Культура Приднестровья в межвоенный период

Содержание


Введение

Органы политпросвета: формирование и деятельность

Ликвидация массовой неграмотности среди взрослого населения

Развитие народного образования. Общеобразовательная школа

Высшее и среднее специальное образование. Организация научных исследований

Литература и искусство

Архитектура

Заключение

Литература

Введение


Одним из главных направлений в деятельности первого Советского правительства было формирование социалистической культуры. Революционные преобразования в духовной сфере рассматривались как важнейшая задача единого плана построения социализма. В зависимости от конкретных политических и экономических условий, которые складывались в стране и крае (иностранная военная интервенция, гражданская война, ликвидация экономической разрухи), акценты в области культурных преобразований менялись, на передний план выдвигались те или иные цели, но внимание к этой сфере не ослабевало.

Принципы социалистической культуры были разработаны большевиками еще в дооктябрьский период и затем зафиксированы в декретах Советской власти, различных партийных и других документах. В них намечались основные вехи культурного строительства: национализация и передача народу в безвозмездное пользование материальных, культурных и художественных ценностей (школ, музеев, театров, библиотек, издательств, типографий и т.д.); ликвидация всех сословных привилегий, национальных, религиозных и иных ограничений в системе образования; обеспечение общедоступности школьного обучения и высшего образования; достижение всеобщей грамотности населения; создание системы воспитания и образования, открывающей всем трудящимся путь к науке, культуре, искусству.

Основополагающим принципом советской культуры изначально утверждалась четко выраженная классовость - широкая пропаганда коммунистических идей, воспитание людей в духе приверженности революционным идеалам, пролетарскому интернационализму, политическое просвещение, идеологизация духовной жизни и т.п. Период 20-30-х годов, на протяжении которого принципы социалистической культуры должны были воплотиться в жизнь и стать неотъемлемой частью советской действительности, получил название «культурная революция».

Начавшийся с конца 1917 г. на территории России процесс образования советских республик ограничился относительной административной автономностью, не затронув и не разрушив единства общероссийской политической, экономической и культурной жизни. Созданное в конце декабря 1917 г. украинское Советское правительство руководствовалось в своей деятельности декретами совнаркома РСФСР. Поэтому в Приднестровье, входившем в состав Украины, культурные процессы, за редким исключением, проходили синхронно с общероссийскими.

Культурное строительство в Приднестровье начиналось в значительно более сложных условиях, чем в центре страны. Сказывалось противодействие буржуазно-националистической украинской Центральной рады, негативное влияние созданной в Бессарабии организации «Сфатул цэрий». Процесс культурных преобразований в Приднестровье дважды - с конца февраля 1918 г. по апрель 1919 г. и с августа 1919 г. по февраль 1920 г. - прерывался иностранной военной интервенцией, внутренней контрреволюцией и в полной мере возобновился лишь с окончательным освобождением территории Украины от австро-германских и англо-французских оккупантов, деникинских и петлюровских войск.

После установления Советской власти народным образованием ведали губернские, уездные и волостные отделы народного образования (наробразы, ОНО) при исполкомах Советов. В Тираспольском уезде наробраз был создан 13 февраля 1920 г., на второй день после освобождения города от белогвардейцев. Возглавил его Г.Н. Кутоманов, председатель исполкома Тираспольского Совета народных депутатов. В Балтском уезде ОНО начал свою деятельность 15 февраля того же года. С 1921 г. в его составе появились группы политпросвета, которые проводили политическую и образовательную работу среди взрослого населения. Почти одновременно при Тираспольском наробразе создаются молдавская, немецкая и еврейская секции политпросвета.

Одной из важнейших задач культурного строительства являлась ликвидация массовой неграмотности. По данным Всероссийской переписи населения 1920 г., свыше 70% жителей уездов Приднестровья были неграмотными, причем грамотным считали каждого, кто мог написать свою фамилию. Общая грамотность населения в Тираспольском уезде составляла 29%, в Балтском - 23,7%. Наиболее высокий уровень грамотности отмечался в уездных центрах, городах: в Тирасполе - 52,9%, в Балте и Ананьеве - 42,7%; в Дубоссарах и Григориополе этот показатель был в 2-3 раза ниже.

Статистика первых лет Советской власти прослеживала динамику грамотности среди представителей большинства национальностей Приднестровья - украинцев, русских, молдаван, белорусов, поляков, евреев, чехов, немцев, латышей, литовцев и др. Перепись 1920 г. выявила существенные различия в уровне грамотности жителей края разных национальностей. Количество неграмотных украинцев превышало число грамотных в 3 раза, у русских это соотношение было приблизительно равным. Среди молдаван, подавляющая часть которых проживала в сельской местности Ти-распольского и Балтского уездов Одесской губернии и Ольгопольского уезда Подольской губернии, неграмотных было в 6 раз больше, чем грамотных. Количество грамотных представителей других национальностей в пределах Одесской губернии значительно превосходило число неграмотных: белорусов, поляков, евреев, немцев, литовцев - в 1,6-1,7 раза, чехов - в 2 раза, латышей - в 5 раз.

В 1920 г. при наробразах Приднестровья создаются специальные комиссии по ликвидации неграмотности, и сразу же здесь разворачивается сеть школ для малограмотных и пунктов ликвидации неграмотности (ликбезы, ликпункты). К началу 1921 г. в Тираспольском уезде работало 45 таких школ, в Балтском - 82. В связи с неурожаями 1921-1922 гг. количество школ ликбеза резко сократилось, так как все силы и материальные ресурсы были брошены на борьбу с голодом. В 1923 г. работа по ликвидации неграмотности возобновилась. Курс обучения продолжался 4 месяца, по 2 часа ежедневно. Почти во всех населенных пунктах люди сели за парты. Так, общее собрание граждан с. Малаешты 1 июля 1923 г., заслушав доклад о ликвидации неграмотности и об открытии школы для взрослых, постановило признать необходимым посещать школу «…всему безграмотному населению по воскресным и праздничным дням от 2 до 4 часов дня».

В сентябре 1923 г. было учреждено Всероссийское добровольное общество «Долой неграмотность!» (ОДН), в Украине - общество «Геть неписьменнiсть!» с отделениями и ячейками на местах. Активизировали свою деятельность уездные отделы Грамчека. В городах появились кабинеты ликвидаторов неграмотности, в задачу которых входила организация ликбеза на местах и его методическое руководство. В Балте был издан тиражом в 2 тыс. экземпляров и разослан по школам ликбеза букварь «Серп и молот», составленный учителем М.Е. Менисом. Отделения ОДН, созданные в Тираспольском, Дубоссарском, Григориопольском, Слободзейском районах, принимали участие в финансировании ликбеза путем перечисления членских взносов своих активистов, сборов от проведения всевозможных целевых лотерей, шефских спектаклей и т.д. Средства выделяли также профсоюзы (культфонды), комитеты незаможных селян (КНС), кассы взаимопомощи (КВП). Так, в Балтском районе весной 1924 г. из 241 школы ликбеза 194 работали за счет средств общественных организаций и только 47 финансировались из местного бюджета. Эти школы охватывали одновременно до 6 тыс. учащихся.

Помимо обучения чтению и письму в процессе ликвидации неграмотности осуществлялось распространение политических и научных знаний, основ художественной культуры, ознакомление с событиями политической жизни. Буквари составлялись на основе политических лозунгов: «Мы не рабы. Рабы - не мы», «Союз рабочих и крестьян непобедим!», «Революцию - в массы», «Мы разбили цепи неволи» и т.п. Лозунги эпохи отразились и в названиях хрестоматий и букварей: «Долой неграмотность!», «Наша сила - наша нива», «Червоний прапор», «Жизнь и труд», «Освобожденный труд» и др. В качестве учебных пособий широко использовались специальные газеты и журналы, например «Долой неграмотность!», «Геть неписьменнiсть!».

Наибольшие трудности приходилось преодолевать при организации молдавских школ ликбеза в связи с отсутствием учителей, необеспеченностью учебными пособиями. В 1924 г. при Одесском губполитпросвете создается Молдавская секция, в которой под руководством А.Г. Готалова-Готлиба на основе московского и харьковского букварей был подготовлен специально для ликбеза первый букварь на молдавском языке «Путеря ноастрэ - пэмынтул ностру».

К концу 1924 г. в МАССР работали 276 школ ликбеза в селах и 32 - в городах. Занятия с неграмотными проводились также при 119 избах-читальнях, 63 сельбудах, клубах, библиотеках, красных уголках. Тысячи человек овладевали грамотой. Однако многие обучавшиеся, успешно окончив школы ликбеза, через несколько лет вновь становились неграмотными, так как приобретенные знания и навыки оказывались ненужными в повседневной жизни. Не способствовали успешному обучению и принудительные методы привлечения к занятиям, практиковавшиеся в некоторых селах. Согласно данным Всесоюзной переписи 1926 г., грамотность населения МАССР составляла 36,9%, что было значительно ниже среднего общесоюзного уровня. Задача ликвидации неграмотности и в последующие годы оставалась одной из основных в области культурного строительства.

Ликвидация неграмотности тесно увязывалась и с коренной перестройкой старой сословной школы, начавшейся на Украине и в Приднестровье в первые годы Советской власти. Упразднялись школьные отделы земских управ, все школы передавались в ведение уездных отделов школьного образования местных Советов. Был тменен сословно-классовый принцип образования - перестали существовать цер-ковно-приходские, министерские школы, реальные училища, гимназии, лицеи. Учреждалась семилетняя общеобразовательная школа, включавшая две ступени (1-4 и 5-7 классы).

Стратегическим принципом новой единой трудовой общеобразовательной (политехнической) школы провозглашалось всеобщее обязательное бесплатное школьное образование. Всем детям до 17 лет предоставлялось право обучения на родном языке. Важное место отводилось в школе общественно полезному производительному труду. В Приднестровье эти принципы воплотились в жизнь к середине 30-х годов. А первоначально, в связи с тяжелым экономическим положением, обучением охватывались дети только до 15-летнего возраста. Кардинально изменился сам процесс обучения в школе: вместо узкоприкладного принципа была внедрена универсальная система преподавания основ знаний во всех областях науки в сочетании с поиском новых форм связи учебного процесса с жизненной практикой, сельскохозяйственным и промышленным производством.

Устранение сословно-классовых барьеров и введение единой системы преподавания в общеобразовательной школе резко изменили социальный состав учащихся - основным контингентом стали дети крестьян и рабочих. Широко развернулось детское движение: повсеместно возникали пионерские и комсомольские организации, ячейки юных ленинцев; развивалась массовая внешкольная работа с детьми - кружки технического и художественного творчества, спортивные, военные и другие организации; практиковалось также детское самоуправление (детские исполкомы, советы старост и т.п.). Руководили школами выборные педагогические советы в составе учителей, представителей ОНО и учащихся старших классов. В 1922 г. был введен институт заведующих школами, педагогический совет стал совещательным органом.

Школьное дело на каждом шагу сталкивалось с трудностями. Помещения ветшали, поскольку большинство из них не ремонтировались с начала империалистической войны. Протекали крыши, разрушались потолки и стены, приходили в негодность полы, двери, окна. Не хватало учителей, учебных пособий, письменных принадлежностей. В Тираспольском уезде приходилось 10 учебников на одну школу, полтетради - на ученика и одна ручка - на четырех учеников. Посещаемость, особенно в зимнее время, была низкой из-за отсутствия одежды и обуви у детей, топлива в школах. Посещали школу не более 28% всех детей школьного возраста, хотя общая численность учащихся уже намного превышала довоенный уровень. Учителя по несколько месяцев не получали заработную плату. С целью преодоления этих трудностей губернский ОНО обязал уездные отделы провести кампанию по заключению договоров с местными Советами о содержании школ за счет местного бюджета. Однако переход осенью 1920 г. на договорную основу не оправдал себя - положение школ в материальном плане не только не улучшилось, а стало даже хуже.

Послевоенные разруха и голод, продолжавшаяся борьба с бандитизмом тормозили темпы расширения школьной сети. Если в 1920 г. в Тираспольском уезде было 287 школ, то к началу 1922 г. их насчитывалось 291, а к 1924 г. - 300. Преобладали школы I ступени - четырехлетки; семилетки были открыты только в райцентрах. На государственном обеспечении находились также 17 детских домов, в которых воспитывались и обучались несколько сотен бывших беспризорников.

Были приняты меры по увеличению количества молдавских школ. В 1923/24 учебном году число школьников-молдаван возросло по сравнению с 1921 г. в 4 раза, 50% из них посещали школы с молдавским языком преподавания. В январе 1923 г. Одесская губернская рабоче-крестьянская инспекция (РКИ) вынесла решение о переходе школ с молдавским и болгарским контингентом учащихся на родной язык обучения. В 1924/25 учебном году открылось 11 молдавских школ.

К концу восстановительного периода значительная часть детей школьного возраста еще не была охвачена учебой. Задачу всеобщего начального образования предстояло решать по мере создания минимальных условий для этого.

