"Путешествие в землю Офирскую господина С., шведского дворянина" как памятник российской политической и социальной мысли в конце XVIII века

Введение


Эпоха Екатерина Великой знаменуется расцветом политической и социальной мысли. Возникают течения, которые определят в дальнейшем развитие всей российской политической и социальной мысли, отношение к истории государства и перспективам его развития. Часть мыслителей отдавала главенствующую роль монархам, как творцам истории, другие считали движущей силой народ, третьи выдвигали вперед церковь. Однако среди этого разнообразия и по сегодняшний день остается практически неизученной личность удивительного публициста и историка князя Михаила Михайловича Щербатова, который создал свою собственную, удивительную и оригинальную теорию, не лишенную доказательной базы, однако так и не получившую последователей. В отличие от большинства историков той эпохи, Щербатов считал ключевой фигурой не монарха, не народ и не церковь. Он выдвинул на передний план ранее не удостоенную внимания могучую силу, во многом в действительности влиявшую на ход событий, - аристократию. Эта идея раскрывалась и пропагандировалась во всех его произведениях, как посвященных истории России, так политико-правовым аспектам. Именно аристократия, по мнению Щербатова, и определяла курс дальнейшего развития страны, ее пути и приоритеты.

Безусловно, что рассмотрение такой немаловажной темы, как история политической и социальной мысли конца XVIII невозможно без тщательного обзора идей М. Щербатова, в частности влияния его утопии «Путешествие в землю Офирскую…» на общественную мысль. Данное произведение выбрано нами не случайно. К сожалению, в отечественной, да и зарубежной историографии оно было освещено в недостаточной мере, и в большинстве случаев упоминается лишь попутно, а не фигурирует в качестве главного источника. Данное произведение затрагивали в своих трудах Замалеев А.Ф., Шестаков В.П., Чечулин Н.Д., Семеновский В.И., однако оно проходило в их трудах либо как сопроводительный материал, имеющий близкое отношение к главному объекту исследования, либо как наглядная демонстрация дворянского консерватизма. В качестве просветителя-новатора, каким мы будем рассматривать Щербатова, его еще не упоминали в научных работах. Данное произведение выбрано нами не случайно. Именно в «Путешествии в землю Офирскую…» была отражена большая часть политических и социальных идеалов Щербатова, как представителя элиты конца XVIII века. Именно эти идеалы и пыталась воплотить в эпоху великих дворцовых переворотов аристократия, именно они и стали основой мировоззрения всего дворянства, и «Путешествие в землю Офирскую…» стало не просто произведением в духе эпохи, оно стало зеркалом дворянства. Данное произведение позволяет нам более глубоко рассмотреть причины и первоисточники многих последующих событий российской истории, в нем можно увидеть новаторские идеи, воплощенные впоследствии в мировой практике. Рассмотрения данного источника как памятника российской социальной и политической мысли и является целью нашей работы. Для достижения заданной цели необходимо рассмотреть следующее: теорию Щербатова о главенствующей роли аристократии в истории России, ее отражение в «Путешествии в землю Офирскую…», реальное отражение изложенных в утопии идей в настроениях русской аристократии XVIII века. Эта утопия в свое время приобрела популярность среди передовой русской интеллигенции. Известно, что его роман с увлечением читали декабристы, в частности Пестель и Лунин.

Сам по себе жанр этого произведения является крайне интересным. Утопия к тому моменту в России активно развивается, отвечая потребности русской общественной мысли. И все же русская утопия знакома читателю меньше, нежели западноевропейская. Это объясняется двумя причинами: русская утопия не всегда выливалась в отдельное самостоятельное произведение, она нередко была растворена в литературных произведениях социального и фантастического плана, а так же то, что исследователи недостаточно внимания этой теме, представляя российскую утопию как жанр незначительный и носящий подражательный характер. Считалось, что утопии неравномерно распределились по эпохам и нациям. Больше всего их произвели французы, затем англичане, затем - немцы и итальянцы, а у славян можно отыскать только слабые зародыши их.

Положение аристократии в конце VIII века


Эпоха Екатерины считается «золотым веком дворянства». Законодательная практика правительства Екатерины II полностью подтверждает слова самой императрицы: «Намерены мы помещиков при их имениях и владениях ненарушимо сохранять». Исключительно в интересах дворянства императрица реально осуществила так называемое «генеральное межевание», укрепившее земледельческие права дворян. При этом она подарила дворянам огромный фонд государственных земель, самовольно захваченных помещиками в предшествующий период, в виде награды за быстрое и бесспорное («полюбовное») установление границ их владений. Смягчились наказания для дворян за истязания и убийства крепостных. Дворянство становиться сословием имеющим господство не только в своих поместьях, но и в общем управлении в качестве бюрократии. Именно при Екатерине выросло, по словам историков, два поколения не поротых дворян, осознающих с младых лет свое превосходство и особую роль в истории государства Российского. Однако одновременно мы можем наблюдать усиление фигуры «самовластного государя», заслоняющего своей фигурой элиту дворянства. Данные «Жалованной грамотой» права расширяли права и привилегии аристократии, однако не решали главную для дворянства того периода проблему - постепенный, но неумолимый захват власти государем, при котором мнение ближайшего окружения уже не учитывается, что, несомненно, заметно пошатывало позиции дворян.

