - Щетинкина. 9 января состоялось первое легальное организационное собрание Красноярской организации РКП (б), в рядах которой через 10 дней было зарегистрировано уже 200 членов партии.


Заключение


мая 1918 г. против большевиков выступил Чехословацкий корпус (до 45 тыс. бойцов). Части корпуса заняли крупные города вдоль магистрали от Пензы до Владивостока (7 тыс. км), что дало возможность выйти из подполья и приступить к активной борьбе многочисленным офицерским организациям. Отход крестьянства Поволжья, Урала и Сибири от поддержки большевиков позволил им в короткий срок сформировать из офицеров, интеллигенции и крестьян антибольшевистские армии. Именно эти армии при участии чехословацких частей ликвидировали слабые силы Красной армии и Советскую власть от Волги до Тихого океана, в том числе и в Енисейской губернии. Белочешский мятеж, кулацкие восстания, колебания середняка, неорганизованность крестьянской бедноты и ее оторванность от городского пролетариата и большевиков - вот основные причины падения власти Советов в Енисейской губернии, как и в других районах Сибири, летом 1918 года.

В ночь с 17 на 18 ноября 1918 г. в Омске, куда из Уфы от наступающих большевиков перебиралось «Всероссийское временное правительство», был совершен переворот. Члены Директории эсеры Авксентьев и Зензинов были арестованы и к власти пришел недавно вернувшийся из-за границы адмирал Колчак.

Вместе с тем, уже в течение лета-осени 1919г. в настроении основной части деревни произошел перелом в пользу Советской власти. Он ярко проявился в срыве мобилизаций в белые армии, росте дезертирства, в стихийных восстаниях и распространении повстанческого движения зеленых. Летом 1919 г. обширные пространства Сибири, южных районов России и Украины оказались быстро охвачены повстанческим движением, в котором, как и осенью 1917 г., объединились под демократическими требованиями «земли и воли» практически все слои крестьянства, включая часть кулачества. Большевистским организациям в белом тылу с трудом и далеко не везде удалось поставить под контроль повстанческие силы; многими отрядами и «армиями» руководили эсеры и анархисты. Крестьяне из своей среды выдвигали ярких вождей и талантливых командиров.

На борьбу с крестьянами-повстанцами Колчак вынужден были отвлекать значительные силы с фронта. Однако, воюя против белых и помещиков, повстанцы отнюдь не сочувствовали коммунистам и желали возвращения Советской власти без большевистского засилья в Советах и диктаторских методов управления.

Таким образом, опробовав (часто - буквально на собственной спине) политику белых военных и гражданских властей, которая живо напомнила дореволюционное хозяйничанье помещиков, хлеботорговцев и полицейских, деревня, включая часть зажиточной верхушки, поднялась на борьбу против белых, вольно или невольно оказывая тем самым помощь Красной армии. Отнюдь не проникшись социалистической идеологией и оставаясь чуждыми большевизму, крестьяне на деле выбрали Советскую власть как меньшее из зол, как гарантию от возвращения помещиков, как силу, способную установить в стране «мир и порядок». По сути, это был выбор между ненавистным прошлым и неизвестным будущим, в котором крестьяне надеялись получить возможность вольной и сытной жизни после прекращения войны и установления в России одной, но крепкой власти.

В своем развитии енисейское, как и сибирское, партизанское движение прошло два этапа: первый охватывает время с конца 1918 г. по август 1919 г., второй - сентябрь 1919 г. январь 1920 г. Для каждого из них характерны существенные особенности. Если на первом этапе партизанское движение медленно, «зигзагообразно» перерастало из движения крестьянской бедноты, организованною рабочими и большевиками, в движение всего трудящегося крестьянства, то на втором процесс перехода середняка на сторону революции завершился. На первом этапе партизанское движение это главным образом оборонительная борьба плохо связанных между собой, разноструктурных отрядов с крупными силами карателей. На втором этапе вооруженные отряды повстанцев организуются по образцу и подобию Красном Армии (правда, относится это к второй половине 1918 г.), для боевых действий которых характерны главным образом наступательные операции против крупных отрядов колчаковцев.