С целью подготовки специалистов для народного хозяйства из числа рабочих и крестьян впервые создается сеть профессионально-технических учебных заведений. Таким образом в Приднестровье была заложена основа подготовки квалифицированных рабочих кадров, профессиональное образование получает широкое развитие. Уже в 1923/24 учебном году функционировали шесть профтехшкол: две технические (Балтская и Ананьевская), три сельскохозяйственные (Балтская, Рыбницкая, Покровская), электротехническая школа в Тирасполе, а также трехгодичные медицинские курсы в Ананьеве. Преимущественным правом поступления в профтехшколы пользовались выпускники семилетних школ. Организовывались курсы бухгалтеров и счетоводов. Из-за материальных и организационных трудностей курсы и школы периодически закрывались, реорганизовывались и открывались вновь.

В 1920 г. в Тирасполе создаются краткосрочные курсы по подготовке советских и партийных работников, куда каждая волость должна была направить по два человека. Такие же курсы открылись и в Балте. В последующие годы в Приднестровье работали подобные курсы и школы для подготовки пропагандистских кадров. Курсы различных профилей действовали в Одессе: учительские, по дошкольному воспитанию, по подготовке ликвидаторов неграмотности, работников культпросвет учреждений. Открывались разнообразные курсы в уездных городах.

Первые шаги в подготовке кадров высшей квалификации были сделаны в начале 20-х годов. В соответствии с правилами приема в высшие учебные заведения все граждане, достигшие 16-летнего возраста, независимо от национальности, пола, социального происхождения, получили право поступления в высшую школу. Была отменена плата за обучение. Для рабоче-крестьянской молодежи, не имевшей среднего образования, т.е. необходимых знаний для поступления в высшую школу, при вузах были открыты подготовительные отделения - рабочие факультеты (рабфаки). Первоначально, в связи с ограничением приема абитуриентов в вузы, комплектование рабфаков студентами проводилось по разверстке - тщательному отбору кандидатур партийными, советскими, хозяйственными органами.

Университет национальных меньшинств Востока им. Я.М Свердлова в декабре 1920 г. предоставил места для двух человек из районов Приднестровья, владеющих молдавским языком. В 1922 г. из Балтского уезда 20 человек были направлены в вузы и 72 - на коммунистические курсы, из Тираспольского уезда - соответственно 28 и 20 человек. Студентами вузов и рабфаков страны в августе 1923 г. стали 12 членов профсоюзов из Тираспольского района. Балтский окружком партии в 1924 г. послал на учебу в молдавский сектор Одесской губпартшколы 7 человек, на рабфаки - 9, в военные вузы - 8, в Коммунистический университет им. Артема (г. Харьков) - одного человека. В ноябре 1921 г. в Москве открылся Коммунистический университет национальных меньшинств Запада, где ежегодно получали образование более 80 представителей молдавского народа.

Наряду с повышением общей грамотности важнейшей областью советского культурного строительства сразу же стала массовая политико-воспитательная и культурно-просветительная работа среди взрослого населения. Для просвещения взрослых были созданы специальные структурные подразделения при ревкомах (Советах) - подотделы внешкольного образования уездных отделов народного образования (УОНО). Политико-просветительной, культурно-массовой и пропагандистской работой целенаправленно занимались отраслевые центральные и местные органы - Политуправление Красной Армии, агитационно-пропагандистские отделы партии, ВЦИК, ВЦСПС, Главкомпуть, ЦК РКСМ. Впоследствии, при сохранении политико-просветительских функций армии, профсоюзов, комсомола и других общественных организаций, происходит централизация политического, идеологического, организационного и методического руководства этой работой в лице Главполитпросвета, учрежденного в ноябре 1920 г. при Наркомпросе РСФСР. Возглавила его Н.К. Крупская. Тогда же был создан Главполитпросвет УССР, а на местах - губернские, уездные и волостные политпросветы, чью работу регулировали агитационно-пропагандистские отделы парткомов.

Центрами проведения культурно-просветительных и политико-массовых мероприятий явились, прежде всего, традиционные культурно-образовательные учреждения - библиотеки, народные клубы и дома, театры, школы, музеи. Первоначально наиболее распространенной и доступной формой политической и культурно-массовой работы оставались присущие революционному периоду митинги, сходы, собрания, публичные лекции, охватывавшие одновременно большие группы людей. В условиях, когда еще не использовались технические средства информации (радио), а основная часть населения была неграмотной, такие мероприятия позволяли нести нужные идеи в массы. Появились и новые виды культурно-просветительных учреждений: народные клубы, избы (хаты)-читальни (с функциями библиотеки и клуба), народные театры (волостные, передвижные труппы и др.), клубы-театры, а также многочисленные самодеятельные музыкальные и хоровые коллективы, кружки коллективной читки, любительские оркестры и т.п. Они не подлежали статистическому учету, поскольку количество их было нестабильно. Но важнейшей отличительной чертой этих новых форм массовой культуры являлась их феноменальная популярность среди населения, истинная народность.

В начале 1921 г., несмотря на экономические трудности, в Тираспольском уезде функционировали Центральный музей, Архивная база, 80 изб-читален, 14 клубов, 33 культурно-просветительных кружка, 4 городские библиотеки, 22 волостные библиотеки (каждая с книжным фондом в 300-500 экземпляров), 4 стационарных и передвижных агитационно-лекционных пункта (в Тирасполе, Дубоссарах, Евгеньевке, Комар-жинской волости). Работали театры: два в Тирасполе - городской и гарнизонный им. А.М. Горького, в Дубоссарах, Григориополе, а также 25 самодеятельных волостных коллективов. В Балтском уезде насчитывалось 198 хат-читален, 4 рабочих дома, 2 народных дома, 40 библиотек-читален, 125 культпросветкружков, 8 товариществ «Просвiта», 3 театра, 2 музея, 63 хоровых и 62 театральных кружка, 48 оркестров и музыкальных кружков, 7 агитационно-лекционных пунктов. В 1924-1925 гг. в МАССР действовали 13 Домов культуры, 69 клубов, 169 изб-читален, 123 библиотеки.

Деятельность всей сети кульпросветучреждений, работавших в основном на энтузиазме тружеников, была весьма эффективной. Первые годы Советской власти вообще отличались чрезвычайно мощным политическим творческим подъемом и активностью широких народных масс, стремлением к различным формам самовыражения и самоорганизации: повсеместно создавались профсоюзы, кооперативные организации, созывались многочисленные конференции (женщин, беспартийных и т.д.), разворачивалось комсомольское и пионерское движение. Появились даже новые термины: «организованное» население и «неорганизованное», т.е. не охваченное еще никаким общественным движением. Популярны в те годы были разнообразные ударные кампании по решению текущих политических и хозяйственных задач, проводились различные «дни», «недели», «месяцы», «трехнедельники»: дни помощи голодающему населению Поволжья, неделя книги, неделя достояния красноармейца и др. О массовости этих мероприятий свидетельствует хотя бы такой факт: во время посевной кампании 1921 г. только в Тираспольском уезде состоялись 2 уездных и 7 волостных съездов, 133 митинга, 145 собраний, 60 субботников и другие мероприятия. Но уже тогда в них проглядывали элементы формализма, бюрократизма, кампанейщины.

Широкое распространение получил праздник «День урожая», превратившийся в своеобразную школу агрономической учебы земледельцев. После преодоления голода с осени 1922 г. дни урожая становятся массовыми, в то же время их используют для вытеснения некоторых церковных праздников. Атеистическая пропаганда занимала существенное место в работе культпросветучреждений: организовывались атеистические кружки, проводились вечера и дискуссии на антирелигиозные темы. Впервые в Приднестровье в клубах Григориополя, Теи, Спеи, Токмазеи в 1923 г. состоялись «красные свадьбы», «коммунистические октябрины» и другие антирелигиозные мероприятия. В этом же году на нескольких сходах в Тираспольском уезде были вынесены решения о закрытии монастырей и переоборудовании их под клубы.

Повсеместно в районах Приднестровья создавались и выезжали в села агитбригады, агитлетучки, «красные повозки», «клубы на колесах», агитфургоны, украшенные лозунгами, призывавшими к активному участию в преодолении хозяйственных трудностей, к классовой бдительности, укреплению дружбы народов. Члены этих передвижных бригад читали лекции, проводили беседы на актуальные темы, устраивали театрализованные выступления, распространяли общественно-политическую, художественную, научно-популярную литературу на украинском, русском, молдавском, болгарском и других языках.

В 1923 г. на Украине и в Приднестровье произошло объединение разрозненных маломощных культпросветучреждений в единую стабильную централизованную сеть, низовым звеном которой явилась изба (хата)-читальня ( в небольших селах). В крупных селах, городах, районных, окружных и губернских центрах были созданы сельские будынки (сельбуды) - Дома крестьянина. В задачи этих своеобразных культурно-просветительных центров, наделенных и административными функциями, входило объединение всех просветительских сил на селе и в городе и повышение общего культурного уровня населения. При Наркомпросе УССР было учреждено управление сельбудами, деятельность которых определялась правительственным уставом и основывалась на добровольном членстве. Членом сельбуда мог стать любой гражданин, обладавший правом избирать и быть избранным в органы Советской власти. Отчисления из членских взносов, финансовая помощь профсоюзов, комитетов незаможных селян, касс взаимопомощи и других организаций укрепляли финансово-материальную базу сельбудов. В городах продолжали также функционировать рабочие клубы.

Из Москвы, Ленинграда, Харькова, Киева, Одессы и других культурных центров в районы Приднестровья поступала изданная там литература - преимущественно произведения классиков марксизма-ленинизма, работы видных деятелей партии и государства. Доходили до читателей и отдельные произведения А.М. Горького, А.С. Серафимовича, В.В. Маяковского и других писателей. Книги в то время доставлялись в весьма ограниченном количестве. Их явно не хватало для обеспечения волостных культпросветучреждений, и, прежде всего библиотек и хат-читален. На начало 1922 г. библиотеки Тираспольского уезда располагали книжным фондом в 25 925 экземпляров, библиотеки г. Тирасполя - в 24 616 экземпляров.

Все основные центральные, а также губернские газеты и журналы распространялись в районах Приднестровья. Регулярно выходили уездные газеты. Выпускались ударные листовки, воззвания, плакаты на русском, украинском, молдавском, немецом, болгарском и других языках проживавших здесь народностей. Наряду с центральными российскими («Правда», «Известия ВЦИК», «Беднота» и др.) распространялись и газеты, издававшиеся в разное время на местах: в Тирасполе - «Известия», «Рабоче-крестьянская молодежь», «Окно сатиры», «Тирукроста» (издание Тираспольского отделения Украинского бюро Российского телеграфного агентства); в Балте - «Вiсть», «Червоне село», «Плуг и молот»; в Ананьеве - «Известия», «Молодой коммунар». В 1924 г. в Балте появилась газета на украинском и молдавском языках - «Балтский селянин», на молдавском языке стали печататься и отдельные материалы в одесской губернской газете «Известия». С 1 мая того же года начала издаваться первая советская газета на молдавском языке «Плугарул Рошу» («Красный пахарь») - родоначальница молдавской советской прессы. Благодаря этому в республике увеличилось количество рабселькоров - к началу 1925 г. их насчитывалось более 300.

К естественно-историческим знаниям и культурным ценностям приобщали граждан музеи, открытые в 1920 г. в Тирасполе, в 1923 г. - в Ананьеве и Балте.

Органы политпросвета: формирование и деятельность


На ход культурной революции в Приднестровье определенным образом повлияло создание Молдавской АССР в составе УССР. На этой территории молдаване составляли всего 30,1% населения. В момент образования МАССР здесь проживали представители свыше 44 национальностей: русские, украинцы, молдаване, евреи, белорусы, татары, чуваши, армяне, грузины, немцы, болгары, поляки, чехи, сербы, греки и др. Молдавская АССР была создана в чисто политических целях - как антипод Бессарабии, оккупированной Румынией в 1918 г., где все население подверглось тотальной румынизации. Политический акт образования Молдавской АССР был нацелен в перспективе на возвращение Бессарабии в состав СССР.

Тем не менее создание МАССР имело огромное историческое значение для сохранения и развития исконной молдавской культуры - языка, письменности (кириллическая графика, затем русский гражданский шрифт), семейно-бытового уклада, обычаев, - усиленно искоренявшейся румынскими властями в Бессарабии. Это позволило в короткий срок возродить молдавские народные традиции и на освобожденной в 1940 г. территории правобережья, вошедшей в состав молдавской союзной республики (Молдавская ССР), которая была образована путем искусственного административного объединения Бессарабии и Приднестровья. Функции управления национально-культурными процессами взяли на себя учрежденные в 1924-1925 гг. республиканские органы партийно-государственного руководства культурой - Молдавский обком КП(б)У, а затем ЦИК и СНК МАССР, Наркомпрос, Госплан республики. На поприще руководства культурными процессами в МАССР видную роль сыграли активные участники революции, гражданской войны - заведующий отделом культуры и пропаганды Молдобкома КП(б)У В.Я. Холостенко, наркомы просвещения МАССР С.И. Бучушкану, П.И. Кьору, Г.Ф. Антосяк, К.В. Галицкий. Правительством Молдавской АССР при соблюдении единых принципов советской национально-культурной политики разрабатывались меры по выполнению в республике общесоюзной программы культурной революции с учетом местных условий - намечалась последовательность и устанавливались конкретные сроки поэтапной ликвидации массовой неграмотности, введения школьного всеобуча, определялась специфика политпросветработы и т.д.