В течение всей российской истории до того периода рядом с государем мы можем наблюдать сильное в политическом смысле окружение. При князьях - дружина, впоследствии - бояре, дворяне. Однако с времен Петра I роль дворянства заметно уменьшается, и уменьшается не без помощи самих государей, стремящихся к единоличной власти, к абсолютному самодержавию. Это не могло не вызвать ответную реакцию у дворянства. Ярчайшим примером подобной реакции можно считать жизнь и творчество князя Михаила Михайловича Щербатова, в частности его утопию «Путешествие в землю Офирскую…».


Личность Щербатова


Биография князя

Не подлежит сомнению, что истоки теории Щербатова лежат в его происхождении. Потомку знатного рода, ведущего свое начало от Рюриковичей, князю Михаилу Михайловичу с детства привили осознание величия своего естественного положения аристократа. Домашнее образование также наложило свой отпечаток, хотя большинство историков признают, что для своего времени Щербатов получил достойное обраование, позднее ему пришлось значительно дополнять его самообразованием. Князь владел несколькими европейскими языками, был хорошо знаком с французской философией и литературой, обладал ораторским и политическим талантом. Женился Щербатов на своей дельней родственнице, княжне Наталье Ивановне Щербатовой, которая родила ему шестерых детей. Этот брак и более чем скромное материальное положение семьи Щербатовых усилили его недовольство существующим порядком в стране. По мнению князя, да и большинства представителей родовитого дворянства, их материальное положение должно было соответствовать высокому происхождению. Однако в действительности, имение Щербатовых не блистало роскошью и размерами. С 1750 г. Служил в лейб-гвардии Семеновского полка, но сейчас же после манифеста 18 февраля 1762 г. Вышел в отставку.

В 1767 г. участвовал в комиссии для составления нового уложения в качестве депутата от ярославского дворянства, специально для комиссии он составил проект наказа ярославского дворянства и написал замечания на Большой Наказ Екатерины II. Уже тогда он рьяно отстаивал интересы дворянства и всеми силами боролся с либерально настроенным меньшинством. Карьера при дворе императрицы не сложилась в частности из-за высокой конкуренции с новым служилым дворянством и фаворитами, что впоследствии и отразилось в «Путешествии…», где переход в более высокие сословия невозможен. Как на историка, на него, по словам самого Щербатова, оказал огромное влияние Миллер. В 1767 г. Щербатов был представлен Екатерине II, и она открыла ему доступ в патриаршую и типографическую библиотеки, где были собраны списки летописей, присланные по указу Петра I из разных монастырей. В это самое время Михаил Михайлович и начинает писать свою «Историю российскую». У современников история Щербатова не пользовалась успехом: ее считали неинтересной и неверной, а самого Щербатова - лишенным исторического дарования (по словам императрицы Екатерины II); но это было не верно, и Карамзин нашел для себя у Щербатова довольно обильную пищу для размышлений. Его политические и социальные взгляды далеко ушли от той эпохи. В 1778 г. Становиться президентом Камер-коллегии, а с 1779 г. - сенатором, однако материальной выгоды от этого не получает.

Из его многочисленных статей - "Разговор о бессмертии души", "Рассмотрение о жизни человеческой", "О выгодах недостатка", «Размышление о законодательстве вообще» - особый интерес представляет его утопия - "Путешествие в землю Офирскую г. С., шведского дворянина", написанная в 1784 году. Не смотря на многочисленные нападки на Екатерину в своих статьях, сам Щербатов проникся, однако, рационализмом, что видно из его мнения, о том, что можно в очень короткий срок пересоздать государство и что установить на целые тысячелетия незыблемый порядок, в котором нужны будут только некоторые поправки.


Отношение к личности Щербатова исследователей


Для большинства исследователей будущего Щербатов - ярый приверженец допетровских времен с их простотой обычаев и отсутствием роскоши и богатства - «Щербатов, отворачиваясь от распутного двора сего времени, смотрит в ту дверь, в которую взошел Петр I, и за нею видит чинную, чванную Русь московскую, - скучный и полудикий быт наших предков кажется недовольному старику каким-то утраченным идеалом». Однако некоторые исследователи, например Замалеев, что князь в своем произведении, отвергая петровские преобразования, отнюдь не идеализировал «старину», его утопия несла в себе все черты феодально-полицейского государства, предвосхищая в этом отношении мрачные реалии «казарменного» социализма. . Однако мы полагаем, что в идеалах Щербатова, подобно Дж. Локку и многим другим западноевропейским мыслителям XVII - XVIII веков, лежит принцип происхождения собственности, а затем и «потомственного благородства» от личных качеств человека. Впоследствии именно благодаря таким качествам, как ум, доблесть, добродетель, сила, трудолюбие, некоторые люди заслужили любовь и уважение окружающих в результате они были «почтенны» и избраны в начальники, а их дети получили хорошее воспитание и образование и с детства приучались «владычествовать и управлять равными себе». Таким образом, идеалы Щербатова были не ностальгией по старине, а вполне новаторскими размышлениями в духе теории «общественного договора». Подтверждением этого могут служить слова самого Щербатова: «Нам ничего не оставалось более, как благоразумно последовать стезям прежде просвещенных народов».