Как бы ни пыталась современная историография затушевать этот факт, но нужно признать - партизанское движение явилось конкретным проявлением военно-политического союза рабочего класса и трудящегося крестьянства, решающую роль в формировании которого сыграла деятельность большевиков. Партизаны Енисейской губернии освободили значительную часть ее территории.


Список литературы


1.Балмасов С. Отряды особого назначения и борьба против партизанского движения в Сибири колчаковских правительственных структур. // Белая Гвардия. Альманах. Антибольшевицкое повстанческое движение. N 6. М., 2002. С. 72-76.

2.Бердников Л.П. Вся красноярская власть. Очерки истории местного советского управления и самоуправления. 1917 - 1993. Красноярск, 1996

.Бойцы революции. Под ред. Б.Ф, Багаева и П.Н. Мешалкина. Красноярск, 1982.

.Боффа Дж. История Советского Союза. Т. 1. М., 1994.

.Булдаков В. Красная Смута. Природа и последствия революционного насилия. М., 1997.

.Великий октябрь и социалистические преобразования в Сибири. Новосибирск, 1980.

.Годы огневые. Красноярск, 1962.

.Голинков Д.Л. Крушение антисоветского подполья в СССР. Кн. 1, 2. М., 1986.

.Гражданская война в России. Под ред. С.В. Карпенко. М., 2006.

.Деникин А.И. Очерки русской смуты. М., 1998.

.Журавлев В.В. К вопросу о характере политического режима на востоке России в период правления А.В. Колчака. // Гражданская война в Сибири. Сборник науч. докладов и статей. Красноярск, 1999. С. 34-42.

.Журов Ю.В. Гражданская война в сибирской деревне. Красноярск, 1986.

.Иванов Г. Тасеевская республика. 1918 - 1920. Красноярск, 1969.

.Из истории интервенции и гражданской войны в Сибири и на Дальнем Востоке. Новосибирск, 1985.

.История России. XX век. Под ред. В.П. Дмитренко. М., 2000.

.История Сибири. Т. 4. Новосибирск, 1963.

.Кадейкин В.А. Сибирь непокоренная. Красноярск, 1968.

.Карпенко С.В. Очерки истории Белого движения на юге России (1917 - 1920 гг.). М., 2006.

.Красноярск: V веков истории. Часть II. Учебное пособие. Красноярск, 2006.

.Красноярский край в истории Отечества. Т. 4. Красноярск, 1998.

.Криволуцкий П.Д. Шиткинские партизаны. Иркутск 1934 / Тайшет 1998.

.Логвинов В.К. В борьбе с колчаковщиной. Красноярск, 1980.

.Лушаева Г.М. Партизанская война в Сибири (1918 - 1924 гг. // Гражданская война в Сибири. Сборник науч. докладов и статей. Красноярск, 1999. С. 31 - 34.

24.Новейшая история России. Т. 1. Под ред. А.Ф. Киселева. М., 1999.

25.Очерки истории красноярской краевой организации КПСС. 1895 - 1980 гг. Красноярск, 1982.

26.Пешкин Ф. Петр Щетинкин. Красноярск, 1970.

.Пиминова О.Н. Северо-Канский партизанский фронт. // Гражданская война в Сибири. Сборник науч. докладов и статей. Красноярск, 1999. С. 150-154.

.Плотников И.Ф. Александр Васильевич Колчак. Жизнь и деятельность. Ростов н/Д., 1998.

.Плотников М.Е. и др. Из истории гражданской войны в Сибири. Новосибирск, 1973.

.Титов В.Я. и др. К истории партизанского движения в Сибири. // История СССР, 1988 №4. С. 159 - 170.

.Шекшеев А.П. Крестьянское повстанчество на Енисее. 1918 - 1932 гг. // Вопросы истории, 2006 №2. С. 103 - 112.


Теги: История партизанского движения в Енисейской губернии. 1918-1920 гг.  Диплом  История
Просмотров: 22051
Найти в Wikkipedia статьи с фразой: История партизанского движения в Енисейской губернии. 1918-1920 гг.
Назад