На республиканском уровне открылись значительно более широкие возможности в области финансирования культурного строительства. С образованием бюджета МАССР (1924/25 хозяйственный год), складывавшегося из местных ресурсов, дотаций УССР и Союзного правительства, в Молдавии ежегодно увеличивались ассигнования на развитие и укрепление материальной базы культуры. Отчисления и расходы на культурно-социальный сектор здесь прочно заняли ведущее место в бюджете, а темпы их ежегодного роста опережали все другие статьи бюджетных расходов. В 1924/25 г. их доля в госбюджете республики составила 39%, в 1927/28 г. - 44,7%, в 1939 г. - 75,5%.

Выраженная ориентация бюджета МАССР на поддержку культурной сферы была возможна только в условиях утвердившихся в стране межнациональных (межреспубликанских) политических, экономических, культурных связей и отношений взаимопомощи. Однако в силу изначально принятой в СССР культурно-национальной политики, основанной на искусственном «выравнивании экономического и культурного уровня народов», находившихся на разных стадиях экономического и культурного развития, «ликвидации фактической культурной отсталости» так называемых «национальных окраин», взаимопомощь в этой системе действовала односторонне - от якобы богатого и просвещенного центра (Россия) к «необразованной и дикой» периферии.

В условиях МАССР в 20-30-е годы эта помощь еще более усилилась в политических целях - для подчеркивания контраста с деградировавшей экономикой и культурой оккупированной Бессарабии. Уже в 1925 г. Советская Молдавия в ряду других автономных республик получила из общесоюзного бюджета дополнительную субсидию в размере 100 тыс. руб. на развитие образования, здравоохранения, укрепление Советов. Решения об увеличении ассигнования на хозяйственное и культурное строительство в Молдавии ЦИК СССР принимал в 1929 и 1934 годах. Материально-финансовую и кадровую помощь в культурном строительстве МАССР систематически получала от УССР, причем молдавское правительство отмечало «стабильность размеров помощи» Украины. В период с 1924/25 хозяйственного года по 1930/31 г. большая часть бюджетных расходов республики, особенно на социально-культурное развитие, покрывалась дотациями УССР, в свою очередь также субсидировавшейся Центром. В 1924/25 г. эти дотации составили около 2 млн руб., в 1926/27 г. - 3,3 млн руб., в 1927/28 г. - почти 4 млн руб. К началу 30-х годов сверхлимитные ассигнования Украины на хозяйственное и культурное строительство Молдавской АССР достигли 16,5 млн руб.

В сложившихся политических, экономических и социальных условиях расширились масштабы, повысились ответственность, авторитет и эффективность внешкольной системы образования - массовой культурно-просветительной и политико-воспитательной работы среди взрослого населения. Укреплялось финансовое, материальное и кадровое положение учреждений политпросвета. Неуклонно возрастало их финансирование: в 1924/25 учебном году удельный вес госбюджетных ассигнований на политпросвет в МАССР составил 14,4%, в 1926/27 г. - 19,82%. В планах первой пятилетки (1928-1932 гг.) уже 61,1% средств, выделенных на политпросветработу, покрывались из госбюджета. К 1937 г. бюджетные ассигнования на политпросвет увеличились в 7 раз по сравнению с 1925/26 г. В Балте (столица МАССР до 1929 г.) открылись центральные республиканские учреждения политпросвета: Главполит-просвет Наркомпроса МАССР (1925 г.), Госиздат (1924 г.), Центральная библиотека, Центральный рабочий клуб и Клуб рабочей молодежи (1929 г.), Клуб юных пионеров (1927 г.), Государственный музей (1926 г.).

Организационно укрепляется и упорядочивается в соответствии с административно-территориальным делением республики низовая сеть учреждений политпросвета - сельбудов и хат-читален, школ и пунктов ликбеза, клубов и библиотек. Формируется республиканская система обучения профессиональных политпросветработников: в 1925 г. открылась Молдавская совпартшкола по подготовке национальных кадров для партийного и советского аппарата и органов политпросвета; при профсоюзах организовываются постоянно действующие курсы, выпускающие политпросветработников для деятельности среди населения; в 1930 г. создается политпросвет-факультет в Молдавском педагогическом техникуме.

Заработная плата культпросветработников в сельской местности была повышена и доведена до ставки учителя. В целом рост бюджетных расходов на низовую сеть учреждений политпросвета уже в 20-е годы более чем в 2 раза опережал количественный рост этих учреждений. Большие средства ежегодно целенаправленно выделялись на популярные формы агитационно-пропагандистской работы - проведение революционных праздников, издательскую деятельность политпросвета, антирелигиозную пропаганду, ликвидацию неграмотности, просветительную работу среди женщин, батраков, допризывников.

Эффективность органов политпросвета обеспечивалась и исключавшей любые привилегии советской языковой политикой, основанной на принципах равноправия, свободного развития и использования языков всех национальностей страны во всех сферах жизни. В советских конституциях отсутствовало понятие «государственный язык» во избежание установления языкового, а значит, и социального неравенства. Постановление о равноправии языков всех народов, проживающих на территории МАССР, и обеспечении каждому гражданину права пользования родным языком во всех государственных учреждениях, на съездах, собраниях принял I Всемолдавский съезд Советов (апрель 1925 г.). Постановление ЦИК и СНК МАССР от 24 марта 1928 г. «Об обеспечении равноправия языков и о содействии развитию Молдавской культуры» гарантировало гражданам республики свободу выбора языка, право обучения и обращения во все государственные и общественные инстанции и получения ответов на своем родном языке. Официальными же в МАССР были признаны три языка - молдавский, украинский и русский. На них велось делопроизводство, издавались официальные документы.

К концу 20-х годов в МАССР молдавский язык использовало в своей работе 71 учреждение политпросвета, украинский - 46, русский - 22, русский и украинский - 63, еврейский - 4, немецкий - 7, польский - 2, болгарский - 1 учреждение.

В годы коллективизации сельбуды реорганизуются в колбуды (Дома колхозника), широкое распространение получает новый тип низовых политпросветучреждений - красные и колхозные уголки и культпункты, создававшиеся непосредственно на производстве в городе и на селе. В 1940 г. в МАССР насчитывалось 18 Домов культуры, 874 колбудов и хат-читален, 580 красных уголков, 12 Дворцов и клубов пионеров, 23 клуба и Дворца культуры профсоюзов. Действовали 6 рабочих театров, среди них особую известность получили театр железнодорожников в г. Бирзуле и Балтский рабочий театр. Подавляющая часть низовых учреждений политпросвета к концу 30-х годов работала на молдавском языке.

С 1926 г. в МАССР начинает создаваться разветвленная стационарная библиотечная сеть, состоявшая из Центральной, районных (городских и сельских) библиотек, массовых библиотек при сельбудах и различных клубах, детских и школьных библиотек. В условиях низкого уровня грамотности населения, отсутствия у подавляющей его части знаний даже в объеме школьной программы библиотеки играли особую роль в повышении общей и политической культуры трудящихся. Библиотечная сеть увеличивалась быстрыми темпами: по данным Всесоюзной библиотечной переписи 1934 г., количество библиотек в республике увеличилось в 21 раз и составило 884 библиотеки, большинство которых представляли сельские (756) и массовые (500). Работало 350 детских и учебных библиотек, 34 научные. Впервые создаются молдавские библиотеки - к 1930 г. их было уже 43 (с книжным фондом в 65,5 тыс. экземпляров), и обслуживали они до 7 тыс. читателей. К концу 30-х годов, с ликвидацией неграмотности и повышением образовательного уровня трудящихся, в МАССР сформировалась массовая читательская аудитория численностью в 91,3 тыс. человек, из которых 58,8 тыс. составляли сельские жители. В 1940 г. в республике функционировали 954 массовые библиотеки с книжным фондом в 1,7 млн книг (против 32,6 тыс. в 1925 г.).

Начиная с середины 20-х годов политпросвет получает возможность использовать новые технически мощные средства массовой агитации и пропаганды - кино и радио. Не имевшие себе равных по эффективности воздействия на массы, они особенно быстрыми темпами развивались в годы первых пятилеток. Уже в 1925 г. в МАССР появляются первые четыре радиоустановки. Начало собственному радиовещанию было положено в 1928 г., когда в Балте открылась первая трансляционная станция. С вступлением в строй 17 января 1931 г. радиоцентра республиканское и местное радиовещание стало регулярным. В 1936 г. в Тирасполе была введена в эксплуатацию новая, мощная по тем временам радиостанция им. Горького, обеспечившая устойчивое радиовещание на всей территории МАССР. К концу 30-х годов в республике работали 6294 радиоточки, 850 эфирных установок, 645 радиоаудиторий.

Быстро развивалась передвижная и стационарная киносеть. В решениях I Всемолдавского съезда Советов «кинематограф и советский фильм» были названы «одним из могучих средств идеологического и культурного воздействия на массы». В 1927 г. в МАССР работало 28 стационарных киноустановок, а к 1940 г. - уже 115, в том числе 61 звуковая, а также 14 районных звуковых автопередвижек. Развернулось строительство кинотеатров в селах Малаешты, Кошница, Гандрабура, Слободзея, Кодыма. Были оборудованы звуковой аппаратурой кинотеатры в Тирасполе, Балте, Слободзее, Григориополе, Дубоссарах, Рыбнице, Каменке, Кодыме, Ананьеве, Котовске, Красных Окнах. В середине 30-х годов кинопрокат республики демонстрировал около 10,5 тыс. сеансов в год, а число кинозрителей (посещаемость) в 2 раза превышало численность населения всей республики. Подавляющую часть их (около 800 тыс. человек) составляли колхозники.

В 30-е годы началась и подготовка профессиональных кадров для киноискусства. Видными деятелями советского кинематографа стали направленные из МАССР на учебу в Россию Филипп Печул и Ефим Учитель. Уроженец Приднестровья Ф. Печул за операторскую работу над фильмом о советско-финской войне «Линия Маннергейма» в 1941 г. одним из первых в стране был удостоен Государственной (Сталинской) премии. Он погиб во время Великой Отечественной войны, успев принять участие в создании ряда фильмов о войне, и в частности об обороне Ленинграда. Е. Учитель стал не только оператором, но и режиссером. Первый его фильм «Праздник в тундре» был выпущен в 1937 г. За операторскую работу над фильмами о Великой Отечественной войне в 1943 г. он получил Государственную премию. Позднее Е.Ю. Учителю как оператору и режиссеру (среди его творений - фильм «Русский характер») присваивается звание народного артиста СССР.

Культурно-просветительная и массово-политическая работа была ориентирована на привлечение широких слоев населения к участию в деятельности органов политпросвета. В 30-е годы характерным явлением становится тип добровольца-культ-армейца - активного участника политпросвета, помогающего вести индивидуальную работу с людьми. Отряды культармейцев насчитывали десятки тысяч человек. Во время осуществленного весной-летом 1931 г. всемолдавского похода за культуру активно действовал 20-тысячный отряд культармейцев, состоявший из комсомольцев, представителей профсоюзных организаций, партийных и советских работников, грамотных рабочих и крестьян, городской и сельской интеллигенции. В отдельных селах - Гольма, Топалы, Грабово и других - численность культармейцев достигла 10% населения. 20-30-е годы - это время пафоса революции, массовой народной инициативы, огромной бескорыстной самоотдачи.

Культурно-просветительная работа этих лет была политически нацеленной и в то же время практически ориентированной. С одной стороны, она проводилась с четко выраженной направленностью на формирование у трудящихся социалистического миросознания, пролетарского классового чутья, идей интернационального братства и пролетарской солидарности, становление политической культуры нового типа. С другой стороны, распространялись как политические, исторические, естественнонаучные знания, так и основы агрономии и техники, библиотечных, военных и других практически необходимых знаний. Массы приобщались к коллективным методам хозяйствования, достижениям отечественной и мировой культуры. Культпросвет способствовал не только развитию самодеятельного искусства и выявлению народных талантов, но и становлению профессиональной художественной культуры. Десятки тысяч человек получали разнообразные знания и практические навыки в сотнях действовавших при клубах и сельбудах кружков различной (более 30 видов) направленности: марксистских, ленинских, политграмоты; комсомольской, профсоюзной, национальной и библиотечной работы; кооперативных, сельскохозяйственных, агротехнических; антирелигиозных и природоведения; подготовки на рабфаки; спортивных, иностранных языков, художественной самодеятельности, военных знаний, осоавиахима и многих других.