Композиция «Путешествия…»


Название страны само по себе не было придумано князем, а заимствованно из Библии. Названия областей и городов, так же, казалось бы, выглядящими экзотикой, на самом деле представляют собой переиначенные названия известных русских городов и губерний: в столице Офирской земли Квамо легко угадывается Москва, Олботской земле - Тобольская губерния, Агиара - Архангельская, и т.д. Такой ход со троны Щербатова вполне понятен. Екатерина, не смотря на все свое расположение к дворянам, не позволила бы кому бы то ни было критиковать в открытую существующий строй Российской империи безнаказанно. Посему все произведения той эпохи, несущие в себе хоть каплю критики, маскировались под сны главных героев, фантастические рассказы, путешествия в различные несуществующие земли.

По композиции повествования, герой попадает в Офирскую землю случайно, потерпев кораблекрушение. Тем самым, автор, используя литературный прием, не дает нам четкого описания дороги в идеальное государство, приравнивая его фантазии, миражу. Таким образом, Офира воспринимается читателем с одной стороны - как реальное государство, с другой - как фантазии, которые следует подвергнуть осмыслению и сравнить с ныне существующим положением дел во всех известных странах, а в первую очередь, в России. Далее мы видим, как провожатый показывает страну путешественникам, обьясняя все в самых простых словах. Благодаря этой идее «нечаянного путешествия», автор может детально описать быт, внутренне устройство страны, не находя для этого никаких предлогов и не отводя тему разговора от своих политических идеалов на мелочные причинно-следственные оправдания.

Герой, по мере своего продвижения по Офире, знакомится с людьми, занимающими, все более и более высокое социальное положение. Таким образом, Щербатов показывает нам страну как бы «снизу-вверх», от простых рядовых жителей, до верхушки знати.

Все литературные приемы и особенности композиции произведения нацелены лишь на одно - продемонстрировать читателю в простой и удобочитаемой форме каждую мелочь устройства идеального государства, не отвлекаясь на ненужные и громоздкие пояснения, оправдания. Сюжетная линия проста и не отвлекает читающего от размышлений.

Социальные идеалы в произведении

Вопрос социального устройства идеального государства - один из ключевых моментов утопии Щербатова. Социальная иерархия вытроена в соответствии, по мнению автора, с естественным природным положением каждого слоя населения. В схемах своих рассуждений он исходил из предполагаемого, догосударственном, естественном состоянии равенства всех людей от природы: все произошли «от единого нашего праотца Адама и потом от Ноя…и потому все суть братья и все равно благородны». Но это равенство постепенно разрушалось по причине различиях в силах и способностях людей, ибо, наделяя людей различными дарованиями и умом, природа сама предусмотрела возможность неравенства. Анализ исторического опыта человечества приводит Щербатова к мысли о том, что «равенство состояний было возможно только в диком образе». Постепенно оно стало разрушаться, и не только благодаря различиям в способностях, но даже и в связи с возрастным состоянием, ибо природой самой задумана существенная разница в жизни разновозрастных групп. Возникшее неравенство вполне закономерно стало закрепляться в потомствах. Как бы оправдывая подобное мнение, Щербатов утверждает: «Ибо не может монарх править без вельмож, вельможи не могут без народа, а народ не может без начальников сам себя управлять».

Население Офирской земли разделено на замкнутые сословия. Щербатов полагал, что «смешение состояний» приводит к «умствованию равенства, до крайности доведенного», и в конечном итоге, к гибели государства. Каждому сословию следует определить его правовой и социальный статус, а так же подобающий ему круг занятий. «Сельская жизнь, воздержанность, трудолюбие» - такова триединая формула щербатовского понимания народного блага.