Особой популярностью среди молодежи пользовались кружки военных знаний (по сдаче норм ГТО (БГТО) - «Готов к труду и обороне»), куда влекло стремление в случае необходимости защитить Родину от нападения империалистов. Широкое распространение получили танцевальные, театральные, музыкальные самодеятельные коллективы, к которым тянулось население всех возрастов. К концу 30-х годов в МАССР насчитывалось 628 художественных кружков. Приобрели известность в республике и за ее пределами Хор железнодорожников станции Котовск, исполнявший песни на молдавском, русском, украинском, еврейском, грузинском языках; Кодымский молдавский хор, танцевальная группа которого представляла народное искусство в Москве на Всесоюзной олимпиаде творчества народов СССР (1936 г.).

В ведении органов политпросвета находилась периодическая печать республики. В 20-30-е годы она превратилась в мощную отрасль со своей издательской базой и кадрами журналистов и полиграфистов-печатников. В 1937 г. в МАССР выходили три республиканские газеты - «Молдова Сочиалистэ» (до сентября 1930 г. - «Плугарул Рошу»), «Соцiалiстична Молдавiя», «Комсомолистул Молдовей», два республиканских литературных и общественно-политических журнала - «Молдова литерарэ», «Октомбрие», журнал для детей и юношества «Скынтея ленинистэ»; 17 районных газет; начался выпуск заводских, колхозных и совхозных многотиражек. Вокруг редакций газет концентрировалась передовая часть интеллигенции, формировался коллектив рабселькоров, из среды которых вышли известные журналисты-профессионалы - И. Грекул, Я. Иорданов, П. Ипатенко, М. Полубок, В. Литвак, Д. Ткач, фотожурналист С. Гальперин и др.


Ликвидация массовой неграмотности среди взрослого населения


Ударным фронтом продолжала оставаться ликвидация массовой неграмотности. Решение этой задачи входило в сферу деятельности органов политпросвета, так как стратегия ВКП(б) и Советского правительства основывалась на ленинском тезисе о том, что в безграмотной стране построить коммунистическое общество нельзя. Между тем, вопреки официальным утверждениям того времени об особой «отсталости» и «забитости» так называемых национальных окраин Российской империи, Приднестровье не входило в число самых неграмотных периферийных регионов страны. По данным всесоюзной переписи населения 1926 г., общий уровень грамотности в МАССР составил 36,9%. Он был в 2-3 раза выше, чем во многих других регионах страны, и незначительно ниже общесоюзного, составившего к тому времени 39,6%. Общий уровень грамотности молдаван, проживавших в основном в селах, составлял 25,8%, женщин-молдаванок - 18%. Однако это объяснялось не национальными, а социальными причинами: повсеместно грамотность сельского населения повышалась медленнее, чем городского, а грамотность женщин - медленнее, чем мужчин.

В МАССР развивается и укрепляется государственная сеть национальных школ ликбеза, широко используется общественная инициатива снизу. Создается Молдавская чрезвычайная комиссия по ликвидации неграмотности - Грамчека (1924-1930 гг.) и Молдавское оргбюро ОДН - Всесоюзного общества «Долой неграмотность!» (1926-1936 гг.). В бюджете Наркомпроса МАССР в 20-е годы ассигнования на ликбез опережали другие статьи расходов на политпросвет. До введения в республике начального всеобуча система ликбеза, рассчитанная на обучение взрослых, играла существенную роль и в обучении детей, которые по различным причинам не могли посещать школу. По данным всесоюзной школьной переписи 1927 г., в МАССР функционировали 623 пункта и школы ликбеза, в том числе 238 - в сельской местности, большинство из которых (192) были открыты после 1924 г. Тогда же впервые появились молдавские школы ликбеза. К концу 20-х годов в республике действовала 141 украинская школа ликбеза, 68 молдавских, 24 русские, 14 молдавско-украинско-русских, 7 немецких, 13 еврейских, 2 польские, 2 болгарские школы.

Ликвидация неграмотности среди взрослого населения зависела от социально-экономических преобразований в обществе, школьного строительства. В период с 1924/25 по 1928/29 учебный год большие средства, вкладывавшиеся в ликбез, не оправдывали себя. Наблюдались значительные рецидивы неграмотности по причине нехватки общеобразовательных школ, которым следовало изъять детский контингент из системы ликбеза, а также безработицы, препятствовавшей применению и закреплению грамотности. Ежегодный выпуск учащихся численностью 4,5-6,2 тыс. человек и охват ликбезом 9-10 тыс. неграмотных фактически оставались на прежнем уровне. Школы ликбеза посещала лишь десятая часть неграмотного населения в возрасте от 9 до 40 лет, подлежавшего обучению в первую очередь.

В 1929-1937 гг. (время первых пятилеток) ликвидация неграмотности проходила уже в условиях введения всеобщего школьного образования и искоренения безработицы. К этой деятельности подключились коллективы промышленных предприятий, колхозов, МТС, первых вузов; практиковалось индивидуальное обучение грамоте. Темпы ликвидации неграмотности резко возросли: в 1928/29 г. обучалось 28,5% неграмотных 9-40-летнего возраста, в 1929/30 г. - 52%, а с 1931 г. - 100%. В результате окончательного введения начального всеобуча и перехода к семилетнему всеобучу к 1934 г. из состава учащихся ликбеза выбыли дети школьного возраста. В течение 1930-1934 гг. неграмотность среди населения активного возраста была в основном ликвидирована, и работа ликбеза сосредоточилась главным образом на обучении малограмотных, причем уже по программам неполной средней, средней и профессиональной школ.

Работа ликбеза продолжала совмещаться с культурно-политическим и профессиональным просвещением слушателей. В середине 20-х годов в школах ликбеза был введен курс политграмоты. Массовый выпуск учебной литературы для системы ликбеза осуществлял Госиздат республики, 60% всей продукции которого составляли учебники и пособия: грамматика, букварь для взрослых «Свет крестьянина», книги для общего образования взрослых, русско-молдавский словарь, серия «Библиотека для малограмотных», «Памятка культармейца» и т.д. Вся литература издавалась параллельно на молдавском, украинском и русском языках.

Рубежом в окончательном решении проблемы ликвидации массовой неграмотности в МАССР считается 1937 г., когда малограмотных оставалось 5,5% от общего числа взрослого населения республики, а неграмотных - всего 3%. С этого времени работа ликбеза как массовое явление прекращается, ликвидируются Грамчека, ОДН, резко сокращают свою деятельность школы для взрослых. Несмотря на это, уровень грамотности населения продолжает неуклонно расти. К 1940 г. количество неграмотных в МАССР составляло всего 1,2% населения, малограмотных - 4%. Общий уровень грамотности в республике достиг 94,8%, превысив общесоюзный показатель.

Непосредственно на ходе ликвидации неграмотности отразилась кампания латинизации - введение в 1931 г. латинского шрифта для молдавской письменности вопреки исторически сложившимся графике (кириллице), фонетике и литературным нормам молдавского языка. В работе ликбеза возникла определенная напряженность в связи с необходимостью переучивания на основе латинской графики и нового правописания как лиц, уже окончивших школы ликбеза, так и самих обучающих.

Следует особо подчеркнуть, что латинизация молдавского алфавита, осуществленная в МАССР в 30-е годы, ничего общего не имела с румынизацией в Бессарабии в 20-30-е годы и ее рецидивом в Молдове в 80-90-е годы. В МАССР она была кратковременной, носила не политической, а чисто технический характер, ограничиваясь сугубо сферой графики и никоим образом не вторгаясь в правовую сферу - не затрагивала конституционные права граждан и, тем более, не служила поводом для правового, национального притеснения немолдаван. Принцип равноправия языков во всех сферах жизни оставался в МАССР незыблемым. В то же время нельзя полностью исключить политический аспект из кампании латинизации, проводившейся в стране в 30-е годы. Латинизация молдавского алфавита была проведена в общем потоке латинизации письменности многих народов СССР, вызванной левацкими уклонами ряда советских политиков, уповавших на близость мировой революции с ее потребностью в общедоступном языковом общении, а также стремившихся максимально ускорить процесс культурного сближения народов СССР и мира на общей языковой основе. Славянский же шрифт считался непригодным для этих целей как письменность якобы «недавно угнетающей нации». Латинский шрифт при этом должен был сыграть роль языка эсперанто и в то же время облегчить проблему ликвидации неграмотности у народов, не имевших своей письменности (северные народности) либо имевших древнее, но трудно усвояемое письмо - вязь (народы Средней Азии, Кавказа). Не последнюю роль, как уже отмечалось, в кампании латинизации алфавитов народов СССР в 30-е годы сыграла и убежденность в скором свершении мировой революции, поскольку идея лозунга «Пролетарии всех стран, соединяйтесь!» многими ощущалась и воспринималась буквально.

Постановлением Президиума ЦИК МАССР от 19 мая 1938 г. «О переводе молдавской письменности с латинского шрифта на русский шрифт» молдавская письменность на основе исторически присущей ей кириллицы была восстановлена.


Развитие народного образования. Общеобразовательная школа


Главным направлением в области народного образования в годы культурной революции явилось завершение формирования единой трудовой школы, окончательное утверждение и поэтапное осуществление ее важнейших принципов - общедоступности, обязательности и всеобщности обучения на единой организационной и методической основе. Эта программа была реализована в рекордно короткие сроки - фактически за 10 лет. В 20-е годы основное внимание уделялось введению всеобщего обязательного начального обучения в объеме четырех классов, на которое направлялись финансовые и материальные средства. В 30-е годы был осуществлен переход к семилетнему всеобучу. В системе школьного образования прочное место заняла и средняя общеобразовательная школа в объеме десятилетки.

К середине 20-х годов проблема всеобуча в Приднестровье стояла очень остро. Основным препятствием в ее решении оставалась необеспеченность школами и учительскими кадрами. В 1924/25 г. школьная сеть в МАССР состояла из 294 школ и охватывала обучением лишь 30% детей школьного возраста. Работали всего 638 учителей. Одна школа приходилась на 1854 человека. По статистическим данным и переписи 1926 г., уровень грамотности детей 8-11 лет составил 40,3%, 12-17 лет - 51,7%. Насчитывалось всего 15 семилетних школ, где обучались только городские дети. В национальном отношении среди детей 8-11-летнего возраста наиболее низкий уровень грамотности (29,4%) был у молдаван. На молдавском языке работали 11 начальных школ, семилетних молдавских школ пока не было. Из-за необеспеченности детей бедняков одеждой и обувью, занятости их на полевых работах, отдаленности школ от мест проживания не уменьшался и ежегодный отсев учащихся из школы: в 1924- 1926 гг. на селе он составлял 16,8-17,5%, в городе - 6,7%. В результате лишь весьма незначительному числу детей удавалось завершить курс обучения даже в начальной школе.

Правительство МАССР проводило в жизнь политику всеобуча по нескольким направлениям: путем расширения бесплатного образования и выплаты государственных стипендий учащимся из семей рабочих и крестьян; развития национальной школы, т.е. обучения на родном языке детей различных национальностей - молдаван, украинцев, русских, евреев, болгар, немцев, чехов, поляков и других; массового строительства новых школьных зданий в сельской местности и подготовки национальных учительских кадров. Уже с 1924/25 учебного года ассигнования на народное образование резко увеличиваются, составив более трети бюджета республики, и неизменно продолжают занимать ведущее место в государственных расходах. Темпы роста бюджета Наркомпроса опережали рост бюджета МАССР в целом: в 1927/28 г. фактические расходы на просвещение возросли в 3,5 раза по сравнению с 1924/25 г., а в расчете на душу населения - в 4 раза. К 1939 г. на образование было ассигновано средств в 88 раз больше, чем в 1924/25 учебном году. При этом более 75% бюджета Наркомпроса неизменно выделялось на развитие единой трудовой школы.

В 20-е годы, в условиях острой нехватки школьных помещений и педагогических кадров, учебных пособий и других средств, принцип общедоступности и всеобщности обучения осуществлялся постепенно. Сначала он действовал ограниченно: постановление Президиума ЦИК и СНК МАССР от 1 августа 1925 г. о всеобуче до полного разрешения этой проблемы наделяло правом преимущества при приеме в школу детей крестьян, рабочих, бедняков, батраков. В 1924/25 г. в республике было зарегистрировано 590 отказов в приеме в школу по мотивам социального происхождения, а в 1925/26 г. - 2474, в том числе 2416 - в сельской местности. Постановлением ЦИК и СНК МАССР от 29 сентября 1926 г. «О мероприятиях по проведению всеобщего обучения на территории МАССР» обязательное бесплатное обучение в начальной школе вводилось в 94 селах Бирзульского, Дубоссарского, Балтского, Ананьевского и Рыбницкого районов с наиболее развитой сетью школ и достаточно высоким уровнем грамотности населения.

Обучение в школе из личного дела каждого превратилось в гражданскую обязанность, возведенную в силу закона. Постановлением запрещалось забирать детей из школы до окончания ими четырехлетнего курса обучения, препятствовать им в посещении уроков по религиозным, семейным или иным мотивам. 11 сентября 1928 г. СНК МАССР принял постановление «О введении всеобуча на всей территории Молдавии». К этому времени начальный всеобуч уже действовал в 216 населенных пунктах республики, им было охвачено 68,8% детей 8-11 лет и 76,4% восьмилетних детей. Работало 126 молдавских школ, в том числе 117 начальных, охват школой детей-молдаван достиг 76,6%. Дети крестьян теперь составляли 83,6% от общего количества учащихся, дети рабочих - 7,6%. Об интенсивности нового школьного строительства в 20-е годы свидетельствовали данные Всесоюзной школьной переписи 1927 г.: 37,5% школ республики открылись после Октябрьской революции, из 52 новых школьных зданий 40 были построены в 1926-1927 гг., причем все - в сельской местности. Количество учителей удвоилось, достигнув 1223 человек, благодаря созданию собственной базы подготовки педагогических кадров - Молдавского педагогического техникума (1926 г.) и педагогических курсов. Государственные затраты на одну трудовую школу в 1928/29 учебном году составили 265% по отношению к 1924/25 г. Эти средства были использованы для увеличения стипендий учащимся и зарплаты учителям; выдачи бесплатных учебных пособий, питания, одежды, обуви; открытия школьных интернатов.

Решающими в завершении процесса формирования школы советского типа явились годы реконструкции народного хозяйства. Постановлениями ЦК ВКП(б) от 25 июля и ЦИК СНК СССР от 14 августа 1930 г. «О всеобщем обязательном начальном обучении» в стране повсеместно с 1930/31 г. стало вводиться обязательное обучение всех детей 8-11 лет в объеме четырехлетнего курса начальной школы. В МАССР только за два учебных года (1929/30 и 1930/31) открылось 88 новых школ. В 1930/31 г. в школу поступили 20 тыс. человек, в том числе все дети 8-11 лет. Закон о всеобуче в объеме начальной школы был полностью претворен в жизнь.

В ходе реализации закона о начальном всеобуче в республике фактически была решена проблема расширения всей школьной сети и полного охвата ею многонационального населения МАССР. Дальнейшее ее развитие в 30-е годы проходило в рамках достигнутого уровня - в основном за счет увеличения количества 5-7 классов, а также преобразования неполных средних школ в десятилетки. В 1930/31 г. в республике функционировало 536 школ (к 1940 г. эта цифра почти не изменилась), в которых работали 1875 учителей. Имелись болгарские, немецкие, еврейские школы. Многонациональность школы способствовала укреплению позиций интернационализма в обществе. С внедрением в жизнь всеобуча были сняты ограничения при приеме в школу для детей непролетарского происхождения (из семей интеллигенции, кулаков, торговцев, священнослужителей). Правительственными постановлениями 1930 г. запрещалось ограничение прав учащихся из нетрудовых слоев населения.

Постановления 1930 г. о начальном всеобуче предусматривали и постепенное (начиная с 1930/31 г.) осуществление обязательного семилетнего всеобуча в промышленно развитых районах и городах. В 20-е годы семилетнее образование в МАССР развивалось медленно, семилеток было в 10 раз меньше, чем начальных школ, поэтому пятые классы могли принять только третью часть детей, окончивших четырехлетку. Так, в 1928/29 учебном году в 5-7 классах обучалось всего 5% детей. В 1930/31 г. в республике открываются еще 16 семилетних школ, т.е. их число увеличивается до 56. Большинство учащихся 5-7 классов теперь составляли дети крестьян (52,2%), рабочих и кустарей (20,8%). Годом введения семилетнего всеобуча в МАССР считается 1934-й, когда в республике действовали уже 211 семилетних школ. По сравнению с 1924/25 г. их количество увеличилось в 14 раз, а численность учащихся 5-7 классов - в 11,7 раза. Семилетка стала ведущим типом учебного заведения, превратилась в действительно массовую школу для широких слоев трудящихся.

В 1939/40 г. в МАССР работали 505 школ, в том числе: 213 семилетних с 5,4 тыс. учащихся; 66 средних, где обучалось 32 тыс. человек. Общее количество школьников составило 105,6 тыс., учителей - 4,1 тыс. Республика к этому времени располагала прочной, разветвленной, материально и кадрово оснащенной, единой по структуре и преемственности сетью общеобразовательных школ, сложившейся уже к 1934 г. По комплексу изучаемых предметов советская школа приближалась к универсальной системе образования. С 1924/25 учебного года в СССР, в том числе в МАССР, школа переходит на преподавание всех предметов по программе ГУСа (Государственного ученого совета), в основу которой, в отличие от схоластики, созерцательности, идеализма и формализма программ старой школы, были заложены идеи общественно полезного труда, активного отношения человека к природе, нравственного поведения в обществе, классового подхода к современной истории.


Высшее и среднее специальное образование. Организация научных исследований


В процессе формирования советской системы народного просвещения важную роль играло становление и развитие высшего и среднего специального образования в национальных регионах страны. Этим достигались две цели - на местах создавалась прочная база подготовки специалистов для народного хозяйства и культуры; ускоренными темпами формировались национальные кадры рабоче-крестьянской интеллигенции, что являлось одной из задач культурной революции в СССР. К моменту образования МАССР система специального образования в стране радикально изменилась. Характерная для первых лет Советской власти ускоренная подготовка кадров путем обучения на многочисленных краткосрочных курсах и в профшколах теряет свое значение и заменяется систематическим обучением по углубленной программе в средних специальных учебных заведениях (техникумах, училищах, специализированных школах), на рабфаках и в вузах.

В МАССР, прежде всего, решалась проблема целенаправленной подготовки руководящих (партийных и советских, работников сферы экономики) и национальных педагогических кадров. В 1925 г. в Балте открылась двухгодичная Советская партийная школа (Совпартшкола), обеспечившая регулярное пополнение кадров партийного и Советского аппарата, народного хозяйства и культуры. Ее выпускники направлялись на руководящую партийную, профсоюзную, кооперативную, журналистскую, издательскую работу, возглавляли различные участки социалистического строительства в городе и на селе. В 1931 г. в республике открылись Молдавская заочная совпартшкола, Высшая коммунистическая сельскохозяйственная школа, Молдавский колхозный университет, Молдавский институт социального воспитания и профсоюзной работы.

Национальные кадры руководящего звена различных областей общественной и хозяйственной жизни, культуры МАССР систематически обучались также в 11 вузах массового политического просвещения страны: молдавских секциях Коммунистического университета национальных меньшинств Запада и Харьковского коммунистического университета, Коммунистическом университете национальных меньшинств Востока, Академии коммунистического воспитания, Всесоюзном заочном институте народного образования, Коммунистическом институте журналистики и др. В начале 30-х годов только на заочных отделениях этих вузов обучался 261 человек из МАССР. Вузы политического просвещения давали тогда необходимые знания в области не только основ марксизма-ленинизма, но и экономики, организации сельскохозяйственного производства, промышленности, культуры и т.д.

В республике был взят курс на подготовку молдавских учительских кадров (в 1924/25 учебном году в школах МАССР на молдавском языке вели занятия всего 11 учителей). В марте 1925 г. в Одессе открываются одногодичные Молдавские педагогические курсы (позднее переведены в Балту), в 1926 г. начал свою деятельность Молдавский педагогический техникум, 48,5% первого набора студентов которого составляли молдаване, из них 63,7% - крестьяне, 7,5% - рабочие. Треть мест в этих специальных учебных заведениях предоставлялась абитуриентам с Украины и из РСФСР.

В 1930-1932 гг. в МАССР создаются техникумы и училища по подготовке специалистов для промышленности, сельского хозяйства, здравоохранения, торговли: четыре индустриальных техникума - электромеханический и химический в Тирасполе, строительный в Балте, механизации сельского хозяйства в Ананьеве; кооперативный техникум в Балте; медицинский в Тирасполе и др. В 1931 г. в 11 техникумах и других средних специальных учебных заведениях республики обучалось 2010 студентов, в том числе 1000 молдаван или владевших молдавским языком. Представители крестьян и рабочих составляли 55% студентов.

В 1928/29 учебном году в Тирасполе, Бирзуле, Рыбнице, Балте впервые начали функционировать вечерние рабфаки по подготовке к поступлению в вузы рабочих и крестьян, не окончивших общеобразовательную школу. В 1929/30 г. в Тирасполе создается дневной сельскохозяйственный рабфак. По решению Молдобкома КП(б)У при комплектовании рабфаков 80% слушателей должны были представлять рабочие от станка. В январе 1930 г. СНК УССР принял постановление о льготах и помощи всем обучающимся на рабфаках, в техникумах и вузах без отрыва от производства. Для них устанавливался шестичасовой рабочий день, им предоставлялись дополнительные выходные дни, сменный режим работы, а также должности, соответствующие избранной специальности.

В годы первой и второй пятилеток в Тирасполе открылись первые в республике высшие учебные заведения: Институт народного образования (ИНО) (1930 г.), реорганизованный в 1933 г. в Молдавский педагогический институт; Плодоовощной (сельскохозяйственный) институт (1932 г.); вечерний Учительский институт (1937 г.). В профессорско-преподавательский состав первых вузов вошли видные представители высшей школы страны, направленные на работу в МАССР из других республик: И.Е. Борисюк, И.Ф. Волков, И.Б. Койфман, Г.И. Кикоть, Г.И. Иванов, П.Ф. Кикоть, П.П. Дорофеев, Г.А. Боровиков, С.А. Мельник и др. В 1930/31 учебном году только с Украины в вузы, техникумы, школы республики прибыли 307 преподавателей. К 1937 г. вузы МАССР подготовили 616 специалистов. Значительная часть кадров для республики почти по 20 специальностям - инженерно-техническим, технологическим, сельскохозяйственным, медицинским, педагогическим и другим - готовилась в Москве, Ленинграде, Киеве, Харькове, Днепропетровске, Одессе, Николаеве, Херсоне и других городах страны, куда систематически направлялись на учебу из МАССР рабфаковцы, рабочие, крестьяне, трудовая интеллигенция преимущественно молдавской национальности. В 1933 г. в вузах РСФСР обучались 111 молдаван, в 1934 г. студентами педагогических, медицинских вузов и техникумов УССР и РСФСР стали 604 молдаванина. Налаженная система подготовки кадров существенно увеличила приток специалистов в народное хозяйство МАССР. В годы первой пятилетки только в экономику и культуру республики пришли 452 работника с высшим образованием, 276 из них окончили вузы после 1928 г.

В 1940 г. в МАССР трудились 4356 дипломированных учителей, 2234 специалиста сельского хозяйства, более 400 врачей и среднего медперсонала, сотни квалифицированных работников инженерно-технических профессий.

Согласно программе культурной революции в СССР, ориентированной на формирование высокого духовного потенциала во всех национальных регионах, в МАССР с помощью старейших научных центров страны создаются первые научные учреждения по исследованию истории и культуры молдавского народа, производительных сил, природных условий и ресурсов края с целью содействия развитию социалистического народного хозяйства.

В 20-е годы преимущественное внимание уделялось развитию общественных наук, марксистскому толкованию исторического прошлого и революционного настоящего края. Первым научно-исследовательским учреждением в республике стал образованный при Молдобкоме КП(б)У в январе 1925 г. Истпарт МАССР (Комиссия по собиранию и изучению материалов по истории Октябрьской революции и истории Коммунистической партии) - звено единой союзно-республиканской системы истпартов. Здесь работали видные государственные, партийные, общественные и первые научные деятели республики - И.И. Бадеев, Г.И. Старый, В.Я. Холостенко, М.Н. Бочачер, П.И. Кьору, И.В. Очинский, И.К. Вартичан, Д. Милев и др.

В 1926 г. при Наркомпросе МАССР создается первый научный центр, явившийся прообразом академического учреждения, - Молдавский научный комитет (МНК) - в целях всестороннего изучения экономики края, распространения и внедрения научных и практических знаний о его природных ресурсах и их использовании, содействия развитию молдавской социалистической культуры. В МНК работали лингвистическая, историческая, литературная, библиографическая, искусствоведческая, этнографическая, экономическая, агрономическая и медико-биологическая секции. Ими были разработаны и подготовлены к изданию грамматика молдавского языка, учебники для школ, создана научная библиотека; совместно с московскими учеными М.П. Сергиевским, П.П. Свешниковым и другими осуществлено комплексное этнографическое обследование сел Приднестровья. Действенную помощь научным учреждениям оказывали АН СССР, АН УССР (ВУАН), выдающиеся ученые страны - Б.Д. Греков, Н.С. Державин, В.И. Пичета, В.Ф. Шишмарев, К.Н. Державин, В.П. Филатов и др. В 1935 г. МНК был реорганизован в Научно-исследовательский институт молдавской культуры, на базе которого в 1939 г. создается Молдавский научно-исследовательский институт истории, языка и литературы при Наркомпросе МАССР.