На вершине этой иерархической пирамиды стоят дворяне-аристократы, царь среди них лишь первый среди равных. За дворянами остается привилегированное право занимать руководящие посты в стране, в армии, обладать законодательной властью. Дворянство одно обладает правом владеть населенными землями. Щербатов понимал, что господство дворян основано на этом праве, и не допускал возможности его нарушения или отмены какой-либо из других дворянских привилегий: «Сохрани меня Боже и подумать, - восклицал он на одном из заседаний Уложенной комиссии, - чтобы в такое время, когда милость и правосудие царствуют на престоле, дворянство, вместо приобретения каких-либо прав, могло что-либо из оных утратить!». Вступление в высшее сословие запрещено. Пожалование купцам дворянского звания, как было возможно во времена Екатерины, он считал недопустимым: «Дед воровал, сын грабил, внук разбойничал, достоин ли он потомственного награждения?». Только дворяне могли владеть фабриками, перерабатывающими сельскохозяйственное сырье. Также привилегией этого слоя остается «Вышнее просвещение». Они, наравне с правителем, состоя в «вышнем правительстве» и «совете вельмож», управляют страной. Причем последнее могут, отнюдь не все представители дворянских родов, а лишь отпрыски родов, принадлежащих к высшему дворянству. Монарх постоянно находится под их бдительным присмотром. В высоком и неизменном положении дворянств в земле Офирской мы видим надежды Щербатова, как представителя знатного дворянства, на возвращение некоторых устоев старины, на возвращение старинного принципа власти государя как первого среди равных, а не самовластного правителя. Непереходимость представителя одного класса в другой обусловлена, на мой взгляд, личными обстоятельствами жизни князя, в частности его неудачами при дворе и неспособности выдержать конкуренцию более молодого и наглого непотомственного дворянства. Однако наравне с эмоциями присутствует и рациональное зерно. Щербатов не мог не понимать, что экономика страны слишком зависит от личных качеств тех, кто стоит во главе ведущих отраслей. В России таковым было сельское хозяйство. А так как, в связи с теорией благородного происхождения лучших, наиболее одаренными и талантливыми были дворяне их и необходимо поставить в наивыгоднейшее положение, дабы обеспечить процветание страны. Для этой же цели Щербатов вводит в Офирской земле обязательное высшее образование для дворянских детей. Ставить во главе людей необразованных или недостаточно созревших душей Щербатов считает неприемлемым, продолжая тем самым размышления Платона в его знаменитых диалогах «Государство» и «Законы».

За дворянами идут средние помещики и незначительное по численности купечество. На их долю выпадает торговля и промыслы. Все коммерческие сделки обязательно должны быть зарегистрированы, и поэтому начальное образование необходимо всем купцам. Однако торговля развита довольно-таки слабо, особенно внешняя, что объясняется политикой государства, о чем мы будем говорить далее. Помещики живут рядом со своими землями, не отлучаясь о них надолго. Тем самым князь рисует антипод современной ему России, где помещики могли унаследовать, распоряжаться землей и умереть, так ее и не увидев, не понимая какие нужны и притеснения испытывают крестьяне, а лишь требуя все большие и большие прибыли, что в свою очередь вызывает народные волнения. Отчасти именно в этом видел Щербатов причины повального разорения мелкопоместного дворянства, когда молодые наследники, вступив в право собственности, не знали, что им делать с полученным имением и спускали все деньги на ветер, обрекая себя на разорение. В Офирской же земле, владельцы неотступно следят за всем производством, лично ознакомлены с правилами и законами сельскохозяйственных работ, и, таким образом, всегда знают, когда можно пустить прибыль на свои расходы, а когда необходимо вложить ее в производство. Помещики, как социальная прослойка, у Щербатова не деспоты, угнетающие крестьянство и взимающие непомерную дань, а отцы народа простого. Они заботятся не только о своих нуждах, а более всего, о нуждах подопечных своих.

И наконец, самый низший класс - крестьяне. Они обрабатывают землю и несут на себе массу государственных податей, оставаясь большей частью в крепостной зависимости. Щербатов находит подобное их состояние вполне нормальным, и настойчиво выступает против каких бы то ни было освободительных тенденций, признавая достаточным присмотр за помещичьими имениями со стороны государства. Крестьяне имели право заниматься ремеслом и торговлей, однако только в зимнее, свободное от полевых работ, время и только с позволения помещика. Но нес отит считать Щербатова закостенелым приверженцем уж лавно отживших свое традиций. Он ничего не имеет против освобождения крестьян, утверждая: «Если бы дать свободу крестьянам в России, сие оживило бы их промысел, и, не прикрепленный к земле, не находящийся более в рабстве, каждый из них потщился достигнуть возможного благоденствия, а из сочетания частных благополучий проистечет и всеобщее блаженное состояние». Однако освобождение крестьян - дело будущее. Пока же эта акция преждевременна, потому что крестьяне еще не просвещенны и нравственно не подготовлены к свободной жизни. Демонстрируя в «Путешествии…» еще закрепощенных, но уже образованных крестьян, Щербатов не рисует перед читателем итог, а лишь подсказывает следующий шаг. Рассуждения Щербатова - предупреждающий глас потомкам, которому он и не внемли, за что и расплатились в революциях XX века. Для этого сословия обязательно лишь начальное образование. Поселянские дети от 5 до 12 лет ходят в училища, находящиеся при храмах, по три дня в неделю на целый день, но лишь в зимние месяцы. Такой распорядок обучения выбран Щербатовым не случайно. Дети - незаменимые помощники крестьян труде, именно на них сосредоточена та великая масса незамысловатых повседневных дел, на которых крепиться быт. И посещение ими учебного заведения и в летние месяцы тоже привело бы неизменно к одному из неподходящих Щербатову итогов - либо пострадает хозяйство, либо родители запретят своим чадам учиться. Именно так и произошло в России, когда детей буквально силой тащили в школу. В сфере образования князь значительно предвосхищает своих сородичей-современников.