В области сельского хозяйства также была заложена основа для развития отраслевых научных исследований: в 1925 г. в с. Жеребково открывается Центральная опытная станция зерновых культур с отделами полеводства, интенсивных культур, метеорологии и агрохимии. Оросительная плодоовощная станция в Тирасполе вступила в строй в 1930 г. Исследовательская работа этих станций координировалась сектором науки Наркомзема МАССР. В 30-е годы научные исследования в области истории, математики проводились в Молдавском педагогическом институте, в области физиологии и агрохимии растений - в Молдавском плодоовощном институте, Высшей коммунистической сельскохозяйственной школе. Всесоюзное признание получила разработанная профессором П.П. Дорофеевым агротехника плодовых культур, а также исследования одного из первых молдавских историков Н.А. Нарцова.


Литература и искусство


Программой культурной революции предусматривалось обязательное развитие в каждой республике национального профессионального искусства - литературы, живописи, театра, музыки. Занимался формированием профессиональных художественных коллективов в МАССР и осуществлял идейное руководство советской литературой и искусством Молдавский научный комитет. Становление первых молдавских советских поэтов и прозаиков происходило под непосредственным влиянием русской и украинской классической и молодой советской литературы. Профессиональное искусство развивалось в МАССР по общепринятой союзной схеме - под идейным руководством ВКП(б), при всемерной материальной помощи союзного центра, профессиональных коллективов РСФСР и УССР. Литература, живопись и другие виды искусства строго контролировались партийными органами, отклонение от линии ВКП(б) именно в этой сфере расценивалось как подрывная вражеская деятельность против Советской власти и Советского государства и влекло за собой соответствующие репрессивные меры. Идейную направленность творчества первых советских писателей МАССР определяли такие программные документы партии, как письмо ЦК РКП(б) «О пролеткультах» (1 декабря 1920 г.), резолюция ЦК ВКП(б) «О политике партии в области художественной литературы» (18 июня 1925 г.), постановление ЦК ВКП(б) «О перестройке литературно-художественных организаций» (23 апреля 1932 г.), постановление бюро Молдавского обкома КП(б)У «О состоянии литературной организации Молдавии» (9 августа 1932 г.).

Первым печатным органом молдавской литературы стала газета «Плугарул Рошу» («Красный пахарь»). В 1927 г. в газете появилась «Литературная страница», сыгравшая немалую роль в популяризации художественных произведений молодых писателей республики. С 1928 г. начал издаваться литературно-художественный и общественно-политический журнал «Молдова литерарэ» («Литературная Молдавия») - приложение к газете «Плугарул Рошу», - внесший значительный вклад в развитие литературы. Из числа сотрудников этой газеты и журнала вышла целая плеяда писателей: М. Андриеску, К. Кошерэу, И. Канна, Н. Марков, Н. Кабак, Ф. Малай, Д. Милев и др. Среди них были участники революции, гражданской войны и революционного подполья в Бессарабии.

Во второй половине 20-х годов на страницах газеты «Плугарул Рошу» были опубликованы первые произведения литераторов республики: «На трактор, крестьянин!» М. Андриеску, «Поп и святая церковь» Н. Маркова, «Дед Горицэ» Д. Милева. Несколько позднее выпускаются поэтические сборники - «Стихи» К. Кошерэу, «Живая сталь» Ф. Малая, «Разные стихи» Л. Корняну и другие, - которые в значительной мере определяют лицо молдавской поэзии описываемого периода. В те же годы издаются сборники повестей и рассказов: «На заре», «Осы еще жужжали», «Шестьдесят два с половиной» Д. Милева, «Панагийка», «Живое слово», «За власть Советов!» Н. Маркова и др.

В 1928 г. создается литературное объединение писателей республики «Рэсэритул» («Восход»). В 1929 г. в Балте, а в следующем году в Тирасполе прошли конференции писателей, на которых поднимался вопрос об основании литературного журнала. Вскоре он начал выходить в свет под названием «Октомбрие» («Октябрь»). В нем печатались произведения не только молдавских, но и русских, украинских дореволюционных и советских писателей, а также зарубежная классика (в переводе на молдавский язык). Наряду с литературным объединением «Рэсэритул» в начале 30-х годов активно проявляло себя объединение «Тинеретул» («Молодежь»). В августе 1932 г. согласно постановлению бюро Молдавского обкома партии эти объединения упраздняются и учреждается Организационный комитет Союза советских писателей МАССР. На состоявшемся в 1934 г. I Всесоюзном съезде советских писателей литераторов республики представляли С. Лехтцир и Д. Милев.

Молдавская литература испытывала идейное и эстетическое влияние русской и украинской литературы, прежде всего через переводы. На страницах республиканских газет и журналов публиковались произведения А.С. Пушкина, М.Ю. Лермонтова, Н.А. Некрасова, Л.Н. Толстого, А.П Чехова, Н.В. Гоголя, Т.Г. Шевченко, М. Коцюбинского и др. Были переведены на молдавский язык и произведения современной русской литературы: «Челкаш», «Песня о буревестнике», отрывки из романов «Жизнь Клима Самгина» и «Мать» М. Горького, «Главная улица» Д. Бедного, отрывок из романа «Бруски» Ф. Панферова, а также отдельные сочинения В. Маяковского, А. Серафимовича, А. Жарова А. Неверова и др. В свою очередь, молдавские авторы печатались на страницах русских и украинских журналов Так, некоторые произведения М. Канны, М. Андриеску, Д. Милева, Н. Кабака, Л. Корняну и других увидели свет в журналах «Металевi днi», «Гарт», «Червоний шлях», «Шквал», «Життя й революцiя», «Земля Советская», «Советская литература», «Октябрь», «Критика» и др. Переводческая деятельность способствовала идейно-художественному росту мастерства местных писателей. В становление литературы МАССР внесли свой вклад и революционные писатели, эмигрировавшие в 30-е годы из Венгрии и Румынии в СССР, - И. Василенко, М. Кахана, М Балух, П. Корнелиу и др.

К середине 30-х годов определились основные направления молдавской литературы. Она развивалась в тесной связи с социально-политической жизнью страны. Важнейшими литературными темами в годы первых пятилеток стали классовая борьба и социалистические преобразования в деревне, индустриальный труд, преобразующее воздействие социализма на природу и человека. В качестве примеров могут служить такие произведения, как поэма «Вперед, братья!» М. Андриеску, «Пионеры в цехе», «Свет и тени» Л. Корняну, «Первая борозда» «Ленин», «Всем сердцем» Н Кабака и др.

Если в начальный период развития молдавской советской литературы преобладала поэзия, то с середины 30-х годов доминирует проза - и в количественном, и в качественном отношении. Появляются первые романы - «Партия зовет» и «Клад» Н. Маркова - и первые пьесы: «Победа» С Лехтцира, «Два мира» Д. Милева, «Ште-фан Быткэ» Л. Барского, «Расчет» И. Василенко, «По ту сторону» М. Андриеску и др. Зарождается и детская молдавская литература. Первые стихи для детей печатались в газете «Плугарул Рошу», а с 1930 г. издается журнал «Скынтея ленинистэ» («Ленинская искра»), который сыграл большую роль в популяризации детской литературы.

Творчество многочисленных молдавских литераторов 20-30-х годов, работавших в обстановке искусственного ускорения литературного процесса, направлявшегося и поддерживавшегося сверху, не оказало заметного влияния на дальнейшее развитие молдавской советской литературы, замкнувшись в рамках своего исторического периода. Немаловажную роль в этом сыграли и репрессии 1937-1938 гг., которым подверглись многие писатели республики. Произведениям того периода были присущи такие особенности, как недооценка литературного наследия, ошибки вульгарно-социологического толка, очевидная слабость художественной формы, поверхностное или схематично-однолинейное понимание творческих задач. В целом же литература формировалась в русле социалистического реализма с четко выраженной пролетарской классовой направленностью, воспевая романтику социалистического созидания и красоту человека освобожденного труда.

Живопись в МАССР в 20-е годы развивается слабо. Однако несколько живущих в Тирасполе профессиональных художников работали активно, главным образом в плакатно-агитационном стиле с преобладанием революционной символики. Ту же направленность носили первые иллюстрации. Созданное в Балте книжное издательство привлекало для работы тираспольских художников А. Фойницкого, М. Гольдмана, Л. Берняна и др. Первые буквари для взрослых, брошюры о Ленине, рассказы местных писателей были еще несовершенны по издательскому оформлению и полиграфическому качеству. Иллюстрации книг нередко страдали слабостью рисунка, но в них чувствовалось стремление авторов удовлетворить запросы времени. Определенное влияние на манеру выполнения этих иллюстраций оказали плакаты русских советских художников, с характерной для них условной символикой, соединением реалистических фигур с эмблемами и др.

В 20-30-е годы развитие изобразительного искусства в МАССР связано, прежде всего, с именем А.Ф. Фойницкого (1886-1973) - профессионального художника, жившего и творившего в Тирасполе с 1913 г. до конца своих дней. Первоначально мастер работал почти исключительно в графике, выполняя ряд станковых работ, посвященных жизни Тирасполя. Впоследствии он выступает в качестве своеобразного художника-очеркиста, оперативно откликавшегося своим творчеством на многие происходившие в республике события, стремившегося с документальной точностью воспроизвести реальность. Произведения А. Фойницкого неоднократно экспонировались на выставках.

Значительный вклад в развитие изобразительного искусства в МАССР внес Е.Н. Мерега (1910-1979). Приехав в Тирасполь по окончании Харьковского полиграфического института, он посвящает свое творчество плакату и книжной иллюстрации. Среди лучших его работ середины 30-х годов - иллюстрации к роману Жорж Санд «Малая Фадетта», сборнику стихотворений М.Ю. Лермонтова, книге для детей «Три козленка», привлекающие своеобразным живописно-пластическим истолкованием литературы.

Характерным для МАССР в 30-е годы был широкий размах работы самодеятельных художественных коллективов. На заводах, в учебных заведениях и даже в колхозах функционировали студии и кружки изобразительного искусства. Самодеятельные художники демонстрировали свои произведения на специальных выставках, а также во Дворцах культуры и клубах. Одним из лучших был кружок Тираспольского Дворца пионеров, которым руководил А.Ф. Фойницкий. Отсюда вышли талантливые художники Л. Григорашенко, Г. Зыков, В. Коваль, архитекторы В. Ткаченко, Я. Румянцев и др.

Большое значение для становления изобразительного искусства в МАССР имело содействие русских и украинских мастеров. В 1926 г. в республике побывал член Ассоциации художников революционной России (АХРР), известный советский искусствовед и живописец А. Тихомиров. Он посетил мастерские художников, которым дал ряд профессиональных советов; прочел несколько лекций. Творческие организации России и Украины и в 30-е годы постоянно поддерживали изобразительное искусство МАССР, куда в 1935 г. были направлены выпускники Всесоюзного художественно-технического института А. Игумнов и В. Смирнов. По завершении полугодовой творческой командировки собранные ими материалы и оконченные работы обсуждались художественной общественностью Тирасполя. В 1936 г. в республике работала большая группа украинских мастеров живописи во главе с А.А. Шовкуненко. Созданные ими произведения экспонировались в Тирасполе, а затем в Киеве на выставке «Этюды Украины и Молдавии». В свою очередь местные художники выезжали в Москву, Ленинград, Киев, где знакомились с музеями, посещали творческие мастерские.

После принятия соответствующего постановления ЦК ВКП(б) в 1932 г. создается Союз Советских художников УССР, в рамках которого было образовано отделение художников МАССР. В 1936 г. учреждается Союз советских художников МАССР. Государство содействовало развитию изобразительного искусства в республике, подтверждением чего стало открытие в 1938 г. в Тирасполе художественного музея, которому были переданы ценные экспонаты художественными фондами России и Украины. В музее не только организовывались выставки, лекции, но и работала изостудия.

О демократическом характере искусства в МАССР свидетельствовало и развитие театра. Наиболее талантливые представители народной самодеятельности стали первыми профессиональными актерами. Уже во второй половине 20-х годов в республике насчитывалось более 200 кружков художественной самодеятельности. Народные ансамбли и самодеятельные коллективы явились первым этапом в формировании профессионального театра. В 1928 г. под руководством Научного комитета МАССР из участников самодеятельности в Балте создается Молдавская драматическая труппа, которая переводится позже в Тирасполь. Первоначально ее репертуар включал в основном народные песни и танцы, поскольку большинство зрителей еще не были подготовлены к восприятию сложных форм профессионального искусства.

В 1930 г. театральная труппа была преобразована в драматическую студию, которая осуществляла двухгодичное обучение актеров. Студией руководил известный деятель русского театра А.И. Адашев, выступавший в свое время на сцене МХАТа. В 1931 г. в Тирасполе открылся Украинский театр под руководством украинского актера и режиссера А.П. Гайдабуры.

Важным этапом в развитии театрального искусства МАССР стала организация при Одесском музыкально-драматическом театре им. Бетховена специальной студии для обучения молдавских актеров, возглавляемой Д.Т. Бондаренко. В 1933 г. в Тирасполе был открыт Молдавский драматический театр. Спектаклем «Ненависть» по пьесе Пяльцева в 1934 г. начал свою деятельность Русский драматический театр.

В первой половине 30-х годов театральные коллективы при участии обучавшихся в Одессе актеров дали большое количество представлений в городах и селах республики, впервые знакомя широкие массы зрителей с пьесами советских драматургов. Корнейчука, Б. Ромашова, В. Киртока, классическими произведениями Ж.Б. Мольера, Ф. Шиллера, А. Островского, М. Горького и других, а также с первыми работами местных авторов - С. Лехтцира, Д. Милева, Ф. Малая.

В 1936 г. молдавский театр переезжает в новое здание, специально построенное и оборудованное с учетом последних достижений техники. В 1939 г. театр из драматического преобразован в музыкально-драматический. Еще в первой половине 30-х годов интересные сценические образы были созданы В. Герлаком, Т. Грузином,. Дикусаром, А. Нагицем. Позднее труппу пополнили талантливые актеры, подготовленные студией Одесского театрального училища: К. Штырбу, М. Апостолов, Е. Казимирова, К. Константинов, Д. Дариенко и др. Своеобразие этого театра заключалось в искусстве органично включать в ткань спектакля народную песню, веселый танец, делавшие язык театра особенно близким зрителю, что отражало демократическую ориентацию труппы на самые широкие слои населения.

Музыкальное искусство в первые годы существования МАССР также было представлено главным образом самодеятельными коллективами, отдельные из которых достигли определенного профессионального уровня, например хор и оркестр Балтского педагогического техникума под руководством Н. Ненева. В 1928 г. в Балте создается также музыкальная капелла (малый симфонический оркестр), в репертуар которой включались народные песни и танцы в обработке его руководителя и дирижера М. Кафтанати. Неуклонное развитие художественной самодеятельности на основе традиций музыкального фольклора дало возможность основать в 1930 г. в Тирасполе профессиональную хоровую капеллу «Дойна». Художественным руководителем этого коллектива был назначен известный деятель музыкальной культуры Украины профессор К. Пигров. Пройдя школу хорового пения при Одесской консерватории, хоровая капелла «Дойна» уже в середине 30-х годов гастролирует не только в республике, но и за ее пределами. В 1932 и 1936 гг. коллектив успешно выступает в Москве.

В 1930 г. на базе балтской музыкальной капеллы в Тирасполе создается профессиональный симфонический оркестр, который возглавил П. Бачинин. Под руководством дирижера А. Климова в 1933 г. начала работать студия по подготовке музыкантов для оркестра. К середине 30-х годов симфонический оркестр под управлением Б. Милютина, подготовив разнообразный репертуар, включавший произведения классиков, советских композиторов, национальной музыки, стал активным пропагандистом музыкальной культуры среди всех слоев населения.

При содействии музыкальной общественности Москвы и Киева в 1937 г. открывается отделение Союза композиторов УССР. В его состав входили П. Бачинин, Д. Гершфельд, Л. Гуров, В. Поляков и др. Наиболее известными произведениями этих лет стали «Дойна» для хора и фортепиано Л. Гурова, танцевальная сюита «Праздник урожая» Д. Гершфельда, кантата «Молдова» Н. Вилинского. Большой вклад в развитие профессиональной музыки МАССР внес В. Поляков, создавший первый молдавский балет «Иляна» (1938 г.), а также симфоническую поэму «Молдавия», «Молдавскую рапсодию для скрипки с оркестром» и др. Использование композиторами в своем творчестве фольклорных тем и сюжетов содействовало приобщению широких народных масс к серьезной музыке.

Тирасполь в 30-е годы стал крупным культурным центром, средоточием лучших творческих сил Приднестровья. Однако искусственное образование в 1940 г. Молдавской ССР привело к значительным изменениям в его государственности, экономике и культуре. В новую столицу переместились государственные и общественно-политические руководящие органы. В процессе становления социалистической культуры на правом берегу Приднестровье понесло большие потери во имя развития всей республики. В Кишинев переехали два из трех тираспольских театров - молдавский музыкально-драматический и русский драматический, а также хоровая капелла «Дойна», симфонический оркестр, танцевальный ансамбль, бригада камерной музыки, республиканская библиотека и художественный музей. Это соответственно повлекло за собой миграцию населения: руководящих работников, специалистов народного хозяйства, депутатов высших и местных органов власти, деятелей культуры и искусства.

В результате Тирасполь, по-прежнему оставаясь крупным промышленным городом, утрачивает значение административного и культурного центра, а Приднестровье становится периферией МССР.


Архитектура

образование население архитектура приднестровье

В 1929 г. столица Молдавской АССР из г. Балты была переведена в г. Тирасполь. С изменением статуса города началась его реконструкция. Появляется первая в республике строительная организация - Молдстрой, - которой предстояло возводить фабрики, заводы, жилье и объекты культурно-бытового назначения.

Первые шаги делает и архитектура: в 1930 г. создается Молдавское архитектурно-планировочное управление (МолдАПУ). Именно здесь под руководством архитектора Д. Пилипенко и исполняющего обязанности главного инженера И. Корнет была начата сложная и ответственная работа по проектированию генерального плана столицы. Велась она при участии АПУ г. Киева - мастерской, возглавляемой профессором П. Хаустовым. Значение профессиональной помощи украинских архитекторов в те нелегкие для всей страны годы переоценить трудно.

Генеральным планом г. Тирасполя, утвержденным совнаркомом МАССР в 1937 г., предусматривались мероприятия по его коренной реконструкции и перспективному развитию со значительным расширением будущих границ городской застройки. На основании детального изучения специфики исторически сложившегося пространственного развития города, своеобразия климата и рельефа определялась целесообразность размещения в нем административно-культурного центра, селитебной зоны, объектов промышленности и зеленых массивов. Задача усложнялась тем, что именно по р. Днестр, на левом берегу которой расположен Тирасполь, проходила демаркационная линия, разделявшая советскую и румынскую территории. Особенности пограничной полосы нашли отражение в разрабатываемом проекте. Это предопределило размещение зон отдыха и спортивных сооружений в пределах центральной части столицы.

Улучшению микроклимата в городе должна была способствовать комплексная система озеленения, состоящая из большого лесопарка с северной стороны Тирасполя, зеленого массива в районе Лиманной балки, парковой зоны отдыха за Суклейским шоссе, а также парков и скверов в центре Тирасполя и в промышленной зоне вдоль железнодорожного полотна. В перспективе планировалось перемещение городской зоны отдыха на берег Днестра, его зеленое террасирование и благоустройство набережной.

Административно-правительственный комплекс и культурный центр столицы МАССР располагались по проекту на главной магистрали города - ул. 25 Октября. Намечалось создание площадей, их благоустройство и озеленение. Формированию городского центра также должны были способствовать жилые дома высотой не менее чем в три этажа, масштабно отделяя его от остальной застройки Тирасполя, которая предполагалась двухэтажной.

В пригородной зоне планировалось размещение лечебного городка, дома отдыха, детского санатория, пионерских лагерей, в пределах города - учреждений здравоохранения (больницы, поликлиники, станции «Скорой помощи», родильного дома), а также спортивного комплекса, в частности стадиона со зрительными трибунами.

Торговая зона с городским рынком сохранялась в существующем районе - центральной площади города, с последующим ее благоустройством и возведением крытого рынка. Так называемый «привоз» предполагалось перенести на окраину Тирасполя с целью упорядочения торговли товарами и сельхозпродуктами, завозимыми из других населенных мест. Кроме того, генеральным планом были определены территориальные границы существовавших в пределах городской застройки промышленных предприятий: решались вопросы устройства санитарно-защитных зон между промышленными объектами и жилыми домами. Часть мелких предприятий выносилась из жилых районов на отводимую под промышленную зону территорию вдоль северной стороны железной дороги. Здесь же намечалось строительство новых промышленных объектов на перспективу.

Так впервые генеральным планом г. Тирасполя была четко намечена его будущая структура.

Однако Тирасполь оказался единственным в республике городом, который в этот период застраивался по разработанному для него генеральному плану. Здесь уместно привести высказывание А. Кузя, который достаточно глубоко изучал тенденции становления и развития архитектуры в МАССР в 1920-30-е годы: «Что же касается вопросов планировки других населенных пунктов МАССР, невозможно дать исчерпывающий характер их градостроительных преобразований и проблем перспективной застройки, так как в 30-х годах вопросы системы расселения вообще и системы районной планировки в частности в данном регионе не решались. Поэтому подобные планировочные материалы не удалось обнаружить в госархивах, а личные беседы с архитекторами и строителями, работавшими в МолдАПУ… подтвердили отсутствие подобных разработок. Однако проведенные натурные обследования и опрос коренных жителей Балты, Котовска, Кодымы, Пещаны, Рыбницы, Дубоссар, Каменки, Григориополя и других районов МАССР (их было 11) позволяют сделать вывод о том, что весь ход архитектурно-строительных преобразований, как правило, проходил в пределах сложившейся планировочной структуры…»

Реконструкция и застройка этих городов, их благоустройство и озеленение в основном осуществлялась в пределах их центров. В рамках уже сложившейся планировочной схемы возводились административные и общественные здания, учреждения просвещения и здравоохранения, объекты культурно-бытового назначения, промышленные сооружения. Бессистемность этих градостроительных мероприятий не могла не иметь таких отрицательных последствий, как отсутствие четкого и продуманного зонирования городских территорий, ансамблевости и архитектурного единства улиц и площадей городов; несочетаемость уже существующих и вновь возводимых зданий и т.п. Обилие недочетов в этом отношении можно объяснить недостатком квалифицированных специалистов в МАССР в тот период. Не следует также забывать и о военно-политической обстановке в регионе, препятствовавшей активному городскому строительству в пограничной зоне.

Тем не менее, в 30-е годы в области культурного, жилищно-бытового и промышленного строительства в республике отмечались ощутимые успехи, которые наиболее значительными были в Тирасполе - административном, культурном и промышленном центре МАССР.

В 1936 г. завершается возведение ансамбля Театральной площади в столице. Активизирующим и наиболее интересным в архитектурном отношении является в композиции площади здание Государственного драматического театра им. А.М. Горького, выполненное по проекту архитектора Г. Готгельфа. Театр построен по оси центральной улицы города, своим фасадом замыкая ее и тем самым, определяя архитектурный облик целого района. Здание театра, благодаря строгим архитектурным членениям и относительно скупой декорировке, воспринимается в равной мере хорошо как с близких, так и с отдаленных точек обзора и до настоящего времени несет на себе функцию одного из главных градообразующих элементов в застройке города.

Не менее удачно были решены вопросы интерьеров театра с точки зрения технического оснащения зала и сцены, их акустических характеристик, а также архитектурно-художественного оформления внутреннего пространства. Следует отдать должное художнику В.М. Гершковичу, выполнившему на достаточно высоком профессиональном уровне росписи, украшавшие зрительный зал драматического театра.

В этот же период, в 1934 г., в Тирасполе вступает в строй другое зрелищное сооружение - Летний театр (арх. Д. Коваленко), который находился на месте нынешнего городского Дома культуры. Само здание театра, выполненное из дерева, не сохранилось, сгорев во время Великой Отечественной войны. Лишь фотодокументы, а также рассказы очевидцев позволяют создать определенное представление о его оригинальном архитектурном решении.

Многие театральные и другие художественные коллективы республики разворачивали свою работу в приспособленных и перестроенных помещениях. Для этих целей использовались крупные особняки, а также культовые сооружения. В 1937 г. в Молдавской АССР функционировало 205 сельских и районных клубов, принимали зрителей 13 городских и районных звуковых кинотеатров, тоже, как правило, размещенных в переоборудованных зданиях и помещениях.

Делались определенные шаги в области проектирования и строительства объектов спортивно-зрелищного характера. В большинстве случаев это были несложные в архитектурно-пространственном и художественном отношении комплексы, включавшие самые необходимые утилитарно-функциональные элементы - игровое поле с трибунами для зрителей, различные павильоны, беседки и т.п. Их архитектура отличалась крайней непритязательностью и аскетичностью. В качестве примеров можно назвать тираспольский стадион им. Косиора (арх. Д. Коваленко) и сданный в эксплуатацию к 1 мая 1935 г. стадион в Котовске с трибунами на 600 мест.

Особое место в осуществлении культурной революции в Молдавской АССР отводилось интенсивному расширению сети учебных заведений. Архитектура большинства школьных зданий, возводимых в Тирасполе и других населенных пунктах, характеризовалась лаконичностью и простотой планировочных решений, ясностью и компактностью объемно-пространственных композиций, скромностью пластической и декоративной обработки фасадов.