Территориальные особенности Офирской земли

аристократия социальный идеал офирский

Прежде чем рассмотреть политическое устройство Офирской земли, необходимо обратить внимание на географический фактор, которому Щербатов выделил особое значение. Форму правления и законы он ставил в зависимость от климата страны, размера территории, ее рельефа, плодородия почв и численности народонаселения. Автор разметил страну в Антарктиде не случайно. Окружение вечных льдов и непроходимость морских путей, обеспечивали стране, с литературной точки зрения, относительную достоверность, а с политической - минимальное внешнее влияние, позволяющее сохранять неизменный порядок. В этом Щербатов опять походит на Платона, считающего, что внешнеполитические отношения должны быть минимальны, дабы не пришло инакомыслие со стороны народов менее просвещенных.

Неприязненное отношение Щербатова к политике градостроения, проводившейся Екатериной II, также нашло свое отражение в утопии. Губернатор Перегаба, второй столицы Офирского государства, в беседе с путешественником, от лица которого ведется повествование, с «великой премудростью» заявляет, что «власть монарша не соделывает города, но физическое и политическое положение мест, или особливые обстоятельства». Само по себе градостроительство приносит только вред, ибо «где есть стечение разного состояния людей, тут есть и большое повреждение нравов; и переименованные земледельцы в мещане, отставая от их главного промысла, развращаясь нравами, впадая в обманчивость и оставляя земледелие, более вреда, нежели пользы, государству пртиносят». Щербатов однозначно считает, что урбанизация дестабилизирует общество, вносит в него разрушительный элемент социальной мобильности.

Не менее отрицательно он относится и к постоянному расширению государства. «Не расширение областей, - заявляет мыслитель, - составляет силу царств, но многонародие доброе внутренне управление. Еще много у нас мест не заселенных, еще во многих местах земля ожидает труда человеческого, чтобы сторичный плод принести; еще у нас есть подвластные народы, требующие привести их в лучшее состояние, то не лучше ли исправить сии внутренности, нежели безнужною войною подвергать народ гибели желать покорить или страны пустые, которые трудно будет охранять, или народы, отличные во всем от нас, которые и через несколько сот лет не примут духа отечественного Офирской империи и будут под именем подданных наших тайные нам враги». В этом отрывке явственно видна Россия, с е постоянными, кровопролитными и опустошающими казну войнами, которые не могли принести нам всех тех возможных выгод, доступных, когда внутренние проблемы уже решены. На наш взгляд, Щербатов здесь приводит не столько утопическую идею, сколько реальную и срочную необходимость нашей державы, опять-таки не замеченную современниками и потомками.

Как и все представители старомосковской знати, князь болезненно относился к переносу столицы в Санкт-Петербург. Поэтому в романе так же присутствует подобный ход правительства. Один из императоров переносит столицу из старинного города Квамо в город на болоте Перегаб. Однако впоследствии правители поняли сою ошибку и вернули столицу в древний город внутри страны, посещая «город на болоте» один раз в три года на несколько месяцев. Окончательное запустение города, бывшего краткое время столичным, предотвращено налоговыми льготами многим предприятиям и ремеслам в нем оставшимся и вновь учрежденным. Впрочем, запустение все же очевидно, льготы не могут компенсировать запустения из-за того, что пышный двор покинул столицу, учрежденную когда-то царем-реформатором. Было бы весьма поверхностным считать подобную сюжетную линию лишь мелочной местью Щербатова Петру I. На самом деле под идеей возвращения столицы в Москву лежат вполне разумные доводы. После переноса, вся родовитая знать уехала в Санкт-Петербург, вслед за государем, а их земли остались без непосредственного присмотра владельцев, на попечении смотрителей и старост. И если первые поколения еще понимали, как выглядят и какой примерно доход приносят их имения, то последующие совсем забыли, что и привело к последствиям, описанным выше. Так же среди неблагоприятных факторов можно указать близкое расположение Санкт-Петербурга к границам государства, что делало столицу легко уязвимой мишенью, в то время как Москва находиться гораздо дальше и ее оборона более надежна.


Политические идеалы в произведении


По подсчетам исследователей, Щербатов в своих трудах высказал «семьдесят два неудовольствия»: три раза самой системой правления, пять раз - законами, пятьдесят раз - монархом, четыре раза - правительством и десять раз - вельможами.

Абсолютное самодержавие неугодно Щербатову, и среди и среди основных отрицательных характеристик этой формы правления он указывает беззаконие и своеволие правителей и, как следствие этого, формирование продажного и своекорыстного аппарата управления. Самовластие «есть мучительство, в котром нет иных законов и иных правил, окромя безумных своенравий деспота». В самовластии нет законов, а если и есть, то они никого не способны защитить. Обычно такая форма власти порождает нравственные пороки: льстивость вельмож, продажность чиновников, развращенность народа и расстройство всех видов управления страной. Республиканское правление так же не вызывает симпатий мыслителя, поскольку, по его мнению, оно всегда чревато возможностью бунтов и мятежей, ибо наглость и пронырство отдельных лидеров вообще не имеет пределов и преград. Щербатов полагал, что Сулла, Цезарь и Август сумели узурпировать власть именно благодаря республиканскому правлению, предоставившему им возможность постоянно разжигать народные страсти, вызывать волнения и в таких условиях удерживать свою власть. К тому же в республике все стремятся достичь равенства состояний, а сама «химера равенства» способна разрушить любое государство.

Симпатии Щербатова на стороне ограниченной монархии, причем он не делает различия между наследственной и выборной ее организацией. Ограниченная монархия должна иметь основные законы и «хранить жизнь, честь, имение и спокойствие своих граждан» исключительно по законам. Для России такая форма, по мнению Щербатова, традиционна, так как русские великие князья никогда не были «самовластниками», они всегда правили, опираясь на Совет, в состав которого входили «лучшие мужи» дружины, бояре, старцы градские и духовенство Благодаря такому устройству верховной власти она всегда обладала большим политическим весом. Следует заметить, что подобные измышления уже были популярны в Европе, и пример Старомосковской Руси в объяснении Щербатовым идеальности ограниченной монархии не следует считать попыткой вернуться к «блаженной старине». Все дело в менталитете русского народа, его принципа о том, что в старину все было лучше, а все новшества приносят лишь разрушения. Щербатов, как и многие политики того времени, пользуется этой особенностью, и, демонстрируя читателю многовековую традицию советников вокруг государя, тем самым подталкивает к мысли, что предложенным им вариант вовсе не новшество, а самое что ни на есть возвращение к истокам.

Щербатов полагал, что монарх неправомочен объявлять войну, заключать мир, устанавливать налоги, издавать законы «без согласия народа». Монарх возглавляет исполнительную власть и руководит управлением страной в законных пределах. За нарушение законов монархом предусматриваются тяжкие последствия, вплоть до заключения его в темницу. Посмертно, приблизительно через тридцать лет всенародно обсуждается деятельность каждого монарха и в соответствии с вынесенной оценкой решается вопрос об отношении памяти (посмертная честь, памятники, или, напротив, осуждение). Таким образом, монарх представлен «высшим чиновником государства», он лишен почестей, особых торжественных одеяний и церемоний, ему не дозволяется особая охрана, его украшают только добродетели. Народ в Офире чтит в первую очередь добродетель, затем - закон, а уж потом - властителей. Это обосновывается тем, что «не народ для царей, а цари для народа, ибо прежде нежели были цари, был народ». Офирский царь получает власть по наследству, он назначает чиновников, принимает участие в законодательной деятельности, хотя не может самостоятельно издавать законы.

Законодательная ж власть принадлежит, по планам князя комиссии, состоящей из компетентных людей, результаты их работы систематически обнародуются. Как и многие русские мыслители, Щербатов усматривал необходимость в составлении «Книги законов», которая, по его мысли, должна была дважды проходить всенародное обсуждение: в первоначальном и совершенствованном вариантах для того, чтобы «каждый гражданин не лишен был драгоценного дара вспомоществовать своими советами к тому законодательству, под коим он и чады его жить должны». Причем за активное участие в этом важнейшем мероприятии граждан следует вознаграждать, особенно тех, которые принесли пользу своими советами. Законы должны быть известны народу, и их необходимо изучать во всех учебных заведениях. Классификация законов дана у Щербатова в духе традиций естественно-правовой школы. Все законы он делит на божественные, естественные и положительные, твердо полагая, что последние должны соответствовать первым двум. Так, он осуждал гражданский закон (положительный), предписывающий нарушать тайну исповеди священнослужителям (доносы священников властям), усматривая в его содержании нарушение божественного закона. В качестве примера несоблюдения естественного закона он приводил случаи торговли крепостными людьми (прикрытой видимостью законности) и требовал строжайшего запрета таких сделок. Этим своим пунктом Щербатов опять-таки указывает на серьезный просчет и недостаток в сфере образования современников, когда отнюдь не каждый образованный человек знал законы своей империи, обычно полагаясь на милость монаршую. Тем самым, по мнению Щербатова, подрывается всякая законность, и правление превращается в придурь государеву, вместо вполне цивилизованного, основанного на законах и правах, развития общества. Следуя за европейскими мыслителями, Щербатов полагает, что закон должен стоять выше государя, а не государь выше закона, и каждый житель страны обязан знать свои права и обязанности.