В связи со становлением системы высшего и среднего специального образования развернулось строительство профтехучилищ, техникумов, высших учебных заведений. Наиболее показательными являются здания Молдавского педагогического института (арх. М. Петров) и Высшей коммунистической сельскохозяйственной школы (арх. Д. Коваленко), строительство которых было завершено в середине 30-х годов и в значительной степени повлияло на формирование облика Театральной площади в Тирасполе (ныне это корпуса Приднестровского государственного университета им. Т.Г. Шевченко). Идентичные по своему архитектурно-планировочному и объемно-композиционному решению, они интересны также одинаковой архитектурно-художественной пластикой и тождественным членением фасадов. Такая трактовка внешнего облика этих зданий во многом объясняется их совершенно симметричным расположением по обеим сторонам площади, а также наметившейся в начале 30-х годов тенденцией к использованию классического наследия в градостроительных и архитектурных приемах всего советского зодчества. Авторам удалось создать органичную объемно-пространственную композицию, сформировавшую вместе со зданием драматического театра им. А.М. Горького впечатляющий архитектурный ансамбль, с достаточной полнотой отражающий манеру довольно умеренного и тактичного использования классических форм и декора в молдавской архитектуре того периода.

Знаменательным событием в культурной жизни Молдавской АССР явилось открытие в 1932 г. в Тирасполе нового вуза - сельскохозяйственного института, ставшего центром формировавшегося в восточной части города агрогородка. Здесь возводились общежития для студентов, жилые дома для преподавателей и работников института и другие постройки. К сожалению, комплекс агрогородка, за исключением небольшого здания опытной станции, был полностью разрушен во время войны. Эта участь, как известно, постигла многие архитектурные объекты предвоенных лет.

Не уцелело и одно из самых крупных общественных зданий периода второй пятилетки - железнодорожный вокзал в Тирасполе, возведенный в 1935 г. Это сооружение было запроектировано архитектором Б. Тандариным и, как можно предположить, служило одним из главных градостроительных акцентов, придававших всей городской застройке этого района конкретную масштабность и характеристику.

Преобладающими в строительстве городов Молдавской АССР в период 1930-х годов стали также административно-правительственные здания, возведение которых в ряде случаев было прервано войной. Настоятельная необходимость в них, их типологичность диктовались новым социальным строем. Это здания ЦИК МАССР (1931 г., арх. Г. Балан), госбанка (арх. Н. Гулавский), административно-жилого дома управления Суклейского орошаемого массива (арх. М. Петров), милиции (1934 г., арх. М. Петров) в Тирасполе. Их архитектура была предельно скромна и отличалась некоторой аскетичностью, продиктованной, в первую очередь, функционально-утилитарной целесообразностью этих сооружений. Главенствующим было здесь лишь деловое начало, отразившееся в выбранных планировочных схемах и художественно-пластической трактовке внешнего облика зданий.

В эти годы значительные бюджетные ассигнования направлялись и на создание в МАССР широкой сети учреждений здравоохранения, большинство из которых размещалось сначала в приспособленных для медицинских целей помещениях. Впоследствии, во второй половине 30-х годов, развернулось строительство лечебных городков, больниц, лечебниц, санаториев на основе индивидуальных проектов. Наиболее крупные из них - электросветоводолечебницы в Тирасполе и Балте, лечгородки в Тирасполе, Кодыме, Каменке, районная больница в Рыбнице.

Для лечебных сооружений, как правило, были характерны симметричная композиционная схема планов и объемно-пространственных решений, умеренность и простота пластической обработки фасадов. Последнее компенсировалось благоустройством и озеленением территорий медицинских учреждений.

Серьезные градостроительные мероприятия в МАССР на протяжении предвоенного десятилетия были направлены также на изменение жилищно-бытовых условий рабочих и служащих. Постепенно стали исчезать бараки, на смену которым проектировались и строились благоустроенные жилые дома. Этому способствовали становление и успешное развитие строительной отрасли народного хозяйства МАССР, пополняемой необходимым контингентом профессиональных кадров, и постоянная помощь со стороны общесоюзного и украинского правительств. О темпах жилищного строительства в городах республики наглядно свидетельствуют следующие статистические данные: если в течение первого десятилетия существования МАССР жилплощадь увеличилась на 52 тыс. кв. м, то за время второй пятилетки - уже на 74,7 тыс. кв. м.

Интенсивное проектирование и строительство жилья в городах Приднестровья в силу определенных объективных обстоятельств началось несколько позже, чем в других республиках. В этой связи архитектуру Молдавской АССР практически не затронули горячие дискуссии по поводу типа и направленности развития социалистического жилища, миновал этап экспериментального проектирования и строительства, продиктованный программой создания нового в социальном отношении типа жилья, что было характерным явлением для многих городов Страны Советов в 20-е годы.

К моменту, когда в МАССР была, наконец создана материально-техническая база для реального решения задач жилищного строительства, в целом по стране отношение к проблеме социалистического типа жилого дома уже в основном определилось благодаря практическому опыту многих регионов. Этот опыт советской архитектуры стал достоянием зодчих МАССР, приступивших в начале 30-х годов к проектированию и строительству жилья.

Крайне малочисленным коллективом архитекторов, насчитывавшим тогда всего несколько человек, была проделана поистине огромная и героическая работа, позволившая осуществить переустройство жизни и быта трудящихся в городах республики. К сожалению, война не пощадила этот важный в военно-стратегическом отношении край, но и те единичные жилые постройки, которые чудом сохранились, в какой-то мере позволяют судить о характере и направленности городской жилищной архитектуры Молдавской АССР в предвоенные годы. Им свойственна компактность плановых построений, секционная структура, предусматривающая минимально необходимый набор квартир, а также сравнительно небольшие высотные габариты, что придавало жилым домам масштабную пропорциональность и гармоничность в городе с исторически сложившейся малоэтажной застройкой. Внешний облик этих зданий отличается определенным разнообразием и, вместе с тем, некоторой общностью архитектурных решений.

В ходе решения жилищной проблемы строились общежития, располагавшиеся недалеко от промышленных объектов и предназначенные для проживания в них рабочих и служащих данных предприятий. Следует отметить, что сам факт их проектирования и возведения свидетельствовал о появлении нового типа жилья, вызванного к жизни новым социальным строем.

Что же касается промышленных объектов, выстроенных и отреконструированных в 30-е годы, то здесь, прежде всего, превалировали задачи количественного, технологического, утилитарно-индустриального и отраслевого характера. Наряду с этим очевидны поиски рациональных функционально-планировочных и конструктивных решений, а в отдельных случаях - попытки архитектурно оформить и придать выразительность промышленным сооружениям, что способствовало зарождению промышленной и агропромышленной архитектуры в Молдавской АССР. Наглядным примером тому могут служить здания типографии Госиздата Молдавии (1935 г.), ТЭЦ (1935-1937 гг.), элеватора в Тирасполе (1932 г.) и др.

Сегодня можно с достаточной полнотой восстановить картину градостроительных преобразований МАССР. Именно архитектуре принадлежит роль самого доподлинного лица истории, которое менее всего подвержено искажениям и переосмыслению.

Уцелевшие и восстановленные после войны постройки тех лет и сейчас формируют облик Тирасполя и других населенных пунктов бывшей МАССР, являясь самой наглядной школой архитектурного мастерства для зодчих Приднестровья современного и последующих поколений.

Заключение


Таким образом, осуществленная в 20-30-е годы в МАССР, как и во всей стране, культурная революция послужила фундаментом становления советской культуры, определив ее дальнейшее развитие вплоть до конца 80-х годов. Именно тогда в области духовной культуры были заложены основы, которые повлекли за собой в дальнейшем как положительные, так и отрицательные последствия, сыгравшие определяющую роль в жизнеспособности самого советского строя. Достижение всеобщей грамотности, общедоступность всех сфер и ступеней образования для трудящихся независимо от национальности и социального положения, возможность всестороннего развития талантов и способностей каждого индивидуума и воплощения их в художественном творчестве - это исторические достижения культурной революции, в результате которой все члены общества были уравнены в пользовании социальными благами социализма в области духовного, нравственного, культурного развития. В 20-30-е годы всей системой культуры в стране вырабатывалось единое моральное и идейное состояние общества. Осуществленный советским народом за два предвоенных десятилетия социально-экономический, духовно-культурный и научно-технический рывок определил его великую победу над фашизмом в 1945 г.

Однако в эти же годы в политике партии и Советского государства, в идеологической и воспитательной работе допускались тактические, стратегические, идейно-теоретические роковые ошибки, которые в совокупности с другими факторами привели к взрыву советского общества изнутри в конце 80-х годов. К их числу следует отнести блестяще разработанную и практически осуществлявшуюся еще с 30-х годов национально-кадровую политику, вылившуюся в практику «коренизации» аппарата во всех сферах социальной жизни, когда компетентность и профессионализм подменялись приоритетом национальности, исключая русскую (даже в союзных органах); а также теорию и практику «выравнивания культурного и экономического уровня национальных окраин» за счет использования экономического и профессионально-кадрового потенциала России. Именно эти идейно-теоретические постулаты определили тот факт, что культурная революция и дальнейшее культурное строительство в МАССР, при соблюдении в целом принципа многонациональности, в главном своем направлении осуществлялись с ориентацией на первоочередное и преимущественное развитие культуры молдавского населения, получившего уже с середины 20-х годов статус привилегированного в отношении получения среднего специального и высшего образования, в кадровом вопросе, в области профессионального художественного творчества. Общеобразовательная школа, политпросвет, художественное творчество в МАССР развивались за счет быстрого роста численности молдавских учреждений культуры, образования, искусства. Так, к 1940 г. общее количество учителей в республике увеличилось в 7 раз, учителей-молдаван - в 118 раз; общая численность школ выросла немногим более чем в 2 раза, а молдавских - более чем в 13,5 раз. С 1925 по 1940 г. число наименований книг, издававшихся на молдавском языке, возросло более чем в 7 раз, а их тираж - в 79 раз.

К роковым идейно-теоретическим ошибкам партии и Советского государства относятся утвердившиеся в стране идеологический монополизм, ликвидация инакомыслия, приравнивание его к идеологической диверсии, государственному преступлению, что привело к рафинированному формализму, начетничеству, воцарившимся в духовной сфере уже к середине 30-х годов.

Ярко выраженный в партийной пропаганде уклон в нивелирование особенностей отдельной личности, забвение ее интересов и подчинение их интересам и потребностям всего государства - своеобразная длительная «патриотическая взвешенность» - в иных исторических условиях, когда стала очевидной двойственная мораль этого явления, дали обратный, отрицательный эффект, разрушив патриотические, коллективистские начала в обществе. Наконец, именно в 30-е годы коммунистическая пропаганда и практика партийного руководства породили культовую идеологию вождизма - слепого преклонения перед высокими партийными авторитетами, что начисто парализовало волю и общественную инициативу рядовых трудящихся.

Директивность, схематизм, вульгарное толкование марксизма, особенно бурно расцветшие с выходом «Краткого курса истории ВКП(б)»; назойливость, принуждение, силовые методы пропаганды марксистско-ленинского учения, коммунистической идеологии, насильственное вдалбливание их через разветвленную сеть политпросвета, пронизавшую все учреждения, предприятия снизу доверху; изгнание религиозных верований, связанных с привычными бытовыми устоями жизни, общественного уклада, различными у разных народов; игнорирование национально-духовных традиций - все это подтачивало единство огромной многонациональной страны.

Литература


1. Боханов А.Н., Горинов М.М. и др. История России ХХ век. - М.: Издательство АСТ, 1996.

. Голубков М.М. Утраченные альтернативы. Формирование монистической концепции советской литературы в 20 - 30-е годы. М.: Правда, 1992.

. Полевой В.М. Малая история искусств. Искусство ХХ века. 1901 - 1945. М.: Искусство, 1991.

. Репрессированная наука / Под ред. М.Г. Ярошевского. Л., 1991.

. Хрестоматия по истории СССР. 1917 - 1945 гг. Учебное пособие для педагогических институтов - М.: Просвещение, 1991.

. Культурная революция и духовный процесс. С.А. Красильников, Л.Ф. Масс, В.Л. Соскин. В сборнике Историки отвечают на вопросы. Москва - Московский рабочий - 1998 г.

. Культурология. Учебное пособие под редакцией М.А. Барт. Москва - МГУ -1996 г.

. Политическая система 20-30-х годов. Ю.С. Борисов, В.М. Курицын, Ю.С. Хван. В сборнике Историки отвечают на вопросы. Москва - Московский рабочий - 1999 г.

. Советская культура и российская действительность. В.А. Пономарев. Москва - Дрофа - 1997 г.

. Эти трудные 20-30 годы. Ю.С. Борисов. В сборнике Страницы истории советского общества. Москва - Издательство политической литературы - 1992 г.

. История России и её ближайших соседей. Том 5. Москва. 1997.

. Смирнов А.Н., Древние славяне. Москва, 1990.

. Рыбаков Б.А. «Мир истории». Москва, 1991.

. История России с древнейших времен до конца XX века. Москва, 1996.


Теги: Культура Приднестровья в межвоенный период  Диплом  История
Просмотров: 14978
Найти в Wikkipedia статьи с фразой: Культура Приднестровья в межвоенный период
Назад