Высшее правительство состоит из пяти департаментов (уголовных дел, государственных доходов, торговли, морских и сухопутных войск и чужестранных дел), все вопросы в которых решаются коллегиально В Высшем правительстве сосредоточена законодательная и высшая судебная власть. Судьи выборны, и суд состоит из шести судей и председателя, избираемого составом суда сроком на один год. Местное управление представлено выборными органами дворянского и купеческого самоуправления с довольно широкими полномочиями. Касаясь вопросов организации судопроизводства, Щербатов высказал ряд прогрессивных идей, активно обсуждавшихся его западноевропейскими современниками - открытость и гласность процесса, участие защитников. Суды открыты для любопытных. Мнение зрителя в защиту обвиняемого может быть учтено судом. Суды разделены по видам - военный, (отдельно - военно-морской,) гражданский, местный, мировой, уголовный, и проч.. и по инстанциям - поселковый, уездный, губернский… Количество различных судов велико для скорейшего рассмотрения дел. Щербатов возражал против вольного толкования смысла закона судьями и требовал их точного соблюдения в процессе судебного исследования дел. Обжалование судебных приговоров и решений он советовал ввести в законные рамки, точно определив возможные сроки принесения жалоб. Обращаясь к процессуальным нормам, Щербатов цитировал текст «Habeas corpus act» и выступал за то, чтобы и в России никто, «даже самый подлейший злодей», без суда не наказывался, и чтобы каждый гражданин мог быть арестован только с разрешения соответствующих органов и в предусмотренном законом порядке. Выступал он и за соблюдение требования ответственности за вину, отмечая при этом, что суровость наказания должна соответствовать тяжести преступления. Щербатов осуждал жестокие санкции, настаивая на их смягчении, а применение смертной казни считал возможным в редких случаях - по тяжким преступлениям, связанным с убийством и совершением повторных грабежей.

Высшее правительство состоит из пяти департаментов (уголовных дел, государственных доходов, торговли, морских и сухопутных войск и чужестранных дел), все вопросы в которых решаются коллегиально. Так как каждое из сословий должно иметь право голоса, в Высшем правительстве Офирского государства заседают и дворяне, и купцы, и мещане. Крестьяне не присутствуют, но, по мнению Щербатова, помещики будут отстаивать и их интересы. Существуют палаты для чрезвычайных заседаний всех чиновников губернии. Книги регистрации всех земельных владений ведутся 1200 лет и находятся во всеобщем свободном доступе. Высшие чиновники в государстве называются баи. Таковыми являются: Хранитель Государственных Законов, Охранитель Внешнего Спокойствия и подобные.

Задолго до А. А. Аракчеева он вносил предложения об устройстве военных поселений, подробно разработав эту идею и представив на высочайшее имя «Мнение о военных поселениях». В организации подобных поселений он усматривал экономию средств, создание хорошо обученной армии, повышение ее благосостояния (в связи с уменьшением численности) и ослабление бремени рекрутчины и налоговых тягот для населения. Все перемены, о которых писал Щербатов, предполагалось осуществлять исключительно постепенно, эволюционным путем, в основном пользуясь такими рычагами, как введение «хороших законов» и просвещение народа. Однако власти не посчитали нужным рассмотреть подобный план развития. Щербатов, будучи уверенным в своей правоте, разместил подобные идеи в своей утопии. В Офирском государстве основа армии - военные поселения. Дети солдат обучаются военному делу с 12 лет, в результате чего исключено попадание в солдаты людей «поверженных нравом». Солдаты наделены собственностью - домами, мастерскими и прочим. В походах солдаты располагают собственными средствами, что облегчает жизнь. Внутренние города укреплены так же, как и внешние. Администрация готова к бунту и междоусобию, несмотря на отсутствие такового в течение последних полутора тысяч лет. Войска расположены на границах и приготовлены для действий против конкретного вероятного противника.

В духовной сфере устанавливается жесткий правительственный контроль. В Офире за нравами и религией наблюдает полиция. Сами священники служат в полиции и носят форму офицеров. Обязательной считает еженедельная молитва в храме. Богохульство тяжко карается. Уличенный в этом преступлении лишается всех должностей, имение его и он сам отдается под опеку, а дети отымаются и ограждаются от воспитания подобным родителем. Если к тому же житель упорствует в своем заблуждении, он «яко бешенный», подвергается заключению и остается там «понеже исправится и принесет публичное признание в безумии своем». Кроме того, священнослужители вмешиваются и в семейные отношения, наблюдают за нравственностью супругов. Строжайше запрещается не только многоженство и сожительство, но и разводы. Виновная сторона предается осуждению и изолируется от общества. На наш взгляд, подобная строгость нравов в мечтаниях князя была спровоцирована распутностью екатерининского двора, вольностью нравов и фаворитизмом, что, по большей части, не положительно сказывалось на репутации великого престола, да и на казне. Все это вызывало острое негодование со стороны старой, родовитой знати, еще помнящей времена Московской Руси, патриархальные и строгие.

Подобно Платону, Щербатов в своей утопии ограничивает внешнеполитические контакты страны, дабы избежать тлетворного влияния малоразвитых народов. Внешнеэкономические отношения практически отсутствуют, страна стремится практически полностью сама себя обеспечивать. Вообще Офирская страна, согласно Щербатову, не выказывает никакого интереса к торговым отношениям и неохотно принимает иностранцев («чужестранных»), и не потому, что «сей народ не был сообщителен и человеколюбив, но по некоим политическим причинам», т.е. из опасения «повреждения нравов». В этом мы видим явственное влияние античной философии и политологии.

Заключение


Начиная со времен Ивана Грозного, начинается постепенное сосредоточение власти в руках государя, его окружение отходит на второй план. Во времена Екатерины II этот процесс подходит к своему логическому концу - абсолютной монархии, что совершенно не устраивает великосветское окружение императрицы.

Множество родов испытывает серьезные финансовые затруднения, стоят на грани разорения, еще больше - уже разорились. Правители открыли дорогу для получения звания дворянина своим молодым и инициативным сподвижникам, которые тут же начали теснить при дворе старомосковскую знать. Одним из таких представителей старого режима был князь Михаил Михайлович Щербатов. Свой социальный и политический протест он выразил в утопии «Путешествие в землю Офирскую гражданина Н, шведского гражданина», где предложил свой, альтернативный путь развития государства. Мнения исследователей по поводу этого произведения разделись - часть считало его попыткой к возвращению пережитков прошлого, идеалами, давно лежащими в могиле. Другие, напротив, относили князя к числу передовых мыслителей своего времени.

Литературные особенности и своеобразие композиции произведения сконструированы автором лишь для одной цели - показать читателю в простой и удобочитаемой форме все особенности устройства идеального государства, не переводя свое внимание на ненужные и громоздкие пояснения, оправдания. Простота сюжетной линии не отвлекает читающего от размышлений, сравнений Офирской страны с современными ему странами, в частности с Россией.

Вопрос социального устройства страны является одним из ключевых моментов произведения. Деление за замкнутые сословия, где правом на высшее образование обладают лишь дворяне, а крестьяне находятся в крепостной зависимости, Щербатов объясняет, с одной стороны, теорией Дж. Локка и европейских мыслителей о происхождения потомственного благородства от личных качеств человека, а с другой - неготовностью крестьян принять свободу и должным образом ей распорядиться.

Находясь под влиянием Платона, Щербатов ограничивает внешнеполитические связи страны до минимума, дабы избежать тлетворного влияния малоразвитых. Градостроение ограничено, и в этом мы видим логические предпосылки - страсть российских правителей строить города не по необходимости, а по собственному желанию еще ни к чему хорошему не привела. Так же, ссылаясь на многочисленные и пустые войны России, князь не расширяет границы Офира, а заселяет внутренние пустующие земли. Он возвращает столицу в древний город, восстанавливая тем самым, на его взгляд историческую справедливость.

Щербатов считает абсолютную монархию растлевающей нравы, а республиканскую форму правления слишком нестабильной, и поэтому в Офирской земле мы видим ограниченную монархию, где правитель лишь «первый среди равных», но никак не самодержец. Его деятельность постоянно находится под присмотром правительства, и он лишен каких бы то ни было почестей. Законы принимаются Высшим правительством, оно же и контролирует монарха. Это представительный орган, в соответствии с передовыми мышлениями современников. Судебные процессы открыты, основаны на принципе состязательности, обвиняемый имеет право на защитника. В этом Щербатов значительно опередил свое время.

Основа армии - военные поселения, где солдаты имею свою собственности, что значительно облегчает им жизнь. Это наследственная профессия. Духовенство так же входит в полицейские ряды - священники носят форму офицеров, религия обязательна для всех, а за нарушение моральных закон следует тяжкое наказание, что вызвано на наш взгляд недовольством свободных нравов екатерининского двора.

Без всякого сомнения, утопия «Путешествие в страну Офирскую господина С., шведского дворянина» князя Щербатова является одним из интереснейших памятников русской литературы XVIII века, отражающего идеи великого дворянства. Постепенное угасание родовой московской знати, постоянная конкуренция ее с молодым дворянством и фаворитами, укрепление самовластия Екатерины II, расцвет социальной и политической мысли Европы, особенности биографии самого князя Михаила Михайловича, - все это нашло свое отражение в небольшом по размеру, но глубоком по содержанию произведении.

Список литературы


1) Анисимов Е.В. Петр I // Вопросы истории. 1994. № 8

2) Боткин Л.М. Ренессанс и утопия // Из истории культуры средних веков и Возрождения. М., 1976.

3) Замалеев А.Ф. Курс истории <#"justify">4) Замалеев А.Ф. Учебник русской политологии. СПб. 2002

5) Свентоховский А. История утопий. М., 1910

6) Семеновский В.И. Политические и общественные идеи декабристов. СПб., 1909

7) Чечулин Н.Д. Русский социальный роман XVIII века. («Путешествие в землю Офирскую г-на С. швецкаго дворянина». Сочинение князя М.М.Щербатова). СПб., 1900.

) Щербатов М.М. Путешествие в землю Офирскую господина С., шведского дворянина. Факсим. изд. М., 1984


Теги: "Путешествие в землю Офирскую господина С., шведского дворянина" как памятник российской политической и социальной мысли в конце XVIII века  Курсовая работа (теория)  Литература
Просмотров: 36683
Найти в Wikkipedia статьи с фразой: "Путешествие в землю Офирскую господина С., шведского дворянина" как памятник российской политической и социальной мысли в конце XVIII века
Назад